От акций протеста - к общенародному референдуму - Сергей Глазьев - Интервью - 2005-01-25

А. ВОРОБЬЕВ – Добрый день. Сергей Глазьев, депутат ГД, лидер движения «За достойную жизнь», гость нашей студии, добрый день.

С. ГЛАЗЬЕВ – Здравствуйте.

А. ВОРОБЬЕВ – Ну что же, знаете, тема – от акций протеста к общенародному референдуму, знак восклицания нужно еще поставить и совсем будет такой лозунг, совершенно очевидный. Давайте прежде, чем мы к сути перейдем, мостик мы закинем с помощью Дмитрия Родина из Екатеринбурга. Он спрашивает вас, как вы расцениваете реакцию пенсионеров на монетизацию льгот и позицию, занятую президентом в острой, конфликтной ситуации?

С. ГЛАЗЬЕВ – Реакция была абсолютно прогнозируемая. Речь не идет о плохом исполнении закона 122, который сегодня называется Закон о монетизации льгот. Он исполняется так, как только он и может исполняться, по-другому он исполняться не может в силу отсутствия в большинстве регионов денег на выполнение тех социальных обязательств, от которых федеральный центр отказался. Поэтому, по сути, закон о монетизации льгот – это закон о переносе социальной ответственности государства по своим обязательствам перед ветеранами, перед детьми, перед жертвами политических репрессий, перед тружениками тыла и перед рядом других категорий нуждающихся граждан с федерального правительства на органы власти субъектов федерации. За исключением Москвы и Тюменской области у субъектов федерации денег на финансирование этих социальных гарантий просто нет. И их так называемая монетизация для жителей большинства регионов означает просто фактическую отмену большей части тех социальных гарантий, которые они имели. Вопрос транспорта составляет примерно 5% от общего пакета социальных гарантий, который сегодня в большинстве субъектов федерации профинансирован быть не может. Главная составляющая – это гарантии ветеранам труда, они переложены с федерального центра на регионы, и в настоящее время большинство регионов просто не знает, как их профинансировать. Детские пособия, которые застыли на крайнем мизерном уровне, тоже сброшены на субъекты федерации. О жертвах политических репрессий и о жертвах Чернобыльской катастрофы вообще никто сегодня уже не вспоминает, а это еще одна часть социальных обязательств, которые этим законом остались без источников финансирования. И потуги, которые сегодня федеральный центр предпринимает, создать видимость о том, что речь идет о плохом исполнении закона, это лукавство.

А. ВОРОБЬЕВ – А что вы на места президента бы в такой ситуации делали бы?

С. ГЛАЗЬЕВ – Я бы не принимал глупых решений, понимаете, это глупые решения.

А. ВОРОБЬЕВ – Уже решения приняты.

С. ГЛАЗЬЕВ – Надо иметь мужество исправлять глупое и вредное решение. Почему оно глупое, я не буду говорить, что оно вредное, лучше меня об этом говорят пенсионеры, ветераны, которых этот закон затронул, выходя на улицы, перекрывая автомагистрали. Он глупый, потому что, в целом, получается, что государственный бюджет теперь тратит денег гораздо больше на выплату социальных гарантий, а их реальное обеспечение уменьшилось, такой парадоксальный результат. Когда слышишь господина Зурабова и Кудрина, которые говорят – как же так, мы стали выплачивать, денег выдавать на социальные нужды в три раза больше, раньше было 100 млрд. руб., сейчас – 300 млрд. руб., поэтому чего же такие недовольные люди, когда мы якобы втрое стали больше им выплачивать денег? Но в том-то и дело, что монетизация льгот стала самой настоящей кормушкой для коррумпированного чиновничества. И когда нам говорят о том, что раньше, дескать, кто-то на этих льготах приворовывал, то все как раз прямо наоборот, именно сейчас, после того, как льготы стали монетизированы и превратились в десятки миллиардов рублей, которые пропускаются по бюрократическим каналам, возникает огромное количество коммерческих структур, желающих присосаться к этой кормушке. И особенно остро проблема сейчас встанет с обеспечением лекарствами, господин Зурабов затянул принятие всех необходимых решений по созданию механизма распределения денег на финансирование лекарств, затянул, я думаю, умышленно для того, чтобы уйти от аукционов, тендеров и других норм, которые хоть как-то дисциплинируют государственных чиновников в рамках закона о закупках для государственных нужд. Фактически 50 млрд. руб., которые мы выделили из бюджета на финансирование бесплатных лекарств для инвалидов, сегодня распределены без всяких конкурсов, просто господин Зурабов, пользуясь своим служебным положением, номинировал коммерческие структуры по своему усмотрению. И в итоге мы получаем, что цены на лекарства взлетели, люди, которые должны эти лекарства были получать раньше просто в поликлиниках и больницах, теперь вынуждены записываться в номинированные Зурабовым медицинские страховые компании. Возникает целая цепочка бюрократических посредников, каждый из которых ухватывает свою часть этих денег, поэтому из 300 млрд., которые выделяются на монетизацию льгот, я думаю, добрая половина до нуждающихся просто не дойдет, а будет разворована.

А. ВОРОБЬЕВ – Какова позиция ГД и вообще как вы оцениваете, скажем, демарш, иначе, наверное, нельзя назвать, ваших бывших сподвижников, господина Рогозина, голодовка в стенах ГД? Вообще какова позиция ГД, как там развивается ситуация?

С. ГЛАЗЬЕВ – Мы на прошлой неделе поставили вопрос о необходимости отменить 122 закон как противоречащий конституционным правам граждан, как закон, который вызвал колоссальное социальное напряжение и который не имеет и не может иметь реального механизма своего исполнения во всех регионах.

А. ВОРОБЬЕВ – Но большинство думское не приняло это во внимание?

С. ГЛАЗЬЕВ – «Единая Россия» не просто отвергла это предложение, они его отказались рассматривать. В чем причина голодовки моих коллег по фракции, она связана с тем, что ГД сегодня окончательно потеряла лицо, думское большинство в лице «ЕР» не только голосует так, как им приказывают, не вникая в смысл, они лишают нас нашего законного права законодательной инициативы.

А. ВОРОБЬЕВ – Вы считаете, что голодовка может решить проблему?

С. ГЛАЗЬЕВ – Дело в том, что в ГД сегодня, в принципе, нечем заниматься, пожалуй, остается только голодать, потому что «ЕР» фактически блокирует все инициативы депутатов, приходящие извне, т.е. которые от нашей фракции выдвигаются, от КПРФ, от независимых. Вместо их рассмотрения они заматываются и просто не ставятся на обсуждение. И наше предложение обсудить вопрос о приостановке закона 122 они даже побоялись поставить на голосование, грубо нарушив регламент.

А. ВОРОБЬЕВ – Очень коротко, но вы к голодовке присоединяться не будете лично?

С. ГЛАЗЬЕВ – Я считаю, что гораздо важнее сегодня организовать народный протест в юридически значимой форме общероссийского референдума.

А. ВОРОБЬЕВ – Об этом через минуту. Сергей Глазьев, депутат ГД, лидер движения «За достойную жизнь».

НОВОСТИ

А. ВОРОБЬЕВ – Идем дальше, 14 минут до новостей середины часа. Итак, вы заявляете, что голодать не будете, вы считаете эту форму протеста не совсем продуктивной и собираетесь какими-то иными способами выражать свое мнение?

С. ГЛАЗЬЕВ – Акции протеста, включая голодовку, которую ведут мои коллеги, конечно, поддерживаются нами. Мы поддерживаем все эти акции протеста, наша организация участвует в этих акциях в регионах страны, но мы прекрасно понимаем, что президент Путин своего решения не изменит. У нас нет надежды на президента, нет надежды на правительство, нет надежды на думское большинство. Поэтому акции протеста с целью привлечь внимание президента к этой проблеме, они уже стали непродуктивными сами, хотя они важны для привлечения общественного внимания, для того, чтобы подчеркнуть, что проблема, о которой говорят как решенной, на самом деле, решена быть не может в принципе. Т.е. обеспечить выполнение социальных обязательств государства, от которых федеральный центр отказался в рамках этого 122 закона, за счет средств регионов просто в принципе невозможно. Поэтому когда Путин говорит о том, что правительство плохо исполняет закон, это лукавство. Решение, которое он принял, для всех субъектов федерации, кроме Москвы и Тюменской области, означает, что часть социальных гарантий просто никто финансировать не будет. Мы должны это четко понимать. Но Путин это решение принял, это было его решение, поэтому единственный способ это решение изменить сегодня, это провести общероссийский референдум. Других вариантов нет. Он упорствует в своем решении, он не хочет признавать ошибок, он не хочет признавать, что нарушил права десятков миллионов граждан, он не хочет, не дает себе отчет в том, что, сбрасывая с федеральной власти эти социальные обязательства, он ведет к дезинтеграции страны, потому что наши граждане теперь будут дискриминироваться по месту жительства. Скажем, объем социальных гарантий у москвича теперь в 10 раз больше, чем у жителя Дагестана, и втрое больше, чем у жителя Московской области, т.е. получается, что наши ветераны, инвалиды, которые всегда жили в рамках одной страны, работали в разных регионах, теперь в зависимости от того, где они живут, будут получать разные пакеты социальных гарантий. Это несправедливо.

А. ВОРОБЬЕВ – Какие вопросы на референдум выносятся?

С. ГЛАЗЬЕВ – Первый вопрос – это восстановление социальных гарантий с предоставлением людям права выбора. Если кто-то хочет получить деньгами, то мы, естественно, не хотим этому препятствовать, но, тем не менее, социальные гарантии должны быть сохранены именно как гарантии всего российского государства. Не как гарантии Московской области, Тюменской области, а как гарантии всей России. Поэтому для финансирования этих социальных гарантий необходимо найти источник. И такой источник в нашей стране есть, это сверхприбыль от экспорта нефти и газа, которые сегодня наполовину остаются за рубежом в карманах у олигархов, а другая половина сегодня Путиным раздается направо и налево в виде списания российских долгов. Он списал долги Ираку, он хочет списать долги Сирии, он хочет досрочно погасить долги Парижскому клубу, а долги перед своими гражданами он гасить не хочет и не хочет выполнять обязательства. Поэтому мы говорим о том, что сверхприбыль от экспорта нефти и газа, сегодня это, ни много, ни мало, 40 млрд. долларов в сумме, из которых 20 млрд. долларов уходит за пределы нашего государства, мы их не контролируем, эти 20 млрд. долларов нужно вернуть в бюджет и за счет этих средств профинансировать социальные гарантии по всей территории страны. Это первые два вопроса.

А. ВОРОБЬЕВ – Так, еще один будет?

С. ГЛАЗЬЕВ – У нас сейчас пакет вопросов довольно обширный, я перечислю основные блоки, затем в процедуре консультаций с конституционным судом и ЦИК, когда мы начнем работу инициативных групп, какие-то вопросы будут сняты в силу того, что они могут не вписаться действующее законодательство с точки зрения наших судебных органов. Но, тем не менее, эти два вопроса, они фундаментальных социальных гарантий и механизмы их финансирования за счет природной ренты. Два других вопроса из этого же социального блока, это приведение минимальной зарплаты и базовой пенсии, наконец, к прожиточному минимуму. Решение Путина вывести базовую пенсию на 900 руб. в месяц противоречит обязательствам государства иметь минимальную пенсию и зарплату на уровне прожиточного минимума, а не как придется, а это где-то 3.5 тыс. руб. в месяц на сегодняшний день, т.е. именно этот уровень прожиточного минимума должен быть точкой отсчета для заработной платы и пенсий. Мы этот вопрос хотим тоже вынести на референдум. Вопрос о восстановлении государственного контроля и сохранении в государственной собственности недр, лесов, вод, атомных и гидроэлектростанций, магистральных трубопроводов, железных дорог и линий электропередачи тоже должен быть вынесен на референдум, потому что путинское правительство планирует значительную часть этих богатств распродать, приватизировать. Мы считаем, что это неправильно, противоречит здравому и экономическому смыслу, общенациональным интересам. Вопрос, традиционно который выдвигают коммунисты, который мы тоже поддерживаем, это введение максимального предела платежей каждой семьи по жилищно-коммунальным услугам в размере не более 10% от совокупного дохода всех членов семьи, также будет выноситься на референдум. Очень важный вопрос, который мы постараемся сохранить, это восстановление дореформенных сбережений. Я уже говорил о том, что наша страна сегодня щедро по всему миру раздает десятки миллиардов долларов, не обращая внимания на свои долги перед вкладчиками Сбербанка, которые обесценились после 91 года и которые должны быть восстановлены, исходя из наших конституционных прав, подкрепленных, замечу, решением конституционного суда. Наконец, наши политические права выбирать губернаторов и персонально депутатов ГД по одномандатным округам. Этот вопрос тоже будет поставлен.

А. ВОРОБЬЕВ – Что касается отсрочки от армии?

С. ГЛАЗЬЕВ – Сегодня на нашей инициативной группе этот вопрос был поставлен, мы предварительно включили вопрос о сохранении всех отсрочек по обязательной воинской службе в том виде, в котором они существуют на сегодняшний день, и в дальнейшем.

А. ВОРОБЬЕВ – Т.е. всего около десятка вопросов будет?

С. ГЛАЗЬЕВ – Да, чуть больше десятков вопросов на первом этапе, затем они, видимо, будут сокращены, но не намного.

А. ВОРОБЬЕВ – Как вы полагаете, каковы шансы на то, что вопросы удастся поставить на всенародное обсуждение?

С. ГЛАЗЬЕВ – Главная проблема для нас – это не сбор подписей. Могу сказать, что только организации инвалидов, которые активно поддерживают сейчас идею референдума, насчитывают 4 млн. человек. Поэтому мы будем ставить перед собой задачу собрать не 2 млн. подписей, а в 5 раз больше, как минимум, с тем, чтобы наша инициатива не носила характер партийной. Мы будем опираться, прежде всего, на ветеранские, профсоюзные организации, общества инвалидов, пытаясь организовать и объединить людей, которые напрямую сегодня затронуты решением о свертывании социальных гарантий и которые, естественно, требуют их восстановления.

А. ВОРОБЬЕВ – Вы каким-то образом будете блокироваться с остальными политическими движениями и партиями?

С. ГЛАЗЬЕВ – Да, сейчас инициативная группа, которая работает над перечнем вопросов, включает в себя представителей, кроме нашей организации, представителей КПРФ, представителей организаций инвалидов, научной общественности, и, я думаю, после того, как мы окончательно утвердим перечень вопросов в конце этой недели, мы предложим всем заинтересованным общественным и политическим организациям присоединиться к этой инициативе, вынесем эти вопросы на их обсуждение. Надеюсь, что обсуждение у нас пройдет в течение следующей недели с тем, чтобы в начале февраля могли бы уже приступить к формальной процедуре организации инициативных групп в регионах страны для запуска референдума, потому что главная проблема для нас будет – это преодоление бюрократических препон.

А. ВОРОБЬЕВ – А они есть? Вы ощущаете давление на себе?

С. ГЛАЗЬЕВ – Их очень много, в законе о референдуме их очень много, пока мы к процедуре не приступили, трудно сказать, как она будет проходить, но потребуются согласования с конституционным судом, с ЦИК, потребуется регистрация инициативных групп во всех регионах страны практически, и на каждом шаге нам, конечно, будут препятствовать. Мы себе отдаем в этом отчет, но другого варианта добиться осуществления реализации социальных гарантий, их восстановления, объединить людей, заставить власть считаться с интересами людей просто нет. Я думаю, что акции протеста, конечно, имеют важное значение, во многих регионах люди добились восстановления части прав, но должен сказать, что транспортные расходы, по которым сейчас так много идет согласований, это не более 5% от общей суммы социальных гарантий, которые сегодня под вопросом в силу отсутствия денег на их финансирование в регионах. Поэтому те, кто думают во власти, что они сейчас уладят вопросы покупки проездных билетов и на этом все успокоятся, они сами себя обманывают. В действительности, сегодня поднимаются практически все вопросы социально-экономической политики, и минимальная зарплата, пенсии, которые Путин решил проиндексировать на 240 руб., это не вопрос компенсации льгот, это их обязанность. Когда принимали пенсионный фонд, бюджет в этом году, мы предупреждали, что 100 руб. индексации пенсий означает, что реальная покупательная способность пенсий снизится на 200 руб. И мы обосновывали необходимость повышения пенсии до 300 руб., надбавки к пенсии до 300 руб. в месяц. Нам тогда «ЕР» ответила тем, что да, они понимают, что реальная пенсия снизится, но индексировать ее в полном объеме не собираются, хотя это обязанность государства. Наконец, мы сейчас добились благодаря массовым акциям протеста решения сохранить реальный покупательный уровень пенсии. Эта надбавка, 240 руб., означает лишь то, что пенсии не уменьшатся для большинства пенсионеров в реальном выражении. Это и так обязанность власти, это не замена льгот дополнительными денежными пособиями, это совсем разные вопросы. И весь комплекс этих вопросов сегодня, естественно, волнует людей, решение о ликвидации большей части льгот под видом их монетизации развеяло последние иллюзии в отношении намерений господина Путина в социальной области. Нам предстоит еще его реформа образования, которая ставит, по сути, означает ползучую отмену бесплатного среднего образования и свертывания его до уровня некоторого набора базовых предметов с оплатой всех остальных. Нам грядет реформа его же, инициированная Путиным реформа здравоохранения, в которой главный смысл – это отмена бесплатного здравоохранения, мы уже получили соответствующие законодательные инициативы, где слово «бесплатное» вычеркивается из основ законодательства, т.е. борьба за свои права еще впереди, и это только начало.

А. ВОРОБЬЕВ – Господин Глазьев, скажите, у нас две минуты до конца этого эфира, не кажется ли вам, что политические силы сейчас каким-то образом, действительно, пытаются максимальную выгоду из создавшегося положения извлечь? И эти попытки выглядят какими-то запоздавшими?

С. ГЛАЗЬЕВ – Я должен сказать, что практически все парламентские политические партии, действительно, замерли в ожидании того, что будет дальше. Дело в том, что новый закон о выборах в ГД и закон о партиях сегодня любую партию, которая хочет попасть в парламент, ставит в полную зависимость от администрации президента. Перерегистрация партии, доведение численности до 50 тыс. человек, доступ к СМИ, т.е. нынешнее законодательство создало такие правила игры Путиным и «ЕР», по которым для того, чтобы попасть в парламент, нужно договариваться с президентом. Поэтому политические партии, в особенности парламентские партии сегодня заняли выжидательную позицию, они очень боятся поссориться с президентом, очень боятся, что их отключат от телевидения, что их не перерегистрируют, что им не дадут возможности участвовать в следующих выборах. И я думаю, что главная опора для нас сегодня в проведении работы по организации референдума, это не политические партии, это общественные организации ветеранов, инвалидов, это наш актив в регионах, т.е. это люди и структуры, которые не боятся, что их не пустят в следующий парламент.

А. ВОРОБЬЕВ – Сергей Глазьев, депутат ГД, лидер движения «За достойную жизнь», говорили мы о возможности организации всенародного референдума. Уточнить я хотел бы, активные действия здесь в этом направлении вы начнете, по всей видимости, в начале февраля?

С. ГЛАЗЬЕВ – Да.

А. ВОРОБЬЕВ – В начале февраля, ждем развития событий, благодарю вас за то, что пришли. Ждем вас вновь.

С. ГЛАЗЬЕВ – Спасибо, до свидания.