О землетрясении в Юго-Восточной Азии - Владимир Кособоков - Интервью - 2004-12-27
С. БУНТМАН – Продолжаем тему вчерашнего стихийного бедствия кошмарного. У нас в гостях Владимир Кособоков, ведущий научный сотрудник Международного института теории прогноза землетрясений и математической геофизики РАН. Самый часто встречающийся вопрос сейчас тот, который задает Сергей Смирнов: "Почему сейсмологи не предупредили население заранее, хотя для этого у них было более часа?" Вообще возможно ли такое?
В. КОСОБОКОВ - Да. Что касается конкретно вчерашнего события, оно было исключительное, в истории сейсмологии таких землетрясений за прошлое столетие зарегистрировано не более пяти. Наиболее известное Чилийское землетрясение 1960-го года, Аляскинское землетрясение 1964-го года. То, что произошло вчера, сопоставимо с трагедией 1952 года на Камчатке и Курильских островах. К сожалению, мы должны сказать о том факте, что это звучит очень странно, что в Индийском океане не существует региональной системы оповещения о цунами. То, что отработано, работает в Тихом океане, когда предупреждения сообщаются в региональные центры буквально на следующую минуту после сильного землетрясения, этого не произошло, правильнее сказать, что Тихоокеанские центры пытались связаться с кем-то, но безуспешно. Поэтому тогда волна пришла к побережью, а это действительно происходило через 45 и более часа времени после собственно, основного толчка.
С. БУНТМАН – Эпицентр был примерно около Суматры.
В. КОСОБОКОВ - Да, тут нужно еще про эпицентр специально сказать, вот прошло более 45 минут, эпицентр это точка…
С. БУНТМАН – Точка на поверхности океана в данном случае.
В. КОСОБОКОВ - Да. Сейсмологи уже вчера сообщили, что точечное приближение для этого землетрясения не годится. И ученые в геологической службе США используют сейчас модель, аппроксимирующий очаг землетрясения 25 точками. На каждую из которых приходится порядка двух сотен километров. Произошел разрыв земной коры протяженностью более тысячи, скорее всего 1300 км, понятно, вспарывание такого разрыва не могло быть мгновенным, тем более была какая-то динамика, о которой сейчас судить еще рано. Механизм землетрясения был взбросовый, то есть когда одно крыло разлома задирается относительно другого. И это типичный пример цунамигенного землетрясения, землетрясения, которое порождает цунами. При таком масштабе события следовало ожидать очень сильного цунами по всему побережью Восточной части Индийского океана, что мы собственно и наблюдали. Опять же сошлюсь на отсутствие информации о величине цунами, померенной учеными, но согласно тем наблюдениям, которые имеются, по-видимому, высота цунами достигала величины более 10 метров.
С. БУНТМАН – Говорили от 5 до 20. Где 5, где 20. Вообще это тяжело, конечно, на глазок определить.
В. КОСОБОКОВ - Да, для этого и существуют по побережью станции цунами в Тихом океане, где измеряются цунами от значительно более слабых землетрясений. И, конечно, это трагическое стечение обстоятельств, уникальность событий, большая протяженность, взбросовый характер, - они привели к тем последствиям, которые мы сегодня наблюдаем.
С. БУНТМАН – Скажите, а в Тихом океане международное соглашение действует между очень серьезными странами и теми, у которых есть территории заморские, как у Франции, например? Австралия, Япония.
В. КОСОБОКОВ - Эта традиция еще живет, по-видимому, с первых международных проектов, которые реально возникали в 60-е годы, то есть со времен Советского Союза. Станции цунами, сотрудники которых принимают такие сообщения и передают их в администрацию, это хорошо отработанная традиция.
С. БУНТМАН – То есть 40 лет уже это существует фактически. Скажите, возможно ли повторение в ближайшее время, просто Ольга Васильевна, у нее билет на Таиланд. Как-то можно это понять?
В. КОСОБОКОВ – Нет, Ольге Васильевне я бы, конечно, рекомендовал воздержаться от поездки, потому что в любом случае отдых в зоне стихийного бедствия, по-видимому, вряд ли будет…
С. БУНТМАН – Да и потом даже если не повторится, то последствия того, что уже произошло, ликвидироваться будут довольно долго.
В. КОСОБОКОВ - А в отношении того, что повторится, такое событие вряд ли повторится, но повторные толчки продолжаются, в Обнинске к утру сегодняшнего дня зарегистрировали более 40 повторных толчков с магнитудами выше 5, среди них больше десятка с магнитудами выше 6 через 4 часа после основного толчка…
С. БУНТМАН – Основной был сколько?
В. КОСОБОКОВ - Основной в точном приближении он оценивался как 8,2, а такой более адекватный, интегральная оценка дает значение 9, что выводит это событие на четвертое место среди всех зарегистрированных землетрясений в мире за последнее столетие.
С. БУНТМАН – "Попадает ли в зону стихийного бедствия курорт Гоа?", - Николай.
В. КОСОБОКОВ - Если этот курорт находится в восточной части Индийского океана, то, безусловно, да.
С. БУНТМАН – Я единственное, что хотел попросить наших слушателей, мы вам сообщаем то, что есть и в агентствах и то, что нам передают и корреспонденты и разные СМИ, как, насколько пострадали различные места на побережье Индийского океана. Давайте мы не будем говорить "наверное, если там есть". Мы не будем этого говорить. Потому что мы тем самым можем сказать вам что-то не то, не соответствующее действительности. А вот другое дело, что нет системы оповещения в Индийском океане, почему-то не сделали, насколько возможно прогнозировать долговременно такие вещи? Вы сказали, что если динамика, что это за динамика, это в течение нескольких часов, суток, лет?
В. КОСОБОКОВ - Если бы у нас было очень много времени, мы могли бы говорить о тектонических движениях, и столкновении Индостана с Евразией, это классический пример коллизии континентальных плит, в этой ситуации мы должны были сказать, что район землетрясения это такая периферия своего рода. Ближайший кусочек рельса, по которому Индостан заехал в Евразию. Если говорить о долгосрочных прогнозах, то есть прогнозах на годы, то существует методология, с помощью которой среднесрочные прогнозы ведутся. И статистика эксперимента, который был поставлен в нашем институте совместно с американскими коллегами из геологической службы, показывает, что такие прогнозы достоверны. Что это означает? – это означает, что в пределах Тихоокеанского пояса, а с начала нового тысячелетия мониторинг ведется глобальный, каждые полгода мы очерчиваем те районы, где возможны события с магнитудой больше 8 и событий, где возможны землетрясения с магнитудой больше 7,5.
С. БУНТМАН – Но это только Тихий океан?
В. КОСОБОКОВ - Не только. Это все места на земном шаре, где данных регистрируемых землетрясений достаточно для надежного описания происходящего в области исследований. Область исследований по своим размерам пропорциональна очагу землетрясения.
С. БУНТМАН – Вы сказали, где есть достоверные данные. Наличие данных связано с чем? То есть вы не сами ведете наблюдения, а чем вы пользуетесь?
В. КОСОБОКОВ - Мы пользуемся данными мировой сети. И геологическая служба имеет мировой каталог землетрясений, он пополняется в реальном времени. И он становится полным по прохождении недели или двух. Для среднесрочных прогнозов на годы, а в последнее время для прогнозов, перешедших в разряд нескольких месяцев, ближе к году все-таки, вот эта информация оказывается достаточной, для того чтобы каким-то образом указать районы, где происходит активизация и где возникновение сильного землетрясения более вероятно.
С. БУНТМАН – Скажите, по этому землетрясению были ли какие-то звонки, что называется?
В. КОСОБОКОВ – По этому землетрясению звонки были. И один из таких звонков засчитан в плюс в нашем эксперименте, это было землетрясение в июне 2000 года на юге острова Суматра. Это землетрясение произошло в пределах области, которая простиралась практически на всю протяженность острова Суматра от эпицентра землетрясения 2000 года до эпицентра землетрясения 26 декабря 2004 года. Но должен сказать, что вчерашнее землетрясение не предсказано по двум обстоятельствам. Во-первых, оно выше по магнитуде, то есть его размер несоизмерим, он значительно больше, чем те размеры событий, которые мы ожидали в рамках мониторинга, и, во-вторых, это действительно уникальное событие, мы не имели никакого опыта, для того чтобы переносить критерии, разработанные для более слабых землетрясений на такие катастрофы.
С. БУНТМАН – Спасибо, Валерий, что вы напоминаете, что Гоа находится на западном побережье, но все-таки там вода одна. Так что мы будем здесь везде аккуратными, того, чего не знаем, говорить просто не будем. Хорошо, плохо, пострадали, не пострадали, говорить не будем. С другой стороны есть сведения, что в каком-то ослабленном виде докатилось до восточного побережья Африки.
В. КОСОБОКОВ - Океан он большой, поэтому… Одно из наблюдений, сейсмическая волна, понятно, несколько раз обежала земной шар, ученые Гарварда, для того, чтобы рассчитать энергию этого землетрясения, пользовались записью продолжительностью 9 часов. По результатам обработки этих записей им удалось довольно адекватно оценить масштаб событий, его энергию, размеры и моделировать очаг.
С. БУНТМАН – Марина говорит: "Прошу рассказать, за сколько минут произошло это землетрясение?"
В. КОСОБОКОВ - Боюсь, что здесь с одной стороны у меня недостаточно данных, для того чтобы точно ответить. С другой стороны есть технические характеристики, время полупериода для тензора момента…
С. БУНТМАН – О, боже мой. Да, сейчас мы утонем с вами просто, извините за сравнение.
В. КОСОБОКОВ - Речь идет о минутах, безусловно.
С. БУНТМАН – Скажите, пожалуйста, понятно, что здесь можно будет сделать очень серьезные выводы научные, какие можно было бы сделать практические выводы? Понятно, что всего избежать нельзя на свете, от всего застраховаться, но каким-то образом можно достичь иного уровня безопасности для людей, предупреждения такой опасности?
В. КОСОБОКОВ - Мне кажется, что в мире сейчас растет понимание того, что бороться с опасностями лучше на этапе предупреждения. Затрачивая значительно меньшие средства на профилактические мероприятия, на создание региональной сети оповещения о цунами, создания региональных центров обучения населения элементарным правилам поведения в сейсмоактивных районах. За счет этих простых и в общем дешевых мер по оценкам ЮНЕСКО можно сократить ущерб, потери в несколько раз. Я думаю, что в этом ключе, то есть ключе обучения населения, есть много резервов. Кроме того, безусловно, в качестве предупреждающих мер возможны учения подразделений типа гражданской обороны, возможно резервирование специальных средств, необходимых в случае катастрофы. И когда речь идет о глобальном масштабе, тут возможны какие-то перемещения просто финансирования из одного района в другой.
С. БУНТМАН – Здесь есть несколько сложных моментов и парадоксальных. Потому что да, то, о чем вы говорите это правильно, но, во-первых, нужно было странам Индийского океана осознать, что у них это возможно, это первое. А второе, что это есть еще боязнь, что такая вещь как оповещение, правила поведения в сейсмоопасной зоне только развивающийся сейчас туризм в Индийском океане может очень сильно подрубить. И страны, которые бедные достаточно, которые только этим и живут, они боятся себе навредить в перспективе. Вот еще в чем дело.
В. КОСОБОКОВ - Мне здесь трудно возразить. Могу только добавить, что действительно землетрясения локально происходят очень редко, то есть на жизни человека сильное землетрясение может и не произойти, хотя его дедушка или внуки испытают катастрофы. В этом и состоит идея такого глобального обмена знаниями и глобального мониторинга опасностей, связанных с сейсмическими катастрофами.
С. БУНТМАН – Да, нужна, конечно, система оповещения, может быть даже навязанная многим странам теми организациями, членами которых они являются. И сейчас может быть региональный вывод будет очень серьезный, должен быть сделан странами бассейна Индийского океана. Еще был вопрос. Оказались не готовы к этой трагедии. Доводятся ли до туриндустрии научные разработки по прогнозированию? Запрашивают ли ваши сведения?
В. КОСОБОКОВ - Понятно, что такие частные запросы возникают. Но должен сразу предупредить, что вообще теории прогноза землетрясений, вообще работы по прогнозу землетрясений систематические и обеспеченные научными данными ведутся, пожалуй, последние три декады. То есть лет 30 максимум. До этого были всплески ожиданий от появляющихся новых приборов, которые казалось, помогут раскрыть загадку возникновения землетрясений, но реальных систематических изучений было очень немного.
С. БУНТМАН – Ну что же, спасибо большое. Вывод самый первый, который мы делаем из вчерашней трагедии, что, прежде всего пока не научится с точностью прогнозировать человечество в том или ином регионе, нужно научиться быстро реагировать как при пожаре. Точно так же как при других стихийных бедствиях. Спасибо, Владимир, ведущий научный сотрудник Международного института теории прогноза землетрясений и математической геофизики РАН.