Россия и Евросоюз - Карел Де Гухт - Интервью - 2004-12-22

С. БУНТМАН – У нас в гостях Карел де Гухт, министр иностранных дел Бельгии. Добрый день. Сразу есть несколько вопросов. Я бы даже хотел начать не с того, о чем вы говорили с министром иностранных дел, а скорее, с секретарем Совбеза. Насколько в Бельгии вы видите проблему терроризма во взаимодействии с Россией?

К. ГУХТ - Я разговаривал с господином Лавровым о проблеме терроризма, и Бельгия в рамках международных организаций сотрудничает с Россией в области терроризма. И мы, конечно, готовы и в этой области сотрудничать с Россией на двусторонней основе. Дело в том, что у нас уже есть экономические отношения, политические отношения, есть коммерческие отношения. И так как эта проблема очень важна, мы только приветствовали бы и отношения в этой области.

С. БУНТМАН – В связи с этим у нас есть не залеченная террористическая рана и вообще рана в России – это чеченская война. У меня очень много вопросов было в Интернете с просьбой объяснить вашу позицию по поводу возможности или не возможности встречи Ахмеда Закаева с "Солдатскими матерями" в Брюсселе.

К. ГУХТ - Ответ на это очень прост. Такая возможность не существует. Дело в том, что господин Закаев находится в списках и Интерпола, и списках стран Шенгена. И Шенгенское пространство подразумевает, что человек, который вошел в Шенгенское пространство, может свободно передвигаться по этим странам, но он помечен в списках, по которым его в это пространство не пустят. И это означает, что если вдруг господин Закаев появляется на территории Бельгии, мы его тут же арестуем и сопроводим до ближайшей границы Шенгенского пространства, то есть мы его, скорее всего, обратно отправим в Великобританию. Это технический ответ, политический ответ следующий: мы не хотим, чтобы на бельгийской территории шли переговоры с людьми, о которых некоторые люди утверждают, что они были террористами и ясно, что они не попрощались с идеей терроризма. Мы не хотим участвовать в подобной ситуации.

С. БУНТМАН – То есть даже не обвиненные, а по подозрению?

К. ГУХТ - Я еще раз повторяю, этот человек не отказался от идей терроризма, поэтому разговор с ним невозможен. Также я считаю, что переговоры между Закаевым и "Солдатскими матерями" не могут иметь никакого успеха, потому что это переговоры, которые должны вестись на политической основе. И, конечно, солдатских матерей мы приветствуем, но не для того, чтобы они вели переговоры с Закаевым. На самом деле, речь тут идет об индивидуальной акции одного европарламентария и я думаю, что господин Стас понимает, что он этой акцией делает себе пиар. Но этой акцией он не решит чеченскую проблему. С другой стороны мы, конечно, готовы помочь в возможном решении чеченской проблемы и на двусторонней основе и на основе переговоров внутри с помощью Евросоюза. Мы готовы помочь в том, что касается решения проблемы экономического восстановления Чечни. И именно из-за этого мы решили не принимать господина Закаева, потому что это бы дискредитировало нашу репутацию на этих платформах Евросоюза и двусторонних отношений.

С. БУНТМАН – Скажите, пожалуйста, расширение Евросоюза как изменило и повлияло на отношения Евросоюза в целом с Россией?

К. ГУХТ - Дело в том, что расширение Евросоюза это результат распада двух блоков в Европе, которые были образованы после Второй мировой войны и естественно, что некоторые из этих стран хотели присоединиться к Евросоюзу после этого распада. Но это никак не может влиять на наши отношения с Россией, которые именно сейчас должны быть хорошими.

С. БУНТМАН – Но присоединение к Евросоюзу стран бывшего Советского Союза и стран бывшего влияния социалистического лагеря, оно приносит определенные проблемы. Наши слушатели спрашивают: как относится Евросоюз и Бельгия к проблемам, которые существуют, например, в Латвии с русскоязычным населением и обучением русскому языку?

К. ГУХТ - Я считаю, что для русскоязычного меньшинства в Балтийских государствах наоборот очень полезно, что Балтийские государства вошли в Евросоюз, потому что у Евросоюза очень развитая система защиты прав человека. Есть Европейская конвенция о правах человека. И поэтому я считаю, что независимость Балтийских государств, для русского населения этих государств лучший вариант – присоединение к Евросоюзу.

С. БУНТМАН – Это, несомненно. Просто я хотел узнать мнение господина министра, потому что он представляет Бельгию, в которой существует тоже взаимоотношение между языками и между культурами, которые очень непросто, но решаются.

К. ГУХТ - У нас в Бельгии уже десятки лет ведутся дискуссии между фламандцами и валлонами, и при этом еще ни разу ни один человек не был убит или кому-то было плохо из-за этого. Мы в нашей стране большие специалисты вести десятилетиями всякие переговоры без нанесения хоть какого-либо ущерба.

С. БУНТМАН – Тем не менее, вы сами назвали, как я читал, вы откровенно назвали фашистами представителей партии "Фламандского интереса". Вы не хотите с ними иметь никаких политических дел.

К. ГУХТ - Для меня очень важно, что вы даже читаете то, что я в Бельгии говорю.

С. БУНТМАН – Но это тоже важно, очень важно.

К. ГУХТ - Дело в том, что тут речь не идет о защите меньшинства, фламандцев скажем. Речь идет о том, что это партия, у которой откровенные программные пункты в области их новой программы относительно миграции. Эта партия очень не любит мигрантов и иностранцев вообще. И у них есть некоторые пункты в их новой программе, где указывается, что месхетинцы должны находиться за чертой города. Что человек, который сдавал экзамен, свидетельствующий о том, что он хочет интегрироваться в наше общество, что он на самом деле, после того как он сдал экзамен, его еще должны проверить несколько раз. Для меня это недопустимая мысль даже. Поэтому я назвал эту партию и предводителя этой партии господина Филипа Девинтера фашистом.

С. БУНТМАН – Скажите, пожалуйста, сейчас довольно большие проблемы с определением Европы. Ваш премьер-министр назвал страны Юго-Восточной Европы ближайшими в перспективе кандидатами на вступление к Евросоюз, при этом он не упомянул ни Украину, мы знаем, какие проблемы есть с Турцией. Скажите, пожалуйста, господин министр, где граница Европы и входит ли в нее Россия?

К. ГУХТ - Определение, конечно, не Европы, в Евросоюза. Это совсем другое дело. И это политическое определение. Дело в том, что все страны, которые могут присоединиться к Евросоюзу, это страны, которые должны подчиняться Копенгагенским критериям. Мы могли бы дать географическое определение понятия Евросоюза, но мы решили дать политическое определение. И дело в том, что с Турцией у нас уже есть договор о сотрудничестве с 1963 года. И в 1992-м году мы решили, что Турция могла бы быть кандидатом на вступление в Евросоюз при некоторых условиях. При условии защиты прав меньшинств, улучшения Уголовного права и так далее. И если бы мы сейчас решили отступиться, мы бы не сдержали свое слово. С другой стороны мы заключили еще договоры добрососедства, в том числе с Украиной, и это подразумевает, что Украина не станет членом Евросоюза. Я считаю, что у Украины призвание остаться независимым государством, что у этой страны все предпосылки иметь о хорошие отношения с Евросоюзом, так же как и с Россией.

С. БУНТМАН – Ну что же, скоро выборы на Украине, мы знаем ваши высказывания по выборам на Украине. Я думаю, что на упоминании Украины как независимого государства с хорошими отношениями с Россией и Евросоюзом, мы завершим нашу краткую, к сожалению, беседу, господин министр. Министр иностранных дел Карел де Гухт был у нас в гостях. Спасибо большое.