Триумф женского профессионального тенниса - Шамиль Тарпищев - Интервью - 2004-11-18

А. ВОРОБЬЕВ – Шамиль Тарпищев, президент Федерации тенниса России, гость «Эха», добрый день.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Добрый.

А. ВОРОБЬЕВ – Ну что же, я уже говорил в начале часа, что официально заявленная тема сегодня – это триумф женского профессионального тенниса.

А. ОСИН – Российского.

А. ВОРОБЬЕВ – Российского, конечно. Поздравления.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Взаимные.

А. ВОРОБЬЕВ – Много вопросов, которые поступают в том числе и по Интернету, первый же, почему в сборную России не приглашают Марию Шарапову?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Во-первых, она является членом сборной России, часто задают этот вопрос. Но еще в середине года до Уимблдона была определена программа ее участия в этом году. И в силу того, что она к этому времени уже выросла на 12 см, естественно, что нужен был щадящий режим участия в соревнованиях, если вы возьмете календарь прошедших соревнований, она сыграла меньше всех, было договорено и с отцом, и с менеджерами, что она начнет выступать в командных соревнованиях со следующего года.

А. ВОРОБЬЕВ – Я добавлю, что мне помогает в обеспечении этого прямого эфира задавать вопросы профессиональный в этой области, в области спорта, Алексей Осин. Алексей, приветствую тебя еще раз.

А. ОСИН – Добрый день.

А. ВОРОБЬЕВ – Добрый день, останемся, наверное, в этой теме. Позволь, я еще некоторые вопросы слушателей задам сразу же. Есть ли в победах наших теннисисток и теннисистов ваша заслуга личная, спрашивает Владислав, любитель тенниса, что вы конкретно сделали для российского тенниса? Не секрет, что большинство наших чемпионов живет и тренируется за рубежом. Здесь постоянный такой вопрос, кто чей.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Это нормально. Во-первых, достояние федерации тенниса то, что, наверное, одна из единственных федераций, где никто не может сказать, чтобы кто-то убежал и играл за другую страну на сегодня. Все, кто у нас воспитывались, те, кто получил методическое образование до 14 лет, я подчеркну, до 14 лет, и отвечу, почему, то те все играют за Россию. И это, наверное, воспитательный момент, связанный с тем тренерским коллективом, который у нас создан. Причем лучший на сегодня. Нам удалось создать систему подготовки в юношеском возрасте такую, что она на сегодня является сильнейшей в мире, я считаю, что мы весь мир на сегодня опережаем где-то на полтора года. Для того, чтобы не упустить этот момент, нужен следующий виток развития, но это отдельная тема. И ясно совершенно, что у нас в стране отфиксирована система соревнований и система сборов от 6 до 14 лет, это базисная основа, которую мы создаем, которая сильнейшая в мире, позволяет всем выстреливать. Мы с удовольствием отдаем после 14 лет наших спортсменов в любые академии. Но на это две причины. Первая, это то, что система соревнований среди взрослых у нас не может быть такой, как в мире, это требует очень больших финансовых вложений. И система соревнований в мире уже отфиксирована, система рейтинговых очков. Поэтому для того, чтобы играть и планомерно расти, надо тренироваться, участвовать в соревнованиях, тренироваться и т.д. Это и финансовые проблемы, зачастую, не зачастую, пожалуй, две страны на сегодня, Испания и Хорватия, где можно проводить сборы и соревнования в несколько раз дешевле, чем в России. Поэтому наша заслуга, я думаю, главная, то, что мы создали систему подготовки спортсменов, это раз. И второе то, что на сегодня нам удалось сделать так, что весь мир работает на нас.

А. ОСИН – Туда же можно?

А. ВОРОБЬЕВ – Да, Алексей.

А. ОСИН – Почему у нас так много девочек хороших и так мало мальчиков? Там система не работает как-то? По половому признаку?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Нет, система одна, система подготовки одинаковая, научно-методическое обеспечение у нас с 74 г. одно и то же, мы только развиваем и сохранили все научно-методическое обеспечение, возглавляют Скородумова Анна Петровна и Голенко Владимир Алексеевич, и самая проблема у нас у ребят одна, главная проблема, что за 4 года 71 юниор уехал учиться в американские вузы, теннисисты. Потому что университетский спорт в Америке очень сильный, уже в 14 лет в колледжи забирают детей. Почему, потому что предоставляют бесплатное обучение и стипендию. Наверное, надо Минобразования сделать закон, по министерству образования, что любой член сборной России по любому виду спорту, как было в СССР, имеет право на бесплатное обучение и стипендию, тогда оттока такого не было. Это одна тема. И вторая тема, это то, что все-таки подготовка парня стоит гораздо дороже. Почему, если девочка играет в соревнованиях и не попадает в элиту, элита считается у девочек – первые 30 в мировом рейтинге, то бросает теннис, выходит замуж, находит другую сферу деятельности. И текучесть женского коллектива в женском рейтинге достаточно большая.

А. ВОРОБЬЕВ – Выше, чем у мужчин?

Ш. ТАРПИЩЕВ – А у парня, да, если начал играть, то он до 32 точно играет. Поэтому стена игроков, которых нужно пройти, гораздо она плотнее. И в силу этого из юниора сделать игрока мировой двадцатки, у ребят это 7 лет, а у девочек это 3-4 года, в два раза короче. И с этой позиции, если ребята играют, это третья проблема, ребята играют по интенсивности обмена ударов на корте, 24-25 ударов в минуту, девочки – 22-23. Т.е. любой парень – хороший спарринг девочке, а для парня надо держать двух, чтобы создать ту интенсивность, на которую он должен выйти на мировом уровне.

А. ВОРОБЬЕВ – Любопытные вещи. 14:15 в Москве, давайте мы прервемся буквально на минуту.

НОВОСТИ

А. ВОРОБЬЕВ – Шамиль Тарпищев, Алексей Осин, я Алексей Воробьев. 14-я студия, у нас еще 13 минут живого разговора. Триумф женского российского профессионального тенниса. Ну что же, вы сказали, что как-то здесь, знаете, напрямую увязываются, скажем, в США образовательные процессы и процесс подготовки теннисистов.

А. ОСИН – Не только теннисистов, вообще спортсменов.

А. ВОРОБЬЕВ – Спортсменов, будем так говорить, хорошо. У нас федеральное агентство по спорту входит в систему министерства здравоохранения.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Абсурд, я могу объяснить почему, потому что это было уже в 53 году, после провала на Олимпийских играх через 8 месяцев система была изменена. По сути, на сегодня два конфликтующих министерства, министерство здравоохранения призвано лечить людей, а спорт должен сделать людей здоровыми. Кто-то посчитал спорт больным и засунул в Минздрав.

А. ОСИН – Да, дополнительное количество койкомест.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Совершенно разные задачи, потому что идеология спорта – это идеология, которую можно провести от здоровья нации до обороноспособности страны. Наверное, спорт – это та сфера, где практически задействован весь народ. Т.е. еще одно-два ведомства можно так назвать, где задействован весь народ в орбиту, поэтому, естественно, что спорт должен быть отдельно, автономно, наделен полномочиями. Соответственно, должно быть, я бы считал, что министерство, вполне было бы разумно.

А. ВОРОБЬЕВ – А чем вас не устраивает нынешняя вертикаль власти спортивная? Либо ее вообще нет, хорошо, нет – одно дело, есть другое, но вы предлагаете выстроить совершенно иную вертикаль власти в спорте?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Я не предлагаю совершенно иную, потому что мы в свое время проработали вертикаль спортивной деятельности 36 стран, ведущих в мире, и каждая страна делает ту модель, на которую на сегодня способна. Наша законодательная база по спорту на сегодня настолько слаба, что законы все смещены в сторону общественных организаций. И реально Фетисова жалко на сегодня по одной только простой причине, он за два года очень вырос, знает, как сделать, но сама беда заключена в том, что он никаких рычагов управления на общественные организации, те же федерации не имеет.

А. ВОРОБЬЕВ – А кто имеет эти рычаги?

Ш. ТАРПИЩЕВ – На общественные организации?

А. ВОРОБЬЕВ – Да.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Никто, потому что на сегодня Фетисов говорит – как так, провалили, допустим, мы выиграли, хорошо нам сейчас, но провалили, кто бы ни провалил, какая бы федерация ни провалила мероприятие, Фетисов может пригласить президента федерации к себе, но президент федерации может прийти, может не прийти, у него нет никаких рычагов влияния и управления на них. Это чисто то, что потеряна вертикаль управления спортивной деятельностью, в принципе, ее очень легко сделать, просто нужно правильное понимание, решение сверху.

А. ОСИН – А если денег не давать? Или не получится? На подготовку, из госбюджета, разумеется.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Дело в том, что я могу сказать так, что на сегодня государственный комитет, в основном, занимается резервами. Т.е. денег не давать, это значит, обречь на то, что молодежно-юношеского состава не будет. Что касается олимпийских комитетов, то если государство, непосредственно агентство выделяет средства на подготовку, т.е. практически все финансирование ведет государственный орган, не давать деньги – значит, похоронить себя еще на энное количество лет. Надо просто менять систему управления, потому что на сегодня на Олимпийских играх у нас получились парадоксальные вещи, агентство стало практически конторой по проведению соревнований, а Олимпийский комитет – туристическим бюро. Эту практику надо закрыть, потому что Олимпийский комитет России на сегодня ни за что не отвечает, соответственно, практически не управляет федерациями по видам спорта, в принципе, не несет никаких задач.

А. ВОРОБЬЕВ – Это противоречит хартии олимпийской.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Да, и кстати говоря, Рогге, президент МОК, дал поручение Смирнову Виталию Егорович, мне и Попову, мы три члена МОК, помочь Олимпийскому комитету России привести уставные требования хартии МОК к международным организациям, мы это сделали. Завтра этот устав будет передан в стены Национального олимпийского комитета.

А. ВОРОБЬЕВ – Шамиль Анвярович, позвольте я с прямотой, которая свойственна журналистам, которые не разбираются глубоко в спортивной тематике, задам вопрос. Воруют?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Я бы так сказал, тема воровства зависит от менталитета того человека, который сидит на конкретном месте. Т.е. это можно сказать так, не исключено, но главная проблема не в этом, а в четко выраженной… я сторонник усиления государственной власти в области спорта, я сторонник системного управления. А системного управления на сегодня нет. Это самая большая проблема, кстати говоря, если Фетисову в этом помочь, я думаю, что еще не поздно исправить те ошибки и к Олимпийским играм в Пекине подготовиться более или менее нормально.

А. ОСИН – А федерация сама по себе, она сейчас общественная организация, какой она должна быть, что это должно быть, подразделение в Госкомспорте, как раньше было, управление футбола, хоккея, не знаю, гимнастики, летних видов, что это должно быть?

Ш. ТАРПИЩЕВ – По логике, государственный орган должен проповедовать идеи и стратегии развития спорта, это идеология. Под эту идеологию должна сделана быть нормативно-правовая база. Общественные организации, они должны подчиняться закону об общественных организациях, но я уже говорил, что законы плохие, потому что те уставы, которые сделаны в каждой федерации, они сделаны таким образом, что любой президент, который создал систему под себя, он будет вечен, пока не умрет. Поэтому, с этой точки зрения, на сегодня я считал бы, это лично мое мнение, тут много может быть споров, но законом не запрещен государственно-общественный статус, это нет нарушения хартии МОК. Если уставные требования привести, как бы рекомендовать общественным организациям к принятию такими, какими они должны быть по хартии МОК, по линии международных организаций, сделать систему аккредитаций этих федераций по линии государственного органа, то еще не поздно даже и очень быстро исправить ситуацию в лучшую сторону.

А. ОСИН – Эти новые образования, государственно-общественные, сейчас общественные федерации, они формируются из территориальных, по какому-то еще признаку, и эти люди, собственно, на отчетно-выборной конференции голосуют за президента или против, если это будет государственный орган, государство какой процент, скажем так, голосов или, я не знаю, акций, какой будет процент иметь государство? И как оно влиять будет?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Здесь, наверное, немножко неправильный вопрос.

А. ОСИН – Может быть.

Ш. ТАРПИЩЕВ – В каком плане, что по хартии МОК государство не может вмешиваться в дела общественных организаций. Но законодательная база государства должна быть такая, что общественные организации в этом коридоре должны помогать развитию спорта, а никак не управлять им. И на сегодня, почему и МОК обратил внимание на несоответствие нашего устава, потому что в плане даже общественных организаций есть много уставных нарушений уставов национальных олимпийских комитетов. Поэтому с позиции МОКа это решение вопроса очень простое, любая страна должна поощрять любую спортивную деятельность на благо всего народа. А общественная организация должна подчиняться тем законам и помогать развитию спорта в стране для того, чтобы это было в цивилизованных рамках. У нас этих рамок нет.

А. ОСИН – Шамиль Анвярович, я просто механизм пока не понял. Сейчас все понятно, есть общественная организация, люди, которые этот вид спорта курируют, скажем так, в нашей стране, есть государство, которое дает деньги и не имеет никакого отчета. Как государство, какие рычаги будут, как оно будет влиять?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Что можно сделать быстро, я могу ответить очень просто, отделить агентство от Минздрава, наделить агентство полномочиями всеми, которые возможны по стратегии развития спорта, как-то, если по-простому объяснить, допустим, есть ли у агентства полномочия по проведению и организации соревнований, агентство должно общественной организации, т.е. федерации, дать возможность или делегировать права по проведению соревнований и сборов какой-то федерации. Если она не выполняет, отобрать эти права и сделать, на худой конец, даже альтернативную федерацию. Тогда есть рычаг управления, это я говорю о варианте, где нет еще нормальных законов, но на сегодня этот путь наиболее является оптимальным, потому что тогда государственные орган может спросить с федерации. В противном случае нереально что-то делать.

А. ОСИН – Так, может быть, тогда, условно, Вячеслав Иванович Колосков поднимется просто повыше, как, собственно, он сейчас пребывает над схваткой, делегирует права на проведение чемпионата России, делегирует права Ярцева в управление в сборной России, будет сидеть такой дяденька в государственном органе и делегировать, а его самого кто будет смещать или контролировать и т.д.?

Ш. ТАРПИЩЕВ – На сегодня при том, что есть?

А. ОСИН – Нет, не на сегодня, как вы предлагаете.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Так в данном случае, если бы государство ему давало полномочия и могло их отобрать, то, наверное, он бы задумался, как сделать оптимальный вариант и сделать результат. В противном случае, когда нет ответственности, я не говорю о Колоскове, Колосков как специалист грамотный, вопрос запущенный был давно, я не говорю о том сейчас, менять, не менять, я просто говорю, как спорт должен выжить. Потому что должна быть ответственность любой федерации, что они делают сегодня, завтра, послезавтра. У нее на сегодня этого нет.

А. ВОРОБЬЕВ – Здесь слушатели пишут – друзья, о своих приоритетах воспитания народа заявляет церковь свою, вы свою систему образования, в общем, полная неразбериха.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Я говорю проблематику, просто мало времени, я могу развить это. Но я говорю проблематику, которая не требует финансовых вложений для решения. Я говорю о системе управления, которая помочь должна сделать, выжить нам в спортивной деятельности и помочь нашим детям.

А. ВОРОБЬЕВ – Кому это неинтересно, то, что вы предлагаете?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Государству это интересно, но у государства, наверное, до конца не было времени, чтобы в этом разобраться.

А. ВОРОБЬЕВ – Государство – это кто?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Прежде всего, правительство, конечно. Я думаю, что последнее заседание правительства, которое было и которое рассматривало вопрос спорта, то, что Фрадков сказал, что спортом надо заняться отдельно, это обнадеживает, что решения будут. Это одна сторона. А с позиции общественных организаций, конечно, то, что произошло, то общественные организации многие чувствуют себя вольготно по одной простой причине, т.е. они сделали как бы собственную систему для себя, и довольны тем, что есть. Поэтому идеологически, может быть, и все хотят, чтобы все хорошо были, но это не значит, что если я считаю так, что это правильно.

А. ВОРОБЬЕВ – "Сегодня передавали, что потеряны деньги, которые были выделены за медали на Олимпийских играх, медалей получили меньше, чем предполагали, а где деньги? Что вы думаете по этому поводу, спасибо, Лариса".

Ш. ТАРПИЩЕВ – Хороший вопрос, я тоже хотел бы знать, где деньги, потому что на олимпийскую подготовку теннисистов за последние 2 цикла, 8 лет, от Олимпийского комитета России теннис не получил ни копейки. Так вот, в том-то и дело, это же одна из статей хартии МОК, если МОК ежеквартально отчитывается за те средства, которые крутятся в МОК, то отчет от общественной организации, включая Олимпийские комитет России, невозможно получить никогда.

А. ВОРОБЬЕВ – Возвращают нас все-таки к теннису, давайте я вернусь, скажем так, к вопросам по Интернету, Артур, журналист, спрашивает - Ельцин занимался теннисом, сейчас наши спортсменки лучшие в мире, как вы считаете, через несколько лет наши дзюдоисты станут самыми сильными?

Ш. ТАРПИЩЕВ – Да, а если бы президент занимался прыжками с шестом, что было бы? Но если отвечать серьезно, то развитие любого вида должно опираться на национальные корни, если говорить конкретно о борьбе, то борьба – это национальный вид спорта, я думаю, уверен, борцовские виды просто будут первыми, обязаны быть первыми.

А. ВОРОБЬЕВ – Последний вопрос, - имеет ли государство какую-то прибыль от профессионального спорта, Николай Петрович спрашивает.

Ш. ТАРПИЩЕВ – Прибыли от профессионального спорта на сегодня не может быть, потому что, это мы уже если даже касаемся трансферной политики покупки и продажи наших игроков, допустим, нет закона о профессиональном виде спорта. Вы знаете статус профессионального клуба на Западе? Проданные деньги от трансфера игроков идут только на покупку игрока или на детскую спортивную школу. У нас есть такой закон? Значит, продали игрока, не за те деньги, но возникает вопрос, а куда они пошли? Это также законодательная база.

А. ВОРОБЬЕВ – Вот так вот, Николай Петрович, вопросом на вопрос. Думаем. Шамиль Тарпищев, президент Федерации тенниса России, Алексей Осин, я Алексей Воробьев.