ситуация, сложившаяся в банковском секторе - Микаил Шишханов - Интервью - 2004-08-19

19 августа 2004 года

В прямом эфире радиостанции 'Эхо Москвы' - Михаил Шишханов, президент АКБ БИН.

Эфир ведет - Алексей Дыховичный.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Банковский сектор, судя по количеству вопросов, которые были присланы по Интернету - эта тема волнует очень-очень многих. Михаил Шишханов, президент "БИН банка", у нас в гостях, здравствуйте, Михаил.

М. ШИШХАНОВ - Здравствуйте.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Ситуация, сложившаяся в банковском секторе, все, что предшествовало сегодняшнему дню, фактические события известны, я думаю, всем: отзыв лицензий, очереди, закрытие банков, волнения, разговоры, черные списки и т.д. Что происходит глобально? Не по фактическим банкам, которые периодически еще несколько дней назад один, другой, закрылись, а глобально что происходит в секторе?

М. ШИШХАНОВ - Вы знаете, я бы не стал так драматизировать ситуацию, что огромным количеством закрываются банки, банки всегда закрывались, лицензии всегда отзывались. Другой вопрос, что количество, может быть, немного увеличилось сейчас. Что происходит глобально сегодня, то ситуация месячной давности наглядно показала, что наша банковская система требует усовершенствования. Здесь есть много аспектов, это касается и законодательной базы, касается, собственно, и самих практикующих банкиров, саморегулируемых организаций, в частности, ассоциации российских банков, членом совета которой я являюсь. Поэтому сегодня чтобы сказать о том, что именно глобально происходит в банковском секторе, одним словом, наверное, одним выражением навряд ли, наверное, выразить можно. Я бы не делал какие-то такие сильные выводы по поводу этого.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Тогда хотя бы такая точка, это уровень доверия банков по отношению друг к другу, который очень четко измеряется одной цифрой, и эта цифра называется процент межбанковского кредита, какой он сегодня и какой был полгода назад?

М. ШИШХАНОВ - Ситуация на межбанковском рынке, в частности, в данное время, сегодня, на протяжении августа месяца, она выравнивается. И ставки по банковскому, по межбанковскому кредиту, в принципе, их диктует рынок. И ставка полгода назад если была 1-2%, в какие-то моменты она и поднималась до 17, и до 18. То же самое происходит и сегодня. Поэтому что касается доверия на межбанковском рынке, то это доверие восстанавливается, я сужу, в частности, по тому банку, который я возглавляю, и, в принципе, тот круг банков, тот круг банков, с кем мы работали, в принципе, мы и продолжаем работать, мы понимаем, что без этого рынок не может существовать. Другое дело, что произошло какое-то определенное расслоение между банками, стали называться определенные категории, банки такого-то круга, банки следующего круга и т.д. И, соответственно, денежный приток между банками нескольких кругов так называемых, может быть, уменьшился. Почему? Потому что определенная клиентура перевела свои счета, частные вкладчики перешли в определенные банки, в частности, в госбанки, в иностранные. Но эта ситуация, она стабилизируемая, она войдет в нормальное русло, я думаю, до конца этого года. И с начала следующего года мы вернемся к той же ситуации, стабильной ситуации, что мы испытывали в начале этого года. Что касается в целом произошедшего, тех событий, которые происходили в июле, то эта ситуация, с моей точки зрения, показательна. Почему - потому что лучше практикующих банкиров мало кто знает, кто на рынке как себя ведет.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Вы имеете в виду обывателей, вообще широко неизвестно?

М. ШИШХАНОВ - Да, широко неизвестно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Не поп-звезда?

М. ШИШХАНОВ - Безусловно, если взять каждый банк в частности, то все контрагенты более или менее владеют информацией, оценивают риски, выставляют какие-то лимиты и т.д. И ситуация по "Содбизнесбанку", т.е. это та самая точка, от которой, если взять за точку опоры, от чего вообще стала ситуация развиваться в ненормальную сторону, то она показательна в чем, что, в принципе, все коммерческие банки, которые работают на рынке, все прекрасно понимали, что в этом банке что-то как-то не то происходит. Но, к сожалению, у нас такая законодательная база, что вовремя применить какие-то, была такая законодательная база, сейчас внесены определенные поправки, что вовремя среагировать, т.е. какими-то другими методами, как теми методами, которые прошли, ЦБ не смогло. Поэтому сегодня винить во всех грехах ЦБ - это было бы некорректно, потому что я очень много общаюсь когда с журналистами, первый вопрос задают, что ЦБ виноват. ЦБ - это, безусловно, регулятор. И как звено последней инстанции всегда будут говорить, что ЦБ виноват во всем. Но, на самом деле, огромная вина лежит и, собственно, на практикующих банкирах. Поэтому сегодня мы это реально осознаем. Сегодня в рамках ассоциации российских банков уже создан комитет по этике, где рассматриваются вопросы недобросовестного поведения каких-то банков, сегодня обсуждается активно вопрос о каком-то возможном пуле или возможной организации под эгидой АРБ, где мы будем предупреждать такие возможные ситуации в будущем. Мы довольно активно совещаемся, советуемся, выходим с какими-то инициативами на ЦБ. И ЦБ эти инициативы во многом поддерживает. Поэтому я к чему все это говорю, я хочу сказать лишь о том, что винить в происходящем на рынке, т.к. мы стремимся к рыночной экономике, нужно и самих участников рынка. Поэтому сегодня ЦБ - это надзорный орган, который может какими-то механизмами этот рынок сдерживать в каких-то рамках. Но эти рамки мы как практикующие банкиры должны обозначить и должны в этих рамках действовать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Я напомню, что у нас в гостях Михаил Шишханов, президент 'БИН банка'. Евгения сформулировала вопрос, на который мне очень хочется сегодня в ближайшие 16 минут эфира получить ответ. Возможно, этот ответ будет, это ваши мысли, это не будет практическое применение, не получится сразу практического применения, но вопрос важнейший, почему каждое закрытие банка является шоковой терапией для клиентов? И всегда это неожиданность, и почему всегда пропадают деньги юридических лиц?

М. ШИШХАНОВ - Здесь давайте так. На этот вопрос я отвечу, на две части разобью. Что касается каждого закрытия банков, банк все-таки в какой-то степени является организацией, которая несет какую-то социальную ответственность, потому что люди, имеющие деньги и хранящие свои сбережения в коммерческих банках, они доверяют этому банку. Поэтому любой банк должен понимать, что если деньги пропадут, то менеджмент этого банка или акционеры этого банка несут какую-то просто моральную ответственность. Поэтому любая потеря денег, она вызывает шок для любого человека. Другой вопрос, какого уровня банк. Если банк, где количество денег, которые пропали, оно довольно большое, поэтому этот шок вызывает, в большей степени распространяется на весь рынок. И поэтому здесь в сегодняшней ситуации то, что идет, вступил закон о системе гарантирования вкладов, идет четкая последовательная политика по отбору этих банков, я уверен, что в дальнейшем наша банковская система таких шоков испытывать не будет. Что касается юридических лиц, что касается корпоративных клиентов, которые теряют свои деньги, т.е. они в очереди становятся последними при банкротстве банка, то здесь есть еще, над чем работать в законодательной базе. Мы под эгидой АРБ довольно активно обсуждаем этот вопрос, скорей всего, мы выйдем с каким-то предложением или в ЦБ, или с законодательной инициативой, как в конкурсной массе можно будет учитывать максимально интересы корпоративных клиентов. Но корпорации, юридические лица, любые корпорации, они довольно нормальные корпорации, очень правильно диверсифицируют свои риски. И хорошая компания обычно предполагает возможные риски потерь денежных средств. Я говорю так, не говорю о мелких компаниях. К сожалению, мелкие компании не имеют возможности, имеют большой объем средств, и поэтому работают в нескольких банках, и попадается, что ситуация складывается, как в дальнейшем сложилось с 'Кредитрастом'. Но шок, безусловно, банкротство банка, крупного банка любого, среднего, крупного - неважно, вызывает шок на рынке, потому что просто ввиду нашей исторической особенности, нашей банковской системы, если взять за последние сколько, с 91-го года всегда что-то происходило, и банки до 98-го года коммерческими и правильными, т.е. теми реальными банками, какими они должны быть, назвать нельзя. Почему - потому что тогда банки использовались для каких-то политических рычагов, для каких-то захватов, скупки собственности и т.д. И поэтому негативное отношение к банку, соответственно, негативное отношение к любому банкротству, оно выливается в какое-то непонимание, что произошло.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Михаил, но неужели не существует какого-то механизма, цивилизованного механизма, который есть, возможно, я надеюсь, я полагаю, что есть в других странах, которые уже не один десяток лет имеют банковскую развитую систему, при которой: Допустим, какой-то банк делает что-то не то. Этот банк, даже вопрос, банк или люди, которые в этом банке, делают что-то не то, ЦБ решает или еще кто-то решает каким-то образом пресечь эти действия, наказать и т.д. Неужели не существует каких-то механизмов, чтобы люди, которые или положили больше 100 тыс. руб. у нас, мы еще не начали говорить о системе страхования вкладов, больше 100 тыс. руб., не потеряли эти деньги, которые больше 100 тыс. рублей? Или фирма, которая просто проводила, ей надо было заплатить за что-то, она просто именно в этот день к несчастью своему проводила свои деньги, чтобы эти люди не страдали, или это риски, которые должны разделять все? И фирмы, и частные вкладчики и т.д.?

М. ШИШХАНОВ - Вы в начале самом сказали очень правильную вещь, что когда мы сравниваем нашу страну и нашу банковскую систему с другими развитыми странами, то опыт и история банковских систем развитых стран насчитывает несколько десятилетий, если не столетий. И поэтому те наработанные принципы в работе этих банков, они складываются с годами. Безусловно, эти механизмы существуют. Безусловно, эти механизмы будут внедряться и внедряются потихоньку в нашей системе. Но мы не можем взять просто какой-то шаблон, американский стандарт или европейский стандарт, или какой-то азиатский стандарт, этот стандарт наложить на нашу страну. Почему? Во-первых, наша страна отличается очень сильно территориальным своим расположением. Наша страна очень сильно отличается ментальностью людей. Мы только совсем недавно в рыночной экономике сравнительно. Поэтому сегодня, безусловно, есть риск. Да, это риск, это рыночный риск, его надо правильно оценивать, в каком банке работать, с каким банком работать, с каким не работать. Банк, чтобы стал максимально, так скажем, для того, чтобы оценить риск банка, я не хотел бы сейчас по персоналиям говорить, по персональным банкам, но есть определенные показатели банка, которые объясняют. Во-первых, это прозрачность, транспарентность, кто владелец банка, кто стоит за банком. Во-вторых, это работа на рынке, чем банк занимается, какими продуктами владеет и т.д., т.е. есть очень много вещей.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Вы предлагаете стать нам, извините меня, специалистами если не вашего уровня, то нет такой возможности.

М. ШИШХАНОВ - Ни в коем случае.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - У вас как у президента 'БИН банка', как, если не ошибаюсь, у члена АРБ...

М. ШИШХАНОВ - Член совета АРБ.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Есть какие-то предложения к законодателям - давайте сделаем то-то, чтобы не было таких последствий?

М. ШИШХАНОВ - Есть. Вы знаете, любое предложение, оно должно быть.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Вы можете их озвучить?

М. ШИШХАНОВ - Нет, это все-таки, когда эти предложения уже будут окончательно сформированы, тогда я буду озвучивать. Почему, во-первых, я сейчас выступаю персонально, не от имени ассоциации, есть предложения, мы над этим, действительно, работаем. Мы прекрасно понимаем, что этот риск, который несут сегодня клиенты, он ложится на наши плечи, мы должны рынку объяснить и людям объяснить, как этот риск потенциальный клиент в случае какой-то нестандартной ситуации, как он из этого риска выйти сможет. Эти предложения существуют. Мы довольно серьезно оцениваем банковские системы, работающие в развитых странах. Но я еще раз повторяю, невозможно все сделать перманентно, сиюминутно. Мы очень долго и серьезно работали над законом о системе гарантирования вкладов. В итоге он был принят. И слава богу, что он был принят очень быстро. Почему - потому что это основа основ, потому что в любых развитых странах самое главное - надо обезопасить частных лиц. И частные лица должны понимать, как они выйдут из возможных потерь. На ваш вопрос я так.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Тут не у меня вопрос, тут у нескольких людей, речь идет совершенно о другом банке, об одном из тех банков, который потерпел фиаско за последнее время, я называть его не буду, потому что он не один, в конце концов. Люди спрашивают, они пишут, неужели действительно удастся получить все деньги или смириться и только 100 тыс. получишь? Это Дмитрий Фокин из Москвы спрашивает по поводу одного банка. Что будет с теми людьми, у которых их частные вклады остались в банках, они их пока не получили? Эта система страхования уже действует, уже действительно получат? Что они получат?

М. ШИШХАНОВ - Единственное, что могу сказать всем вкладчикам, для вкладчиков то, что банк пройдет систему гарантирования вкладов или не пройдет, после принятия поправок, которые прошли в июле, все вкладчики подпадают под систему гарантирования вкладов. И все вкладчики, будь этот банк в итоге в системе гарантирования или не будет в этой системе гарантирования, находятся в равных условиях. Поэтому здесь могут быть абсолютно спокойны, по крайней мере, в сегодняшней ситуации. Что касается этого объема, 100 тыс., это та безусловная сумма, которую вкладчик получит. Все, что свыше, я не могу гарантировать стопроцентно, что всю сумму получит. Но получит обязательно, потому что у банков просто так все активы, т.е., вы знаете, я как банкир прекрасно понимаю, что у любого банка есть определенные активы, которые в итоге те структуры, которые будут заниматься ликвидацией этого банка, соберут воедино, выставят на конкурсную массу и равномерно распределят среди тех людей, кто эти деньги потерял.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Если людей окажется больше, чем этих активов?

М. ШИШХАНОВ - Здесь уже если людей окажется больше, в процентном отношении разобьют между всеми людьми.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Т.е. что-то недополучат?

М. ШИШХАНОВ - Что-то недополучат.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - А как же система страхования вкладов?

М. ШИШХАНОВ - Система страхования вкладов, она ограничивается суммой 100 тыс. руб., поэтому здесь, вы знаете как, все-таки нельзя гарантировать все за суммы, невозможно принять гарантирование вкладов всех, безусловно, это действовать не будет. Почему, откуда эта сумма взялась, то взята средняя сумма вкладов по рынку, там была специальная формула, чтобы эту сумму вывести. И в основном, те люди, которые имеют вклады больше этой суммы или большие вклады, я на примере своего банка, всегда отношения выстраиваются все-таки на каких-то персональных отношениях. Почему - потому что люди, когда кладут большую сумму, если это о сотнях тысяч, то обязательно он должен понимать, с каким банкиром он работает и кто как, здесь человек, когда приносит деньги, он сознательно уже понимает, куда он эти деньги несет.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Он лично знает вас, я правильно понял?

М. ШИШХАНОВ - Меня, я вам честно скажу, практически все крупнейшие вкладчики нашего банка, я лично встречаюсь. Это причем мой мобильный телефон есть у всех управляющих по офису. И в случае, если вкладчик хочет со мной поговорить, мне набирают - я такой-то, такой-то, я ваш вкладчик, я имею столько-то денег, как вы, как у вас ситуация. Иногда спрашивают, иногда просто интересуются, как дела, просто кто-то хочет поговорить и т.д.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Но это крупнейшие вкладчики?

М. ШИШХАНОВ - Крупнейшие, что значит - крупнейшие? Понятие крупнейших тоже относительное, вклад 10-20 тыс. - тоже очень большой вклад.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Вы все в условных единицах измеряете, разумеется?

М. ШИШХАНОВ - В долларах, да.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Есть такое положение, это как раз после того, как все это с банками началось, о том, что если банк не успел или не собирается входить, или его не пустили в систему страхования вкладов, то люди все равно в размере до 100 тыс. руб. получат деньги. Тогда в чем стимул вступления банка в эту систему? Сможет ли банк заключать новые договоры с новыми?

М. ШИШХАНОВ - Вы сами на свой вопрос и ответили, т.е. банки, которые вступят в систему гарантирования вкладов, эти банки смогут работать на рынке частных вкладов. Те банки, которые не пройдут, они не смогут принимать частные вклады. И эти банки, которые не пройдут, не смогут работать на рынке частных вкладов. Но все вкладчики и тех банков, которые пройдут, и тех банков, которые не пройдут, сегодня находятся в абсолютно одинаковых условиях. После последней поправки, которая была принята, что страхование распространяется на всех вкладчиков и не вошедших банков, сегодня все вкладчики всех банков могут быть спокойны, потому что эта система распространяется сегодня на всех.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Был вопрос от Юрия, к сожалению, в настоящий момент у меня нет возможности его увидеть. Вопрос заключался в том, вы уже ответили на него, до конца этого года будет еще один банковский кризис или нет, спрашивает Юрий? Вы уже ответили в самом начале нашего разговора на этот вопрос, вы сказали, что все стабилизируется.

М. ШИШХАНОВ - Вы знаете, как, это мое чисто субъективное мнение, да, я все-таки руковожу порядка 10 лет, я приблизительно все уже кризисы, которые существовали, проходил, сегодня нельзя даже сравнивать ситуацию, которая происходила в июле, даже в сравнение нельзя поставить с 98 годом, как многие любят сравнивать. Почему - потому что мы сегодня, т.е. если сравнить сегодняшний год с 98-м, сравнить бюджет страны, сравнить золотовалютные запасы, сравнить курс рубля, в конце концов, то просто это даже рядом нельзя поставить эти ситуации. Но что касается дальнейшего развития событий, то, по моему мнению, все те вкладчики, которые наиболее подвержены какой-то панике в связи с тем, что где-то что-то кто-то сказал, написал и т.д., по моему мнению, все эти вкладчики уже свои вклады забрали и отнесли или спрятали и т.д. Сегодня люди, ведь у нас все-таки у многих людей представления о банках, что это какая-то кубышка, куда деньги складываешь. Я как банкир, когда я деньги, вклады принимаю, я же на них не сижу, от этого они не прибавляются. Мне надо эти деньги где-то разместить, заработать этот процент, чтобы выплатить вкладчику, оставить себе маржу какую-то. Банк занимается тем, что покупает и продает деньги. И сегодня восприятие у многих по отношению к банку, что это такая кубышка, туда занес ты эти деньги, в любую секунду пришел и заберешь. Ни один банк мира самый крупнейший, ни один банк в мире никогда, сразу обанкротится, если к нему все сразу придут за деньгами. Это все прекрасно понимают. Поэтому те вкладчики, которые сегодня у нас остались, которые у нас работают, они прекрасно понимают, что банк нормально работает. Я не говорю персонально про нас, в тех банках, где сегодня работают, нормально работают, зарабатывают деньги, платят проценты, какой смысл суетиться? Нет никаких предпосылок, чтобы что-то случилось. Я лично, это мое субъективное мнение, я не могу никак прогнозировать дальнейшее. Безусловно, мы рассматриваем, когда мы обсуждаем, собираемся, между собой, практики, мы обсуждаем возможные варианты, всевозможные события. Но я еще раз говорю - все нормально, все спокойно, работаем и спокойно живем.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Дай бог, чтобы через год, полгода, когда вы придете к нам в эфир, Юрий уже просто не задавал этот вопрос.

М. ШИШХАНОВ - Дай бог.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ - Михаил Шишханов, президент 'БИН банка', был у нас в гостях. Михаил, спасибо вам большое.

М. ШИШХАНОВ - Спасибо вам.