Алексей Венедиктов - Интервью - 2004-06-10

11 июня 2004 г

В прямом эфире радиостанции 'Эхо Москвы' Алексей Венедиктов

А.ВЕНЕДИКТОВ: В Москве 0 часов 7 минут, 11-ое июня. У микрофона Алексей Венедиктов. Напомню, что у нас много людей в отпуске, в частности в отпуске Алексей Кашпур, и я его стараюсь заменить в меру моих слабых способностей музыкальных, скажем так. Напомню, что основное время я провожу за телефонными разговорами с вами. Телефон 203-19-22. Темы не ограничены. Есть, конечно, вопросы по интернету, приходят и на пейджер 961-22-22, для абонента 'Эхо Москвы'. Есть петербургский пейджер отдельный, я на него тоже обращаю внимание, вы знаете его номер. И два часа проведем с вами в таких приятных и полуприятных разговорах. Но, конечно, отдадим прежде всего долг памяти Рею Чарльзу, который скончался сегодня. Это был великий человек и великий музыкант.

ПЕСНЯ

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сегодня ночью вот эти два часа нас будет сопровождать Рей Чарльз, который ушел в возрасте 74 лет, легендарный блюзмен, пианист, композитор. Уходят люди, уходят музыканты. Сейчас мы еще споем одну композицию. Здесь просто смешная такая - сошлось по интернету два сообщения. Григорий Ронин из Санкт-Петербурга пишет: 'Жизнь прекрасна - факт. Только жаль, что вокруг так все хреново. Талантливые люди в - дерьме, видимо, дешевки на носу, гуляют, быдло ждет намедни сигнала 'фас'. Стыдно как-то за родину. Бреешься по утру, бороду отпустить что ли. Нужна ли наша страна хоть какому-то Богу? Может быть, у нас от долгой темноты зимой в мозгах какая-то хреновина не вырабатывается? С уважением, Григорий', - это одна часть пришла. Я сейчас ее соединю с другой. Антон Краев из Москвы спрашивает: 'Скажите, чем вызван бум рождаемости на 'Эхе'? Производительность растет, рейтинг не падает. Интересно, что такого случилось на 'Эхе' или что такого вы сказали своим подчиненным, что в середине сентября прошлого года: Вы понимаете, о чем я'. В общем, действительно на 'Эхе' и у сотрудников, и у коллег 'Эха' за последнюю неделю родилось три ребенка. Две из них пары внутри 'Эха Москвы'. Напомню, что у Ирины Меркуловой и Антона Ореха родилась девочка. У Саши Иллерицкого и Саши Камыниной - это наш референт, родился мальчик. И еще родилось дите, скажем так, у Володи Чернышева, который делает программу 'Иное' и у Аллы Чернышевой. Володя, мы считаем, наш сотрудник, но он сотрудник НТВ. Там, по-моему, тоже девочка, да. Нет, мальчик, мальчик - сын родился. Два сына, одна девочка. Ну, стабильность, вы же понимаете, стабильность, все в порядке. Я поздравляю ребят. Три ребенка на 'Эхе' - это показатель солидности фирмы. А что случилось в сентябре? Да очень просто. Помните, в прошлом сентябре, или в конце августа, или в начале сентября мы прошли очередной наш кризис с акционерами, и работаем год спокойно. Вот народ и призадумался о будущем. Чего, кстати, и вам желаем. И вот для счастливых родителей, для Иры Меркуловой, Антона Ореха, для Саши Камыниной, для Саши Иллерицкого, для Аллы и Володи Чернышевых - вот этот Рей Чарльз.

ПЕСНЯ

А.ВЕНЕДИКТОВ: Рей Чарльз. 'Кисс ми бэби'. Хороший вопрос: 'Почему на 'Эхе' много кашляют? Все кашляют', - пишет, по-моему, Григорий. Целуются много, наверное. И теперь, собственно, о нашем новом проекте, который стартует реально сегодня, то есть 11-го июня со спортивного канала в 16 часов. Сейчас послушаем, как это будет.

ЗАСТАВКА 'ВРЕМЯ Ч'

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, здесь все понятно. Еще что нового? Поскольку у нас Андрей Черкизов, к сожалению, не дает покоя рука, опять в больнице, то у нас в субботу будут его заменять, так же, как в пятницу - тоже Матвей болеет, будут его заменять. В пятницу Сергей Пархоменко берет эфир с 20 до 22, то есть он берет час Матвея. Там не будет '1000 немелочей', там будет наш коллега Дэвид Филиппов из 'Бостон Глоб', он заканчивает свою командировку в Москве. И вот последний эфир. Уезжает он в воскресенье, в субботу он у нас, простите, в пятницу он у нас. В субботу, поскольку у нас два часа теперь будет идти во время Чемпионата Европы 'Спортивный канал', у нас Михаил Лабковский переезжает на час раньше и забирает с 20 часов до 22. И поскольку Женя Альбац тоже находится в отпуске, Нателла забирает этот час, отдавая 22 под 'Спортивный канал'. Вот такие изменения. Дальше у меня есть несколько вопросов. Вот про Киркорова вопрос, про его поведение с журналисткой. Я, честно говоря, поскольку прилетел только вчера, мало что об этом знаю, но знаю, что часть ростовских журналистов решила бойкотировать его клипы. Я имею в виду на телеканалах, радиоканалах. И я думаю, что Киркорову надо бы извиниться на самом деле. По поводу 'Нового времени' спрашивает Екатерина Игоревна. Вышел номер в четверг, по-моему, мы об этом даже говорили. Дорогая Александра Куваева из Москвы, мы не откроем в интернет страничку для футбольного тотализатора, и прогнозы мы будем принимать на пейджер. Мы уравниваем шансы для тех, у кого есть интернет, и нет интернета. Вопрос будет задаваться один и тот же - 4 раза в день. Это в 8 утра - с 8 до 9, там где 'Спорткурьер', в 16 в 'Спортивном канале', в 22 в 'Спортивном канале' и в 0:30 в 'Спортивном канале'. Но вот вокруг этого времени. Поэтому вы можете либо там, либо там, либо там, либо там сделать свой прогноз. Я думаю, что таким образом мы охватим максимальное количество желающих сыграть в так называемый тотализатор. Тут меня просят того позвать, этого позвать. Алекс Мусс из Эспо говорит: 'Алексей, распечатки интервью на сайте безграмотны. Жаль'. Ну, они не безграмотны. Там, действительно, уважаемый Алекс, есть ошибки. Но передо мной был выбор: либо эти распечатки немедленно распечатываются и это стоит дешево, и поэтому мы не проверяем, не перепроверяем и это быстро появляется в эфире, а скорость важна. Либо это практически задержка на сутки, мы посчитали. Ну, вот я счел, может быть ошибочно, я счел, что абсолютно необходимо прежде всего необходимо довести интервью - неграмотностью мы тут блещем, конечно, и тут хвалиться нечем, но скоростью мы блещем, и это абсолютно точно. Матвей Архипов, он же Лорд Арктур предлагает утром сделать новости каждые 20 минут. Не согласился - люди живут 15-минутками. У нас были 20 минут. Не пошло. Не пошло. Это была ошибка. Я пока отвечаю то, что пришло по интернету. С цифровыми вещами будем разбираться, пока еще этого у нас нет. Игорь Рогов из Москвы спрашивает: 'В любом случае ваши вопросы передаются по адресату?' Это действительно так. Нет, не во всех 100%. Мы считаем, что оскорбления наших гостей невозможны нашими слушателями. Если идет нецензурщина, мы ее изымаем. Все остальные вопросы, даже в неприятном виде, мы передаем нашим гостям. Те, которые не смогли задать в эфире. Так, дальше я смотрю вопросы. Ярослав Симаков спрашивает: 'Как вы думаете, 'Эхо' еще долго протянет?' Не думаю вообще на эту тему уже давно. Вот работаем себе и работаем. Чего тут думать - протянет не протянет? Работаем. Завтра будет завтра. 'Вещание 'Эха' через спутник НТВ+', - из Минска Александр Великий спрашивает. Да, к сожалению, мы отключены от этого. Это коммерческая абсолютно история. Мы восстановимся, не могу сказать когда, но мы восстановимся и поймите, Александр, это в первую очередь наш интерес. Есть вопрос Лены К. из Питера: 'Существует ли внутренняя цензура на 'Эхе'? Существует ли цензура на 'Эхе' в каком-либо виде? Спасибо'. Ну, давайте договоримся о терминах, что имеется в виду под цензурой? Имею ли я право снять любой материал из информационной программы? Имею. Имею ли я право запретить любого гостя в эфире 'Эха Москвы'? Имею. Или отменить этого гостя. Имею это право. Имею ли я право вводить ограничения на это? Имею право, как главный редактор, который отвечает по закону за редакционную политику. Пользуюсь я этим правом. Очень редко, но пользуюсь. Дальше Виталий Эрсли из Санкт-Петербурга же говорит, что 'Вот, вы говорите, что есть люди, которые изначально получили от меня право на интервью. Я изначально дал им такое право, и они это интервью дают'. Но они дают интервью не по внутриредакционной политике. Потому что если они дадут интервью, в котором выразится несогласие с внтуриредакционной политикой - не с внешней, а с внутренней - им надо будет выбирать, либо меня сносить, либо самим уходить. Это нормально. А дальше будет корпорация Советский Союз. Прекратите говорить глупости, Виталий. Не надо сравнивать, скажем, лед и иголки. Корпорация - это корпорация, страна - это страна. Есть вещи публичного обсуждения, есть вещи непубличного обсуждения. И вы меня с моей позиции совершенно не собьете вашими демагогическими сравнениями, потому что эта история работает, работает достаточно давно и корпорация достаточно устойчивая. В эфире и по политике - пожалуйста, разнобой точек зрения - пожалуйста. Редакционной линии вот в том понимании, в каком она существует на НТВ, наверное, на 'Эхо Москвы' нет. Она не проговаривается, не артикулируется с точки зрения никаких политических предпочтений. И позиции абсолютно разные. И по делу Холодова вы слышали позиции абсолютно разные у журналистов 'Эха Москвы'. Но обсуждение порядка принятия решений корпорации во внешних источниках считаю недопустимым. Это знают все. Если они на это идут, их двигают какие-то великие мотивы, повторяю. Либо меня снести, либо самим уйти. Это их право. Мы все взрослые люди, мы все выбираем, как работать или нет. Работая надо мной, другой редактор - та же самая история была с Корзуном абсолютно. Я работал под Корзуном, как под главным редактором, если бы я посмел вынести публично разногласия и внутренний документ, он бы меня уволил и был бы абсолютно прав. Вот и вся история. Тут мне говорят: 'Добрый вечер', а потом 'Спокойной ночи'. Абсолютно будет спокойной ночи. Так: 'Мне нравится программа', - туда-сюда. 'Почему программа доктора Брандта не будет выходить?' - Алексей из Ростова-на-Дону. 'Не получилось', - так считает Яков Вениаминович. Я считаю, что она получилась. Он считает, что не получилась. И так далее. Нет, мы не забрались, отвечали, на Останкино. Иначе вы бы нас слышали намного лучше. 'Почему бы во всех викторинах сделать из призов управление 'Эхом' на сутки победителя, по примеру НТВ?' - это я вообще не понимаю, Александр Владимирович, вы пишете как-то непонятно. Так. 'Жаль, что вы буквально сегодня утром или вечером у Соловьева на 'Серебряном дожде' - Ирина, это реклама, - не слышали запись разговора киркоровского. Это был такой ужас, такое неприличие. Некоторые слова звучали:', - ах, какое неприличие! Не слушайте неприличие. Марина Багдасарян ушла на радио 'Культура'. Не будут возрождены 'Шарады от Агаты'. Здоровье Кравинского среднее. Это я пока читаю то, что у нас на пейджере. 'А я вспомнил, кто такая Камынина. Она меня, наверное, не помнит. Да и вы меня, наверное, не помните. Олег', - ну и слава тебе, Господи. 'Г-н Агамиров оскорбил сегодня Олега Пагина и всех женщин старше 50 лет', - Виктория Николаевна, а г-н Агамиров любит всех женщин, он не может оскорбить. Это самый любвеобильный человек на наших радиостанциях - в смысле женолюб и жизнерадостный человек. Это невозможно. Ваш любимый и непревзойденный: Ваш любимый Сергей Доренко в отпуске, а непревзойденный Ганопольский, Наталья, болеет. Все вернутся, никуда не денутся. 'Смотрю на НТВ сильную программу. Что делает Сергей Корзун? Нет ли желания сделать такую же на 'Эхе'?' - нет, Александр Владимирович, нет такого желания. 'Протестую против урезания программы 'Аргентум'. Нельзя ли 'Спортивный канал' поставить после часу ночи?' - значит, отказ в протесте, Роман. Но суть заключается в том, что вообще программа 'Аргентум' замысливалась как часовая программа. Потом они себе затащили час при моем молчаливом содействии. Сейчас я отобрал обратно полчаса. Кончится чемпионат, вернем, не волнуйтесь. 'Я тоже кашляю', - Сюзон, Сюзон. Где же мы целовались? Да. Так, что Пол Маккартни? Что Пол Маккартни? Юрию по-прежнему жаль программу 'Монморанси' Александра Лаэртского. Да вы уже на пенсии, Юра, я так понимаю. 'Или вы сильно устали, или что-то случилось. Нет огонька', - Михаил. Сейчас зажжем. Телефончик включим, а может быть, включим и зажжем. 203-19-22. Нет, ничего, просто, если вы обратили внимание, я сегодня с двух вел с перерывами. Поэтому, естественно, голос подсел. Особенно погода меня не радует. Старый больной человек, чего пристали? Пристал-то чего, Михаил? Старый я больной человек. Почему я должен вас зажигать в пол-первого ночи? Девушку найди, ее зажигай, а, слушай? 203-19-22. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый день, Алексей Алексеевич.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Где у вас там день? У меня уже ночь тут на дворе.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: У меня тоже ночь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, так а что же вы запугали? День у них где-то там.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Вы знаете, вот у меня:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как вас зовут, простите?

АННА ВЛАДИМИРОВНА: Меня зовут Анна Владимировна. Мне 63 года. У меня вот еще муж здесь за стенкой. Ему 74:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Слушайте, зачем нам муж? Подождите, что же вы так сразу все, муж-то нам зачем?

АННА ВЛАДИМИРОВНА: Вот с 'Эхом' у нас проблемы. Мы без 'Эха Москвы' жить не можем. Оказались здесь под Звенигородом на даче. 'Эхо" не берет. Ну, что нам делать? Посоветуйте. Просто куда нам, чего купить?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Дорогая моя, отдохните от 'Эха'. Ничего страшного. И муж отдохнет. Придете, а мы как на новенького. Ну, ничего сейчас не могу помочь, пока мы не перелезем на Останкинскую башню, ничего не могу помочь. Ну, сигнал распространяется лепестком, и вы попадаете в Звенигороде вот в эту дыру. Ну, вот честное слово, не могу помочь при всей моей любви лично к вам. Не могу. 203-19-22. Пошли дальше. Алло, добрый вечер.

АНДРЕЙ: Добрый вечер, Алексей. Андрей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, кто из нас Андрей - я не понял. Но ладно. Вы так через запятую сказали - Алексей, Андрей.

АНДРЕЙ: Нет, ну, Алексей - это вы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А. Вы знаете, тут к вечеру имя свое забудешь.

АНДРЕЙ: Алексей такой вопрос - совершенно в другую тему. Лужок - он мэр Москвы. А почему Валя Матвиенко - губернатор Петербурга?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Какие у вас друзья замечательные. Какие-то Лужок, Валя. Я вам завидую. Я просто хочу вас сказать, как я понимаю, что это особый статус Москвы и Петербурга. По-моему, это в федеральном законе прописано, что вот в данном случае Москва как столица - у нее мэр. И она соединяет в себе и функции и мэра, и губернатора. То есть его можно называть и губернатором тоже - не заржавеет. Я думаю, что не важно, как называется - хоть городской голова - важно, какие функции прописаны. Вот Москва - особый город, там действительно соединение мэра и губернатора, так же, как Санкт-Петербург и столичные города. Во всех остальных, если мне не изменяет память, эти должности разведены. То есть считайте, что он и губернатор, и мэр, и городская голова и еще что-нибудь такое, с притопом и с прихлопом. И Валя Матвиенко, как вы сказали - ну, подруга, видимо, бывает, - значит, она тоже мэр и губернатор. А потом сложилось, как называют по северо-западному - им звучнее губернатор. А нам мэр, и мэр. У нас проще, короче. Вообще, москвичи говорят короче. Не все буквы произносят, знаете, сокращают слова. Это Москва вот. Был губернатор, сократили до мэра. 203-19-22. Михаил, я вас зажег? Алле, здравствуйте.

ИГОРЬ: Добрый вечер, Алексей Алексеевич, меня зовут Игорь. У меня вопрос из такой области. Вот я слушаю о том от Немцова, от Хакамады и так далее, что одна из причин голосования что в думе, что на выборах президента, это то, что массированная СМИ поддержка Путина, его единства и так далее. А вот я не понимаю, неужели люди слушают, как им говорят, и они идут так голосовать. Потому что мне, хоть триллион раз скажи голосовать за Путина, мне это и в страшном сне не приснится. Реальна такая корреляция мнения человека СМИ?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо Игорь. Ну, вы знаете, на самом деле в данном конкретном случае, я думаю, что история очень простая. Вот есть партия, давайте сейчас представим себе - вот есть партия с неизвестной программой, с лидерами, которые не пошли в Думу - я имею в виду Сергея Шойгу и Юрия Лужкова - популярными лидерами. Популярность Бориса Грызлова накануне выборов достигала, чего-то там 14%, по-моему. Тем не менее 37% проголосовало за эту невнятную партию только с лозунгами 'Путин, вперед!'. Да? Ну, значит, действительно есть такая корреляция - или все равно, или не приходят. Я должен сказать, что, например, как вам Игорь объяснить? - например, в Соединенных Штатах Америки очень часто голосуют по семейной традиции. Тоже неважно, каким бы уродом не был кандидат конкретно от этой партии, но вся семья в течение 150 лет голосовала вот за этих. И вот она и голосует, и голосует - даже не объясняя себе программные ценности, это огромная масса населения так голосует. А сознательно голосуют, скажем, в Западной Европе где-то порядка 20% избирателей. Это было исследование такое проведено - люди, которые могли в одни выборы проголосовать за этого, а в другие за этого, а в третьи за этого, то есть люди, которые смотрят на личности и на программу. А многие голосуют по традиции - вот есть партия власти, и партия власти, и хорошо. Какая разница - КПСС не КПСС. Вот за короткий период ельциновского правления там действительно делался выбор без объяснения - ну, не было партии власти. А когда она была, то она была какая-то невнятная. Ну что - 'Демократическая Россия' была партией власти, вернее, 'Демвыбор России'? Да нет, конечно. Голосовали за оппозицию, за Жириновского, за компартию. Это были действительно более-менее свободные выборы где-то. Так что телевидение, вообще, пресса, главное телевидение, конечно, играют огромную роль, Игорь, в этой жизни. Но, повторяю, незначительная часть даже в Европе - 20% максимум не поддается вот этой массированной атаке. Причем, что еще очень важно, что в цивилизованных странах средства массовой информации пытаются занимать различную позицию. То есть есть поляны с разными точками зрения. Когда вся основная масса вот этой пропаганды сосредотачивается на одной партии или на одном человеке, эффект получается такой взрывной волны - чем дальше, там бум-бум-бум-бум. Поэтому надо быть самокритичным, надо быть самостоятельным и принимать решение. Нравится вам Зюганов - Зюганов, нравится вам Явлинский - Явлинский, нравится Путин - Путин. И Бог с ним, с телевидением. 203-19-22. Алле, добрый вечер.

АНДРЕЙ: Добрый вечер, Алексей Алексеевич. Андрей. Вы знаете, сегодня много было посвящено российско-американским отношениям и у меня сложилось такое впечатление, что люди вообще не знают истории этих отношений. И мне хотелось бы предложить, чтобы Сергей Александрович провел какую-то передачу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, я понял, Андрей. Я передам Сергею Александровичу. Но я думаю, что тем не менее, такие вещи лучше на пейджер посылать, потому что все послания я потом распечатываю и просто утром их селектирую и распихиваю по тому, кому они собственно адресованы. Вот вы сейчас сказали - оно потерялось. Пришлете на пейджер предложение - оно не потеряется. Просто логичнее. Я совершенно не возражаю. 203-19-22. Елена на пейджер присылает: 'Мой ответ Игорю. Все, кто не знает слова 'корреляция', голосуют за Путина. Их много'. Елена, злые языки страшнее пистолета. Алло, доброй ночи.

ГАЛИНА: Здравствуйте. Меня зовут Галина.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, Галина, слушаю вас.

ГАЛИНА: А можно медицинский вопрос.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В смысле о моем здоровье, думаю, сомнительно.

ГАЛИНА: Нет, я только о своем любимом.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, ну, затроньте. Но я как могу вам помочь?

ГАЛИНА: Да, вот вы знаете что, я вообще инвалид по сердцу. И сейчас, когда я обратилась за консультацией, мне сказали 150 тысяч.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Чего-чего, 150 тысяч рублей?

ГАЛИНА: Ну, стоит операция.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так.

ГАЛИНА: Я пошла по инстанциям. Основное надо разрешение Осиашвили.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кого?

ГАЛИНА: Это главный кардиолог города Москвы. Я пошла по инстанциям - это сначала госдепартамент здравоохранения Москвы. В общем, выучила все телефоны, чтобы дозвониться то до одного, то другого, чтобы выяснить, куда моя квота будет направлена, где чего. Теперь направлено мое письмо Осиашвили - это 15-ая поликлиника, Сучков переулок, 5. Там консультативный центр при этой поликлинике:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, Галина, и что, хорошо, дальше.

ГАЛИНА: Так вот. Вы знаете, я была в понедельник, мне сказали позвонить во вторник, узнать результат - да или нет, подпишет. Теперь я звоню, было мне отвечено, что мы ничего не знаем, вот тот человек, который должен был подписать, он где- то в отъезде. А я не знаю, что делать:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, если человек в отъезде, подождите.

ГАЛИНА: А вы знаете, то мне говорят, что он с 8 до 8 операции делает, то еще там: Я сижу, ну, я не знаю, у меня уже была попытка: ну, просто не жить, нежелание жить:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну и глупо.

ГАЛИНА: Ну почему?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, как не жить? Ну, хорошо:

ГАЛИНА: Ну, невозможно так жить:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы себя плохо чувствуете и при этом не хотите жить, но хотите лечиться. Ну, Галин, ну, где логика-то? Вы хотите вылечиться или хотите не жить?

ГАЛИНА: А боюсь теперь даже лечиться, потому что:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, глупости вы говорите. Надо лечиться и надо добиваться того, чтобы вам ответили.

ГАЛИНА: А где силы-то брать?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Галина, вы меня извините, это вопрос вашей жизни. Для того, чтобы жить, вообще нужны силы. Вы чего говорите, не жить еще.

ГАЛИНА: Ну, нету у меня их. Понимаете, я уже задыхаюсь, я пью таблетки, какие только могу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, таблетки: Значит, вы пьете таблетки, но вы должны добиться ответа. Чего руки-то опускать, Галин?

ГАЛИНА: Но это же понимаете, у меня с 9-летнего возраста, у меня уже была операция одна.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, вы хотите вылечиться?

ГАЛИНА: Я хочу дышать нормально.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы хотите дышать нормально?

ГАЛИНА: Я хочу не жить в четырех стенах, видеть мир:

А.ВЕНЕДИКТОВ: А для этого нужна операция, правильно?

ГАЛИНА: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Значит, вы должны добиваться, чтобы вам ответили, куда идет ваша квота, чтобы сделать операцию.

ГАЛИНА: А все упирается в чиновников.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А это всю жизнь нашу упирается в чиновников. Но во всяком случае опускать руки, это смешно, это просто смешно. Ну, вы что, вы хотите жить, а потом говорите, я не хочу жить. Ну, что за ерунда?

ГАЛИНА: А вы знаете, они не берут трубки, они не берут просто трубки. Я не могу туда дойти, доехать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Есть и такие чиновники, которые не берут трубки.

ГАЛИНА: И даже не знают свой профиль работы. Вот мое письмо, мне говорит диспетчер, у него, у такого-то человека, он разрабатывает. Я ему звоню. 'У меня много дел, туда-сюда, мне не звонить больше, кто вы такая', - ну, и в общем, не поднимают даже трубки.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, вы мне сейчас рассказываете уже другую историю. Вы мне рассказали одну историю, теперь рассказываете другую. Вы сказали, что вы не можете дозвониться до человека, который должен вам ответить, правильно?

ГАЛИНА: Нет, это уже пройденный этап.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, если он пройденный:

ГАЛИНА: До него добилась, дошла.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, хорошо. Видите? Добились. Видите? Вы их всех заломали. И заломаете дальше еще. Вы же добились. Двигайтесь дальше, Галина.

ГАЛИНА: Да?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы его победили, этого чиновника, который вам не отвечал. Пусть он думает о том, как ему дальше жить.

ГАЛИНА: А вы мне, извините, пожалуйста, Алексей Алексеевич, вот я имею право выбирать, там где мне делать эту операцию.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это я не знаю, Галина, честное слово, просто не знаю. Знаете, что мы сделаем, вы сейчас не кладите трубочку, сейчас мы запишем телефон, и завтра с вами свяжется мой помощник, мы попытаемся получить ответ. Потому что в эфире, конечно, я ответить не могу. Договорились?

ГАЛИНА: Что не могу я?

А.ВЕНЕДИКТОВ: В эфире не могу я ответить, я не знаю.

ГАЛИНА: А, понятно, понятно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не кладите трубочку, сейчас запишет ваш телефон Василий Антипов просто. И мы завтра попробуем каким-то образом решить. Ну, вот я хочу еще раз обратить внимание, что человек вот выяснил, что он: добился и пошел дальше. Да, боремся с чиновниками - и здоровые, и больные, и какие: И это надо делать. А чего руки-то опускать? А им только этого и надо, чтобы: отстаньте: Их основной принцип, знаете, чиновников в любой стране: 'Отстаньте от нас. Отстаньте от меня. Вы же видите, я работаю'. Тем не менее, вот видите Галина пробилась. Так что не надо мне, Ника Володина, говорит, кого я должен жалеть, кого не жалеть, понимаете? Вот пожалеть человека и опустить трубку, и чтобы она сидела одна в четырех стенах, это каждый из нас может, и делают еще много. Давайте вот в прокуратуру, не отвечают, письмо в прокуратуру, письмо идет, пусть само идет. Так пошли дальше.

ЗАСТАВКА

А.ВЕНЕДИКТОВ: 203-19-22. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Ой, здорово. Я попала к вам.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Круто попала на радио, да.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Я из Ленинградской области.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Откуда?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Из Ленинградской области.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как же вас туда занесло?

АНЯ: Меня зовут Аня.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Аня, сколько же вам лет?

АНЯ: Мне? Да мне много лет. У меня двое детей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А голос-то, аж 18, я уже начал клеиться, ну, ладно.

АНЯ: Нет, ну, вообще, я классная девчонка. Но я работаю в школе. И я хотела у вас узнать, Алексей Алексеевич, так как вы человек эрудированный, везде ездите:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я великий, знаю, да. Чего?

АНЯ: Вот у нас сейчас конец года, и я поняла, ну, я недавно в школе работаю, что у нас такое бывает часто, что мы ставим 3, а 2 в уме. А вот скажите, пожалуйста, такое бывает на Западе?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ой, Аня. Я думаю, что поскольку все люди и человеки - все бывает на самом деле. Ну, вот, вообще, это лучше спросить Женю Альбац, которая там училась и дочку свою учила. Ну, вот вы представьте, вы учитель при всех, и вы знаете, что ребенок из очень тяжелой семьи, и что по идее надо отчислить. Я думаю, что если вы нормальный человек: Я не знаю, вот у меня, я 20 лет работал в школе, 20:

АНЯ: Здорово.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, здорово. У меня такие случаи происходили направо и налево. Если я понимал обстоятельства вот этой возможной двойки или ее последствия. Абсолютно сознательно, кривя душой, если угодно, перед собой, конечно, ни перед кем другим, я рисовал эту тройку. Там есть же разные причины. Вы же понимаете, есть гениальные дети в математике. Что ему эта история?

АНЯ: Нет, я этот вопрос потому задаю, что вот этот ЕГЭ светит в будущем - и не только по математике и по русскому, но и по другим предметам. И я боюсь, вот насколько наши дети будут подготовлены, 11-ый класс, для того, чтобы это ЕГЭ написать, исходя из того, что мы многим очень детям ставим 3, а 2 в уме.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот вы знаете, тут есть несколько проблем и несколько позиций. Во-первых, я все-таки думаю, что в конечном итоге ЕГЭ перейдет по желанию. И это тоже будет не очень хорошо, потому что у вас полкласса будет, вам придется натаскивать на тесты, а полкласса: Вы какой предмет преподаете?

АНЯ: Дело в том, что я психолог школьный.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А-а. Ну, вы увидите шизофрению настоящую, то есть раздвоенность сознания. Вот вы столкнетесь со всеми этими истериками и стрессами.

АНЯ: Да, я поэтому уже как бы этот предвкушаю экзамен.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, предвкушайте, потому что как раз вот неверно заполненная клеточка и это все вызовет больший стресс, чем разговор, чем собеседование. Я просто думаю, что это тема длинного разговора еще среди тех, кто принимает решения. Я считаю, что гуманитарные предметы - это вообще вопрос собеседования. Ну, как можно оценить объективно знания или, скажем так, трактовку образа Татьяны?

АНЯ: Да. Вы правы, конечно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Невозможно, по-моему. Потому что кто-то любит Татьяну и хочет ей подражать, а кто-то считает ее дурой. Ну, представляете себе 8-классницу, да, которая просто на себя примеривает Татьяну Ларину, да и по своему характеру, и пишет об этом сочинение. И все. Поэтому какое тут ЕГЭ? Я думаю, что вам сильно прибавится работы. Запасайтесь для себя валидолом и самое главное, помните, что у вас есть еще свои дети.

АНЯ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Может быть, это самое главное.

АНЯ: Да, а скажите, пожалуйста, вот эта информация, что возможно ЕГЭ по выбору, вот я, честно говоря, от вас в первый раз слышу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, вот у нас был министр Фурсенко Андрей, во всяком случае, в Москве было принято решение, что ЕГЭ по выбору - или ЕГЭ, или не ЕГЭ.

АНЯ: В этом году?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот который был. Да, вот сейчас. И в Москве сейчас, по-моему, что-то порядка 3 тысяч из 81 решили сдавать ЕГЭ. Суммарно 3 тысяч. Вот, кстати, Бэкхем нам пишет: 'В Америке, если хорошо играешь в баскетбол или другой спорт, на уроки можно не ходить - автоматом ставят оценки. Знаю точно'. Наверное, преувеличивает, но я вполне допускаю, что это баскетбольная команда - это слава школы. Ну, как у нас, собственно говоря. Хороший футболист: Я думаю, что все люди всюду одинаковы, Аня.

АНЯ: Алексей Алексеевич, большое вам спасибо за такой развернутый ответ.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, дискуссия получилась, да.

АНЯ: Вы даже больше знаете, чем мы - работники школы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы сколько в школе отработали?

АНЯ: Вы знаете, я недолго в школе отработала, я до этого работала в коммерческой организации.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, сколько, в школе сколько?

АНЯ: А так как у меня ребенок маленький, я вынуждена пойти работать рядом с домом уже около трех лет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, Аня, сколько? Три года, а я 20 - в семь раз умнее.

АНЯ: Здорово. Я завидую вашему опыту.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Счастливо.

АНЯ: Всего доброго вам.

А.ВЕНЕДИКТОВ: До свидания. Да, проблема ЕГЭ - это: Еще будем долго обсуждать - так же, как все льготы, жилищный кодекс и так далее. Я обещал, что с этого не слезем. И не слезем. И не слезем. Все, что касается всех нас, особенно всех нас: Вот, знаете, про Ирак и Америку пообсуждать, конечно, красиво, или про Осетию. А вот про жилищный кодекс, про льготы, про проблемы ЕГЭ - то есть то, что касается любого - что касается призыва, это, конечно, важнее. 203-19-22 - это телефон прямого эфира. Отвечу Игорю еще раз - Игорь, отстаньте. Он пишет: 'Сделайте на сайте живую картинку из вашей второй студии. Это не так дорого и интересно'. Дорогой Игорь. Сильно грузит сайт. Сайт не загружается или загружается слабо. Не будем делать. Отстаньте. Алло, добрый вечер.

МИХАИЛ: Алексей Алексеевич, здравствуйте. Это Михаил. Это я вас все беспокоил, что у вас огонька нет. Но не потому что я незажженный, я зажженный: Мне просто вас жалко, я думал, вдруг у вас что-то случилось.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, я просто пока, у меня вопросов не было:

МИХАИЛ: У меня вот вопрос, знаете, какой? Тут вот про мэра, про Валю говорили. Вот вы по миру ездите, а вот вы скажите, во всех городах, ну, во всяком случае, больших к мэру также невозможно попасть, как у нас в Москве? У нас, вообще, мэр, казалось бы, народный, а чтоб к нему попасть, наверное, не попадешь. Потому что он мэр.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Честно говоря: я понял, Михаил, честно говоря, я не знаю, - наверное, легче. Вообще, там легче с политиками общаться, но я так понимаю, что в расписаниях вот у политических деятелей, руководителей крупных городов есть то, что называется встречи, приемы и так далее. Не знаю. В смысле прием избирателей, что называется. Не знаю. Однако замечу, тем не менее, что москвичи избрали Юрия Михайловича Лужкова там семьюдесятью с чем-то процентами голосов, и вот ваша претензия она вполне обоснованная, хотя не знаю, вот с чем бы я пришел к мэру. Вот у меня к нему вопроса нет. У меня есть вопрос к начальнику ЖЭКа нашего, к начальнику нашего микрорайона, к начальнику, там, я не знаю, водопроводной системы, может быть, Мосэнерго, которое отвечает за район, где я живу, - но у меня нет вопросов лично к мэру Лужкову. Потому что для меня мэр - это все-таки что-то такое собирательное. Потому что есть внутри, если я хочу решить какой-то вопрос, то я иду к людям, которые непосредственно решают этот вопрос. Для того, чтобы паспорт новый сделать, я не иду к мэру, я иду в свой ОВД - отделение внутренних дел. У меня к нему нет моих личных вопросов, понимаете, которые он лично должен решить. Я вообще не понимаю, что мэр лично должен решить по отношению к городскому одному жителю. Вот этого я не понимаю. Только если по инстанции жалоба. Да? Только если по инстанции жалоба, что не так строят дом, снесли детскую площадку. Но это вот добрый царь, который вот эту детскую площадку восстановит, а 300 будет снесено. И дойдут. Не знаю, мне кажется, что чего-то здесь неправильное такое обращение к царю. Он, конечно, может чего-то там сделать. Я так думаю, ну, жест там. Но в принципе, не царское это дело, грубо говоря, про детские площадки, если честно. Мы должны: Мы избираем свое самоуправление, своего микрорайона. Просто надо в этом участвовать. Надо ходить на выборы и требовать от своего вот этого (стучит по столу) самоуправленческого товарища. Да ты, мы тебя, ты обязан нашу песочницу: не надо говорить про город, про Олимпиаду 2012, ты вот нашу песочницу поддерживаешь в порядке. Вот это правильно. И я должен сказать, как ни странно, во всем мире основное внимание - это выборы в местное самоуправление. Муниципальные советники и так далее. А у нас даже незаметно прошло. 203-19-22. Алло, доброй ночи.

ИГОРЬ: Еще раз доброй ночи, Алексей Алексеевич. Это Игорь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, повезло.

ИГОРЬ: Я вот что хочу у вас узнать - вот сейчас приближается уже пора отпусков летних. А вы как-то будете на 'Эхе' и на соседней радиостанции, что делать людям, когда их обманывают турфирмы. Потому что у меня в собственном опыте был в том году случай, когда обманула турфирма, солидная, со всеми документами и опытом работы много лет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понимаю, Игорь, отвечу. Я сам вел месяц назад передачу, заменяя, по-моему, Сережу Бунтмана. Посмотрите на сайте, если есть возможность. Как раз приходили юристы, которые рассказывали о том, во-первых, как поступать, если турфирма действительно обманула, не выполнила свои обязательства, скажу я аккуратно. Если есть такая проблема, наверное, она есть. Спасибо за идею, Игорь. Я думаю, что мы еще раз проведем, и это совершенно очевидно. Так что, молодца. Молодца. 203-19-22. Это телефон прямого эфира 'Эха Москвы'. Можете задавать вопросы мне - я главный редактор радиостанции - и по работе радиостанции, да и по всему спектру ваших интересов. Немножко на пейджер обращусь. Не надо мне присылать 100 раз одно и то же сообщение, уважаемый Марк Ткачук. Ничего вам не нужно делать, мы над этим работаем. 'Погода в Петербурге, учитывая предстоящий концерт Пола Маккартни'. Ну, учитывая, что я сам 18-го буду в Петербурге - к сожалению, на концерт не попадаю, но я буду 18-го, обязательно сообщим погоду, хотя бы для меня. 203-19-22. Вот Алла пишет, кстати. 'Я была наблюдателем на муниципальных выборах. На довыборы 16-го мая пришло на участок 55 человек. Люди сами себя должны винить'. Ну, винить, Алла, наверное, себя не надо, но учесть, безусловно, понимание, что может быть скорее важны муниципальные выборы, чем президентские, - так грубо говоря - для жизни, это важно. 203-19-22. Алло, здравствуйте.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Доброй ночи, Алексей Алексеевич. Это Алла Николаевна. Мы как-то с вами уже разговаривали. Я, во-первых, хочу поблагодарить организацию работы на вашей радиостанции.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Вот в связи с проведением этой чудесной программы 'Один день войны'. В субботу я была на записи. Во-первых, я хочу поделиться маленькой такой радостью. Дело в том, что в этом здании когда-то было наше министерство, а на этом этаже техуправление его. И мы там провели очень много времени во всяких дебатах, дискуссиях.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И продолжаем это делать, замечу я.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Ну, по технике, я имею в виду.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, дебаты.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Я пришла:

А.ВЕНЕДИКТОВ: :как домой.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Да, как домой.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Замечательно.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: И у вас такая обстановка домашняя. Очень милая Наташа со мной работала.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Есть такая Наташа.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Я не знаю, как получилась запись, но ей вроде понравилось. Но я хочу вас поблагодарить за то, что вот так чутко и четко была поставлена:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Очень приятно.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Но вы знаете, какая у меня идея. Когда кончится 'Один день войны' - надеюсь, мы доживем до 60-летия Победы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Доживем, доживем.

АЛЛА НИКОЛАЕВНА: Вот, может быть, тогда поставить программу типа 'Один день мира' - то есть, чтобы вот эта эстафета воспоминаний продолжалась.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я подумаю. Спасибо большое, Алла Николаевна, это замечательное предложение. Я подумаю, как его можно реализовать, чтобы было интересно всем. Я понял вас. Вы знаете, вам спасибо большое за добрые слова в адрес Наташи, и вообще наших референтов, потому что им на долю самая тяжелая работа выпадает. Люди приходят разные, с разным настроением, с разной судьбой - вообще, не только ко 'Дню войны'. И мало, в общем, они слышат теплых слов от наших слушателей, да и от своего руководства, включая и меня. Тем более приятно, что вы девушек наших похвалили. Спасибо вам большое. 203-19-22. Это телефон прямого эфира. Сегодня какой-то лирический у нас разговор. Алле, здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ПЕТР: Алло, здравствуйте. Меня зовут Петр. Я хотел бы категорически поспорить с вами по поводу того, что у простых москвичей нет вопросов конкретно к мэру. Особенно вот у меня лично есть вопросы по поводу охраны исторической застройки и по поводу архитектуры, новой архитектуры, которая строится в Москве.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А причем здесь мэр?

ПЕТР: Нет, ну, а как же? Дело в том, что это именно мэр, который определяет архитектурную политику города.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кто вам это сказал?

ПЕТР: Я категорически в этом уверен.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А я уверен, что это не так. И чего мы будем делать? Вы придете к мэру и скажете: 'Я возмущен, что здание NN на такой-то площади:' А он: 'Вот вам решение градостроительного совета, в который входят 23 архитектора и все с именем. Вот вам решение технической комиссии. Вы что с ума сошли, - скажет он, - чтобы я по каждому зданию это делал?' Нет, я вам просто вам рассказываю, как будет реально. Вот 23 архитектора решение подписали и сказали, что это здание ничего не уродует, а наоборот, украшает. И чего? В чем вопрос?

ПЕТР: Вопрос заключается именно в том, что каждый из нас знает, в чем подоплека этого всего. Мы прекрасно знаем, что в данный момент облик города определяет вкус одного человека.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я с этим не согласен.

ПЕТР: А кто тогда?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, что значит, кто тогда? Я не понимаю, как облик города может определять вкус одного человека. Я не вижу, как в огромном мегаполисе это возможно. Это замечательный миф, его можно культивировать. Его можно либо восхвалять, либо шпынять - я имею в виду мэра - за это. Абсолютно правы вы. Только надо понимать, что это миф. И когда вы придете к нему на прием зададите ему, какой вопрос вы зададите? Ну, задайте вопрос. Ну, вопрос какой вы зададите? Вот вы пришли. Вот Юрий Михайлович сейчас едет в машине, нас слышит. Ну, задайте вопрос.

ПЕТР: Э-э-э.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А-а, вот в этом вся проблема.

ПЕТР: Когда, в конце концов, в Москве будет настоящая современная качественная архитектура?

А.ВЕНЕДИКТОВ: В Москве: Отвечаю вам - в Москве современная качественная архитектура. Москва получает массу призов на международных выставках A, B, C, D, E, F - и это правда - за свои новые здания:

ПЕТР: Подождите, на каких, на каких?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да он вам скажет - вот такая папка есть. Вы что думаете, этого нет?

ПЕТР: Да нет, конечно, нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Значит, конечно, да. Значит, отвечаю вам - конечно, да.

ПЕТР: О московской архитектуре не знает никто.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ерунду вы говорите.

ПЕТР: Я ориентируюсь в этом. Я прекрасно это знаю. Никакого международного признания ни один московский дом за последние 10 лет не получил. Кто вам сказал? 'Триумф-палас', 'Алые паруса' - это все дома, признанные самыми ужасными произведениями архитектуры?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кем?

ПЕТР: Я вам скажу. 'Бизнесуик', 'Бизнесуик' прошлого года:

А.ВЕНЕДИКТОВ: 'Бизнесуик' для меня, как для мэра Москвы, не является примером для определения архитектурной ценности.

ПЕТР: Нет, но тем не менее это уважаемое издание.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Оно специализируется в бизнесе. А простите, а журнал 'Плейбой' еще ничего по этому поводу не сказал, а 'Мурзилка' - уважаемое издание. Ерунда.

ПЕТР: Нет, ну, это вы перегибаете палку.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему?

ПЕТР: Потому что 'Бизнесуик' - это издание с мировым именем, которое, естественно, будет:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну и что? А уж 'Плейбой' точно.

ПЕТР: :приглашать экспертов тоже с мировым именем, с идеальной репутацией.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я еще раз вас спрашиваю, какие идеальные репутации, о чем вы говорите? Какие репутации? Все архитекторы друг друга ненавидят. Они конкурируют на нашей московской площадке. Они будут нам мстить, что мы их не приглашали - я вам отвечаю от мэра. Вот и вся история. Вы у меня что хотите узнать? Что вы у меня хотите узнать?

ПЕТР: Нет, дело в том, что вы сказали, вполне такое яркое утверждение - что у москвичей нет вопросов. А они есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, я считаю, что все вопросы с москвичами решаются в предвыборной кампании мэра. И в конечном итоге мэр получает тот или иной - не только москвичи всюду - получает вотум доверия либо вотум недоверия.

ПЕТР: Ну, конечно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: По совокупности. Я сказал, что лично у меня нет вопроса к мэру Лужкову. И вы не можете свой вопрос сформулировать. Потому что вопрос - доколе не будет зданий? - это не вопрос. Это вы пришли побазарить. Это вы не к мэру пришли.

ПЕТР: Ничего подобного.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно. Я вам даю решение градостроительного совета по каждому дому. К ним, пожалуйста. Я в этом ничего не понимаю. Они дают рекомендации, я подписываю. К ним, пожалуйста.

ПЕТР: (смеется) Нет, ну:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну что нет, да.

ПЕТР: Нет. Ну, я думаю, что если это будет один человек, который придет и это скажет. Если, например, на радио 'Эхо Москвы':

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я обращаю ваше внимание - одну секундочку - что вопрос слушателя, я же в его парадигме живу, был в том - на прием к мэру. Вот на прием приходит один человек. Вот на прием. Конкретный вопрос.

ПЕТР: Ну, хорошо. Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я работаю только в этой области.

ПЕТР: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А так вопросов много. Мне тут сейчас пишут: 'А бордюры на дорогах?' А бордюры - правильный вопрос. Бордюры на дорогах. 'А парковки?' - правильный вопрос. А чего парковки, вопрос сформулируйте.

ПЕТР: Ну, да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Вот в этом проблема. Спасибо большое, извините, мы уходим на новости. То есть на самом деле только кажется, что вопросы, когда сюда приходят разные люди, задавать легко. Реально их задавать очень трудно. А уж получить ответ - ой.

НОВОСТИ

А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер, у микрофона Алексей Венедиктов. На пейджере есть вопрос. 'Я бы хотел немного отвлечь вас от проблемы и задать вопрос. Как вы считаете, можно ли в наше время знакомиться людям, которые одиноки?' То есть как, Марианна? Конечно, можно, и даже нужно, наверно. Вообще одиночество, наверно, состояние достаточно тяжелое. Что может ограничить людей, которые хотят познакомиться? Как это сделать? Ну, если говорить формально, существуют клубы тех, кому за 30, за 40, за 50, за 60 - они существуют реально, если вы хотите, мы про это сделаем передачу. Если вы человек общительный - есть места, где люди встречаются, в зависимости от вашего возраста, встречаются люди по интересам, в частности, если вы чем-то увлекаетесь, вы идете туда (например, марки собираете) и там по интересам встречаетесь, возможно, там кого-то найдете. Я не вижу никаких препятствий к этому - и те, кто одиноки, и те, кто не одиноки. Но если нужна подробная передача об этом, я завтра скажу своим коллегам - поищем, найдем людей, которые специалисты в этом деле, нет вопросов. Дальше пошли: Про Путина: Не хочу сегодня про Путина, что-то лень.... Алла считает: 'Может быть, Юрий Михайлович не приходит на 'Эхо', так как думает что у москвичей нет никаких вопросов к нему?' Алла, внимание. Был вопрос о приеме, то есть об индивидуальных вопросах. Я уверяю, что мэр не может и не должен решать индивидуальные вопросы. Мне так кажется. Поэтому и нет вопросов.... А вообще что он думает по тому поводу, по сему поводу, как планирует делать то, се - это, конечно, важно. Но 'Эхо' - это масс-медиа: здесь не решаются индивидуальные проблемы, здесь решаются проблемы общие. Индивидуальные проблемы в редком случае можно только решить. Вот так организована власть, она так во всем мире организована. Помните, в индивидуальном порядке Владимир Путин попросил Ширака, чтобы он помог решить проблему с русской актрисой Натальей Захаровой и ее дочерью? Невозможно! Не может президент решить эту проблему. Это инстанция судебная, а это функция министра иностранных дел - и так далее: 203-19-22. Алло, доброй ночи!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый день. Это Людмила, я все подписываюсь '916'. У меня такой вопрос тоже по мэру. Есть такие же моменты в жизни города, где только Лужков мог бы решить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Например?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Например, жители Покровки и близлежащих улиц...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы про меня поподробнее: я сам с близлежащей улицы.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Я знаю.... подписывали письма о том, чтобы не снимать троллейбусные линии. И все равно его снимают.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему Лужков это снимает? Я сейчас попытаюсь объяснить свою мысль. Видимо, я невнятно ее объясняю, потому горячусь. Существует некий проект движения по Москве. Связан он с возрастанием автомобильного движения. Я не говорю, правильно или не правильно, по-моему, я сам подписывал это письмо - или я, или жена, или теща: Существует некая логика в этом. Но мы видим свой участок улицы. Утвержден план, который вырабатывался специалистами. Он может быть неправильный, но это план, который цепляет одно за другое. И кусок: 'Покровку не трожь!' А Стретенку?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А Стретенку не тронули!

А.ВЕНЕДИКТОВ: Пока не тронули. Вы помните, когда заворачивали кольцо вокруг Кремля в одностороннем движении - как очень многие протестовали. Теперь представьте себе, если вы в центре бываете: если бы машины шли в две стороны - они бы шли или там бы все стояло?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Между прочим, очень многое зависит от действия ГАИ:

А.ВЕНЕДИКТОВ: А я вам скажу как мэр Лужков: действия ГАИ подчинены министерству внутренних дел. Не могу решить вопрос!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Это понятно. Ну ладно - Покровка. Но я в информации на 'Эхе' услышала, что депо 'Апаково':Вы слышали, наверно, эта информация проходила, Пикуленко или Асланян об этом говорили, что должен быть продан участок за 8 млн. долларов ориентировочно, и ликвидируется трамвайное депо. Это все трамваи. То же Бульварное кольцо, Университет, Нагатинская:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не слышал... Без ведома Лужкова, конечно, ничего не делается: Но: давайте возьмем по-другому. Я руковожу радиостанцией. Мне три дня тому назад представили идею замены звуковых компьютеров: новое поколение, ничего не понимаю, совершенный кнопконажиматель.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Вы вызываете специалистов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Правильно! Во-первых, я спросил всех специалистов, они подписали. Во-вторых, я привлек ребят из соседнего подъезда, потому что у моих свой интерес. Они сказали, что отличная система. И я подписал. Потом ко мне придет корреспондент и скажет - слушай, что-то у меня кнопки западают на этом компьютере. В смысле, плохо он сделан, не работает... Я что, должен его компьютер изъять из сети? Это работает по-другому машина.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Это понятно, что специалист. Но здесь завязано немножко с другими моментами. Потому что там дорогая земля на Шаболовке, это прямо у метро 'Октябрьская', это депо великолепное. Там старенькие трамвайчики стоят:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все правильно. Я объясняю про другое. Я объясняю, как функционирует власть.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А от московских жителей делегация в принципе могла бы быть какая-то?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Можно. И письмо подписывал сам. Мы же говорили о приеме. Да, действует.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Может он принять?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А зачем принимать? Не надо принимать. Надо чтобы это письмо было принято и ему присвоен номер. Надо чтобы бюрократы в соответствии с законом отвечали в срок, и если у вас есть отказ, то вы идете дальше. Вспомните эту историю с Путиным и с мальчиком с елкой. Фантастика просто. Немедленно 100 вертолетов поднялись, мэра сняли, дворников уволили, поставили эту елку. И?:

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Да. А здесь еще такой вопрос. В принципе, вы правы, что должны на местном уровне. Например, дом наш 31 по Покровке, у нас такой частный вариант: меняют кровлю, и собирались закладывать минеральную вату без изоляции. Мы боролись и сами добились того, чтобы нам перестали закладывать. Это в течение 3 недель.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Лужков?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Нет. Я просто говорю, что, в принципе, люди должны бороться за свои права.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно согласен.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: И не сидеть, что это бесполезно, что вы здесь ходите:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо большое, у меня тут просто телефон раскалился уже: Я пытаюсь это всем объяснить - что человек не является тварью дрожащей, что человек не является винтиком, что человек не является мышонком и что не надо бояться - таково мое видение. То, что вы сейчас сказали. И он не надеется, что за него это сделает мэр, президент, губернатор и так далее. Вот к вопросу о Галине, которая пробила чиновника. Тяжело больная женщина - сломала. И не надо бояться быть занудой, собирать отказы и двигаться дальше. Да, в прокуратуру да, в суд, да, к вышестоящим. Послушайте, они не хотят неприятностей на свою голову, они не хотят неприятностей сверху. Им легче разобраться с вами. Но если вы идете выше и они это понимают - они предпочитают решить вашу проблему, как правило. Есть, конечно, упертые: Вот когда я говорю о гражданском обществе - вот оно. Вот вы - это гражданское общество. Вы добились, чтобы не клали стекловату. Вы добились! Это и есть гражданское общество - а не собираемые в Кремле союзы, неизвестно как возникшие на пустом месте. И это главное. То же самое - по льготам. Это вы добились: вот этими звонками, и вот этими своими письмами туда, и выступлениями в газетах. Потому что пресса в данном случае - это только проводник, это не самостоятельная сфера. Это если даже не зеркало, то стекло, которое пропускает, иногда искажает информацию, свет - как хотите. Вот это мое понимание. Оно может быть ошибочное, но оно мое, и я с вами абсолютно согласен. И письмо надо подписывать, и в кружок защитников собак надо вступать, для того чтобы им продолжали колоть кетамин, если надо, и организовываться по этому поводу. По интересам. И мне кажется, что это самое главное. Все трусливые всхлипы (да не обидится на меня Андрей) - Юрий Михайлович, да когда же построят здание: Вы знаете что? Это вообще вкусовщина - про облик. Не буду я ничего говорить. Мне легко говорить: я за Лужкова не голосовал, и вы это знаете. Я не пошел на выборы сознательно. Но я хочу вам сказать: я помню и читал в газетах старых, я любитель старых газет, как про Эйфелеву башню говорили - такое уродство, Париж изуродовало, разнесло все... Таких примеров тысячи. Не можем мы сейчас судить это. Мы можем бороться против того, чтобы там построили такое здание, там такое здание:На своем участке, безусловно. И можно по городу бороться, и референдум требовать проводить по реконструкции манежа - с удовольствием приму участие в этом референдуме. И по Храму Христа Спасителя сколько было споров, и по Поклонной горе сколько было споров! Да никогда не будут все довольны! Это и есть граждане. А те, кто молчат, те не граждане. Так, лают: Терминологически это 'обыватели' и 'граждане', на мой взгляд.

-

А.ВЕНЕДИКТОВ: 'А как же роль личности?' - Наталья пишет: Конечно, существует роль личности, конечно, личность собирает свою команду, и отвечает за свою команду, и никто не снимает ответственности. Но я отвечал на конкретный вопрос про прием. Роль личности на выборах там определяется. А у нас - на выборах главного редактора. Вот и вся история. Ходите и голосуйте. Или не голосуйте: Алло, здравствуйте

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Лев Павлович, мне скоро 80. Вот у меня вопрос какой. Я живу в хрущевке, потолки низкие, платим за тепло - за квадратные метры. А почему не кубические? Этот же вопрос был поднят в Думе, и коммунисты, и сын адвоката - прямо сразу сказали, что нет, не нужно, будем платить за квадратные метры.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что вы хотите чтобы я вам ответил? Честно говоря, у меня нет ответа на этот вопрос. Я не знаю просто, как правильно.

СЛУШАТЕЛЬ: По-моему, кубические метры. Почему я должен оплачивать?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Честно говоря, вы задали вопрос: Спасибо, что позвонили: Я проконсультируюсь, я запомнил ваш вопрос: Честно говоря, я никогда не задумывался, но вы поставили меня в тупик, честно могу сказать, это редко кому удается. Я попытаюсь узнать, в чем там проблема:

Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Алексей, и у меня к вам такой вопрос. В первой статье Конституции написано, что 'Россия есть демократическое и правовое государство'. Слово 'есть' - я не понимаю, это 'будет' или 'есть' оно?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Если написано 'есть', значит 'есть'.

СЛУШАТЕЛЬ: Я прочитал много очень конституций, меня интересовал этот вопрос: В мире 225 государств. На основании какого документа они делятся на правовые и неправовые? Такого юридического международного закона нет. А как же писать того, чего нет?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А захотели - и написали.

СЛУШАТЕЛЬ: А теперь вопрос по 55 статье Конституции. Там написано, что в России не могут издаваться законы, ущемляющие или отменяющие права человека и гражданина. Значит, законы, которые сейчас будут отбирать права у пенсионеров, инвалидов и т.д., противоречат этой статье?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Для того чтобы это противоречие было установлено не нами с вами... По той же Конституции это противоречие устанавливает Конституционный суд. И часть депутатов уже сказали, что если в том виде, в котором их сейчас внесло правительство, эти законы будут приняты, они обратятся в Конституционный суд на предмет противоречия этих законов Конституции и признании этих законов неконституционными:

СЛУШАТЕЛЬ: Я почему вопрос задаю по правовому государству? Я нашел, что только в конституции ФРГ, единственной конституции в мире, было упоминание о правовом государстве.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нам же сейчас не упоминание нужно. Вы задали конкретный вопрос очень правильно. Есть люди, которые считают, что новые проекты законов, если они будут приняты в том или ином виде, нарушают 55 статью Конституции. Они готовы подать в Конституционный суд, если эти законы будут приняты и подписаны президентом в том виде, в котором они сейчас внесены. Напомню вам, что в Конституционном суде по закону можно оспаривать только те законы, только те акты, которые вступили в действие. Поэтому вы абсолютно правы. Но спорить, где какие слова, да еще перевод с немецкого, правовое или неправовое - бессмысленно. Нам же не слова нужны - нам нужно понять, что будет с этим... Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Доброй ночи, Алексей Алексеевич. Я Антонина Петровна из Москвы. Я хочу вам выразить благодарность, во-первых, за организацию таких передач. Потому что я считаю, что мы, народ, сейчас оторваны от всего, нас никто не слышит, и игра идет в одни ворота: Слушали мы послание президента, очень хорошее послание: борьба с бедностью: Но сейчас, когда я читаю и слушаю по радио о том, что принимают закон жилищный сегодня, который противоречит этим всем посланиям и обещаниям: Дума у нас теперь карманная, вносит правительство в Думу проекты: Как же можно принимать такой закон, который направлен не на ликвидацию бедности и не на помощь людям?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вот я слушал депутатов, которые считали, что этот закон направлен как раз на борьбу с бедностью. Честно говоря, закон по льготам, это проект закона... У меня проект закона лежит это 600 страниц, они лежат у меня, и я уже половину прочитал, я могу что-то говорить, но все-таки я жду, что придет Михаил Зурабов и внятно объяснит, что там есть... Потому что там масса таких слов и отсылок, которые я не понимаю, надо искать дальше, я не юрист: По Жилищному кодексу еще ничего не знаю. Здесь я тоже, как и вы, слушал сегодня сводки с поля битвы реальной. Подождите, с этим не готов разбираться, не готов по этому говорить, по отдельным кускам не готов говорить. Надо звать экспертов, специалистов, и длинно, долго, нудно это обсуждать, чтобы понять, что здесь правда, а что неправда. И когда правда будет понятна - что внесли и за что голосуют - тогда по этим вопросам говорить. Я просто сейчас не готов, не знаю, потому что огромный документ, он сегодня только пришел.... Тем более что это не принятый закон: Принят в первом чтении, видимо, опять через колено 'Единая Россия' это сделала, не послушав никакую оппозицию: Вы спросили - зачем оппозиция? Вот затем. Мне Наталья пишет, что есть определение Конституционного суда, оно касается одного пункта, совершенно понятно, что все изменили: Неправильно, Наталья. Мы получили консультацию в Конституционном суде: ничего не на что не распространяется. Конституционный суд выносит решение по конкретным пунктам. Поэтому не думайте, не тешьте себя, не обманывайте ни себя, ни других. Когда закон будет принят, тогда его конституционность можно будет оспорить. Не раньше ни в коем случае. Если вы считаете, что Конституционный суд уже принял решение, то нет: Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Я так рада, что я дозвонилась. Меня зовут Яна. Я абсолютный жаворонок, а очень люблю вас слушать и даже иногда с вами говорить. Когда вы будете днем, скажите пожалуйста.

А.ВЕНЕДИКТОВ: У меня еще нет расписания на следующую неделю. Во-первых, непонятно, кто у нас выздоровеет, кто у нас приболеет: Меня точно не будет, я надеюсь, если никто не заболеет, в субботу и воскресенье днем... А дальше - слушайте эфир. Не готов я вам ответить: Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Такой вопрос. Сейчас большие затруднения с транспортом. Строят всякие развязки, вкладывают в это дело деньги. Строят легкое метро в Переделкино, новый аэропорт Внуково, хотят в Шереметьево: А я спросил у метростроевца среднего звена - а в Митино построят когда-нибудь метро? Он говорит - для быдла не построят никогда! Я удивился: как это, ты говоришь 'для быдла'. Он говорит - нет, у нас такой термин. Обычное метро - для быдла. Потому что оно не дает прибыли, оно требует больших денег, а начальство все равно будет ездить на машинах. И будут им делать развязки по всей Москве, вкладывать большие деньги в это, хотя это мало что улучшит. И для нормального человека даже ясно, что, сколько ни делай этих развязок, рано или поздно, из-за того что весь народ ездит на машинах, все равно Москва рано или поздно встанет. К тому же, чтобы она не встала, надо делать метро, улучшать, чтобы электрички лучше ходили, автобусы чтобы лучше ходили на окраинах: Потому что люди вынуждены:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы же сами говорите про легкое метро.

СЛУШАТЕЛЬ: А легкое метро не решит проблемы :

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это такой длинный разговор, давайте позовем специалистов. Во-первых про машины. Я не помню сколько в Москве автомобилей, но автомобилей очень много. И я бы не стал противопоставлять. Это первое. Второе: метро убыточное, и убыточное оно как раз: Опять конфликт интересов - ровно потому что больше половины людей, сейчас нет под рукой цифр, но я точно помню, что больше 50% москвичей обладают правом на бесплатный проезд: А как оно должно получать деньги, чтобы инвестировать следующую ветку? Вот это как раз вопрос экономии. Что касается быдла: В Митино далеко не быдло живет, хотел бы вам напомнить. Далеко не бедные люди. Там стоят о-хо-хо какие дома. Это я знаю точно, можете не рассказывать, у меня там знакомые живут разные. Вы правы только в одном - что город задыхается. Я знаю, что очень многие корреспонденты 'Эха Москвы', у которых есть машины, предпочитают ездить на метро. Потому что пробки. Развязки надо строить - 100 процентов. Иначе центр встанет, и придется ограничивать въезд в центр. Потому что все хуже. Москва вообще не рассчитана: Помните, строили Шереметьево? Кто же его рассчитывал на такое количество въезжающих и выезжающих? Думали, что страна всегда будет на замке. Ан нет! Но можно закрыть на замок, и тогда все будет свободно. Можно не пускать машины в центр или пускать с номерами четными и нечетными по очереди - та же самая история будет. Это действительно очень сложный вопрос, я бы не стал это делить на быдло и не быдло. Давайте позовем Гаева, пусть расскажет, 'Метрострой', я спрошу, что там происходит с метро в Митино: Мне кажется, что противопоставление абсолютно искусственно. И то, и другое, и пятое, и десятое нужно. И метро, и легкое метро, и развязки: Ну как без развязок? Вы смеетесь? Третье кольцо только-только открыли, только-только вздохнули, а машин все прибывает. Ну давайте запретим, ограничим количество машин, чтобы на каждые 10 человек была одна машина - будет хорошо. Остальные уберем? Как вы себе это видите?... Вот Наталья пишет: 'В 600 страницах разобраться трудно но первоначальный закон - 38 страниц брошюрка'. Не читаю я популярные брошюрки. Если спрашивают про закон, надо читать закон. А читать брошюрки - это морочить себе голову. Это значит, что 562 страницы куда-то делось: Не придумывайте, Наталья. Вот вы любительница читать брошюрки - и читайте. А мне не советуйте. Я должен на вопросы отвечать. Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Это Анатолий. Сейчас идет пенсионная реформа, и в том числе она широко обсуждается. Как вы отнесетесь к такой идее: оставить один-единственный вид пенсионных выплат, это выплаты от своих собственных детей? Таким образом узаконить и старость и смерть под забором....

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я глупости не комментирую. Отнесусь отрицательно. Зачем вы эфир занимаете?... Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый вечер. Тема мэра всколыхнула нас всех. Я вспомнила свою станцию метро - 'Академическая'. Я живу здесь рядом. Недавно там сделали ремонт, стены нашей станции обклеили какой-то плиткой, она напоминает теперь просто общественный туалет. И куда мне с этим вопросом обращаться, если честно, я не знаю. Я все время думаю:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я думаю, что к Гаеву.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Опять к Гаеву?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А кто отвечает? Кому вы напишите? Можно в ООН - что обклеили:

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Я не знаю. Это же все-таки городская такая структура:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но мне кажется, что это Гаев. Я точно не знаю по конкретному вопросу, но я думаю, что скорее всего Гаев. Вот будет Гаев - присылайте сюда, когда вы будете, мы же ему передаем все.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Вы его пригласите.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Обязательно позовем. Честно говоря, это такая городская структура разветвленная. Потому что если письмо попадет не туда, оно внутри будет очень долго будет ходить, как у всех бюрократов. Поэтому всегда надо точно выбирать адрес, если ты его знаешь:. 'Уважаемый господин Венедиктов, Елена Трегубова говорит на последней странице своей книги о том, что вам в настоящее время приходится идти на компромиссы с Кремлем. Правда ли это? Если да, то какого они рода? Спасибо, Вадим':. Ну, во-первых не все, что происходит, вы слышите в эфире. В чем компромиссы, хотелось бы уточнить? Конкретные случаи? Меня попросили, я что-то снял? В чем компромиссы? В том, что на 'Эхе' работают Доренко и Шендерович, Пархоменко и Латынина, Киселев - то есть люди, которых просто лишают работы? В этом компромиссы? Ну, наверно, тогда я за такие компромиссы:. 'Вам ваши беседы при луне нравятся?' Андрей. Очень, Андрей. Вместо того чтобы спать дома, беседую с вами и получаю от этого массу удовольствия. Потому что я чувствую, чем живут слушатели 'Эха Москвы'. Это важно для главного редактора. Вы даже не представляете себе, как это важно. 'Уж ночь на дворе, а вы все трещите. Включили бы просто приятную музыку!' А вы перейдите на другую станцию, там много сейчас музыкальных. И трещите там себе своими ушами: Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, это Юрий. Хотел бы задать вопрос.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Задавайте, вы в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Во-первых, большое спасибо радиостанции 'Эхо Москвы' за такой диалог. Потому что сейчас есть радиостанции и вообще средства массовой информации, которые этим занимаются...

А.ВЕНЕДИКТОВ: А может быть музыку лучше включить, как тут один аноним советует?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот я тоже так думаю. Давайте подискутируем.

СЛУШАТЕЛЬ: А вопрос такой. Наверно, можно как-то численными методами выяснить - условия жизни хорошие или плохие, хороший строй или плохой, то есть продолжительность жизни и качество жизни. У нас прошла в прошлом году перепись населения, и как-то очень тихо это все прошло, и нет четких каких-то:

А.ВЕНЕДИКТОВ: А мне обещали осенью полный том, и я буду с удовольствием делать передачу.

СЛУШАТЕЛЬ: Хотелось бы полную такую:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но у вас подход солидный, как у президента Путина в послании. Я говорю это без иронии, потому что если меня что-то и порадовало в этом послании, то не общие слова, естественно, а то, что как раз в его послании качество жизни является главным. То есть он понимает проблему. Помните, смертность новорожденных, средний достаток и т.д. Очень важно, что он это понимает. Это легко вычисляется, как вы догадываетесь. Конечно, просто надо смотреть, что там за 3-4 года произойдет. Это правда, и, к сожалению, мы действительно довольно далеко, даже в сравнении со странами восточной Европы...

СЛУШАТЕЛЬ: Но тут важна положительная динамика.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А я и говорю, 3-4 года надо смотреть. Смотрите, у нас есть проблемы в здравоохранении, назову это мягко. Ясно, что продолжительность жизни связана не только со здравоохранением, но частично - со здравоохранением. Вот если говорить о покойном президенте Рейгане - в 94-м году, 10 лет тому назад, его поразила тяжелая болезнь - болезнь Альцгеймера. Она не вылечивается, насколько я знаю. Но уровень медицины был такой, что он 10 лет жил. Мы не говорим, что ему было плохо: Он хотел жить - и он жил. Его не бросили. Не потому что он бывший президент: Это одна часть. И как сделать уровень медицины: Вторая часть - надо исследовать питание, конечно, там целый комплекс. Воздух: У меня такой был опыт: я лет 7 тому назад довольно долго отсутствовал в стране, последний мой отпуск такой большой, и потом я приехал, и когда я пошел к себе на Ленинский проспект (я еще жил на Ленинском проспекте), в конце я встал, мне нужно было поймать машину, чтобы ехать туда дальше, во Внуково - и я стал задыхаться через 3 минуты. И я понял, что когда я стоял в Бостоне, на меня не чадило. И это, между прочим, уровень жизни. Мы дышим этим воздухом. То есть это проблема комплексная. И вкладываться надо именно в нее.

СЛУШАТЕЛЬ: И еще можно один вопрос. Сейчас критикуют последние президентские выборы. Но, вспоминая выборы 93 и 96 года президентские:

А.ВЕНЕДИКТОВ: 91-го. В 93-м не было президентских:

СЛУШАТЕЛЬ: 93-го в Думу и 96-го - президентские... Тогда, наверно, все-таки нарушений было гораздо больше.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно не согласен.

СЛУШАТЕЛЬ: Проверки-то никакой не было на самом деле.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я не про фальсификацию.

СЛУШАТЕЛЬ: Давления в 96 году было очень много. 'Голосуй или проиграешь!' на заборах написано.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно не согласен и готов подготовить специальную передачу, сравнение. Во-первых представить себе, что господин Зюганов не имел бы слова, невозможно. Представить себе, чтобы через суд снимали или по каким-то причинам снимали кандидата в президенты: Все, кто захотел, - все шли! То есть был выбор, имели право. Вы вспомните, какой был счет в первом туре? 35 - 32.

СЛУШАТЕЛЬ: Но при этом прессинг телевидения...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Конечно, но при этом играли в разные ворота. Не было такого прессинга. ОБСЕ проводило замеры, и действительно, прессинг Ельцина, насколько я помню, во втором туре: Еще был Лебедь, я вам напомню, то есть было три реальных кандидата. И при всем прессинге телевидения, вы меня извините, 35 - 32, а потом было 55 - 42:

СЛУШАТЕЛЬ: Потому что был вопрос: или Зюганов:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Совершенно верно. А в чем проблема сейчас была, в 2002 году? Все играло вообще в одни ворота. Представить себе, что будут подставные репортажи в 96 году - невозможно. При всем желании массы людей телевизионщиков, чтобы выиграл Ельцин, а не Зюганов, представить себе тогда... Кто бы мне сказал, что через 4 года будет подставная пресс-конференция... Невозможно, просто невозможно. Подставных событий не было. А в 2000 году мы имели с актерами пресс-конференцию геев и лесбиянок в поддержку Явлинского, показанную первым и вторым каналом: нанятые актеры в нанятых декорациях, якобы они поддерживают Явлинского: Понятно. Это просто за рамками добра и зла было. Это для меня определило многое. Не то чтобы прессинг, давление, а такой театр нарочитый. Причем не скрывали это: Я напоминаю, что об этом рассказал ведущий программы 'Время' Кирилл Клейменов, правда, через 3 года - как у него сюжет в программе 'Время' появился этот подставной. А действие судов? Да ладно вам! Если бы при Ельцине в 96 году было бы такое, то Зюганов бы вообще до выборов не дошел! Не согласен я с вами.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо, всего вам доброго.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Самое главное - это выборы. Неважно, какое решение принимает каждый человек в данном случае (для него - важно), а важно, чтобы он мог выбирать - это совершенно очевидно. Чтобы вы моги выбирать из реальных претендентов. А не устраивать цирк на конной тяге. Просто участвовать в цирке - профессия другая. И я понимаю коллег с НТВ, которые отказались от дебатов. Какие дебаты? Смешно! Поэтому мы внимательно следим за тем, что и как происходило, что и как происходит в области выборов. И не мы одни. И мне кажется, что люди должны иметь вкус к выборам. Можно выбирать между кандидатами, можно выбирать между разными сортами чая, и это и есть свобода. А когда у вас один сорт колбасы под названием 'Колбаса', то выбора нет. То есть вас ведут на веревочке. И это тут кто-то замечательно спросил - что дает свобода. Да чувство собственного достоинства, что у вас есть право выбора. Для меня это важно очень, для других это менее важно, но я думаю, что это важно для всех. Я не противопоставляю свободу колбасе, кстати. Свобода заключается в том, чтобы выбирать между разными сортами колбасы, а не тем между свободой и колбасой. Это неправильный подход:. Алло, доброй ночи.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте, это Василий из Ижевска звонит. Такой вопрос: особенно утром или днем идут ваши передачи или новостные, или информационные, Лямзина, допустим, выступает или новости передают: И неожиданно включается реклама. Идет, допустим, минут 5, и теряется нить идущего разговора.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы хотите сказать, что в середине интервью?

СЛУШАТЕЛЬ: Очень неожиданно, в том то все и дело.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Если будет случай конкретный, время на пейджер - сообщите, чтобы мы могли говорить предметно с нашими коллегами в Ижевске. Потому что у них есть обязанность не прерывать беседы рекламой и другими передачами. Если они не хотят давать целиком интервью, они должны его перекрывать целиком. Это правило для всех региональных партнеров наших. И мне нужен конкретный факт: такого-то числа было интервью с Владимиром Путиным на 'Эхе'. В 17:15 оно началось, в 17:23 Ижевск включил рекламу и на 5 минут перекрыл дорогого президента, или перекрыл негодяя Бен Ладена. Иначе говорить трудно. А когда это было? А где это было? А приведите пример: 203-19-22, Алло, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, меня зовут Владимир Александрович. Я бы хотел задать такой вопрос. На встрече в Нормандии, когда праздновали высадку десанта - туда пригласили сербов? Они воевали с фашистами раза в два больше, чем французы. Их не забыли пригласить, вы не помните?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А из чего вы исходите, что раза в два? Известно, например, что было три крупных движения сопротивления, это писали советские учебники, смею заметить... Не только советские, но и советские:

СЛУШАТЕЛЬ: Но все-таки это тоже Франция.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы сказали - в три раза. Три крупных движения сопротивления. Это Польша, Франция и это Югославия, совершенно верно. Речь в Нормандии шла о высадке союзников. Сербские подразделения в войсках союзников не участвовали.

СЛУШАТЕЛЬ: Конечно же. И русские тоже не участвовали, и немцы тоже не участвовали, но их позвали.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы не знаете, почему?

СЛУШАТЕЛЬ: А почему сербов не позвали?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему не позвали венгров? Там тоже было сопротивление.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну очень интересный вопрос.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что так решили.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот и интересно, почему решили так. Почему не помнят, что фашистская дивизия ССс албанская была 'Скандербек' - нигде об этом не говорят. Вы не помните, почему?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы еще про франков вспомните, про голубую дивизию.

СЛУШАТЕЛЬ: Я помню.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы также, как и я, воспитаны на мифах. Причем здесь высадка в Нормандии албанской дивизии 'Скандербек'? А у вас в голове ничего не перемешалось? Меня, например, задело, что там не было российского флага, что очень мало говорили о роли советской Красной Армии. А вам за сербов обидно. У каждого свои герои. У меня Советский Союз и Россия, Красная армия, у вас - сербы. Чем я вами могу помочь? Сербы к себе приглашают тех, кого считают нужным. Говорите вы ерунду. Книжки по истории нужно читать не только советского периода: Алло, добрый вечер!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый вечер. Я бы задала Лужкову такой вопрос: почему 9 Мая, в такой уважаемый всем нашим народом праздник, работают тряпичные рынки и прочие похожие заведения, не обслуживающие праздник?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что это регулируется законом города Москвы. Причем здесь Лужков?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Хотелось бы все-таки, чтобы было больше уважения.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы хотите задать вопрос? Вы задали вопрос. Я говорю, что существует закон о мелкой розничной торговле, принятый Московской городской думой.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Есть еще закон о праздниках:

А.ВЕНЕДИКТОВ: ...где не сказано о том, что такие-то магазины открыты, а такие-то закрыты, - отвечаю я вам как Юрий Михайлович Лужков.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Просто обидно. За границей в такие праздники не работает ничего, кроме кафе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это вы мне рассказываете?! Не надо говорить ерунды. Я 8 мая (это национальный праздник во Франции) совершенно замечательным образом ходил по магазинам и мелким лавочкам, потому что я там был один день. И все работало прекрасным образом! Кто вам такую ерунду сказал? Другое дело, что если есть такая инициатива, что в выходные магазины не должны работать: А почему? А чтобы люди отдыхали: Но позвольте мне решать, пойду я в магазин или на праздник. Позвольте моей семье решать и вашей семье решать. Почему вы хотите меня ограничить покупать 9 мая? Вот этого я не понимаю. А как мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков... Существует закон. Послушайте, что вы хотите?... Алло, доброй ночи.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте, меня зовут Светлана. У меня такой вопрос. Много говорится о правовом государстве, о праве частной собственности и т.д. Но мой отец, например, очень поверил в правовое государство, и когда у него был конфликт с соседом по садовому участку, он подал в суд. Потому что сосед захватил часть его территории, построил постройку из-за того, что у него брат был председатель правления. Мой отец подал в суд, и первая инстанция присудила в его пользу. А потом этот сосед, наверно, взятку дал:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мы не знаем, давайте не будем...

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: В общем, все переиграли. И в результате эта тяжба длится 10 лет, мой отец получил в результате этого обширный инфаркт. Он подает в Верховный суд, а Верховный суд фактически не рассматривает, пишет одни отписки:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это надо смотреть документы, это должен быть юрист. Я не могу сказать, что бумага из Верховного суда - отписка. Это должен быть юрист, который сядет и поймет...

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Так вот, юрист смотрел, адвокат. Они ничего не пишут... Пишут, что фактически приводят эти факты и все. То есть они аргументы вообще... Не обжалована жалоба, приводят эти факты и все. То есть они аргументы вообще не рассматривают.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И что? Я не юрист - раз, и я не вижу бумаг - два. Надо идти дальше, если у вас есть силы. Я считаю, что надо судиться дальше, если вы уверены в своей правоте. И не надо думать, что вас там назовут сутягой. Если вы уверены в своей правоте - надо судиться дальше. Есть коллегия Верховного суда, есть президиум Верховного суда, и, наконец, есть Страсбургский суд, о котором мы с вами неоднократно говорили. Если решение национального суда неправильно, у вас всегда есть дополнительная инстанция. Да, это сила, время, нервы, - и вам выбирать, выбираете ли вы борьбу за то, что вы считаете правильным, или вы готовы смириться с неправильным решением, как вы считаете. Вот и вся история. Уверяю вас, это ваша больная история, она абсолютно банальная. Да, правовое государство не построено, прекрасно знаю. Возможность взятки существует всегда. А ваш сосед, наверно, говорит, что вы дали взятку в первой инстанции. Тоже может так говорить. Если вы считаете, что вы правы, надо исчерпать всю юридическую позицию до конца. Если есть силы, возможности, деньги, здоровье. Если нет - смириться. Какой третий вариант? Чтобы Путин приехал и перенес забор? Или Кофи Аннан? Или американская морская пехота? Давайте реально говорить. Я считаю, что пока у человека есть силы, скажем так, возможности, которые включают в себя желание, силы, здоровье, деньги для решения этой проблемы - вот он отстаивает то, что считает правильным. Если вы считаете, что это правильно, то вы должны отстаивать. Это настолько для меня очевидно: Если какой-то из этих составляющих нет - да бог с ним. Вы решили так. Но это вы решили! Мы сегодня задавали вопрос по делу Холодова: надо ли смириться с решением суда. Не согласиться, а смириться. Нашего согласия никто не спрашивает, но есть внутреннее отношение. И 94 процента наших слушателей - это для меня очень большая цифра и безумная радость. Потому что наши слушатели, 94 процента они не смирные: Да это приводит к стрессам, к болезням, к инфарктам, к потере денег, времени, вся жизнь сужается до чего-то... Но это вопрос взвешивания. Вы готовы на это потратить жизнь или полжизни? Да или нет? А как вы хотите? Чтобы с неба упало? Если у вас такой замечательный сосед образовался? Не упадет с неба... Вот он пойдет до конца. И другого ответа здесь нет, просто другого решения мир не знает. Вот и вся история:. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Это Кирилл из Санкт-Петербурга, здравствуйте. Спасибо, во-первых, за уточнения времени повторов анонса Марины Аствацатурян, это я вам присылал. А второе - хочу вернуться к 'Дню войны'. У меня было предложение: может быть, рассмотреть вопрос, чтобы из 'Красной звезды' маленькие заметочки вставлять с конкретными именами бойцов, чтобы людям приятно было вспомнить:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Они тоже публикуют такое? Я, честно говоря, давно не видел 'Красной звезды':

СЛУШАТЕЛЬ: 'Красная звезда' за те годы боевые действия описывала: Иванов, Петров: А второе - тоже военное: Во вторник была дискуссия интересная довольно вечером у вас...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, в 'Обложке'.

СЛУШАТЕЛЬ: Там задавали вопрос: отменить отсрочку, но год служить. Я бы не стал связывать с одним годом - скорее, с возрастом призыва больше бы связал. Я бы сказал - за отмену отсрочки, но всех призывать, допустим, с 21 года.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте порассуждаем. Вот человек. Давайте возьмем отсрочки не по болезни и не по рождению детей, а по учебе. Вот человек пошел на физфак, в физтех, занимается радиотехникой, должен получить профессию, возможно, военную в том числе... На третьем курсе, ровно в середине учебы:

СЛУШАТЕЛЬ: Почему в середине?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что он в 18 лет поступил:

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, 4 курса... Допустим, бакалавра получил:

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас 5 курсов. В середине учебы?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, с 23

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда после получения специальности.

СЛУШАТЕЛЬ: Если хочет человек.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда ваше предложение мы модифицируем. После получения специальности.

СЛУШАТЕЛЬ: Получил специальность - может идти в НИИ куда-нибудь работать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Военный имеется в виду.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет. Просто получил техническую специальность

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но вы же сказали - отменить отсрочку. Значит, должен пойти служить.

СЛУШАТЕЛЬ: Призыв - служить надо.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Когда?

СЛУШАТЕЛЬ: Кончил он 5 лет в институте...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Он кончил институт, он инженер, он разбирается замечательно в радиотехнике, в локаторах - и идет служить, не начав работать, идет служить на год... Куда, кем?

СЛУШАТЕЛЬ: Рядовым бойцом, как все.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Зачем?

СЛУШАТЕЛЬ: А вы помните Владимира Владимировича: 'А зачем нам столько?'?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Помню, я просто с ним не согласен.

СЛУШАТЕЛЬ: А чем плохо, допустим, иметь солдата с высшим образованием?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Плохо. Потому что учили его для другого, и он гораздо большую пользу принесет России, извините за громкие фразы, применяя те полученные им знания, которые стоят, если я правильно понимаю, порядка 25 тысяч долларов в год. То есть 125 тысяч долларов в него вложили - для того чтобы он строил дачи генералам или окапывался: Неправильное расходование средств. Это все равно что вы телевизор купили, но с условием, что он будет год стоять и на нем будет вазочка для цветов. Не рачительно.

СЛУШАТЕЛЬ: А если подсчитать так, что он будет больше служить? Если дедовщины меньше будет?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему ее меньше будет?

СЛУШАТЕЛЬ: А потому что более взрослые люди, устоявшиеся.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Получается, что эта реформа направлена не на повышение боеспособности, а на уменьшение дедовщины. Это точно так же, как этот ЕГ... Реформа образования. Когда я спрашивал, для чего ЕГ, мне говорят - борьба с коррупцией... Но подождите, борьба с коррупцией - это дело МВД, это не дело реформы образования. И не дело реформы армии - борьба с дедовщиной. Реформа армии - это повышение боеспособности. Вопрос: это повышает боеспособность или нет?

СЛУШАТЕЛЬ: Повышает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А я считаю, что нет.

СЛУШАТЕЛЬ: Почему?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что нет. Это понижает.

СЛУШАТЕЛЬ: Сами подумайте: более образованный солдат - лучший солдат.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Для чего он лучший?

СЛУШАТЕЛЬ: Для того чтобы служить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что такое служить?

СЛУШАТЕЛЬ: Отслужить в армии год...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Для чего?

СЛУШАТЕЛЬ: А для чего в армии служат?

А.ВЕНЕДИКТОВ: По-разному...

СЛУШАТЕЛЬ: В хорошей армии для чего служат...

А.ВЕНЕДИКТОВ: А может быть, начнем с того, что надо хорошую армию делать?

СЛУШАТЕЛЬ: Так вот, чтобы люди были образованные в армии...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Смешно. У нас тогда университеты работают для того, чтобы люди были образованные в армии? Ерунда!

СЛУШАТЕЛЬ: А так они работают для того, чтобы люди были просто образованные...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Конечно, для всего общества.

СЛУШАТЕЛЬ: Просто образованные сами по себе ходят, такие образованные.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Что значит 'сами по себе'? Они работают!

СЛУШАТЕЛЬ: Кто-то работает, а кто-то не работает. Многие, кстати, не работают по специальности, очень многие.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И хорошо.

СЛУШАТЕЛЬ: А почему бы не послужить?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А это тоже не по специальности. Служить же не по специальности. А что же вы говорите? Зачем?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну как? Чтобы армия была хорошая. Из людей состоит армия!

А.ВЕНЕДИКТОВ: Отвечу. От этого армия хорошая не будет.

СЛУШАТЕЛЬ: Будет! А те, кто работают на заводе... Тоже: поработал человек, образовался, научился: В 23 года пошел в армию.

А.ВЕНЕДИКТОВ: У нас спор бессмысленный. Мы знаем только одно. Весь мир пытается сохранить образованную элиту, отказываясь от призыва. Ни одной страны цивилизованной, где сильная, хорошая армия - вы не найдете, чтобы люди образованные туда в обязательном порядке шли служить.

СЛУШАТЕЛЬ: Почему в обязательном? Я разве сказал?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А призыв обязателен? Отменить отсрочки - это обязательно, вы сказали.

СЛУШАТЕЛЬ: Вся система получится такая, что не нужны эти отсрочки. Одни отучились, другие отработали, получили специальность - и пошли в армию...

А.ВЕНЕДИКТОВ: И обязательно пошли. Вот я говорю... Мы входим в 'Восьмерку'. Ни в одной стране 'Восьмерки' этого нет. Наоборот, они образованную элиту сохраняют в своих образовательных и научно-исследовательских учреждениях обязательно. Мы входим в 'Восьмерку'. Ни в одной стране 'Восьмерки' этого нет, наоборот, ибо знают, что тот самый валовый национальный продукт и повышение благосостояния делается этими людьми на своих рабочих местах:

СЛУШАТЕЛЬ: Но через год вернется и будет на своем месте работать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы мне объясните, почему этого другие страны не делают.

СЛУШАТЕЛЬ: Потому что они не задумались.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А мы задумались?

СЛУШАТЕЛЬ: А я задумался.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, понял. Тогда к Владимиру Владимировичу... Система же, наоборот: надо определить цели армии в современных условиях, надо определить, кто является наиболее вероятным противником, надо соответственным образом понять, какое оружие и с каким образованием туда должен идти человек - и под это строить, а не наоборот... 'Давайте наберем массу людей, а уж занятие им мы как-нибудь придумаем:.' - не понял. То есть это как? А вот так. Всех заберем на год, да хоть на пять всех заберем - а занятие им мы найдем. Вон сколько дач недостроенных.... Ерунда! Обратно.... Сначала понять, для чего нужна армия, потом понять, какая нужна армия в 21 веке, какое оружие там будем. Может быть, действительно там нужны люди только с высшим образованием, может быть, там квоты такие, что люди не с высшим образованием просто не допускаются даже на солдатские должности... И это может быть. Неизвестно, что будет с вооружением через 50 лет. Специальное образование, может быть, нужно будет простому рядовому солдатику. Но это тоже должно быть сначала, а не набивать армию людьми, которые траву красят и с газонами делают сами знаете что:. Давайте пейджер: 'Армия - часть тележки. Тележка без колес - как девочка без ног. Вы со мной согласны?'... Тележка без колес - согласен, а второе я как-то не понимаю... 'Как можно слушать 'Эхо Москвы' в Белоруссии?' - пока никак:. 'Местная организация, на местах нет активных людей, которые бы их призвали. Гражданское общество должно быть движимо кем-то', - пишет Лида. Нет, Лида, гражданское общество движимо гражданами, из которых вырастают лидеры, а никак не наоборот:. 'Почему пейджер из Петербурга читаете только вы?' - Сима из Санкт-Петербурга. Да, правда? Я разберусь, неправильно это. : 'Предлагаю вам тему для передачи: российские наемники'. Спасибо, Вячеслав, интересная тема: 'Есть ли 'Эхо' в Астрахани?' - пока нет:. 'Как дела с озеленением Таймыра?' - Зинаида Прокофьевна, озеленяют, видимо: 'Хорошо бы заменить передачу петербургского 'Эха' в 13:35 на трансляцию из Москвы'... Да, Иван, мы будем это обсуждать. Потому что мы понимаем, что в 13:35 - это достаточно важная передача: это обзор иностранной прессы, которую не все могут читать:. И последнее, тоже Зинаида Прокофьевна говорит: 'Говорите, что ни в одной стране мира не забирают в армию образованных, а в Израиле забирают всяких'... Правда, Зинаида Прокофьевна. Но если мы будем жить так, как в Израиле, как в осажденной крепости - тогда, конечно, надо браться за автоматы... 'Ночной дозор' я еще не посмотрел и насчет устроил или нет - ничего не скажу. Он, по-моему, выходит теперь 8 июля... Да, Саша? Ну, что ты киваешь? Ты что, на телевидении?

А.КЛИМОВ: Честно говоря, не знаю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: По-моему, 8 июля. Спасибо вам большое, и, наверно, до встречи.