Трагедия на шахте "Тайжина" - Анатолий Аникин - Интервью - 2004-04-12
12 апреля 2004 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" А. Аникин зампред Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности
Эфир ведет Ольга Бычкова
О. БЫЧКОВА В ночь на субботу в Кемеровской области произошла трагедия на шахте "Тайжина". Количество погибших на этот момент 44 человека. Огромная цифра. И это далеко не первый случай гибели людей на российских угольных предприятиях. Мы обсуждаем эту ситуацию с зампредом Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Анатолием Аникиным. Какова ваша последняя информация о ситуации на шахте и вокруг нее?
А. АНИКИН - На сегодняшнее время пока что поднято 44 погибших шахтера, 21 опознан родственниками, по остальным ведется опознание и мероприятия.
О. БЫЧКОВА Судя по сообщениям прессы, еще несколько человек могут оставаться под землей.
А. АНИКИН - Да, 3 человека пока не обнаружено. Всего 47 человек, которые были в тот момент в забое.
О. БЫЧКОВА Передо мной статистика из российского издания "Газета", здесь просто в прошлом году, в позапрошлом по несколько случаев взрывов шахт в основном Кузбасс, Кемерово, Республика Коми, почему так происходит, почему эти случаи повторяются из года в год?
А. АНИКИН - Причин довольно много. Я бы хотел не с этого начать. Пользуясь возможностью выразить глубочайшее соболезнование родным и близким погибших от имени центрального комитета "Росуглепрофа", мы болеем душой тем более, я из Кузбасса, мы с ними, мы готовы разделить с ними боль и горечь утраты. А почему это происходит, надо вернуться назад в сторону реструктуризации, в то время был упущен момент в том плане, что не было средств на инвестиции в оборудование. Люди, которые сейчас работают в забое, они работают на оборудовании, которое имеет износ более 80%.
О. БЫЧКОВА Это оборудование каких лет?
А. АНИКИН - 70-х годов. Сейчас есть подвижки к лучшему, в Кузбассе, допустим, выделяются средства и собственниками и региональными властями на переоборудование шахт, но, тем не менее, статистика вещь упрямая, она показывает то, что даже те шахты, которые были ранее закрыты, где люди были высвобождены, то есть уменьшилось количество работников, которые находятся под землей, тем не менее, статистика говорит о том, что рост смертельных случаев, рост травматизма не снижается. Как был этот пресловутый миллион тонн - одна жизнь, так и сегодня остается.
О. БЫЧКОВА Ведь Аман Тулеев сказал в субботу, по-моему, в нашем эфире тоже, что эта шахта была еще одна из благополучных, что там вкладывались деньги, было более современное оборудование. Как это понять, что если даже эта шахта благополучная, то, что тогда творится на других?
А. АНИКИН - Это естественно. В Кузбассе залежи угля природа-мать создала таким образом, что в основном это крутопадающие пласты, все они опасны по газу и пыли. Там нужен высокий контроль за соблюдением техники безопасности. Здесь все, что угодно могло сыграть роль от пресловутого человеческого фактора, до естественного природного. То есть все равно в этом плане работа ведется, но может быть она недостаточна на сегодня на этом уровне. Я еще раз повторю, что те годы были упущены, мы не готовили кадры, я скажу, что до сих пору нас проблема в угольной отрасли с кадрами, престижность профессии была потеряна, не все идут туда работать. Наука, которая работала раньше именно по угольным предприятиям, она сейчас довольно слаба. Нет финансирования, государство на это дело махнуло рукой, отбоярилось, прошу прощения за выражение, от угольщиков совершенно. То есть сдало все в частные руки, а там выживайте, плавайте с частником как хотите. И хорошо, если на предприятие пришел частник, который сам угольщик, знает эту проблему, вкладывает средства, есть у нас такие собственники и их становится все больше. А есть собственники, которые пришли рвануть, заработать деньги и уйти. Второй момент, заработная плата у шахтера недостаточно высокая и ни для кого не секрет, что есть шахты, где сами шахтеры ради того, чтобы прокормить семью, нарушают технику безопасности. Идут на нарушения ради того, чтобы прокормить семьи. И этот фактор тоже надо включать и такой фактор как зарплата. И таких факторов набирается очень много. Отсюда и идут все эти
О. БЫЧКОВА Вы сказали, что государство махнуло рукой. Но это не только дело компаний, которые владеют шахтой, и шахтеров, которые там работают, это безопасность людей. Как государство может махнуть на это рукой, оно же должно отвечать, я понимаю, что за экономику оно не отвечает, но за безопасность.
А. АНИКИН - Я бы хотел еще раз вернуться в прошлое время. Госгортехнадзор и профсоюзная инспекция труда, которые довольно-таки успешно работали в плане выявления нарушений техники безопасности, но в свое время при нашем первом президенте РФ было сделано все, чтобы уничтожить техническую инспекцию профсоюза. Это было сделано успешно. Есть государственная инспекция труда, которая, наверное, только еще набирает обороты, функции наблюдения, функции выявления нарушений техники безопасности.
О. БЫЧКОВА Эта инспекция может сказать конкретной шахте: вот у вас здесь не обеспечены условия работы для шахтеров, поэтому эта шахта не будет работать до тех пор, пока вы все не сделаете.
А. АНИКИН - Да, конечно. Может. Кроме инспекции труда есть государственный технический надзор, который работает в этом плане. Но нельзя все предвидеть. И, тем не менее, там маленько упущено, там упущено, и все это складывается в такие печальные вещи.
О. БЫЧКОВА Тем не менее, огромное число таких случаев происходит в России на шахтах и на Украине на шахтах. Из других стран, где тоже есть шахтеры и угольная промышленность, сообщений меньше на эту тему, с таким количеством человеческих жертв.
А. АНИКИН - Да, это так. Но я хочу сказать, что природа не везде одинаково распорядилась залежами природных ископаемых. Если брать Америку или Австралию, там другие залежи, другой подход и там не жалеют средств на эти мероприятия, на сохранение жизней шахтеров. Во-первых, там поставлено дело таким образом, что невыгодно, если человек погиб, то предприятие несет такие убытки, что им невыгодно.
О. БЫЧКОВА Им выгоднее вложить деньги в безопасность.
А. АНИКИН - Да, конечно. И чтобы человек работал нормально, работал без травм и аварий.
О. БЫЧКОВА У нас вопросы на пейджер идут. Сергей Николаевич из Москвы спрашивает: "Почему в последнее время в России нет никаких акций со стороны как официальных, так и независимых профсоюзов по защите прав трудящихся? У нас все так прекрасно или профсоюзы живут на то, что они получили в наследие от Советского Союза?" Это мнение весьма распространенное, вне зависимости от того, считаете вы его как представитель профсоюза справедливым или нет. Где борьба профсоюзов?
А. АНИКИН - Наверное, я бы ответил так, что сейчас размахивать дубиной, как мы говорим, нет смысла, то есть мы стучали касками неоднократно и результат которого мы добились, оказался совершенно противоположный тому, о чем мы думали.
О. БЫЧКОВА Это как это?
А. АНИКИН - Мы думали, когда выходили стучать касками, что к нашему мнению прислушаются, и мы будем строить нормальную жизнь для тех же шахтеров и для всей страны в целом. Но получили обратный эффект. То есть той революции 1989 года воспользовались совершенно другие лица, которым далеко было до народа, до их чаяний и проблем. Второе, сейчас мы поняли, что легче или вернее, лучше решать вопросы за столом переговоров. На сегодня мы заключили отраслевое тарифное соглашение по угледобывающему комплексу, это был непростой диалог. Причем присутствовали почти 90% собственников. То есть проблемы разбились теперь. Если раньше угледобывающая отрасль была под эгидой государства, то сейчас у нас вместо одного партнера стало их много. Это масса собственников и в каких-то регионах есть нормальное положение в угольной отрасли, где-то ненормальное положение, но мы пытаемся со всеми договориться.
О. БЫЧКОВА Где самая плохая ситуация?
А. АНИКИН - Ростов. И немного получше, но тоже плохая, это Воркута. Поэтому переговоры такие идут и здесь даже можно сказать, неправильно, что нет акций, есть акции, но они не в масштабе России, а акции в масштабе того региона, где тяжелое положение, остальные просто поддерживают эти моменты и переговоры, переговоры и переговоры. Но если уже припечет до такой степени, что никто не будет обращать внимание, то будет и всероссийская акция.
О. БЫЧКОВА А с кем сложнее договариваться, с государственными организациями, органами, или с частными владельцами?
А. АНИКИН - Сложнее договариваться с собственником. Но есть одна парадоксальная вещь. Что если с ним договорился, то это железно. Это почти 99% выполнения тех договорных обязательств, которые подписаны. Государство на тот момент легко обещало все, но не нелегко все это делало. И многие вопросы оно вообще не сделало.
О. БЫЧКОВА Виктор задает вам вопрос, вы приводили в пример Америку и другие страны, что там предприятию дешевле обеспечить безопасность, чем потом нести огромную материальную ответственность за погибших, Виктор спрашивает: "Почему у нас также не сделать?" Тут в чем проблема?
А. АНИКИН - Наверное, проблема в том, что страна у нас еще нищая до такой степени, что не желает заботиться о своих гражданах. Мало того, что она нищая, еще нет желания заботиться о гражданах. Вот это, наверное, первейшая проблема, которая существует, что нашему государству наплевать на своих граждан.
О. БЫЧКОВА Что смогут получить семьи погибших шахтеров, которые уже потеряли слишком много, но государство и шахты и профсоюзы тоже все равно должны им помогать.
А. АНИКИН - Да, конечно. В этом, наверное, какая-то парадоксальность ситуации, когда погибает шахтер, семье выплачивается и компенсация по отраслевому тарифному соглашению и идет поддержка со всей России, перечисляются деньги на счета этих предприятий, решаются квартирные вопросы. Это тем, кто погиб. Недавний пример по Ростову, шахта "Западная- Капитальная", где вообще зарплату год с лишним задерживали, выплатили только тем, кто погиб. Парадокс, а до живого человека дела нет. Здесь мы видим роль профсоюза, мы стучимся во все организации в правительство, мы неоднократно говорили, что нужно финансирование на технику безопасности, это первое, что нужно. Надо сохранять человеческие жизни. В июне месяце мы опять планируем провести съезд шахтеров, куда пригласим правительство, собственников, чтобы сказать: вы наконец-то разделите между собой функции, кто, за что должен у вас отвечать, какие вопросы нужно решить, создайте, наконец, союз углепромышленников, где можно и нужно решать такие именно вопросы на государственном уровне.
О. БЫЧКОВА Я благодарю вас. Анатолий Аникин, зам. председателя Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности был у нас в прямом эфире. Нам остается только надеяться на то, что трагедий будет меньше и что, в конце концов, очередная из них кого-то отрезвит и заставит принять какие-то решения. Спасибо вам.