Программа "СЛОВА И ВЕЩИ" - Виктор Ерофеев, Дмитрий Дибров - Интервью - 2004-04-10

11 апреля 2004 года

В прямом эфире "Эхо Москвы" Виктор Ерофеев писатель, Виталий Калашников поэт.

Эфир ведет Дмитрий Дибров.

Д. ДИБРОВ: Здравствуйте, дорогие друзья. Позвольте вас поздравить, Христос воскрес. С этими же чувствами вас приветствуют в рамках программы "Слова и вещи" Виктор Ерофеев.

В. ЕРОФЕЕВ: Воистину воскресе!

Д. ДИБРОВ: И поэт Виталий Калашников.

В. КАЛАШНИКОВ: Со светлым праздником Пасхи вас!

Д. ДИБРОВ: Дорогие друзья, если вы помните, в рамках программы "Слова и вещи" мы готовы вместе с вашей помощью на ваших глазах составить импровизационное эссе по поводу эзотерической сущности любой вещи, над которой властвуют силы гравитации.

В. ЕРОФЕЕВ: То есть, достаточно дать слово.

Д. ДИБРОВ: Любое слово, и мы немедленно с вашей помощью на ваших глазах составим искрометное литературное эссе, интерактивное собеседование с нашими радиослушателями. Думаю, они нас не в первый раз нас слушают. И в эту пасхальную ночь, я думаю, мы подберем те самые нужные слова, которые составят счастье всем нашим слушателям. Когда Виктор Ерофеев говорит об интерактивности, он имеет в виду еще и телефон 203 19 22, а также пейджер 961 22 22, для абн. "Эхо Москвы". А также есть еще смс-эфир, о чем скажет вам поэт Калашников.

В. КАЛАШНИКОВ: Смс-эфир 970 45 45.

Д. ДИБРОВ: В том смысле, что вы сможете попробовать себя в письменном, эпистолярном жанре, что сделало бы всем нам честь. Итак, мы ждем слова. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Вы могли бы рассказать что-нибудь о традиции красить яйца на Пасху?

Д. ДИБРОВ: Отлично. Начнем с яйца. Видимо, предикат нас не волнует красить. Большое вам спасибо, хороший пасхальный зачин.

В. ЕРОФЕЕВ: Вообще подарок.

Д. ДИБРОВ: Ежели угодно, яйцо это эмбрион вселенной. Ежели угодно, яйцо есть символ потенциала. Ежели угодно, все мы отчасти яйцо. А вот что выклюнется, это уж, господа, дайте срок. Итак, яйцо это победа над во времени. Любой памятник, который был бы возведен в честь победы над самым страшным всесильным разрушительным богом временем, то это, скорее всего, яйцо.

В. ЕРОФЕЕВ: И если ты никем не можешь стать другим, оставайся яйцом.

В. КАЛАШНИКОВ: Многим, конечно, лучше бы не проклевываться в этот мир.

В. ЕРОФЕЕВ: Но с другой стороны, если есть какая-то метафора совершенству, это есть яйцо. Я помню, что мой итальянский режиссер, который делал "Русскую красавицу", он говорил мне, ты знаешь, я весь фильм сделаю на уровне "дайте мне яйцо". Он считал, что русский мир, наш с вами мир, дорогие радиослушатели, он и есть яйцо, то есть, какое-то совершенство, и каждый из нас на этом яйце что-нибудь да нарисует.

Д. ДИБРОВ: На самом деле, яйцо это пространство, наилучшим образом защищенное для рождения в нем некоторого метапространства. Между прочим, на мой взгляд, идеальным жителем этого мира служит крокодил. Этот мир господь создал для крокодилов, совсем не для человека. Вы видите, как он мучителен для нас, для птиц, для кенгуру. А вот для крокодила он чудесен. Крокодил живет и в воде, и на суше, когда надо, он спокоен.

В. ЕРОФЕЕВ: И плачет.

Д. ДИБРОВ: Еще к тому же и плачет, что дает загадку литераторам. Если надо, он стремителен. И самое главное он рожает без боли, при помощи яйца. Господь так любит крокодила, что дал ему самый безболезненный и идеальный способ репродуктивной функции это яйцо.

В. КАЛАШНИКОВ: Наверное, просто яйцо, вот мы живородящие, те крокодилы жили в хорошем мире. Как хорошо было подкладывать яйца людям, носить все это с собой. Но теперь мир стал настолько опасен, что нужно свои яйца носить в себе.

В. ЕРОФЕЕВ: Или, по крайней мере, при себе, держать при себе. Но, с другой стороны, это же тоже очень важно, что яйцо это основа для гнезда. Когда есть яйцо, значит, должно было уже быть заранее и гнездо. То есть, вы все знаете, как птички, наши замечательные метафоры счастья, потому что они созданы для счастья, именно так же, как птички для полета, то есть, и мы для счастья, но у нас не получается, у них лучше, они вьют гнездо, а потом семейные ценности, кладут туда яйца. Что значит, положить туда яйцо? Значит, быть готовым для продолжения будущей жизни, может быть, и вечной. И совершенно не случайно мы все сегодня вечером ходили в церковь, по крайней мере, те, которые к этому имеют какое-то отношение и понимают в этом толк. И святили яйца, потому что освященное яйцо это не только признак вечности, это еще признак тайны. Потому что тайна без вечности это нечто, но и вечность без тайны это совершенно ни к чему не обязывает.

Д. ДИБРОВ: Витюша, очень к месту ты о гнезде. Не правда ли странно, гнездо, которое вьется только за тем, чтобы положить туда яйцо, помимо, видимо, своей воли, обретает форму этого яйца. Точно так же, как и наши дети, со всеми человеческими слабостями и закоулками души вполне определяют лабиринтообразную форму наших жилищ.

В. ЕРОФЕЕВ: С другой стороны, надо сказать, что яйцо это самая простая вещь, которую мы потребляем на завтрак. И вообще, наши жены работают над яйцами, сделай мне всмятку нет. Почему ты делаешь в крутую, если я просил тебя сделать всмятку?! Ты что, не помнишь, что есть 3 минуты, при которых яйцо варится, и делается не вкрутую, а всмятку, почему ты варишь 6 минут?! Это вечный утренний спор, который говорит о том, что люди иногда любят друг друга.

В. КАЛАШНИКОВ: Характеристика совершенного неумехи он даже яичницы не может приготовить. То есть, это самое простое, разбить яйцо, которое когда-то в детстве нам служило пособием по строению земли. Ведь земля это тоже яйцо. И когда мы разрезаем это яичко, дедушки говорят, вот это мантия, это ядро. Кстати, если земля это яйцо, из нее должно что-то вылупиться, в конце концов.

В. ЕРОФЕЕВ: Да мы вылупились уже давно.

Д. ДИБРОВ: Возможно, апассионата вот то, что должно было вылупиться из человечества, если только ноосферу, мыслящую оболочку земли, считать главным продуктом земли, как оно есть, то, скорее всего, апассионата. Вот то, что было ношено в яйце. Господа, а ведь наши слушатели участвуют в нашей беседе. И вот, например, вклад в нашу эссеистику. "Когда хотят сказать, что мужчина ведет себя неподобающе, ему говорят, у тебя что, яиц нет?". Яйцо как символ мужественности. Я хочу сказать, что так говорят еще о музыкантах. Если гитарист, например, имеет технику и быстро бегает по грифу, но при этом нет некоторого духа дзен, нет драйва, про него говорят, он хороший гитарист, но у него нет яиц. Очень хорошее дополнение.

В. ЕРОФЕЕВ: А с другой стороны, я считаю, что может быть самое лучшая русская поговорка звучит так. "Плохому танцору яйца мешают". Но, конечно, мы говорим при этом не про те, которые, вы сами знаете, девушки, которые нас слушают, хорошо отличают одно от другого. У меня была в детстве домработница Маруся по фамилии Пушкина. Она не была родственницей Пушкина, но, тем не менее, была изобретательной домработницей. Она считала, что яйца должны подаваться солеными, и очень сильно мне солила яйца на завтрак. И вы знаете, дорогие радиослушатели "Эхо Москвы", я вам должен сказать, что я до сих пор, прошло уже много лет, я ем яйца без соли. И вот примерно то же самое у меня с марксизмом, пересолили. И когда мне говорят, яйцо, соль, Маруся Пушкина, я вспоминаю бородатую физиономию Маркса и говорю, мне этого больше не надо, мне не нужен вельветовый авторитаризм и тоталитаризм, я хочу, чтобы яйцо было чистое, без соли.

Д. ДИБРОВ: Дух Михаила Андреевича Суслова наверняка сейчас состроил мерзкую гримаску, слушая писателя Ерофеева. Тем временем, наши слушатели вступают в полемику. "Передайте, пожалуйста, - пишут они на пейджер, - что крокодиловые яйца поедает белый ибис. Это тоже птица, которая есть яйца, только крокодиловые".

В. КАЛАШНИКОВ: И варанчики подъедают, и еще бородавочники, свиньи дикие, не помню, как они называются.

Д. ДИБРОВ: Отчего же, белый ибис, писатель Ерофеев, и вараны с такой страстью поедают яйца? Оттого, что их волнует та самая потенциальная энергия будущего существа, заключенная за скорлупой, которая еще не перешла в кинетическую.

В. ЕРОФЕЕВ: То есть, берегите свои яйца, иначе белый ибис прилетит и их съест.

Д. ДИБРОВ: Либо домработница Маруся Пушкина, погоняемая светлым духом Михаила Андреевича Суслова, глядишь, и пересолит вам яйца, как марксизм в детстве писателя Ерофеева.

В. КАЛАШНИКОВ: А вот я помню такую вещь. Что самый маленький народец Африки, у них есть 11 правил, местный завет, который передается из поколение в поколение, и третьим пунктом там идет такая фраза: нельзя есть яйца, ибо это есть семена жизни. Они не едят яиц, это запрещено. И нельзя рубить большие деревья.

В. ЕРОФЕЕВ: Это очень фаллически.

Д. ДИБРОВ: "Выеденного яйца не стоит", говорят наши слушатели. Как символ совершенной никчемности. Видимо, яйцо, в котором нет этого содержания будущего.

В. ЕРОФЕЕВ: Нет жизни.

Д. ДИБРОВ: А вот еще наша слушательница пишет: "Вы знаете, для того, чтобы сварить яйцо всмятку, нужно всего лишь трижды прочитать "Отче наш".

В. КАЛАШНИКОВ: Ух ты.

В. ЕРОФЕЕВ: Вот пасхальный мессидж. Он должен был прийти только от женщины. Ни один мужчина не мог бы этого сказать, правда, Димочка?

Д. ДИБРОВ: Совершенно правильно. "С уважением, Алла".

В. ЕРОФЕЕВ: Смотря, правда, как читать. Если с выражением, то будет яичко тогда "в мешочек".

Д. ДИБРОВ: Между прочим, такое прагматическое общение с господом даже может быть и похвально.

В. КАЛАШНИКОВ: Давайте вспомним яйца Фаберже, которые у нас символ и роскоши, и богатства. На самом деле, эти удивительные подарки царю, и в них воплощено было на то время как раз самая лучшая технология в ювелирном производстве. И то, что эти яйца по всему миру из России разъехались, и теперь вернулись к нам.

В. ЕРОФЕЕВ: Некоторые говорят, что яйца это тоже икра. И красная икра по-французски называется "яйца". Черная икра, естественно, тоже подравнивается под это. То есть, получается, что это тоже символ роскоши.

В. КАЛАШНИКОВ: Они уже крашеные яйца.

В. ЕРОФЕЕВ: Каждый красит в свой цвет. Надо сказать, любопытно. Что у нас вообще есть в России? Женщины, икра и яйца Фаберже. И это может стать той национальной идее, которая приведет весь наш замечательный народ к победе чести и достоинства.

Д. ДИБРОВ: Дорогие друзья, тут нам тоже напоминают, что песня всех времен и народов "Yesterday" Пол Маккартни написал, жаря яичницу, и напевая "scrambled eggs". Дорогие друзья, яичницу сэр Пол не жарил. " scrambled eggs" более чем верно. Главная песня 20 века, как показывает опрос, недавно проводившийся на волнах "Эхо Москвы".

В. КАЛАШНИКОВ: Тоже про яйцо.

Д. ДИБРОВ: Дорогие друзья, давайте попробуем вплести голос прямого эфира в наши размышления. Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Христос воскрес.

Д. ДИБРОВ: Воистину воскрес.

СЛУШАТЕЛЬ: Чтобы сделать яйца в мешочек, 3 минутки варятся.

В. КАЛАШНИКОВ: Смотря в какую воду положить горячую, холодную.

Д. ДИБРОВ: Еще про яйцо что-нибудь.

СЛУШАТЕЛЬ: Потенция. А если наоборот его прочитать.

В. ЕРОФЕЕВ: Импотенция.

СЛУШАТЕЛЬ: Называется "Яиц нет оп!".

В. ЕРОФЕЕВ: Интересно. Это тоже догадка. Интересно, вы утром едите яйца?

СЛУШАТЕЛЬ: Для меня утро не существует.

В. ЕРОФЕЕВ: А когда оно у вас существует, раз в год, то что вы едите?

СЛУШАТЕЛЬ: Оно для меня существует после 12 дня.

Д. ДИБРОВ: Большое спасибо. А вы, какая интересная вещь прилетела к нам на пейджер. Только подумайте, какая сложная аллюзия. "Как важен, - пишет наш слушатель Михаил, - овал лица. А ведь слово "овал" это прилагательное от латинского "ово", что значит яйцо". Как интересно, самое лицо человека, будем говорить, Господом снабжено яйцеобразной формой. Позвольте, так ведь голова же в некотором смысле может быть признана яйцом. Ведь признаки налицо. Есть тебе и скорлупа. И крайне важно, что за цыпленок такой зреет, а то и крокодил бывает, под скорлупой этого самого яйца. А мы еще и посмотрим, что проклевывается "Майн кампф" или "Сто лет одиночества". А бывает, что и ничего". А бывает, что человек, пользуясь своим уникальным яйцом, где могло бы созреть новое откровение, вместо этого точит одну и ту же деталь многие годы, не понимая смысла и даже не зная, что за машина есть, для чего эта деталь предназначена. И в это яйцо заливает пиво по пятницам в получку и считает затем, что жизнь его состоялась. Господа, относитесь к своей голове как к яйцу, где возможно должно зреть что-нибудь, что сродни "Фаусту" Гете.

В. ЕРОФЕЕВ: Я хочу тебе сказать, что на самом деле моя сознательная жизнь началась с яйца. И вот как это случилось. Я в 1956 году жил в Париже. Это город такой

Д. ДИБРОВ: Это недалеко от Ростова-на-Дону.

В. ЕРОФЕЕВ: Да. Родители там работали в советском посольстве, что тут повторяться. Но самое интересное, в 1956 году, я еще был маленький, в октябре месяце советское посольстве было абсолютно нагло обстреляно яйцами. Оно такого было совершенно девственно белого цвета. И стены были девственные, и потолки были девственные, все было девственное. И вдруг приезжают какие-то хулиганы, и начинают кидаться яйцами. Причем они в эти яйца налили красную краску. Моя первая абстракция жизни это стены советского посольства все в краске, мой полный восторг. Я думаю, вот как можно красиво жить. А все собираются домой, скандал, и тут понимаю слово "венгры". Они говорят слово "венгры", венгерская революция. Это приехали венгры, которые обстреляли советское посольство яйцами, чтобы показать, что они против этого захвата Андроповым и прочими другими нашими друзьями территории Венгрии, которая хотела быть самостоятельной. И вот вся моя сознательная жизнь, я с тех пор понял, что венгры это те самые индейцы, которые хотят свободы. Потому что я играл тогда в ковбоев, у меня все поменялось, я решил быть венгром, я говорил маме, я хочу быть венгром, хочу быть хулиганом.

Д. ДИБРОВ: Чем несказанно обрадовал первого советника посольства. Он как раз нуждался в какой-нибудь строчке, чтобы завершить рапорт.

В. КАЛАШНИКОВ: А почему на протяжении веков яйцами забрасывали и актеров плохих. Почему так оскорбительно использование яйца не по назначению, не для жарки или варения.

В. ЕРОФЕЕВ: Забросать яйцами. Дело в том, что венгры поняли это совершенно прямолинейно, забросали красной краской, и это осталось на всю жизнь. Я думаю, что это был первый импульс, когда я понял, я хочу быть венгром, бунтарем, я хочу делать революцию.

В. КАЛАШНИКОВ: Яйца еще и химическое оружие. Помните, когда хозяин не платит рабочим за работу, они заштукатуривают яйцо в стену, и оно воняет на протяжении

В. ЕРОФЕЕВ: Многих лет. И кстати говоря, лучший бестселлер советской эпохи "Как закалялась сталь", это как раз и описывает. И надо еще раз отметить, что с яйцом надо быть очень осторожным, и мужчинам, и женщинам, и демократам, и монархистам.

Д. ДИБРОВ: Надо сказать, что именно яйцу мы обязаны Америкой. К сожалению, это нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, однако, есть такая легенда, что Колумб на протяжении многих месяцев, пока небыстроходные тогдашние суда шли в океане, чтоб как-нибудь добраться хоть до какого-нибудь берега, еще никто не знал, что это оказывается вовсе никакая не Индия будет, а новый континент, так вот, чтобы держать команду хоть в каком-нибудь повиновении, Колумб задал им задачу. Попробуйте поставить яйцо так, чтобы оно стояло. И команда якобы занималась этой задачей многие месяцы, потихонечку, так, что человек, который находился в бочке, которая почему-то называлась "марсом", закричал "я вижу землю". Так Колумб прибыл в Америку, и когда команда подошла к нему и спросила, хорошо, мы постарались и так не смогли, как же решать эту задачу. И тогда Колумб просто разбил яйцо, сказал, вот так. Разбив тупую часть яйца, он поставил его, как и хотел, вертикально.

В. ЕРОФЕЕВ: Надо сказать, что совершенно гениальный английский сатирик Свифт использовал для представления человеческой глупости именно 2 типа борьбы с яйцами тупоконечники и остроконечники.

В. КАЛАШНИКОВ: Давайте все-таки решим, кто из нас, я, например, с тупого конца ем яйцо. А вы?

Д. ДИБРОВ: Дело в том, что каждый есть свое яйцо с того конца, на которое похожа его голова.

В. КАЛАШНИКОВ: Я тогда абсолютно уверен, что Виктор есть с острого конца.

Д. ДИБРОВ: Я ем с тупого, оттого, что в яйце предусмотрительно имеется запас воздуха, который понадобится цыпленку, как только он станет осознанным.

В. КАЛАШНИКОВ: А там есть?

Д. ДИБРОВ: Конечно. И тогда ты можешь не потревожить. Послушайте, не много ли уважения к яйцу, хотя в пасхальную ночь может быть это более чем к месту. Вы не будете против, коллеги, если мы попросим еще одно слова. Если вы заметили, мы сознательно не трогаем православную символику, связанную с традицией красить яйца, поскольку никто нас в сан не рукополагал, не благословлял.

В. ЕРОФЕЕВ: Еще можно все-таки сказать, что латинское выражение "аб ово".

В. КАЛАШНИКОВ: То есть, яйцеведы.

В. ЕРОФЕЕВ: Это значит, начнем с самого начала. Яйцо это все-таки начало всех начал. И в эту пасхальную ночь давайте пожелаем нашим слушателям начать свою жизнь еще раз заново в том смысле, прихватив, конечно, только хорошее, и идти дальше по жизни, и быть счастливыми людьми.

Д. ДИБРОВ: Будем надеяться. Новое слово. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Христос воскрес!

Д. ДИБРОВ: Воистину воскрес. Сорвалось. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Вы не подскажете, каким образом вы попали в эфир в битловское время?

В. ЕРОФЕЕВ: Запоздалая радиослушательница. Проспали.

Д. ДИБРОВ: Давайте дальше. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотела, чтобы вы обыграли слово "луна". И еще у меня один вопрос. Раздвояется. Как это правильно сказать? Меня зовут Надежда.

В. КАЛАШНИКОВ: Это детсадовское слово "раздвояется" с многими анекдотами.

Д. ДИБРОВ: На пейджер, например, приходит заказ обсудить слово "колесо". Видите ли, над "луной" не действует гравитация. Она действует, но если в человеческом смысле говорить о луне, значит, дальше нужно говорить о злости, ненависти, меланхолии, любви, зависти. Давайте пока не будем это трогать. Может быть, в дальнейшем, в ходе развития программы "Слова и вещи" мы и будем трогать отвлеченную лексику, но пока не стоит.

В. ЕРОФЕЕВ: А мне так понравилась Надежда, я бы тронул. У нее голос такой пасхальный был. Но, колесо же это тоже луна, в конце концов, которое катится по небу.

В. КАЛАШНИКОВ: Одно другого стоит. Смотря куда поместить колесо.

В. ЕРОФЕЕВ: На самом деле, я бы мог бы так сказать. Что луна в пасхальную ночь это, конечно, тебе не колесо. Потому что, что такое луна. Вот мы обсудили яйцо. Куда идти дальше после яйца? Конечно, к луне. Кстати, на Луне всегда проступает какой-то лик, и все спорят, что там на ней нарисовано. Я недавно видел одного русского дипломата, он сказал, что американцы, это все придумано, они никогда не ступили на территорию Луны.

Д. ДИБРОВ: Это старая история. Я лично знаю Джима Сернана, Армстронг "the first man on the moon", а Джим Сернан "the last man on the moon". Надо сказать, что и в самом деле, такой маленький шаг для одного человека, а такой громадный шаг для всего человечества. Все это слышали, кроме нас.

В. ЕРОФЕЕВ: Кроме одного того самого дипломата, который шагнул в другую сторону. Может быть, поговорим все-таки о луне.

Д. ДИБРОВ: Давайте попробуем. Он ночью полюбил, ночью звезды и Луну. Луна и в самом деле религия меланхоликов и поэтов. Луна и в самом деле, более загадочное светило, нежели Солнце. Поскольку во время солнца тебя вечно охватывает некоторая суета, а во время Луны, ежели ты ее видишь, значит, у тебя в жизни что-то не в порядке. Так просто Луну обычно человек не видит.

В. КАЛАШНИКОВ: Награда своя найдется

Променявшему жизнь на сны.

Золотые яблоки солнца

На серебряные Луны.

Все поэты сначала пишут о Луне. Все равно каждый поэт пишет сначала о виде из окна. А из окна видится Луна. Я помню, столько стихов писал в детстве и юности я о Луне, стараясь сделать как у Маршака. Например, любимцы солнца.

Я был очень рад любить рассвет.

Но наступил закат. Люблю тебя, спокойная Луна, ушедшим солнцем ты освещена. писал я в 7 классе.

В. ЕРОФЕЕВ: Все-таки, гений. "Мороз и солнце" не мороз и луна. Если энергетика мужская, все-таки мороз и солнце. Мороз и луна это уже другая энергетика. Кстати, ничем не хуже. Я думаю, что Надежда сегодня наверное не могла рассмотреть, если она звонила из Москвы, луну. Потому что луну не рассмотришь сегодня даже в телескоп. Но с другой стороны я думаю, что она думала о романтике. Хотя, на самом деле, тот же самый поэт Александр Сергеевич Пушкин. Помните, в "Евгении Онегине" как оскорбил луну, когда сравнил одну из сестер Вот уже Калашников кивает, он уже понял. И это кончилось дуэлью. Не сравниваешь женщину, лицо с луной. Если сравнишь, то тут можно стреляться. Почему? Виталий, почему Луна луна.

В. КАЛАШНИКОВ: Это очень опасная вещь.

В. ЕРОФЕЕВ: "Ты похожа на луну", нет, скажет жена или подруга, ты лучше меня сравни с чем-то другим.

В. КАЛАШНИКОВ: Луна вообще опасная ведь вещь. Что случается, когда полная луна с разными рода людьми, например, не совсем здоровыми.

Д. ДИБРОВ: Не в пасхальную ночь будь помянута, бесноватость происходит. Кстати говоря, луна породила самых лучших людей на свете лунатиков. Это совершенно замечательная когорта людей, которые показывают нам

В. КАЛАШНИКОВ: Не оценены еще по достоинству.

В. ЕРОФЕЕВ: Не оценены, потому что все думают, лунатики. А это бескорыстно лезущие на крышу, идущие. И это они говорят о том, что связи.

В. КАЛАШНИКОВ: Это они открыли Америку, они завоевали Сибирь, может быть, основали наше государство, раздвинули его границы.

В. ЕРОФЕЕВ: Нет уж, наше государство уж точно основали не лунатики.

Д. ДИБРОВ: Если почитать отдельные его законы, подозрение может закрасться.

В. ЕРОФЕЕВ: Дело в том, что лунатик в русском смысле этого слова, потому что по-английски это слово звучит как сумасшедший. А русское слово "лунатик" говорит о том, мы, народ, действительно, народ лунатиков, ищем идеалы, ходим на крыши, смотрим на звезды, на луну, и при этом хотим найти в женщине, что, только не лунную поверхность.

Д. ДИБРОВ: Вообще говоря, луна на самом деле чрезвычайно женственный объект и находится в синонимическом ряду: женщина, любовь, ночь, объятия. Между прочим, в исламской традиции предполагается, что на луне находится девушка Зухра, которая улетела туда от тоски по своему возлюбленному, который в ходе каких-то исламских войн погиб. В самом деле, женский организм так или иначе непостижимым образом управляется луной. Управляются еще приливы и отливы. Море, которое породило жизнь на этой планете. Между прочим, господа, нас с вами породило море. Не будем это забывать. Мы не могли, впрочем, и помнить, было это много миллионов лет назад. Вам не кажется, что море и женщины отчасти тождественны? Благодаря луне.

В. ЕРОФЕЕВ: Интересно, что девушки, которые живут в одном общежитии очень долго, у них менструальный цикл начинается в один день. Никто не знает, почему. А все-таки, я думаю, в этом виновата луна.

В. КАЛАШНИКОВ: А я помню, как Плиний-младший писал своему другу. "Любопытно, я через кухню пустил в мраморном желобе ручей, просто провел, чтобы удобнее было мыть посуду и мыть руки. И как любопытно, что уровень воды в этом ручье, в зависимости от луны, то падает, то прибавляется. Поразмышляй над этим, с чем это связано".

В. ЕРОФЕЕВ: Я хотел бы напомнить, Димочка, нашим уважаемым радиослушателям, что мы обсуждаем слова не потому, что мы играемся в эти игры, а потому что мы считаем, что слова мы очень часто употребляем совершенно механически, не вдумываясь, не видя связи между ними, не понимая, что слова нам даны теми самыми силами, которые управляют и луной и яйцами одновременно.

Д. ДИБРОВ: А еще, конечно, луна это вечный хлеб поэтов, и как тут не вспомнить гениальное Фирдоуси: "Так на небе ярко сияет луна, но солнце взойдет, и погаснет она". Луна это нечто, что светит, и действительно красиво. Только то беда, что светит отраженным светом. Многих людей мы можем с вами уподобить лунам.

В. ЕРОФЕЕВ: Некоторые говорят, что женская любовь похожа на лунный свет, а мужская на солнечный. А я иногда думаю, а может быть, это все не так, может быть, и та, и другая любовь взялась совершенно из другой истории.

Д. ДИБРОВ: Рискуя навлечь на себя гнев дам, я должен поделиться с вами соображением. Вам не кажется странным, а может, наоборот, корректным, что, ежели, например, в рекламе какой-либо или публицистическом выступлении нужно показать неправильную и правильную доктрину, например, кто-то не застраховался вовремя, а кто-то застраховался, так, как правило, кто не застраховался и попал в ситуацию, обычно мужчина. А кто верно поступил, это как правило женщина. Я целиком и полностью солидарен с писателем Ерофеевым в том, что и в самом деле женская любовь, скорее, подобна луне. И сообразно тому, как мы сообщаем, с какой силой, страстью, и как разнообразно, в каком спектре мы сообщаем свет своей любви нашей избраннице, мы затем получаем в ответ.

В. КАЛАШНИКОВ: Я считаю, что это абсолютнейшая чушь. Потому что все-таки как мы научаемся любить? Есть огромное число людей, которые никогда не любили и никогда не полюбят. Не всем дана эта милость. Но бывают такие моменты

В. ЕРОФЕЕВ: Подожди, то есть, ты хочешь сказать, что есть такие люди, которые никогда не полюбят, и даже среди наших радиослушателей?

В. КАЛАШНИКОВ: Конечно. Дар любви это редкий дар, и очень мало людей, которые по-настоящему могут любить. Любовь не нужна, это мы ее придумали. Любви как таковой не существует.

Д. ДИБРОВ: Ерунда. Это Жириновский так говорит. Есть любовь.

В. КАЛАШНИКОВ: Как мужчины научаются любить? Это тоже отраженный свет. Это та материнская любовь, которая нас напитывает с самого детства, когда нам говорят, золотой, любименький, и те годы, которые мы проводим в объятиях, еще маленькими, у наших матерей, когда матери любят своих детей, вот эту любовь мы и развиваем, потому что хотим остаться там.

В. ЕРОФЕЕВ: Я надеюсь, Виталик, что тебя не слышат твои возлюбленные женщины, потому что после такого бы выступления я бы, например, будучи твоей возлюбленной, закрыл бы книгу отношений с тобой. Как это нет любви?! А что, только бани и сауна?! Что такое, куда ты едешь после этой передачи?

В. КАЛАШНИКОВ: В сауну.

Д. ДИБРОВ: Скорее всего, ты закрыл бы томик Фрейда где-нибудь за 13-й год 20 столетия. О чем говорит Виталик, это все лишь психоанализ в чистом виде. Я только хочу сказать, что во-первых, мысль эта глубокая и интересная, пусть наши слушатели обдумывают ее, о чем, собственно, думать, кроме любви? А кроме того, должен заявить, не правда ли странно, стоило нам заговорить о луне, как просила наша слушательница, так рано или поздно, мы дошли до любви.

В. ЕРОФЕЕВ: То есть, колесо нашей передачи докатилось. А вот мы и провели, между прочим, интересно, в пасхальную ночь, конечно, заявить смело, что нет любви. А тот спаситель, который нас спасал, он что, любви не знал? Думаю, он знал.

Д. ДИБРОВ: Какую историю я знаю, которую мне рассказали в вечном городе, как раз о этой предпасхальной пятнице. Давайте не впадать в православную прелесть. Для этого есть батюшки, священнослужители, давайте лучше делать наше эссеистское дело. Алло. Просто дойдя до луны, думаю, разговор о любви законченным, хотя можно было бы говорить вечно. Для этого есть армия поэтов.

СЛУШАТЕЛЬ: Это великий русский интеллигент Васисуалий Лоханкин. Я хочу объяснить, каким образом вы попали в битловский эфир.

В. ЕРОФЕЕВ: Если бы вы были великий интеллигент, вы бы уже знали, а так, оказывается, вы не совсем великий.

В. КАЛАШНИКОВ: Неинформированный.

В. ЕРОФЕЕВ: А неинформированный интеллигент это уже далеко не интеллигент. Дело в том, что по этому поводу мы уже объяснялись. Дима, скажи Лоханкину, что произошло.

Д. ДИБРОВ: Как битломан битломану говорю, откройте Джона Леннона "He is all right". Если вы битломан, тогда вы поймете, что созвучие точное. Во-вторых, позвольте принести вам искреннее извинение, мы должны были сказать, что битловский эфир состоится ровно через 6 минут. Ради бога, не волнуйтесь. Было бы здорово от господина Лоханкина получить свои размышления о колесе, луне, яйце. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Сорвался мой разговор. Я хотел завершить разговор про яйца. Кстати, Ерофеев классно вспомнил про Венгрию. В завершение история про Польшу. О том, как Брежнев позвонил Ярузельскому и сказал, что от советского народа польскому послан гуманитарный груз, 700 тыс. яиц. Ярузельский говорит, спасибо большое от польского народа любимому советскому народу, старшему брату, чтобы выразить свое внимание, говорит, как такое огромное количество яиц дойдет, все ли будет в порядке? В какой таре? А в какой таре, сказал Брежнев в оригинальной, в галифе.

В. ЕРОФЕЕВ: Кстати говоря, это может быть было бы и справедливым, потому что до той поры советская Россия потребляла польские яйца. Один из примеров редкого западного экспорта и импорта это были польские яйца, они приходили коричневые, и все московские домохозяйки очень любили польские яйца. Понятно, что в конце концов должны были пойти туда, на запад, и русские яйца. Таким образом, произошел тот самый обмен, который называется русско-польской дружбой.

Д. ДИБРОВ: Просто совсем не про яйцо, а просто моя любимая баечка про тов. Гомулку, первого секретаря ЦК польской объединенной рабочей партии, которому, говорят, принадлежат такие крылатые слова. Ежели бы у нас была жесть, мы бы завалили Европу мясными консервами. Но у нас нет мяса.

В. ЕРОФЕЕВ: Кстати, о Гомулке есть замечательный анекдот. К Гомулке приезжает Брижит Бардо и говорит: "Гомулка, открой границы". Он говорит, ээ, дорогая, ты хочешь, чтобы вы в Польше остались.

Д. ДИБРОВ: Интересно, можно ли сделать эссе за 3 минуты. Мы бы постарались. 203 19 22, если бы вы нам дали такую тему. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Какую тему?

Д. ДИБРОВ: Любое слово.

В. КАЛАШНИКОВ: Или если у вас какие-то мысли по поводу яйца и луны, вдруг вы продолжите нашу мысль.

СЛУШАТЕЛЬ: Желаю вам счастья, здоровья в личной жизни, чтобы не выли на луну, а всегда улыбались.

Д. ДИБРОВ: А что вы держите в руках?

СЛУШАТЕЛЬ: Трубку.

В. ЕРОФЕЕВ: Давайте поговорим о трубке.

Д. ДИБРОВ: Я думаю, что трубка такое длинное всепроникающее создание, что двух минут 10 сек. уже не хватит.

В. КАЛАШНИКОВ: Я спрошу вас. Посмотрите, как странно, что главное в яйце это его хрупкость. Как к хрусталю, посуде, к яйцу - это осторожность в обращении с яйцом. И может быть, это еще и проекция, потому что яйцо это почему-то еще очень больно. Яйца это хрупкое, ранимое.

В. ЕРОФЕЕВ: Ты опять смешал Польшу с Россией в отношении яиц.

Д. ДИБРОВ: Это так же хрупко, как и вечно уходящее время. Дорогие друзья, поздравляю вас с тем фактом, что в студию вошел Владимир Ильинский. Дорогие друзья, большое спасибо за внимание. Христос воскресе! Дай вам бог здоровья и счастья, и сейчас в эту пасхальную ночь, и на всю жизнь. С этим с вами прощается Виктор Ерофеев.

В. ЕРОФЕЕВ: Воистину воскресе! И дай вам бог сохранить ваши яйца в целости.

Д. ДИБРОВ: Виталий Калашников.

В. КАЛАШНИКОВ: Мне бы очень хотелось, чтобы вы глядели на полную луну и не волновались при этом.

Д. ДИБРОВ: Всего доброго. Дмитрий Дибров.