вынесение окончательного приговора по делу Юшенкова - Генри Резник - Интервью - 2004-03-30

30 марта 2004 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" адвокат Генри Резник.

Эфир ведет Ксения Ларина

К. ЛАРИНА Еще один гость в нашей студии, я приветствую, Генри Резник, адвокат, здравствуйте.

Г. РЕЗНИК Здравствуйте.

К. ЛАРИНА По событиям сегодняшнего дня мы будем говорить, сегодня завершился судебный процесс по делу убийства Сергея Юшенкова, названы уже люди, преступники названы преступниками, могу я так сказать?

Г. РЕЗНИК Обвиняемые названы преступниками.

К. ЛАРИНА Прозвучал уже вердикт суда присяжных, приговор объявлен. Напомню, что Михаил Коданев осужден на 20 лет лишения свободы за организацию убийства. Я сразу хочу процитировать то, что успел сказать Генри Резник в своих первых комментариях, учитывая, что Генри Маркович по этому поводу за все время процесса не высказывался, насколько я помню, ничего не говорили.

Г. РЕЗНИК Непрофессионально было бы.

К. ЛАРИНА Так вот, цитирую, защита не согласна с вердиктом присяжных заседателей, однако судья была связана этим вердиктом и не согласилась с предложением защиты распустить коллегию присяжных и назначить новое судебное слушание. По словам Генри Резника, Коданев и Винник были признаны в совершении преступления, которое они не совершали. Могу ли я задать вопрос, что позволяет вам такие делать заявления?

Г. РЕЗНИК Я в очень сложном положении. Состоялся вердикт, вынесен приговор.

К. ЛАРИНА Можно же комментировать уже сейчас безболезненно.

Г. РЕЗНИК Я в сложном положении вот каком, я неохотно комментирую свои дела, практически я их не комментирую. Дела чужие это вообще просто непрофессионально. Почему был процесс, я защищал Михаила Коданева, и все аргументы, которые были в его защиту, я высказал на суде. Поэтому сейчас обсуждение, соответственно, самого вердикта это все-таки махание кулаками после драки. Но объяснить как раз сейчас могу, ситуация такая, во-первых, положение защиты было изначально тяжелейшим. Вы прекрасно понимаете, что два прямых показания, показание прямое непосредственное, т.е. это помощник Коданева, Винник, который на него указывает как на заказчика убийства Сергея Юшенкова, и с его слов это производное, тоже прямое доказательство, второго соучастника Киселева. Ситуация тяжелейшая была. И я в полной мере это осознавал. Значит, аргументы защиты, основные, которые были, могу повторить, показания Винника содержат кричащие противоречия, собственно говоря, ни по одному элементу, из которого у него складываются события преступления, у него не было двух одинаковых показания, постоянно менялся город, менялось место, менялись деньги, слова, которые были сказаны. Второе, это не просматривается мотив, он может быть просмотрен, только если посчитать, что Коданев очень не в себе, потому что устранение Юшенкова те цели, которые приписаны обвинением, они просто не достигались. Т.е. глупая акция была. Наконец, месяц апрель. В апреле должна была состояться регистрация партии. Партия была расколота, "Либеральная Россия". Если в апреле не регистрируется партия, все, партия исчезает. Дальше пожалуйста, ребята, спорьте, сторонники Юшенкова, сторонники Березовского, кого возвращать, кого исключать и прочее. Кроме того, у нас само следствие констатировало, есть некие не установленные лица. Вначале Коданев ходил вообще под другим обвинением о том, что он выполнял поручение неких не установленных лиц из корыстных побуждений. И только затем у нас мотивация изменилась. Еще целый ряд аргументов, повторяю, я их высказывал на суде. И присяжные со мной не согласились. Это факт. Я сказал, что я не согласен с вердиктом присяжных, но я его принимаю. Почему потому что я примерно представил себя на месте простого добропорядочного гражданина, скажем, не укладывается в сознании, то можно так оговорить человека, от которого только добро видел. Винник видел от Коданева только добро, Винник очень больной человек, можно даже сказать, что болезнь очень тяжелая, практически считается неизлечимой, но можно поддерживать.

К. ЛАРИНА Еще раз повторите, невозможно так оговорить человека, от которого видел только добро?

Г. РЕЗНИК Просто-напросто человек считает, как можно оговорить человека, от которого видел только добро?

К. ЛАРИНА Но это какие-то другие категории, человеческая психология такому анализу не поддается, как мне кажется, в данном контексте.

Г. РЕЗНИК Я говорил о том, что самый страшный враг правосудия это оговор, что, собственно говоря, даже разъяснения вышестоящих инстанций переполнены напоминаниями о том, что на одних только показаниях с обвиняемых по делу, стройте суждения. Житейски очень интересная ситуация. Винник не может быть заказчиком.

К. ЛАРИНА Почему он не может?

Г. РЕЗНИК Понимаете, какая ситуация, он просто не может быть заказчиком, он помощник Коданева, он не может выступить заказчиком убийства Юшенкова, потому что что ему Гекуба, понимаете? Он может выполнять только чей-то другой заказ. Поэтому Коданев и не установленные лица, которые у нас не установлены, но их существование признается.

К. ЛАРИНА Которые могут быть заказчиками?

Г. РЕЗНИК Да, и которые у нас были заказчиками по первоначальному обвинению. Все эти аргументы были высказаны, а в итоге присяжные вынесли вердикт. То, о чем вы сказали, у нас в результате получилось все-таки осуждение Коданева не по тому преступлению, которое даже было ему вменено, потому что его осудили за террористический акт. Простите, теракта там не ночевало просто. В чем отличие убийства в связи с даже осуществлением какой-то деятельности?

К. ЛАРИНА Вы считаете, это не политическое убийство?

Г. РЕЗНИК Теракт это убийство за политику, а мотивы, которые приписывались обвинением Коданеву, что он хотел вместо Юшенкова возглавить партию и контролировать финансовые потоки. Тут политики нет. А теракт, у нас новый, как мы говорим, объект появляется, это новая ценность общественная, на которую посягает виновный. Там не просто жизнь человека, там обязательно политический строй.

К. ЛАРИНА А можно я вас спрошу вот как, вообще политический аспект рассматривался на заседаниях судебных?

Г. РЕЗНИК Он не был предъявлен, он был назван. Эти мотивы, мотив контролировать финансовые потоки, это не совместные мотивы, они не могут вместе существовать. Поэтому обвинение было предъявлено так, что была попытка исправить постановки вопросов присяжным. Справиться с этим не удалось, присяжные в одном вопросе ответили сразу на два обвинения. А поскольку основным они отвечали все-таки на то, что причастен Коданев к преступлению или нет, они ответили положительно на этот вопрос.

К. ЛАРИНА Давайте прервемся на короткий выпуск новостей.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА Во время новостей я задала вопрос Генри Марковичу, который я сомневалась, задавать мне его в эфире или нет, но поскольку, мне кажется, это правильно, если я вас спрошу, учитывая, что мы говорим о гибели Сергея Николаевича Юшенкова, который был, в том числе, и товарищем Генри Марковича Резника. Генри Резник хорошо знает его семью, этот момент очень деликатный, насколько он вообще был решающий в вашем, простите за тавтологию, решении брать или не брать на себя защиту обвиняемых?

Г. РЕЗНИК Немножко вы не точны, я семьи не знал Сережи, но мы были знакомы, хорошо друг к другу относились. Здесь как раз, когда ко мне было обращение, я колебался. Потом были обстоятельства, которые я истолковал как попытку оказания давления на меня, это абсолютная была ошибка со стороны этих людей. Кроме того, я был заинтересован в том, чтобы осуждены были действительные убийцы, а не назначенные. И я вошел в дело, я увидел тяжелейшую позицию защиты. Если бы я вышел из дела, я бы перестал себя уважать, я перестал бы быть профессиональным адвокатом. В общем, я себя не могу упрекнуть, я ничего не фальсифицировал, никого не подговаривал, хотя была попытка бросить тень на мою репутацию. Приходили люди, которых я допрашивал впервые в суде, они из свидетелей обвинения превращались в свидетелей защиты. Тогда была попытка, откровенно говоря, очень был расстроен, все-таки, от людей, которых я знаю, что вроде как встречался я с ними или прочее. Я задавал свидетелю вопрос скажите вы, что мы с вами впервые здесь видимся. Он говорит да, мы видимся здесь впервые. Адвокат не должен превращаться в резонера и в моралиста-управдома. Я выполнял свою работу. Более того, могу сказать, адвокат не должен защищать только симпатичных людей только по абсолютно таким чистейшим обвинениям.

К. ЛАРИНА О чем вы говорите, это старый спор, который будет вечно вестись.

Г. РЕЗНИК У меня слишком много правозащитных дел, вы прекрасно знаете, но в то же время, с точки зрения, может быть, невежественного обывателя, на мне пробы ставить негде, я защищал и убийц, и насильников, и олигархов. Но я их защищал, потому что право на защиту универсальное право, оно дается каждому человеку. И тогда, когда ты начинаешь не только выбирать подзащитных чище снега альпийских вершин, у меня их достаточно было, как сами понимаете, есть сейчас, еще главное, что если ты начинаешь бояться, что процесс будет проигран, все в таком случае надо переквалифицироваться, надо уходить из адвокатуры.

К. ЛАРИНА Но вы проиграли процесс?

Г. РЕЗНИК Если использовать эту терминологию, то защита его проиграла. Но до известной степени нужно переносить эту спортивную терминологию на судебные дела, это другой жанр. И здесь эта прямая аналогия абсолютно неуместна. Дело в том, что, опять же, я сказал, право на защиту универсальное право. В данном случае, когда выступает адвокат, он не должен по уголовным делам руководствоваться этими самыми соображениями ах, скорей всего, здесь успех будет не на стороне защиты. Могу сказать, я никогда не боялся брать тяжелые дела, неподъемные дела. Наверное, все-таки испрошу господа какие-то годы для того, чтобы еще в таких делах поучаствовать. Я могу сравнить это, знаете, есть хирург, который проводит тяжелые операции полостные, а есть те, которые зашивают пальчики. У первого все-таки риск, наверное, риск летальных исходов немножко выше, чем у вторых. Я отношусь к первым.

К. ЛАРИНА Тем не менее, есть ли у вас претензии к суду присяжных? Поскольку это тоже очень важный момент, знаковый для нас, громкий процесс, в котором задействованы известные фамилии, здесь суд присяжных решает, виновен или не виновен.

Г. РЕЗНИК Однозначно нет, Ксения. У меня нет никаких фактов, которыми я мог бы оперировать, я юрист, все, что угодно можно, я не поддерживаю своих коллег, которые, выйдя из процесса, в которых они не торжествуют, начинают клясть всех на свете, говорить о том, что эти куплены, эти независимые и прочее. Хотя есть, конечно, искусственно созданные дела, о чем говорить? Слишком много говорил об этих делах у вас здесь, и "Медиа-Моста" дело, и дело "Аэрофлота". Слава тебе господи, что несчастный Коля Грушков вышел, никакого там не состава, там близко его не было, дело того же "Сибура". Но это не искусственно созданное дело. И к присяжным у меня нет, у меня просто нет претензий к ним, потому что в данном случае либо действительно реанимации дело не подлежало, вот доказательства такие, что они убедительны для присяжных, либо я даже могу допустить, что адвокат Резник был не во всем убедителен. Могу я такое допустить, не хочется. Суд присяжных это надежда российского народа, назовем его тем самым населением, которое есть, на настоящее правосудие. Стороны, которые выходят в суд присяжных, а мы хотели суда присяжных, потому что в суде общей юрисдикции нам нечего было делать абсолютно. Сейчас очень интересно, я шучу, эти два оправдательных приговора, они были же не благодаря, а вопреки позиции защиты, потому что суда присяжных хотели только мы. Я могу вам сказать, что в суде обычном и Пальков, и Дрозд, скорей всего, пошли бы вместе по этапу. Стороны не могут винить, если они выходят перед судом присяжных, они должны винить только себя, потому что ничего лучше человечество не придумало. Может суд присяжных ошибиться? Может, конечно, разумеется. Вопроса нет. Более того, сейчас я могу вполне допустить, что вдруг у нас появятся не установленные лица, окажется, что, извините, вместо них признан виновным Коданев. Но повторяю, это некие версии.

К. ЛАРИНА Можно пересматривать решения суда присяжных по закону?

Г. РЕЗНИК По вновь открывшимся обстоятельствам, конечно. Все дела можно пересматривать. Может суд присяжных ошибаться конечно, может. Но это суд, по-настоящему независимый. Можно на них надавить, абстрактно говоря? Наверное, можно надавить, но 12 человек, вероятность поменьше. Кроме того, лучшие судьи наши, самые объективные, беспристрастные, у них через несколько лет формируется неконтролируемая ими обвинительная установка. И как говорил выдающийся процессуалист Файнинский 100 лет назад, в спорных случаях ум судьи обычно наклоняется в сторону обвинения, а не оправдания. В данном случае суд присяжных в этом отношении, конечно, свободен. Но он и ставит очень тяжелые задачи перед сторонами, тяжелейшие задачи.

К. ЛАРИНА Я бы хотела вернуться к конкретному делу, намерены ли вы дальше заниматься им?

Г. РЕЗНИК Мы сейчас посмотрим, мы изучим протокол судебного заседания, проанализируем приговор. Я могу вам сказать, что когда назначается мера наказания, прокурор вообще хотел пожизненное наказание, в итоге у нас 20 лет, я все-таки считаю, что это чрезмерно суровая мера наказания. Хотя, как сами понимаете, это не взвесить, потому что не все смягчающие обстоятельства, я думаю, были учтены. Было учтено, что Коданев впервые судим, у него семья, несовершеннолетний ребенок на содержании. Дальше, что вам сказать, пойдем в верховный суд. С чем пойдем, опять же, не скажу. Я до того, как в суд не схожу, первые аргументы от меня выслушивает суд, а журналисты вообще не выслушивают практически никогда. Для вас сегодня сделано исключение в силу, действительно, особого характера этого дела.

К. ЛАРИНА Какие версии, которые были на период следствия, дошли до суда, которые были отметены как варианты?

Г. РЕЗНИК Дело в том, что следствие когда предъявляет обвинение какое-то, оно отметает другие версии. Оно же не может выносить несколько версий. Я могу вам сказать, что в версии защиты, конечно, звучали эти не установленные лица, я их не придумал. Более того, на них дело выделено, они у нас идут как возможные подстрекатели преступления. Давайте представим себе, совместимы ли мотивы, которые приписаны Коданеву, единолично власть захватить, с наличием подстрекателем? Кто будет подстрекать человека к тому, чтобы он стал императором? Наверное, какая-то свита и прочее.

К. ЛАРИНА Такие примеры в истории все-таки есть.

Г. РЕЗНИК Тут аналогия условная. Я понимаю прекрасно, Борис Годунов. Но здесь это не просматривается. Я только могу единственное сказать, что конечно этот апрель, который гвоздем сидит у меня, никакого съезда объединительного, который планировался, одни говорят, другие, что просто грезили о нем, он должен был быть в конце мая в июне. В апреле регистрация партии. Я сравнил это с тем, что полемику между двумя крыльями можно уподобить было спорам родителей о том, как назвать ребенка, который в утробе. Но они не могут договориться, как его назвать, но они заинтересованы, чтобы он родился. Но если бы регистрации партии не было, все тогда, партии нет, 6 месяцев отпущено. У меня это не укладывается.

К. ЛАРИНА Это опять же из серии допусков, это же невозможно привязать к делу или возможно?

Г. РЕЗНИК Апрель есть, потому что Винник не говорит - в апреле. Киселев, организатор непосредственный, он говорил пришел Винник, сказал, если до 17 апреля не будет Юшенков устранен, все теряет смысл. Что теряет смысл? Винник это никогда не признавал. Что теряет смысл? Какой смысл? Партия не будет, что ли, зарегистрирована? Все тогда, а кто у нас не хотел регистрации партии "Либеральная Россия"? Ведь у нас же по делу очень интересное проходит, я бы не включал это в дело, но люди не стесняются. Например, договорились Березовский и Юшенков об акции "Мой кандидат". О политическом объединении не договорились. Пришел Ковалев, Левинсон, люди, которые ни слова не скажут против правды, но об акции договорились. Так что же у нас в деле, у нас обыски, которые проводятся для изъятия денег, которые даются на финансирование акции "Мой кандидат", изъяты были в "Логовазе" 310 тыс. долларов США. Прямо пишется, рапорт оперативного работника, что получены данные, что деньги на финансирование акции "Мой кандидат". Это что? Преступная акция? Кто не хотел этой акции? Акция вообще-то интересна была, кстати сказать.

К. ЛАРИНА Я помню, мы, кстати, про это говорили еще с Сергеем Николаевичем Юшенковым, как это задумывалось.

Г. РЕЗНИК В Благовещенске, в Новосибирске обыски в отделениях партий. Изъятие денег для того, чтобы предотвратить раскручивание акции "Мой кандидат".

К. ЛАРИНА Сейчас новости опять у нас будут. Все-таки я понимаю ход ваших мыслей, т.е. ищи, кому выгодно, в данном случае выгодно и власти в том числе.

Г. РЕЗНИК Конечно.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА Должны успеть максимальное количество тем затронуть за эти три минуты. Вопросов очень много у наших слушателей. Вернемся к судьбе дальнейшей этого дела. Вы сказали "по вновь открывшимся обстоятельствам" может продолжится следствие по этому делу, вы допускаете такую возможность?

Г. РЕЗНИК Я все могу допускать. Но это крайне редкий случай, какой вопрос такой ответ.

К. ЛАРИНА Будет ли смягчен приговор Коданеву, как вы считаете?

Г. РЕЗНИК Понятия не имею, не знаю.

К. ЛАРИНА Но вы будете для этого что-нибудь делать? Или это бесполезно?

Г. РЕЗНИК Видите ли, в чем дело, мы будем обжаловать.

К. ЛАРИНА Его же не было сегодня на заседании суда?

Г. РЕЗНИК Его не было, он не был доставлен в связи с болезненным состоянием. Что конкретно я не могу сказать.

К. ЛАРИНА Еще вопрос, который наши слушатели задают вам по поводу суда присяжных, у них возникло превратное совершенно ощущение, что вы якобы против суда присяжных, если он решает не в ту пользу, которую вы защищаете. Так ли это?

Г. РЕЗНИК Вы же сами хорошо ответили, что у них превратное абсолютно впечатление. Я разошелся с вердиктом присяжных, потому что я просил, чтобы оправдали подзащитного, а присяжные осудили. Но я за суд присяжных, вне зависимости от того, что в данном случае этот вердикт разошелся с моей позицией.

К. ЛАРИНА Еще один вопрос о судьбе совсем другого человека: спросите пожалуйста у Резника, поможет ли статья Ходорковского в решении его судьбы в положительную сторону, спрашивает Ирина?

Г. РЕЗНИК Мне очень трудно отвечать на этот вопрос, это как раз дело, которое я веду, я не являюсь защитником Ходорковского. Единственное, что я могу сказать, я не буду обсуждать статью, в ней верные положения, я должен сказать, что я приветствовал мужественное решение Михаила Ходорковского стать политическим заключенным, а не стать политическим эмигрантом. Мне просто, извините, как мужику, эта позиция исключительно приятна. Я ее поддерживаю. Если такая позиция что-то будет означать, как говорят слушатели, то в таком случае, простите, Ксения, большое подтверждение, что это дело носит, конечно, политический характер. Я желаю всего наилучшего Михаилу Ходорковскому и его адвокатам. Предстоит суд, полагаю, что здесь защита будет удачливее, чем Генри Резник на защите Коданева.

К. ЛАРИНА И совсем последний вопрос, то, что сейчас происходило в деле Сергея Юшенкова, это политический процесс или нет, на ваш взгляд?

Г. РЕЗНИК Сам процесс не был, конечно, политическим, безусловно, но в результате мы получили политическую статью абсолютно незаслуженно, я об этом говорил.

К. ЛАРИНА Спасибо вам большое. Генри Резник, адвокат, наш сегодняшний гость, еще раз спасибо.

Г. РЕЗНИК Спасибо вам.