Генрих Боровик - Интервью - 2004-03-06

6 марта 2004 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Генрих Боровик - писатель, журналист.

Эфир ведет Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА Здравствуйте, Генрих Аверьянович.

Г. БОРОВИК Здравствуйте, Ксюшенька. Здравствуйте, все, кто слушает нас.

К. ЛАРИНА Генрих Боровик сейчас набирается впечатлений от жизни, поскольку сейчас, буквально перед передачей, рассказывал о фильме, который вчера посмотрел.

Г. БОРОВИК Да, я чуть позже об этом скажу.

К. ЛАРИНА То есть Вы успеваете все-таки куда-то ходить?

Г. БОРОВИК Это мой большой друг, Володя Наумов. Его дочь Наташа поставила впервые художественный фильм. Это ее премьера.

К. ЛАРИНА Мне очень жаль, что сейчас нет передач по телевизору Генриха Боровика. Я надеюсь, что они все-таки когда-нибудь появятся. Хотя, может быть, все, что не делается, к лучшему?

Г. БОРОВИК Безусловно.

К. ЛАРИНА Потому что каждый раз, когда мы с Вами встречаемся в эфире, я все время Вам говорю: "Пишите книгу, Генрих Боровик!" Все, что там, - это упало и пропало.

Г. БОРОВИК Это правильно, конечно. А книг никто не читает сейчас.

К. ЛАРИНА Ничего подобного. У нас сейчас абсолютный всплеск любви к литературе.

Г. БОРОВИК К чтению?

К. ЛАРИНА Сейчас пишут все.

Г. БОРОВИК Всплеск не меряется тем, сколько людей пишет. Всплеск меряется тем, сколько людей читает.

К. ЛАРИНА Потому что на самом деле жалко, вспоминая все Ваши встречи, по мотивам которых Вы делали телевизионные программы.

Г. БОРОВИК Ксения, конечно, я напишу. О чем говорить?

К. ЛАРИНА Вы же умеете писать?

Г. БОРОВИК Ну, так... на компьютере это просто. Знаете, поставил там сервис, автопилот, и он написал тебе все и гонорар выдал.

К. ЛАРИНА Я бы хотела немножечко поговорить о телевизоре, как о продукте потребления на сегодняшний день. Очень часто мы эту тему обсуждаем. Что меняется в телевидении на сегодняшний день?

Г. БОРОВИК Ксюшенька, а можно я начну вот с чего? С одной стороны, я хотел бы всех женщин поздравить с наступающим 8 марта. Но у нас в семье этот праздник сильно омрачен тем, что именно 9 марта погиб Артем.

К. ЛАРИНА 4 года уже?

Г. БОРОВИК Никто просто не верит. И мы сами, с моей женой, с моей дочкой Маришей, и многие близкие люди: "Неужели 4 года?" Да, 4 года. Время летит ужасно быстро. Мы Артема до сих пор открываем и открываем. Приходят письма от людей, которые где-то его видели. Он что-то связал, они это запомнили, присылают это нам. Мы чрезвычайно благодарны за это. Приходят какие-то фотографии, которые мы никогда не видели. Мы тоже благодарны за это. Но еще и другое открытие идет. Сейчас уже без спешки я перечитываю его книги. Раньше, когда они выходили, я прежде всего обращал внимание на сам факт выхода книги и на факт рассказа правды, потому что он рассказал правду об афганской войне первым. И еще на волнение по поводу того, накажут или не накажут, (хорошо бы, чтобы не наказали). А сейчас я вчитываюсь и понимаю, насколько в 25-26 лет он был удивительно глубоким человеком.

Я даже выписал несколько фраз. Например, в репортаже из Никарагуа, 85 год, он пишет: "Рост человека определяется не расстоянием от земли до макушки, а расстоянием от головы до неба". Прекрасная фраза, в 25 лет думать вот так! Или такая фраза. "Тот, кто побывал в Афгане хотя бы несколько месяцев, начинает понимать, что Афган это не государство. Это молитва". Это тоже удивительно точное чувство той войны, во время которой он там был.

К. ЛАРИНА А Вы тогда это понимали, какого масштаба сын у Вас растет?

Г. БОРОВИК Нет. Я очень долго относился к нему, как к мальчику. Это как-то естественно. Да, это ребенок. А он уже принимал великолепные решения, очень самостоятельные.

К. ЛАРИНА А его тексты Вы правили в самом начале?

Г. БОРОВИК Что Вы? Никогда. Тут я сразу в него поверил, и я бы оскорбился, если бы мои тексты кто-нибудь правил, даже отец. Тем более, вообще, это династическое дело очень деликатное. Потому что очень важно, чтобы сын или дочь, если они продолжают твою профессию, не были затенены тобой, не только в смысле известности, а в смысле твоего видения того дела, которым ты занимаешься. В частности литература. Очень важно, чтобы он сам писал.

К. ЛАРИНА Как раз на примере Вашей жизни тот самый перелом прошел. Наверное, был какой-то период в жизни Артема, когда его называли сыном Генриха Боровика.

Г. БОРОВИК Конечно.

К. ЛАРИНА А потом все переменилось, и Генрих Боровик стал отцом Артема, и это было еще при жизни Артема.

Г. БОРОВИК Конечно. Кстати, я предсказал это, я ему говорил. Он мне как-то сказал: "Папа, мне не повезло с тобой (в шутку, естественно). Что бы я ни сделал, говорят: "Ну, это сын Генриха Боровика". Или даже когда я иду, мне говорят: "А вот идет сын Генриха Боровика". Я говорю: "Подожди, придет время, и будут говорить: "А вот идет отец Артема". И это было.

К. ЛАРИНА А когда это случилось? Вы помните звездный час Артема? "Взгляд", наверное?

Г. БОРОВИК Звездный час Артема всегда был связан с опасностью, с риском, с гражданским мужеством. У каждой тучки есть серебряная кайма, а тут наоборот: каждая звезда имела большую тучу рядом с собой.

К. ЛАРИНА Это Вы знали, как близкий человек. Когда он стал популярным, узнаваемым?

Г. БОРОВИК Конечно, самый большой всплеск это Афганистан, когда он вернулся оттуда. И как взрослый человек, как мужчина, как личность он оформился после Афганистана. Это было испытание невероятное. Тут все: и случайность смерти, и необъяснимость ее. Он пришел к вере после этого, крестился и стал глубоко, искренне верующим человеком. Чего я еще не понимал, хотя тоже очень короткое время? В самые первые дни, когда я читал его очерки, я не понимал, что это настоящая литература. И подтолкнули меня к этому пониманию два человека. Грэм Грин прочел это в переводе на английский язык и сказал: "Это не журналистика, это настоящая литература". Более того, он написал: "Я не читал ничего подобного о войне в Афганистане".

К. ЛАРИНА Это была его повесть?

Г. БОРОВИК Это была его "Спрятанная война". Это были его очерки, опубликованные в "Огоньке". Они были опубликованы во всем мире в "Лайфе", в "Шпигеле", в "Актуэле", во многих странах мира. Так что это был его звездный час.

И еще Юра Нагибин без всякого моего участия, без всякой инициативы со стороны Артема прочел очерки еще в "Огоньке", сел и написал ему рекомендацию в Союз писателей. Хотя он очень редко это делал.

К. ЛАРИНА А он стал членом Союза писателей?

Г. БОРОВИК Да. Его долго-долго не принимали, говорили: "конечно, сына Генриха Боровика..." Это все было сложно.

К. ЛАРИНА Вы же все-таки знаете своих коллег в мире самых главных столпов журналистики, международной, мировой. Существуют в мире такие примеры, когда журналист мог публиковать свою публицистику из газет в виде книги? Или это только в России возможно?

Г. БОРОВИК Нет.

К. ЛАРИНА Существует?

Г. БОРОВИК Много.

К. ЛАРИНА Я имею в виду не писателей, а именно журналистов.

Г. БОРОВИК И такие есть, конечно.

К. ЛАРИНА Потому что мне кажется, что только в России журналисты пишут, как литературу, а не как репортаж.

Г. БОРОВИК Я Вам должен сказать, что таких очень мало. Это действительно талантливые люди. Потому что большая часть, простите, неграмотность, поверхностность настолько забивают нашу журналистику... Я думаю, честно говоря, что требования к литературе сейчас, судя по некоторым бестселлерам, несколько упали. Когда я говорю "несколько", я сильно недооцениваю масштаб падения.

Это чисто литературное, профессиональное его развитие. Есть еще такие вещи, несколько эпизодов. Галина Михайловна, моя жена, конечно, занималась его воспитанием больше, чем я. Я надеялся, что пример как-то сыграет роль, и он действительно сыграл, все это было. И то, что он пошел по горячим точкам, начинал свою литературную, журналистскую деятельность именно с опасных мест по всему миру. Начинал с Чернобыля, с жизни северных народов, написал замечательные очерки, которые там помнят до сих пор. Он впервые с сочувствием и очень честно написал о том, каково положение там. Это было еще в 83 или в 84 году. Галя, особенно когда мы жили в Америке и когда Тема был маленьким, ему втолковывала, что если он сидит в автобусе или троллейбусе, то надо женщине уступать место. Он долго краснел и не понимал, почему. Тем более, что в Америке не уступают место женщине. У наших братьев по разуму это было бы оскорблением для женщины. Но он научился уступать. Очень долго не понимал, почему нужно пропускать девчонку вперед: "А что, чем она лучше меня, лучше мальчишек?"

А потом произошел случай, который мы недавно узнали. Учительница, которая преподавала у него историю в 4 классе, (ну, в 4-м классе единственная учительница), как-то объявила: "Завтра я буду вам рассказывать о татаро-монгольском иго". И Артем (маленький, 4 класс) подошел к ней и сказал: "Татьяна Ивановна, а можно..." Да, у них в классе училась девочка Бума. Она была дочерью то ли монгольского посла, то ли просто сотрудника монгольского посольства в США. Это была симпатичная, весьма толстенькая девочка, очень хорошего характера, единственная монголка в классе. И Артем подошел к учительнице и связал: "Татьяна Ивановна, а можно, завтра Бума не придет на урок?" "Почему?" "Ну, ей же неприятно будет слушать о татаро-монгольском иго". Это четвероклассник.

А потом, когда он уже был в Афганистане, он должен был возвращаться в Москву, и мы знали, что самолет прилетает тогда-то, и он вдруг не прилетел, (это был 89 год, вывод войск, очень опасное время), его нет день, два, мы сходим с ума. И мы позвонили Мише Лещинскому, и Миша рассказал. Оказалось, что он встретил на аэродроме женщину с двумя детьми, у которой не было билета на этот самолет, и Артем отдал ей свой билет. И как он добирался попутными, военными или не военными самолетами...

К. ЛАРИНА А тогда мобильных телефонов не было?

Г. БОРОВИК Нет, не было.

-

К. ЛАРИНА Я смотрю на телеграммы, которые приходят на нашу передачу. Здесь есть хорошие слова, Генрих Аверьянович, и в Ваш адрес, и в адрес Артема. "Уважаемый Генрих Аверьянович, с каждым годом Вы все больше похожи на сына. Спасибо Вам большое. Желаю Вам крепкого здоровья. Ольга Васильевна". "Очень рада слышать Генриха Боровика. Пусть не исчезает, пусть пишет. Помню его книгу о Латинской Америке. Несколько слов, если можно, о Светлане Аллилуевой, о ее последних днях и судьбе ее дочери. Романова". Об этом, если у нас к слову придется, может быть, Генрих Аверьянович скажет. "Послушайтесь хоть раз в жизни совета Ксении Лариной. Пишите книгу, будем читать запоем. Андрей".

Г. БОРОВИК Я всегда слушаюсь советов Ксении Лариной. И этот тоже совпадает совершенно с моими планами.

К. ЛАРИНА Наталья пишет: "Неправда, читающих много. В книжных магазинах толчея, не пройти. Пишите, Вас интересно слушать и читать". "Я узнала Артема Боровика и стала следить за его творчеством после очерков в "Огоньке" из американской армии. Нина Николаевна".

Г. БОРОВИК Да, это уже 88 год.

К. ЛАРИНА "Преклоняюсь перед вашей семьей. Записала в свой поминальник Артема. Смотрела накануне его гибели его передачу. Таисия Степановна". Галина спрашивает: "Чем занимается Ваш самый старший внук? Как поживают дети Артема? Старший внук - тоже журналист?" Еще маленький. Наверное, будущий журналист.

Г. БОРОВИК Нет, старший внук у меня от моей дочери.

К. ЛАРИНА Димы Якушкина и Марины...

Г. БОРОВИК Да. Кстати, надо сказать, что Мариша его родила довольно рано. Она была на втором курсе, а Тема тогда еще учился в школе, естественно. И Тема, это не каждый школьник делает, по утрам перед школой бегал в молочную, приносил детское молоко, еще что-то.

К. ЛАРИНА Не папа этот делал, а дядя.

Г. БОРОВИК Папа был занят. Потом он всегда говорил: "Ваня, практически я ж тебя выкормил грудью". Он очень любил Маришу, маму, носил их на руках, так же, как и Веронику. Он, вообще, был поразительный и брат, и сын, и муж, и отец.

К. ЛАРИНА Про детей расскажите.

Г. БОРОВИК Что касается маленьких, у них время от времени появляются разногласия. Старший, которому сейчас 8 лет, в 3 классе. Он говорил некоторое время: "Я буду журналистом, потому что папа и дед у меня журналисты". "Маленький, а ты, Кристи, кем будешь?" "А я буду пилотом". "Почему ты будешь пилотом? Ведь папа журналист, Генрих журналист" "А я буду пилотом". Посмотрим, чем эти споры кончатся. Очень хорошие ребята, прекрасные, очень похожи на Темочку и на Веронику. Это была прекрасная семья. И тут думаешь: "За что?" Даже если за грехи отцов, дедов, хотя не знаю я таких грехов... За что его лишили счастья? В нем сочеталась удивительное жизнелюбие и способность к самопожертвованию. И еще в нем было достоинство, с самых младших. Мы приехали в Нью-Йорк, он увидел огромное количество людей разного цвета кожи и спросил: "Папа, а сколько всего людей на земле?" Я сказал, было 3 или 3,5 млрд. Он подумал и спросил: "А меня посчитали?" То есть он всю жизнь хотел, чтобы с людьми считались.

К. ЛАРИНА Я бы хотела отметить еще одну черту. Конечно, неблагодарное дело ставить частицу "бы". Я очень часто вспоминаю Артема, когда происходят какие-то важные события, не только в нашей стране, но и в мире. И все время представляю себе, как бы он об этом говорил, как бы он на это реагировал. И мне кажется, что он как раз тот человек, который не мог органически существовать в строю, то есть идти вместе со всеми только потому, чтобы идти вместе со всеми. Он всегда был очень самостоятелен в выборе решений, в выборе своей позиции. Можно вспоминать конкретные примеры. Учитывая, что сегодня у нас жизнь очень нервная, раздрызганная, мне кажется, что он был бы сегодня очень нужен и людям, которые слушают и смотрят телевизор, которые читают газеты. Мне кажется, что его уникальные качества сегодня очень пригодились бы. Его очень не хватает.

Г. БОРОВИК Да, абсолютно согласен, спасибо Вам за эти слова. Только я хочу добавить, строем он не любил ходить, но он был очень верным другом. Если он с кем-то дружил, разделял взгляды, то он действовал вместе и отдавал всего себя, свои убеждения в том числе. Так что его не хватает во многих отношениях. Об этом, кстати, многие говорят в письмах. Конечно, не хватает. Его действительно любит огромное количество людей не только потому, что произошла эта трагедия. Во-первых, он очень много сделал для становления независимой журналистики. И во-вторых, он вселял надежду, что есть честные люди. Я помню, я работал тогда на телевидении. Я не исчез еще.

К. ЛАРИНА Из телевизора?

Г. БОРОВИК Да. И я нашел какого-то спонсора, и спонсор должен был финансировать мою передачу. И вдруг в "Совершенно секретно" статья против этого человека, там он делал какие-то нарушения. Я не знаю об этом, естественно, мне-то все равно. И я Теме звоню и со смехом говорю: "Тема, что ж мне теперь делать? То одного спонсора ты гробишь, то второго" "Папа, я же не могу составить список, кого не трогать. Если я составлю этот список и дам в редакцию, то мне перестанут верить и все мое дело свалится". Он был абсолютно в этом смысле беспристрастен, смел.

К. ЛАРИНА И все равно, даже вспоминая его последнее интервью, которое мы с вами вспоминаем каждый год, с Дибровым, ощущение надвигающейся безнадеги у него уже было, этой бесполезности. Как он говорил, "долбишь, долбишь..."

Г. БОРОВИК Да, людей, на которых есть и документы об их преступной деятельности, не только снимают с должности, но иногда они идут на повышение. Я говорил, что это есть. Есть разные виды цензуры. Есть цензура, когда смотрят на просвет страницы, чтобы портрет Сталина не совпал со словом "дурак" на другой странице. А есть цензура, когда просто не обращают внимания на то, что написано: "Вы пишите, а мы будем делать так, как хотим". К сожалению, это существует. Кстати, он был настоящим интернационалистом. Это слово сейчас заиронизировано некоторыми людьми. Это святое слово. Он был настоящим интернационалистом и одновременно настоящим патриотом.

К. ЛАРИНА А что Вы вкладываете в понятие "интернационалист"?

Г. БОРОВИК Сейчас очень опасное время, потому что поднимаются фашистские организации. Я недавно был возле какого-то книжного прилавка, и там были фашистские книги. Я говорю: "Как Вам не стыдно?" Она говорит: "А что? А что такое "фашизм", кто дал определение фашизму? Нет определения фашизму". Я говорю: "Фашизм это когда десять хулиганов, объединенных или не объединенных, убивают 9-летнюю девочку только за то, что она таджичка" "Нет, это не фашизм" и т.д. Такого очень много сейчас, и меня это очень тревожит. Меня тревожат наши отношения с Белоруссией, с Украиной. Это никакого отношения к фашизму не имеет. Я просто говорю о национальных, государственных и этнических противоречиях. Это очень опасная вещь. И Артем всегда выступал против этого. Он был гражданином мира в самом лучшем смысле этого слова. Таким же гражданином мира, каким был, например, чеченец Махмуд Эсамбаев, мой давний друг 43 года. Таким интернационалистом, каким является Александр Дзасохов, президент Северной Осетии, Алании. Таких очень много.

К. ЛАРИНА Тут пришла телеграмма из Пятигорска. Опубликовано телевизионное интервью Артема. Спрашивают, как передать. Может быть, мы скажем, куда можно отправлять, если есть какие-то публикации в региональных газетах?

Г. БОРОВИК Пожалуйста, "Москва, "Совершенно секретно", для Боровика". Направляйте, мы будем рады.

К. ЛАРИНА Кстати, про "Совершенно секретно" я тоже хотела поговорить. Как ни крути, сохранила Вероника компанию, дело, но все равно "Совершенно секретно" - это была, как мы говорим, "партия конкретного лидера", одного человека. Так оно и было. Артем на себе все это держал, потому что был безусловный авторитет для корреспондентов, для зрителей, героев его репортажей.

Г. БОРОВИК И антигероев. Ксюша, я очень опасался, что после ухода Артема все рухнет. Но нет, Вероника молодец. Она оказалась хорошим организатором. Тут надо иметь в виду, что последние несколько лет Артем очень приблизил ее к руководству всем холдингом, она вошла в курс всех дел. Она оказалась и хорошим менеджером, и хорошим журналистом, редактором, и одновременно хорошей матерью, потому что она, конечно, при всей ее страшной загрузке, успевает.

К. ЛАРИНА Еще есть газета "Версия".

Г. БОРОВИК Да, есть ежемесячный журнал "Лица". Есть "Совершенно секретно - Телеком", телевизионная компания. Есть издательство. Это большое дело.

К. ЛАРИНА Книжку пишите, пока издательство есть, Генрих Аверьянович.

Г. БОРОВИК У меня нет проблем, чтобы издаться. И у нас просят, и на Западе.

К. ЛАРИНА Так хочется прочитать про жизнь, про семью, про него, чтобы было написано Вашими словами, про Вашу жизнь.

Г. БОРОВИК Я понимаю. Очень много времени занимает фонд имени Артема. Я пользуюсь случаем сказать, что мы снова объявляем прием работ на премию Артема уже 2004 года.

К. ЛАРИНА Она вручается 13 сентября?

Г. БОРОВИК Да, или около 13-го дня рождения Артема. Мы ждем. Вы узнаете об этом подробно, в газетах будет объявление по этому поводу. Поэтому сейчас я адрес вам давать не буду.

К. ЛАРИНА Есть в интернете какой-то сайт?

Г. БОРОВИК Да, он сейчас будет возобновлен. У нас очень серьезное жюри, в которое входит и Чингиз Айтматов, и Ясен Засурский, декан факультета, и Всеволод Богданов, председатель Союза журналистов России, и Ирина Петровская, и Светлана Сорокина, и Аркадий Вайнер. Был у нас Юра Щекочихин, который в прошлом году ушел из жизни. Мы кого-нибудь будем просить быть членом нашего жюри. Это очень много времени занимает, потому что мы не только этим занимаемся, мы еще и выплачиваем именные стипендии студентам журналистских факультетов.

К. ЛАРИНА Есть из кого выбирать?

Г. БОРОВИК Мы не выбираем. Выбирают деканаты. У нас сейчас 55 студентов, мы им выплачиваем стипендии. Нужно время, чтобы собрать деньги и чтобы это все распределить. Мы только что выпустили буклет нашего фонда, будем его посылать. Тут еще сложность, что греха таить, олигархи не очень любят расследовательскую журналистику, по понятным причинам.

К. ЛАРИНА Как и чиновники. А кто ее любит?

Г. БОРОВИК Читатели, которые хотят правды и справедливости.

К. ЛАРИНА Только несчастные читатели?

Г. БОРОВИК Кстати, есть прекрасная журналистика, не только в Москве. Она есть и в регионах. Люди отдают всю свою жизнь этому. И дело даже не в том, что они напишут какой-то сенсационный расследовательский материал. Есть люди, которые просто помогают в ежедневных проблемах. У кого-то жулики или чиновники, что бывает часто одно и то же, отбирают квартиру. Этот человек идет, занимается этим делом, расследует, пишет маленькую заметку, но которая имеет вес в своей газете. Это минимальный гонорар, на который даже жить почти невозможно. Больше врагов приобретает этот человек, чем друзей. Это настоящие подвижники. Когда мы их выделяем, даем премию за это, она еще и сопровождается денежной премией, они просто счастливы, что их заметили, что они не зря делают дело. Но больше всего они счастливы, когда их статья или очерк приносят какую-то пользу, выручают человека. Это просто герои. Может быть, они не всегда пишут, как Михаил Кольцов, Гиляровский, Минкин или... кто там у нас еще? Но это все подвижники, это все замечательные люди. И пока они живы, дай бог им здоровья, журналистика будет.

Где-то я прочел фразу, что бывших журналистов не бывает, что журналисты это всегда. Да, это, может быть, так. Но бывает, приходится журналистам менять фамилию, место жительства, потому что убивают у нас много, больше, чем где бы то ни было в другом месте.

К. ЛАРИНА Опасная профессия.

Г. БОРОВИК Да, это опасная солдатская профессия сейчас. Я понимаю, что многие люди устали от тяжести, от постоянных рассказов об убийствах, о мошенничестве, о разбое, всесилии чиновников, хочется глотка чистого воздуха, но и без этого нельзя. Я наблюдал. Ксюша, мы все знаем имя Матросова, человека, который во время войны закрыл своим телом амбразуру.

К. ЛАРИНА Он не один был такой.

Г. БОРОВИК Конечно, не один. Остальные тоже награждены, но символом, который известен на всю страну, стал Матросов. Год или полтора тому назад в Пензе произошел случай, когда перед строем молодых солдат стоял подполковник или полковник, и у одного из солдат упала граната, выскочила чека. И этот полковник бросился на эту гранату, закрыл ее своим телом и погиб. Я никак не противопоставляю эти два подвига, и тот был подвиг. Но этот подвиг, может быть, было совершить труднее. Потому что там была горячка боя, кровь, гибли товарищи, и он бросился. Это грандиозный подвиг.

К. ЛАРИНА Еще был такой эмоциональный подъем.

Г. БОРОВИК А тут солнце светит, мир, нет ни войны, и ничего, просто стоят солдаты, у этого полковника где-то рядом жена и дети. И вот, он бросился. Кто знает его фамилию? Никто у нас не знает. Его фамилия Клименко, если я не ошибаюсь.

К. ЛАРИНА А мальчик-солдат, который пытался остановить грузовик со взрывчаткой?

Г. БОРОВИК А 8-летняя девочка, которая спасла...

К. ЛАРИНА Да, кстати, тут ее по всем каналам показывают. Все это кончилось сейчас тем, что буквально на этой неделе эта девочка будет героиней программы "Большая стирка". У нас все превращается в полную противоположность.

Г. БОРОВИК В шоу. В этом Вы абсолютно правы. Но должно же быть, это подвиг! Я беру этого полковника. Это настоящий подвиг. Причем мы же все время армию долбим, там действительно огромное количество недостатков и дедовщина, и отношение к работе, и спекуляции, и продажи оружия. Чистый человек совершил подвиг. Что же мы не говорим об этом? Почему? Тут я бы не постеснялся спросить министерство обороны или министерство печати, почему ни подтолкнуть к созданию и ни профинансировать создание репортажа, телефильма?

К. ЛАРИНА Ничего не даст.

Г. БОРОВИК Ничего. Все потонет.

К. ЛАРИНА Вы помните конференции нашего президента с гражданами России, прямые телемосты, где задают вопросы? Меня совершенно поразила история, когда Герой России возник перед камерой из какого-то городка. Ему не дают российское гражданство. У него орден "Герой России". Пока он с президентом не встретился случайно напрямую по телевизору, никому даже в голову не пришло. О чем Вы говорите?

Г. БОРОВИК Я думаю, я прав...

К. ЛАРИНА Очень мало людей настоящих.

Г. БОРОВИК Я тоже пессимистически смотрю на жизнь, но с сомнениями. Я надеюсь, что сомнения возобладают.

К. ЛАРИНА Доля оптимизма.

Г. БОРОВИК Да.

К. ЛАРИНА Сегодня 6 марта. 75 лет исполняется Фазилю Искандеру.

Г. БОРОВИК Фазиль, дорогой! (Он же член нашего жюри. Я почему-то не упомянул). Я поздравляю тебя с твоим прекрасным юбилеем! Ты удивительный человек, абсолютной честности, абсолютной чуткости к тому, что происходит. Мы горды, что ты входишь в состав нашего жюри, дай тебе бог очень многих лет, здоровья. Ты прекрасный литератор. Мы все тебя знаем, не только как человека, но и как прекрасного писателя. Дай бог здоровья тебе и всем твоим близким.

К. ЛАРИНА Побольше бы таких людей. Я очень надеюсь, что и поколение, которое моложе, таких людей все-таки успеет воспроизвести на свет, чтобы эта связь не прерывалась. Иначе это точно будет кошмар.

Г. БОРОВИК Конечно, будет кошмар. Мы уже потеряли несколько поколений молодых людей, которые не умеют читать, писать, даже считать.

К. ЛАРИНА Мне кажется, считают как раз они хорошо.

Г. БОРОВИК Мне очень тяжело это говорить, но кто-то сказал очень точно, что мы живем во "время негодяев на корабле дураков". Очень хотелось бы, чтобы это было не так. Но довольно часто это именно так.

К. ЛАРИНА У нас уже пошли телеграммы, которые предлагают нам перейти уже в следующий час, потому что наши слушатели заявляют очень серьезную тему, провоцируя нас на разговор о журналистике. "Уважаемый Генрих Боровик, Артем был редким исключением. Сегодня журналистика - это продажная девка", - считает Николай Ильич.

Г. БОРОВИК Это тоже есть.

К. ЛАРИНА Не до такой же степени!

Г. БОРОВИК Не до такой.

К. ЛАРИНА Я, например, себя не считаю продажной девкой, извините.

Г. БОРОВИК А я даже больше скажу. Я считаю, что "Эхо Москвы" это одна из объективных компаний, в которой работают очень честные люди. Но есть и такое. Все время идет борьба, то ли журналистика это четвертая власть, причем народная власть, либо журналистика это вторая древнейшая профессия. Борьба этих двух тенденций идет, к сожалению. У нас очень много, конечно. Мы живем в безнравственном обществе. И людям, которые нравственны и отстаивают свои позиции, очень тяжело. Потому что гражданское мужество требует гораздо большего напряжения всех духовных сил, даже по сравнению с физическим мужеством.

К. ЛАРИНА Вот поэтому надо книгу писать.

Г. БОРОВИК Хорошо, Ксюша.

К. ЛАРИНА Пожалуйста, я Вас очень прошу. Не только я, за мной миллионы наших слушателей, которые присоединяются к моей просьбе.

Г. БОРОВИК Поскольку мы заканчиваем нашу беседу, я хочу еще раз поздравить всех женщин с 8 марта. Поскольку, я думаю, будут некоторые застолья в связи с этим, я хочу пожелать всем семьям, чтобы их дети не умирали раньше своих родителей, чтобы они жили дольше своих родителей и были счастливее их. Потому что ради этого мы и живем на нашей земле. Счастья вам всем.

К. ЛАРИНА Спасибо Вам.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Генрих Боровик - писатель, журналист.