(по телефону) - Иван Рыбкин - Интервью - 2004-03-05

5 марта 2004 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Иван Рыбкин (по телефону).

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, здравствуйте. Ну что? Рассказывайте.

И. РЫБКИН Что я могу сказать? Я, конечно, выдвигался как оппозиционный кандидат, заявил свою позицию четко и внятно, сначала программой, потом открытым письмом в печати. И связал, что я выступаю против Путина. Я предполагал, что будет нелегко, но не думал, что власти осмелятся включить такую тотальную систему подавления инакомыслия. Давление с самого начала. Сначала подписные листы, будто бы фальсификация со стороны Глазьева, Рыбкина, Хакамады. Начинаем разбираться, идут сюжеты, съемки скрытой камерой. Оказывается, подписной лист в пользу кого фальсифицируется, подписи, - день рождения 7 октября 1952 года. Обращаюсь в ЦИК. У нас единственный человек, кто имеет такую дату рождения, Владимир Путин. "Пожалуйста, решайте, снимайте с дистанции. Вы грозили всеми карами, обращайтесь в Генпрокуратуру". Говорят: "У нас техническая погрешность".

Если дальше говорить, конечно, отказ от участия в теледебатах, буквально не дали даже возможности разместить телеролики, хотя договоры были заключены, юристы кампании проработали со всеми четырьмя каналами, телеролики показали им, все хорошо. И вдруг в пятницу, неделю назад, в течение часа с небольшим с интервалом в 15-20 минут отказ с одной и той же мотивацией: "Дайте нам разрешение, согласие Владимира Путина на показ его изображения". Хотя в законе четко сказано, что обнародование публичных высказываний политиков не требует такого разрешения. Мы смотрим материалы предвыборные президента, у него фотографии с Папой Римским. Почему он у Папы Римского не просит согласия? И вот, сплошь и рядом одно и то же. В газеты понесли материал. Заключаем договор, готовы проплатить. Требуют, чтобы мы показали, какой материал мы будем размещать. Ну, это, вообще, просто за пределами не только закона, здравого смысла. "Аргументам и фактам" дает макет материалов. Категорически против, хотя договор уже заключен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, я прошу прощения. Кому адресовано Ваше решение?

И. РЫБКИН Мое решение это протест против произвола, который воцаряется в России. Мое решение это поддержка и мой решительный отклик, твердо выношенный, на инициативу "Комитета-2008", на обращение наших правозащитников, Григория Алексеевича Явлинского, Елены Георгиевны Боннер. И, вообще говоря, отклик на призыв многих моих избирателей. Я тысячи писем получаю в это время. Они думают точно так же, что в данной ситуации, когда власть ведет себя совершенно развязно и отвязно, это и должен быть поступок, голосование ногами. Они точно знают, что предварительные замеры показали 37% явки. Они измеряли два раза. А сейчас навязывают образ, наоборот цифры повернули. "73%", говорят управдомы со всех теле- и радиоканалов, кстати говоря, такая разнарядка, столько придет. И 70% будут голосовать за Путина, рейтинги настраивают. 51% голосующих избирателей хочется получить действующему президенту. Я хочу сказать, рейтинги не обманывают. Я могу говорить о том, что у Сталина, Гитлера, Саддама Хусейна стопроцентные были рейтинги. Есть еще, куда стремиться холуям.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, и все-таки я Вам задам тот же вопрос, который я уже задавала нашему корреспонденту, когда закончилась Ваша пресс-конференция. Ведь среди Ваших избирателей существуют люди, которые 14 марта готовы совершить акт своего гражданского волеизъявления в Вашу пользу. Вам не кажется, что Вы их подвели?

И. РЫБКИН Нет, мне это не кажется. Я думаю, что ощущаю своих избирателей. Я выдвигался один, снимаю свою кандидатуру один, не ищу компанию. Не знаю, кто еще намерен сняться. Я думаю, что это тоже был бы поступок. Я знаю, в каких условиях работает и Ирина Хакамада, знаю, как работает Глазьев. И даже Николай Харитонов, который только что, сейчас прокомментировал. Я считаю, их прессуется больше всего даже. И знаю, почему он не может сняться. Потому что Виктора Михайловича Ведьманова завтра посадят. Я хочу сказать: Николай Михайлович, Виктора Михайловича и так посадят, если захотят.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, Ваши дальнейшие планы?

И. РЫБКИН Я своей президентской борьбы не заканчиваю. Думаю, что мы сумеем организоваться, вспомним из Осипа Мандельштама не только первую строчку, которую любили цитировать мои друзья-реформаторы, "мы живем, под собой не чуя страны", но и вторую: "наши речи за десять шагов не слышны". Вот куда надо идти, свои идеи, взгляды на жизнь сверять с людьми и доносить до людей. И добиваться твердой поддержки за единого кандидата, а не растопыренной пятерней драться в таких-то драках!

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, Вы считаете, что есть шансы добиться чего-нибудь?

И. РЫБКИН Я думаю, да. Единственное, конечно, тяжело будет развернуть ситуацию. Раньше докладывали почта, телеграф, телефон, а теперь оказалось, для тихого переворота - СМИ, суды и избирком, и достаточно. Надо повернуть общественное мнение и добиться признания своих взглядов, решительного!

Н. БОЛТЯНСКАЯ Иван Петрович, ждете ли Вы какой-то реакции на Ваше решение от властных структур?

И. РЫБКИН Видите ли, в чем дело, Нателла? Я не ради властных структур снимал свою кандидатуру. Какая реакция будет, такая и будет. Есть реакция, есть приглашение в Генпрокуратуру. Но я могу сказать, то, что я сказал в Лондоне, и то, что сказал в Киеве, вполне совпадает. Я поблагодарил Игоря Керезя, его команду, что они меня пригласили, обеспечили поездку. Но ту защиту, которую они выстроили, пробили те самые недобрые люди. По этому поводу я готов разговаривать.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Иван Рыбкин (по телефону).