Ситуация с ветхим жильём; архитектурный облик Москвы - Александр Кузьмин - Интервью - 2003-10-25
25 октября 2003 г.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Александр Кузьмин главный архитектор Москвы.
Эфир ведет Ксения Ларина.
К. ЛАРИНА 12:16, добрый день еще раз. Это радиостанция "Эхо Москвы", у микрофона Ксения Ларина. И я представляю нашего гостя. У нас сегодня в традиционном субботнем "Московском часе" главный архитектор города Москвы Александр Викторович Кузьмин. Здравствуйте.
А. КУЗЬМИН Здравствуйте.
К. ЛАРИНА Напомню сразу номер пейджера, 961-22-22, для абонента "Эхо Москвы", для ваших вопросов, уважаемые друзья. Только, пожалуйста, подписывайтесь обязательно. А начнем мы вот с чего. Наверное, с новых проектов, которые вот за последнее время были озвучены, несколько идей, которые собирается московское правительство воплотить в жизнь. Подземные всякие паркинги, торговые комплексы, вот по тому типу, что сделано уже на Курском вокзале. Что здесь уже известно, Александр Викторович, скажите.
А. КУЗЬМИН Я не хотел бы сказать, то, что сделано на Курском вокзале. Потому что как раз те новые торговые центры и паркинги в центре столицы, они в основном будут размещаться под землей. Первый проект, который утвержден в этом направлении, это площадь Павелецкого вокзала, которая на сегодняшний день завершением строительства высотки на этой площади как бы уже сложилась. Предполагается по центру площади сделать подземный 4-этажный комплекс, который будет включать в себя паркинги, больше чем на тысячу машиномест, а также торговые, развлекательные функции, в том числе многозальный кинотеатр на верхнем уровне. На земле будет только два небольших павильона, которые придадут как бы будут карточкой этого комплекса я здесь, я здесь есть, меня не видно, но я здесь. И будет создана система фонтанов. И такая интересная задумка у архитекторов Гнедовского, Красильникова и Солопова, они хотят сделать стеклянные тротуары. Т.е. условно говоря, есть такое стекло, на котором можно прыгать, которое можно бить. Вот, представьте себе, будет идти ряд фонтанов, они такие протяженные через всю площадь, и по бока будут стеклянные тротуары, т.е. ты будешь видеть, что происходит внизу, но будет видно и тебя снизу. И второй проект, который входит в систему Золотого кольца Москвы, я имею в виду Золотое кольцо туристическое, вокруг Кремля, мы хотим замкнуть, чтобы человек в пешеходном режиме мог обойти весь Кремль, т.е. пройти те места, где сейчас тоже транспорт. Поэтому предполагается тоже создать небольшое подземное пространство между Болотной площадью и "Ударником" и сделать так, чтобы, переходя через мост от Кремля, ты мог сразу по лестнице спуститься в это подземное пространство и выйти или на Болотной площади и дальше пройти в Третьяковку, или подойти к комплексу "Ударника". А так как началось сейчас сооружение пешеходного моста к храму Христа Спасителя, который сейчас, наверное, москвичи видят с двух сторон намыта земля для того, чтобы можно было делать опоры, то такая система пешеходных мостов, она будет развиваться, а теперь и уже в самом центре. Мост, на мой взгляд, довольно интересен. Интересна его история. Потому что в свое время в 19 веке Николай Первый предполагал строительство от храма Христа Спасителя через Москву-реку на наш единственный центральный остров. И в основу взят проект, именно который делался в 19 веке. Это будет ажурный, как мэр любит говорить, ажурный мост, который будет легкий. И он даст возможность москвичам от храма Христа Спасителя прямо с верхней площади, которая есть, перейти Москву-реку, спуститься на остров. Чем важна эта операция еще? Мы знаем, что остров у нас, он очень нецентрален по своей функции. Там у нас один объект "Мосэнерго", жилой дом, дом правительства, и фабрика "Красный Октябрь".
К. ЛАРИНА И Петр Первый.
А. КУЗЬМИН И Петр Первый. Я про функцию говорил. Предполагается, что с приходом туда моста оживет и та территория. Мы сейчас делаем проект, для того чтобы объект "Мосэнерго" мог несколько преобразиться, приняв человеческое лицо. И далее маленьким мостиком можно будет оказаться на Якиманке. Т.е. вот продумана система пешеходных связей вокруг Кремля, как в наземном исполнении, так и в подземном. Утвердили вот эти две площади. Третью площадь не утвердил Общественный совет. Это Сухаревская площадь.
К. ЛАРИНА Я хотела об этом спросить. Почему отказались от этого проекта?
А. КУЗЬМИН Отказались. Там немножко перебор. Вы знаете, мы должны иногда фантазировать, архитекторы, и должны представлять власти и своим коллегам разные варианты, и мы немножко повеселились, если можно так сказать. Я вообще считаю, что в Москве надо все-таки проектировать с улыбкой. И мы предложили сделать такой, знаете, зеленый откос, который возвышается на три этажа, внизу располагаются развлекательные различные функции, в том числе опять же кинотеатр многозальный, которые сейчас очень популярны и все забиты в центре города, а сверху посадить деревья. Но Общественный совет поставил такую задачу: сначала разобраться, будем ли мы воссоздавать Сухареву башню, а исходя уже из этого, компоновать всю площадь. Поэтому мы сейчас будем делать варианты. Очень бы хотелось воссоздать Сухареву башню, но вы представьте
К. ЛАРИНА Там "пробки" сразу.
А. КУЗЬМИН В том-то и дело. Она стоит точно на пересечении Сретенки и Садового кольца. А двигать ее нельзя, нельзя нарушать историческую правду. Это же не просто была башня, это была башня Земляного города. И если мы воссоздаем там, как башню Китай-города, мы должны четко попадать на то место, где они были, иначе мы будем врать.
К. ЛАРИНА Можно сделать памятник Сухаревой башни, в других масштабах
А. КУЗЬМИН Ну это можно сделать в музее архитектуры, плюс уже сейчас там стоит небольшой камень в сквере, где написано о том, что здесь зачиналось наше морское дело. Потому что практически Сухарева башня, там были первые классы морские, которые потом перешли в академию Фрунзе в Петербург.
К. ЛАРИНА Я хотела спросить еще о проекте, от которого отказались. Это проект Эрнста Неизвестного. По каким причинам все-таки решили не делать? По-моему, "Древо жизни" называется
А. КУЗЬМИН Во-первых, никто не решил. Я могу сказать, это большая ошибка. Мне кажется, есть вещи, которые нельзя допускать. А нельзя допускать следующее. Никто не имеет права свой вкус ставить выше, чем наличие в городе памятника известного в мире мастера. Понимаете, когда говорят а мне он не нравится, это не подход. Эрнст Неизвестный признанный в мире мастер, у него удивительная история, связанная с нашей советской и несоветской жизнью. И то, что мы предложили поставить "Древо жизни" около СЭВа, это никому не мешало. И здесь была определенная литература. СЭВ и Эрнст это из одной эпохи. И именно Эрнст должен был делать для СЭВа украшения различные, и именно в этот момент произошла его история, когда он покинул страну. Поэтому это не то что отказались от этого дела Я сторонник того, чтобы в городе появился памятник работы Эрнста Неизвестного. Вы понимаете, это мы обедняем свой город, когда свое личное начинаем выводить на общественный уровень.
К. ЛАРИНА А он сколько должен занять по площади пространства?
А. КУЗЬМИН Он очень маленький. Ну как, он не совсем маленький, он 15 метров. Но что такое 15 метров, это 4 этажа, рядом с СЭВом? Вы знаете, лестница, которая ведет к СЭВу со стороны Калининского проспекта, Нового Арбата, вот он вполне вписывался вот в эту лестницу. Мы хотели его поставить почему там? Потому что эта скульптура, она комплексная, в состав скульптуры входит 700 различных сюжетов. И поэтому чтобы можно было рассматривать с разных уровней с уровня земли, с уровня площадки после первого марша, со второго марша и так далее.
К. ЛАРИНА И по каким причинам все-таки решили пока отложить это? Там какие-то вкусовые вещи были?
А. КУЗЬМИН Да.
К. ЛАРИНА Это обсуждалось на комиссии, да?
А. КУЗЬМИН Есть комиссия, которая у нас создана при Думе. Мне кажется, что иногда эта комиссия, я не хочу ее обидеть, это нормальная совершенно работа, но они иногда смотрят с точки зрения мастера, а они этого не имеют права делать, они не могут советовать мастеру, как делать, что ставить. Здесь все-таки творчество есть творчество. Вот это та грань, которую нельзя переступать. Что называется, коса нашла на камень, у меня такое впечатление. Потому что в чем-то чувствуется даже упертость, именно против Эрнста Неизвестного.
К. ЛАРИНА Ну что же вы не защищаете интересы?
А. КУЗЬМИН А мы защищаем, я постоянно защищаю. И вот сейчас, опять говоря вам все то, что я слышу, я повторяю еще раз, москвичам в том числе стыдно, что у нас в городе нет памятника Эрнста Неизвестного. Просто стыдно.
К. ЛАРИНА Сегодня утром, когда я анонсировала нашу с вами встречу, мне очень быстро пришла телеграмма от жителей Патриарших прудов. Дословно цитирую, они просто уже отчаялись, уже сами над собой смеются. Почему, сейчас вы поймете, когда я вам скажу, что они написали. "Мы уже хорошо себя ведем. Налейте нам, пожалуйста, воду", написали мне с Патриарших прудов. Ответьте людям. Они уже хорошо себя ведут.
А. КУЗЬМИН Ну да, они выдохлись. Вы знаете, что эта история уже закончилась. И надо сказать, дорогие жители Патриарших прудов, не все вы успокоились. И то, что затянута сейчас работа
К. ЛАРИНА А там идет какая-то работа?
А. КУЗЬМИН Полным ходом идет. Весь сквер сейчас забит техникой, и работа резко началась. А то, что мы потеряли летний сезон, это как раз из того недоверия вас к нам, когда вы трижды проверяли результаты экспертизы, когда попросили три отдельных проекта свести в единый, сделать общую экспертизу и все вот это может, и справедливо ваше недоверие вызвало затяжку работ. Работы идут полным ходом. Я еще раз повторяю, акватория пруда останется такая, какая она была, в той же геометрии. Не появится никакой там нижней каменной набережной. Просто будет в порядок приведена дорожечно-тропиночная сеть, как говорят. Будут поставлены новые ограды, новые столбы освещения, воссозданы те
К. ЛАРИНА А Булгаков-то будет, в конце концов?
А. КУЗЬМИН Будет небольшой Булгаков, небольшой постамент будет.
К. ЛАРИНА Успеем мы до новостей все-таки обратиться к этой скандальной теме, связанной с Москвой и Военторгом. Я тут посмотрела по прессе, уже даже иностранные СМИ переживают за архитектурный облик города Москвы. И здесь в одной из газет, в "Нью-Йорк Таймс", по-моему, если мне не изменяет зрение, да, в "Нью-Йорк Таймс", есть даже ссылка на эксперта, директора Государственного института искусствознания Министерства культура Алексея Комеча, хорошо вам известного человека. "Мы являемся свидетелями последней стадии разрушения городского ландшафта, говорит Алексей Комеч. За постсоветский период столица лишилась более 100 тысяч исторических зданий. И даже федеральные органы практически бессильны что-либо предпринять".
А. КУЗЬМИН Я очень уважаю, кстати, Алексея Ильича, но я бы хотел сказать следующее. Кстати, Алексей Ильич ничего не говорил против сноса "Москвы" и, кстати, не очень боролся за здание Военторга, в данной ситуации. Поэтому я считаю, что эти вопросы на сегодняшний день закрыты, особенно по "Москве". Потому что там была проведена полностью процедура, и тот же Комеч говорил немножко по-другому. Он говорил если будет снесена "Москва", я переживать не буду, вот если бы еще на этом месте не построили, мы бы получили прекрасный вид, такой, который был в 17-м, предположим, ну не в 17-м, в 19-м веке. Поэтому в данной ситуации Комеч, наверное, немножко говорил о другом в своем заявлении. А если говорить про Военторг, то, на мой взгляд, просто то событие, которое было, оно связано с неумением проектировщиков, в первую очередь, нормально проводить работы. На сегодняшний день конфликт снят, все успокоились. Все, что было ценное в Военторге, будет восстановлено. Просто люди не знали некоторых вещей. Например, не знали того, что здание очень плохо стоит, что у него 80-сантиметровый фундамент. Вы представьте себе
К. ЛАРИНА Оно в каком году, в 13-м?
А. КУЗЬМИН Да, в 13-м году строилось. Я хочу развеять мифы, которые говорят о древних, прошлых наших строителях, что они очень хорошо в Москве строили. Вранье это. Воровали, наверное, не знаю. Я просто по Гостиному Двору столкнулся с этим и теперь по зданию Военторга. Отвратительный фундамент, сделанный буквально, как делают сейчас под 2-этажные дачные домики, не коттеджи, а домики. Второе если взять все интерьеры, то они были переделаны в 35 году. Вы помните двух рыцарей при входе в Военторг?
К. ЛАРИНА Да.
А. КУЗЬМИН На них стоят клейма 1984 года. Т.е. здание было очень сильно переделано военными, пока они имели его в своем ведении, а они его имели с самого начала, потому что это здание военного общества, магазин появился на базе этой всей истории. Поэтому все 4 объекта защиты в режиме воссоздания Военторга будут воссозданы. Первое внешний вид его будет точно такой же, как был ранее, второе главный зал будет сохранен и получит свои интерьеры 1935 года, и все вопросы, которые ставила общественность, они на сегодняшний день сняты: и по количеству гаражей, и по проверке фундамента, и по сохранению ценных элементов, которые есть на сегодняшний день. На мой взгляд, вы знаете, вот в Москве сложилась определенная практика работы, когда можно работать без конфликтов. Вот когда эта практика нарушается или инвестором, или проектировщиком, или властью, или владельцем, вот тогда начинаются хорошие материалы для работы журналистов.
К. ЛАРИНА Напомню, что в гостях у нас Александр Кузьмин главный архитектор Москвы. Сейчас у нас новости, потом продолжим разговор. Еще одной темы коснемся, которую я бы хотела обсудить с нашим гостем, и будем отвечать на ваши вопросы.
-
К. ЛАРИНА Наш пейджер работает для ваших вопросов, вопросов уже много. Минут через 5-6 будем отвечать на них, еще раз напомню номер, 961-22-22, для абонента "Эхо Москвы". А теперь еще одна тема, опять же ваша любимая, Александр Викторович кстати, не закрывается тема "Москвы" и Военторга. Теперь ссылаюсь я на другого человека, на Вадима Михайлова, тоже ваш любимый персонаж, это главный диггер Москвы. Он здесь в одной из публикаций пишет о традиционных этих провалах, которые стали, действительно, уже печальной традицией, особенно в центре города, и выдвигает версию, что снос "Москвы" и снос Военторга, все это пошло как раз от Манежа. Я вот просто сейчас процитирую его: "Похожие вещи происходят по всей Москве. Строительство подземного Манежа привело к просадке и подвижкам "Интуриста" и гостиницы "Москва". Последнюю теперь спешно реконструируют". Все поползло, короче говоря.
А. КУЗЬМИН Вы знаете, я очень уважаю Михайлова как специалиста, просто восхищен им, как человек. Но здесь, мне кажется, он не совсем прав, в том плане, что если взять те объекты, которые он назвал, "Интурист", "Москва", то в "Интуристе", вы знаете, это чисто то, что происходит, это, с одной стороны, хозяйственные действия, а с другой стороны, эстетические. Как раз тот самый случай, когда никто не был против того, чтобы этого здания не было в центре Москвы. Но и "Москва", и "Интурист", они были в нормальном состоянии, в том состоянии, в котором они были до строительства Манежа. Т.е. "Интурист" мог простоять еще 100 лет, с ним бы ничего не случилось. А "Москва", она с самого начала, точно так же, как и Военторг, была не очень хорошо построена.
К. ЛАРИНА Привет предка, да?
А. КУЗЬМИН Привет предкам. Я могу просто даже пример привести, как строилось, но это уже не тем предкам. Т.е. если я сначала говорил про дедушек наших дедов и отцов. Когда строилась "Москва", ведь вы знаете, что раньше на этом месте был квартал, это не была площадь, это было квартал. И вот в целях экономии "Москва" строилась частично на сохранившихся фундаментах той 3-4-этажной застройки, которая была, а частично были сделаны новые фундаменты. Ну вы представьте себе просто то состояние, в котором это здание было. И поэтому я напрямую не связываю. Есть проблема, которой занимается Михайлов, и она в городе существует, грунты у нас не самые хорошие, у нас они разные, они разные по территории города
К. ЛАРИНА Он говорит, что 15% территории столицы может провалиться.
А. КУЗЬМИН Я не знаю, я не специалист в этом вопросе.
К. ЛАРИНА Это же много.
А. КУЗЬМИН Я знаю, что он приблизительно прав в том плане, что 15% столицы у нас грунты сложные. Но если послушать другого, например, академика Ильичева, который занимается фундаментом, он говорит: просто на этих территориях, 15%, надо очень внимательно относиться к такому вопросу, как проектирование фундаментов. Потому что при современных технологиях можно выдержать практически все, что угодно. А больше я не хочу распространяться на эту тему, потому что я не специалист в этом вопросе.
К. ЛАРИНА Но строительство Манежа никак не связано с последующей реконструкцией?
А. КУЗЬМИН Нет, однозначно совершенно.
К. ЛАРИНА Потому что я слышала какие-то жуткие вещи, вплоть до того, что там и соседние кварталы жилых домов уже там в трещинах, что до Кремля скоро это все доберется. Ужас.
А. КУЗЬМИН Где же вы там нашли соседние кварталы жилых домов?
К. ЛАРИНА А что, нету?
А. КУЗЬМИН По Горького только есть дома, больше нету.
К. ЛАРИНА Хорошо. Давайте пойдем по вопросам. Потом еще на что-нибудь выйдем благодаря нашим слушателям, а то потом обидятся, что я никаких вопросов не задаю. По поводу Лубянки, естественно, есть вопрос. Будет ли возвращение к этому вопросу, центра Лубянской площади, и решили ли что-нибудь, наконец, что там будет.
А. КУЗЬМИН Нет, не решили.
К. ЛАРИНА А будете еще решать?
А. КУЗЬМИН Конечно, будем решать. Ведь не может сохраниться та ситуация, которая есть. Когда есть площадь, которая ориентирована на центр, а в центре ничего.
К. ЛАРИНА "Верно ли, что на Красной Пресне, в Международном центре будет построен прообраз Дворца Советов?" спрашивает Сергей.
А. КУЗЬМИН Неверно.
К. ЛАРИНА Дальше. Расскажите, пожалуйста, о площади Белорусского вокзала. Очень много вопросов по этому поводу.
А. КУЗЬМИН В настоящий момент делается проект площади Белорусского вокзала. Главная задача, которая ставится на этой площади, это создать развязку в двух уровнях, для того чтобы снять светофоры, которые сдерживают движение. Т.е. улица Горького, она будет идти по поверхности, а будут расширены извините за такое слово дырки под той эстакадой, которая существует на сегодняшний день, и будет открыто прямое движение на Лесную улицу. Т.е. можно будет выезжать на Бутырский хутор, с 1-й, со 2-й Брестской, с Грузинского вала, минуя светофоры над улицей Горького. Вот это главный вопрос, который мы сейчас решаем. Плюс подземная автостоянка.
К. ЛАРИНА "А будут ли в Москве реконструироваться и строиться новые здания в стиле конструктивизма Корбюзье? Какова судьба жилого дома, расположенного за американским посольством и музеем Шаляпина?" Андрей спрашивает.
А. КУЗЬМИН Если можно, я разделю ответы на вопросы. Я отвечу сначала на конец вопроса. Это знаменитый дом Гинзбурга, дом-коммуна, который построен, который находится в отвратительном состоянии, опять я буду говорить, теперь уже про отцов. Вы слышали когда-нибудь, чтобы дома строились из такого материала, как камыш и бетон?
К. ЛАРИНА Первый раз слышу.
А. КУЗЬМИН В этом здании не несущие, а остальные все перегородки в этом доме в целях экономии материала построены из камыша с бетоном.
К. ЛАРИНА Из камыша, в смысле из растения?
А. КУЗЬМИН Из растения. Камыша с бетоном. Поэтому можете представить, какое состояние. Мне кажется, член правительства Москвы Иосиф Николаевич Орджоникидзе нашел очень оригинальное решение этого вопроса. Вы знаете, что конструктивизм очень моден во всем мире, и есть поклонники конструктивизма практически во всех странах. И сейчас сделано предложение следующее воссоздать этот дом-коммуну, как он был. Что такое дом-коммуна? Это все, кроме жены, все остальное общее. Т.е. квартиры созданы так, что даже питаться надо в столовой на первом этаже, не только там обедать, но и завтракать и прочее. Ну и вообще все мы друзья, все мы братья. Предложение следующее: создать на базе вот этого дома-коммуны гостиницу. Но никакую не люксовую, а именно для тех любителей экстримов, если можно сказать, жилищно-коммунального хозяйства, кто хочет приехать в Москву и пожить в условиях, как об этом мечтали наши деды в 20-е годы.
К. ЛАРИНА Как при коммунизме.
А. КУЗЬМИН Да. Я думаю, что вот этот очень сложный вопрос сдвинут. А строить в стиле конструктивизма, вы понимаете, я не знаю, могут появиться дома, могут не появиться, это дело уже творчества каждого архитектора. Я думаю, никто не ставит задачу строить именно в каком-то стиле. Каждый архитектор, он творец, и он работает так, как он считает нужным.
К. ЛАРИНА "Сооружение площади Европы разрушило транспортную систему в районе Киевского вокзала, пишет Людмила, Измените ситуацию".
А. КУЗЬМИН Извините, я с Людмилой не согласен просто. Потому что я не вижу там никакого ухудшения. Если Людмиле или кому-то из ее друзей было удобно бросать машину около Киевского вокзала, причем не только легковую, но и автобус, например, или грузовик, как это делалось Причем исследование показало, что машины, которые оставлялись около Киевского вокзала, к Киевскому вокзалу никакого отношения не имели, а просто, в том числе и дальнобойщики, использовали ее как стоянку в центре городе. Поэтому в данной ситуации транспортная схема не изменилась. Как мы ездили, так и ездим, только теперь с одной стороны сквера, а не с двух сторон. И получили нормальное пешеходное пространство. Другое дело, что надо в дальнейшем развивать площадь Киевского вокзала. Мы сейчас будем реконструировать гостиницу, которая существует на площади. Я имею в виду не "Славянскую", а "Киевскую" около пригородных касс которая. И будут строиться торговые центры на площади, которая сейчас за забором.
К. ЛАРИНА "15 лет в Сокольниках стоит высотная гостиница, не эксплуатируемая. Что с ней будет?" спрашивают Кузьмина, Соколов и др.
А. КУЗЬМИН Или в этом году, или в начале следующего она вводится. Найден инвестор, работы завершаются.
К. ЛАРИНА "Расскажите, пожалуйста, о планах реконструкции территории вокруг метро "Выхино". С уважением, семья Некрасовых".
А. КУЗЬМИН Очень хороший вопрос. Одна из самых сложных точек Москвы. У нас там сходится железная дорога, у нас там метрополитен, у нас большой подвоз на автобусах, в том числе и подмосковных. Предлагается следующее. Я сейчас скажу в целом концепцию, которая была, а потом что будет сделано в первую очередь. Первое надо растянуть как бы нагрузку на эту станцию. Для этого делается предложение построить еще один перегон метро и вывести его в Жулебино, на Лермонтовский проспект. Тогда сделать так. Новая станция "Пронская", она за МКАДом уже будет, туда переместить подвоз всех автобусов, связанных с Московской областью. Надо сказать, что Московская область, она заселена неравномерно. Одна треть живет именно на востоке, поэтому нагрузки очень большие. И тогда получится следующее. Мы как бы разведем пересадку железнодорожную и автобусную. Это как бы наше глобальное решение, которое может быть где-то в течение двух лет и сделано. А на первую очередь сейчас строится удобный подземный пешеходный переход, широкий, который строим мы совместно с МПС, который улучшит проход на этой площади. И плюс вы, наверное, уже заметили, что с площади убраны все ларьки, которые мешали, такая лоточная торговля, и площадь очищена. Кроме того, предполагается строительство развязки, которая свяжет Юго-Восточную и Восточную префектуру поперек проспекта.
К. ЛАРИНА "Как можно было строить 9-этажный дом в начале Старого Арбата, превращающего эту улицу в ущелье? Мое мнение весьма сомнительное худ. достоинство этого сооружения не соответствует этому значимому месту в столице, пишет наш слушатель Алексей. Кто спонсировал этот проект?" Я соглашусь с Алексеем.
А. КУЗЬМИН Я тоже соглашусь, что бывают неудачи в каждом творчестве.
К. ЛАРИНА И ничего сделать невозможно.
А. КУЗЬМИН Вы понимаете, в чем дело. Мы должны жить по законам. И если было все согласовано, если были получены все согласования, обязательные для строительства в этом месте, мы не имеем права, вне зависимости, кто спонсировал этот объект, людей наказывать и допускать несправедливость. Хотя я в данной ситуации не могу назвать это творческой удачей тех архитекторов, которые этим занимались.
К. ЛАРИНА А что там будет?
А. КУЗЬМИН По-моему, первые этажи торговля, верх офисы.
К. ЛАРИНА Я напомню, что речь идет о здании, которое построено около "Праги". Это очень хорошо видно, особенно со стороны Бульварного кольца, как перекрывается практически "Прага". И совсем другое ощущение. Но все равно, есть же какие-то законы, как я понимаю, для строительства в городе.
А. КУЗЬМИН Законы есть. И это, я бы так сказал, тот случай, когда я очень не люблю вот этот пример, сами понимаете почему, но это как раз тот случай, когда одна ошибка может перечеркнуть многое. Но на самом деле в городе очень жесткий закон по этажности. Но, во-первых, это здание было еще запроектировано, если я не ошибаюсь, до дефолта, когда мы не умели точно определять последствия такого строительства. Ну ошибка есть ошибка.
К. ЛАРИНА "Строительные коммерческие компании "Донстрой" привлекают для работы иногородних"
А. КУЗЬМИН Это не мой вопрос.
К. ЛАРИНА Это не к вам. Да, я хотела вернуться к вашим же словам, которые были сказаны не так давно, по поводу ветхости жилых домов. Каждый год в столице приходит в ветхость около 2,5 миллиона квартирного жилья. Это как раз вы об этом говорили в пятницу 17 числа. Там потрясающее совершенно было для меня открытие, поскольку я не профессионал, что ветхость застройки не зависит от года построения либо этажности здания. Это действительно так?
А. КУЗЬМИН Вы знаете, если брать статистику БТИ, она у них очень простая, каждый год процент ветхости. Но очень зависит, когда дом был построен. Это не секрет, наверное, ни для кого. Поэтому, наверное, один серии домов, они более предпочтительны, даже в продажах, другие менее. Я не имею в виду новые дома, я имею в виду дома, когда люди выбирают вторичное жилье. Но с другой стороны, я четко совершенно могу сказать, что те мероприятия, которые идут в том числе по сносу 5-этажек, по той новой программе реконструкции 5-этажек, которая предусматривается, она просто очень нужна городу. Я немножко волнуюсь за то, что в других городах это не начато. Я говорил о чем тогда? Вопрос очень простой. Вот у нас есть в Москве ветхий фонд, в основном это здания, будем говорить, сталинского периода, это здания доиндустриальной постройки. А в то время мы строили где-то 300 тысяч в год, 500 тысяч в год. Представляете, да? А потом началась веха индустриализации. И мы стали строить по 3 миллиона в год, по 3,5 миллиона в год. Значит, наступает момент, когда в пределы ветхости входит уже не по 500, а по 3,5. И поэтому чтобы самортизировать эту беду, которая может оказаться не сегодня, она лет через 15 может начаться, но ее надо было самортизировать. Поэтому мы начали сносить самые плохие 5-этажки, и сейчас приступаем к реконструкции более хороших. Это программа всей России. Потому что мы все строились, массовое строительство началось одновременно во всех городах.
К. ЛАРИНА И еще одна тема по поводу программы "Генерального плана развития", опят же ссылаясь на ваши слова. Вы там кое-какие замечания делали, только я не поняла кому. Кто виноват, что какие-то вещи не исполняются по программе?
А. КУЗЬМИН Во-первых, у меня нет привычки кого-то винить.
К. ЛАРИНА Ну как, мы сегодня в основном предков наших виним.
А. КУЗЬМИН Вы знаете, мы как у Шварца в "Обыкновенном чуде", бабушка была, королева, не очень и так далее. Дело не в этом. Понимаете, если говорить про Генеральный план, я иногда только виню, по одному направлению, Главный вопрос, который не реализуется, вернее, реализуется, но не так быстро, как хотелось бы, это транспортный вопрос. И то, что был срезан дорожный фонд и объемы денег, которые имела Москва на строительство дорог, сократились в 2 раза, вот это очень тяжелые может иметь последствия. Мы сами видим по "пробкам" на дорогах. Помните, когда мы начинали строить третье кольцо, очень часто журналисты мне задавали вопрос: для кого вы строите, никто не поедет.
К. ЛАРИНА Сейчас едут.
А. КУЗЬМИН Посмотрите, едут, и сколько едут. Представьте, что третьего кольца бы не было. Вот эти бы все машины скопились в районе Садового, которое и так забито, т.е. там вообще было бы не движение, а просто стоянка машин на дорогах. Поэтому вот задача номер один. И сколько бы вы меня ни спрашивали, транспорт, транспорт, транспорт. И мэр, вот я докладывал на правительстве актуализацию Генерального плана, и вопрос номер один как раз был поставлен мэром транспорт. Вторым вопросам была поставлена экология и территории природного комплекса. Поэтому вот те приоритеты, которые существуют на сегодняшний день.
К. ЛАРИНА Транспорт, как я понимаю, в контексте вашей профессиональной деятельности. Развязки новые какие-то, эстакады
А. КУЗЬМИН Здесь несколько направлений. У нас иногда часто считают, что главный архитектор занимается фасадами или зданием на Арбатской площади. На самом деле исторически так сложилось, что все градостроительство, вся урбанистика в России именно идет через архитектуру, школа так сложилась. Во Франции по-другому, в Германии по-другому, а у нас так. И поэтому такие вопросы, как развитие транспорта, которые мы разрабатываем, они включают и строительство новых дорог, и нахождение новых трасс строительства дорог, и совершенствование новых развязок, и применение новых видов транспорта, тех, которые мы применяем на сегодняшний день миниметро, легкий метрополитен, монорельс. Вот, например, программа легкого метрополитена показывает, что она может на сегодняшний день снизить тот дефицит, который возник в этом виде транспорта.
К. ЛАРИНА "Для каких целей строится монорельсовая дорога вокруг ВВЦ? Это новый БАМ. Уж не для того ли, чтобы освоить сумасшедшие деньги, которых не хватает для строительства обычного метро?" пишет нам Никодим Васильевич.
А. КУЗЬМИН Никодим Васильевич, вы знаете, меня что радует, это то, что мы до сих пор не можем понять, что, дружно войдя в перестройку, мы пришли в тот период, когда деньги разные. И если находятся деньги на строительство одного объекта, это не значит, что они могут быть переброшены на строительство другого объекта, если этот не будет строиться. Есть объекты коммерческие, есть объекты, когда создаются акционерные общества, и есть бюджетные деньги, которые считаются и правительством, и Думой так, как, наверное, жены наши не считают дома, и которые идут только или на социальные нужды, или на строительство таких объектов, как детские поликлиники, больницы и школы. Больше ни на что бюджетные деньги не идут. Приобретение транспорта и так далее. Но эти все объекты, они, как правило, новые, они делаются на коммерческой основе. Для чего делается? Во-первых, надо пробовать. Во-первых, надо вводить новые виды транспорта, иначе мы можем стоять постоянно на месте. Второе, монорельс надо четко понимать его функцию в системе транспорта, он не может заменить метрополитен, и он построен именно в том направлении, где нет больших потоков, но доехать надо, а доехать невозможно. Т.е. он идет как бы поперек уличной сети, он связывает два радиуса метрополитена между собой, Дмитровскую и ВДНХ, вот его функцию, та, которая есть на сегодняшний день. А легкий метрополитен, про который я говорил, который строится в Бутово, и будет чуть ли ни 7 километров введено в этом году, это совсем другая история. Это обычный метрополитен, который в 3 раза дешевле, потому что мы не роем землю, строим его на эстакаде, и мы благодаря ему, наверное, сможем покрыть тот дефицит, который создался в отсутствие денег, которые федералы раньше выделяли на строительство метрополитена. Сейчас мы строим в Бутово, затем мы будем строить, уже проект разработан, в Новопеределкино и Солнцево, а может, потом дойдем и до Внуково. Поэтому эти проекта, на мой взгляд, они правда помогают решать очень важные вопросы на периферии города.
К. ЛАРИНА "Что и когда будет построено на месте Центрального рынка на Цветном бульваре?" спрашивает г-жа Литвинова.
А. КУЗЬМИН Задача следующая. На сегодняшний день имеется определенный владелец этого здания, у него такое красивое, известное в Москве название, как "Седьмой континент". Но правительство Москвы четко поставило задачу, что 3 тысячи метров первого этажа, должен после строительства опять появиться рынок. А верхние этажи "Седьмой континент".
К. ЛАРИНА Зачем там рынок?
А. КУЗЬМИН Вы знаете, попробую объяснить.
К. ЛАРИНА Тут уже не знаешь, куда деваться от этих рынков.
А. КУЗЬМИН Это другие рынки. Есть какие-то места, вот тот же самый Военторг мне кажется, что когда архитекторы предлагали изменить внешний облик нового здания на месте Военторга, это была жуткая ошибка. Потому что есть места, вы знаете, они должны сохраняться в глазах как память. Функции точно так же. Если, например, с Камергерского уйдет книжный магазин, это, считайте, потеря общегородская, это потеря памяти. То же самое Центральный рынок. Это, знаете, приблизительно как помните, что такое рынок, Бессарабский или как он называется, в Киеве. Или какое было отношение к рынкам, например, в республиках Закавказья, в Тбилиси, в Ереване. Центральный рынок это тоже память. Поэтому пока стоит задача по возможности сохранить эту функцию на первом этаже.
К. ЛАРИНА Рынок это всегда криминальная обстановка. Рядом цирк вообще, такой хороший район, красивый
А. КУЗЬМИН Сегодня такая ситуация, что криминальная ситуация возникает не только на рынках.
К. ЛАРИНА Везде. Когда это все состоится-то, реконструкция? Она не началась пока?
А. КУЗЬМИН Она не началась. Может быть, покажется смешным, но мы очень возимся с этим проектом, потому что именно рядом цирк. Мы пытались улучшить условия провоза слона, если так можно сказать. Есть такая проблема, возникает, такая нестандартная. Если в центр города у нас не пускаются большие машины, они не должны ездить по переулкам, то вот как раз слона можно возить только на большой машине. И вот мы сейчас очень долго возились с транспортной схемой провоза слона в здание цирка мимо Центрального рынка. Вроде этот вопрос разрешили. Причем слон будет ехать так. Знаете, сначала вперед, потом назад, потом вперед, ну как в тупиках метрополитена ходят поезда. Слон будет ездить так. На сегодняшний день вопрос еще стоит по функции немножко. Я думаю, где-то еще полгода уйдет. Так еще один вопрос такой. Забавная вещь нормативы, те особенно, которые сейчас приняты в России в последнее время. Они борются не со злом, а с последствиями. Например, если стоит автовокзал, от него зона, где нельзя строить, должна быть 500 метров. Т.е. борются не с качеством бензина, не с качеством автобусов, а с качеством территории. Потому что мы не можем войти на территорию, например, реконструировать сложившиеся дома вокруг автовокзала из-за того, что там стоит автовокзал. Такая же беда и по рынкам. Отчего от рынка почему-то 100 метров санитарно-охранная зона? Вот представляете, если бы город строился по этим нормативам? Стоит рынок, потом 100 метров ничего, потом автовокзал, потом 500 метров ничего и так далее. И сейчас задача стоит очень серьезная работа совместная с федералами по нормативам.
К. ЛАРИНА Снос фабрики "Красный Октябрь". "Неужели трудно спросить насчет сноса фабрики "Красный Октябрь"? Все согласования оплачиваются", это я читаю телеграмму Ольги. Я не понимаю, почему она так возмущена, я впервые это вижу. Расскажите.
А. КУЗЬМИН Во-первых, фабрика "Красный Октябрь" не сносится, я не знаю, откуда Ольга это взяла. Там ситуация следующая. Одна компания, не помню, как она называлась, у меня правда есть привычка не помнить компании, легче жить, она выкупила, насколько я понимаю, акции "Красного Октября". И у них было желание полностью закрыть эту фабрику. Против чего выступило правительство Москвы во главе с руководством. И на сегодняшний день мы считаем, что такая опять же память места. "Красный Октябрь" это символ Москвы. Соответственно, полностью эта территория не может превратиться, не знаю, в офисный или в жилой комплекс. Сейчас проект делается, здание не сносится, а функция частично меняется, но сохраняется и функция историческая.
К. ЛАРИНА Ну и последний вопрос, от Любы: "Когда уберут Мавзолей с Красной площади? Его нахождение там уже неактуально. Из центра города желательно выселить людей, пусть будут только Сити. Надо расселять людей на окраинах города". Радикальное предложение.
А. КУЗЬМИН Молодая девушка, наверное. Я думаю, пускай она к Алексею Ильичу Комечу обратиться или к Михаилу Ефимовичу Швыдкому.
К. ЛАРИНА Насчет Мавзолея? А представляет вообще он художественную ценность?
А. КУЗЬМИН Конечно. Я могу одно сказать. Я считаю, что это одно из лучших произведений советской архитектуры. Одно из лучших. И меня удивляет талант Щусева. Представляете, что он мог сделать вот в этот тоталитарный режим, какую он мог туда клюкву всунуть. А он тактично вставил здание, которое подчеркнуло центральную башню, флаг на казаковском здании, и не перебил по масштабу ни Василия Блаженного, ни Исторический музей. Ведь когда входишь на Красную площадь, ты даже не сразу замечаешь Мавзолей. Это великое искусство приоритетную функцию идеологическую замаскировать.
К. ЛАРИНА Другой вопрос, что нужно говорить к Любе я обращаюсь о том, что из него сделать. Конечно, его надо оставлять. Просто надо человека похоронить и, может быть, сделать там музей истории советской власти. Вот было бы здорово.
А. КУЗЬМИН Да, я думаю, что, вы знаете, нахождение функции для места это очень важно. Это очень важно.
К. ЛАРИНА Вот на этом и закончим. Спасибо большое. Наш гость сегодня главный архитектор города Александр Кузьмин. Естественно, не все вопросы я задала ваши. Поэтому сейчас, по традиции, я все распечатаю, вам отдам, Александр Викторович, наверняка что-то вас там еще заинтересует. А вам огромное спасибо.
А. КУЗЬМИН Вам спасибо.