Проблема чрезмерной демонстрации насилия на телевидении - Валерий Гальченко - Интервью - 2003-10-09
9 октября 2003 года
В прямом эфире "Эхо Москвы" Валерий Гальченко, зам.председателя комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам, первый зам.председателя "Народной партии"
Эфир ведет Лев Гулько
Л.ГУЛЬКО: Тема наша сегодня обширна и неисчерпаема проблема демонстрации насилия на телевидении. Валерий Владимирович автор нескольких законопроектов.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Нескольких, но близких нашей теме посвящены два законопроекта, это законопроект, который касается насилия на телеэкране, безусловно, и кроме того, есть еще два законопроекта, которые касаются квотированию национального кино на телевидении и в кинотеатре.
Л.ГУЛЬКО: На самом деле, все связано. А вы сами в кино ходите?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Совсем недавно был в последний раз, смотрел удивительный фильм с удивительно двусмысленным названием для нашего кино, которое называется "Возвращение". Удивительный фильм, я был поражен. Это в прямом и переносном смысле возвращение - возвращение российского кино, советского кино в каком-то смысле..
Л.ГУЛЬКО: Назовем его нашего кино.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Ну, советского, условно, я 50 лет жил..
Л.ГУЛЬКО: А я чуть меньше, мне 47.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Фильм удивительный, многоплановый. Я разговаривал со сценаристами, они говорили, что писали сценарий фильма о том, как взрослеют молодые ребята, как отец пытается придать взрослости.. а для меня этот фильм о развале нашей семьи российской, о трагедии сегодняшних ценностей, потери ориентации в обществе, о развале морали и нравственности в обществе. Очень сильный фильм, но, к сожалению, у меня такое ощущение, что широкого проката он не получит. Не потому, что этому будут противодействовать, а потому, что фильм все же очень сложный, а СМИ, в том числе и телевидение, приучили нас к некоторой поверхностности восприятия событий в мире и окружающей нас среде я имею ввиду Россию.
Л.ГУЛЬКО: Не мы первые и последние. Мне кажется, что так происходит во всем мире - грубо говоря, что "пипл хавает", то и хавает. Рейтинг, "реалити-шоу", викторины вот к этому уровню нас приучили?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Приучили, но разница между нами и ими есть очень большая. Огромная, дикая разница.
Л.ГУЛЬКО: Какая?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Вы знаете, за 70 лет советской власти, за 10-12 лет сегодняшних так называемых реформ, уж слишком сильно пострадала общественная мораль и нравственность. Дезориентированы люди, лишены внутреннего стержня. Помните, что было при советской власти? Тройная мораль - говорили одно, думали другое, делали, на самом деле, третье. И сегодня обратите внимание, что происходит в обществе - на персоналиях легче это будет сделать, смотрите, - великий реформатор немецкого народа, Людвиг Эрхард , - он жил и умер великим госдеятелем, реформировавшим страну. Он ничего не присвоил, не был менеджером компаний. Великий реформатор нашей страны, тов.Чубайс, поработав некоторое время как великий реформатор, потом начал заниматься бизнесом, являясь при этом одним из достаточно богатых людей. Знаете, такого рода вещи очень сильно влияют. Кроме того, как-то "Народная партия" проводила акцию, направленную против Католической церкви в России, в поддержку РПЦ, и мне задавали вопросы а что вы вообще беспокоитесь о РПЦ, что вы вообще ее поддерживаете?
Л.ГУЛЬКО: А действительно?
В.ГАЛЬЧЕНКО: 70 лет разваливали основу существования российского государства. Российское государство никогда не было национальным государством. Российское государство возникало и существовало как православное государство, допускавшее наличие других религий, но вся основа жизни страны была основана на православной христианской морали это было разрушено, ликвидировано.
Л.ГУЛЬКО: Смотрите православной, христианской. И католики - христиане, и православные христиане, и григориане - христиане, и десять заповедей одни и те же - и там, и здесь.
В.ГАЛЬЧЕНКО: В каком-то смысле.
Л.ГУЛЬКО: В каком? В глобальном.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Мы совсем на другую тему. Но, тем не менее, основой существования России была РПЦ, с ее литургиями, процедурами, и так далее. А разрушены не только храмы - я имею ввиду сооружения, не только колокола, но храмы в душе человека были разрушены. И на эту почву насаждается насилие - по их образцам. В то время, как вы знаете, даже тот же самый президент США клянется не на Конституции, когда вступает в должность, а на Библии, между прочим. И, вообще говоря, хоть там она как бы и не государственная..
Л.ГУЛЬКО: Там светское государство, и мы светское государство.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Да, но какова там роль религии, какова там роль религии в жизни людей. Там субботняя месса в церковной службе - это атрибут жизни. У нас..
Л.ГУЛЬКО: Но там не проводят демонстрации против тех, этих, пятых и десятых.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Нет, мы немножко.. мы далеко ушли, конечно..
Л.ГУЛЬКО: Далеко. Сейчас вернемся.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Проблема состоит в том, что вот в условиях разрушенной морали и нравственности в обществе, в условиях, когда потеряны ориентиры, в условиях, когда даже Маяковского нет с ответом на вопрос, что такое хорошо, а что такое плохо, - я утрирую, конечно, но, тем не менее.. Вот в этих условиях, когда на экране сначала появляется гора трупов, стрельба.. и в конце фильма.. я имею ввиду "Бригаду".. условно.. Выходит фильм, в котором культ насилия, и нет моральной оценки. Мне говорят а чем отличается "Бригада" от "Красной шапочки"? Но в "Красной шапочке" есть, по крайней мере, моральная оценка того, что происходит.
Л.ГУЛЬКО: Вот "Крошечка-Хаврошечка" просто страшная сказка. Ужасно. Кстати, фильм "Бригада" позиционировал себя как "Однажды в России" не случайно ведь. "Однажды в Америке" фильм культовый, согласитесь, классный фильм, история.
В.ГАЛЬЧЕНКО: А в чем отличие, знаете?
Л.ГУЛЬКО: Добро побеждает зло.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Почему культовый фильм у них имеет нравственную оценку, культовый фильм здесь не имеет. Отвечаю - разрушена мораль и нравственность в обществе. В течение 70 лет вообще все было извращено, люди не понимают, что такое хорошо, что такое плохо. А потом насаждается то же самое, причем, при помощи этих фильмов, этого насилия.
Л.ГУЛЬКО: Т.е. вы считаете , что за 70 лет у нас все под корень.. в пепел?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Ну, не так. Было и хорошее, безусловно.
Л.ГУЛЬКО: Я-то думаю, что на самом деле семья воспитывает.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Правильно. Безусловно, разрушены основы. Давайте вспомним то наше время - ведь , как известно, были дома отдыха, но найти семейные дома отдыха при советской власти было практически невозможно. Т.е. даже система отдыха была настроена на то, чтобы мужчины и женщины отдыхали отдельно, - разрушена семья, разрушены семейные ценности.
Л.ГУЛЬКО: Ну как, вы не ездили на юг с женой, что ли?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Домов отдыха не было. В это время дома отдыха семейные отсутствовали это совершенно точно.
Л.ГУЛЬКО: А мы ездили в пансионат в Одессе с супругой.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Думаю, что уже ближе к концу периода. Вот как раз семейные ценности утеряны, и действительно, к сожалению, роль семьи совершенно потеряна. Я могу привести такой пример, очень интересный - недавно был законопроект, который я пытался провести в Госдуме речь шла о поддержке многодетных матерей, речь шла о 35 миллионах рублей на всю страну в год. Не хватило 20 голосов для принятия решения. Даже нет в обществе среди элиты общества, депутатов Госдумы, понимания того, что обществу нужно давать.. у нас много говорят о демографии, говорят огромное количество проблем уменьшается население.. но вы давайте импульсы тогда хотя бы населению о том, что да, государство, намерено поддерживать семью, хоть через многодетных матерей. О чем шла речь о матерях, у которых 10 детей, - вы вообще встречали в сегодняшнем времени матерей с десятью..
Л.ГУЛЬКО: Это точно редкость, но сейчас начинаю встречать.. Не десять, конечно, но..
В.ГАЛЬЧЕНКО: Постепенно процесс идет. У меня, например, пятеро детей, и это большая радость..
Л.ГУЛЬКО: Кстати, о демонстрации насилия на экранах тот же А.Шварцнеггер морды бил, терминатором был, насилия на экране - хоть отбавляй. Бабах губернатор штат Калифорния.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Какие проблемы, я не понимаю?
Л.ГУЛЬКО: Он участник насилия на экране.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Ну и что? Американский герой, воспринимается Америкой национальной святыней, я бы даже сказал в каком-то смысле, и ничего удивительно, люди на него ориентированы. Понимаете, проводить параллель между нашим обществом и теми же самыми США довольно затруднительно, - именно потому, о чем я говорил - большие проблемы с нравственностью в обществе. Все фильмы, в которых он участвовал, тем не менее, имеют и внутреннюю оценку. И как следствие, и отношение к нему как к человеку, который все равно в конечном итоге несет добро.
Л.ГУЛЬКО: Сейчас с удовольствием смотрю по первому каналу "Спецназ" я понимаю, почему его сейчас показывают поскольку идет осенний призыв, и фильм сделан на самом деле как американский блокбастер, и снято, и действие там - вот вам национальные герои. Правда, немножко волшебно такая армия есть, конечно, но ..
В.ГАЛЬЧЕНКО: Ну, немножко неестественно, я бы сказал. Но слава богу, что появляются, наконец, фильмы, которые, в том числе, поднимают и дух нашей армии.
Л.ГУЛЬКО: Но там тоже стреляют, и головы летят, и кровь течет.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Но там есть свои и чужие, и есть нравственная оценка.
Л.ГУЛЬКО: То есть когда свои и чужие четко, тогда мы все понимаем.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Когда насилие ради насилия, когда идет самолюбование сценами насилия, самолюбование кровью, трупами в этом нет необходимости.
Л.ГУЛЬКО: Так кто виноват в том, что у нас творится на экране?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Безусловно, состояние общества. Потому что, конечно же, насилие на экране связано с тем, как понимают свою роль в обществе те люди, которые работают в СМИ, но при этом надо понимать, что те люди, которые работают в СМИ, это часть нашего общества. И развал морали и нравственности в обществе касается, конечно же, в конечном итоге и тех людей, которые работают в СМИ. Кстати, если посмотреть шире на всю нашу прессу - то мы увидим. Насколько она желтая, там других оттенков практически невидно, найти очень сложно.
Л.ГУЛЬКО: А что такое желтизна прессы? Это что?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Сплошной стеб, издевательство, ничего серьезного.
Л.ГУЛЬКО: Вы пример приведите, пожалуйста.
В.ГАЛЬЧЕНКО: У меня такое ощущение, что примеры не нужны, просто очень сложно найти серьезную статью..
Л.ГУЛЬКО: Я вам скажу как обозреватель прессы "Коммерсант", "Ведомости", "Газета", "Известия", "Комсомольская правда".. спектр огромен.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Ну, с этим я соглашусь появляются издания серьезные, безусловно, но если мы берем в целом.. смотрите, безусловно, процессы некоего внутреннего оздоровления в обществе идут. Они идут медленно, со сбоями, и тому свидетельство как раз то, о чем вы говорите - появляются, безусловно, серьезные издания. Но если иметь ввиду в среднем состояние общества..
Л.ГУЛЬКО: То, что читают в метро вы имеете ввиду?
В.ГАЛЬЧЕНКО: То, что читает массовый читатель. Я не имею ввиду эксклюзивные издания для бизнес-элиты, - да, наверное, там есть серьезные издания. Но в конце-концов из тех людей, которые ездят в метро состоит наше общество.
Л.ГУЛЬКО: Но у них тоже в метро народ читает те же самые желтые издания. Это человеческий фактор - люди везде одинаковы им интересно подсматривать в замочную скважину, да?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Да, конечно, к сожалению.
Л.ГУЛЬКО: А у нас на связи Илья, студент-юрист из Санкт-Петербурга.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я надеюсь, что вы периодически отдыхаете, а не только учитесь. К чему сводится у вас досуг обычно? Иногда приходится смотреть телевидение?
ИЛЬЯ: Не то, чтобы постоянно, но иногда смотрю.
В.ГАЛЬЧЕНКО: На ваш взгляд, есть проблема насилия на телеэкране, или она отсутствует?
ИЛЬЯ: Проблема не насилия, а действительно проблема того, что моральные принципы или нравственные ценности, как вы говорите, действительно размыты. Мне кажется это очевидно, и спорить с этим сложно посмотрите на ведущие каналы - в прайм-тайм идут сериалы, мало, что похожие друг на друга, но кто герои этих сериалов? Это либо бандиты, либо коррумпированные чиновники, прокуроры, милиционеры.
В.ГАЛЬЧЕНКО: А как относиться к тому, что делают СМИ? Только что было сказано, что телевидение, в конечном итоге, показывает то, что народ "хавает". В том смысле, что народ заказывает музыку, и получает эту музыку. Как вы считаете, СМИ это чистый бизнес, и речь идет о получении прибыли за счет рекламы, которая показывается в то время, когда народ больше всего смотрит, или все же СМИ, телевидение имеют значительно более весомую роль в обществе?
ИЛЬЯ: Я бы сказал, в нашей стране СМИ имеют очень особенную роль, и особенно положительную. Начнем с того, что это инструмент пропаганды государства и власти. Т.е. власть заказывает СМИ то, что хочет, чтобы видели и слушали россияне.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Вас смущает только то, что там сегодня есть госпропаганда?
ИЛЬЯ: Не только это, конечно смущает.
В.ГАЛЬЧЕНКО: А то, что касается морально-нравственных ценностей разве это государство навязывает этот.. в широком смысле, в кавычках разврат?
ИЛЬЯ: Не только государство, конечно, и само наше общество, и те, кто делают те же самые сериалы они понимают, что людям близко, что они поймут, что для них интересно.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Еще вопрос - при советской власти было единомыслие. Большое ограничение свободы слова. Сегодня абсолютная свобода слова, на мой взгляд, никакого ограничения. на мой взгляд, это две крайности. Как вы считаете, общество должно иметь право контроля за СМИ, особенно если иметь ввиду общефедеральные телевизионные каналы, или тот коллектив, который там подобрался случайным образом, он и должен навязывать свою точку зрению обществу?
Л.ГУЛЬКО: Или не случайным.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Или не случайным.
ИЛЬЯ: Ну, конечно, контроль должен быть, только смотря, какой это контроль. Я считаю, что законы необходимы в отношении тех же СМИ, которые должны контролировать, чтобы за край не заходило, за пределы.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Т.е. вы согласны с тем, что сегодня требуются законы, которые должны бы каким-то образом ограничить в каком-то смысле свободу слова?
ИЛЬЯ: Нет, не ограничить свободу слова. А законы, которые могли бы регулировать то, что появляется на экране. И в Европе и в Америке есть законы, что до какого-то часа не показывать фильмы для взрослых. Это контролирует закон. А в отношении других фильмов и программ тоже можно принять соответствующие законы.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Как раз законопроект, который я предложил и предполагает, что фильмы для взрослых должны показываться на телевидении после 10 часов. И еще вопрос, - когда я обсуждаю с работниками телевидения этот вопрос, мне отвечают - народ любит это смотреть, пусть смотрит, куда от этого денешься. А кроме того, и в нашей жизни есть факты насилия, и мы должны освещать эти факты. С этим, конечно, не поспоришь, но у меня вопрос - а надо ли, освещая факт некоего насилия, связанного с жизнью, - показывать трупы, отрезанные головы, кровь..
Л.ГУЛЬКО: Это мы о новостях?
В.ГАЛЬЧЕНКО: В том числе и о новостях.
ИЛЬЯ: Я считаю, что нужно показывать правду, то, что есть на самом деле.
Л.ГУЛЬКО: А если там трупы и расчлененные тела, катастрофа?
ИЛЬЯ: О той же катастрофе или страшном событии можно рассказать, не показывая трупы. Это не обязательно показывать части тела, разбросанные по сторонам.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Как раз в этом законе и есть нормы, которые предполагают запрет на показ трупов, подготовки убийств и т.д. Вы как считаете, имело бы смысл такого рода закон принимать, или нет?
ИЛЬЯ: Надо смотреть закон.
Л.ГУЛЬКО: Юрист.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Если вы оставите свой телефон, я отправлю вам на рецензию законопроект с удовольствием. Обещаю вам, что обязательно это проделаю.
ИЛЬЯ: Позвольте тогда реплику. В одном из интервью одного политика спросили о нашем народе и россиянах что же это у нас за народ такой.. и этот политик, достаточно высокого ранга ответил - правильный у нас народ. Мне кажется, что он имел ввиду, что правильный народ для него и для власти в целом.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Народ у нас правильный в хорошем смысле этого слова.
Л.ГУЛЬКО: Хорошо, вернемся на телеэкран боксерский матч, "Человек и закон", "Дорожный патруль", те же новости, и горячие точки, которые присутствуют и у нас, и уже везде. Вот про них как?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Так получилось, что в прошлом году, когда в Германии были сильные наводнения, я был там. И смотрел провинциальные каналы, которые освещали то, как разбушевалась стихия, как разрушались дома. Вы знаете, был абсолютно спокойный тон рассказа о том, что есть проблема, что люди ею занимаются, - никакого показа трупов, ни утопленных кошек, ни людей, - никого. Есть проблема, и люди заняты борьбой с этой стихией. Я приехал в Москву через пару дней, и в это время ливневая волна дошла до Праги, и первое, что я увидел на нашем телеэкране, что на Вроцлавском мосту повесился пожилой пенсионер, потому что у него разрушило дом. Вот одно и то же событие, но совершенно разные подачи. Можно ту же боксерскую встречу показывать, долго любуясь рассеченной бровью, кровью, а можно показывать отстраненно. И это все же спорт, как ни крути, от этого никуда не денешься, и это есть факт нашей жизни. Если взять передачи "Дорожный патруль" и другие специальные передачи я вообще их не понимаю, зачем они нужны, честно говоря, хотя, наверное, есть какая-то воспитательная роль в них, потому что наблюдая за тем, что произошло, может повлиять на манеру езды. Но зачем показывать трупы и кровь? Горячие точки то же самое во многом безусловно, рассказ о том, что происходит, должен быть. И скрывать эту информацию не только не имеет смысла, но это было бы неправильно, - это событие в нашей жизни. Но опять помните вот эти отрезанные головы, не помню, французов или англичан.. на мой взгляд, это совершенно ни к чему, - по крайней мере в тех дозах, которые у нас зачастую происходят в последнее время.
Л.ГУЛЬКО: И на связи с нами Максим из города Королева, предприниматель
В.ГАЛЬЧЕНКО: Мне приятно разговаривать с человеком из Подмосковья, поскольку у меня подмосковный округ Дмитров, правда. Как вы считаете, существует проблема пресыщенности нашего киноэкрана, телеэкрана американским, западным кино, или все нормально?
МАКСИМ: В принципе я этой проблемы не вижу.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Не видите. Хорошо, помните фильмы "Рембо", например? - хорошие фильмы, хорошие герои. Но там среди прочего есть добро в виде американца, и зло в виде всех остальных, включая россиян и кого угодно, в конечном итоге. Это вас не смущает?
МАКСИМ: Но фильм-то американский. Я вам могу сказать, что в нашей школе вместе с моей женой работают преподавателями американки они баптисты. Так вот, глядя на них, я им завидую белой завистью, - они вообще все это не смотрят. Они жизнерадостны, трудятся до упора. И очень честно. Это тот самый внутренний стержень, которого нам многим и не хватает. Я сам православный и верующий человек, может быть не такой добросовестный, как положено, но работаю над собой. Так вот они ничего этого не смотрят и не читают.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Т.е. вы идентифицируете себя как русского и православного.
МАКСИМ: Россиянина, скорее.
В.ГАЛЬЧЕНКО: В этом смысле я надеюсь, вы понимаете, что есть наши российские ценности, наши российские традиции, российский взгляд на жизнь, есть наша российская тысячелетняя история, российские герои, которыми хотелось бы гордиться. Вы хотели бы гордиться собственной страной?
МАКСИМ: А я ею и горжусь.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Во все периоды жизни?
МАКСИМ: В общем-то, да. Потому что в любые периоды были люди, которыми можно гордиться. Тот же самый Войно-Ясенецкий, лауреат Сталинской премии, архиепископ я им горжусь.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Хорошо, вы, наверное, помните фразу Ленина, который говорил о кино как о важнейшем для нас из искусств. Как вы думаете, почему он такую фразу произносил?
МАКСИМ: Как биолог биологу я вам скажу, что вот эта вот сигнальная система - длительное восприятие, - оно гораздо более эмоционально, чем слуховое.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Т.е. огромное влияние кино, телевидения на человека.
МАКСИМ: Конечно. Уж чего только я не насмотрелся за свою жизнь, но когда показывали документальные кадры, когда боевики отстреливали пальцы, резали горло - у меня провал внутри был очень мощный. Хотя у меня психика как у слона, я считаю. Зрительное влияние - очень сильное.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я думаю, что вы знаете о том, что во многом американское общество сформировано Голливудом. Те образцы жизни, которые преподносил обществу Голливуд, в конце концов, были реализованы. И знаменитая американская мечта про маленького человека, ставшего очень богатым или великим политиком это было навязано обществу Голливудом, и реализовано обществом в конечном итоге я думаю, что вы знаете об этом.
МАКСИМ: Знаете, что, есть в США штаты, где этот американский идеал отсутствует. Те же самые баптистки в Штатах по-моему, они из Оклахомы. В этом штате запрещены аборты, например. И казалось бы, в США должно быть все навязано уже давным давно, а они живут своей нормальной жизнью. А у нас никакого Голливуда, и я не знаю, что творится - вообще кошмар какой-то на самом деле. Вот парадоксы.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Все же я хотел попытаться понять, понимаете ли вы, насколько велико влияние кино на общество?
МАКСИМ: да. Если человек смотрит то влияет.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Влияет ли то, какие ценности это кино навязывает обществу? Влияет ли то, какие модели поведенческие навязывает кино и телевидение?
МАКСИМ: Конечно. А у подростков с не устоявшейся психикой может это все развиваться и пойти по соответствующему пути, конечно.
Л.ГУЛЬКО: Я вынужден прервать вашу беседу, и задать вопрос сразу всем нашим слушателям. Должен ли был контроль общества над СМИ? Контроль в хорошем смысле слова не этого снять, а этого поставить, а в хорошем смысле. Если контроль должен быть - вы звоните 995-81-21, если нет - 995-81-22.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Интересно, что молодой человек сказал, что нужен закон. Я-то на самом деле являюсь автором такого закона, и считаю, что на самом деле в нормальном с точки зрения состояния морали и нравственности в обществе, такие законы не нужны. Потому что реальным регулятором этой проблемы является внутреннее состояние человека, саморегулирующееся сообществом. Профессиональное сообщество должно конечно эти ограничения вводить. Сегодня, к сожалению, здесь существует проблема. Кстати, могу перекинуть небольшой мостик - вы знаете, что группа "Народный депутат" добивается того, чтобы была восстановлена смертная казнь. По некоторым составам преступления. И речь не в том, что мы кровожадны, не об этом речь. А речь идет о том, что, к сожалению, нет внутреннего стержня, нет самоограничений, нет морально-нравственных ограничений. Вот тогда, когда этого нет, тогда нужен закон, жестокий, который поставит на место преступника, который заставит телевидение ограничить насилие на телеэкране. Вот отсюда появляется идея закона на самом деле. Л.ГУЛЬКО: Послушаем еще один звонок.
МАКСИМ: Я считаю, что должен быть контроль. Но только я не согласен, что вы жизнь видите только в черном и белом цвете, жизнь намного многообразнее. Поэтому я, конечно, больше склоняюсь к тому, что контроль быть должен, но с какими-то большими оговорками.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Т.е. не политическая цензура, а контроль с точки зрения морали и нравственности.
МАКСИМ: Причем именно общества, а не государства. Государству такие вещи доверять нельзя ни в коем случае.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Особенно у нас, где государство это чиновники.
МАКСИМ: Общественный совет, который, по определению, должен состоять из людей значимых в этом обществе, которые что-то знают о том, как жить лучше.
Л.ГУЛЬКО: Ваша точка зрения понятна. И у нас уже есть результаты нашего интерактивного опроса нам позвонило 820 человек, "да" ответили 69%, а "нет" ответили 31%. Традиционно попрошу у вас комментария.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я, безусловно, удовлетворен этим результатом, особенно доволен, что опрос идет на "Эхо Москвы", а здесь очень чуткая аудитория к проблемам цензуры. Но, судя по результатам голосования, я понимаю, что люди разобрались, что речь идет все же не о политической цензуре, а о том влиянии, которое оказывает телевидение и СМИ на состояние общественной морали и нравственности. И речь, идет об общественном контроле, а не о государственном, - именно поэтому и поддержали эту позицию, и это радует, безусловно.
Л.ГУЛЬКО: А на линии у нас Борис Григорьевич, председателем Совета ветеранов.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Сегодня много говорят об ответственности перед обществом, начинают говорить о том, что некоторые представители бизнеса начинают становиться социально ответственными, готовыми помогать, но совсем ничего не говорят о социальной ответственности СМИ. Как вы считаете, должны ли СМИ быть социально ответственными, понимать, что каждое их слово, каждый неаккуратно построенный фильм, без моральной оценки, предположим плохого поступка, приводит к разрушению общественной морали и нравственности.
БОРИИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Я совершенно прямо отвечу вам да, должны. Хотя мне скоро 77 лет, и я прошел длинную жизнь, и прошел сталинские репрессии, и прошел, и знаю, что такое коллективизация, и так далее. И несмотря на это, - что я считаю себя полнейшим демократом, хотя не участвуют ни в каких движениях по своему возрасту, но должно быть нет, не цензура, а должно быть журналистов уважение к самому себе. И журналист, прежде чем что говорить, или показывать по телевизору, или комментировать, или выступать по радио, должен думать, не приносит ли это вред нашей стране. Ведь у нас шаткое положение, как бы мы ни говорили. А у нас складывается иногда такое впечатление, что унижение президента, унижение нашей думы, властей и правительства, это является какой-то гордостью и достоинством журналистов.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Совершенно согласен - действительно, издевательство и стеб над происходящим, в том числе, в органах власти.. я с вами абсолютно согласен. И еще один вопрос как вы считаете, не слишком ли много у нас западного американского кино на телевидении, не слишком ли сильно нам насаждаются западные образцы жизни, не стоит ли нам продвигать российское кино с нашими ценностями?
БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Поверьте мне, господин Гальченко, а может быть, и товарищ Гальченко, - что я выступаю за полную дружбу с западными демократическими странами, с США и так далее. Я вижу в этом правильную политику правительства и нашего президента. Но засилье терпеть это невозможно. Может быть я по своему возрасту.. я вообще почти не смотрю американские фильмы. Я иногда удивляюсь, почему мало французских фильмов, почему нет фильмов шведских, финских, датских.. только американские. Потому что это выгодно очень дешево покупать эту низкопробную продукцию.
Л.ГУЛЬКО: Простите, я вмешаюсь немножко, хотя не положено по сценарию. Я вам могу сказать, что и шведские, и французские и датские фильмы идут во многих кинотеатрах, включая, - это не реклама, - кинотеатр "Иллюзион", который сейчас на ремонте, - и там, между прочим, достаточные скидки, в том числе и людям пенсионного возраста.
БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Я могу сказать с личной обидой, что из нашего Совета ветеранов никто уже в кино не ходит. Если нас только организованно когда-нибудь возьмут, то мы сходим. Больные люди, пенсионеры, и так далее.
Л.ГУЛЬКО: Еще один адрес могу вам порекомендовать.
БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Не надо, дорогой мой, мы все равно не пойдем.
Л.ГУЛЬКО: Почему? Попробуйте - "Музей кино".
БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Ну, я знаю. И позвольте мне еще одно слово. Если бы мне разрешили, я назвал бы один хотя бы конкретные пример вот Савик Шустер ведет передачу. Неужели никому непонятно, что он ведет ее эзоповским языком? Он - "свобода слова, свобода слова.." - и дает говорить тем людям, которые.. внушают нашему народу, который только начинает жить в свободе.. внушает им то, что у нас плохо. А ведь вы знаете, и г.Гулько тоже знает стоило ему провести футбольный репортаж без разрешения это было давно еще, не на НТВ, - вы, наверное, это знаете, - как его моментально уволили с радиостанции "Свобода" в Москве. Вот ихняя свобода.
Л.ГУЛЬКО: Я ничего не буду говорить, потому что у нас не принято обсуждать других коллег. Это ваша точка зрения, я придерживаюсь другого мнения.
БОРИС ГРИГОРЬЕВИЧ: Разрешите мне к вам один вопрос, не касающийся СМИ, - я не из-за этого звонил. Поскольку вы зам.председателя бюджетного комитета - у нас среди наших ветеранов много людей, имеющих трудовое увечье вот сейчас вы приняли закон о повышении минимальной заработной платы с 450 до 600. Скажите пожалуйста, - эти люди раньше получали от этой суммы процент увечья, его добавляли. А вы не помните, как сейчас решился этот вопрос? Куда бы я ни звонил, никто мне не отвечает
В.ГАЛЬЧЕНКО: Безусловно, изменение этой базовой цифры приведет к изменению и выплат. Но я хочу сказать следующую вещь - знаете, у нас совершенно вот присутствует в государстве какое-то странное, я бы сказал, - ублюдочное.. ублюдочный подход к планированию жизни..
Л.ГУЛЬКО: Вы сейчас сильно.. "внушаеть", - как говорит Хрюн со Степаном..
В.ГАЛЬЧЕНКО: Да.. фактически мы планируем бедность. Вот эти так называемые прожиточные минимумы, так называемые минимальные зарплаты, которые никакого отношения к реальной жизни не имеют, безусловно, это нечто из прошлого, и к реалиям сегодняшним не должно иметь никакого отношения. И необходимо срочно, в срочном порядке менять отношение к планированию жизни. Я как пример приведу вы помните знаменитый тезис, который президент высказал в своем послании, касающийся удвоению ВВП? Самое интересно, что когда было сказано об удвоении ВВП, при этом ни слова потом, ни разу не говорилось о том, о чем же идет речь. Ведь удвоение ВВП.. это, как вариант, в два раза больше олигархов, или это в два раза выше уровень жизни страны..
Л.ГУЛЬКО: А вы сами как считаете? Что имел ввиду президент?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Значит, по поводу того, что имел ввиду президент я все же надеюсь, я думаю, что речь идет, конечно же, о увеличении уровня жизни, о росте уровня жизни, безусловно. Но, к сожалению то, что предлагает сегодня правительства, в смысле планирования подходов, это, к сожалению, не вполне соответствует собственно самой идее. Совсем недавно мы проводили оценку качества жизни россиян, именно исследование проводила наша партия по этому поводу, и там довольно удивительные вещи были выявлены. Но я что хочу сказать среди прочих нами сейчас предложен закон о минимальных социальных стандартах, смысл которого состоит в том, чтобы хоть каким-то образом подтянуть уровень жизни наиболее бедной части населения у нас сейчас огромный разрыв между богатыми и бедными, но и, между прочим, между Москвой и провинцией, что тоже, на мой взгляд, очень сильно напрягает ситуацию в стране. Мы немножко отвлеклись от темы, но тем не менее
Л.ГУЛЬКО: Да. Я просто хочу сказать, что у тех, кого мы выбрали и у правительства, и у президента плохой пиар, - вот президент сказал, а никто ничего не понял, - плохой пиар, надо лучше объяснять
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я с вами совершенно согласен. На одном из заседаний правительства я как раз говорил о том, что при принятии решения о продвижении того или иного закона, безусловно нужно думать о том, как он продвигается в общественном сознании. Потому что у нас в кулуарах, где-то в аппарате готовится законопроект, зачастую, очень даже неплохой, но потом, - возвращаясь к теме СМИ и стеба, - в СМИ из контекста выдирается какое-то слово из законопроекта, вокруг него начинается разговор, и в общественном сознании возникает такое ощущение, что закон работает против. Как пример, кстати вот эти знаменитые законы, которые принимались осенью, связанные с ЖКХ. Все говорили, что приняты законы, касающиеся реформы ЖКХ, хотя на самом деле речь об этом не шла. И более того, те законы, которые были приняты, они на самом деле были направлены во благо, - речь шла, если вы помните о том, что действительно сначала правительство внесло законопроект, потом предполагалось отменить все льготы по ЖКХ, но после борьбы внутри Думы, в том числе, вот как раз группы "Народный депутат", вокруг этого законопроекта, и Райков возглавлял одну из групп, во-первых, сняли министра, а во-вторых в том законопроекте, который принят в качестве закона сохранены все льготы, и более того, впервые за 13 лет реформ - было 20 млрд. рублей выделено в федеральном бюджете на покрытие этих льгот. У нас более 50 млн. льготоносителей, что требует в среднем по году 60 млрд. из федерального бюджета на покрытие этих льгот. Ни разу, ни в один из предыдущих годов деньги не выделялись. При принятии этого закона были выделены 20 млрд. Кроме того, была заменена внесудебная процедура выселения на судебную процедуру выселения в случае неуплаты. А что мы слышали в СМИ? О том, что этот законопроект направлен на повышение платежей, лишение льгот, и вообще говоря, людей теперь можно выселить. Поэтому я совершенно с вами согласен в двух аспектах - первое СМИ зачастую извращает реалии, и это правда, а с другой стороны, конечно же, и Госдума, и правительство, и президент очень мало, к сожалению, пока уделяет внимания госпропаганде. Потому что пиар в данном случае это госпропаганда.
Л.ГУЛЬКО: Конечно, мы, СМИ, как санитары мы одна точка зрения, вы - другая. Пускай народ выбирает.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Согласен.
Л.ГУЛЬКО: Самое главное - право выбора.
В.ГАЛЬЧЕНКО: И в этом смысле в госпропагаде ничего плохого нет. Я говорю о том, что мы недооцениваем влияние нашего телевидения и кино в нашем обществе. К сожалению, если бы лучшие американские фильмы того периода, когда оно формировало американское общество, сегодня кто-то смотрел, то это было бы хорошо на самом деле, хотя это и американские герои. Но дело в том, что у нас сегодня низкопробный, третьеклассный американский кинематограф на телевидении, поэтому речь идет о том, что, к сожалению, у нас подмена происходит.
Л.ГУЛЬКО: Не сильно с вами согласен, поскольку показывают и хорошие американские фильмы, классический.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Но много и третьесортного. И по поводу нашего третьесортного кино как-то так получилось, никто на самом деле не заметил, что весь кинопрокат оказался дилерством американского кино. А что как следствие?
Л.ГУЛЬКО: Вы имеете ввиду то, что идет в кинотеатрах?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Да и на телевидении тоже. Что такое фильм в кинотеатре или на телеэкране? Это деньги. Это кто-то купил, - куда деньги пошли? на американское кино. Т.е. за 10 лет все финансовые потоки были развернуты из России на американский кинематограф. Как следствие, России ничего не доставалось долгое время.
Л.ГУЛЬКО: Как он был развернут?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Очень просто. Кинотеатры были предоставлены для американского кино. Российское кино не допускалось.
Л.ГУЛЬКО: Но мы купили это кино.
В.ГАЛЬЧЕНКО: А что значит купили отдали деньги за них. Куда отдали? В конечном итоге фильмы делаются за счет средств кинопроката. И смотрите, еще какая вещь - та же самая "Бригада" - ведь не лучшая с точки зрения, какие ценности несет. А у меня вопрос - какими людьми создана эта "Бригада"? Достаточно молодыми, которые что? воспитывались в течение ближайших 12 лет, на чем? - на американском кино, на насилии.
Л.ГУЛЬКО: Я не знаю, на чем они воспитывались. Это актеры, они на Станиславском должны были воспитываться.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Скажи сто раз "халва", во рту сладко не будет, поэтому должны да, но, к сожалению, были воспитаны на американском кино. Как пример до 1975 г. ЮАР не было телевидения. После появления телевидения произошел скачок в два раза насилия.
Л.ГУЛЬКО: Это можно убрать легко - ваш законопроект, и все, подписали, и убрали.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Мой законопроект был подготовлен еще в январе, внесен в Госдуму, в марте закончился прием поправок, но, к сожалению, он до сих пор не рассмотрен, потому что законопроект Думой предложено рассматривать в профессиональном комитете, Комитете по СМИ, а там как бы понятно собрались депутаты, которые представляют СМИ, и не особенно хотят, естественно, каких-либо ограничений. Здесь есть некая проблема и, на самом деле, сложность в проведении этого законопроекта. Я надеюсь, тем не менее, - кстати, завтра будет заседание Комитета по СМИ, на котором будет рассматриваться законопроект я все же надеюсь, что удастся в конечном итоге его провести.
Л.ГУЛЬКО: Вопрос от Ольги: "Как относиться к документальным кадрам о Великой Отечественной войне"?
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я не думаю, что можно утверждать, что факты показа концлагерей.. здесь же есть нюансы - на нашем телевидении сейчас показывают трупы, которые только-только, буквально сейчас.. событие произошло.. на самом деле документальные фильмы о событиях Великой Отечественной войны были важны для того, чтобы понять глубину той пропасти, в которую попало все человечество. И в этом необходимость показа, конечно, иногда бывает абсолютно понятно.
Л.ГУЛЬКО: "Как вы относитесь к поступку журналистки "Комсомольской правды", которая участвовала в обмане священника, чтобы получить ключи от храма и обвенчать там мужчину с мужчиной?"
В.ГАЛЬЧЕНКО: Там корреспондентка не имела никакого отношения. Я думаю, что здесь немножко неточность. Думаю, что речь идет об этом священнике кстати, это большая проблема - когда я говорю о роли церкви в нашем обществе сегодня, я хочу сказать, что язвы и проблемы нашего общества, которых огромное количество, - развал вот этой самой морали и нравственности, вообще касается всех сфер, в том числе и СМИ, и РПЦ все мы вышли из советской власти, на самом деле, и никуда от этого не денешься и в Церкви есть люди, которые действуют не вполне в соответствии с теми принципами, которые проповедуют. Но в конечном итоге сама Церковь, как общественный институт, это, безусловно, здоровый организм, и видно, как она сейчас возрождается, и обновляет свою деятельность и влияние в обществе. Я абсолютно уверен в том, что у РПЦ большое будущее, а то, что Патриарх отлучил от сана этого человека это совершенно правильно.
Л.ГУЛЬКО: Здесь есть очень резкое сообщение на пейджере.. "..зря что ли фашизм строится"..
В.ГАЛЬЧЕНКО: Всякие точки зрения могут быть, и действительно, некоторые события в нашей стране вызывают некоторые опасения. Но тем не менее меня радует, что такого рода замечание единственное, человек все же путает политическую цензуру с некоей нравственной цензурой в обществе. Бывают разные точки зрения, что с этим сделаешь?
Л.ГУЛЬКО: И, видимо, последний на сегодня звонок.
ОЛЬГА: Я вам писала про Великую Отечественную войну.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Я так понял, что вы не согласны с тем, что есть проблема насилия на телеэкране, и не стоит органам госвласти заниматься этой темой?
ОЛЬГА: Нет, я не совсем согласна с этим. Но кадры Великой Отечественной - я лично не участник войны, но с детства не могу смотреть эти кадры.
Л.ГУЛЬКО: Для всякого нормального человека это стресс.
ОЛЬГА: Но как не показывать это насилие? Мы же должны об этом знать.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Согласитесь, есть разница между показом документальных фильмов и третьесортным боевиком, в котором текут реки крови.
ОЛЬГА: Безусловно. Но мой ребенок с удовольствием смотрел "Терминатора", и ему нравится.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Так если он другого ничего не видел. У меня дети разного возраста есть девочка, которой исполнился только год, и есть 27-летняя дочь, и я точно знаю, на чем воспитывались мои старшие дети это были замечательные советские мультфильмы. А те японские, американские мультфильмы, которые показывают сегодня, - я просто в ужас прихожу.
Л.ГУЛЬКО: Тут я к вам присоединюсь это беда на самом деле.
В.ГАЛЬЧЕНКО: И единственная борьба с этим, на мой взгляд просто ликвидировать телевизор в доме. Я уже близок к тому, чтобы выбросить его совсем.
Л.ГУЛЬКО: Радикально.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Вы все же старайтесь ему показывать что-то доброе.
ОЛЬГА: А насчет общественного контроля на ТВ - должен быть, но в рамках разумного. У человека должна быть внутренняя цензура, никакой внешней быть не должно. Только самоцензура хочу смотрю, хочу нет.
В.ГАЛЬЧЕНКО: Знаете, что я заметил? С того момента, как я внес законопроект, мне задавали вопрос вы что, считаете реальным, что такой закон может быть принят, вы считаете, что он на что-то повлияет? На что я отвечаю - да, безусловно, я считаю, что он будет принят и я действительно так считаю, и он повлияет. Но на самом деле я буду удовлетворен, если состоится хоть какое-то общественное обсуждение этой темы, и хоть кто-нибудь в профессиональном сообществе задумается на эту тему. Я вообще уверен в том, что самоограничение, самоцензура это, конечно, лучше, чем какие-либо законы. И должен сказать, что у меня есть ощущение, что, как говорил один из наших лидеров, "процесс пошел хоть чуть-чуть сдвижка некоторая происходит. И я верю в то, что да, постепенно моральное оздоровление общества будет происходить, хотя, конечно, я бы больше радовался, если бы власть быстрее оздоравливалась наша.
Л.ГУЛЬКО: Хочется и того и другого. И последняя реплика от Сергея: "Я думаю, вы напрасно ругаете телевидение за рост насилия - фашизм в Германии и ГУЛАГ в СССР случились до появления телевидения" но это не конец, а продолжение темы, отточие. И у нас в эфире сегодня был Валерий Гальченко, зам.председателя комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам, первый зам.председателя "Народной партии". Спасибо вам огромное. Надеюсь, что будет продолжение нашей беседы.