(По телефону) - Андрей Трапезников - Интервью - 2003-08-28

28 августа 2003 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Андрей Трапезников, член правления РАО "ЕЭС России" (по телефону).

Эфир ведет Алексей Венедиктов.

А. ВЕНЕДИКТОВ У нас сейчас на прямой линии член правления РАО "ЕЭС России" Андрей Трапезников. Алло, Андрей, добрый день.

А. ТРАПЕЗНИКОВ Добрый день, Алексей Алексеевич.

А. ВЕНЕДИКТОВ Первый вопрос, вы, наверное, знакомы с публикацией, с этой проблемой в целом, первый вопрос, который, кстати, задавали нам радиослушатели, а что, ГЭС приватизированы?

А. ТРАПЕЗНИКОВ ГЭС, согласно закону о приватизации и законам, которые действовали в начале 90-х гг., часть, по крайней мере, ГЭС являются акционерными обществами, в частности Саяно-Шушенская ГЭС, это одна из крупнейших гидроэлектростанций в России, расположена в России, на реке Енисей. 80 почти процентов акций ГЭС принадлежит РАО "ЕЭС", в котором, как известно, 52% акций закреплены за государством.

А. ВЕНЕДИКТОВ Тогда, Андрей, не очень понятно, сейчас мы будем говорить, почему это происходит, не очень понятно, что может решить, предположим, будет суд, предположим, признают, что приватизации там нет, что это должно быть национализировано, вернуться в государство, но ведь, по сути, Саяно-Шушенская ГЭС тогда является контролируемой государством. Зачем это нужно властям Хакасии?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Это ровно тот же вопрос, который мы сами себе задаем, потому что правительство Хакасии подало этот иск, вы совершенно правильно сказали, требует, чтобы ГЭС была возвращена государству, хотя государство, как мы только что выяснили, и так контролирует деятельность ГЭС. Более того, я могу сказать, что ни государство, представители которого входят в состав совета директоров РАО "ЕЭС России", составляет в нем большинство, не частные акционеры Саяно-Шушенской ГЭС, этот вопрос не ставили. Почему это происходит, это отдельный разговор.

А. ВЕНЕДИКТОВ Давайте мы к этому отдельному разговору. Если верить газете "Ведомости", я думаю, что коллеги внимательно изучили эту проблему, речь идет о том, что со следующего года Хакасия будет за электроэнергию, получаемую видимо с Саяно-Шушенской ГЭС, если так можно выразиться, может быть, и неграмотно, резко повышаются тарифы. Вернее, так исчезают льготы, цитирую я газету. Поэтому, видимо, власти Хакасии считают, что если ГЭС перейдет под контроль государства, но и электричество будет стоить дешевле. Что здесь так, что здесь не так, Андрей?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Давайте разбираться по цифрам. Сегодня средний тариф республики Хакасия в два раза ниже, чем в соседнем Красноярском крае, и почти в два с половиной раза ниже, чем в Москве. Сегодня там тариф средний составляет для населения 46 копеек. Это, кстати, почти в два раза ниже, чем средний тариф по стране, который составляет порядка 80 копеек. При этом ни по уровню жизни, ни по уровню экономического развития, ни по темпам роста экономики, при таких низких льготных тарифах Хакасия не только не опережает, но и отстает от целого ряда соседних регионов. Т.е. видите, как получается, низкие тарифы это не всегда еще стимул развития. Действительно, как вы знаете, в этом году парламент принял, а президент подписал законы о реформе электроэнергетики, в соответствии с которыми в ближайшие годы на территории России будут вводиться рыночные отношения в электроэнергетике. Т.е. не будет больше такого положения.

А. ВЕНЕДИКТОВ Льгот не будет, да?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Когда одни регионы имеют льготы по сравнению с другими регионами. Как я понимаю, именно власти Хакасии и пытаются такими способами добиться неких преференций для себя. Причем, я, на самом деле, считаю, что ни о какой заботе об интересах государства в данном случае речи не идет, потому что, как вы правильно сказали, сначала направив иск в арбитражный суд республики Хакасии, правительство вскоре направило нам проект мирового соглашения, где предлагает зафиксировать до 2020 года льготный специальный тариф для потребителей республики.

А. ВЕНЕДИКТОВ Какой был ответ РАО "ЕЭС"?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Мы направили свой ответ в арбитражный суд республики Хакасии, ни на какие сепаратные переговоры и ни на какие сепаратные мировые соглашения с правительством республики мы не пойдем. Кроме того, я считаю, что такие действия вредят очень и инвестиционному имиджу России, и создают нервозность у инвесторов, которые, сами понимаете, начинают задумываться, можно ли вкладывать в Россию, если органы власти на местах вдруг начинают ставить вопросы о пересмотре итогов приватизации. Плюс ко всему, в свете предстоящего реформирования электроэнергетики, даже Саяно-Шушенская ГЭС, планируется, что войдет в состав крупной генерирующей компании, которая будет вырабатывать электроэнергию. Как вы знаете, у нас суды зачастую рассматривают дела год, а может и два, и поэтому возникает некая неопределенность вокруг будущего этой гидроэлектростанции. В общем, целый клубок проблем создается. Хотя, как я понимаю, в свете предстоящих в следующем году губернаторских выборов в республике у некоторых политиков появляется возможность долго и эмоционально рассказывать избирателям, как они радеют за их интересы.

А. ВЕНЕДИКТОВ Андрей, скажите пожалуйста, здесь в этой же газете, я имею в виду газету "Ведомости", в статье "Иск в целях экономии" довольно прозрачно намекается, что за спиной Хакасского правительства стоят интересы крупных алюминиевых предприятий, которым, естественно, повышение электроэнергии совершенно нежелательно. Но одновременно с этим, как я понимаю, алюминиевые предприятия являются акционерами РАО "ЕЭС". Вопрос, как, они внутри себя борются, что ли? Одна рука цепляет другую, бьет друг друга?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Мне сложно эту тему комментировать, потому что мы получили иск от Хакасского правительства, а не от крупных потребителей. Поэтому это уже комментарий журналистов, наверное.

А. ВЕНЕДИКТОВ Понял. Еще один вопрос, в той же газете, сегодня у нас просто "Ведомости" лидируют, огромное интервью с Валерием Шанцевым, я не знаю, читали ли вы его или нет, я из него возьму только одну фразу, которая вполне соотносится, корреспондируется со статьей, посвященной Хакасии, "Мосэнерго приватизировано неправильно". Т.е. на самом деле я ставлю шире вопрос, вопрос о реприватизации или деприватизации или национализации акционерных компаний в электроэнергетике и контроля государством за этими компаниями, насколько это возможно, несмотря на принятые законы? Насколько это волна, насколько это не единичный случай?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Я на самом деле считаю, что если мы возвращаемся к Хакасии, иск, который подало правительство республики в арбитражный суд Хакасии, а он не имеет перспективы, и я не думаю, что здесь возможны какие-то неожиданные повороты, тем более, как я понимаю, и Мингосимущество, которое представляет государство в совете директоров РАО "ЕЭС", исходя из его последних заявлений, придерживается такого же мнения. Вопрос о том, насколько правительство Москвы может занимать такую позицию

А. ВЕНЕДИКТОВ Это была только фраза. Я хотел бы сказать, никакого иска, здесь идет обмен акциями, но в данном случае сама идея о том, что эта электростанция, эта энергетическая компания были приватизированы неправильно.

А. ТРАПЕЗНИКОВ Говорить можно одно, говорить можно что угодно, кто-то согласен, кто-то не согласен. Вопрос, какие действия за этим последуют. Могу сказать, что с правительством Москвы мы сейчас достаточно конструктивно взаимодействуем, обсуждаем реформирование электроэнергетики Мосэнерго, и я бы оценил этот процесс, как достаточно конструктивный, каких-то неразрешимых вопросов у нас нет.

А. ВЕНЕДИКТОВ Возвращаясь к Саяно-Шушенской ГЭС, в общем, последний вопрос, я напоминаю, у нас в прямом эфире Андрей Трапезников, член правления РАО "ЕЭС России", вопрос, связанный вообще с приватизацией ГЭС. Речь идет о том, что крупные электростанции, вы знаете, противники приватизации в частные руки, включая иностранных инвесторов, это национальная безопасность России. Существуют ли по новому закону какие-то ограничения по этому поводу?

А. ТРАПЕЗНИКОВ Да, действительно, есть целый ряд ограничений, в первую очередь временных, которые определяют, что ГЭС останутся в течение достаточно длительного, по крайней мере, времени под контролем государства. Это действительно вопрос национальной безопасности, плюс ко всему ГЭС, как правило, строятся по каскадному принципу, т.е. на одной реке строится несколько ГЭС. И сами понимаете, приватизировать одну ГЭС, допустим, если один акционер приватизирует одну ГЭС, другой другую и т.д., то у одного акционера в целях повышения прибыли может возникнуть идея, что нужно выработать больше электроэнергии, т.е. пропустить больше воды. Это очень сложный технологический процесс, поэтому государство, как я понимаю, очень внимательно за ним наблюдает. В тех документах, которые приняты парламентом, так определенно не сказано, что ГЭС будут приватизированы. Надо сначала начать реформирование, создать рынок, посмотреть, какие будут первые шаги, какой первый опыт мы получим, мы внимательно, кстати, следим за тем, что происходит в Америке, в других странах мира, чтобы не повторить их ошибок.

А. ВЕНЕДИКТОВ Спасибо большое, я напоминаю, в прямом эфире "Эха Москвы" был Андрей Трапезников, член правления РАО "ЕЭС России".