Купить мерч «Эха»:

Темы: "Программа промышленного развития Москвы; ситуация вокруг заводов Москвич и ЗИЛ; банкротство и перепрофилирование московских предпр - Евгений Пантелеев - Интервью - 2003-04-18

18.04.2003

18 апреля 2003 года

В прямом эфире "Эха Москвы" Евгений Пантелеев, министр по науке и промышленности Москвы.

Ведущий эфира Матвей Ганапольский.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Добрый день! Сегодня мы приветствуем в нашей студии Евгения Пантелеева, министра по науке и промышленности Москвы.

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Здравствуйте!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Тут было такое сенсационное сообщение, что согласно решению и московской законодательной власти, и при идее московской исполнительной власти крупные промышленные предприятия будут выводиться за границы Москвы. И вот я даже слышал сенсацию по поводу "ЗИЛа", что он может уехать куда-то в другие районы. Это правда? Насколько такая политика реальна? Насколько она соответствует действительности?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Если говорить о политике, то она, конечно же, реальна, мы уже занимаемся оптимальным разнесением производственного комплекса в Москве. Но откровенно говоря, у нас пока еще не много примеров, когда мы выводили производство за пределы Москвы, потому что и в Москве хватает и производственных площадей, и мощностей, инфраструктура.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Но вот эта история по поводу того, что я сказал, вот решение Лужкова

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Ну, по поводу "ЗИЛа" - это, конечно, неправда. Эта информация не соответствует действительности. А если говорить, что правда правда то, что мы действительно хотим интегрироваться со многими крупными предприятиями, в том числе и с "КаМаЗом". Мы действительно подписали договор о сотрудничестве, согласно которому мы сейчас ведем такой предметный, я бы сказал, анализ составных компонентов автомобилей, и с точки зрения, где их лучше делать. Согласитесь, наверное, литейное производство в Москве не очень удобно содержать, это же экология. И в это же время литейка на "КаМаЗе" используется на 15%.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ А вот вы знаете, касаясь этой экологической темы, потому что слушатели-то, знаете, они прагматики, они хотели бы увидеть пользу любого действия исполнительной и законодательной власти, как бы пользу для них реально. Вот скажите, вообще-то все-таки вот эта тенденция, вроде бы такая хорошая экологическая тенденция на вывод крупных предприятий за пределы Москвы, она все-таки будет осуществляться постепенно?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Этот термин за пределы Москвы наверное, сегодня не очень актуален. В Москве достаточно производственных мощностей. У нас 66 производственных зон в Москве, где традиционно размещалось промышленное производство. И вот после реструктуризации всего нашего государства там образовались избыточные площади, земельные участки, которые абсолютно можно хорошо использовать для того, чтобы в селительных районах не было производства. Вот нам, конечно, не выгодно, чтобы вблизи от жилого района было промышленное предприятие. Нам его обязательно нужно привести в ту же промзону. И это совершенно спокойно в городе можно делать, и мы такую политику проводим, и мы это будем делать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Но при условии, если это будет экологически соответствовать нормам и стандартам?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Конечно. Вы понимаете, нет смысла перетаскивать старое оборудование, эту рухлядь. Конечно, если мы переводим, то там создается совершенно новое производство с современными технологиями, с нормальными рабочими местами

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вот именно с этой точки зрения меня этот вопрос интересовал. Потому что вроде такое благое начинание давайте крупные грязные предприятия уберем с территории Москвы, а рабочие места?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Поэтому я и говорю, вторая составляющая этой проблемы, мы говорим да, надо оптимально разместить, но проблема поставлена абсолютно точно при этом сохранить производственный потенциал города. Еще раз говорю это занятость, вы правильно сказали, 600 тыс. работающих. Можно, как говорится, сейчас всех распустить, а суть дела? Это бюджет, это налоги, это масса еще проблем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Мы продолжим после новостей.

НОВОСТИ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Напомню, наш гость - Евгений Пантелеев, министр по науке и промышленности Москвы. Давайте, вот мы начали с некой автомобильной темы, давайте ее и продолжим. Ситуация вокруг бывшей нашей, может, нынешней, дай бог, чтобы она существовала, эта гордость ситуация вокруг "Москвича".

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Сложнейшая ситуация. Я думаю, что и вы знаете, и слушатели о том, что последние несколько лет шел разговор о том, чтобы контрольный пакет акций этого предприятия был от РФ передан Москве. И принципиальное согласие на это было получено. Но при условии, конечно, списания с него безнадежных долгов. На нем висит 700 млн. долларов долгов при бывшем "Минавтопроме", когда хотели создать новое производство двигателей в СССР. И часть оборудования была получена, часть нет, часть оборудования в Москве, часть в других городах России. Короче говоря, конечно, мы не могли принять этот долг, потому что мы никогда бы его не вернули. Поэтому условие было совершенно однозначное, это условие не выполнено, правительство РФ не нашло возможным, несмотря на то, что и в бюджете, скажем, 2003 появилось поручение или разрешение правительства внести на рассмотрение ГД вопрос о списании или о частичном списании этих долгов. Короче говоря, мы посмотрели так, реально, на это обстоятельство время идет, проблема не решается, мы являемся одними из крупных кредиторов этого предприятия. Мы возбудили процедуру несостоятельности. Т.е. мы подали заявление в арбитражный суд, и я думаю, что в этом тоже ничего страшного нет, абсолютно, потому что эта процедура позволяет в нормальном правовом пространстве отделение

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вы имеете в виду процедуру банкротства?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Да-да, надо отделить долги

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Замечательно, да, просто для нашего менталитета непривычно. Вот сейчас крупнейшая, старейшая немецкая фирма "Грюндиг" подала в суд о признании банкротства, и они как птицы Феникс выйдут из этого дела.

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Вы знаете, вы абсолютно правы, что тут еще немного менталитет играл и играет роль как это так, такое крупное предприятие обанкротить. Вот на сегодня мы думаем, что это будет оптимальный вариант.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Хорошо, а что дальше с этим гигантским заводом? Какие планы? Будет ли как-то крупный директивный иностранный инвестор, там, типа всяких "Фордов"?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Дальше есть несколько, пока несколько вариантов развития этих событий, скажем, при выделении бизнеса, непосредственно автомобилестроения. Во-первых, есть уже несколько разработок собственных на этом заводе, который способен выпускать машину другого уровня, нежели старый "Москвич". Второе вы знаете, рядом с этим предприятием образован "Автофрамос" - совместное с "Рено" предприятие, которое, конечно, может интегрироваться в какое-то совместное производство, совместную машину. Может быть третий вариант развития, но в любом случае, мы как правительство Москвы все будем делать для того, чтобы на этом месте было производство автомобилей.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Мы с вами говорили о неком заскорузлом менталитете, который у нас существует в деле, например, банкротства. А вот эта ситуация, когда мы все никак не можем признать, вот вы сейчас опят говорите о нашем автомобиле, который принципиально, а рядом "Автофрамос" Ну, черт побери, эти же муки должны прекратиться, эта агония когда-то должна закончится. Может быть, все-таки посмотреть правде в глаза и понять, что ну, не можем мы пока делать автомобили, и пальцы раскидывать не надо. И надо или этому "Автофрамосу", то ли тендер какой-то объявить, но уже выпускать какой-то нормальный автомобиль. И дело не в автомобиле, мы-то их купим, дело в людях, которые оказались в очень странной ситуации. Там же жуткое количество работников было, на этом заводе.

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Я думаю, что обязательно надо сохранить этих работников, они будут востребованы. Если говорить об автомобиле, конечно, автомобиль "Москвич" и автомобиль "Рено" сегодня по техническим характеристикам - разные автомобили. Но они и стоят, скажем, по-разному. Надо ли нам адаптироваться в мировую систему автомобилестроения? Конечно, надо. У нас нет своего двигателя, пока по крайней мере, нет. И ничего странного, если мы, скажем, на наших машинах будем применять импортные комплектующие. Кстати, пробовали

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Ой, вы знаете, вот мы сейчас тему затронули, это десятки Вот меня интересует ваша точка зрения. Вот вы лично, как министр по науке и промышленности, вы бы как хотели? Я понимаю, что вы тут связаны некоторыми условностями, но все-таки вы московский министр. Что должно быть на "Москвиче", какая машина должна выпускаться? Наша или импортная? Учитывая то, что люди не получают зарплаты и бог знает чем занимаются.

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Знаете, я бы даже не сказал. Конечно, машина должна быть российская, но в ней должны присутствовать лучшие мировые комплектующие. Вообще любой автомобильный завод сегодня строит технологичность так, что у него своя штамповка, своя окраска, сборка, сварка. Все остальное мировые фирмы поставляют. Это мы всегда делали собственное хозяйство, и винты сами точили, и красили вручную. Есть технология.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Хорошо, идем дальше. Перейдем ко второй части ваше должности, т.к. кроме того, что вы министр по вопросам промышленности, вы еще министр по вопросам науки. Тема это такая очень широкая, и в данном случае мне трудно за что-либо зацепиться. Поэтому пойду от вас. Помните, когда-то у Тарапуньки и Штепселя, известных таких сатириков, ныне почти забытых, Тимошенко и Березина, был такой эстрадный номер "А как у нас дела насчет картошки? Насчет картошки она у нас становится на ножки". Вы довольны состоянием науки в Москве?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Нет, конечно. Я могу сказать

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Какие узловые точки?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Узловые, там несколько крупных проблем. Во-первых, наука в Москве всегда была огромной составной частью науки российской. И это была прерогатива вообще-то всегда не городского уровня, а российского государства. Вы понимаете, что и Российская академия наук, и 90%, наверное, российских институтов и НПЦ непосредственно подчинялись соответствующим ведомствам. Нас больше всего волнует 2 момента. Первое это то, что произошел и до сих пор происходит отток кадров из науки, и все-таки наиболее талантливые, с нашей точки зрения, специалисты, не находя себе применения здесь, уезжают. Это огромная потеря. Второе наука не может, наука, понимаете, она, наверное, самое рискованное поле деятельности. Потому что отрицательный результат в науке это тоже результат. А сегодня у нас все поставлено так, что если даже предприятие захотело на собственные средства произвести научное исследование, и оно его произвело и получило отрицательный результат, оно не имеет право результаты списать на себестоимость. Вот если положительный да, отрицательный нет. Я имел в виду, что даже в нормативной поддержке науки сегодня очень много не сделано. Но сделан главный шаг

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Ну, если перейти от констатации к

Е. ПАНТЕЛЕЕВ А вот я могу сказать, что сделано главное. Вот приняты в прошлом году основы политики государства в области науки и техники до 2010 года. Вот сейчас там вытроены приоритеты. Сейчас обозначены, скажем, основные точки применения, всей поддержки, если можно так сказать, регионального и государственного уровня. И я просто могу сказать, что не возрождается наука. Конечно, нельзя сказать, что она возрождается. Но положение дел в научных коллективах становится более стабильным хотя бы из-за этого шага. Вот в этой программе, она, скажем, хорошо по принципам, по целям, но она очень неравномерно выстроена. Вот если посмотреть кривую финансовой поддержки науки начиная от 2002 года до 2010, она по такой кривой, что сначала мало, мало, а вот все деньги потом пойдут на науку с 2006 года. Когда обсуждалось, мы говорили, что наверное, это неправильно. Объясняли, что есть конкретные условия в государстве, значит, не можем сейчас чуть попозже. Но время идет. Я думаю, что обещания не останутся где-то в стороне. И если реальное финансирование в нашу науку придет, то кадров там еще вполне достаточно, чтобы делать какие-то прорывные вещи.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Ну, да, такая общетеоретическая часть. Я очень рад, что когда-то будут сдвиги. Я хотел бы вас спросить вот о чем. Мы начали с экологии, да, по промышленным предприятиям, а теперь экология научных предприятий. Ходят слухи, что все-таки у нас существуют, в связи с оттоком кадров, с недостатком финансирования некие обострения, могущие быть, какой-то определенной радиационной безопасности тех профильных научных институтов, которые занимаются и имеют у себя радиоактивные материалы

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Я вас могу успокоить за этим, конечно, следят очень серьезно и надежно. И это в поле зрения ежедневно и городских организаций, и российских структур. Есть целая программа, скажем, по выводу, по недопущению радиационного заражения. Т.е. это серьезные И опасения ваши, я понимаю, серьезные, потому что действительно в Москве эта наука, и эти опытные производства. Но могу сказать, что и внимания к нам достаточно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ И вот здесь вот у нас есть вопросы на наш пейджер, еще раз повторяю, слушатели люди такие, вот пришел министр, надо вытащить что-то полезное для себя. Вот люди часто задают вопрос, вот, например, а какая у меня вода течет из крана? Что-то ее вкус изменился. Или а не из того ли песка, который радиоактивный и фонит, сделана стена моего дома, тем более дома, который построен бог знает когда. Вот скажите, куда люди могут обращаться для того, чтобы проверить качество воды, чтобы кто-то приехал и замерил радиационную обстановку прямо у него дома?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Я могу сказать, во-первых, качество воды, конечно, проверяется специалистами

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Нет-нет, то, что московская вода, и Лужков ей гордиться, и В.М. Платонов тоже гордится

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Вы имеете в виду, если просто сам человек Ну, я думаю, запаниковал "Санэпиднадзор", наверное, можно туда обратиться

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Своего округа?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Да, своего округа, своей управы. Это очень разветвленная структура. Я думаю, что есть куда обратиться.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ И привезти туда воду или

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Привести воду, конечно, и сделать экспресс-анализ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ А вот радиационная обстановка в своей квартире?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Это у нас, как говорится, подразделение МЧС. У нас тоже в Москве есть такое подразделение, и они по любому вызову тоже могут приехать, посмотреть, и квалифицированно дать ответ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Т.е. это тоже, наверное, надо обратиться в свою управу?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Это тоже в свою управу, да, это очень распределенные по Москве подразделения. Так что не надо куда-то бежать "наверх", это все можно сделать на месте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вот эти вопросы контроля, мониторинга ежедневной ситуации очень важны. Поэтому я вот

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Нет, вы правы. Наверное, лично убедиться надо. Но, поверьте мне, за этими вещами очень серьезно следят.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вы знаете, хотел бы закончить нашу беседу с того, с чего начали. На ваш взгляд, проблема "Москвича", к которой мы очень много раз обращались в наших передачах, когда все-таки эта история может получить какое-то свое разрешение? Вот конкретные какие-то сроки.

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Значит, мы планируем, ну, наверное сейчас будет арбитражный суд

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Когда он должен состояться?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Через месяц, вот подали заявление

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Хорошо, будете признаны банкротами, дальше?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ Потом выводится процедура, как мы говорим, наблюдения, потому что надо посмотреть еще раз финансовое состояние, аудит, долги, старые, новые, признать, не признать, сделать эту выверку. На это уйдет, по моим подсчетам, тоже месяца 3-4. После этого, вернее, во время этих 3-4 месяцев надо предложить план внешнего управления, т.е. план оздоровления предприятия. Вот это самая главная задача, которая сегодня вообще стоит перед специалистами.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ А этот план в принципе существует?

Е. ПАНТЕЛЕЕВ В принципе существует. Его сегодня надо подготовить, согласовать. Согласовать надо и с правительством РФ, и с советом или с комитетом кредиторов, и представить на утверждение. Если утверждается, дальше идет реализация этого плана. Обычно сроки даются 1,5 года на его реализацию, но для важного или большого предприятия они могут быть продлены на 2,5-3 года.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Ну, дай бог! Спасибо большое, что вы пришли к нам. У нас в гостях был Евгений Пантелеев, министр по науке и промышленности Москвы.