Программа Ищем выход. Тема: "Проблемы вокруг Калининградской области". - Владимир Рыжков, Дмитрий Рогозин, Ричард Райт - Интервью - 2003-03-29
29 марта 2003 года
В прямом эфире "Эхо Москвы" Дмитрий Рогозин, председатель комитета Госдумы по международным делам, Ричард Райт, глава представительства российских сообществ в Москве, Владимир Рыжков, депутат Госдумы РФ.
Эфир ведет Сергей Бунтман
С.БУНТМАН: Попробуем поискать выход в Европу с помощью самой продвинутой на запад территории РФ, Калининградской области, в своеобразном регионе, самым близким географически к Европе, который оказывается внутри ЕС очень скоро. Что это будет для России, станет ли Калининградская область самой европейской частью, не только географически но и социально, или эта ситуация приведет к большей изоляции Калининградской области? Какова перспектива?
Р.РАЙТ: Спасибо за возможность выступить сегодня. Думаю, что речь идет о том, что нужно реализовывать все аспекты компромисса прошлого ноября, во время последнего саммита ЕС-Россия, и это самая важная задача перед нами компромисс по транзиту. Это краткосрочная задача, но в перспективе долгосрочной надо нам работать вместе, чтобы улучшить потенциал региона. Два дня назад представители ЕС приняли решение оказывать дополнительное техническое содействие Калининграду для социально-экономического развития области - это признак нашей приверженности Калининграду. Сейчас сразу нам нужно решить все проблемы транзита, и в понедельник будет последняя встреча на высшем уровне с представителями России, ЕС, чтобы найти компромисс по остальным вопросам новых урегулированных упрощенных транзитных документов по железной дороге. Я уверен, что мы найдем компромисс.
Д.РОГОЗИН: Меня учили в Московском университете все проблемы решать последовательно. Так же и здесь. Совершенно очевидно, что если мы хотим планировать будущее региона, мы должны понять, какова будет связь этого региона с так называемой материковой Россией. И поэтому вопросы транзита граждан действительно стали очень эмоциональным диспутом между Россией и ЕС в течение всего прошлого года. Сейчас эти переговоры идут с точки зрения отработки технологий, чтобы не переписывать политический документ таким образом, что эксперты вмешались, и еще более усложнили эту процедуру транзита, а наоборот сделать так, чтобы это все из гуманитарных соображений, при сохранении контроля за пересечением границы, тем не менее, чтобы сами люди на себе не почувствовали, что их как-то пытаются унизить или осложнить им жизнь. С 1 июля должен быть введен новый режим транзита. И действительно, с понедельника на высоком экспертном уровне будет рассмотрена, по большому счету, одна проблема, и мы постараемся с ней разобраться в понедельник. Если все это произойдет, то дальше мы приступаем к переговорам в рамках работы ЕС по так называемому технико-экономическому обоснованию запуска в перспективе скоростного безвизового поезда это уже новейшие технологии. Я думаю, что вообще этот регион вообще может самым эффектным образом вписаться во все транспортные развязки на севере Европы. Скоростные железнодорожные магистрали из Берлина, Варшавы в Калининград. Через Калининград на Вильнюс, Ригу, Таллинн, Санкт-Петербург, естественно, скоростная магистраль до Москвы. В безвизовом режиме, безопасном режиме граждане смогут ездить друг к другу это серьезный прорыв, не только решение гуманитарного вопроса, но это может быть, действительно, шаг к сближению между Россией и ЕС. Второй момент нам, конечно, надо определить, какая там будет особая экономическая зона. Я президенту докладывал в конце января по этому поводу, есть новые поручения мне, как его специальному представителю, разработать возможные поправки в закон об особой экономической зоне, и у меня есть некое представление пока не могу говорить о нем публично, до тех пор, пока его не одобрит президент, но действительно есть очень эффектная модель, как Калининградская область может быстрыми темпами поднять уровень жизни а так ставит задачу президент, - уровень жизни россиян, проживающих в Калининградской области до уровня стран соседних. Бурное развитие экономики. Сферы транспорта, культуры, туризма, рекреации, и т.д. И следующий момент очень важный визовый аспект. Калининградский вопрос оказался кумулятивным зарядом, который пробил Шенгенскую стенку, и Шенгенское законодательство оказалось чуть ли не новой Берлинской стеной, которая под благовидным предлогом стала отлучать граждан России от поездок в те страны, куда они раньше ездили свободно и без всяких проблем.
С.БУНТМАН: Т.е. внутри Шенгена, получив визу, гражданам стало легче перемещаться из одной страны в другую, но получается, что Шенгенская зона, расширяясь, изолирует не только Калининградскую область, но тяжелее будет попасть в Венгрию, Чехию, Болгарию.
Д.РОГОЗИН: В те страны, куда традиционно ездили наши граждане. Поэтому калининградский вопрос пробивает брешь. Во-первых, будет принят новый регламент, будет разработано ноу-хау в Шенгенском законодательстве, за которое должен проголосовать парламент ЕС именно по калининградскому вопросу. Как граждане России будут ездить в Калининград и обратно. И второй момент это, конечно, хорошая основа для начала консультаций и переговоров по той идее, которую еще президент России высказал в августе прошлого года о постепенном переходе к отмене виз для поездок граждан России в страны ЕС, и для поездок граждан ЕС в РФ. Я думаю, что здесь без шапкозакидательства можно говорить, что мы начнем эти консультации начиная с саммита в Санкт-Петербурге в мае месяца с тем, чтобы через несколько лет, выполнив ряд серьезных взаимных обязательств - по укреплению границы, по налаживанию стратегического сотрудничества между правоохранительными органами, по обустройству наших южных границ, прежде всего, по реадмиссии, - после этого можно будет всерьез говорить о том, что этот проект выполним.
С.БУНТМАН: А насколько конкретно заинтересован и готов принять участие в таком развитии Калининградской области ЕС?
Р.РАЙТ: Мы считаем, что наша задача заключается в том, что мы хотим оказывать техническую помощь, чтобы помочь Калининградской области подготовить себя для будущей ситуации после расширения ЕС с 1 июня следующего года. Для этого мы приняли новое решение значительно улучшить наше содействие по социальным, экономическим вопросам. Это первое. Но несколько недель тому назад, под руководством председателя комиссии ЕС г-на Паттена, мы разработали документ о большой Европе. Что это такое наша идея состоит в том, что мы хотим создать круг друзей вокруг расширенного ЕС, отменить разницу между нашими и чужими, и создать в долгосрочной перспективе возможность нашим соседям иметь доступ к нашим рынкам не только товарным, но и по услугам, и как сказал Д.Рогозин, работать вместе, чтобы улучшить перемещение людей между ЕС и нашими соседями. И работать вместе, чтобы освободить движение капитала, инвестиций между нами. Это, конечно, долгосрочные планы. И два слова о существующей ситуации конечно, мы обсуждали вопрос о транзите. У всех есть обязательства, чтобы реализовывать ноябрьскую договоренность. И здесь я бы подчеркнул два момента - абсолютно необходимо завершить договоренность по двустороннему соглашению с Литвой и России о реадмиссии, и есть второй момент ратифицировать договор о демаркации границ между Литвой и Россией, и этот договор - в руках моего друга, г.Рогозина, и мы надеемся, что как можно быстрее будет ратифицирован этот договор. Потому что ратификация создает доверие и стабильность, уверенность между нами это очень важный элемент существующей ситуации.
С.БУНТМАН: То есть или Калининградская область станет российским форпостом, и сможет интегрировать, быстрее, чем остальная часть России в ЕС, или, если не удастся договориться, может стать изолированными задворками России. Какова реальность той и другой перспективы?
В.РЫЖКОВ: Задворками Калининградская область точно не будет. Мы с Ричардом были там в четверг, и работали, встречались с руководством области, депутатами Госдумы, представителями бизнеса. На самом деле, область уже довольно хорошо интегрирована с соседями, особенно с литовской стороной там товарооборот уже 350 млн. долларов, что для такой области довольно много, примерно такой же оборот с Польшей. Очень много совместных предприятий, и задворками она точно не будет. Но она пока еще, конечно, недостаточно интегрирована, и больше всего, по моему мнению, этому мешает наше российское законодательство, которое связывать по рукам и ногам федеральные структуры. Очень тяжело работать в такой ситуации.
С.БУНТМАН: Итак, я задаю вопрос нашим слушателям приведет ли нынешняя ситуация и ее разрешение к больше интеграции Калининградской области в Европу тогда вы набираете 995-81-21, или же к ее изоляции от европейских соседей тогда телефон 995-81-22. И нам позвонило 373 человека, и мнения разделились 53% считают, что Калининград станет более интегрированным, и 47% считают, что более изолированными. То есть народ сомневается. Насколько справедливы эти опасения?
Д.РОГОЗИН: Думаю, что ожидаемый результат. Это голосование меня, например, абсолютно устраивает, потому что если вспомнить, сколько моей кровушки попили партнеры мои по переговорам, то я бы тоже сильно сомневался относительно прекрасной судьбы Калининградской области. Тем не менее хочу сказать, что я все-таки оптимист, и отношусь к этим 53%, по той причине, что да, переговоры шли очень тяжело, и многие наши партнеры не понимали, на самом деле, что происходит в Калининградской области, и почему у нас такие настроения. Но, в конечном счете, мы вышли на такой непростой, но компромисс, устраивающий, по большому счету, все стороны. Если говорить о проблемах наших федеральных властей я с Владимиром согласен, как это ни покажется странным, потому что де-факто мы с ним тоже федералы, депутаты Госдумы, - я видел очень часто, как многие наши федеральные чиновники по полгода, году решали элементарные проблемы, когда надо было бы, извините, задницу оторвать от стула, и расписаться в том или ином необходимом документе. Это касается и статуса взлетно-посадочной полосы в Храброво, калининградском аэропорте потому что очевидно, что чтобы запустить воздушный мост и снять нагрузку с железной дороги через воздушное такси, скажем так, для этого эта полоса должна была перейти в гражданское ведомство. Так полгода премьер выбивал необходимые подписи из конкретных ведомств. Второй вопрос касается вопросов, скажем, технических развязок, пунктов пропусков, как к ним подведены дороги. Иногда просто смотришь пункт пропуска в 300 метрах от дороги, дорога утыкается просто в никуда, в поле. Т.е. были такие элементы несогласованности, такой абсурд, что иногда думаешь, что просто в сумасшедшем доме находишься. Поэтому, конечно, что необходимо самое главное с российской стороны? Чувство хозяина это российская земля навсегда, и мы должны быть на ней хозяевами, и тогда ЕС нас тоже будет уважать, и мы будем нормально с ним работать. Но и ЕС должен понять уникальность Калининградской области, и не должен применять слепо чисто технически свои стандарты и штампы, шаблоны, которые заложены в Шенгенском законодательстве. Поэтому я искренне надеюсь на то, что действительно никто не снимает самой главной нагрузки с российского правительства по решению всех проблем по Калининградской области это наша задача, а от ЕС требуется подтверждение глубокого стратегического партнерства в гибкости ЕС, в быстрой оперативной реакции на те разумные конструктивные предложения, которые действительно принесут благо развитию всего региона.
С.БУНТМАН: Аналога Калининградской области в Европе нет. Это никакой не Гибралтар.
Д.РОГОЗИН: Один аналог есть это Нахичеванская область, если, скажем, ЕС включит в себя Армению, то у азербайджанцев будет такая же проблема с Нахичеванью.
В.РЫЖКОВ: В четверг мы целый день обсуждали с калининградцами, представителями ЕС и Литвы весь комплекс проблем. Меньше всего претензий к литовцам очень доброжелательная атмосфера, хорошие отношения, и даже по пограничникам-таможенникам сами калининградцы говорят - с ними особых проблем нет. А с белорусскими проблемы. Вот где "шмонают", извините за это слово и "бомбят" так это на белорусской границе, а не на литовской. А на литовской все достаточно культурно и по-европейски.
Д.РОГОЗИН: Ну есть, конечно, несколько инцидентов.
В.РЫЖКОВ: Но эти инциденты, как говорят сами калининградцы, были связаны с тем, что документы были подписаны 30 декабря, а вступило все с 1 января, просто не успели подготовиться. Но и с нашей стороны есть вопросы почему мы продаем билеты по советским паспортам. Но самое главное, что больше всего претензий было к федеральным властям. Вот тут уже, как говорится, пошел вал. Примеров приводилось десятки. Сейчас мы строим на деньги федеральной целевой программы крупнейшую ТЭЦ-2 в Калининграде. Вкладывает деньги федеральный бюджет и РАО "ЕЭС". ТЭЦ должна работать на природном газе. Сейчас этого природного газа в области не достает. "Газпрому" было дано поручение выделить соответствующие лимиты этого газа для Калининградской области и расширить возможности газопровода. "Газпром" не делает. Почему? элементарно: в Калининграде он должен будет продавать газ по внутрироссийской цене, а в Литве он продает по европейской цене, в три раза дороже. "Газпром" российская компания, государственная, где стоит во главе государственный человек, не хочет строить газопровод, и давать лимиты на Калининградскую область.
С.БУНТМАН: Потому что невыгодно.
В.РЫЖКОВ: Но это же абсолютно антигосударственная политика то, о чем Дима сказал, что если мы хозяева этого региона, мы должны эти вопросы решать. Но есть положительный пример - авиакомпания "Россия" - мы с Ричардом летели туда и обратно этой авиакомпанией. Этот рейс открылся при участии Д.Рогозина и Госдумы, и там цены в полтора раза ниже, чем были до этого. В результате у калиниградцев сейчас появилась возможность по более доступным ценам летать из Москвы в Калининград и обратно - вот это пример государственного, разумного подхода. И вообще стонут калининградцы от федеральных ведомств у них в регионе 58 федеральных ведомств, 20 тысяч человек. И каждый из них думает не об интеграции с Европой, не о выполнении каких-то договоренностей, а исключительно о ведомственных интересах. Бизнесу там работать ничуть не легче, чем в Рязани и Орле, - те же самые проблемы. Поэтому мы немножко путаем, когда говорим про интеграцию через Калининград, - мы должны понимать, что это невозможно, потому что интеграция может быть только через изменение всей России. Если мы говорим о безвизовом режиме, мы прекрасно знаем, что нам нужно делать с паспортами, границами, с базой данных и т.д. Если мы говорим об экономической интеграции, мы должны реформы делать здесь, в России, улучшать законы.
С.БУНТМАН: Но Калининград может быть локомотивом? Как лекалом решения проблем?
В.РЫЖКОВ: Может. Но и это тоже вопрос к федеральному центру. Сейчас есть федеральный закон об особой экономической зоне, сейчас Минэкономики уже год разрабатывает новый закон.
Д.РОГОЗИН: И еще три года будет разрабатывать.
В.РЫЖКОВ: И что в результате происходит? Например, там 500 совместных предприятий с литовцами, они уже понимают, что закон, который действует сейчас, скоро работать не будет, новый еще не внесен, и уже год совершенно сознательно там ситуация неопределенности и непонятности что будет и как будет. Это всех нервирует. На самом деле, я хотел бы сказать, что мы как-то зациклились на противоречиях с ЕС, Литвой, и я абсолютно согласен с Дмитрием да, были трудные переговоры, он молодец, он прекрасно поработал, и мы очень надеемся, что в понедельник в Брюсселе будет последний раунд, и наконец, все будет решено. Но дальше уже наша работа кассы, информация, билеты, авторизация - это наша работа.
Д.РОГОЗИН: И деньги наши полмиллиона долларов придется потратить.
В.РЫЖКОВ: И мы гоговорили о реадмиссии возврате тех нелегальных лиц, которые будут выявлены - для них же надо строить лагеря.
Д.РОГОЗИН: Ну, не лагеря, пункты содержания.
В.РЫЖКОВ: Может назвать это пятизвездочными отелями временного содержания. Но мы же ничего не делаем. Литовская сторона на конференции в четверг у нас говорила, что российская сторона даже не признает это переговорами, говорят, что ведут консультации. Какие, извините, консультации, когда с 1 июля вы уже обязаны все это запустить? Денег в бюджете на это нет, договор не подготовлен, пятизвездочные гостиницы для мигрантов, которые будут там пребывать до реадмиссии, не построены. На самом деле, вопросов к нам, к сожалению, гораздо больше, чем к нашим литовским коллегам. Хотя, конечно, есть вопросы и к ЕС например, передо мной лежит заявление о том, что ЕС пообещал содействовать экономическому развитию области.
Д.РОГОЗИН: Ричард, где деньги?
В.РЫЖКОВ: Да, мы этот вопрос ему задавали. Он говорит мы приняли решение 25 млн. евро дать. Но в рамках ТАСИС. А что такое ТАСИС?
Д.РОГОЗИН: Съедятся сами.
В.РЫЖКОВ: Конечно, 80% остается в Брюсселе. Мне кажется, что наша работа гораздо больше теперь, и на нас лежит сейчас гораздо большая ответственность, чем на наших партнерах.
Р.РАЙТ: Я согласен с Владимиром, я думаю, что это были самые важные выводы от семинара. Но я хотел бы только подчеркнуть, что конечно, Калининград это особая специальная ситуация для нас, и для вас тоже. Но, как сказал Дмитрий, мы должны работать вместе, чтобы улучшить социально-экономическую ситуацию. И я думаю, что у нас уже долгосрочные проекты, например, для сближения экономического законодательства, например, для создания общеэкономического европейского пространства, и в этом контексте нужно подчеркнуть, что Калининград это как часть России на пределах большого рынка 500 млн. человек. И если законодательство будет совместимым с законодательством ЕС, я думаю, что для предпринимателей, для представителей среднего и малого бизнеса будет возможность развивать свой бизнес. Но мы хотим работать с российским правительством, чтобы создать условия процветания экономики.
С.БУНТМАН: Все послевоенное советское время, с тех пор, как эта часть Восточной Пруссии стала советской территорией, она, конечно, рассматривалась СССР как своя крупная военная база. И очень большая проблема, как разрешить проблему Калининграда как военно-морской базы, как морского форпоста что тут конвертировать, а что сохранить.
В.РЫЖКОВ: По современной ситуации совершенно не складывается впечатление, что это военная база. Наоборот, если говорить о лидерах региона, элите региона, - а у них даже губернатор адмирал, В.Егоров, уж военный из военных, но у него совершенно современное мышление. И у его команды, и у парламента. Они сориентированы на экономику, на инфраструктуру, и развитие. Наоборот, по-моему, это достаточно перспективный регион сейчас, и я не думаю, что вопросы военного Балтийского флота, военного транзита конечно, там есть масса технических проблем, но многие из них уже решены сейчас, а многие решаются.
Д.РОГОЗИН: Я согласен с Владимиром. Сейчас у людей Калининградской области и у элиты менталитет совершенно не военный. Но, на самом деле, всегда этот регион был форпостом, сначала форпостом Германии, до этого пруссов против литовцев, причем как только литовцы шли на Москву, маршировали вместе с Речью Посполитой, тут же немецкие рыцари били им в спину. В принципе, это земля, обильно политая кровью и усыпанная костями. Мы там потеряли 150 тысяч солдат убитыми, прежде чем 10 апреля Кенигсберг был взят. Это, безусловно, регион с огромной историей и русской, и германской, и прусской, и европейской, литовской и польской. Сейчас, безусловно, это суверенная территория РФ. Но вопрос в том, что конечно, военной проблемы там нет, но более того - третий бассейн в городе Балтийске, а это как раз база Балтфлота России так вот военные отдали этот бассейн под стоянку для гражданского парома. Отставные военные, безусловно, составляют большинство населения, поэтому если отвечать точно на ваш вопрос, стоит проблема в другом проблема социальной реабилитации бывших военнослужащих в рамках тех профессий, по которым наверняка, я уверен в этом, скоро появится большой интерес при развитии серьезных отраслей промышленности и туризма Калининградской области. И вообще, почему Калининградская область несколько отстала от соседей - той же Литвы и Польши, - действительно в этом плане вы правы, когда там была наша военная база, центральный штаб Балтфлота, - это все привело к тому, что зона была закрытая, и конечно, туда особенно никто не ездил. Когда Калининградская область стала из Кенигсбергской именно Калининградской, то чувство хозяина там отсутствовало. И я знаю точно, что многие хозяйственные руководители в 50-е годы распоряжались разбирать даже старые немецкие мостовые на кирпич, и увозили в Литву, поскольку она тоже была нашей, советской. Это был чужой кусок, и приехали туда люди, потерявшие все, - калинингардцы это, в основном, потомки белоруссов и русских, и украинцев из всех сожженных деревень. Для них это было все чужое, более того, они ненавидели эти камни, потому что они принадлежали народу, который только что был оккупантом, и это чувство действительно привело к тому, что у калининградцев долго вызревало чувство хозяина. Сейчас оно появилось. Сейчас амбиции калининградцев жить у себя, там нет того сепаратизма, о котором говорят СМИ, там есть сепаратизм региональный то, о чем сказал Владимир, - они ругают федеральный центр за нерешенность многих своих региональных проблем.
В.РЫЖКОВ: И очень любят свою власть.
Д.РОГОЗИН: А федеральная власть считает ага, вы такие гады-сепаратисты. В этом весь спор. Но проблема не в этом, а в том, что хозяйственный подход, четкий план развития региона до 2010 г. определили секторы для ЕС, - в чем мы можем вместе с ЕС поправить ситуацию, облегчение гуманитарных проблем, в том числе, естественно, на первом месте россияне должны ездить из России в Россию без виз, и второе - это отношения калининградцев с соседями. Т.е. ослабление жесткости границы, ну и конечно, последнее, - в прошлую субботу я ездил в Петербург, встречался с В.Матвиенко, - мне очень нравится ее подход она попросила специально чтобы я приехал, мы с ней два часа разговаривали о Калининградской области, она собирается туда приехать, и я рад тому, что полпред президента, - а именно он этим должен заниматься, а не спецпредставитель президента, как я, - я переговорщик с ЕС, я не должен заниматься внутренними проблемами Калининградской области, но она как полпред, с опытом вице-премьера, дипломата, человека очень живого и глубокого, имеющего возможность понять ситуацию Калининградской области в целом в общем контексте всего Северо-Запада. Мне кажется, что в кадровом смысле решение в отношении В.Матвиенко было принято очень правильно, и если мы действительно сейчас решим основные проблемы по транзиту на переговорах с ЕС, вместе, с легким сердцем, приступим к экономическим и социальным программам совместным по пилотному развитию этого региона, то у нас и кадры подоспели такие, которые способны быстро принимать решение, и которые способны шкуры драть. В том числе и с некоторых федеральных представителей.
В.РЫЖКОВ: А это бы очень не помешало.
Д.РОГОЗИН: И я уверен, что Матвиенко с ее авторитетом сможет это сделать.
В.РЫЖКОВ: И кадры в самом регионе мне очень симпатичны - и губернатор и его команда, и депутаты Думы очень толковые, современные и динамичные люди. Я в них верю, и думаю, что они многое могут сделать для своего региона
С.БУНТМАН: Если говорить о новом поколении Калининградской области у меня создалось ощущение, что они приняли на себя всю сложную историю этого места.
Д.РОГОЗИН: Там есть места и населенные пункты, которые связаны и с русской историей. В свое время эта земля находилась под покровительством русского государства, и Багратион там встретился с Наполеоном, в том числе. И Александр с Наполеоном в городе Советске встречался, ранее Тильзит. Просто очень часто с нами так бывает, мы, россияне, мы Иваны, родства не помнящие. И при чем тут Калининградская область? Давайте спросим друг друга знаем ли мы так же, как народы Северного Кавказа, своего пра-пра-прадеда, что за род у нас? Знаем бабушку и дедушку, и то слава Богу. Поэтому, конечно, калининградцы, не зная этой истории, не виноваты в этом, к сожалению, такова была государственная политика. Но сейчас пришло время, когда мы должны знать собственные корни, знать эту землю и думать о том, что на этой земле если и не родились наши родители, а приехали сюда после войны, то уж во всяком случае нынешнее поколение уже родилось там. И проблема сейчас федерального центра, думаю, состоит в том, чтобы исправить ту статистику, которую мы имеем когда 70% молодежи ни разу не были за пределами Калининградской области, на территории основной России. Были в Польше, Литве, Германии, и не зная Москву, Питер, не имея гордости за великую Россию, у них несколько сужается представление о мире. Вот эту проблему надо решать - и дотациями на авиационные и железнодорожные билеты, и конечно, ЕС должен прекрасно понимать в этом вопросе, от гибкости его решения вопроса транзита, во многом будет зависеть и наше уважение к перспективе сближения с ЕС.
С.БУНТМАН: Думаю, что никто не возражал бы против того, чтобы Калининградская область стала серьезным, амбициозным европейским проектом.
В.РЫЖКОВ: Тем более, они сами этого хотят.
С.БУНТМАН: Но первую роль здесь должна играть Россия. Восстановление Берлина проходило всей Европой, весь мир в этом заинтересован был, в соединении Берлина, но это был проект Германии, и она за него отвечала и им гордилась. Точно так же должна сделать Россия в Калининградской области. Спасибо всем большое.