Тема: "Проблема безработицы в регионах и роль неправительственных организаций в её решении". - Владимир Воробьёв - Интервью - 2002-12-12

12 декабря 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" секретарь Сибирской конфедерации труда Владимир Воробьев

Эфир ведет Ольга Бычкова

О. БЫЧКОВА 12 часов 09 минут. Добрый день. А наш информированный собеседник секретарь Сибирской конфедерации труда Владимир Воробьев. Он приехал к нам из сибирского города Анжеро-Судженска. Добрый день, Владимир Прокофьевич. И поговорить мы сегодня хотели вот о чем. В России, судя по всему, возобновляются забастовки. Сегодня сообщение сайта "Регионы.ру." - "работники трех предприятий жилищно-коммунального хозяйства Петропавловска-Камчатского продолжают забастовку и они снизили параметры теплоносителей в регионе на десять процентов". Коммунальщики бастуют в Петропавловске-Камчатском уже третью неделю, около тысячи работников ЖКХ в общей сложности. В конце ноября как мы знаем, митинговали серьезно ростовские авиадиспетчеры, уже на другом конце страны и среди их лозунгов, а они требовали увеличения зарплаты работникам обслуживания воздушного движения, они требовали бы закрепления социальных льгот и гарантий. Так вот, среди лозунгов, с которыми авиадиспетчеры в Ростове-на-Дону выходили на свою акцию, было такие как право на труд, право на забастовку. Сегодня мы отмечаем день Конституции. И одно из тех положений Конституции, которые называют "спящими", это как раз право на труд. То есть право такое есть, оно записано, но с реализацией его дело обстоит весьма сложно. Помогает ли забастовка реализовать право на труд? Как вы считаете?

В. ВОРОБЬЕВ - В принципе в какой-то части забастовка помогает решить какие-то проблемы, но не все в корне. То есть, получается, заключаются договора и подписываются какие-то соглашения между административными органами и лицами, участвующими в забастовке. Но, как правило, эти соглашения впоследствии остаются на бумаге. То есть, нет контроля за этими соглашениями. Потому что контроль осуществляет в основном исполнительная власть, а профсоюзы удалены от действия контроля за данными соглашениями. Поэтому на данный момент эти соглашения не работают.

О. БЫЧКОВА И Конституция не работает.

В. ВОРОБЬЕВ - Да, и Конституция не работает, потому что в принципе это право на труд, которое гарантировано Конституцией каждому человеку, практически остается только на бумаге. Можно даже привести несколько наглядных примеров, которые происходят на сегодняшний день в городе Анжеро-Судженске. За последнее время, буквально месяц назад, был закрыт самый большой завод в городе Анжеро-Судженске "Сибстекло". Люди уволены полностью все.

О. БЫЧКОВА Сколько человек?

В. ВОРОБЬЕВ - Около 600 человек. Но до этого где-то уже 800 было уволено. Общий состав работающих было где-то 1200 человек. Сегодня уволены уже последние. Следующий шагом, который был предпринят областной администрацией закрытие химфармзавода "Асфарма". Это еще 900 человек будут поставлены в Центр занятости на учет.

О. БЫЧКОВА То есть это люди, которые фактически идут на улицу.

В. ВОРОБЬЕВ - Да, работы нет. Почему? Есть такое понятие в Центре занятости общественно значимые работы. То есть людям предоставляют в течение трех месяцев, работу, допустим, по уборке территории, чистить снег. Но заработная плата в связи с такой работой не превышает 500 рублей. Поэтому прожить практически и содержать свою семью в данных условиях и при таком заработке не представляется возможным. Потому что если даже наглядно взять, у нас идет из семьи кто-то в магазин, затраты составляют в пределах 100 рублей на один день.

О. БЫЧКОВА Это, видимо, самый минимум.

В. ВОРОБЬЕВ - Да, это самый минимум. Потому что заработные платы очень низкие.

О. БЫЧКОВА Сколько безработных сейчас в вашем городе?

В. ВОРОБЬЕВ - По негласным данным, где-то уже полгорода безработных.

О. БЫЧКОВА Что значит негласные данные?

В. ВОРОБЬЕВ - Те, статистические данные, которые ведутся по Центру занятости, они не соответствуют действительности. Потому что многие жители города не встают на учет в Центр занятости, из-за того только что Центр занятости не может предложить какую-то конкретную работу людям.

О. БЫЧКОВА То есть это бесполезно.

В. ВОРОБЬЕВ - Да. В Центр занятости идут те люди, которым хотя бы какое-то подспорье нужно, такое как в социальной защите, выдача денег по безработице. Но они составляют минимально 450 рублей, это не более. То есть это тоже не выход. Можно сказать, что это как бы оскорбление, получение денег, это оскорбление человеческого достоинства.

О.БЫЧКОВА В нашем прямом эфире Владимир Воробьев. Мы говорим сегодня в день российской Конституции о том, как реализуется или не реализуется право на труд, записанное в основном законе нашей страны. У нас есть эфирный пейджер 974-22-22 для абонента "Эхо Москвы" для вопросов нашему гостю. Половина города Анжеро-Судженска, по вашим оценкам, безработная. А сколько всего людей живет?

В. ВОРОБЬЕВ - Раньше город насчитывал около 120 тысяч населения. На сегодняшний день после переписи, дай бог, чтобы это число превысило 96 тысяч.

О. БЫЧКОВА В любом случае несколько десятков тысяч человек не имеют работу.

В. ВОРОБЬЕВ - Да. Не имеют в прямом смысле. Но дело в том, что после ликвидации шахт, горно-обогатительных фабрик, которые были, в городе еще есть последствия раковых заболеваний. Поэтому в городе увеличена смертность. На один квартал, точные данные я получал в ЗАГСе, составляют 550 человек за квартал. Рождаемость у нас не превышает смертность. Потому что люди сейчас опасаются рожать детей только из-за того, что содержать семью становится намного сложнее и тяжелее. А особенно в таком городе как Анжеро-Судженск.

О. БЫЧКОВА Это следствие экономического спада, закрываются шахты, закрываются предприятия. Бороться с этим трудно, потому что это общий процесс для страны. Может быть какой-то поворот происходит уже в обратном направлении, но конечно годы и годы понадобятся для того, чтобы ситуация изменилась. Что делать?

В. ВОРОБЬЕВ - Допустим, для того, что-то сдвинуть с места, в 1998 году, когда мы стояли еще на Транссибирской магистрали, мы поняли одно, что необходимо создать какой-то орган, который мог бы влиять как-то на все эти происходящие процессы.

О. БЫЧКОВА Это вы поняли, когда стояли на рельсах и останавливали движение. Когда проводили забастовку.

В. ВОРОБЬЕВ - Да, да. И тогда была создана городская конфедерация труда, профсоюзный орган, куда вошли не только шахтеры, вошли люди разных профессий, и коммунальщики, то есть общая организация, которая решила все-таки отстаивать свои права. Конечно, многое, что за годы мы сделали, добились что-то через суды, решили какие-то проблемы, решили проблемы по обеспечению пайковым углем наших членов профсоюза.

О.БЫЧКОВА Это что значит, объясните.

В. ВОРОБЬЕВ - Пайковой уголь, это уголь, который выдается на зимний период для отопления частных домов частного сектора, потому что уголь стоит очень дорого. Если идет по муниципальному, то тонна составляет 230 рублей. То есть мы добились по минимальной стоимости угля, чтобы людям давали этот уголь. И это, что предусмотрено законом Российской Федерации. Кстати, северные регионы беспрекословно должны обеспечиваться топливом. Даже бесплатным. Но у нас сейчас повернули тенденцию в Север так, что каждый житель должен покупать этот уголь. То есть закон изворачивается так, как выгодно хозяину шахты, потому что шахты переходят в частные руки.

О. БЫЧКОВА Но вам удалось все-таки каким-то образом это преодолеть.

В. ВОРОБЬЕВ - Благодаря администрации города, мы решали этот вопрос совместно. Профсоюз и администрация города. И мы нашли компромиссный вариант, чтобы решить эту проблему. Но не часто так получается, порой компромиссы не находятся. И это сказывается на открытии новых рабочих мест. Вот тут мы компромисс никак не могли найти.

О. БЫЧКОВА То есть места рабочие не открываются? А откуда же они возьмутся? Конечно.

В. ВОРОБЬЕВ - Нет, дело в том, что когда шла ликвидация шахты, таким предприятием, находящееся в Москве как "Соцуголь", директор Попов, была предусмотрена программа, подписанная еще в свое время Кожуховским, и Олегом Сысуевым, Тулеевым, главой города о необходимости создания рабочих мест. Были выдвинуты несколько проектов.

О. БЫЧКОВА Например.

В. ВОРОБЬЕВ - Проекты такие как, "Внедорожник Кузбасса". Предприятие "Автос" должно было выпускать легковые автомобили. Разрез "Щербиновский" - добыча угля открытым способом, ООО "Экспресс", которое должно было выпускать велосипеды и многие другие, разрез на шахте Сибирской. Под эти все проекты были выделены очень большие суммы денег. Но как у нас и принято в России, нет худа без добра. Ни предприятий, ни рабочих мест и ни денег. И вот тут профсоюз городской конфедерации труда вступил в конфликтную ситуацию, чтобы разобраться, куда же все-таки делись деньги. Но по сегодняшний день мы не можем узнать, куда делись эти деньги. Они были гарантированы именно под рабочие места, чтобы люди работали. Мы не можем найти ни денег, ни этих рабочих мест, ничего. То есть, этих предприятий нет, хотя все они числятся на бумаге. Вот характерная картина.

О. БЫЧКОВА Что вы обнаружили, вы провели какое-то расследование? Что там произошло, это никому не нужно или это злой умысел?

В. ВОРОБЬЕВ - Я думаю, что это, скорее всего, был с одной стороны, может быть и злой умысел. "Автос" открывал бывший директор такого большого завода как "Анжеромаш" Виктор Александрович Ившин. И вроде бы все ладилось нормально. Пришли первые автомобили из Кореи, запчасти подошли. И вот эти двадцать автомобилей собрали, и вдруг предприятие признается банкротом. Все. И на основании документов о банкротстве предприятие ликвидируется. И вот тут как раз встал камень преткновения, а где же тогда людям работать?

О. БЫЧКОВА Вам удалось добиться хоть где-то какого-то открытия новых рабочих мест? Создание одного из этих предприятий, реализация одного из этих названных проектов.

В. ВОРОБЬЕВ - Нет, из этих названных предприятий ни одного. Было одно предприятие ООО "Экспресс", которое работало в течение двух месяцев. Женщин из "Судженской" нам удалось устроить туда, они проработали там два месяца и вдруг директор исчезает, такой был Ладаюн и предприятие резко исчезает. Потом мы обращаемся в налоговую инспекцию, оказывается, предприятие должник. И очень большой должник. Таким образом женщины не получили зарплату, многие были в положении, не получили ни родовые, ни в помощь на малолетних детей. И буквально месяца два назад, Ладаюн, оказывается, еще находится в розыске по факту ограбления в Томске квартиры. Вот вам директор данного предприятия. То есть ни Ладаюна, ни денег, ни предприятия.

О. БЫЧКОВА Мрачная совершенно картина, которую вы рисуете. Она безвыходная?

В. ВОРОБЬЕВ - На сегодняшний день, я считаю, можно найти выход. Но в чем? Если бы очень четко на все проекты, которые были профинансированы, в первую очередь обратил внимание губернатор Кемеровской области Аман Тулеев. Мы неоднократно обращались к нему с данным вопросом, но этот вопрос остался незамеченным. Мы обращались в Генеральную прокуратуру, опять же вопрос не сдвигается места. Обращались в правительство РФ, бесполезно. Стоит глухая стена, которую пробивать надо, или приезжать сюда делегацией и решать какие-то вопросы. Но мы не хотим приезжать, как шахтеры в свое бывшее время стучали касками. Это не выход. Ну, приедем мы, постучим касками. А решение-то? Решения нет. Дело в том, что город умирает. Он сам по себе умирает, и я не удивлюсь, если буквально через год это будет не город, а поселок городского типа, потому что там останутся одни пенсионеры. И эта тенденция идет, молодежь сейчас переезжает в Томск, в ближайшие центры, где можно найти хотя бы какую-то работу, заработать и содержать семью. А таким лицам, лет 35, под 40, им переезжать практически некуда, потому что у нас на работу в основном берут молодежь, а 40-летний, если поедет, он не устроится просто-напросто. Я думаю, что надо искать все-таки выход, создавать какие-то рабочие места в городе Анжеро-Судженске, тем более мы сегодня говорили, есть группа экономистов, которые сейчас способны нам помочь по созданию каких-то кооперативов, плюс внести какие-то инвестиции для создания этих мест. Но я боюсь того, что это будет опять же бойкотироваться нашей бюрократией именно областной администрацией. Потому что был такой опыт. В 1999 году рабочие "Судженской" хотели создать предприятие по брекетированию топлива. То есть шлам, смешанный с торфом, и делается гранулированное топливо для МПС. Три месяца люди работали без заработной платы, они отделали цех, который развалился, но поразительно то, что все это по документам проходило, но когда утром мы пришли на работу, то нам технологические пути перерезала железная дорога. Представляете, как можно умудриться за одну ночь положить железную дорогу. То есть было оказано экономическое давление путем прокладки железной дороги, чтобы отрезать этот цех от технологических путей. Таким образом, захлебнулось начинание рабочих, рабочие сами хотели сделать, даже не требуя заработной платы.

О. БЫЧКОВА Наши слушатели присылают свои суждения по поводу того, о чем вы говорите. Например, Лидия считает, что права Конституции перекрываются рыночными отношениями. И это реальность на сегодняшний день. Вы согласны с этим?

В. ВОРОБЬЕВ - В принципе да.

О. БЫЧКОВА Или тем, что сегодня является рыночными отношениями.

В. ВОРОБЬЕВ - Мы не можем сказать, допустим, что Конституция это рыночные отношения. Если Конституция гарантирует право на труд, то гарантии, прежде всего, должно давать государство. Но на сегодняшний момент государство этих гарантий не может дать полностью.

О. БЫЧКОВА Ольга, например, просит Аману Тулееву задать вопросы на этот счет. А Георгий Васильевич спрашивает: "Почему профсоюзы при банкротстве предприятия, которое начало осваивать выпуск автомобилей, не добилось расследования причин банкротства через прокуратуру и другие структуры, и не выяснили до конца, куда девались эти деньги?"

В. ВОРОБЬЕВ - Тут довольно хитрая технология. Когда создавались эти новые предприятия, где был директор Ившин, в первую очередь они ставили вопрос, чтобы у них на предприятии не было профсоюза. И когда городская конфедерация труда вмешалась в этот конфликт, и тогда пошло давление на лидеров городской конфедерации труда. Было возбуждено несколько уголовных дел на лидеров профсоюза. Фиктивные уголовные дела, которые длились два года. И через два года они только закончились поражением тех, кто возбудил эти дела. И им сейчас на данный момент приходится выплачивать лидерам профсоюза компенсацию за причинение морального вреда за незаконно возбужденные дела.

О. БЫЧКОВА Татьяна спрашивает: "Что вы думаете в свете всего сказанного по поводу зашкаливающе высокого рейтинга президента Путина?" Или это совсем другая история?

В. ВОРОБЬЕВ - Я думаю, что это совсем другая история, потому что дело в том, что Владимир Владимирович был у нас в Междуреченске, всем известно. Но что нас поразило. Приехать на ведущую шахту Кузбасса "Распадскую" это одно, это юг Кузбасса, но приехать на север Кузбасса и посмотреть, как живут на севере Кузбасса.

О. БЫЧКОВА Где все закрылось.

В. ВОРОБЬЕВ - Да, где все закрылось. Просто-напросто ему отрезали дорогу, чтобы он не видел. А ведь у людей много возникает вопросов именно к президенту Владимиру Владимировичу Путину. Была как-то прямая связь, и эти вопросы задавались. Но ответов от президента мы так и не получили.

О. БЫЧКОВА Может быть, скорее вы получите ответ от губернатора, чем от президента.

В. ВОРОБЬЕВ - Я сомневаюсь, потому что с 1999 года мы подавали несколько обращений именно губернатору Кемеровской области Аману Тулееву по этим действиям, по этим фиктивным предприятиям. Ответа мы там и не получили.

О. БЫЧКОВА Последнее, о чем я вас хотела спросить. У нас буквально секунды эфира остаются. Из всей вашей практики, какие инструменты работают эффективнее? Скажем, обращения в суд, обращения в прокуратуру, переговоры с администрацией городской или областной, или забастовка?

В. ВОРОБЬЕВ - В Кузбассе, скорее всего, в северном регионе эффективнее работает забастовка, потому что на переговоры административные органы не идут. И пока не вспыхнет именно акция протеста, тогда их вынуждают идти на переговоры.

О. БЫЧКОВА Это печальный вывод, который сделал Владимир Воробьев, секретарь Сибирской конфедерации труда. Наш гость приехал к нам сегодня из сибирского города Анжеро-Судженска. Спасибо вам.