новая Берлинская стена, или почему Россия и Запад не доверяют друг другу - Ирина Горбулина, Ирэн Коммо, Валерий Палий, Григорий Томчин - Интервью - 2002-11-21
21 ноября 2002 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Ирина Горбулина, президент Российской академии бизнеса и предпринимательства, Ирэн Коммо, генеральный директор Европейского делового клуба, председатель национальной федерации консультантов-аудиторов, Валерий Палий, зам.гендиректора компании "Развитие бизнес-систем", Григорий Томчин, председатель Комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству
Эфир ведет Ольга Бычкова
О.БЫЧКОВА: Итак, мы сегодня обсуждаем новую Берлинскую стену, если она существует - почему Россия и Запад не доверяют друг другу. Конфликт известен, и обозначен заголовком в публикации американского еженедельника "Бизнес Уик" - "Русский медведь стремится в Европу". А отношение "русских медведей" к этой проблеме выражается в вопросе, который к этой беседе прислал на наш сайт в Интернете один из наших слушателей, Ростислав Колесников, написал он его на иностранном языке, но смысл такой: "Когда Запад прекратит "обжуливать" Россию?". Прежде, чем мы начнем обсуждать эти мифы, а может быть реальности, надо поделиться поучительными историями о приключениях иностранного инвестора в России. Есть у вас такие примеры?
В.ПАЛИЙ: У меня есть интересная история, которая произошла в 97 г. В этом году мне пришлось выехать в Англию, где я встретился со своими коллегами, английскими консультантами, и в рамках этой встречи мы стали обсуждать возможности инвестиций в Россию. И я с удивлением узнал, что у них уже есть опыт инвестирования. Суммы были небольшие, они рекомендовали своим клиентам вложения в нашу страну, но, к сожалению, опыт был печальный эти инвестиции пропали, и они даже обратились ко мне с просьбой не могу ли я помочь им разузнать судьбу этих денег. Естественно, я не смог помочь, потому что информация была очень ограниченной, поэтому, возвращаясь к вашей ассоциации, связанной с Берлинской стеной, думаю, что здесь есть и наша доля усилий, мы в какой-то мере сами возвели эту стену. И что касается жульничества думаю, с обоих сторон были некорректные действия, которые в результате и привели к осторожной, взвешенной позиции, которую мы сейчас наблюдаем.
Г.ТОМЧИН: Вообще история инвестиций в России достаточно интересная. Первые, кто пошли это разные молодые волки это рисковые инвестиции, проще говоря, и принимают их здесь тоже рисковые инвестиции. А с чем связаны рисковые инвестиции и их менеджмент? Желанием друг друга если не обдурить, то немножко подвинуть. Это не старый традиционный бизнес, в котором 10 юридических компаний, 10 консалтинговых, это молодые, которые все сами - кто кого сдвинул. Что значит, потеряли деньги? Пришла на Выборгский ЦБК первая компания пришли, и вместо того, чтобы здесь использовать российских юристов или подготовленную западную юридическую компанию при совместных действиях, они решили, что раз им кто-то что-то сказал, что в России все по-дикому, и можно юристам не платить заметьте, - американская компания вот у себя так не поступили бы наверняка. Оказывается ба, в России в 95 году вдруг суд объявился. А они думали, что в России медведи еще по улицам гуляют. Объявился суд, судебное заседание, посмотрели, и отняли. Правильно отняли. И когда на Гарвардской конференции эта фирма предъявила России претензию, что в России пропадают деньги, то им ответили в присутствии всех американских инвесторов те люди, которые занимаются экономикой и знают систему, им рассказали, где они что сделали. Так же первый раз поступила шведская фирма "ABB", когда пришла в Петербург на завод турбинных лопаток, и тоже попыталась поучаствовать в приватизации, как им рассказывали таким свободным путем, не оформляя документов, или оформляя, на кого-то надеясь. Ну и тоже повладела, и когда уже пришел "Сименс" вместе с российской компанией, то "ABB", хоть маленькие деньги, но потеряла. Хотя за это время уже свое успела взять.
О.БЫЧКОВА: Мораль сами виноваты?
Г.ТОМЧИН: Мораль идешь в рисковый бизнес рискуй. Идешь не в рисковый бизнес готовься. Или другая датская фирма, "Дирол", "Стиморол" это 80% жевательной резинки, употребляемой в России они начали постепенно, спокойно входить с 94 года, даже в 93 начали входить. Там, кстати, члены нашей Ассоциации принимали их тогда в Великом Новгороде. Первое они поставляли таблетки, а здесь их заворачивали. Потом построили завод, и сейчас этот завод в Великом Новгороде полностью снабжает этой жевательной резинкой Россию, страны СНГ, и с мая этого года начал поставки в материнскую фирму в Данию. Т.е. жевательная резинка, произведенная в Великом Новгороде, поставляется в Данию. И не потому, что зарплата меньше, а потому, что завод самый новый из всей фирмы. Далее - "Форд" не испугался банкротства, и начал строить завод во Всеволожске как результат банкротства завода "Русский дизель". Как его там построили в советские времена, когда у нас был такой термин "освоение капитала" сколько выделили, столько освоили. Что построили, какие дизеля - пример: на один дизель полагается один редуктор, построен завод, который выпускает 450 дизелей и 2,5 тысячи редукторов. Даже про запас столько не надо. Теперь на этом месте, в результате банкротства, стоит "Форд" - в этом году 2,5 тысячи "фордов", в следующем году 25 тысяч "фордов", если продажа будет. То через два с половиной года 50 тысяч "фордов", а могут 100 тысяч. Инвестиции имеют разную степень риска. Пока мы обмениваемся рисковыми инвестициями.
И. КОММО: Прежде, чем рассказать историю, хочу сказать, что вы говорите о представлениях друг о друге. Когда говорят, что "Россия идет медведем" это уже психология, политика, а не инвестиции. И не надо забывать, что мы переживаем революцию, хоть и без гражданской войны. Поэтому естественно, страна меняется, правила меняются вот в 95 году появились суды, раньше их не было. Это только 10 лет прошло с тех пор, как Россия вошла в рыночную экономику, и адаптация европейского сознания о том, что такое Россия и российского сознания о том, что такое Европа, и как они будут жить вместе, когда они были врагами это займет больше, чем 10 лет. И две истории два больших успеха. Первый "Икеа" в Россию боялись идти гипермаркеты. Даже боялись супермаркеты говорили все будут воровать. Никто не смел. Скромно начал работать "Седьмой Континент". И вдруг "Икеа" огромный гипермаркет предметов для дома приходит в Москву. Все думают - пойдет плохо, взятки, рядом Шереметьево, куча скандалов. Пришли. Через месяц продали продукцию трехмесячную, в конце года были самыми успешными из магазинов "Икеа" в мире. Второй пример - шведская фирма "Сандвикс", которая изготовляет очень точные запчасти для моторов. Один завод в Москве, и другой в Германии производит ту же самую запчасть. Так вот в Москве у них меньше брака, чем в Германии это тоже ломает все представления о том, как работают русские, и как в Россию можно успешно инвестировать.
О.БЫЧКОВА: Вы ломаете наше представление о том, что западные инвесторы неохотно идут в Россию, но послушаем историю Ирины Горбулиной.
И.ГОРБУЛИНА: Расскажу одну положительную, одну отрицательную историю И поделюсь собственным опытом. Вообще бизнес делают люди, и зачастую все это носит действительно субъективный оттенок. Бывает, приезжает мошенник, он мошенник и есть. А мы говорим Запад пришел к нам и начинает нас обманывать, или, наоборот, - российская компания, работая на Западе, попадает в какие-то ситуации. Знаете, это процесс абсолютно естественный. Расскажу историю о нас лично, когда в 94 г. мы открывали филиал на Западе, приехали туда с розовыми представлениями о том, что кругом западный, честный бизнес, все будет хорошо. И моментально столкнулись с тем, что даже на стадии создания бизнес-плана нам назвали стоимость его составления 10 тысяч долларов. А когда мы сказали, что что-то не так, нам сказали ребята, Восток хочет платить больше, зачем мы с вас будем брать меньше? Это конкретная история. Поэтому я знаю, что наши предприниматели на Западе, конечно, сплошь и рядом - покупая недвижимость, вкладывая какие-то деньги, конечно, тоже сталкивались со множеством мошенничеств и обманов. Но встречный хочу положительный пример привести есть замечательная российская компания "Камкор", она привлекла серьезные западные инвестиции, и здесь, в Подмосковье, построила уникальный завод по производству искусственной плазмы крови. Инвестиции были освоены, и завод работает. Думаю, он и будет успешно работать
О.БЫЧКОВА: Итак, счет счастливых и несчастливых историй равный. Но это наши истории, а если подсчитать как много было упущенных возможностей для западного бизнеса здесь? Потому что когда об этом говорят, всегда сравнивают Китай и Россию. В Китае нет демократических свобод, список политических претензий к этой стране огромен, экономические свободы тоже достаточно относительные, но, тем не менее, приток инвестиций из западных стран в Китай по сравнению с Россией отличается если не в порядки, то, по крайней мере, в разы точно. В чем здесь дело?
Г.ТОМЧИН: Это не упущенные возможности. Это потребности мирового капитала. Надо не забывать, в Китае 1 млрд. 300 человек. Такого потребительского рынка больше нет. Поэтому туда рисковать легче, проще. Этот потребительский рынок все равно есть. Вот сегодня мы присоединяемся к ВТО, и нам почти 60 стран выдвигают кучу требований. Таких требований, которых Китаю ни разу не выдвигали, поскольку все страны хотят китайского рынка. А в России потребительский рынок мал, он не принесет таких дивидендов. Китай только приоткрыл дверцу, и туда ринулись инвестиции, - это еще скажется. И потом, надо не забыть "восточных тигров", которые рядом, и если туда не идет старый европейский классический бизнес, если не идет американский бизнес, то там все заполняет Япония, Корея, - и вот тогда, имея потребительский рынок - Китай, имея этих концентраторов, которые есть в Юго-Восточной Азии, - я имею ввиду Гонконг, Сингапур, - тогда европейский бы бизнес рухнул, и американский тоже. Инвестиции в Китай самозащита. И сравниваться с ними по своей системе, по своей реформе полная бессмыслица. Мы им так сильно не нужны, поэтому у нас должно быть все более цивилизовано и открыто. Вообще инвестиции это чудо, надо быть готовыми к ним. Это или снежная лавина, или маленький снежок, а на пути его большой камень в виде валютного регулирования - и инвестиционного потока никогда не будет. Если я вкладываю в Россию, то я не могу эти деньги в любой момент забрать
это мы так боремся с оттоком капитала, что не можем дать людям гарантии, возможности его взять. И они никогда их не принесут. Вот что такое наш отток капитала? Он у нас понимается примитивно кто-то берет деньги и везет через границу в мешке или чулке. Ничего подобного. Отток капитала это когда работа и услуга выполняются здесь, а расчеты денежные границу России в эту сторону не пересекают. Вот это у нас цветет пышным цветом. Это дорого, это издержки, издержки, выросшие до 20-25%, практически это уже налоги, которые здесь можно платить. Как у нас раньше красные директора, и директора первого этапа приватизации понимали, что такое инвестор? Это тот, кто принес деньги, и чтобы я его больше никогда не видел. Директор считал, что его предприятие это такая ценность, что любой инвестор из благотворительности и из восхищения перед директором предприятия должен свои деньги оставить, а потом ехать к себе и рассказывать, как ему повезло.
И. КОММО: Но если вернуться к привлекательности России и Китая, мне кажется, что еще надо думать о другом элементе. В России реформы начались примерно одновременно с Китаем. Но в России начали с политических реформ 10 лет занимались гласностью и перестройкой, и на Западе было впечатление какого-то хаоса. В Китае осталась та же самая жесткая система, и для иностранных инвесторов сделали определенные условия. Условия жесткие, но условия, которые не менялись.
Г.ТОМЧИН: Но мы уже 10 лет не меняем вектора условий инвестиций.
И. КОММО: Подождите, в 95-м году появились суды, в 97 дефолт. Для иностранного инвестора это не очень романтично.
Г.ТОМЧИН: Из иностранных инвесторов, заработавших колоссальные деньги на ГКО, при дефолте не потерял никто ни копейки. Из иностранных инвесторов никто не потерял. Они недосчитались возможной прибыли. Потерял тот, кто играл в ГКО, другие не потеряли. Но все эти биржевые игроки, все эти Соросы и прочие, помельче, - они же понимали ну, еще недельку
И.ГОРБУЛИНА: Когда мы говорим о привлекательности, мы забываем о чем? Есть какие-то базовые понятия, которые определяют инвестиционную привлекательность страны. Криминал, законодательная база основные вещи. Но есть еще такое понятие, о котором мы говорим мало это умение продавать свою страну, умение ее пиарить это репутация, имидж.
О.БЫЧКОВА: То есть Россия после перестройки не в моде?
И.ГОРБУЛИНА: Она не умеет себя продавать, и мы с этим часто сталкиваемся, готовя всякие конференции по инвестициям. Получается что? К нам приезжает крупнейший представитель российской компании, привозит написанный чуть ли не от руки какой-то супер-бизнес-план, просит инвестиций, и там сумма инвестиций 10 млрд. долларов. Мы говорим как можно с такими бумажками идти к серьезным инвесторам? Более того, на Западе это действительно очень серьезный вопрос. Мы знаем, что в Германии созданы десятки рекламных агентств, которые занимаются тем, что пиарят свою страну, инвестиционные возможности своей страны.
О.БЫЧКОВА: А как они это делают?
И.ГОРБУЛИНА: Это целая программа. Финское правительство, например, оплачивает часть сумм, которые затрачивают финские фирмы на рекламу в России они им компенсируют эти суммы. Эта программа работает в Финляндии с 2001 года. Я когда об этом узнала, очень удивилась у нас об этом даже помыслить нельзя было. Мы сейчас проводим форум, Третью Ассамблею российских деловых кругов, посвященный инвестициям. Мы обратились к российским губернаторам, говорим, - представьте, пожалуйста свои проекты. В принципе, каждая губерния отправила нам большой пакет просьб об инвестициях. И за редким исключением бизнес-план не проработан должным образом. То есть это желание получить деньги, но они не знают, как выходить на Запад, с чем, как это правильно оформлять. Они не понимают, что человека встречают по одежке. И это в российском менталитете очень существенно заложено - как подать себя, как правильно продать свою страну, - в хорошем понимании этого слова.
В.ПАЛИЙ: Я бы хотел со своих позиций, те, которые ближе мне, как руководителю консультационного сообщества, сказать. Инвестиция это все-таки высокоинтеллектуальная, чуткая, тонкая вещь. И здесь действительно грубым нахрапом не возьмешь. Поэтому те примеры, которые приводились не использовали консультантов, - многие вещи можно было бы избежать. На мой взгляд, консультанты в этом процессе играют важную роль. Без специалиста, профессионала в этом деле, инвестиции становятся рискованным делом. И действительно, многие ошибки и потери, которые произошли, произошли как раз из-за пренебрежения этим вопросом. И нужно всегда помнить если хочешь добиться хорошего результата, обратись к профессионалам, которые тебе помогут создать тот же бизнес-план, те же документы на должном уровне, с которыми ты можешь решать вопросы инвестиций.
О.БЫЧКОВА: А что значит пиарить свою страну, чтобы она оказалась привлекательной хотя бы психологически, я уже не говорю - экономически?
И.ГОРБУЛИНА: Вот пример "Экспо-2010", Москва кандидат, Шанхай кандидат. Мы посмотрим, кто выиграет 2 декабря. Китайцы мобилизировали всех иностранцев, которые у них работают чтобы они сами давили на свои личные правительства, чтобы эти правительства голосовали за Китай. Потому что естественно для всех, кто работает в России, очень выгодно, чтобы "Экспо-2010" было в Москве. Но как сработали китайцы, и как русские спохватились поздно, и потратили минимальное количество денег на пиар-агентства, на консультантов, консультантов иностранных, которые помогали бы России сделать свой имидж при иностранных правительствах.
О.БЫЧКОВА: В общем, всемирная выставка нам не светит.
И.ГОРБУЛИНА: Не знаю, посмотрим. Но можно было подготовиться лучше.
Г.ТОМЧИН: Любая страна, участвующая в международном форуме, делегация этой страны, старается показать, насколько она привлекательна. Мы уже стали много ездить, и мы на любом иностранном форуме, отбрасывая в сторону все, что говорят инвесторы, начинаем спор между собой о том, как развивать экономику в России. Ну и, естественно, сразу ответ вы, ребята, поспорьте, а когда доспорите, мы придем. И этим у нас занимаются и компании, и лидеры компаний, и государственные чиновники спорами на международной арене о путях российской экономики.
О.БЫЧКОВА: Я знаю, куда вы ведете. Вы приехали из Гарварда, вы наблюдали эту скандальную историю имеется ввиду дискуссия между Илларионовым и Дубининым по поводу реформы РАО "ЕЭС России".
Г.ТОМЧИН: Между ними была дискуссия в первый день, на "круглом столе" это была профессиональная дискуссия, где назывались те или иные ситуации. И ее восприняли положительно, мало того, уже шел разговор о том, что нужно инвестировать в РАО "ЕЭС", где привлекательно там, где Илларионов и Дубинин сошлись, сочли привлекательным, там, где разошлись решили подумать. Но потом была ссора, срыв одного человека, и это уже не дискуссия. Я имею ввиду иное, когда это действительно дискуссия. Причем, теперь наши привыкли вести эту дискуссию на английском языке, между собой. Прямо у микрофона, на английском языке, но между собой. Чтобы всем было все понятно, и ясно, что туда ходить не надо. Или другой пример "Тройка-Диалог" ведет пропаганду имиджа всей страны. Президент "Тройки-Диалог", Фридман, это один из крупнейших специалистов и экономистов мира, работавших в Европейском банке реконструкции и развитии первым лицом. Он президент российской компании. И ему был задан вопрос вы нам не рассказывайте про "Тройку-Диалог", а расскажите, как американец может быть президентом чисто российской компании. И это была прямая агитация за страну со стороны Фридмана он рассказывал с чувством юмора, рассказывал, цитируя русских классиков что он не зицпредседатель Фунт, что сидеть будет не он. Много что рассказывал, но это была прямая агитация за страну. А дальше что мы говорим ? У нас сырьевая страна, и мы должны развивать высокие технологии. Сидит предприниматель очень может быть, что им нужно развивать высокие технологии, но у них сырьевая страна, я хочу инвестировать в Россию. Куда? Когда они разовьют высокие технологии, тогда туда будем инвестировать. А пока в нефть и газ, раз они все говорят, что у них сырьевая страна значит, у них там весь бизнес, правительство обращает на это внимание - вложу я туда. Самый крупный проект "Сахалин-2". Великолепный проект с миллиардными инвестициями. Но опять "Сахалин-2". А почему нам не сказать у нас страна сейчас производит великолепное оружие?
И.ГОРБУЛИНА: Это надо не только сказать, но и показать.
Г.ТОМЧИН: А это знают все. Из "Калашникова" умеют стрелять все.
И.ГОРБУНИА: И, тем не менее, даже здесь мы умудряемся во многих случаях не получить контракты
О.БЫЧКОВА: Я вынуждена вас перебить. У нас наступает момент нашего интерактивного голосования, и я хочу узнать, что думают наши слушатели по этому поводу. Почему западные инвесторы не спешат в Россию? Потому что не могут, - тогда вы звоните 995-81-22, или потому, что просто не хотят 995-81-22. А мы пока продолжим разговор.
И.ГОРБУЛИНА: Есть такая поговорка русская, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят это я об имидже. На практике сталкиваемся с тем, что мы не играем по правилам игры, которые, в принципе, существуют на западном рынке. И фактически российский бизнес молодой бизнес. Есть определенные правила, есть понятия этики, вежливости, и т.д. После встречи нужно подготовить определенное письмо, нужно вовремя отзвонить, правильно поговорить по телефону, и т.д. Казалось бы, мелочи.
О.БЫЧКОВА: Но мы уже научились говорить по-английски, чтобы всем было понятно и интересно.
И.ГОРБУЛИНА: К сожалению, эту возможность используют не так, как следует. И таких примеров можно привести очень много когда мы теряем какие-то контракты и возможности только потому, что делегация, выехав за рубеж с какими-то определенными целями и задачами, просто не вписывается в деловую этику, деловую культуру Запада. Я уже не говорю, когда мы действительно просто подводим партнера. Более того, около каждого инвестора существует определенная конкурентная борьба, и там уже кто как себя покажет, кто как эти деньги сумеет правильно взять и здесь мы проигрываем. Думаю, что вот это нужно воспитывать обязательно.
Г.ТОМЧИН: У меня есть еще одна реплика. Каждому западному инвестору тому, кто принимает решение, - его решение готовят его сотрудники. Когда они готовят это решение, у них совершенно иные интересы, поскольку если они готовят инвестиции в Россию, значит, часть из них должны будут там жить. Приехать, и жить. Дальше они примеряют на себя как это приехать и жить в России? И тут выясняется одна пикантная подробность оказывается, в России с иностранцев всюду дерут больше, чем со своего. Оказывается, в гостинице дерут больше, на экскурсии больше. Куда бы он ни попал, его сразу обдирают. И это неуважение. Поэтому, когда он выбирает Россию или Бразилию, Россию или Китай что сказать своему шефу, который принимает решение он прикидывает поеду в Китай или Бразилию, там меня будут уважать, а поеду в Россию я слышал, что там меня не уважают. Напишу я ему, чтобы лучше в Бразилию или Китай.
И. КОММО: Но зато те, кто приехали, многие не хотят уезжать. У меня знакомый голландец был, работал главным юристом компании. Его контракт закончился, и после кризиса ему было трудно найти работу. Он мне сказал ну, если я не найду работу по специальности, стану водителем лишь бы остаться в стране
Г.ТОМЧИН: У нас есть привлекательное в России красота наших женщин.
И. КОММО: Да, это очень помогает.
О.БЫЧКОВА: Это другая история, это, может быть, компенсирует плохой климат.
И. КОММО: Нет, Москва - кипящий город, какой другой город так кипит на свете?
О.БЫЧКОВА: А у нас кипит время. И мы завершаем наш разговор о приключениях иностранных инвесторов в России. Только что мы задавали вопрос нашим слушателям, почему инвесторы не спешат в Россию не могут, или не хотят. Около 500 человек позвонили нам, и подавляющее большинство считает, что западные инвесторы не спешат оставлять в России свои денежки, потому что не хотят этого делать. И есть несколько реплик на пейджере. Ольга говорит: "Иностранные инвесторы не хотят и не могут - просто побаиваются нашего законодательства". А Дима из Петербурга говорит, что скорее не могут, потому что "их правительства в этом не поддержит". Ольга из Москвы тоже считает, что западные инвесторы просто боятся. Дмитрий говорит, что очень хорошо знает, как бывает трудно нашему деловому человеку поднять вовремя, в оговоренное время, трубку телефона. И несколько вопросов например, Нина Иосифовна спрашивает: "А почему русские капиталисты инвестируют Запад?". У вас есть ответ?
Г.ТОМЧИН: Есть. Потому что нельзя оставить деньги в России. Тяжело держать деньги в России, не зная, смогу ли я их вывезти нет свободы перемещения собственного капитала, поэтому всем хочется на Запад, где есть свобода перемещения капитала. И насчет точности в Италии тоже никакой точности нет, в Германии точность абсолютная. В Америке относительная. В России у бизнеса точность обещаний уже довольно высокая. Поэтому это сейчас не причина. А в 96 г я участвовал в таком же опросе, и большинство говорило не могут. Сейчас большинство говорит не хотят. По-моему, очень хорошо отражает наше движение.
О.БЫЧКОВА: Еще один вопрос от Бориса: "Как меняется ситуация в российских регионах, какие регионы наиболее привлекательны для иностранных инвесторов и дружественны по отношению к ним?"
В.ПАЛИЙ: Я бы хотел привести некоторые статистические данные. Очень интересно, что в России существует, оказывается, журнал, который так и называется : "Инвестиции в России" - эти данные я взял оттуда. Правда, совершенно свежих данных нет, но приведены данные 2000 года, хотя я могу предположить, что их можно распространить как на 2001, так и на 2002 годы общий объем инвестиций в этом году составил 4,4 млрд. долларов. Из этой суммы полтора млрд. пришлось на Москву, как на наиболее привлекательный регион, Москва лидирует, составляет 33% от общих инвестиций. На втором месте порядка миллиарда долларов Краснодарский край. И далее, - Сахалинская область, 5,5%, и Ленинградская область 4,6%. Остальные регионы далеко отстают, но я думаю, что региональный потенциал еще не исчерпан, просто действительно очень мало информации у инвесторов о том, каким потенциалом обладают регионы, и это тот потенциал, который еще предстоит освоить.
О.БЫЧКОВА: Потому что регионы не знают, как о своем потенциале рассказать, как нам сказала Ирина. И, наверное, в завершение ваш ответ на вопрос почему западные инвесторы не спешат в Россию? Вот 84% позвонивших нам по телефону слушателей считают, что не хотят. А вы бы как ответили?
И.ГОРБУЛИНА: Думаю, что не все так грустно. Совсем недавно было опубликовано интересное исследование есть такая международная организация - она опрашивала тысячу руководителей крупнейших корпораций, которые контролируют 70% мировых иностранных инвестиций. Так вот по итогам этих исследований, Россия впервые после 98 г. вошла в число 25 самых привлекательных для инвестиций стран, причем заняла там 17 место. И, более того, за последний год в этом рейтинге подскочила сразу на 19% - это, кстати, очень показательные и интересные цифры. Более того, - согласно этим же исследованиям, среди 10 инвесторов трое в ближайшее время готовы вложить свои инвестиции в Россию. Т.е. вывод один ситуация сейчас пограничная. Я думаю, что им не хватает неких дополнительных информационных толчков.
О.БЫЧКОВА: То есть, по-вашему, инвестиционный бум еще впереди, и он будет?
И.ГОРБУЛИНА: Конечно. Если, конечно, в России будет политическая стабильность, а я думаю, что она будет это должно случиться.
И. КОММО: Я представляю в России европейский бизнес, и должна сказать, что я наблюдаю приток компаний. Вы знаете, на Западе старые экономики, с уже устоявшимися привычками, - там в течение 2-3 лет составляются бизнес планы, принимаются решения, инвестиции в тяжелую промышленность - огромные. Все происходит потихоньку, но количество иностранцев, живущих в Москве, увеличивается. А это потому, что все больше компаний тут работает.
В.ПАЛИЙ: Я поддержу эту тенденцию. Я действительно считают, что иностранцы не хотят, и действительно боятся вкладывать в Россию деньги, и их можно понять, слишком много произошло историй, но, тем не менее, я считаю, что мы сами кузнецы своего счастья, мы действительно много не доделываем в этом вопросе. По сути дела, серьезно, по большому счету, мы и не занимались инвестициями, мы только прикоснулись к этому процессу. Правда, много говорим об этом. Думаю, что если будем комплексно подходить к этому вопросу, и те моменты, которые были здесь затронуты, будут решены, то действительно, инвестор не может просто не придти к нам мы все-таки одна шестая суши, это все-таки не шуточки. И здесь есть куда вкладывать, и на чем зарабатывать деньги. Просто нам действительно уметь продать этот товар, и все встанет на свои места.
Г.ТОМЧИН: Я считаю, что "не хотят" по сравнению с "не могут" это большой прогресс. Потому что когда не могут, уже и хотеть нечего. А когда большинство отвечают, что не хотят, это означает, что сегодня не хотят, а завтра захотят. Т.е. нужно еще, как уже все говорили, больше пиаровских ходов. Потому что нормативные условия у нас уже европейские, налоги уже самые низкие, - но об этом мало, кто знает. А тенденция - была приведена цифра за 2000 г. 4,5 млрд. В 2001 г - 7,5 млрд. Это крайне мало, но это почти в два раза больше.
О.БЫЧКОВА: Спасибо за оптимизм, я благодарю вас, и напоминаю, что у нас в эфире были Ирина Горбулина, президент Российской академии бизнеса и предпринимательства, Ирэн Коммо, генеральный директор Европейского делового клуба, председатель национальной федерации консультантов-аудиторов, Валерий Палий, зам.гендиректора компании "Развитие бизнес-систем", Григорий Томчин, председатель Комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству.