Одна семья времен Владимира Путина - семья Васильевых - Интервью - 2002-11-01

1 ноября 2002 г.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Светлана и Андрей Васильевы.

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ В студии Светлана и Андрей Васильевы. Я не говорю вам уже добрый вечер, потому что мы с вами сегодня уже успели посудить.

С. ВАСИЛЬЕВА Да, согласна.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Я не могу вам обещать, что судимы вы не будете, потому что сами понимаете, микрофон есть микрофон, эфир есть эфир.

А. ВАСИЛЬЕВ Да, эрудицией, к сожалению, не блеснули, насчет денег не вспомнили, но "Бешенные деньги" Островского, все-таки всплыли.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Действительно, было такое. Ну что ж, уважаемые дамы и господа, сейчас мы поставим "Реплику Андрея Черкизова" и после того, как она прозвучит, вы услышите газеты, а затем мы с вами поговорим о том, что же вас больше всего впечатлило.

РЕПЛИКА.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Буквально пару слов, прежде, чем мы обратимся к Олегу Филимонову, у которого уже есть завтрашние газеты.

С. ВАСИЛЬЕВА Ну, мне кажется, это правильное решение не выдавать тела террористов для захоронения, поскольку это лишит возможности их родственников и последователей создавать идол для поклонения, или хотя бы место захоронения как таковое, которому можно поклоняться.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Андрей, ваш взгляд?

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, тут я со Светланой абсолютно согласен, да, а вот по поводу, конечно, что церковь отказалась отпевать, ну, я считаю просто невинно погибших, и мне кажется, неважно, где они оказались. Ну, это просто лишний раз, извините, лицемерие такое, что когда видишь, как новые русские венчаются, отпевают, и делают что угодно, просто надо заплатить больше денег. Может быть, это по религии действительно так и должно быть, я не знаю, я не знаток православия, но мне кажется это кощунство.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Мы сейчас даем слово Олегу Филимонову, а затем продолжим.

ПРЕССА.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Что обратило на себя ваше внимание?

С. ВАСИЛЬЕВА Ну, мое внимание привлекло, конечно, первое сообщение по поводу обыска в редакции газеты "Версия". Ну, это наводит на мысли о том, что возможно, журналисты задают слишком много вопросов власти, и вообще как-то вот все, что делается после освобождения заложников выглядит немножко странно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Андрей, а вы?

А. ВАСИЛЬЕВ А я просто хочу сразу перед радиослушателями извиниться, я вчера говорил, что газету куплю только в понедельник, но к сожалению купил вот сегодня "Комсомольскую правду", и в ней сегодня материал руководителя группы А, "Вымпел", в общем, достаточно ответственные лица, и они здесь, в газете дают официальную версию, якобы которой можно верить. И тут вот черными буквами написано, что штурм начался в 6.05. По "Эхо Москвы" я слышал телефонный разговор сотрудницы "Эхо Москвы", которая звонила в 5.25 и говорила уже, что газ пущен. Просто обидно лишний раз нас ну, я не знаю, за кого нас, простых людей, принимают, и вот вообще, за кого считают, что мы вообще должны об этом думать. Когда это вранье закончится.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Скажите, пожалуйста, а вот не обратила на себя ваше внимание публикация, связанная с играми?

С. ВАСИЛЬЕВА Да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Я, честно говоря, обалдела!

С. ВАСИЛЬЕВА Да! Это просто такой ах!

А. ВАСИЛЬЕВ А вот я, например, извини, Светлана, я, например, вы знаете, не очень обалдел, ну, я был маленький, да, мы играли и в партизанов, и в фашистов. И в то время это тоже было, наверно у кого-то вызывало ну, это веление времени.

С. ВАСИЛЬЕВА Нет, дети, естественно, обезьянничают, они волей-неволей повторяют поведение взрослых. Но смотреть на игры детей как на зеркало взрослой жизни, в общем, как бы остается только задумываться все глубже и глубже о том, как вот взрослые себя ведут.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну да, вы знаете, вот когда, помните, был период такой в нашей жизни, когда мы все стояли в очереди за "Огоньками" и как подорванные смотрели Съезд народных депутатов? Было такое.

С. ВАСИЛЬЕВА Да.

А. ВАСИЛЬЕВ Да, да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Я очень хорошо помню вот период, я как-то шла по улице и увидела двух 12-летних мальчишек, которые играли между собой, и играли они в голосование. То есть, я понимаю, что это все очень быстро, действительно, происходит, но, честно говоря, вот ситуация, которая предшествовала этим детским играм у меня

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, для детей это, наверное, главное просто своих и чужих, понимаете, они не понимают, наверное, просто, террорист он, заложник. Для них это слово

С. ВАСИЛЬЕВА Сути происходящего они не могут понять.

А. ВАСИЛЬЕВ Именно смысла вот этого внутреннего

С. ВАСИЛЬЕВА Для них важны какие-то внешние просто проявления, что вот кто-то кого-то, какие-то действия производит, люди делятся на своих, чужих.

А. ВАСИЛЬЕВ Нет, ну главное, что вот дети лишний раз показывают, что война уже в Москве, вот что страшное-то. Почему они в это играют, дети играют в войну, а война-то вот она, в Москве.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну да, об этом в свое время писал еще Булат Окуджава. "Наши мальчики головы подняли, повзрослели они до поры" И опять же, в этой ситуации первая мысль, которая у меня возникла, это по поводу тех самых "норд-остовских" детей, которые прошли все это дело без всякой игры

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, эти, наверное, сразу повзрослели лет на 10, на 20, это безусловно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Вопрос у меня к вам вот какой: вот возвращаясь к теме, которую вы подняли перед тем, как Олег Филимонов начал читать газеты, это история не то, чтобы я бы не стала горячиться и говорить, что дурят нашего брата, да?

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, а как же? Как же по-другому понять? Ну, водят за нос, если вам так больше нравится.

С. ВАСИЛЬЕВА Ну, просто есть некоторые нестыковки, скажем так.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ошибаются, может быть?

С. ВАСИЛЬЕВА Ну, может быть.

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, наверное, часы, может быть, у них неправильно идут.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Вот так вот. А что касается ограничений, которые должна бы иметь пресса, как вы считаете, каковы эти ограничения?

А. ВАСИЛЬЕВ Нателла, нам вчера тоже этот вопрос задавали, я говорил: это, скорее всего, не законодательно, это среди вас должно быть, понимаете? Вы сами себя должны ограничить, что можно говорить, а что не нужно. И вы вот тоже перед эфиром нам говорили, вот вы были в пятницу в эфире, у вас была информация, но вы ее в эфир не выдавали, потому что предполагали, что это может повредить людям. Поэтому тут просто, извините, просто воспитание.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Да вы знаете, мне кажется, что даже дело не в воспитании. А потом, что касается вот тех самых ограничений много лет назад у нас в студии был однажды Александр Невзоров, и он сказал такую фразу, что хороший репортер, это человек, который считает, что в доме повешенного не только можно, но и должно говорить о веревке. И вот, может быть, я попрошу попытаться вас рассмотреть проблему с этой точки зрения?

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, по поводу Александра Невзорова, конечно, это достаточно своеобразно, безусловно. Люди смотрели, и я смотрел, я ничего не скажу, мне эти 10 минут привлекали внимание. Но, наверное, я не соглашусь, потому что, извините, мы в воскресенье начали свой эфир, что, к сожалению, очень мало любви, и в эфире, и на телеэкране, и в газетах. А людей-то надо любить, надо вот всматриваться людям. И когда, извините, вы просто об этой веревке говорите лишний раз, посмотрите, сколько боли будет в глазах у человека, близкого, родственника, знакомого. Поэтому вот о чем надо думать. Потому что, может быть, заинтересуются миллионы людей, но если вы принесете боль одному человеку, это уже страшно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну, и вы правы, Андрей, но и есть такая старая восточная поговорка, сколь ни говори "халва", слаще во рту не станет. И на ваш взгляд декларацией любви можно увеличить ее количество?

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, можно, во всяком случае, попросить. Вы знаете, у меня такой принцип, что я очень редко жалуюсь людям, и если жалуюсь, то близким, ну, допустим, на сегодняшний день я могу рассказать о своих бедах только Светлане, потому что в жизни сталкиваешься с такими обстоятельствами, что чаще всего больнее ранят именно близкие люди, которые много о тебе знают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну да, от посторонних вроде и не ждешь.

А. ВАСИЛЬЕВ Да, а потом, главное-то что, кому бы ты ни пожаловался, никто тебе не поможет. Ну, принесут соболезнования, повздыхают, но самое главное, что они через 5 минут обсудят еще там с людьми, и короче, понесут, понесут. Поэтому я всегда говорю, что у меня все отлично, все прекрасно. У меня прекрасная жена, дочка. Я, может быть, иногда переливаю чашку, захваливаю жену. И мне больше нравится, когда мне люди начинают завидовать: вот как у него хорошо, у него там все и дома нормально, и с работой здорово. Поэтому, может быть, вот с этих позиций подходить.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Светлана, а вы как считаете? С каких позиций подходить?

С. ВАСИЛЬЕВА Ну, в общем, я соглашусь с Андреем, что, видимо, лучше соизмерять свои слова с тем эффектом, который они могут принести. И действительно, если слово может как бы, заинтересовав миллион человек, обидеть хотя бы одного или двух, ведь слово действительно не воробей, сказанного не воротишь. Иногда слово, сказанное как бы во всеуслышание может ранить человека, и привести даже к самоубийству, и просто иметь самые тяжелые последствия. Поэтому журналисты должны быть очень осторожны с тем, что они говорят.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну, а кто должен это определять?

С. ВАСИЛЬЕВА Мне кажется, сами журналисты, должна быть какая-то этика. Я знаю, что вот у вас на радио "Эхо Москвы" существует, я не помню, как точно называется, кодекс журналиста или что-то в этом духе. Просто, может быть, постепенно вносить туда какие-то новые положения, с тем, чтобы все придерживались одного и того же.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Свет, если бы были министром печати, как бы вы ограничили, скажем?

С. ВАСИЛЬЕВА Никак. Я бы никак.

А. ВАСИЛЬЕВ И я бы тоже никак бы не ограничил, потому что мне кажется, это болезнь нашего времени. Мы должны переболеть этим, да, вот выпустили этого джинна, разрешили говорить все. Ну, это просто лечится временем, мне кажется, и в конечном итоге

С. ВАСИЛЬЕВА Просто журналисты со временем должны сами понимать, что можно говорить, что нельзя.

А. ВАСИЛЬЕВ Нет, ну просто журналисты такие же люди как мы с тобой, и в общем-то мы живем в одном времени, и мы прекрасно понимаем, что да, может быть, сейчас да, жаренным Но извините, Америка этим уже прошла, извините, все там порнофильмы пошли из Америки. Сейчас Америка самая пуританская страна, где только поцелуи и, извините, голая спина, - все, что они показывают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ А вот, скажите, пожалуйста, сейчас об этом уже начали говорить, что ограничения для прессы будут осуществляться на деле, а не на словах. Вы в данной ситуации чего ожидаете, каких ограничений?

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, тут тяжело сказать. Ведь главное, как говорили, а судьи-то кто будут? Та же милиция, извините, начальник районного отделения милиции?

Н. БОЛТЯНСКАЯ Неа.

А. ВАСИЛЬЕВ Который должен определять, извините, знаете вы русский язык или нет, чтобы дать вам поэтому

Н. БОЛТЯНСКАЯ Ну, то есть, я возвращаюсь к тому, с чего мы с вами начали, что человек сам

А. ВАСИЛЬЕВ Ну, это мы делаем просто шаг назад, я считаю.

С. ВАСИЛЬЕВА Да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Творец собственной судьбы, и в общем, вопросы этики должен решать сам, наедине с собой.

А. ВАСИЛЬЕВ Безусловно.

С. ВАСИЛЬЕВА Конечно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ Я напомню, что в нашей студии были Светлана и Андрей Васильевы.