захват заложников в Москве - Абдул Хаким Султыгов - Интервью - 2002-10-24

24 октября 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Абдул-Хаким Султыгов, спрецпредставитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека в Чечне.

Ведущий эфира Матвей Ганапольский.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Здравствуйте! Я хочу от имени всех сотрудников "Эха Москвы" поблагодарить наших гостей, которые находят время, несмотря на сложную ситуацию. Это люди, которые на своих местах, занимаются конкретным делом, находят возможность приехать к нам, чтобы познакомить наших слушателей с тем, что происходит из первых рук. Наш гость - Абдул-Хаким Султыгов, спрецпредставитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека в Чечне.

А.-Х. СУЛТЫГОВ Здравствуйте!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ У нас в эфире был Сергей Караганов. Главный вывод, который он сделал, когда мы спрашивали его об этой ситуации, он сказал, что это свидетельствует о многом, но самое главное о провале федеральной политики в Чечне. Что вы скажите по этому поводу? Вы как бы участник этой федеральной политики.

А.-Х. СУЛТЫГОВ С этим я не могу согласиться. Напротив, инфраструктура международного терроризма перестала существовать. И то, что мы сегодня имеем это уже как бы новый ранг агрессии, уже непосредственно столицу РФ. Политика в Чечне состояла не только в уничтожении инфраструктуры терроризма, а как известно, в радикальном разрешении т.н. чеченского кризиса. Формула его найдена это проведение референдума, о котором я вам говорил, по конституции в Чечне, на котором можно голосовать за, против, можно агитировать за и против. Но это единственная цивилизованная форма, которая игнорировалась всеми предшествующими режимами, заботившимися о благе чеченского народа.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Может быть, вопрос идет не так широко, а более узко? Вы знаете, у нас вчера был глава администрации Чечни, и он, высказывая свои 3 принципа урегулирования ситуации в Чечне, говорил первое, это прекратить федеральные зачистки. Обратите внимание, эти террористы говорят прекратить контртеррористическую операцию в Чечне. Они ведь не говорят уберите конституцию, мы не хотим за нее голосовать. Может, разговор идет чисто о военном федеральном аспекте?

А.-Х. СУЛТЫГОВ По существу они говорят об этом. Дело в том, что люди, которые вершили террор, которые и создали там террористический режим, которые превратили чеченскую землю в плацдарм, которые сделали заложниками весь чеченский народ, эти международные террористы и экстремисты и т.д., те самые, которые удерживают сегодня москвичей, вот они, им не нужны демократические процедуры, их политика это насилие, их идеология террор. В этом дело. А что же касается контртеррористических операций, то извините, это обязанность государства восстанавливать законность и порядок на своей территории. Другое дело, что никто не научился делать это хорошо на собственной территории. Конечно же, очень много ошибок, колоссальное количество проблем в понимании людей. Кстати, именно сегодня мы с главой администрации работаем над указом, завершается эта работа над указом по обеспечению законности и правопорядка на территории Чечни. Чрезвычайно серьезный документ, который прошел масштабную апробацию во всех структурах, в том числе у экспертов Совета Европы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Хорошо. Теперь по сути конфликта. Были ли вы там на месте? Можете ли вы как-то участвовать в переговорах? И самое главное, знаете ли вы что-то, чего нет на информационных лентах?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Да, был я там, всю ночь там. Там очень много людей, но тем не менее, там есть люди, которые призваны собственно принимать решения, и желательно людям, которые этого делать не умеют, лучше там не появляться и не мешать. Второе понятно, что люди, которые туда приехали, ничего из себя не представляют. У них нет ни фамилий, ни национальности, ни вероисповедания. Это обычные исполнители, пушечное мясо, которое может из себя изображать все, что угодно. Конечно же, переговоры с ними должны вести те, кто признан у нас достаточным профессионалом. Не надо наговаривать на собственные службы безопасности, потому что от этих угроз и вызовов

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Простите, я не понял, кто наговаривает?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Нет, ну вот истерика

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Где, у нас истерика? Я спокойно с вами разговариваю.

А.-Х. СУЛТЫГОВ Нет, я говорю в информационном поле, вот, мы недоглядели чего-то. Доглядывай, не доглядывай просто дело в том, что всем придется изменить очень многое, европейцам, нам, тем же США. Те угрозы и вызовы, с которыми мы столкнулись, и те старые методы, которыми мы боролись, по сути неадекватны. Но эти реформы глобальные, общеевропейские, и российские, конечно же.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Меня ваши слова настораживают только в одном. Всех, кто приходит к нам, мы спрашиваем одно: как вы считаете, какие последствия политические будет иметь это событие? И все нам говорят да, это будет иметь последствия. А дальше кто-то говорит, что будут, например, переговоры с Масхадовым, а есть радикалы или не радикалы, которые говорят мы будем продолжать то, что мы делаем. Я задаю вопрос: если вы будете продолжать делать то, что вы делаете, в частности, вы, г-н Султыгов, т.е. будет дальше продолжаться неумело, как вы сами признали, контртеррористическая операция, будет готовиться конституция, не будет переговоров с Масхадовым, так что ж будет меняться? Какие будут последствия? Вы будете делать это, а эти шахиды, нам уж не важно, за деньги или нет, или по велению сердца, будут У нас много мюзиклов, есть кого захватывать. Что скажите?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Это 2 разные проблемы - проблема экстремизма и терроризма, проблема изменения политического строя РФ либо одного из субъектов подобными методами. Это самостоятельная проблема, с которой столкнулась и РФ, и США, и столкнуться и другие государство, видимо. К этому надо быть готовым. Второе то, что мы там делаем, это совершенно другое. Эти люди никакого отношения к этому не имеют, абсолютно. Та формула, которая сегодня предложена, это идеальное, и то, что осуществляет мечту, по крайней мере, чеченского народа на независимость и свободу от чеченоязычных или иноязычных властей. Именно свободный референдум, именно подотчетная власть. Это главное. Поэтому мы не можем торговать политическим строем, конституциями, принципами Совета Европы и т.д., никто не может. Если мы это сделаем, мы перестанем существовать как государство. А последствия будут. Последствия только одни консолидация многих и многих народов РФ в одну нацию нацию-государство. Уважение собственного государства, собственных властей. Понимание того, что сколько бы у нас не было конфессий, у нас один бог, сколько бы у нас не было народов, у нас одна нация, сколько бы ни было субъектов, у нас одно государство. И в конце концов, власть в лице президента. Вот это главное. Если этот сплав состоится, тогда мы не будем интересы для террористов, экстремистов и прочей закулисы, которая за ними стоит. В противном случае нам придется с этим сталкиваться постоянно, в связи с Чечней или нет, не суть важно. Чечня тут уже не при чем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ По сути, если учесть, что вы сказали, это как бы продолжение той тенденции, которая есть, то, что предлагает г-н Кадыров, что предлагаете вы. У меня вопрос как у жителя столичного мегаполиса. Что вы предполагаете сделать в союзе с федеральными силами, чтобы подобное не повторялось?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Мы можем говорить только о том аспекте, под которым подразумевается собственно территория Чечни. Я вам докалываю, что сегодня заканчивается подготовка указа, о котором я говорил, это раз. Мы развернули широкомасштабную работу по подготовке референдума и самому широкомасштабному диалогу, в котором нет ни у кого монополии, ни у одной стороны. Это 2 главные фундаментальные вещи. Обсуждать принципы, которые могут выдвигать террористы, психи и прочее, цивилизованные представители государственных органов, конечно, не могут в принципе, иначе они перестанут быть государственными. А собственно чеченская община, вы знаете, очень четко и однозначно отреагировала. Фактически завершено формирование батальона, который будет готов решить эту проблему, хотя, повторяю, это должны делать специальные службы. Штаб работает тут, в Москве. Главное, нам самим понять, что происходит. Еще раз ни в коей мере не впадать ни в какие межконфессиональные, межнациональные или иные вещи, суть необходимые, являющиеся целью тех людей, которые эту акцию устроили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вы не ответили на мой вопрос. Вы - спрецпредставитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека в Чечне, но вы же о моих правах и свободах тоже как-то думаете. Я хочу, чтобы не только чеченцам было хорошо, но и нам было хорошо, здесь, в Москве. Т.е. как сделать, чтобы это прекратилось?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Мы именно это и делам. Нужно жестко укреплять гражданскую власть раз, инфраструктуру всего гражданского общества два, готовить проведение демократических процедур, и устанавливать тот строй, который у нас называется народовластие. Вот это важно. Конечно, нужен гражданский контроль и т.д., чтобы исключить или свести к абсолютному минимуму те неизбежные объективные последствия, которые возникают при использовании силы на собственной территории.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Спасибо большое. Куда вы сейчас направляетесь?

А.-Х. СУЛТЫГОВ В штаб.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Ответьте мне, пожалуйста, там должный уровень компетенции?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Да, абсолютно должный уровень. И очень здорово, что именно так. Люди хладнокровно делают то, что они обязаны делать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Т.е. можно сказать, что там собрались самые лучшие специалисты?

А.-Х. СУЛТЫГОВ Безусловно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Спасибо. Абдул-Хаким Султыгов, спрецпредставитель президента РФ по обеспечению прав и свобод человека в Чечне был нашим гостем.