Михаил Матевосов - Интервью - 2002-10-14

14 октября 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Михаил Матевосов - участник проекта ОСВВП.

Эфир ведет Матвей Ганапольский.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Я приветствую участника нашего проекта "Одна семья времен Владимира Путина", хотя тут уместно было бы сказать "Еще одна семья времен Владимира Путина". Это Михаил Аршакович Матевосов, который заступил вчера на вахту, на работу на "Эхо Москвы", временную, неоплачиваемую. Я должен сказать, что я читал на пейджере то, что писали, как радиослушатели воспринимают то, что Вы говорите. Очень интересные были отзывы. Вы очень пришлись по душе. Там ведь существуют симпатии и антипатии. Добрый вечер.

М. МАТЕВОСОВ Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Давайте сначала поговорим о том, что заинтересовало Вас сегодня в жизни вокруг, а после этого придет Ирина Меркулова, прочитает обзор печати, это завтрашние газеты, и у нас будет еще более предметный разговор. Итак, самое яркое впечатление дня?

М. МАТЕВОСОВ Сегодняшнее?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Да.

М. МАТЕВОСОВ Именно этот вопрос, который недавно я услышал, о том, что слег с инсультом на 76 году (где-то через 2 недели будет) Котэ Махарадзе. И, конечно, взрыв, который в Индонезии произошел. Очень печально, я видел по телевизору эти кадры страшные. Это было на дискотеке. Там в основном молодежь. Это очень удручающе. Еще неприятный фактор, который я мельком услышал, о том, что собираются 100 с чем-то мусульманских стран, для того, чтобы обсудить агрессию в Ираке. Мне кажется, что это какое-то очередное разжигание межнациональных крупных предметных конфликтов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Может быть, наоборот, они соберутся для того, чтобы сказать Ираку, что нужно поменять курс?

М. МАТЕВОСОВ Да, это было бы отлично, просто прекрасно, если было бы так.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ А как Вам кажется, мир катится в преисподнюю?

М. МАТЕВОСОВ Мне так кажется, что нет таких авторитетов у нас в мире, которые могли бы что-то сказать, и народ как бы повернулся в другую сторону. Мне кажется, да, к сожалению, в преисподнюю. Потому что получилось так, что я, грубо говоря, на своей шкуре испытал это все. Я свою младшую дочку, которой было 1,5 года, с женой и с племянницей вывозил на военно-транспортном самолете, груженном танками и до зубов вооруженными солдатами. И когда в Кировобаде этот самолет должен был подняться, и он разогнался и завыл натужно, у меня появились слезы. Полковник Магомедов, который рядом со мной стоял, который в Афганистане служил, меня успокоил, говорит: "Миша, все будет нормально". Я говорю: "Он, по-моему, не взлетит, он упадет". Там было 6 или 8 танков, в этом военно-транспортном самолете. И я свою жену из Кировобада вывозил на этом самолете, для того, чтобы с малышкой ничего не случилось. Это я запомнил на всю жизнь. Хотя у меня до сих пор в Кировобаде очень много друзей, товарищей. Мы недавно встречались с некоторыми из них. Но я вывозил, потому что есть одни, это друзья, товарищи, которые рядом с тобой, знают тебя, а другие недруги, которые хотят что-то сделать, которым это выгодно. Я на третий или четвертый день событий в Карабахе попал в плен, в окружение. Со мной были две русские женщины, Света Карпова, а другая официантка, как ее звали, не помню. Мы ехали в Степанакерт, чтобы организовать встречу Лизичу, я как начальник военторга. Под Ходжалы я попал в окружение. Мне это было очень неприятно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Страшно?

М. МАТЕВОСОВ Я даже не успел испугаться, но девочки сильно испугались. Получилось так, что, прежде чем попасть с Агдама в сторону Степанакерта, там уже пост стоял, и не пропускали машины туда. Я сошел, представился начальником военторга, сказал, что приезжают Лизичи, я еду встречать, организовать. Мне сказали: "Вернитесь в Агдам, и если там Вам замминистра даст добро, Вы проедете". Я вернулся, нашел замминистра.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Простите, а кого Вы боялись в этот момент?

М. МАТЕВОСОВ В этот момент пока никого. Я вернулся, мне дали разрешение.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ А почему Вы говорите "окружение"? Чье окружение?

М. МАТЕВОСОВ Я сейчас скажу. Когда я уже первый пост проехал, когда мне замминистра дал указание, номера машины, я поехал дальше. Там армянский район, Аскера. Проехал я его, горная речка и мостик. Я еду и думаю: "слушайте, позавчера или вчера говорили по телевизору, что там стычки, убитые есть среди армян и русских, а что-то никого нет, деревня пустая". И мы только поднялись на горку, я смотрю, дорога вся закрыта, и народ кишит. Я их сначала не видел. И там из речки сделан такой шлагбаум. Я думаю, сказать водителю: "ударь его, свали и поезжай", но там дальше народ, я же народ не буду давить, я вынужден был остановиться. Тут же машину окружили, у меня сзади сидит инженер-технолог общественного питания и официантка. И я впереди. Тут же ее окружили, машина с военными номерами. Ребята, наверное, ни одну ночь не спали, с налитыми кровью глазами, с арматурами, с топорами, вилами, лопатами.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ И что хотели?

М. МАТЕВОСОВ Они сразу окружили и говорят: "Нельзя дальше ехать". Я говорю: "А кто здесь старший?" Вышел один парень в джинсах, в спортивном верхе "Адидас", лет под 30, и говорит: "В Степанакерт никто живой не зайдет, никто живой не выйдет". Я говорю: "Ты же знаешь, мы люди военные. Мы получили приказ, мы должны поехать". Он говорит: "Я сказал, никто не проедет". Я говорю: "Вы здесь старший?" Он говорит: "Да". Я говорю: "Вы должны знать, что генерал Магомедов находится в Агдаме. Раз я сюда попал, значит, он мне разрешил". Он говорит: "Здесь генерал я".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ В общем, непростые моменты в жизни бывают.

М. МАТЕВОСОВ Момент был страшный. А когда мы развернулись уже, когда получилось так, что они нас отпустили, хотя мне сказали: "дай паспорт". Я говорю: "Ты, наверное, в армии не служил, у военных нет паспорта". Он не догадался сказать: "Дай военный билет или удостоверение". Такой моментик был. Когда мы развернулись уже, чтобы обратно ехать, девочки рыдали. Я тогда только почувствовал, что мы могли сильно подзалететь. Там же доли секунды, одно неосторожное слово. Такие случаи были.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Не позавидуешь. Давайте сейчас послушаем Ирину Меркулову, она расскажет о завтрашних газетах, а потом посмотрим, что зацепит из этого обзора.

-

(обзор прессы от Ирины Меркуловой)

-

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Вы услышали Иру Меркулову. Что заинтересовало?

М. МАТЕВОСОВ Заинтересовало в каком плане? Даже, может, неприятно немножко, насчет того, что взятки. Мне кажется, это горе, на сегодняшний день нашего бытия, нашей действительности. Знаете, почему? Я по молодости работал, начинал в Баку. Казалось бы, Баку, Азербайджан, взятки процветают. Да, были. Но уверяю Вас, абсолютно серьезно, авторитетно говорю, не такие, как здесь.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Там просто таких денег не было. Здесь все-таки крупное дело.

М. МАТЕВОСОВ Дело не в размерах. Я помню, когда меня останавливал гаишник в Баку, если я в галстуке, одетый, и если я вышел к нему, руку с кармана снял, он как-то подтягивался, он стеснялся. Было такое выражение. Потом, там у нас, на Кавказе, я хочу, чтобы меня правильно поняли, есть какое-то различие, удобно-неудобно, красиво-некрасиво, хорошо-нехорошо, "а что люди завтра скажут", встретят на свадьбе, скажут: "взяточник, вчера у меня забрал торт", или на похоронах увидятся. Или увидят седого взрослого человека, или женщина. Как можно с женщины брать взятку?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Циничное у нас такое время. А Вы как-то к нему адаптируетесь?

М. МАТЕВОСОВ Знаете, очень-очень плохо. Я Вас уверяю, мне иногда стыдно бывает. Иногда заходишь в такое место, смотрят на руки. Если руки пустые, "здрасьте" не говорят. Есть какие-то меры, есть, что можно, что нельзя, какие-то грани нельзя переходить. Здесь у нас сейчас полностью перешли всякую грань.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Может, каждый эти грани все-таки определяет сам для себя, и время диктует нам эти грани? Вы чуть ранее сказали, что идем мы вниз. Но заметьте, что каждое время в каждом обществе каждое последующее поколение говорит, что дальше плохо, а раньше было лучше. Может быть, действительно, по анекдоту, когда молод был, все казалось лучше. Может быть, мы не понимает этого нового времени, это новое время вообще не наше?

М. МАТЕВОСОВ И тогда тоже было. Например, в моей жизни случился такой страшный конфуз, это тоже такое пятно в моей жизни. Меня хотели из партии исключить, и мне пришлось выходить на второе лицо в республике, просить его и платить ему большую взятку, чтобы только мне он дал добро, чтобы меня не исключили из партии. Потому что если бы я партбилет отдал, то тут же я должен... я тогда занимал пост директора универмага.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Соответственно, нельзя.

М. МАТЕВОСОВ Ну, это хотели с универмага меня попросить, "не получилось по таким показателям", то, другое, и решили: "Партбилет отдал? Все, иди, гуляй".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ И какая связь с этим делом? Вы же взятку заплатили?

М. МАТЕВОСОВ Заплатил, для того чтобы остаться на работе.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Значит, и тогда это было, и сейчас есть.

М. МАТЕВОСОВ Было. Но тогда были какие-то грани.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Грани в чем? Взятка не того размера?

М. МАТЕВОСОВ Нет. Кому можно давать, кому нельзя. Такие моменты.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Так, может, наоборот, сейчас демократичнее? Сейчас всем можно?

М. МАТЕВОСОВ Может, это и не взятка, я не знаю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ В том-то и дело. Плата за услугу.

М. МАТЕВОСОВ Может быть, да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Один человек, физическое лицо, оказывает другому физическому лицу услугу.

М. МАТЕВОСОВ Я просто отсталый в этом времени со своим возрастом.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ Я Вам должен сказать, что все мы в этом деле очень сильно отстаем от молодого поколения и, вообще, от ситуации.