Инородное тело - Сергей Миляев - Интервью - 2002-08-03

В эфире радиостанции "Эхо Москвы" - Сергей Миляев - автор книги "Петушки Манхэттен".

Эфир ведет Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА И вот в течение этой программы, добрый день, у микрофона Ксения Ларина, мы будем вместе с вами знакомиться с нашим гостем, зовут его Сергей Миляев, он автор книги "Москва-Петушки Манхэттен". Ну вот, на самом деле, я больше ничего об этом человеке не знаю, надеюсь узнать побольше. Очень обрадовало нашего гостя название программы, сказал, "практически вот именно в эту передачу мне надо было прийти". Здравствуйте, Сергей.

С. МИЛЯЕВ Добрый день.

К. ЛАРИНА Действительно себя ощущаете инородным телом?

С. МИЛЯЕВ Да, в принципе, вся моя земная жизнь и судьба, она так складывалась, что, в общем, некоторое ощущение, что я инородное тело, оно, скажем так, в этом обществе, оно присутствует, и можно сказать, что как бы моя судьба, она достаточно типична для тех, кто пережил развал СССР, всевозможные переезды, потому что долгое время, я родился и жил в Казахстане, в городе Усть-Каменогорске, и как раз на своей шкуре, так, скажем, пережил все эти перипетии, был и вынужденным переселенцем.

К. ЛАРИНА Представителем русскоязычного населения, да?

С. МИЛЯЕВ Да, потом уже, позднее, в Америке некоторое время я находился.

К. ЛАРИНА А может быть, перестать проще быть инородным телом и стать обыкновенным? Как это, помните, в замечательном фильме "Неоконченная пьеса для механического пианино" и стал обыкновенным человеком.

С. МИЛЯЕВ Как-то не получается, вы знаете, вот всю жизнь хочу быть органичным телом нашего общества, но видимо здесь надо вспомнить Гейне сказал, что трещины мира проходят через сердце поэта. Видимо, поэтому, в общем, люди творческие, люди, которые как-то остро чувствуют социальные моменты, психологические, в общем, я не могу сказать, что только мне так тяжело и только я являюсь инородным телом. Таких инородных тел очень много у нас в России, и это хорошо, что у кого-то есть какая-то отдушина, творчество. Неважно, что это проза, поэзия, живопись и т.д. А очень много же людей просто не умеют и не могут как-то эту отдушину найти, и, в общем, я думаю, их метания, мотания и т.д., они более как-то остро происходят.

К. ЛАРИНА Вообще проблема невостребованности, она, безусловно, актуальна сегодня также, как она была актуальна при Советской власти, но сегодня просто другие причины для этого. Я вспоминаю целую плеяду таких вот Переделкинских жителей, которые сегодня, между прочим, и живут, и существуют там, в Переделкино, но они абсолютно инородные тела в сегодняшнем времени. Вот я помню, что буквально зимой была в гостях у Юрия Корякина и поняла, что он абсолютно инородное тело на сегодняшний момент, хотя казалось бы, вот оно, бери, да, ты хотел этого, ты за это боролся, ты на это жизнь положил. А получается, что нет. Вот почему это "нет" возникает сегодня, как Вам кажется?

С. МИЛЯЕВ К сожалению, время, хотя все с нетерпением ждали наступления демократии, каких-то перемен в лучшую сторону. Как показывает сейчас та картина, которую мы имеем, что при "совке" как-то люди умудрялись иносказанием, еще какими-то формами копать намного глубже и говорить о более глубоких вещах.

К. ЛАРИНА И были услышаны, что парадоксально.

С. МИЛЯЕВ Да, и были услышаны. Это можно и литературу рассматривать, и кинематограф. Тот же, например, Андрей Тарковский, снимая в те годы такие фильмы, в общем, там был огромный потенциал духовный, и все, кто хотел, они понимали, о чем он хотел сказать. Сейчас, я бы так назвал наше время попсовым.

К. ЛАРИНА Поверхностным, да.

С. МИЛЯЕВ То есть вот слово "попса", это такое слово, оно достаточно характерное, так скажем, для нашей эпохи, сейчас которая происходит. Идет, в общем, исчезла глубина, понимаете, т.е. идет поверхностность, и мне тут, можно сказать, повезло, не знаю, в кавычках или нет, я последнее время работал в одном журнале, который занимается, освещает какие-то новости и проблемы нашего шоу-бизнеса. И именно ту самую попсу я увидел изнутри.

К. ЛАРИНА И ужаснулся.

С. МИЛЯЕВ И волосы стали дыбом, да, как это все происходит, и, по-моему, только в нашей стране, скажем, есть такие условия, что ли, как стать звездой, т.е. в принципе можно не иметь совершенно никакого таланта, надо иметь кучу денег, надо проплачивать эфиры. То есть если на том самом Западе артистам платят деньги за выступления, за ротацию в эфире и т.д., то у нас обратная ситуация. И бюджеты меня поразили, скажем, не знаю, секрет это или нет, но, в общем, у нас на эстраде звезду можно сделать, бюджет в среднем такой от 250 000 долларов до 5 млн., вот сами и смотрите, что это за суммы, и это такие суммы, в общем, я думаю, что на те же 5 млн. можно было как-то найти истинных талантов, издать их альбомы, как-то их вывести в люди, так скажем. И вот эта попса, в общем, она везде сейчас.

К. ЛАРИНА Это каким-то образом отражается на общем стиле жизни, скажем так, современной России, на общественном сознании, на обществе? Понятно, что они зарабатывают деньги, можно было бы сказать Бог вам судья, да, но какая-то прямая связь существует между тем, что мы видим, слышим, и между тем, как мы живем?

С. МИЛЯЕВ Я думаю, связь всегда существует, и, скажем, вообще все идет, естественно, от политики, от того, кто управляет нашим государством, кто решает за нас, как нам жить, сколько нам в среднем зарабатывать денег и т.д. И в принципе, если говорить, допустим, о нашей верхушке политической, экономической и т.д., то здесь, скажем так, совершенно совесть исчезла. Мне очень нравится выражение Станислава Лема, что стыд спасет человечество. Вот об этом все забыли, т.е. никому не стыдно, никому не стыдно делать ваучеризацию всей страны, я уж не говорю про дефолты и т.д. Об этом не пишут, но вот я знаю, что, скажем, весь средний бизнес, он просто не смог пережить последний дефолт. Огромное количество самоубийств, люди обанкротились, были лишены какой-то даже слабой надежды, так скажем. А получилось так, что, в общем, верхушка как жила хорошо, так и будет всегда жить хорошо, и естественно, о том же дефолте все сильные мира сего были предупреждены, и в общем, как говорится, наварились на бедах опять же простого народа. Это особенности нашей страны, поэтому тут, видимо, никуда не деться, люди у нас привыкли к долготерпению, уже привыкли совершенно ни на что не обращать внимания. Когда я был в Америке, ну тут тоже такая история, т.е., видимо, надо начать с того, что я сначала был вынужден уехать из Казахстана, потому что начались всевозможные там проблемы, русскоязычное население, в общем, начало нагло выдавливаться из республики. Вот я жил в городе, где было 90% русских, 10 казахов, 10%. Сейчас я не знаю, какие там соотношения, но очень много людей уехали, причем уехали в никуда, и можно сказать, что 70% из этих уехавших, они сейчас, они в России не нашли своей Родины, так скажем.

К. ЛАРИНА Вы уехали куда из Казахстана?

С. МИЛЯЕВ Из Казахстана я уехал во Владимир, во Владимире жил некоторое время. Открыл там фирму, пытался заниматься бизнесом, в общем, первое время довольно успешно, наружная реклама, организация концертов, фестивалей и т.д. А потом, в общем, как весь средний класс, я прошел все этапы банкротств и т.д. С одной стороны бандиты, с другой государство.

К. ЛАРИНА Куда крестьянину податься, да?

С. МИЛЯЕВ Моя судьба достаточно типична в этом плане.

К. ЛАРИНА Я напомню, что в гостях у нас Сергей Миляев, мы делаем небольшую паузу на новости. И затем вместе с нашим гостем отправимся туда, на Манхэттен, в Америку, и посмотрим, как там люди живут.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА И сегодня у нас в качестве инородного тела в программе писатель и поэт Сергей Миляев. Почему поэт стоит, наверное, напомнить или вам сообщить, уважаемые слушатели, что вот две книги стихов выпустил Сергей Миляев за свою жизнь творческую. А вот проза проза появится первая. Итак, Сергей, "Петушки Манхэттен", так и было?

С. МИЛЯЕВ Было, видимо, в другой последовательности, но тем не менее. Вообще, моя книга, она состоит из таких, эпизодических воспоминаний, т.е. там моего героя постоянно забрасывает, то он в России, то он в Америке, поэтому... Петушки нельзя миновать в России, а Манхэттен нельзя миновать в Америке.

К. ЛАРИНА Два культовых места, да?

С. МИЛЯЕВ Два культовых места.

К. ЛАРИНА Ну так в Америку, действительно, каким образом Вы попали? Так в никуда уехали или были какие-то планы творческие или бизнес-планы?

С. МИЛЯЕВ Абсолютно в никуда.

К. ЛАРИНА Так все достало здесь что ли?

С. МИЛЯЕВ Достало, да. Была некоторая обида на Родину-уродину, и было такое у меня состояние, т.е. я понял, что, в общем, в России никаких перспектив нет, не то, чтобы меня как-то Америка прельщала, но мне просто захотелось уехать куда-то и попробовать где-то как-то начать, может быть, найти себя в чем-то в другом, потому что страдать надоело, понимаете.

К. ЛАРИНА Вы же художник, Вам положено страдать.

С. МИЛЯЕВ Ну положено, но в каких-то допустимых все равно пределах, т.е. страдание вечное, оно конечно изматывает, испепеляет душу. То есть уехал совершенно в никуда.

К. ЛАРИНА А каким образом может простой советский человек вдруг взять и уехать в Америку?

С. МИЛЯЕВ Не знаю, как сейчас делается, раньше элементарно. Я пришел в туристическое агентство, мне сделали визу B1-B2, т.е. я даже не был на собеседовании, с меня взяли каких-то лишних, по-моему, 200 долларов, и у меня была годовая виза. Вот по ней я уехал, уехал совершенно ткнув пальцем в небо.

К. ЛАРИНА Один поехали?

С. МИЛЯЕВ Один, да. И у меня никого там вообще не было, ни телефона, ни адреса никакого. В этом плане я даже, наверное, иногда сам себе устраиваю такие путешествия, потому что люблю острые ощущения, люблю что-то новое, неизведанное.

К. ЛАРИНА Право на работу было?

С. МИЛЯЕВ Нет, эта виза не подразумевает, это индивидуальный туризм, т.е. в принципе, я в течение года должен был где-то жить и ездить по Америке, или просто быть в Нью-Йорке в качестве туриста, наблюдать за американской жизнью. Где-то на 2-3 день я попал в русскоязычное общежитие на углу Church и Coney Island avenue, оно видимо существует и по сей день, прошло 4 года, я не знаю, у меня все контакты с моими знакомыми в Америке сейчас рассыпались, т.е. у меня нет ни адресов, ни телефонов. Общежитие, то есть наши, допустим, общежития какого-нибудь ткацкого комбината Карабанова, это просто "Hilton" по сравнению с общагой в Бруклине, где я жил. Это наш бывший соотечественник взял в субаренду здание.

К. ЛАРИНА Ночлежка такая, да?

С. МИЛЯЕВ Ночлежка, да. Спали мы на грубосколоченных нарах, в комнатка 2 на 3, причем среди этих комнаток были комнаты даже без окон, маленький вентилятор наверху. Вот все новички проходят эту комнату, потом как бы уже повышение по социальной лестнице, уже предоставляется такая же конура, но с окном.

К. ЛАРИНА Ну и как, бодрит?

С. МИЛЯЕВ Бодрит, да.

К. ЛАРИНА И стоило вообще? Можно было с таким же успехом, в таких же условиях здесь пожить.

С. МИЛЯЕВ Нет, как сейчас выясняется, стоило, потому что, во-первых, книга написана. Если бы я там не был, и не был именно, скажем, на самом социальном дне русскоязычного населения, туда же тоже, в общем, люди по разным уезжают поводам, и есть, как бы, как самолет есть первый класс.

К. ЛАРИНА Понятно, а вот подождите, вот Вы когда уезжали туда, как себе планировали жизнь что Вы вернетесь через какое-то время или попытаетесь там осесть надолго?

С. МИЛЯЕВ Вообще, возвращаться я не хотел.

К. ЛАРИНА Не хотели?

С. МИЛЯЕВ Нет, я уезжал с очень серьезно такой, не люблю слова "обида", но видимо так оно и есть, я понял, что в России ничего не будет в ближайшие 50-100 лет, что будут продолжаться дефолты, будет по-прежнему среднее население и малооплачиваемые жить в жутких условиях. В общем, надоело, понимаете. Я думаю, те, кто мой путь повторили сначала приехали в Россию из Казахстана и поняли, что, в общем, зачем было приезжать? И кстати, в этом общежитии, у нас такая была разношерстная публика, во-первых, все наши бывшие республики были представлены, Таджикистан, Казахстан.

К. ЛАРИНА Интернациональное общежитие.

С. МИЛЯЕВ Да.

К. ЛАРИНА А с семьями там были люди?

С. МИЛЯЕВ Нет, все были одиночки. Одна семья из Грузии потом приехала, муж и жена, но это вот один случай за все время.

К. ЛАРИНА Каковы перспективы, если начинать жизнь в Америке вот с такого русскоязычного общежития? Можно вырваться куда-нибудь или невозможно?

С. МИЛЯЕВ Вырваться можно, но на это нужно убить 5-7 лет. Я работал там и на стройке, и на ювелирной фабрике в жутких условиях, мы без респираторов работали, глотая золотую пыль.

К. ЛАРИНА Как нелегалы, да?

С. МИЛЯЕВ Да, то есть мы совершенно были бесправными людьми, у нас не было ничего, т.е. ни страховок, естественно, ни грин-карт, ничего. Вообще, в Нью-Йорке где-то, на тот момент, было 1 млн. 200 тыс. русскоязычного населения. Я думаю, что тысяч 500 это нелегалы. И по социальному статусу то же самое. Кто-то в России, мы жили там в таком перемешанном варианте, т.е. бывший инженер, бывший ученый, киллер из Сочи, мы не знали, что он киллер, но потом это дело открылось, то есть вот такая разношерстная достаточно.

К. ЛАРИНА Ноев ковчег.

С. МИЛЯЕВ Да, Ноев ковчег, но в другом смысле, конечно. То есть, отвечая на Ваш вопрос, человеку, который приехал в никуда, от 3 до 7 лет нужно для того, чтобы как-то там закрепиться.

К. ЛАРИНА Сколько Вы выдержали, скажите?

С. МИЛЯЕВ Выдержал я несколько месяцев, я вернулся в Россию уже сознательно, и были пьяные слезы у первой попавшейся березки и русской женщины.

К. ЛАРИНА Но Вы успели хоть что-то, как-то себя там проявить, утвердить, вот за эти несколько месяцев? Или ничего не успели?

С. МИЛЯЕВ Была такая тупая работа с 9 утра до 9-10 вечера, минимум по 12 часов мы там работали, причем где бы мы ни работали, будь то стройка или ювелирная фабрика. Мыл окна я на Бродвее, несколько дней расклеивал стикеры на телефонные трубки. Это такая ночная работа, бывшие наши соотечественники на Манхэттене держат бизнес, бизнес это эвакуация машин после аварии, поломанных машин, и каждую ночь мы ходили, у нас были маршруты. В принципе, это все в книге у меня написано, конечно, в несколько другой, более неспокойной форме.

К. ЛАРИНА Опасные ситуации были какие-нибудь?

С. МИЛЯЕВ Опасные в плане криминала какого-то?

К. ЛАРИНА Да.

С. МИЛЯЕВ Да нет, вы знаете.

К. ЛАРИНА В полицию не попадали?

С. МИЛЯЕВ В полицию не попадал, но несколько раз меня останавливали, но отпускали. А вообще Америка и Нью-Йорк в частности настолько спокойны, т.е. все боевики, которых нам показывают, это конечно все высосано из пальца, это все смешно. Америка вообще очень законопослушная страна, там люди знают, что есть закон, у них спокойные лица, потому что они знают, что не может быть резкого падения курса национальной валюты, допустим, что не могут их как-то лишить всего в один час.

К. ЛАРИНА А с ними интересно? Вот мы поговорили про русских, а про американцев, вот интересно Ваше впечатление. С кем-то Вы там подружились, с кем там можно было поговорить о жизни? Или таких людей не возникло в Вашей жизни?

С. МИЛЯЕВ Знакомства были какие-то со стопроцентными янки, но дружбы не возникло. Во-первых, естественно, языковой барьер, то есть поехал, у меня такой английский был, бытовой, хотя довольно быстро он там расширяется и нарабатывается, потому что каждый день видишь вывески, слышишь речь, и, в общем, я даже не ожидал, что так быстро у меня с английским будет все в порядке.

К. ЛАРИНА Наши представления стереотипные, они соответствуют действительности?

С. МИЛЯЕВ Соответствуют, да, т.е. при всем при том, что у них есть абсолютный пакет социальных гарантий, какое-то спокойствие, они в общем-то, довольно примитивные и довольно тоскливые, так скажем. Живут по распорядку, ходят на работу, эмоций каких-то особых я никогда не видел. Единственные там эмоциональные люди это афроамериканцы и латиносы, хотя латиноамериканцы, больше они в криминальную сторону, так скажем, сориентированы. То есть самые отвязные уркаганы там латиносы. А я жил как раз недалеко от черного района, и в редкие выходные, в общем, довольно долго там ходил, общался даже, несколько у меня знакомых было среди афроамериканцев на Flat Bush avenue.

К. ЛАРИНА А на Брайтон-то Вы ходили?

С. МИЛЯЕВ Ну а как же, Брайтон это классика.

К. ЛАРИНА Развеселил Вас этот район?

С. МИЛЯЕВ Нет, в принципе, о Брайтоне я до этого столько читал, что я увидел то, что, в общем-то, все написано.

К. ЛАРИНА Все, правда.

С. МИЛЯЕВ Все правда, да. И речь наша, и все эти пельменные, закусочные, и магазинчики, где продаются наши видеокассеты, старые фильмы, Филипп Киркоров, группа "Аквариум", т.е. в принципе, то же самое, что у нас, только... газеты, книги, те же самые развалы.

К. ЛАРИНА Наверняка эмигранты, которые уже давно там живут, русские, наверняка Вас выспрашивали, как здесь в России. И когда Вы говорите, что все ужасно, они радовались очень?

С. МИЛЯЕВ Вообще выспрашивали о каких-то деталях, потому что в принципе все наши бывшие граждане, они достаточно информированы, они читают прессу и американскую, и наши газеты там естественно продаются.

К. ЛАРИНА Если по газетам судить, тут вообще жить нельзя, хотя, может быть, так оно и есть.

С. МИЛЯЕВ Все так и считают. То есть все говорили, что России уже давно кердык, но вот до полного кердыка осталось совсем немного.

К. ЛАРИНА А почему Вы все-таки вернулись обратно? А почему бы Вам не попробовать в таком случае, если Вы такой рисковый человек, поехать, допустим, в Европу и попробовать там? Тоже вот такое отчаянное положение.

С. МИЛЯЕВ Нет, тут просто видимо я сам в себе разобрался, я наконец-то понял, что мне нужно, и в какой среде я должен жить, тем более я уезжал, мне было около 40 лет, в общем, если было лет 15, 17-18, я думаю, до 20, еще как-то можно уезжать. А потом куда ментальность-то денешь? Куда девать свое уже отношение к жизни, к людям? Потому что общения человеческого там нет совершенно, там даже наши бывшие соотечественники, в той же общаге, разговоры на уровне "привет-привет, дай закурить" и все, и "спокойной ночи", потому что человек, наш человек, это конечно тоже отдельная тема, и я пишу в своей книге об этом, никогда русский человек не станет американцем, стопроцентным. Вот эта такая нелепая помесь, это получается полурусский, полуянки.

К. ЛАРИНА Гибрид такой.

С. МИЛЯЕВ Полузомби, полу- еще непонятно кто. Кто-то пытается какие-то внешние стороны, допустим, я жил вот в общежитии с одним парнем, который как стопроцентный американец утром ел исключительно йогурты, в единственный выходной ходил в тренажерный зал. Но я прикалывал его, конечно, по этому поводу, говорил, что "ты все равно американцем уже не станешь, как ты там ни ходи и ни качайся, и сколько йогурта ты ни съешь, все равно".

К. ЛАРИНА Вы знаете, я вспоминаю частого нашего гостя, который и в этой программе тоже бывал, и вообще часто у нас бывает, когда приезжает в Россию, Василий Павлович Аксенов. Вот тот самый случай, как мне кажется, когда человек в какой-то момент понял, что американцем он быть не хочет, да и не может, наверное, просто человек такой, такого уровня, такого масштаба личность, она эти вопросы всегда для себя решает радикально, да, то есть быть или не быть в буквальном смысле. И мне кажется, он как никто из наших эмигрантов сохранил вот ту самую ментальность, о которой Вы говорите, абсолютно русский человек. Во-первых, он никогда не злорадствовал по поводу жизни здесь в России, оттуда глядя, никогда не морализаторствовал, никогда ничему не учил, просто вот география его биографии сложилась именно так, вот и все. А пожалуй, остальные, вот те, кто остался, так и остался жить, из известных людей, они все-таки попытались на себя надеть ту страну, в которой они оказались волею судеб. Но все равно не получается, получается какое-то состояние странное, да, половинчатое, ни то, ни сё.

С. МИЛЯЕВ Да, конечно, взять того же Довлатова, это все равно русский писатель, как бы он там ни описывал Forest Hills и другую американскую жизнь, у него замечательный есть роман "Иностранка", где очень хорошо именно вскрываются все эти моменты, но он все равно русский человек. Аксенов то же самое. У Бродского, я не знаю как, может быть, Бродский же писал потом стихи на английском языке, и как-то видимо он настолько был, настолько он Россию для себя обрубил уже, что видимо ему как-то пришлось, наверное, принять какие-то моменты американской жизни.

К. ЛАРИНА А чего Вам не хватало там как человеку русскому? Вот такие, фантомные боли случались?

С. МИЛЯЕВ В первую очередь, общение человеческое, то, о чем я говорил. То есть там все становятся роботами.

К. ЛАРИНА Очень прагматичными, да?

С. МИЛЯЕВ И очень прагматично скупыми даже, т.е. занять 20 долларов в общежитии нашем, смешно да, при тех заработках, мы получали от 50 до 70 долларов в день, работая в разных местах, на разных стройках, т.е. средняя зарплата такова, что-то остается, но жизнь дорогая, сигареты 2.50, метро 1.5 доллара, возьмешь что-нибудь поесть, пива в бумажном пакетике тоже, что меня бесило.

К. ЛАРИНА Ханжество такое, да?

С. МИЛЯЕВ Может быть, это хорошо, когда алкоголь прячется стыдливо в бумажные пакетики, но меня вот это бесило.

К. ЛАРИНА У нас так, кстати, было при Советской власти в пакетике, а как из-под полы.

С. МИЛЯЕВ Нет, почему, все равно в городских парках в открытую распивался портвейн, пиво, а сейчас вообще... Конечно, тоже, когда все идут с пивом, это...

К. ЛАРИНА Ну вот давайте вот вернемся, поскольку время заканчивается, незаметно так пролетело время, вернемся в сегодняшний день в Россию. Вот эта американизация нашей жизни, она наверняка чувствуется, и Вы ее ощущаете особенно, как человек, там побывавший. Вот в чем она выражается для Вас?

С. МИЛЯЕВ Я бы не сказал, что наша жизнь американизируется.

К. ЛАРИНА Нет?

С. МИЛЯЕВ Нет.

К. ЛАРИНА Стиль общения между людьми, как Вам кажется, не изменился все равно?

С. МИЛЯЕВ Стиль остался пока, слава Богу, в прежнем виде. Какие-то внешние, может быть, стороны меняются, в плане моды на одежду, на музыку, на книги, еще на что-то. А в принципе, единственное, что ценное осталось в России это ментальность наша, потому что вот когда ее не будет, вот тогда можно сказать, что России полный кердык.

К. ЛАРИНА Вот на этой оптимистической ноте мы давайте закончим нашу встречу. Мне было очень интересно с Вами разговаривать. Напомню, что наш гость сегодня Сергей Миляев, и теперь вы, когда увидите книжку "Петушки Манхэттен", которая выйдет в сентябре в издательстве "Вагриус", вы теперь будете знать, вот что, собственно говоря, из себя представляет автор этой книги. Я думаю, что о книге о самой мы наверняка еще поговорим, поскольку с "Вагриусом", как вы поняли, дорогие друзья, у нас дружба крепкая и на века, так что давайте дождемся осени, и когда книга выйдет, я думаю, что мы еще раз с Сергеем встретимся. Большое Вам спасибо.

С. МИЛЯЕВ Вам спасибо.

К. ЛАРИНА Удачи и до встречи.