XXIV Международный московский кинофестиваль - Кшиштоф Занусси - Интервью - 2002-07-01

1 июля 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Кшиштоф Занусси кинорежиссер.

Эфир ведет Алексей Венедиктов.

А. ВЕНЕДИКТОВ Сейчас Кшиштоф Занусси наш гость. Добрый день.

К. ЗАНУССИ - Добрый день. Я должен сразу сказать, что я какое-то отношение к технике "Занусси" имею.

А. ВЕНЕДИКТОВ Какое?

К. ЗАНУССИ Потому что это мои родственники, далекие, мы разделились уже 6 поколений тому назад, но я не могу сказать, что я никакой связи не имею, потому что это невежливо. Хотя, вообще-то уже перешло из рук семьи в руки других компаний.

А. ВЕНЕДИКТОВ Ну, вы знаете, у нас идет эта реклама, поэтому, естественно, некоторые люди спрашивали.

К. ЗАНУССИ Я не вижу от этого ничего, на этом не зарабатываю, но все-таки отказаться от семьи тоже не могу.

А. ВЕНЕДИКТОВ Спасибо. Я хочу вас, во-первых, поздравить с призом "Фипресси", потому что получить, на мой взгляд, я не знаю, как это в мире кино, но представляю, какие шакалы являются журналисты, именно журналисты. Все коллеги вежливы, вот на прошлом фестивале Занусси, на этом фестивале Тавиани, и на следующем фестивале еще что-нибудь. И все такие политкорректные, в то время как журналисты, критики все шакалы, и дали премию.

К. ЗАНУССИ Я бы не осмелился, особенно после этой премии сказать, что они шакалы.

А. ВЕНЕДИКТОВ Шакалы, шакалы, мы шакалы. Я говорю "мы".

К. ЗАНУССИ Да, я знаю, это важно. Но когда награждаете, тогда вы умные, хорошие, добрые люди. И еще глубоко понимаете кино. Но это для меня огромная поддержка и огромная радость, что они мне этот приз признали, потому что кажется, что пожилому человеку, а я уже считаюсь пожилым, хотя сам еще в это не верю, человеку, который уже долго работает в кино, кажется, что призы не нужны, а это неправда. Они нужны определенному жанру кино. Такому кино, какое я делаю, они постоянно нужны, потому что это поддержка, это обращает внимание, у меня не будет никогда денег на такую рекламу, какие имеют голливудские картины, коммерческие картины. И тогда поддержка журналистов это просто очень важно. Они часто думают, что для них надо только открывать новые фамилии. Это тоже важно. Но не забывайте старых, потому что мы тоже стремимся сделать серьезное кино, которое говорит про жизнь, про наши выборы, а не только развлекает. И для такого кино поддержка всегда нужна.

А. ВЕНЕДИКТОВ Пан Кшиштоф, вы же уже 44 года в кинематографе.

К. ЗАНУССИ Страшно подумать.

А. ВЕНЕДИКТОВ Да, если взять, что "Трамвай до неба" первый фильм.

К. ЗАНУССИ Ну, если вы так начинаете, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ 58-го года, да?

К. ЗАНУССИ Стыдно просто, но так долго это есть.

А. ВЕНЕДИКТОВ Так долго это есть, и, тем не менее, нельзя сказать, что вам дают премии только за имя, это неправда. Но при этом вот уже наши слушатели подключились к разговору, по пейджеру. Оксана спрашивает: "как вы относитесь к тому, что жюри конкурса проигнорировало замечательную картину Киры Муратовой и премировало развесистую клюкву братьев Тавиани?" Вот так спрашивает Оксана.

К. ЗАНУССИ Ну, знаете, я не видел ни одной другой, так что

А. ВЕНЕДИКТОВ А, вы не видели.

К. ЗАНУССИ Не видел ни одного, ни другого. Я считаю, конечно, Тавиани - это классика современного кино и не могу себе представить, чтобы они сделали плохую картину. Хотя это очень интересно. И Айтматов, президент жюри, очень интеллигентно подчеркнул, что тот мост между культурами, что итальянцы делают русский литературный сюжет, раньше казалось экзотикой. А тем более наступает глобализация, тем более мы считаем это натуральным, что Толстой принадлежит Италии, а не только России. И что они могут сделать это своим образом. И это будет экзотично, но это будет и нормально, в том же самом смысле.

А. ВЕНЕДИКТОВ А Толстой принадлежит Польше?

К. ЗАНУССИ Безусловно. Он огромное оставил впечатление на людей, и огромное мышление. Хотя он, конечно, и в каком-то определенном смысле чужой. Но, конечно, не так чужой, как Достоевский. Достоевский, которые для меня это стена русского мышления. Я его обожаю, но он мне чужой. А, скажем, Тургенев, мне гораздо ближе, и Толстой гораздо ближе.

А. ВЕНЕДИКТОВ Вам или Польше? Это индивидуально, или все-таки

К. ЗАНУССИ Я думаю, это имеет я все-таки представитель определенной части интеллигенции, которая считает себя латинской по традиции, а не особенно славянской. Но с другой стороны, интерес к России у многих моих друзей и у меня очень сильный.

А. ВЕНЕДИКТОВ Вы 6-го мая в интервью итальянскому католическому еженедельнику "30 дней", видимо, сказали, что сейчас больше нет христианских кинорежиссеров. Что вы имели в виду?

К. ЗАНУССИ Я имел ввиду вообще христианское представление мира. Я удивляюсь, как вы высказались.

А. ВЕНЕДИКТОВ Я готовился.

К. ЗАНУССИ Невероятно. Это правда, как будто христианский образ жизни в массовом искусстве кино, он почти исчез, его очень мало.

А. ВЕНЕДИКТОВ А вы можете привести пример, Кшиштоф, что такое христианский образ жизни в кино? Вот, например?

К. ЗАНУССИ В кино, или в романе, в любом смысле, если вообще человек допускает, что в жизни есть тайна, и что эта тайна это святое, это уже религиозный образ жизни, может быть, еще не христианский. А уже только того нет. Есть только тот илюминистический образ жизни, что все устраивается просто как лого, как из одного кирпича другой кирпич, и вся жизнь построена механически. А что тайны вообще нет. А она есть для меня. И редкость именно, где тайна появляется в таком, смешном виде, в кино ужасов, смешные коммерческие подходы. Но такого выражения тайны, которое я бы считал достойным, очень редко сегодня.

А. ВЕНЕДИКТОВ А вы имеете объяснение этому, пан Кшиштоф?

К. ЗАНУССИ Ну, это, конечно, ларицизация современного мира.

А. ВЕНЕДИКТОВ Простите?

К. ЗАНУССИ Ларицизация.

А. ВЕНЕДИКТОВ А, светским становится.

К. ЗАНУССИ Светский этот современный мир, светским в том смысле, что мир сегодня считает, что жить безопасно. Я всегда спрашиваю, какой образ жизнь имеет: это прогулка в парке или это джунгли? Для меня нет сомнений это джунгли. Жизнь это очень опасная авантюра, и она может, и очень часто кончается плохо, значит, провалом, человек прожил жизнь плохо. Это видно на первый взгляд. Сколько фрустратов, сколько людей, которым жизнь не удалась, которые живут несчастливо. А все-таки есть и те, которые проходят через жизнь и до конца с надеждой говорят, что красиво, что надо умереть молодым в пожилом возрасте.

А. ВЕНЕДИКТОВ Ну, я напомню, что ваш фильм-то предыдущий назывался "Жизнь как смертельная болезнь, передающаяся половым путем".

К. ЗАНУССИ Да, правда.

А. ВЕНЕДИКТОВ У нас много вопросов идет на пейджер. Но я их сейчас пытаюсь объединить, потому что много, все не успеем. Вопрос о культурно-историческом мосте между Польшей и Россией. Известно, что последние два года и в России, и в Польше есть определенное напряжение в связи с противостоянием церквей. Я имею ввиду католической церкви и РПЦ. Это потянуло за собой такое явление в культуре, как переосмысление истории вообще. Не церквей. И мы видим фильм "Огнем и мечем", правда, это было снято раньше, где понятно, как изображено Вот как вы считаете, есть ли здесь задача культуры, если вы видите, что отношения были такие, вы имеете говорить право о том, что Петр Первый бандит, или что там, я не знаю, что гетьман Сапега бандит, настоящий разбойник с большой дороги?

К. ЗАНУССИ Вы знаете, я бы из этого, что великие исторические личности были бандитами, я бы в принципе, легко согласился. И Сапега, который родственник моей жены, и Петр Великий, который не родственник. Это другое. Осуждение истории это то, в котором направлении пошла страна и какое благо возникло из этого для жителей, для людей, для граждан? В том смысле и нам в Польше сейчас пришлось продумать нашу историю, потому что мы должны найти ответ на вопрос, как мы потеряли нашу историческую родину. Мы однажды были важной державой в этой части мира. И мы по своей собственной вине, потому что только можно говорить про вину собственную, что-то потеряли. Мы не умели договориться с Украиной, не умели найти общего языка с другими нациями, хотя мы строили что-то такое, что казалось очень надежным общество и государство, в котором были разные нации и разные религии. Мы были одними из первых, которые начали это делать, но не доделали, нам это не удалось. Потом Габсбургам это тоже ну удалось в Австрии. А сейчас Соединенная Европа и Брюссель делает то же самое, но может, сейчас время дозрело. Вот наш анархизм, и наше неприсутствие смысла государствами. Всегда государство относились как к личному владельцу граждан, а не чему-то, чему надо более подчиниться. Может быть, это нас убило, недостаток ларизма.

А. ВЕНЕДИКТОВ Игорь спрашивает: "общеизвестно, - для Игоря общеизвестно, - что поляки недолюбливают русских из-за того, что Россия имперская, советская поставила Польшу в ранг своих колоний. Передалось ли вам лично это отношение к России?"

К. ЗАНУССИ Знаете, конечно, передалось. Потому что я жил в эти времена. Хотя пробовал понять лучше нашего опасного соседа, который сидел у нас как полуколонизатор. Мы, так чтобы сказать правильно, скажем полуколонизация. Но и от этого надо освободиться, освободиться от этой памяти.

А. ВЕНЕДИКТОВ Как можно освободиться от памяти, пан Кшиштоф? В этих джунглях, которыми вы называете жизнь?

К. ЗАНУССИ Да, но эмоционально можно, можно пройти это. Я чувствую в себе, я абсолютно чувствую себя освобожденным. Я не чувствую никаких комплексов и никакой вражды, я понимаю, хотя я не согласен со многими вещами, но я не могу сказать, что у меня есть такие автоматические чувства вражды в настроениях к Востоку. Совсем наоборот, я вижу сейчас гигантские трудности. Я только желаю России, чтобы она хорошо поднялась, и чтобы она в этой семье атлантическо-европейской сыграла важную роль, потому что я вижу, что там есть Владивосток, есть Сибирь, которые еще часть нашей цивилизации, европейской, но завтра может быть уже в чужих руках. А я бы хотел, чтобы они в тех руках остались, потому что это просто моя семья.

А. ВЕНЕДИКТОВ Если мы говорим о личном вкладе, осенью, как известно, были опубликованы некоторые ваши планы снять 26-серийный фильм "Спаси и сохрани", который разворачивается в начале 19-го века в России, Яков Кульнев, и так далее.

К. ЗАНУССИ Было очень интересное предложение, но, к сожалению, ничего дальше не пошло за этим. Я сказал, что мне сюжет интересен, я бы им занялся, если бы кто-то мне его предлагал с точки зрения продюсера. Но в течение этого фестиваля я начал переговоры с Никитой Михалковым. И я имею сюжет современный, который касается отличия менталитета Востока и Запада, Польши, России, и западных стран. И надеюсь развить этот сюжет, как новую картину, я бы очень хотел это сделать.

А. ВЕНЕДИКТОВ Вы хотите столкнуть?

К. ЗАНУССИ Да, я хочу столкнуть, показать все подозрения, и все неуверенность с одной стороны, а с другой стороны показать, что мы имеем общего от момента, когда Россия вошла более активно в эту атлантическо-европейскую семью. Мне это очень интересно разработать это. Я сижу над сценарием, надеюсь, что такая картина, совместная, пройдет. И там не будет ни памяти прошлого, ни Сибири, а будет современность. Отличия даже в любви, чем русские женщины отличаются от западного менталитета.

А. ВЕНЕДИКТОВ О! Это мы поговорим, очень долго. Я хотел перед новостями еще раз затронуть одну тему, связанную с тем, несостоявшимся сериалом. Вы в свое время, в 90-м году, сняли фильм "Наполеон и Мария Валевская".

К. ЗАНУССИ Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ А в сериале, во всяком случае, в проекте, который был, там как бы было осуждение Наполеона. А в 90-м году там не было в этом фильме, в "Наполеон и Мария Валевская", там все Что для вас Наполеон? Объединитель Европы или разоритель Европы?

К. ЗАНУССИ Нет, более объединитель. Но, прежде всего, великий илюминист, человек, который привел Французскую революцию. И ее мышление, мышление энциклопедистов, в практический перевод в масштабах разных стран, лично это, конечно, один из великих бандитов истории. Но это совсем нас не так касается. Для нас он был относительно положительным. Но все-таки даже этот сериал, в котором я участвовал, он показал одно очень важное, он соединил Европу, но он тоже начал национализм в Европе, они начались от Наполеона. Раньше царь не был русским, он был православным царем. И также во Франции люди были связаны с династией, а не с нацией. Габсбургам служили, а не Австрии. И в том смысле это тоже очень изменилось по причине Наполеона, это тоже интересно. И это я наблюдал в этой картине про Валевскую.

А. ВЕНЕДИКТОВ Совершенно верно. Мы продолжим сразу после новостей. Тема разговора коснется последних событий в культурной жизни России и мира.

НОВОСТИ.

А. ВЕНЕДИКТОВ Несколько мелких вопросов пока, которые пришли с пейджера, для разгона второй темы. Есть ли в планах Занусси работать с русским актером Домагаровым? спрашивает Ирина.

К. ЗАНУССИ Его немножко монополизирует Вайда, который с ним только что снял картину, но это хороший актер, и может быть, придется мне с ним работать, с огромным удовольствием.

А. ВЕНЕДИКТОВ Галина Марковна говорит, что "гость изумительно говорит по-русски, с очень приятным музыкальным акцентом. Спросите его, пожалуйста, русский язык он выучил в прежние времена по необходимости, потому что без него было нельзя, или русский ему просто нравится?" - спрашивает Галина Марковна.

К. ЗАНУССИ Знаете, и одно, и другое правда. Мне он нравился всегда, но учился, потому что в школе это был обязательно, не забывайте, что мы должны были бы работать в армии, где должны были быть советские офицеры. Так что, мы готовились к войне под русским руководством.

А. ВЕНЕДИКТОВ "Как вы думаете, - спрашивает Андрей, - не возникнет ли в ближайшее время конфликт между польским католицизмом и процессом культурной глобализации?"

К. ЗАНУССИ Я надеюсь, что этот конфликт будет развиваться во всем мире, потому что если глобализация идет в направлении чистой светскости, просто это теряет очень важные элементы, на которых основана вся наша цивилизация, иудео-христианская. И все наши достижения, они все-таки за инспирацию иудео-христианской мысли, так что я надеюсь, что это так останется, потому что я другой инспирации для нашей цивилизации не вижу и не вижу перспективы, чем она могла бы быть, если была бы полностью светской.

А. ВЕНЕДИКТОВ Я хотел бы перейти к теме, которая последние три дня, в общем, активно обсуждается в Москве, и не только в Москве, но и в стране. Вы знаете, что одно молодежное политическое движение обвинило одного известного писателя в порнографии и требует, чтобы его произведения были изъяты, а сам он был предан суду. Вопрос сейчас не в том, чтобы делать рекламу этому писателю, или этому движению, вопрос в том, что такое творец, который пишет и создает художественный фильм, художественную книгу. И как это соотносится с порнографией, с изданием, и так далее. Как вам это видится?

К. ЗАНУССИ Знаете, всегда суд является субъективным, и он относится к уровню чувствительности общества в определенном моменте. Если мы смотрим, что в 19-м веке показывалось, если мы смотрим на живопись, сколько нагих женщин показывалось в очень аппетитных позах, видно, что это в разных обществах на разном уровне происходило. Там, где начинается эксплуатация. Если человек пробует с помощью половых элементов заработать деньги, но это чувствуем, что это уже не искренне, это уже спекуляция.

А. ВЕНЕДИКТОВ Но ведь и Рубенса можно было обвинить в спекуляции. Он же продавал картины. Он рисовал женщин

К. ЗАНУССИ Его и обвиняли.

А. ВЕНЕДИКТОВ Кстати, да.

К. ЗАНУССИ Кстати. Это правда. Но знаете, интересно, когда посмотрите на средневековье, там это не было, все-таки, искусство было только религиозным искусством. И там никаких элементов порнографии не было. А вообще служило неплохо. Можно над этим задуматься, где осталось в современном мире сексуальные табу, половые табу, потому что если их нет, как будет продолжаться жизнь человечества? Можем мы без этого жить, или окажется, что мы просто больше детей не будем иметь и будем только

А. ВЕНЕДИКТОВ Будем клонировать.

К. ЗАНУССИ Будем клонировать и развлекаться только полом, а привозить эмигрантов с третьего мира. Так что, я вижу, что здесь не так просто сказать только в защиту свободы. Конечно, бывает, что только ограничивает свободу, бывает эстетика, бывает фанатизм. Но с другой стороны, я не уверен, что такая неограниченная свобода в этом пространстве, что она допускаема. И мне кажется, что надо обращать внимание на чувствительность большинства людей. С книжкой это немножко сложно, потому что книжку можно не покупать. Но в телевидении, например, и даже в кино, если не предупреждается человека, что там будет. Можно и оскорбить мои чувства и я бы просил, чтобы меня не оскорбляли.

А. ВЕНЕДИКТОВ То есть, вы бы просили, чтобы вас предупреждали, правильно я понимаю?

К. ЗАНУССИ Хотя бы там, где у меня выбор. А если в телевидении не было выбора, тогда я прошу, чтобы этого вообще не было.

А. ВЕНЕДИКТОВ Мы переходим к тому, что происходит в кино. Знаете, вот буквально накануне открытия фестиваля здесь, в этой студии, был Никита Михалков, я ему задавал те же самые вопросы, потому что они действительно меня интересуют. Первый вопрос связан с технической революцией. Раньше вот идут фильмы, мы смотрим, они снимались огромными камерами, снимались на натуре, как правило, или в декорациях, которые видны, что декорации. Насколько, с вашей точки зрения техническая революция, в том числе в кинематографе, я имею ввиду и компьютерную, и так далее, она меняет суть кино? Или просто это салат?

К. ЗАНУССИ Ну, и одно, и другое, есть салат. Но что интересно? Что публика хочет, чтобы картины снимались дорого, в больших декорациях, в хороших камерах, потому что другое они не хотят платить за то, что могут сделать сами себе дома. А насколько все имеют камеры сегодня, все могут снимать. Эти же камеры должны все-таки входить в структуру, очень такую дозрелую. Если это сделано как эскиз, оказывается, людям это не интересно. Он не хотят этого смотреть. Все эти картины проваливаются. А тяжелые, голливудские картины, в которые вложены гигантские деньги, они находят своего зрителя. И это меня тоже удивляет, потому что я думал, что это будет такая волна демократии в искусстве. Все могут делать картины. Могут делать, но никто их смотреть не хочет.

А. ВЕНЕДИКТОВ И второй вопрос, связанный с а вы, кстати, применяете технические новшества в ваших фильмах?

К. ЗАНУССИ Не обращаю на это большого внимания. Я уже снимал на high definition, на этой технике, надо этому учиться, а потом пользоваться когда придется. Для меня это довольно равнодушно. Если в чем-то мне это поможет, буду этим пользоваться.

А. ВЕНЕДИКТОВ Такой равнодушный, спокойный потребительское отношение.

К. ЗАНУССИ Потребительское, я бы так сказал.

А. ВЕНЕДИКТОВ И второй вопрос, он связан с необычно последнее время вспыхнувшим интересом к фильмам, то, что мы назвали фильм-сказка, а теперь это фэнтези - "Гарри Поттер", "Властелин колец", вот этот мир. Такое ощущение, что человек туда бежит. Это же не просто деньги, это не просто пылесос, выкачивающий деньги. Люди же туда идут.

К. ЗАНУССИ Правду сказать, я не очень поклонник этих картин. И они для меня выглядят так, как для человека меня радует кухня. Я вкушаю с удовольствием. Но ненавижу Макдональдса, конечно, и ненавижу гамбургеры. И для меня это исторический гамбургер. Тем, которым не хочется задуматься над сложностью истории, можно показать такой дурноватый вид истории, где все просто и все совпадает с нашим современным мышлением. А все, что интересно в истории то, что не совпадает с современным мышлением. Когда мы видим, что в прошлом, наши предки думали совсем по-другому, видели мир по-другому. И это меня развлекает. А показать мне, что мир был всегда такой, как сегодня это мне не интересно. И поэтому на "Поттере" я засну.

А. ВЕНЕДИКТОВ Просто, может, устал. Я задаю вопрос от Ирины Николаевны. Он такой, забавный. Его, конечно, можно разбить на две части, но он сущностный: "собирается ли режиссер Кшиштоф Занусси снимать исторический фильм о Речи Посполитой, которая угнетала Украину в начале 17-го века?"

К. ЗАНУССИ В первую очередь я хочу сказать, что в вопросе есть ответ, и он правильный. Мы, поляки, угнетали, и это долгие годы, я уже говорил, и этого надо стыдиться, должно было быть нам стыдно, мы это признаем сегодня. Как свободная страна мы в первый раз признаем это, раньше мы не признавали. У Сенкевича этого нет. А в картине Гофмана уже появилось.

А. ВЕНЕДИКТОВ Да, да.

К. ЗАНУССИ Критическая мысль, что мы все-таки все виноваты. Мы сейчас тоже открыли, что мы не только угнетали евреев, но то, что в Польше происходило сотрудничество с немцами в течение войны. В маленькой степени. Не имеет значения, если даже один поляк это сделал значит, мы это сделали. И надо привыкнуть к мысли, что нет ни одной нации, которая совсем ничем не виновата. Мы все виноваты, мы все грешные, и это иудео-христианские представления первого греха, в том и его основа, надо признать как свои грехи, так и других. Если бы мне дали снять такую картину, может быть, я и снял бы. Я думаю, что Гофман делает это прекрасно. А я буду снимать другие картины, но тоже насчет того, где мы были неправы, потому что там, где мы были правы, мы этим гордимся и это мы знаем.

А. ВЕНЕДИКТОВ А вообще, историческая именно костюмная, понимаете, пан Кшиштоф, есть историческая такой фильм, который можно снять в одной комнате. А есть историческое кино с костюмами, с батальными сценами, но и с трагедиями человеческими известных персонажей. Вас это не привлекает?

К. ЗАНУССИ Привлекает меня жизнь сильно. Только финансистов не привлекает.

А. ВЕНЕДИКТОВ Ну да.

К. ЗАНУССИ И я до сих пор не смог снять такой картины.

А. ВЕНЕДИКТОВ Вы сняли "Наполеон и Мария Валевская", не надо!

К. ЗАНУССИ Ну, не такой великий он был. Я бы хотел, чтобы сделать еще побольше. Есть у меня такой сценарий об одной королеве французского происхождения, которая приехала в Польшу и соединила Польшу с Литвой, пожертвовала своей любовью. И для этой картины я бы с удовольствием бросился в работу, потому что там есть тоже очень интересный вид Средневековья, который меня очень привлекает.

А. ВЕНЕДИКТОВ Ну, надо вспомнить, что и во Франции были королевы польского происхождения. Тут вообще такой двойной портрет напрашивается.

К. ЗАНУССИ Ну, конечно, если мы вообще обдумаем, что мы говорим сегодня глобализация. А как византийские княгини приезжали в Киев, а киевские в Германию? Как эта Европа была соединена? Гораздо больше, чем нам сегодня кажется.

А. ВЕНЕДИКТОВ Очень смешное предложение от Антона: "может быть, режиссеру Занусси все-таки снять рекламный ролик для бытовой техники "Занусси"?" Тогда, может быть, это будет искусство, добавил бы я к тому, что сказал Антон. И не так было бы стыдно.

К. ЗАНУССИ Знаете, стыдно, не стыдно, я думаю, что это никому не нужно. И я все-таки рекламных картин не снимаю, хотя я уже не буду так отказываться от этого так, как я раньше это делал. Пока я был бедным и начинал, я с гордостью отбрасывал все такие искушения. А сегодня я тоже понимаю, что за две недели моей работы я могу заработать деньги, которые могут быть полезны другим. Мне они уже не так нужны, так что, могу работать и более бескорыстно. Только я тоже чувствую, что если бы я так сделал, у меня были такие предложения. Это тоже помогает моей личной гордыне, потому что я почувствовал себя слишком хорошеньким, и я думаю, что в этом есть и опасность для совести. Кто это поймет, кто знает в чем дело. Я думаю, что это понятно.

А. ВЕНЕДИКТОВ Вы знаете, я вдруг подумал: а ведь все великие художники в то Средневековье, которое вы упоминали, все писали на заказ. Никто не писал для себя. Вот конкретный правитель, конкретный бургомистр свою жену, свою дочку, рекламный ролик.

К. ЗАНУССИ Могу, но не рекламный ролик. Но если закажете у меня полнометражную картину, я жду такого заказчика, и буду предлагать разные проекты, но сделаю то, что он попросит, только своим видом.

А. ВЕНЕДИКТОВ Конечно. И последний вопрос от Наташи. Он такой, может быть, глобальный, но на самом деле любопытный: "думаете ли вы, что сейчас существует реальный конфликт между так называемыми голливудским и европейским кино?" Вот он есть, идеологический конфликт, или он стирается?

К. ЗАНУССИ Я думаю, он стирается, но он все-таки существует, потому что Америка как очень молодое общество имеет такой вид жизни, который никак не совпадает с тысячелетней традицией Европы, где у нас есть и огорчение, и цинизм, и память трагедии, которой мы учились от греков, которых американцы никогда не поняли. Не поняли, что может быть конфликт ценностей, в котором нет выхода. А это основа европейского мышления. Мы это знаем, и поэтому для нас жизнь это опасная авантюра, это джунгли.

А. ВЕНЕДИКТОВ А для них всегда есть выход.

К. ЗАНУССИ Есть всегда выход. А мы знаем, что бывает, что выхода нет, доброго выхода.

А. ВЕНЕДИКТОВ Я понимаю. Я всегда приглашаю вас, когда вы в Москве, обязательно к нам приходите. Как видите, джунгли-джунгли, но жизнь развивается, и джунгли тоже развиваются.

К. ЗАНУССИ Но и в джунглях бывают победители. Я всем желаю, чтобы прошли через джунгли и их никто по дороге не съел.

А. ВЕНЕДИКТОВ Спасибо большое, Кшиштоф. И еще раз поздравляю с премией наших шакалов-собратьев.

К. ЗАНУССИ Спасибо.