Предъявление обвинения Московской прокуратурой заместителю главного редактора "НГ" Игорю Зотову - Татьяна Кошкарева, Раиса Ганапольская - Интервью - 2002-04-01
А. ВЕНЕДИКТОВ Последнее время вокруг СМИ (газет, между прочим, обращаю ваше внимание на эту новую волну) очень много историй, которые в конечном итоге либо начинаются, либо заканчиваются в суде. Мы знаем историю с "Новой газетой", которая оштрафована на какую-то безумную сумму за то, что она задела честь и достоинство судей. Последние события вокруг "НГ" связаны с тем, что председатель Мосгорсуда Ольга Егорова попросила прокуратуру проверить факты, задевающие ее честь и достоинство, как она считает, и возбудить уголовное дело, которое было возбуждено, как я понимаю, через несколько часов после того, как председатель Мосгорсуда попросила. Сначала я попросил бы рассказать, в чем суть газетной истории. Может быть, не всем нашим слушателям это хорошо известно.
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ 21 ноября 2001 года была опубликована статья в нашей газете за подписью журналиста, не работающего в нашей газете, Алины Тарасовой. В этой статье рассказывалось о том, что скоро будет слушаться дело Быкова.
А. ВЕНЕДИКТОВ В московском суде?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ В Мещанском межмуниципальном суде. Названы фамилии двух судей, у которых это дело будет слушаться. И якобы, она не называет источников, но указывает, что это источники МВД, ФСБ, не называет конкретных имен, что, по ее источникам, есть сведения о том, что Быкову собираются изменить меру пресечения. И якобы получено разрешение свыше. На эту статью поступило заявление в прокуратуру Москвы, и возбуждено уголовное дело по факту, не конкретно в отношении какого-то лица.
А. ВЕНЕДИКТОВ По факту чего?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ По факту того, что судью Егорову, таким образом, оклеветали, как она считает.
А. ВЕНЕДИКТОВ Не Быкова, а ее оклеветали?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Да, по факту клеветы именно на нее. И по этому факту возбуждено уголовное дело. Не в отношении конкретного лица, я подчеркиваю, а просто по факту опубликования этой статьи. После этого несколько раз вызывали наших сотрудников газеты в прокуратуру Москвы для допроса. Выясняли, каким образом проходит публикация, как поступают статьи. И результатом явилось то, что в пятницу мы получили факс о том, что вызывается Зотов как свидетель. В этом же факсе было указано: "поскольку Вам будет предъявлено обвинение, Вы имеете право явиться с защитником".
А. ВЕНЕДИКТОВ Теперь у меня вопрос к Татьяне. Кто такой Игорь Зотов? Может быть, не все слушатели знают. Во-первых, почему именно Зотов, во-вторых, кто это, что это за журналист.
Т. КОШКАРЕВА Игорь Зотов это заместитель главного редактора "Независимой газеты", то есть мой заместитель. Он курирует в этом качестве культурную тематику: кино, литература, театр. При этом он является, по сути, главным редакторов нашего книжного обозрения "Экслибрис НГ". И естественно, он очень много пишет сам. Пишет он только о литературе, и исключения бывают только ради кино. И я еще должна сказать, уже в частном порядке, не как главный редактор. Я Игоря знаю очень много лет, и это просто очень хороший человек.
А. ВЕНЕДИКТОВ Тогда почему, с Вашей точки зрения, именно Игоря Зотова вызывают? Причем не просто вызывают, мало ли, Вас тоже вызывали как свидетеля, а почему именно ему собираются предъявить обвинение?
Т. КОШКАРЕВА Я не знаю, это нужно, в первую очередь, наверное, спрашивать у тех, кто его вызывает.
А. ВЕНЕДИКТОВ Мы спросим.
Т. КОШКАРЕВА Да, но проблема в том, что, я еще раз подчеркиваю, Игорь, если пишет тексты, то исключительно на культурные темы. И он не является автором этой злосчастной заметки, которая у нас прошла, и на которую, кстати, мы практически сразу дали опровержение.
А. ВЕНЕДИКТОВ То есть в данном случае вы выполнили закон о СМИ?
Т. КОШКАРЕВА Абсолютно. Как появилась статья, подписанная адвокатами Анатолия Быкова господином Падвой, Сергеевым и еще рядом адвокатов, мы немедленно опубликовали эту заметку. Это было фактически опровержение. Тем не менее, уже спустя какое-то время, было это заявление, о котором рассказала Раиса Беляновна. Так вот, опять возвращаясь к Вашему вопросу. Мне совершенно непонятны действия старшего следователя, который ведет это дело. У меня тоже к нему есть вопросы, но я не могу их задавать, поскольку сама являюсь свидетелем. И мне кажется, я могу только предполагать, это такая очень зыбкая почва, на которую мы ступаем, Игорь Зотов в тот день дежурил по номеру. То есть был ведущим редактором и, видимо, это как-то повлияло на столь странное, абсурдное решение следователя предъявить Игорю обвинение.
Здесь я должна одну ремарку сделать. На мой взгляд, это очень важно. Вы уже поняли, что это дело расследуется несколько месяцев. Мы, сотрудники редакции, неоднократно ходили на допросы, мы абсолютно законопослушны. Нам говорят: "приходите", мы приходим, отвечаем на вопросы. И мы никогда не позволяли выплеснуть это на публику, вовлечь в это читателей, наших коллег из других изданий, с радио, на телевидении. Дело в том, что любое упоминание имени Игоря Зотова в этом контексте неизбежно пятнает его репутацию. Да, люди ведь разные, никто не будет вникать, но навсегда запомнят имя Игоря именно в этом контексте. А он в литературных кругах очень известный человек, это может каким-то трагичным образом повлиять на его судьбу. И именно это, и очевидная абсурдность того, что происходит, заставила нас писать, вести переговоры с публичными людьми. Мы уже консультировались с депутатами, мы искали помощи, поддержки, защиты. Мы пишем тексты. И пока существует минимальный риск того, что имя Игоря навсегда закрепится в общественном сознании связанным с какими-то непонятными делами, в которых никто не будет разбираться, мы будем каждый день говорить об этом, каждый день подчеркивать абсурдность происходящего. Это наша позиция.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но Фемида дама с завязанными глазами, и ей симпатичный образ того или иного человека, гражданина, наверное, просто не виден через повязку. На это вам ответят, (я так предполагаю), что перед законом все равны: те, кто занимаются литературой, те, кто занимаются кино, и те, кто занимаются криминалом. Я думаю, что следователь так и ответит Вам, Таня, если Вы захотите...
Т. КОШКАРЕВА А на это я отвечу: а почему не уборщице он собирается предъявить обвинение? Она ведь в тот день мыла полы в редакции и, таким образом, содействовала тому, что вышла газета, где была опубликована эта заметка. Я скажу больше: а почему не Анатолий Борисович Чубайс? Ведь у нас же свет горел, электричество подавалось. И в конечном итоге ведь Анатолию Борисовичу тоже можно предъявить обвинения какие-то.
А. ВЕНЕДИКТОВ Если бы он выключил свет, газета бы не вышла.
Т. КОШКАРЕВА Естественно. Пресек бы на корню, так сказать. И я думаю, очень много есть людей, которые подобным образом вообще хотят со СМИ поступить.
А. ВЕНЕДИКТОВ Об этом мы сейчас и поговорим.
-
А. ВЕНЕДИКТОВ У нас есть проект, который называется "Одна семья времен Владимира Путина", и эта семья каждую неделю может задавать вопросы любым нашим гостям. Вы частично уже ответили на вопрос Татьяны Ушаковой из Екатеринбурга, которая на эту неделю сопровождает нас и наших гостей, какие конкретно доказательства существуют у редакции "НГ" коррумпированности судей. Я так понял, что было опровержение по этой статье.
Т. КОШКАРЕВА Да, мы опровержение опубликовали.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но у Татьяны был еще один вопрос на сайте в Интернете, который она нам прислала. Вопрос о том, какие еще есть факты, что есть действительно давление на газету, или это единичный факт, и тогда рассматривать как давление на газету это невозможно.
Т. КОШКАРЕВА Сегодня, несмотря на такие неприятные события, которые разворачиваются вокруг "Независимой газеты", вышел наш очередной номер, и там опубликована моя заметка, которая называется "Заложники", где очень подробно, практически детально я рассказываю о том, в какой ситуации мы оказались.
А. ВЕНЕДИКТОВ Очень многие связывают давление на вашу газету с окончанием истории с шестой кнопкой, теперь взялись за прессу, в частности с вашим инвестором Борисом Березовским, после фильма, который он прислал в Россию, решили просто разделаться с газетами, с вами, с "Коммерсантом" и со всеми СМИ, с которыми Борис Абрамович имел то или иное отношение. Вы видите здесь политическую подоплеку? Или это только юридический кунштюк?
Т. КОШКАРЕВА Я бы не хотела видеть подобной подоплеки, просто она сама бросается в глаза. Потому что, я еще раз подчеркиваю, тот абсурд, который происходит, можно трактовать как угодно, но в конце любой логической цепочки неизбежно возникает имя и фамилия нашего основного инвестора. Это неизбежно. Я еще раз подчеркиваю, я очень детально об этом написала сегодня. Мы давно ходили на допросы, да, мы молчали, потому что мы считали, что это будет во вред всем, вообще, и журналистскому сообществу, и более в широком смысле этого слова. Мы не хотели поднимать никакого крика, никакого скандала. Это была моя позиция в том числе, ее поддерживали многие сотрудники редакции. Но нас вынудили так сделать.
А. ВЕНЕДИКТОВ У меня несколько технических вопросов по этому делу к адвокату. Раиса, скажите, пожалуйста, клевета по Уголовному кодексу, что может грозить журналисту?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Насколько я сегодня поняла, Зотову хотели вменить 289-ю, часть третью, "Клевета". И по той третьей части, которую ему должны были вменить, наказание до 4 лет лишения свободы, от штрафа.
А. ВЕНЕДИКТОВ А что такое часть третья?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Он как бы оклеветал судью. Это вообще клевета на судью, судебного пристава, присяжного.
А. ВЕНЕДИКТОВ Эти люди отдельно защищены в законе?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Да, отдельно.
А. ВЕНЕДИКТОВ То есть, если Вы меня оклевещете, я обойдусь?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ То это статья 129 УК, другая статья: оклеветали уборщицу, слесаря, инженера...
А. ВЕНЕДИКТОВ Президента? Тоже часть третья?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Нет, 289-я, третья это только в отношении судей, судебных приставов.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но это самое тяжелое наказание?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Да, 4 года лишения свободы это достаточно серьезное наказание. Разве этого мало? Это самое тяжелое наказание.
А. ВЕНЕДИКТОВ Если еще раз юридический вопрос? Простите, что я туда ушел. Объект клеветы понятен. А субъект клеветы? Кому может быть приписана клевета? Журналисту, который не писал заметки?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Нет, это обязательно должен быть человек, у которого был умысел на совершение этого преступления. Я сегодня такой вопрос задала следователю: "Как Вы предполагаете выходить из этой ситуации?" Ведь субъективная сторона этого преступления обязательно предполагает наличие умысла у человека, который оклеветал.
А. ВЕНЕДИКТОВ То есть знает заранее, что говорил неправду.
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Да, заранее понимал, что совершает. Но мне следователь на это не ответил. Он сказал: "Был бы Зотов, мы бы поговорили". То есть будет предъявлено обвинение. Но, насколько я поняла, обвинение ему предъявляется за то, за что сказала Татьяна Петровна. Именно за то, что он был дежурный в этот день, последний, кто подписывал этот номер.
А. ВЕНЕДИКТОВ Это все равно, что предъявить президенту Путину уголовное обвинение за халатность по поводу подлодки "Курск". Он был дежурным президентом. Я так подумал: за все, что в стране происходит, дежурный отвечает. Я просто логику пытаюсь дальше распространить.
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Логики нет в этой ситуации. Должна сказать, что вообще позиция прокуратуры в данном случае абсолютно незаконна, абсолютно неправильна с точки зрения закона. Ни в какие политические дела я не вникаю.
А. ВЕНЕДИКТОВ То есть Вы будете одна бороться со всей прокуратурой?
Т. КОШКАРЕВА Нет, у нас сегодня, я считаю, есть значительный успех. Получено принципиальное согласие Генри Марковича Резника на защиту Игоря Зотова. И мы думаем, что это будет существенная помощь для нас, потому что Генри Маркович занимается как раз такими вопросами, имеет большой опыт. И я думаю, его помощь нам окажется очень ценной.
А. ВЕНЕДИКТОВ Вернемся к Игорю. Он сегодня не пошел по вызову, повестке. Собирался, насколько я понимаю.
Т. КОШКАРЕВА Собирался.
А. ВЕНЕДИКТОВ Что произошло?
Т. КОШКАРЕВА Я вынуждена повторяться немного, но проблема в том, что для Игоря УК это всего лишь еще одна книга. И когда в пятницу пришел этот факс, приглашение на допрос в прокуратуру, он не сразу все понял. Он в тот день плохо себя чувствовал. Потом ему объяснили, что, собственно говоря, назвали эти страшные сроки, 4 года лишения свободы, судимость, все как обычно. И в субботу вечером он вызвал скорую помощь, его госпитализировали в одну из клинических больниц Москвы, поместили в палату, где помимо него находилось еще несколько человек, больных. Сегодня с утра мы предприняли все попытки, чтобы перевести его в более приличные условия, и нам удалось это сделать. Сейчас его состояние по-прежнему не очень хорошее, он очень переживает. Это естественно. У него повышено давление, там есть угроза инсульта. Тем более, нам не хотелось бы его имя трепать.
А. ВЕНЕДИКТОВ Раиса, скажите, пожалуйста, если это дело ничем не закончится, что вполне возможно, несет ответственность следователь или заявитель за честь и достоинство журналиста, опороченное в таком виде?
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Не журналиста конкретно, а человека.
А. ВЕНЕДИКТОВ Поскольку Игорь журналист, как "дежурный по апрелю".
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Пока Игорю не предъявили обвинение. Вот если будет предъявлено обвинение...
Т. КОШКАРЕВА Вы знаете, я вас прерву, но я считаю, что огромный ущерб ему уже нанесен.
А. ВЕНЕДИКТОВ Я собственно про это.
Т. КОШКАРЕВА И ровно этот вопрос я Раисе Беляновне уже задавала. Мы будем задавать подобные вопросы еще раз. Проблема только в одном: захочет ли Игорь признать то, что ему был нанесен ущерб. Потому что непосредственно он должен быть инициатором подобного дела.
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Все будет зависеть еще оттого, как будут развиваться дальнейшие события.
А. ВЕНЕДИКТОВ По-моему, уже очевидно, или я ошибаюсь?
Т. КОШКАРЕВА Да, у меня сложилось такое впечатление, что кровь хотят пустить.
Р. ГАНАПОЛЬСКАЯ Еще будут вызывать кого-то. Сегодня следователь скажет, он будет вызывать еще несколько человек.
А. ВЕНЕДИКТОВ Скажите, не пытались ли Вы встречаться с заявителем, с госпожой Егоровой, и предъявить ей газету, где было опубликовано опровержение и т.д., в соответствии с законом о СМИ?
Т. КОШКАРЕВА Такие попытки были, скрывать не буду.
А. ВЕНЕДИКТОВ Надо понять мотивы, да?
Т. КОШКАРЕВА Я еще раз подчеркиваю, что мы предпринимали абсолютно все попытки, чтобы каким-то образом смикшировать ситуацию. Это не значит, что мы не готовы были нести какого-то наказания, предусмотренного законом. Но, опубликовав опровержение, и, естественно, потом узнав, что, тем не менее, дело возбуждено, мы предпринимали все попытки, которые были в наших силах. Рустам Нарзикулов, генеральный директор "Независимой газеты", и вне рамок дела ездил в московскую прокуратуру, пытался встретиться с госпожой Егоровой, через посредников. Мы предлагали разные варианты того, чтобы это дело как-то закончить миром или более цивилизованным способом. Но у нас сложилось стойкое впечатление, что этих "журналистишек", неважно, в "Новой газете", в "Независимой газете", вообще, "журналистишек" надо проучить.
А. ВЕНЕДИКТОВ Всех?
Т. КОШКАРЕВА Всех. У меня сложилось впечатление, что... опять-таки, я не могу говорить за всех сотрудников правоохранительных органов...
А. ВЕНЕДИКТОВ Таня, извините, Вы сейчас так сказали, я тут же вспомнил незабвенного Ляпкина-Тяпкина. Вы сказали это с интонациями судьи из "Ревизора".
Т. КОШКАРЕВА Я похожа на судью?
А. ВЕНЕДИКТОВ Нет, не Вы. А "этих журналистишек надо проучить"... я думаю, это из того времени.
Т. КОШКАРЕВА В последнее время лично я сталкиваюсь к себе (не знаю, может, я такую антипатию вызываю, но всегда подчеркивается то, что я "журналисточка") с очень неприязненным отношением со стороны работников правоохранительных органов. Я еще раз повторяю, конечно, есть исключения, есть какие-то знакомые, есть приятели. Мы вынуждены общаться, и не только вынуждены, иногда это бывает очень приятно, на каких-то праздниках, мероприятиях. Но в общей своей массе, конечно, они испытывают большое недовольство нашей работой.
А. ВЕНЕДИКТОВ А министерство печати и информации в этом играет какую-то роль? Вы обращались?
Т. КОШКАРЕВА Мы очень благодарны Михаилу Юрьевичу Лесину. Это для нас была полная неожиданность. Естественно, когда это все случилось и стало приобретать несколько глобальный масштаб, все это дело, мы поставили в известность всех тех, кто мог быть заинтересован в том, чтобы этот конфликт погасить. И Михаил Юрьевич, я знаю, тоже предпринимал попытки как-то выяснить, прояснить ситуацию. Морально он нам очень сильно помогал, мы всегда знали, что мы не одни, это дело находится под контролем министерства печати и еще ряда людей, которые отвечают за это.
А. ВЕНЕДИКТОВ Татьяна, Вы назвали свою статью "Заложники". Позвольте простой вопрос. А не лучше ли сменить инвестора? Может быть, сразу отстанут?
Т. КОШКАРЕВА Честно говоря, я никогда об этом не думала.
А. ВЕНЕДИКТОВ А я Вам вопрос ставлю. В нашей последней российской истории нам объясняют, что не журналисты плохие, инвесторы у них негожие, а журналисты все отличные.
Т. КОШКАРЕВА Я буду думать над Вашим вопросом, но у меня есть моя личная позиция. Я не считаю нужным менять инвестора, потому что, во-первых, как главный редактор я не испытываю абсолютно никакого дискомфорта, работая с теми людьми, с которыми я работаю, наше общение сведено до минимума. Причем Вы даже не представляете себе, до какого минимума.
А. ВЕНЕДИКТОВ Наверное, я общаюсь чаще.
Т. КОШКАРЕВА У меня есть такие подозрения. Потому что я привыкла отделять мясо от рыбы и стараюсь блюсти какие-то приличия.
А. ВЕНЕДИКТОВ Для меня ваш инвестор просто ньюсмейкер.
Т. КОШКАРЕВА Вот я и думаю, что Вы чаще с ним общаетесь, чем я. Поэтому меня эта ситуация абсолютно устраивает.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но Вы сказали "Заложники". Ведь заложника берут для того, чтобы потом что-то получить. Заложника просто так не берут. Поэтому я задаю вопрос. "Заложники" это Вы назвали на первой полосе сегодня "Независимой газеты".
Т. КОШКАРЕВА Да, и в тексте объяснила, что нас хотят сделать заложниками.
А. ВЕНЕДИКТОВ Что хотят в обмен?
Т. КОШКАРЕВА Я думаю, чтобы мы подумали о том, чтобы сменить инвестора.
А. ВЕНЕДИКТОВ То есть дело опять пахнет политикой?
Т. КОШКАРЕВА У меня здесь принципиальная позиция, в этом вопросе. Когда мне задают вопрос, чего Вы тут такого политического видите, у меня принципиальная позиция, что любой дискомфорт СМИ всегда, неизбежно обретает политическую окраску. Вы знаете, свобода слова это фундаментальное понятие, оно впрямую связано с политикой, с политическим устройством государства, общества и т.д. И я считаю, что это автоматически, любое давление на СМИ психологическое, уголовное, по какой угодно линии неизбежно приобретает политическую окраску. Неизбежно.
А. ВЕНЕДИКТОВ Спасибо большое. Мы будем следить за этим делом. Даже не знаю, как его назвать. Ну, не "Игоря Зотова" уж абсолютно точно, для меня. Мы будем следить за этим делом, прокуратура против "Независимой газеты". Московская прокуратура, как я понимаю?
Т. КОШКАРЕВА Да.
А. ВЕНЕДИКТОВ Не Генеральная еще?
Т. КОШКАРЕВА Нет.
А. ВЕНЕДИКТОВ Все впереди. Московская прокуратура против "Независимой газеты". Мы будем следить, слушайте наши выпуски.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" были: Татьяна Кошкарева главный редактор "Независимой газеты", Раиса Ганапольская - адвокат заместителя главного редактора "НГ" И. Зотова.