повышение США пошлин на ввоз стали; влияние на российскую экономику - Алексей Мордашов - Интервью - 2002-03-11

11 марта 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Алексей Мордашов - гендиректор ОАО "Северсталь" (по телефону).

Эфир ведет Алексей Венедиктов.

А. ВЕНЕДИКТОВ Добрый день. Алексей, скажите, пожалуйста, насколько это решение США, повышение пошлин на ввоз стали, сильно ударит по конкретно вашему предприятию?

А. МОРДАШОВ Сейчас это трудно прогнозировать окончательно, потому что непосредственно объем продаж нашей продукции США был не таким большим. То есть это из примерно 8 млн. тонн проката, который мы производим, мы продавали туда 500 тыс., чуть меньше, то есть 1/16 объема. Это не такой большой объем, но проблема в том, что это был достаточно важный для нас рынок с высокими требованиями по качеству, с высокими ценами, и конечно, потерять его опасно и проблемно. Но самое главное, что американцы, закрыв свой рынок, вытолкали с него, если так можно выразиться, большой объем стали, который раньше потребляли, и этот объем будет искать свое место на рынках других стран. То есть можно ожидать обострение международной конкуренции на рынке стали во всем мире. Кроме того, правительства других стран, в частности Евросоюза, заявили о своем намерении пересмотреть импортные пошлины, импортную политику. То есть может начаться закрытие других рынков. А это все отразится на том, что обострившаяся конкуренция может изменить в целом наш экспорт. А это примерно половина нашего объема производства.

А. ВЕНЕДИКТОВ Так, может быть, российским предпринимателям и вам, с учетом того, что начнется торговая война, принять в ней участие, "половить рыбку", переориентироваться на Юго-Восточную Азию? Или это невозможно?

А. МОРДАШОВ Как раз то, что Вы сказали, - это и есть торговая война. То есть если мы начнем переориентировать свой металл на другие рынки, на ту же Юго-Восточную Азию, и так будут делать многие другие страны, то как раз это и будет означать обострение конкуренции и торговую войну, во-первых. Во-вторых, "ловить рыбку" может только тот эффективно, у кого есть сильный национальный рынок. Сегодня в России рынок растущий и крепкий, но не настолько, чтобы потребить всю нашу сталь. Соответственно, мы будем вынуждены часть ее экспортировать, если хотим сохранять объемы производства, цены, все наши социальные обязательства выполнять, налоги, зарплату платить. Поэтому сегодня то, что может облегчить наше положение, - это, во-первых, политическая поддержка нас, поскольку американцы, включив, например, российских металлургов в те меры по защите рынка стали, которые мы сейчас обсуждаем, включив Россию, нарушили тем самым свои обязательства по соглашению. В 99 году Россия и США заключили соглашение по торговле сталью. И по этому соглашению Россия не наносит ущерб американскому рынку. Наш объем продаж там давно ограничен квотами. И поэтому, по идее, американцы не должны были включать нас в эти меры. И тут, наверное, нужно какое-то политическое влияние сверху, может быть, со стороны президента и главы правительства, чтобы как-то сподвигнуть американцев на выполнение этих обязательств.

А. ВЕНЕДИКТОВ То есть, правильно ли я понимаю, что Вы считаете, что президент и правительство должны занять более активную позицию, или, скажем так, еще обострим, занимают недостаточно активную позицию, защищая интересы собственных производителей-сталелитейщиков?

А. МОРДАШОВ Да нет, я бы не сказал, что недостаточно активную. В общем-то, и президент многократно обращался к этому вопросу во время встреч на высшем уровне, и глава правительства тоже озабочен этими проблемами, это я знаю тоже знаю из разговора с ним. Но и Минэкономразвития торговли, конкретно замминистра Медведков, министр Греф, те, кто занимаются этими вопросами непосредственно, - они все активны в переговорном процессе. Медведков последний раз был неделю назад в Вашингтоне, и сейчас визит Зеллика, насколько я знаю, тоже будет использоваться для этого. Но тут трудно очень прогнозировать, чем все это кончится. То есть тут очень важно, чтобы усилия нарастали. Насколько они будут успешны, зависит от целого ряда всяких факторов, которые сейчас нам трудно оценить и спрогнозировать. Я бы не сказал, что мы имеем основания кого-то обвинять. Они делают многое. Просто хотелось бы, чтобы начали делать еще больше.

А. ВЕНЕДИКТОВ Расцениваете ли Вы, что история с курами, хотя правительство всячески от этого открещивается, (и Михаил Касьянов, и сегодня в нашем эфире был Максим Медведков, что это никак не связано, тут ветеринары, а тут торговые соглашения), тем не менее, что это есть некая реакция, что должна быть реакция такого же плана: если нам запрещают, мы тоже должны запрещать?

А. МОРДАШОВ Во-первых, мне трудно комментировать этот вопрос. Мы не имеем отношения к курам и совсем в другой сфере работаем, во-первых.

А. ВЕНЕДИКТОВ Я понимаю.

А. МОРДАШОВ Во-вторых, я бы сказал так. Мы живем в хрупком взаимосвязанном мире. И когда правительство одной страны производит некие действия по защите своего рынка, например, которые больно отражаются на интересах других стран, то можно ожидать ситуации, когда будут ответные реакции, какие-либо на что-либо. В нашем хрупком мире проблемы, которые раньше не стояли так остро, и на которые так не обращали внимание, выходят на первый план, начинается много всяких последствий. Как мне сказал один умный человек, когда ты бросаешь в воду половинку камня, ты не можешь рассчитывать, что пойдет половинка кругов. Но напрямую, конечно, это ситуации не связанные. А что касается асимметричных ответов в торговых войнах, - это очень опасная практика. Хотелось бы ее избегать, хотя мы знаем, что по жизни так бывает.

А. ВЕНЕДИКТОВ Кстати, сегодня в прессе замелькали сообщения о том, что именно ваше предприятие, я уж не знаю, от Вашего ли имени, но, тем не менее, из вашего предприятия "Северсталь" исходит некая инициатива, чуть ли ни письмо в правительство, предлагающее установить таможенные пошлины на все иномарки. Не только на старые иномарки, но и на все. Вы не могли бы что-нибудь сказать по этому поводу?

А. МОРДАШОВ Нет, такого письма от нас не исходило, во-первых. Во-вторых, позиция российских автомобилестроителей по вопросу импортных пошлин на автомобили более или менее единая, консолидированная. Она вся направлена на закрытие ввоза в страну старых машин. Мы можем ожидать, особенно в связи с принятием в ЕЭС нового законодательства, предписывающего автомобильным компаниям делегировать старые автомобили, наплыва подержанных иномарок с очень плохими условиями по безопасности и по экологии на российский рынок. Это будет подрывать наш национальный рынок для российских автомобилей. С этим мы считаем необходимым бороться. В целом полного запрета ввоза иномарок и заградительных пошлин на все иномарки мы не предлагали.

А. ВЕНЕДИКТОВ А что бы Вы назвали, я попросил бы Вас сказать уже как эксперта, что такое для российского потребителя запретительная пошлина на старую иномарку? Это так же, как на сталь, 30%? Понимание запретительной пошлины, чтобы это не было игрой в слова.

А. МОРДАШОВ Во-первых, боюсь, я не являюсь таким глубоким экспертом в вопросах импортных пошлин на подержанные иномарки. Наверное, эта пошлина больше, чем 30% на старые машины. Есть определенная шкала. Я просто не помню, какие там цифры указаны. Наверное, можно поднять те предложения, которые выдвигает правительство от имени автопрома.

А. ВЕНЕДИКТОВ Давайте вернемся к стали. Алексей, получается довольно интересная вещь. С одной стороны, российские производители автопрома требуют введения таких же пошлин. С другой стороны, американские сталелитейщики требуют введения таких же пошлин для стали. Где можно найти общий компромисс?

А. МОРДАШОВ Во-первых, эти вещи, насколько я понимаю, не связаны между собой.

А. ВЕНЕДИКТОВ Они не связаны, просто подход один и тот же. Каждый производитель давит на свое правительство, это нормально, требуя защитить свой рынок. Где опасная красная черта?

А. МОРДАШОВ Первое. Мы не требуем защитить свой рынок полностью. Мы требуем защитить свой рынок от недобросовестной конкуренции. Мы требуем защитить наш рынок от подержанных иномарок с очень большим сроком эксплуатации. А по стали речь шла о том, что запрещается ввоз любой стали. При этом игнорируются наши естественные конкурентные преимущества. Во-вторых, я думаю, что ведь мы говорим не о каком-то запрете на ввоз иномарок навсегда, а о какой-то временной мере. Правда, стальные пошлины тоже введены, конечно, пока на 3 года. Поэтому я не вижу связи здесь, во-первых. Во-вторых, наверное, мы все равно должны, так или иначе, исходить из принципов открытой рыночной экономики. Та ситуация, в которой оказался российский автопром, очень тяжелая. И в принципе, я согласился бы с тем, что нам не нужен протекционизм. Те меры, которые мы предлагаем, должны базироваться на нормах и принципах ВТО, свободной рыночной экономики. Но просто есть уникальная конкретная ситуация российского автопрома. Я против льгот для автопрома. Но в сегодняшней ситуации эта проблема настолько велика... в этой отрасли работает 1 млн. 700 тыс. человек. Никто в принципе не знает, что с ней делать.

Мне несколько раз доводилось участвовать в дискуссиях, где люди совершенно справедливо обвиняли российский автопром во всех смертных грехах. Но сегодня ситуация такова, что заводы эти есть, они обеспечивают огромную занятость, огромную долю в бюджетах, в экономике страны. 30% машиностроения это автомобильная промышленность. Поэтому сегодня надо что-то с этим делать. И в ответ на этот вопрос никто ничего сказать не может. То есть автопром обвиняют все, а когда говоришь: "что делать дальше?", никто не знает, что делать. Сегодня на заводы пришли новые собственники. Все они имеют какие-то проработанные программы. И сегодня, на мой взгляд, судьба российского автопрома, в общем, просматривается. Судьба эта непростая, трудная, но вполне позитивная. Просто нужно дать им шанс. Этот шанс должен быть понятным, ограниченным по времени, по условиям, с конкретными последствиями. Все, о чем мы сейчас говорим, это нужно дать шанс автопрому. В противном случае не очень понятно, а что делать, если не дать ему этот шанс. Ликвидировать такую отрасль сегодня в России? Кто за это возьмется, кто на это решится? То есть то, о чем мы говорим, - это некая разумная мера, для того чтобы обеспечить переходный период. Совсем другая ситуация в экономике США. Стальная промышленность США всегда имела хорошие условия на местном рынке, всегда очень эффективно пользовалась антидемпинговыми процедурами для защиты своего рынка. И в США существуют заводы, которые технически оснащены гораздо хуже, чем в среднем многие российские заводы.

А. ВЕНЕДИКТОВ Серьезно?

А. МОРДАШОВ Да, лучше оснащены, чем американские заводы. То есть это проблема реструктуризации американской отрасли. Более того, мы ведь не склонны обвинять американцев. Что мы сейчас требуем? Мы не говорим: "не надо вводить 201-ю статью". Это право американского правительства. Наверное, ряд ЕЭС, ряд других членов ВТО постараются оспорить это на предмет соответствия международному праву. Но мы сейчас ведь не об этом говорим. Мы просто говорим: у нас в России есть соглашение с американцами, которое делает нашу стальную торговлю с США предсказуемой и понятной. Давайте будем соблюдать это соглашение. Ведь мы же, Россия, соблюдали его.

А. ВЕНЕДИКТОВ Алексей, очень многие предприниматели последнее время стали занимать скептическое отношение, и понятно, почему, по поводу вступления России в ВТО. А как генеральный директор "Северстали", особенно с учетом последних боев, относится к тому, что России надо быстрее или, наоборот, не надо вступать в ВТО?

А. МОРДАШОВ Я считаю, что Россия должна вступать в ВТО, по целому ряду причин. Во-первых, мы живем в глобальном мире и не можем игнорировать тот факт, что рынки становятся глобальными. На российском рынке торгуют иностранными товарами, и мы продаем значительную часть своих товаров за рубежом. Вступление России в ВТО способствует развитию международных связей. Кроме того, вступление России в ВТО будет способствовать развитию рыночной экономики в России, что, наверное, сегодня является единственным разумным инструментом поднятия качества жизни. То есть нам нужно сделать эффективными эти рыночные механизмы, которые мы выбрали 10 лет назад. Я считаю, что Россия должна вступать в ВТО.

А. ВЕНЕДИКТОВ Но конкуренция Вас не пугает?

А. МОРДАШОВ Нет. Но Россия должна вступать в ВТО только на приемлемых для России условиях. То есть, если мы путем переговоров добьемся приемлемых условий для вступления России в ВТО, мы должны вступать. Не добьемся не должны. То есть подход к вступлению ВТО, на мой взгляд, должен быть прагматическим. Более того, я считаю, что большинство бизнеса (и голосования в том же РСПП это показывают) поддержит идею вступления в ВТО. Но, естественно, при этом оно должно быть выгодно для нашей страны. То есть мы должны добиться условий вступления, которые будут для нас выгодны, в которые не будет включена какая-нибудь дискриминация России, которые позволят обеспечить какой-то переходный период реструктуризации для чувствительных секторов авиапрома, автопрома, сельского хозяйства. Но если мы всего этого достигнем, надо вступать.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Алексей Мордашов - гендиректор ОАО "Северсталь" (по телефону).