Программа "Дачники" - Маша Шахова - Интервью - 2002-03-02

2 марта 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" программа "Дачники"

С.БУНТМАН: Маша Шахова, и мы путешествуем по Подмосковью сейчас. В разных дачных местах мы бываем каждую неделю. Ну, так что же, Маш? Добрый день.

М.ШАХОВА: Здравствуйте. Сегодня мы поедем на станцию Трудовую.

С.БУНТМАН: А где у нас Трудовая?

М.ШАХОВА: А точнее она называется Трудовая-Северная, Дмитровское шоссе, Савеловская дорога.

С.БУНТМАН: А, вот плохо я знаю Савеловскую. Понятно.

М.ШАХОВА: И герои наши - маршалы и их жены. Итак, станция Трудовая. Фамилия председателя поселкового Совета станции Трудовая-Северная Хрусталев. Сын он того самого знаменитого

С.БУНТМАН: Который "Хрусталев, машину"?

М.ШАХОВА: который "Хрусталев, машину", личного телохранителя Берии, которому, как раз, Лаврентий Павлович, выскочив из комнаты, где только что умер Сталин, и крикнул эту знаменитую фразу, бросил точнее: "Хрусталев, машину". Сын Хрусталева, Виктор Васильевич всю жизнь прожил в этом дачном поселке. Сталина видел в 45-ом году, когда тот приезжал в гости к маршалу Соколовскому. Помнит, что охранники шли впереди с собаками, разгоняли мальчишек со странными словами, до сих пор не понимает их значения, говорили они: "Ребята, не выходите на улицу, сейчас мышь проедет". Почему мышь?

Детские воспоминания хулиганские о дачной жизни. Только по садам лазили, воровали яблоки с маршальских дач. Причем заранее договаривались, у какого маршала - Соколовского, Чуйкова или Катукова - прятать собак на ночь будут. Маршал Чуйков не выдерживал, гонял мальчишек клюшкой, жутко ругался.

Поселок начал строиться в 1946 году согласно постановлению правительства от 1945 года: Сталин распорядился генералам и офицерам, бравшим Берлин, дать землю в собственность по размерам службы. Вообще удивительно, как на разных дорогах Подмосковья возникают эти поселки подарки Сталина. Жуковка - подарок ученым-ядерщикам, Можайка подарок академикам, Икша подарок летчикам. Вот и возник этот поселок, как подарок маршалам, генералам.

Рассказывает вдова маршала Катукова Михаила Ефимовича, Екатерина Сергеевна.

Е.КАТУКОВА: Вы знаете, мы были на приеме Парада Победы в Кремле 24 июня 1945 года. А потом пришел Катуков и сказал: "Катерина, есть постановление правительства, дать нам в собственность участок и построить дом. Как ты на это смотришь?" Я говорю: "Ну, у нас же негде жить, давай будем строиться". У Катукова квартиры не было, и у меня ничего не было. И вот он сказал: "Как ты смотришь?" Я: "Конечно, нам надо иметь какой-то угол на родине, не вечно же нам жить за границей".

М.ШАХОВА: Дачи эти строили пленные немцы, которых каждый день привозили на стройку. Вдова маршала Катукова вспоминает, как она привозила на машине "Победа" еду для них, кормила их. Она говорит, забивала машину селедкой, маслом, картошкой и булками, кормила и поила немецких строителей. Пару лет назад была смешная история: на дачу туда приехал к родственникам маршала Соколовского неожиданно приехал немецкий турист. Он оказался одним из тех пленных немцев-строителей. Осмотрел дом Соколовского и остался доволен своей работой старой. Сказал: "Зер гут!". Но, правда, скривился по поводу более поздних построек.

А тогдашние постройки были типовые: каменные, двухэтажные, каждый походил на небольшое административное здание, по-военному было четко все построено. В соседних деревнях этих дачников, маршалов-новоселов, стали называть оккупантами. А дачи построили сразу для нескольких генералов и маршалов тогдашних: Чуйкова, Соколовского, Ротмистрова, Катукова и других. Вспоминает об этом Екатерина Сергеевна Катукова.

Е.КАТУКОВА: Было принято решение членами военного совета и Жуковым, и Телегиным какие проекты построить. Все дома здесь построены по одинаковому проекту. Комнат нам полагалось всего здесь 12. Но здесь не 12, здесь меньше. Сейчас я их посчитаю: раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь. Семь комнат, не считая веранды. Четыре веранды. Веранды пристроила я сама потом, потому что не было выхода в сад. Так что мы при нем никаких обсуждений, какой мы хотим, или не хотим, этого никто никого не спрашивал. Решали Военный Совет и в Совете Министров.

М.ШАХОВА: Строители-то были немецкие, а вот прорабы были советские. И попадались жуликоватые. С дачей Катукова вышла такая вот история: сам генерал Катуков с женой после взятия Берлина продолжали служить в Германии. И года три аккуратно по-военному переводили по счетам все деньги на строительство дачи. Жена его была уверена, что дом почти построен, но поехать было невозможно муж был занят. И сначала дом должен был стоить 120 тысяч рублей в старом исчислении. Но за три года цены на строительные материалы возросли, и дом обходился уже в 360 тысяч рублей. Историю эту вот так рассказывает Екатерина Сергеевна Катукова.

Е.КАТУКОВА: Мы четыре года не приезжали в отпуск, потому что собирали деньги на эту дачу и не приезжали. Потом я все время Катукову говорила: "Давай поедем, посмотрим, что там нам строится". И вдруг на четвертый год Катуков говорит: "Катерина, едем на родину, поедем в Кисловодск отдыхать, а потом, кстати, посмотрим, как наш дом". Мы поехали в Кисловодск первый раз, наслаждались, очень хорошо отдыхали. Около нас было много народу, Катуков всех разыгрывал. Он говорил: "Женщины, вы знаете, чем знаменита эта гора?" Мы говорим, не знаем. Он говорит: "Я тоже не знаю. Там Пушкин никогда не бывал". Ну, все хохочут. Или: "Женщины, в этом магазине продаются венички с никелированной ручкой". Все бегут, как сумасшедшие, а он хохочет: "Зачем им нужны венички с никелированной ручкой?" То есть весь санаторий ходил за Катуковым. Он всегда был номер один. Он меня звал Антон-Прохор. "Прохор, в штаны нагрохал!" И я отвечаю. И он говорит: "Вы видите, она отвечает!" Вот такой он смешной был и нас разыгрывал всех.

М.ШАХОВА: Вот такой у них получился счастливый и веселый отпуск. Но на обратной дороге заехали в Москву, квартиры у них в Москве тогда не было, поэтому решили они сразу поехать на дачу, на Трудовую и посмотреть, какой же у них получился дом. Потому, что пора было бы его и обставлять уже. Зашли они в строительную контору, дали им для сопровождения инженера, приходят на участок и не на что смотреть, нет там ничего: ни дома, ни стройки, вообще, нет ничего. И как вспоминала Екатерина Сергеевна: "И дома нет, и денег нет!" Представляете, как они должны были переживать, приехав в этот подмосковный поселок. И тогда инженер, который с ними был вместе, взял топор, отсчитал 10 шагов, дошел до деревца и срубил его, пошел в другую сторону, отсчитал, почему-то, 16 шагов и тоже срубил дерево, и сказал: " Вот здесь будет дом!" В эти послевоенные годы генерал Катуков был очень известным генералом в Германии и в Советском Союзе. Газеты беспрерывно печатали его фотографии. Но продолжал он по-прежнему служить в Германии, в Дрездене. И там же, кстати, служила его жена Екатерина Сергеевна. Она была гвардии старшиной медицинской службы. И вот перед отъездом к месту службы пошли генерал с женой и опять купили кирпич и 75, как им велели, кубов леса. И полетели к месту службы в Германии, сели они в Дрездене, и там же, на аэродроме, раздается звонок. Им звонят и говорят: "А кирпич-то ваш и лес-то нету, ушел с участка. Куда ушел - не знаем". Вот и опять они остались ни с чем. Но выход нашелся: генерал Курочкин, их сосед по Трудовой, отказался от своего дома почти готового и предложил его купить генералу Катукову.

До сих пор ходит много слухов о том, как вывозили военные из Германии трофеи: мебель, картины, фарфор - все подряд. Но люди-то разные бывали. И сейчас, и тогда.

С.БУНТМАН: Но там и слухи есть, и определенные сведения, есть и преувеличенные, есть и преуменьшенные

М.ШАХОВА: Конечно. И вот у Екатерины Сергеевны до сих пор хранится папка со всеми счетами на все покупки.

С.БУНТМАН: То есть это все все купленное и ничто не награбленное.

М.ШАХОВА: Все документально, да, абсолютно ничего.

С.БУНТМАН: Программа "Дачники", мы ее продолжим после кратких новостей. Маша Шахова ведет эту программу на Эхе Москвы, сейчас совместно с ТВ-6 мы ее производим.

Новости

С.БУНТМАН: Программа "Дачники", Маша Шахова. Мы продолжаем маршальские дачи осматривать.

М.ШАХОВА: И вот храниться в доме у Екатерины Сергеевны Катуковой с тех давних пор папка со всеми счетами на все покупки, все документировано. И хоть была такая песня у Владимира Высоцкого, помните: "Отец Петрова Вовчика с войны пришел с трофеями. Трофейная Япония, трофейная Германия, пришла страна Лимония, сплошная Чемодания" Но люди бывают разные. Вот рассказывает о том, как появилась мебель на даче у маршала Катукова его вдова Екатерина Сергеевна.

Е.КАТУКОВА: Я таких дел не знаю. В нашей группе ни про Ротмистрова, ни вот кто тут живет, про Чуйкова, ни про Лелюшенко, ни про Соколовского, ни про самого Жукова я таких историй не знаю, что они чего-то много брали. Здесь все покупали так же, как и я. Мы покупали эти вещи, привозили счет, за счет платили деньги. Но это стоило очень даже дешево, потому что Катуков получал около 30 тысяч марок в месяц, 200 марок стоила корова, и я сама тоже получала около 9 тысяч марок, а 200 марок стоила корова, 200 марок стоила черно-бурая лиса. Я за один год могла все купить и не украсть, поэтому все эти разговоры - вранье. Не такие уж были Чуйков, Катуков, Лелюшенко. Это же светлые умы! Что Рокоссовский! Это же люди, которые спасали Родину! Неужели же они до такой мелочи опускались, чтобы получать так много денег и что-то воровать!

М.ШАХОВА: Жили они в Германии в доме баронессы фон Зидель. Баронессу из дома выселили, но дали другой дом поменьше и сказали: "Заберите из дома, что хотите!" Не смогла она увезти только рояль: не влезал он в ее новый дом. Поэтому она приходила к генералу Катукову играть. Вдова маршала Катукова помнит, что баронесса всегда, стоя на одной ноге, надевала ботик. Было баронессе 88 лет. С тех пор Екатерина Сергеевна, вдова маршала Катукова, надевает обувь, не сидя, а стоя на одной ноге.

После Германии генерал Катуков служил в Бобруйске, в Белоруссии, в 55-ом году получил новое назначение в Москву, и, наконец, они стали жить на достроенной даче. Сразу посадили фруктовый сад, цветник. Ранней весной у них расцветали тысячи тюльпанов, а хризантемы, о которых всегда мечтал Михаил Ефимович, цвели до поздней осенью. Цветник был такой, что прохожие всегда останавливались. Соседка по даче, жена маршала Ротмистрова, называла Екатерину Сергеевну снисходительно, свысока колхозницей. Ну и, конечно, возникали дачные бытовые ссоры. Например, Елена Константиновна Ротмистрова уговорила домработницу Катуковых Шуру перейти к ним, пообещав ей прописку и золотые горы. И когда Катуковых не было на даче, потихоньку увезли они Шурочку в Москву.

А маршал Ротмистров был отчаянный человек. Был он высокого роста, в очках, с небольшой лысинкой. Говорят, был он неравнодушен к женщинам и любил выпить. Очень ему нравились пионы у Катуковых. Он даже однажды спросил, откуда они их взяли. Оказалось, что купили они у специалистов-садоводов в Серпухове. И вот когда Катуковы уехали в Москву, он пришел со своей лопатой, и по-простому выкопал несколько кустов и унес на свой дачный участок тихо-тихо. Вернулись Катуковы, увидели пропажу, но ничего не сказали, только посмеялись, потому что знали, что за цветами уход нужен, а семья маршала Ротмистрова не была этому обучена. И правда: цветы погибли скоро, а домработница Шура не прижилась у них и ушла. А Катуковы обратно ее и не взяли. Многие вспоминают дом Катуковых как очень гостеприимный. Было у них два самовара, один дошел с ними до Берлина, и вдова маршала подарила его музею, а второй остался на даче. Детей у них своих не было, приезжали всегда племянники Екатерины Сергеевны, и все чаевничали, очень любили по-старинному с самоваром. Говорили: "Чай от семи печалей, а лук от семи недуг". Маршал Михаил Ефимович любил пить чай из бокала, а не из чашки, наверное, с подстаканником. И до сих пор в семье хранят его бокал и чайную ложечку.

Любимая игра была в карты, играли вместе с генералом армии Горбатовым, который жил по соседству, приходил. И вот из всех карточных игр Михаил Ефимович Катуков выбирал "дурака". Оба играли мастерски, не любили проигрывать, помнили всегда всю колоду и точно знали, какие карты на руках у противника. По состоянию здоровья Михаил Ефимович не мог пить, выпивал, может, одну рюмочку, не больше. Но застолье любил. Любил угощать гостей. В доме висел гонг, которым обычно собирали всех к столу. Вот удивительно, у них было очень много друзей, причем людей абсолютно разных профессий. Приезжали и Хрущев, и Брежнев, и Капица, и Барсова, и Козловский, Рина Зеленая, и Борис Ливанов, и Шульженко, и Лидия Русланова, с которой они много лет дружили, и Любовь Орлова с Григорием Александровым. И многие артисты, которые бывали в доме, просили Катукова что-нибудь почитать или рассказать, потому что делал он это артистично. Все знали о его увлечении: он собирать книги, и на даче была прекрасная библиотека. А для жены специально он играл на мандолине старинный русский романс "Гори, гори, моя звезда!"

Любимым местом отдыха у него был диван, ложился он на диван обязательно с кошкой, которая устраивалась у него всегда на животе. И засыпали они вместе с кошкой. Кошку звали Васькой, и жила она у них в доме почти 18 лет. После прихода в Совет министров товарища Хрущева на все служебные машины был установлен лимит определенный километраж на месяц. Генералу Катукову полагалось 26 тысяч километров. Из этого километража надо было сэкономить 2-3 тысячи километров, чтобы получить премию для шоферов, которые возили маршала. И поэтому Екатерина Сергеевна пошла на курсы шоферов и получила права водителя 3 класса. Простояли они в очереди два года, купили машину "Победа". И вот каждое утро везла она мужа с дачи до московской квартиры, где его ждала служебная машина, а там он пересаживался и ехал на службу уже на другой машине. И вот так, как она говорила, "перекатом" возили маршала до конца его дней.

А однажды поехала Екатерина Сергеевна на машине по хозяйственным делам в город Дмитров, недалеко это от дачи, и купила она там 14 кур и 14 петухов, она решила показать мужу, какая она хорошая хозяйка. Приехала она домой, показывает с гордостью мужу покупку, а муж и спрашивает: "Зачем же тебе 14 и 14?" Она говорит: "Как же, каждой курице - по петуху!" И с тех пор долго-долго еще дразнил ее маршал и всерьез не воспринимал ведения ее хозяйства. Очень она от этого расстраивалась.

Но, а после того, как окончилась война, и все маршалы собрались на даче, единственным местом, где они могли встречаться и пострелять, было Завидово. Там многие годы был охотничий заповедник министерства обороны СССР. Там любители поохотиться, порыбачить все собирались: и маршалы Тимошенко, Рокоссовский, Малиновский, Конев, Катуков, другие.

Но все эти маршальские развлечения закончились после того, как туда приехал Президент Франции де Голль и советский Премьер Хрущева. После этого Завидово отдали в распоряжение Совета министров. И даже как-то поехал туда маршал Рокоссовский, но его не пустили даже на территорию, закрыли ее. Потом там, кстати, любил всегда охотиться и Брежнев, и Ельцин.

С.БУНТМАН: А, стоп, там, наверное, все-таки де Голль-то у нас в 66 году, это уже без Хрущева.

М.ШАХОВА: Почему? Он с Хрущевым.

С.БУНТМАН: Нет, он уже позже

М.ШАХОВА: Первый визит его был 66-го года? Значит, я ошиблась.

С.БУНТМАН: 66-ой, этот его легендарный визит, да, не с Хрущевым он уже тогда приезжал. Да, я помню, 66-ой год, по-моему. Если я не ошибаюсь, но мне почему-то запал этот 66-ой год как-то, и де Голль, как один из последних людей, который выступал с балкона Моссовета.

М.ШАХОВА: Правда?

С.БУНТМАН: Да, да, да. Он выходил потом балкон был закрыт уже на многие-многие годы до самой перестройки. Ну, хорошо, возвращаемся туда.

М.ШАХОВА: В Завидово.

С.БУНТМАН: Да.

М.ШАХОВА: Маршалы были заядлыми охотниками, например, маршал Чуйков привозил оттуда, когда еще был открыт им путь туда, и лося, и кабана, и уток. На охоту маршал Чуйков собирался тщательно. У него было много оружия, и были старинные, очень дорогие английские, знаменитые ружья фирмы "Холланд и Холланд". И он, кстати, скрупулезно их регистрировал на Петровке. Было у него много подарочного оружия: маузер - подарок Фрунзе, вальтер - подарок Вальтера Ульбрихта, пистолеты - от Цеденбала и Броз Тито. Однажды на охоте он спас Тимошенко от бегущего кабана, выстрелив в него в упор.

С.БУНТМАН: В кабана, я надеюсь?

М.ШАХОВА: В кабана. С домашними маршал Чуйков был крут. И домашние его побаивались. Кстати, Чуйков, ведь, начал карьеру простым сапожником, а в 19 лет командовал полком в гражданскую войну. Затем он окончил академию Фрунзе, восточный факультет. И такой необычный был маршал, нелегально работал тогда в Китае под фамилией Романов, советником Чан-Кай-ши. Но требовал он, чтобы дети и внуки сами работали по хозяйству, не пользовались служебной машиной. Говорил, что прислуга положена мне, а не вам. В дачном хозяйстве у Чуйковых держали корову и пасеку. А сам участок был очень красиво обсажен голубыми елями, росли тут еще туи, кизиловые кусты. В доме была огромная 30-метровая гостиная, в которой устраивали концерты. И, кстати, тоже в доме у маршала Чуйкова играли в карты, но играли в игру, которая называлась "белот-рабелот". Я не знаю, что это за игра.

С.БУНТМАН: Белот очень распространенная французская игра, во всех кафе играют. Вот если люди играют так просто в обеденный перерыв, в белот играют обычно. Сам я не умею играть. Надо посмотреть будет, как в нее играют.

М.ШАХОВА: Но хоть и простая была игра, но маршал Чуйков проигрывать не любил даже в нее. Надувался страшно, сдвигал брови, метал молнии, и родня изо всех сил играла в поддавки. Еще резались в доме в домино. Маршал был мастером в эту игру играть. Если в доме у Чуйковых играли в пинг-понг, и висела волейбольная сетка, и маршалы семьями собирались, играли в волейбол, то у Соколовского во дворе играли в теннис, там был большой теннисный корт, где проводились турниры. И одним из фанатов тенниса был генерал Лелюшенко. Жену Чуйкова Валентину Петровну называли кремлевской богиней. Она была прямой противоположностью мужа, красивая женщина. Внук Чуйкова рассказывал такую историю про деда о том, что был он недоволен политикой Хрущева в Китае, послал бумагу в ЦК, Хрущев требовал разжаловать маршала, но ЦК не дал Чуйкова в обиду, и потом к нему как раз приезжал Суслов на дачу, где они обсуждали судьбу Хрущева. И Чуйков четко сказал: "Надо убирать".

Соседом Катуковых и Чуйковых был другой маршал - Соколовский. Это был высокий красивый человек, он работал когда-то учителем, и называли его ходячей энциклопедией, он гулял по дачным проселкам, по лесу с внучкой Наташей и читал ей "Евгения Онегина" наизусть.

Возили им на дачи кинофильмы, потому что в каждой даче были кинозалы. Но все вспоминают, что общаться с Соколовским и с его женой было трудно, потому что они не понимали юмора. И если дверь в доме, например, Катуковых была всегда открыта, то на воротах у Соколовских висел огромный замок, и не то, что войти, заглянуть туда даже было невозможно.

Но зато на даче у Соколовского был огромный подземный гараж, в котором стояли и ЗИС, и "Чайка", и трофейный "Хорьх", и "Виллис", и американский автомобиль "Лассаль", мотоцикл "Харлей", такой же был и у маршала Тимошенко. Хозяйство было большое, помощников было много: и домработницы, и личные водители, и садовники. А сад был огромный, 300 деревьев.

С.БУНТМАН: 300 фруктовых деревьев.

М.ШАХОВА: Именно фруктовый сад. И было очень много вишен и черешен. И маршал любил свой сад, и когда стаи дроздов налетали на вишню, он ходил по саду и пугал их, хлопая в ладоши.

Зато вот другой маршал Чуйков, хладнокровно расстреливал из личного оружия дроздов, которые клевали клубнику, и злые языки говорили, что дроздов этих потом готовили на ужин. Вот охраняли они свои сады.

Про Анну Петровну, жену Соколовского говорили, что хозяйка она хорошая, любит чистоту и порядок, но скуповата. Не позволяла никому из этого огромного фруктового сада брать ничего. И сам маршал Соколовский тайком от жены собирал яблоки, тщательно замаскировывал их, чтобы не увидела жена, и укладывал их в детскую колясочку внучки, но зато жену очень любил и называл ее "моя рыбочка". По-разному маршалы и грибы собирали. Маршал Соколовский, увидит маленький белый гриб, засыплет его листиками и место заметит, а потом, когда гриб вырастет, придет туда и срежет. Ну, а маршал Катуков собирал на даче белые грибы, штук по сто сразу. Причем играли в замечательную игру, в "царя": кто первый гриб найдет, тому все и поклоняются весь день, тот царь. Ну, конечно, царем всегда был Катуков.

У Катукова, кстати, на даче жили и кошки, и собаки, и египетские голуби. И его вдова вспоминает, что когда они жили в Дрездене, маршал запустил в фонтан мальков и умудрился вырастить таких огромных карпов, что, когда он приходил их кормить, они высовывали головы в ожидании корма. Ученые, видно, были.

С.БУНТМАН: Нет, карпы очень близко подходят к поверхности воды, вообще. Они все прекрасно понимают.

М.ШАХОВА: Вы думаете эта аберрация зрения.

С.БУНТМАН: Нет, они очень близко у поверхности воды, и действительно они ждут корма.

М.ШАХОВА: Но эти карпы, они как будто выпрыгивали из воды.

С.БУНТМАН: Но практически, могут. У меня были знакомые карпы, правда, это не немецкие карпы, но я думаю, что они такие же.

М.ШАХОВА: А вот зато у Катукова на даче в дупле огромного дуба жила жаба. Жаба выходила на охоту, и Михаил Ефимович сам на ее пути ставил чашку с молоком и хлебом. А еще каждый вечер он подкармливал жабу насекомыми.

С.БУНТМАН: Жабы, кстати говоря, они такие отличные.

М.ШАХОВА: Умные?

С.БУНТМАН: Умные, замечательные просто. Они очень смешно передвигаются. Они же не прыгают, как лягушки. Они переваливаются, да. Очень интересно, особенно поздно вечером наблюдать. Хорошо, вообще на даче хорошо.

М.ШАХОВА: На даче хорошо, и разная жизнь у них была и на даче, и разную жизнь они прожили после войны. В 1945 году по радио Михаил Ефимович и Екатерина Сергеевна еще в Германии услышали голос Юрия Левитана, с которым дружили, кстати. Он передавал Указ Президиума верховного Совета СССР о присвоении звания маршалов. Фамилии Катукова в этом списке не было. Так прошло 14 лет. В течение всех этих лет Катуков был почти забыт. Многие считали, что он в чем-то провинился перед Родиной, другие считали, что он пьянствует. Секретарь МГК КПСС Гришин однажды прислал ему пригласительный билет на торжественное собрание во Дворце съездов, которое было посвящено битве за Москву. Пригласительный билет был на 46 ряд. А ведь генерал Катуков командовал танковой бригадой, которая билась за Москву. И после этой битвы она стала 1-ой гвардейской танковой бригадой. Конечно, Катуков не поехал в Кремль. В 1955 году была издана его книга "На острие главного удара", она сразу стала редкостью, потому что в ней описывались и события, и люди без всяких преувеличений, без прикрас. Что было тогда большой редкостью.

С.БУНТМАН: Да и потом было редкостью, вообще это редкость очень большая в военных мемуарах, которые очень строго охраняются и пишутся многими людьми, редактируются всегда.

М.ШАХОВА: Да. В октябре 59-го года, поздно вечером на даче в Трудовой раздался звонок. Маршал Катуков был уже тяжело болен. Он лежал и читал. Его жена занималась шитьем. "Вам звонят из газеты "Красная звезда". Нам нужна фотография Катукова. "Зачем?" "Слушайте завтра радио рано утром". И, действительно, рано утром по московскому радио голос Левитана, который, как сказала Екатерина Сергеевна, был радостный, зачитали указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания маршала бронетанковых войск Катукову Михаилу Ефимовичу. И вот документы, телеграммы, стихи, поэмы, поздравления составили два больших тома, которые хранит его вдова. Там было такое поздравление от их друзей Кукрыниксов: "Радуемся, что правда на земле есть".

Злым гением Катукова был маршал Советского Союза Георгий Жуков, который не простил Катукову отказа выполнить его приказ и не пустить Конева первым в Берлин. С тех пор тянулась эта история.

Маршал Катуков умер 8 июня 1976 года. 12 июня его вдова позвонила, чтобы вызвать машину и поехать на Новодевичье кладбище. Машина долго не приходила. Екатерина Сергеевна перезвонила в диспетчерскую и услышала замечательную фразу в ответ: "Ваше барство кончилось, можете и пешком ходить". Говорит дачница - вдова маршала Катукова.

Е. КАТУКОВА: История знает, что взять, а что оставить. Все встанет на свои места. Он на своем месте был. А что была борьба, допустим, за власть, так она и сейчас не хуже. И сейчас, как пауки в банке дерутся, что ж мы, не видим. Это так делают из нас дураков, но нормальные люди, более или менее, мыслящие, понимают, что идет тоже борьба. А надо любить Родину, прежде всего. Я очень часто огорчаюсь, что не задаром ли я прожила жизнь, что умерли мои товарищи. Если я с вами сейчас говорю, то сзади меня стоят все гвардейцы, стоит Лелюшенко, стоит Ротмистров, это из полководцев, стоит Катуков, и стоят мои любимые гвардейцы. И наш век, вот наш век в этой войне дал могучую кучку полководцев. Могучую кучку это Катукова, это Рокоссовский, это Конев, это Жуков, это Чуйков, это Лелюшенко, Лукин, Пехотных, Кузнецов. Чуйков умер, жена Чуйкова умерла, Соколовский умер, Анна Петровна умерла, Шебунин умер, Лелюшенко умер. Осталась я одна. С кем мне держать оборону? Я каждый день встаю и говорю: "Давайте делать добро. Надо начинать с добра, и когда мы будем добро иметь, делать добро, Россия никогда не умрет.

М.ШАХОВА: Вот видите, куда нас завела простая программа "Дачники".

С.БУНТМАН: Да. Программа Маши Шаховой на Эхе Москвы.

М.ШАХОВА: Эта программа была подготовлена Мариной Точилиной, Ириной Бельской, Еленой Кашириной, Натальей Марукиной и Еленой Кучеровой.

С.БУНТМАН: Маша, у нас есть идея еще программы, но я думаю, пока какой-то этот переходный период можно ее будет делать и на радио, но конечно, это все программы, так же как и "Дачники", та программа, которая, ну я не знаю, у меня хулиганский вариант есть, но она во след Горькому.

М.ШАХОВА: Но она не очень подходит все-таки.

С.БУНТМАН: Во всяком случае, это о городских жителях. Горожане уже тогда, конечно, не мещане.

М.ШАХОВА: Мещане это А что делать с дворянами и купечеством?

С.БУНТМАН: Нет. Ну, а третью тогда "На дне" нужно делать программу. "Враги" еще можно. Много программ интересных можно.

М.ШАХОВА: "Иммигранты".

С.БУНТМАН: Да, да, да.

М.ШАХОВА: Ведь, горожан, кстати, называли обывателями. Это сейчас у этого слова дурной смысл.

С.БУНТМАН: Во всяком случае, это будут городские жители. И я бы очень хотел, чтобы вы нам присылали какие-то сведения, если у вас есть какие-то интересные документы, именно по московским интересным кварталам, по домам.

М.ШАХОВА: Знаете, здесь надо добавить очень важную вещь, дело в том, что после 41-го года не осталось никаких домовых книг, потому что жгли в панике 16 октября. До 41-го года остались очень интересные данные о старой Москве. А после 41-го нет. Поэтому, если у вас, действительно, есть какие-то рассказы, какие-то воспоминания о каких-то людях, которые жили в вашем доме, на вашей улице, мы будем очень рады и признательны вам, потому что такого материала мало.

С.БУНТМАН: И причем, это совершенно не обязательно, какие-то исторические дома, вроде там дома .. в Гнездниковском или дома России на Сретенском бульваре. Это могут быть дома, кварталы, примечательные московские, которые своей историей. Недавно прощались со Львом Кулиджановым, и был вот фильм, можно сколько угодно говорить о режиссерских, о киношных, но настолько щемящий московский фильм, просто кусок истории любой коммунальной квартиры, такой вот взятой и романтизированной, но, во всяком случае, "Дом, в котором я живу", который Кулиджанов не один тогда снимал, и это мы очень хорошо помним такие вот вещи. Наши соседи, наши соседи по квартире, по дому были удивительные люди и были люди и знаменитые, которые оказывались с нами в одних квартирах, в одних подъездах, особенно после мешанины уплотнения, после революционного и дальнейшего. Пожалуйста, присылайте нам, приносите, вы же знаете, где находится радиостанция "Эхо Москвы", пока некуда приносить для компании ТВ-6, приносите, мы все здесь пока живем.

М.ШАХОВА: Да, но приносите и называйте это все-таки программой "Горожане".

С.БУНТМАН: Да, "Горожане", все, договорились. Называем "Горожане" и мы потихоньку готовим эту программу. А в следующую субботу у нас выйдут "Дачники".

М.ШАХОВА: Мы уезжаем на Николину Гору.

С.БУНТМАН: На Николину Гору. Хорошо.

М.ШАХОВА: Причем там есть один секрет, который, наверное, вы все сами поймете, когда услышите нашу передачу.

С.БУНТМАН: Ну, хорошо, мы этот секрет пока раскрывать не будем. А в передаче все прозвучит. Маша Шахова и программа "Дачники". Думайте о программе "Горожане" и присылайте нам документы.