Введение единой валюты в странах ЕС. История национальной валюты Франции. Отношения России и ЕС - Клод Бланшмезон - Интервью - 2002-02-21
21 февраля 2002 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Клод Бланшмезон чрезвычайный и полномочный посол Франции в России.
Эфир ведет Алексей Венедиктов.
А. ВЕНЕДИКТОВ Добрый день, у микрофона Алексей Венедиктов. У нас в гостях посол Французской республики господин Бланшмезон. Добрый день.
К. БЛАНШМЕЗОН Добрый день.
А. ВЕНЕДИКТОВ Вообще, тема нашей беседы со многими европейскими послами - как эти великие страны смогли отказаться от символа своего суверенитета от своей валюты. И вот недавно, на этой неделе, мы простились с французским франком, которому было что-то 1300 лет, 1300-1400 лет. Как лично вы, господин посол, распростились с франком, как гражданин?
К. БЛАНШМЕЗОН Ну, вы знаете, франк умер, да здравствует евро! Вы знаете, для нас, по существу, это очень важное событие, потому что впервые, по-моему, это было в 14-м веке, изобрели именно франк, франк, который представлял определенный вес золота, это Филипп Хороший тогда был нашим королем, и вот с тех пор мы много веков жили с франком. И очень многие страны имеют валюту, которая носит имя страны. Франк Франции. Вы мне лично задали этот вопрос. Я думаю, что мое поколение, европейское поколение, и это достаточно националистически настроенное поколение для того, чтобы отказаться именно от национальной валюты в пользу европейской валюты. Это довольно распространенные чувства среди людей моего поколения.
А. ВЕНЕДИКТОВ Ну, естественно, мы здесь, в России это обсуждаем, поскольку нам кажется, что Европейский союз и СНГ - это что-то похоже, насколько готовы европейские страны, в частности, Франция, дальше отказываться от суверенитета? От власти, собственного президента, создавать наднациональные органы власти? Мы за этим следим очень внимательно, потому что мы думаем, что, может быть, это и путь России через какое-то время.
К. БЛАНШМЕЗОН Вы знаете, уже больше 50-ти лет мы строим Европу. Первоначально это было в 50-х годах, и тогда мы должны были ликвидировать, искоренить все причины войны в Западной Европе, чтоб не было бы никакого риска конфликта между Германией, ФРГ и Францией. И вот через экономический путь мы достигли эту цель. 50 лет мы осуществляли единый рынок, но единый рынок есть единая валюта, то есть, необходимость избежать девальвации, и так далее, это очень длинный процесс. Нельзя просто, решив в какой-то прекрасный день, создать вот такой политический союз, не так это происходило в Западной Европе. Кроме того, надо чтоб население постепенно приспосабливалось бы. И понять, как сохранить специфичность, самобытность страны, и сочетать это с построением Европы. Это динамика. И, вероятно, что через 50 лет будет новая конфигурация у Европы. Во-первых, будет географическое пространство иное, это будет гораздо шире, потому что исторические условия переменились последние годы. Кроме того, вполне вероятно, что построение Европы будет углубляться. Наверное, будет совместная внешняя политика, возможно, что мои внуки не будут послами они смогут быть послами Франции. Но на это уйдет немало времени. А сегодня мы строим, как можем, внешнюю политику, и политику безопасности, которая имеет общие компоненты, и конечно, мы решаем сейчас все наши внешние политики. Но средства останутся еще национальными. Президент для Европы это немножко рано, но посмотрим. Вы знаете, что скоро собирается крупный форум под председательством господина Валери Жискар Д'Эстен, и посмотрим, какие будут заключения этого форума весной или летом 2003-го года.
А. ВЕНЕДИКТОВ Когда я смотрю на встречи в верхах Европейского союза, мне все это напоминает такое собрание Политбюро старое, те, кто помнит: 15 великих решают все за страну, 15 ну, не старцев, конечно, но да, 15 мудрых решают за страну. Или это, в конце концов, приобретет конфигурацию Священной Римской империи с императором, с единым президентом, который будет управлять от Атлантики до Урала, как говорил де Голль?
К. БЛАНШМЕЗОН Ну, во-первых, все-таки немножко по-другому, во-первых, потому что 15 членов европейского Политбюро все были избраны в соответствии с положениями национальных конституций, то есть, у них есть определенная легитимность от народа, так что, видите, здесь уже разница в аналогии, которую вы проводили. Кроме того, они должны учитывать чаяния своего населения, они должны руководствоваться вот этими чаяниями, то есть, надо иметь определенный подход. Что касается будущего, это построение Европы. Если мы хотим существовать через 50 лет, мы должны продолжать построение Европы. Какие формы это приобретет? Ну, вот, я скажу так: конечно, это будет демократия, это невозможно, чтобы были другие пути. Просвещенный деспотизм существовал в прежних веках, а сейчас это опасно.
А. ВЕНЕДИКТОВ Мне пришел в голову только что еще один вопрос: а куда вы денете европейских монархов?
К. БЛАНШМЕЗОН Ну, вы знаете, в соответствии с конституциями стран, монархи правят, но не управляют страной, никакой несовместимости здесь нет, и вы знаете, что все как следует, они царствуют, они не управляют делами стран Европы. Но они очень на большом счету у нас.
А. ВЕНЕДИКТОВ Нет, ну это значит, будет если вдруг возникнет через 10-15 лет, - я поясню свой вопрос, - единая Европа, которая будет управляться единым парламентом, предположим, по единым правилам. Но мы знаем, что внутри Европы есть республика Франция, есть монархия Испания. Что будет делать Хуан Карлос, или принц Астурийский? Они будут только над провинцией Испания, или европейским принцем?
К. БЛАНШМЕЗОН Ну, конечно, вы рассчитываете на наш картезианский дух, и знаете, что, конечно, есть определенные противоречия. Но понимаете, по своей сути, вот по строению, Европа это именно решение вот этих противоречий. Это только на поверхности вот эти противоречия. И вы помните, какое было выражение, которое выбирают представители Франции. Это Федерация государств нации, это противоречие для профессоров, специалистов конституционного права. Но мы так строили Европу. И почему прибегать к интеллектуальным категориям, которые уже установлены? Мы создаем новые интеллектуальные категории. Вот, будет объединенная Европа с нациями, которые будут республиками, или монархиями, но все будут демократичны. Это записано в основополагающий договор.
А. ВЕНЕДИКТОВ Вот вы сами сказали, что возможно, в будущем единая будет политика у объединенной Европы, но мы знаем, что сейчас эта политика не едина, в частности, в отношении с Россией. Мы знаем, что разные страны строят свои отношения, скажем даже, экономические отношения по государственному долгу. Скажем, Испания договорилась, Германия не договорилась. А Франция?
К. БЛАНШМЕЗОН Вы немножко преувеличиваете различия.
А. ВЕНЕДИКТОВ Это моя работа.
К. БЛАНШМЕЗОН Да, да, я согласен с вами. Но, вобщем, я попытаюсь ответить на ваш вопрос. Я хочу привести примеры. И показать, что у нас общая позиция по существу. Раз вы говорите о долге, то вы знаете, что этот долг распределяется между странами-кредиторами, и у некоторых стран, конечно, задолженность гораздо больше в отношении тех стран. И вот те страны, которые имеют малую задолженность, они не могут слишком мягко подходить к России. Вот те страны, которые имеют в 10 или 20 раз больше долгов, у них своя, другая позиция, более жесткая. Вы знаете, что есть организация Парижский клуб, и вот этот Парижский клуб, в соответствии со всеми правилами, которые признаются всеми, рассматривает положение, ситуацию. И пока Россия не обращалась к Парижскому клубу. К счастью, сейчас здоровая Россия, что касается экономики, может возвращать свой долг. И этот долг в отношении разных стран, это третьи страны. Теперь, что касается самой Франции, то вот я уже сказал, как и что, но позвольте сказать следующее: знаете, что директор французского Казначейства является председателем Парижского клуба, это традиция. Вот почему мы должны соблюдать определенный резерв, мы не можем раздевать такого-то или другого члена Парижского клуба, потому что мы являемся председателем и каждый месяц собирается этот клуб. Мы прислушиваемся к тому, что говорят государства дебиторы и кредиторы, и вобщем, в положительных условиях это решается. Но вот еще другой момент, более стратегический. Страны, которые вместе создают вот такую европейскую авиапромышленность, это, кстати, касается и космоса. Что касается космоса, около 15-ти стран. Это те же страны, которые входят в Европейский союз. Что касается авиапромышленности, то в основном, это те страны, которые участвуют в европейском комплексе, который называется ЭАДС. Вы знаете, там активно и Германия, Испания, Англия и Франция. Это бывший "Аэроспасьяль". Ну, вот мы предложили, кстати, президент Ширак, когда сюда приезжал в июле, мы предложили стратегическое сотрудничество с Россией. Пусть Россия сама принимает это решение. Если Россия желает диверсифицироваться и иметь крупного партнера, которым, скажем, будут Соединенные Штаты Америки, это совершенно нормально, и другой партнер как Европа, я думаю, что это в интересе России. Если Россия пойдет по другому пути, это ее дело. Но я считаю, что это очень важно, это очень важный момент. Кроме того, я думаю, что очень важно содействовать промышленному сотрудничеству между авиапромышленностью России, Франции, и Европы. Так что, мне думается, что это не значит, что мы хотим исключать какие-либо страны, мы хотим диверсифицировать, мы считаем, что это европейский путь, который мы предлагаем России.
А. ВЕНЕДИКТОВ Я хочу сказать, что вы знаете о нашем проекте "Одна семья времен Владимира Путина", сейчас вы услышите вопрос, который вам задает член семьи. Я не знаю, какой это вопрос, я прошу вас ответить.
ОЛЬГА - У нас в России по французской литературе об истории Франции, о французских королях, например, из романов Дюма, известно больше, чем, пожалуй, многие русские знают о своей истории. Потом, Россия с Францией исторически были очень близки в 19-м веке. А что известно о России, и о российской истории, литературе, в том числе, и современной, вот гражданам французским? И что делается сейчас для популяризации французского языка, и вообще Франции в России?
А. ВЕНЕДИКТОВ Ольга Кателевская задала этот вопрос. Я просил бы вас сейчас не отвечать, потому что у нас сейчас будут новости. Потом мы поставим вопрос, вы обдумайте ответ, там много что есть ответить, и вы ответите нашей слушательнице.
-
А. ВЕНЕДИКТОВ Прежде, чем посол Франции будет отвечать на вопрос Ольги Кателевской, мы поставили вместе с ним для вас вопрос для голосования. Вы знаете, что последнее время отношения с Францией были несколько необычными. Посол как раз сейчас говорил о "Аэроспасьяле", а я напомню вам дело Натальи Захаровой, или парусника "Седов", напомню вам критику президента Путина, французской реакции, по Чечне, или по свободе СМИ, критику президента Ширака определенных российских Вот вы как считаете, Франция является сейчас скорее другом России, или нет? Звоните на наши телефоны прямо сейчас, у нас 4 минуты на голосование.
За 40 секунд нам позвонило 300 человек, проголосовало. Я думаю, вам будет трудно комментировать результат, господин посол, честно говоря. Вы-то его не видите, я-то его вижу.
Теперь вопрос, который задала вам семья Кателевских: мы хорошо знаем историю Франции, мы хорошо знаем литературу Франции, считает Ольга Кателевская, а как во Франции?
К. БЛАНШМЕЗОН Конечно, мы знаем, что россияне хорошо знают литературу, искусство, историю Франции. А я скажу следующее: любой культурный человек довольно хорошо знает русскую литературу, во всяком случае, классическую литературу. Вы знаете, что каждый год в Париже, в других городах Франции, русские театральные пьесы ставятся. Иногда на французском языке, иногда к нам приезжают российские актеры. Когда я был молодым, я смотрел российские, советские тогда фильмы. Вы знаете, у нас чиновники участвуют в конкурсах. И мне кажется, что молодой человек, который учится в университете, не может игнорировать русскую литературу. Русская литература входит в европейскую культуру. Я хочу воздать должное россиянам, которые, я думаю, лучше знают французскую культуру, чем мы знаем русскую культуру, это правда. Вот почему мы вместе должны принять некоторые меры для того, чтобы более популярны стали бы современная литература, и современные произведения.
А. ВЕНЕДИКТОВ Еще один вопрос, в котором вы, может быть, поделитесь опытом. Речь идет о защите языка, раз уж мы затронули вопрос о литературе. Вы знаете о том, что вчера Государственная Дума проголосовала за закон о гражданстве, это очень спорный закон, по которому обязательной нормой для того, чтобы стать гражданином России, нужна сдача некоего минимума, или экзамена по русскому языку. И многие депутаты говорили: вы обвиняете Латвию в том, что она ввела такие нормы, и называли эти законы расистскими, а теперь вводите сами. Как во Франции, нужно ли сдавать, чтобы получить гражданство, определенные нормы на знание французского языка?
К. БЛАНШМЕЗОН Разные пути приобретения французского гражданства и один из этих путей - это если родился на нашей территории, то ты француз, даже если твои родители иностранцы. Так что, я думаю, что тот ребенок, который рождается на французской территории, будет учиться в школе, и конечно, он выучит французский язык, так что для этой категории лиц, которые родились во Франции, практически вопроса нет. Но можно также жениться или выйти замуж за француза, тогда мужчина или женщина, вот это лицо может запросить гражданство французское довольно быстро, после двух лет.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но язык не обязательно будет знать?
К. БЛАНШМЕЗОН Нет, все-таки это лицо должно высказать определенный интерес к Франции, показать, что оно приложило некоторые усилия, чтоб знать. Скажем, консул оценивает усилия этого лица. Мы хотим, чтобы эти лица искренне хотели бы стать французами, то есть, у нас не записано это в законе, нет условий син экванон, но на практике те, кто становится французами, говорят по-французски.
А. ВЕНЕДИКТОВ Но это на практике, я просто хотел бы обратить на это внимание. Ну, вот у нас закончилось голосование, я хотел бы, чтобы вы прокомментировали цифры. Нам позвонило за 5 минут 2385 человек, захотели высказаться. 53% проголосовавших считает, что Франция, скорее друг, 47% высказывают противоположную точку зрения. Что для вас эти цифры?
К. БЛАНШМЕЗОН Ну, видите, если абстрагироваться от вопроса о тех комментариях, которые вы сделали.
А. ВЕНЕДИКТОВ Я их сделал специально.
К. БЛАНШМЕЗОН Это почти результаты выборов во Франции. Ну, я серьезно хочу все-таки ответить. Понимаете, вот интересно, как ваши слушатели относятся к Франции. И я вижу, какие цифры, ну, вобщем, я скажу так: я не удивлен. Я не удивлен, что больше "да" чем "нет", но я немножко все-таки грущу, потому что мне кажется, что слишком много отрицательных ответов. Это значит, что мы должны приложить довольно серьезные усилия, чтобы знания были, каковы действия Франции в отношении России, и мы должны так поступать не только в России, но и в международных организациях, и в мире в целом. И я думаю, что наши действия недостаточно известны. Потому что знаете, что, конечно, Франция друг России.
А. ВЕНЕДИКТОВ Я просто думаю, что эмоционально наши слушатели таким образом реагируют на позицию в таких не экономических союзах, и не политических союзах. Понятно, что Россия и Франция союзники в антитеррористической операции в Афганистане, и так далее, и в экономике, хотя есть какие-то расхождения. Но вот такие дела, как так называемое дело парусника "Седов", или Натальи Захаровой приводят к такому результату. Что вы думаете по этому поводу? То есть, это есть некое отношение, а не конкретное экономическое или политическое сотрудничество? Отношение французской власти. Вот, я еще поясню свою мысль, вы знаете, историю, которая вокруг золотых медалей развернулась по фигурному катанию. Я думаю, что если бы я сейчас спросил про Канаду, то мы имели бы 10% друг и союзник, и 90% не друг и не союзник. Нам, правда, Марину Анисину делить не надо, которая тоже золотую медаль получила, это общее достояние, но все-таки, вот такие эмоциональные всплески. Что вы, как посол, можете сказать в конце нашей беседы?
К. БЛАНШМЕЗОН Вы знаете, я думаю, что надо просто объяснить, в чем дело. Мы должны установить такой, более серьезный диалог, вот то, что мы делаем с вами. Теперь, что касается двух дел, о которых вы говорили, то знаете, что это чисто судебный вопрос. И в каждой стране, развитой стране, в России, или во Франции судебная власть совершенно независима по отношению к исполнительной власти.
А. ВЕНЕДИКТОВ У нас другой опыт, господин посол.
К. БЛАНШМЕЗОН Мы это видели, что касается парусника "Седов". Бретонский судья во Франции принял некоторые решения в отношении кредитора, который не француз, и конфисковал этот парусник, но знайте, что все население Бретани, вообще Франции, защищало этот парусник "Седов". И, в конце концов, пришлось разработать новую процедуру, и, к счастью, "Седов" смог отплыть. Когда речь шла о конфискации самолета, который участвовал в авиасалоне в Ле Бурже, вы знаете, что государственная власть тогда защищала позицию Франции с тем, чтобы не было бы отрицательных последствий для России. Так что, юридические процедуры идут своим путем, это автономный путь, иногда можно об этом сожалеть, но знайте, что все вы только что вы сами это сказали, мы за независимость судей.
А. ВЕНЕДИКТОВ Спасибо большое. Я благодарю вас, господин посол. И судя по количеству вопросов, я думаю, что вам надо приходить немножко чаще к нам, скорее чаще, чем реже. И много вопросов разных, в том числе, по французскому вину.
К. БЛАНШМЕЗОН Спасибо.