Книжное казино - Григорий Поженян - Интервью - 2002-02-16

16 февраля 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Григорий Поженян - поэт.

Эфир ведут Ксения Ларина и Майя Пешкова.

К. ЛАРИНА Открывается наше "Книжное казино", в гостях у нас замечательный писатель Григорий Поженян. Наш гость подарил нам книжку, и я ищу свое любимое стихотворение, хочу его прочесть.

М. ПЕШКОВА Какое твое любимое?

К. ЛАРИНА Мое любимое стихотворение Григория Поженяна.

"Нужно, чтоб кто-то кого-то любил,

Это наивно и это не ново.

Не исчезай, петушиное слово,

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил:

Толстых, худых, одиноких, недужных, робких, больных,

Обязательно нужно, нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Лось возвращенье весны протрубил,

Ласточка крылья над ним распластала.

Этого мало, как этого мало!

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил.

Чистой воды морякам под килем,

Чистого неба летающим в небе,

Думайте, люди, о Боге, о хлебе, но не забудьте,

Пока мы живем, нет раздвоенья у супертурбин,

Нет у земли ни конца, ни начала.

Мозг человеческий как это мало!

Нужно, чтоб кто-то кого-то любил".

70-й год, написаны эти стихи. Я помню, что я их переписывала еще в тетрадь в школе, мы учили наизусть эти стихи. Это замечательно звучит, как жизненный девиз.

М. ПЕШКОВА Сегодня наш гость Григорий Михайлович Поженян. Добрый день!

Г. ПОЖЕНЯН Здравствуйте.

М. ПЕШКОВА И мы сегодня представляем книгу Григория Поженяна, которая вышла в конце года. Книга "Астры", большой толстый том. Здесь собраны стихи из многих сборников, а также проза Григория Михайловича. Григорий Михайлович, тогда, когда Вам принесли и показали сигнальный экземпляр, какая была реакция? Я такой толстой книги у Вас никогда не видела.

Г. ПОЖЕНЯН Я был потрясен, честно говоря, я сам такой толстой книги никогда не видел. Все мои книги выходили или тоненькими, или такими обкорнанными, потому что издавали эти книги не мои друзья, а государственные издательства. А эту книгу, толстенькую и очень аккуратно сделанную, с большой любовью, издали мои друзья. Они собрали деньги, назначили редактора, и т.д., и сами сделали эту книгу. И положили ее на стол.

М. ПЕШКОВА Потрясающе. Здесь открывается книга Вашей фотографией. Вы в морском кителе, в тельняшке, и иконостас. Сколько у Вас наград, и каких?

Г. ПОЖЕНЯН У меня 30.

К. ЛАРИНА Самая дорогая награда для Вас какая?

Г. ПОЖЕНЯН Орден Красного знамени. Я его получил в 41 году.

К. ЛАРИНА Что-то было связано конкретное с этой наградой, Вы за что-то ее получили?

Г. ПОЖЕНЯН Ордена получают не за что-то. Или по совокупности, или забыли наградить, наградили. Так что трудно сказать, именно за что. Люди, у которых мало орденов, они получают за что-то. Там, совершил он какой-то подвиг, заслонил командира. А такие люди, как мы, разведчики, получаем по совокупности, так сказать, взорванных мостов, разведок. Причем, как правило, все зависит от командира. Если командир следит за этим и любит своих разведчиков, он старается их наградить как можно шире. Но в штабах это все иногда теряется, иногда залеживается, иногда становится шершавым. Каждый раз по-разному.

К. ЛАРИНА Григорий Михайлович, а много стихов Вами написано во время войны?

Г. ПОЖЕНЯН Я во время войны написал одно хулиганское стихотворение для моих друзей, они простили. Там было такое хулиганское, в смысле с непристойными словами.

К. ЛАРИНА Понятно.

Г. ПОЖЕНЯН И одно стихотворение я написал в госпитале. Это стихотворение потом, спустя много лет, решило мою судьбу. Стихотворение было такое.

"Вот покурим, помолчим немного, обнявшиеся, сядем в ряд.

Вот покурим, помолчим немного, ..., выпуская дым.

Нам обоим кажется, что дышим.

Вот покурим, сядем ближе, затянувшись, выпуская дым.

Нам обоим кажется, что дышим: я твоим дымком, а ты моим".

Такое оно было непритязательное и очень простое. Когда я поступал в литературный институт им. Горького, а поступал я совершенно случайно, я не хотел больше служить, у меня свои счеты были. Но мне член военного совета сказал: "Поступишь в литинститут, мы тебя уволим, мы тебя освободим". Я приехал в литинститут, встретил своего старого знакомого Владика Бахнова. Он говорит: "Ну, сядь, напиши. Ты же любишь Гумилева, сядь, под Гумилева напиши десяток стихов". Что я и сделал. Антакольский прочел все стихи, и на них написал: "подражательные". И я понял, что меня не принимают. А там, среди них, затерялось это маленькое стихотворение. И Фадеев, который был "подшофе", прошелся катком по всем этим папкам, вдруг увидел стихи: "Сядем ближе, затянувшись, выпуская дым. Нам обоим кажется, что дышим: я твоим дымком, а ты моим". Написал на нем: "Вне конкурса". И я попал в литинститут. Так, случайно совершенно.

К. ЛАРИНА А у кого Вы учились? Кто был руководителем семинара?

Г. ПОЖЕНЯН Руководителем семинара был Антакольский Павел Григорьевич, который написал "подражательные". У нас с ним была большая дружба. И в роковой для него момент, в период космополитизма, меня вызвали и сказали: "Ты знаешь, кто твой учитель?" Я говорю: "Да, я знаю". "Он еврей". Я говорю: "Ну, и очень хорошо". "Выступи, народ тебя поймет". Я надел все свои ордена и выступил. Меня исключили из литинститута. Так кончилось мое первое поступление в институт. Потом меня еще раз исключили из института.

М. ПЕШКОВА Простите, я Вас перебью. А когда Вы воспользовались личным оружием? Было такое в литинституте?

Г. ПОЖЕНЯН Было. Я не воспользовался. Я просто вынул и сказал, что это дело кончится очень плохо. И я его чистил, это оружие, и мой друг, так называемый, Володя Солоухин, донес. Меня вызвали, за мной приехали, посадили. И на гашетке, на ручке было написано: "Угольку за храбрость". Они сказали: "Какой же ты Уголек?" Я сказал: "Это была моя диверсионная кличка". В общем, должны были судить, и засудили бы. Я на суде читал стихи:

"На нем запекся мой кровавый след,

Я с ним тонул, ходил в поход, в рассуде,

И вот теперь за этот пистолет

Моя страна меня же и осудит".

Плакали все: студенты, которые пришли, заседатели и т.д. И в конце концов, меня освободили.

-

К. ЛАРИНА Григорий Михайлович, Вы когда-нибудь осуждали тех, кто уезжал из страны?

Г. ПОЖЕНЯН Никогда. Уезжал мой друг, самый близкий мне тогда человек, Василий Павлович Аксенов. Я только жалел о том, что я не могу вместе с ним уехать, потому что здесь осталось всё: все могилы моих матросов, могилы моих родителей. Я считаю, что он был прав. Он выбрал то, что он хотел, и он уехал. Не только он, и многие другие. И Войнович Володя... я считаю, что человек поступает так, как он должен поступать, сообразно своей совести. И они поступали так.

К. ЛАРИНА А у Вас бывали споры политические с Вашими товарищами по фронту, по войне?

Г. ПОЖЕНЯН Как правило, не бывает, потому что мы все одинакового мнения.

К. ЛАРИНА Серьезно? Вам повезло.

Г. ПОЖЕНЯН Да.

М. ПЕШКОВА У меня не вопрос, у меня просьба. Я смотрю, Вы пришли с новыми стихами. Вы нам не почитаете?

Г. ПОЖЕНЯН Почитаю с удовольствием. Я хочу прочесть... вы знаете, у меня такое ощущение, что вот-вот весна...

М. ПЕШКОВА Посмотрите, как красиво за окошком! Действительно, весна.

Г. ПОЖЕНЯН Да, солнце.

М. ПЕШКОВА В этом году она потеряла все ориентиры.

Г. ПОЖЕНЯН Я больше всего на свете люблю сирень. Я хочу прочесть стихи о сирени, и потом я хочу прочесть стихи о самых поздних стихах, об астрах. А потом, если вы сочтете нужным, я прочту другое стихотворение.

"Опровергая смиренье, ветром хмельным заряжен,

Нужно прорваться к сирени вместе с пчелой и стрижом,

Как в предвкушенье улова, как в тишине высота,

Необходима лиловость вспыхнувшего куста!

И раздвигая пространство, цепкость его берегов,

Хочется вплыть в африканство после тяжелых снегов,

Чтоб, наконец, задохнуться, может, последней весной,

Чтоб в Балаклаву вернуться, в стойкий сиреневый зной.

И не страшна быстротечность, радость всегда недолга.

Жизни короткая вечность май, после мая снега".

М. ПЕШКОВА Мне хотелось узнать. Все критики пишут в статьях о Вас, что море Ваша излюбленная тема. Как часто снится море, и как часто Вы хотите о нем написать?

Г. ПОЖЕНЯН Всегда. Всегда мне снится море, всегда я хочу поехать к морю, всегда мне хочется плавать, всегда мне хочется прыгать в море. И кроме всего этого, мне хочется плавать на кораблях, на которых я плавал и обошел почти весь мир. Но, кроме моря, я люблю еще стихи, больше всего на свете, и весну.

К. ЛАРИНА Есть вопрос от нашего слушателя из СПБ, от Олега. Просит Григория Михайловича высказать свое отношение к современной отечественной литературе. И еще вопрос: "Как Вы относитесь к Александру Солженицыну?"

Г. ПОЖЕНЯН Сначала я хочу рассказать, как я отношусь к Александру Солженицыну. Александр Исаевич был первым человеком, таким запретным, которого я увидел в "Новом мире", и был потрясен, потому что "Один день Ивана Денисовича" был для меня Библией. Я считаю его достойнейшим, прекраснейшим писателем. Несмотря на то, что книги, написанные уже в эмиграции, мне не очень нравятся. Они не столь яркие, как те книги, которые он писал здесь, в России. Но я думаю, что на писателе никогда нельзя ставить крест, и что будут еще лучше книги, потому что личность он крупная, бесконечная.

К. ЛАРИНА А что касается современной литературы, российской, насколько она Вас интересует?

Г. ПОЖЕНЯН Что касается современной литературы, я хочу вам сказать, что я не очень доволен современной литературой, особенно развитием литературы, связанной с формой. Я не люблю формалистов, я не согласен с Кедровым. Мне кажется, что мы забыли совершенно прекрасных поэтов, которые дали нам кровь. Именно кровь. Таких как Луконин, как Орлов, как Львов. Посмотрите, как прекрасно было написано: "Уж лучше придти с пустым рукавом, чем с пустой душой" (Луконин). Стихи Гудзенко, которые написаны были просто наотмашь.

К. ЛАРИНА "Нас не надо жалеть"?

Г. ПОЖЕНЯН "Нас не надо жалеть, ведь и мы никого не жалели", правильно.

К. ЛАРИНА Потрясающие стихи.

Г. ПОЖЕНЯН Стихи гениальные совершенно Львова.

"Чтоб стать мужчиной - мало им родиться,

Чтобы железом - мало быть рудой:

Ты должен переплавиться, разбиться,

И как руда, пожертвовать собой".

Это все стихи, которые... это клеточные стихи. Масть во всем этом чувствовалась. Очень многие поэты находятся под влиянием формальной школы, которая царствует. Я ничего против них не имею, но я их не люблю.

К. ЛАРИНА Пришло время принять звонки, тем более, что у нас такие вопросы интересные, стоит после каждого правильного ответа рассказать историю, с чем она связана.

(розыгрыш книг, правильный ответ на вопрос: "Какой режиссер поставил картину "Никогда" по сценарию Григория Поженяна?" "Петр Тодоровский")

К. ЛАРИНА С Тодоровским же Вас тоже связывает не только совместная работа, но и дружба?

Г. ПОЖЕНЯН Да. Это самый близкий мой друг. Мы с ним не только писали вместе, и не только я присутствовал при съемках всех его фильмов, а мы написали очень много песен. Все, кто видел картину... много картин Петра, знают о том, что это на мои стихи написано. Я должен вам сказать, что у меня есть подозрение, что те стихи, которые Вы назвали, "Нужно, чтоб кто-то кого-то любил", Тодоровский написал музыку. Это новая картина, которую он снимает.

К. ЛАРИНА То есть эта песня теперь будет звучать в новом фильме?

Г. ПОЖЕНЯН Да, она будет звучать в фильме.

К. ЛАРИНА Замечательно!

Г. ПОЖЕНЯН И я никак не доживу до того, чтобы посмотреть этот фильм. Потому что я люблю эти стихи. Я редко когда могу так сказать про свои стихи, что я их люблю. Но я их действительно люблю, и я их читаю часто. Их понимают, у меня такое ощущение.

К. ЛАРИНА Да.

Г. ПОЖЕНЯН Их хочется послушать в песнях.

К. ЛАРИНА Хорошо, доживем.

(розыгрыш книг, правильный ответ на вопрос: "Для какого фильма был написан сценарий Григорием Поженяном?" "Жажда")

(розыгрыш книг, правильный ответ на вопрос: "В каком городе висит мемориальная доска памяти погибших в ВОВ, где значится имя Григория Поженяна?" "Одесса")

К. ЛАРИНА Да, это действительно факт биографии. И насколько я знаю, Григорий Михайлович, даже Ваша мама получила похоронку на Вас. Да?

Г. ПОЖЕНЯН Да, получила, о том, что я погиб смертью храбрых и похоронен в Одессе на сухом лимане.

К. ЛАРИНА Видите, сбываются народные приметы, что если человека один раз похоронят, а он оказывается жив, он потом будет жить долго. Так что, смотрите, тьфу-тьфу-тьфу...

М. ПЕШКОВА "В России надо жить долго", писал Корней Иванович. И мне хотелось узнать, тогда, когда Вы дали воду Одессе, Вы думали о том, что судьба сделает Вас поэтом, что Вы будете жить в Москве? Что было тогда?

Г. ПОЖЕНЯН Я абсолютно не верил в то, что я останусь в живых. Тем более, что нас предупредили, что мы вряд ли останемся в живых, но вода Одессе нужна, и нужно дать воду. Тогда я был ребенком, я был маленьким, мне было 17 лет. Я считал, что лучше умереть, но дать людям воду. Теперь бы я, может быть, этого не сделал.

(розыгрыш книг, правильный ответ на вопрос: "Из чьего кабинета Григорий Поженян вышел на руках?" "Из кабинета Федора Гладкова")

К. ЛАРИНА Расскажите, как же это произошло, Григорий Михайлович.

Г. ПОЖЕНЯН Это произошло очень просто. Когда меня исключили из литинститута...

К. ЛАРИНА В какой раз?

Г. ПОЖЕНЯН В первый. Я зашел в кабинет Гладкова, дверь держали Бондарев и Тендряков, они стояли около двери. Я вошел к нему и сказал: "Вы знаете, что может случиться, если Вы меня не восстановите?" Он не стал со мной разговаривать и крикнул: "Чтоб Вашей ноги здесь не было!!!" Тогда я встал на руки и вышел на руках из кабинета. Я ходил на руках, как на ногах, так как у меня разведчики были циркачи, и они меня учили этому. Я ходил легко, и потом я даже с ними работал, такой номер был, он назывался "Круги". Я ходил на руках, они передавали меня из рук в руки.

К. ЛАРИНА Но Федор Гладков оценил Вашу находчивость?

Г. ПОЖЕНЯН Да нет, не Гладков отменил, а ЦК комсомола. Позвонили ему, а тогда ЦК комсомола было большое, и меня восстановили. Он через 10 дней встретил меня в коридоре и спросил: "Вы все поняли, Григорий Михайлович?" Тогда я остановился и спросил его: "А Вы?" Он сказал: "Еще раз исключу".

К. ЛАРИНА И исключил, получается, если Вас... сколько, три раза исключали?

Г. ПОЖЕНЯН Второй раз исключил он уже всерьез. Это было время космополитизма, я выступил в защиту Павла Григорьевича Антакольского, моего учителя, и т.д. Было все серьезно. А первый раз исключали совсем за другое.

К. ЛАРИНА Последний вопрос у нас остался: "Кто режиссер-постановщик картины Поженяна "Прощай"?"

Г. ПОЖЕНЯН Так они и не ответили.

К. ЛАРИНА Сейчас попробуем, потому что на нашем пейджере уже есть правильный ответ, но я бы хотела, чтобы по телефону у нас все-таки получилось.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА Добрый день. Это Леля Кривенко. Я хочу передать Поженяну здоровья и всего самого лучшего. Это его старые друзья.

К. ЛАРИНА Спасибо. Леля Кривенко. Помните такую?

Г. ПОЖЕНЯН Конечно. Это жена моего большого друга, Левы Кривенко.

(розыгрыш книг, по телефону нет правильного ответа на вопрос)

К. ЛАРИНА А сейчас я нахожу правильный ответ на нашем пейджере, от Гриши. "Режиссер фильма "Прощай" сам Поженян", пишет нам Гриша, и он абсолютно прав.

М. ПЕШКОВА А я хочу добавить, что сегодня в суперлоте разыгрывается три книги Григория Поженяна. Книга, которая вышла в 97 году и называется "Стихи", замечательное издание в прекрасном переплете. А также книга нумерованная, под номером 204, ее тираж 999, она вышла в 95 году и называется "Защищая свою крутизну".

К. ЛАРИНА Григорий Михайлович, время заканчивается. Если у Вас есть желание, пожалуйста.

Г. ПОЖЕНЯН Разрешите мне прочесть стихи, которыми открывается эта книга.

К. ЛАРИНА Давайте.

Г. ПОЖЕНЯН

"Защищая свою крутизну,

не печальтесь, что губы разбиты.

Ни погонщику и ни слону,

как слоны, не прощайте обиды.

Шрам притерпится, боль отболит,

как бы ни были поводы жестки,

Никому не прощайте обид.

Защищайте свои перекрестки.

Есть особый изгиб у спины,

принимающей вызов обрыва.

И особая власть у разрыва,

не прощайте обид, как слоны.

Без любви: ни щепы, ни следа.

Ни своим, ни чужим и ни званым.

Ни тоски, ни слонят, ни саванны.

Как слоны: никому, никогда"

К. ЛАРИНА Спасибо большое, что пришли к нам сегодня, Григорий Михайлович. Желаем Вам здоровья. Заканчиваем наш эфир песней на Ваши стихи.

Г. ПОЖЕНЯН Спасибо.

(песня)

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Григорий Поженян - поэт.