О новом спектакле - Мария Миронова, Роман Самгин - Интервью - 2002-02-03

3 февраля 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Мария Миронова актриса, Роман Самгин режиссер.

Эфир ведет Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА Ну, что ж, приглашаю вас на сцену театра Ленинского комсомола. Сегодня там большой праздник, отмечается юбилей спектакля "Юнона и Авось", но это праздник у тех, кто в этом спектакле занят давно и счастливо. А у остальных суровые трудовые будни. Вот как раз представителей вот этих трудовых буден мы и пригласили сегодня в студию. Это режиссер театра Ленком, Роман Самгин. Здравствуйте, Роман, добрый день.

Р. САМГИН Здравствуйте.

К. ЛАРИНА И актриса Мария Миронова. Здравствуйте, Маша.

М. МИРОНОВА Здравствуйте.

С. БУНТМАН Поздравляем вас с премьерой!

Р. САМГИН Спасибо большое.

М. МИРОНОВА Спасибо большое.

К. ЛАРИНА Спектакль, который сегодня мы представляем, называется "Укрощение укротителя" по пьесе Флетчера. Я помню, что в свое время, когда мы в институте театральном учились, мы очень любили эту пьесу, хотя на сценах она почему-то не особенно шла. А вот студенты ее почему-то очень любили ставить. Она такая, игровая. В главных ролях, - это я говорю для слушателей, - заняты Мария Миронова и Дмитрий Певцов, мы сегодня решили ограничиться женской половиной этого спектакля, и главное, что у нас вот есть режиссер, Роман. Роман, скажите пожалуйста, это ваша первая самостоятельная работа?

Р. САМГИН Да, это моя первая самостоятельная работа на большой сцене.

К. ЛАРИНА Что было до этого?

Р. САМГИН До этого я учился у Марка Анатольевича Захарова в ГИТИСе на режиссерском факультете, затем несколько лет работал актером в театре.

К. ЛАРИНА Здесь же, в Ленкоме?

Р. САМГИН Да. Затем начал преподавать на курсе Марка Анатольевича, в ГИТИСе, и сделал со студентами спектакль "Бешенные деньги" по пьесе Островского, с которым имел успех некоторый в глазах

К. ЛАРИНА В узких кругах.

Р. САМГИН В узких кругах московской театральной общественности, и Марка Анатольевича Захарова. И затем я под руководством и под патронажем, и вместе, и еще как можно сказать? С Марком Анатольевичем сделан был спектакль "Город миллионеров", и вот это моя первая самостоятельная работа на большой сцене в Москве, в московском театре Ленком.

К. ЛАРИНА Маша, это ваша первая большая роль в театре Ленинского комсомола? Насколько я знаю, у вас были вводы, наверное, да?

М. МИРОНОВА Нет. Я на самом деле не могу пожаловаться, потому что у меня был первый ввод, как только я пришла в театр, это был ввод в спектакль "Безумный день или женитьба Фигаро", а дальше у меня в этом же сезоне была премьера достаточно большой роли в таком звездном составе спектакля "Варвар и еретик", потом была большая роль в спектакле "Две женщины". Это спектакль Мирзоев поставил, а я играл одну из этих двух женщин. Ну, это по "Месяцу в деревне". Потом был спектакль "Город миллионеров", где у меня была небольшая роль. После этого еще был антрепризный проект "Чайка", вне Ленкома, это спектакль Андрея Жолдака, где я сыграла Нину Заречную, и вот сейчас я играю Марию в "Укрощении укротителя".

Р. САМГИН У меня есть добавление. В театре есть такая система, когда платят деньги, сидят люди в режиссерском управлении и они начисляют, пишут, у кого как называется роль. Вот, у Маши это не первая большая роль, но все равно у нее там написано в графе "суперроль".

К. ЛАРИНА Угу!

Р. САМГИН Поэтому это первая суперроль.

К. ЛАРИНА И суперденьги за нее платят.

М. МИРОНОВА Вот этого я не знала!

Р. САМГИН Колоссальные, да. Она не знала, но эта роль называется суперроль у нее. Маша, чтоб ты знала.

К. ЛАРИНА Ну, давайте, немножечко расскажите об этой пьесе, немножко об ее истории, почему вы решили ее выдать.

Р. САМГИН Да, расскажу. Это продолжение, сиквел, как говорят сейчас, "Укрощения строптивой" Шекспира, написано младшим современником его, Джоном Флетчером. Эта пьеса очень редко ставится, потому что там есть ситуация главная, которая достаточно выразительна тем, что Катарина умерла, Петруччо женится второй раз, и его новая супруга укрощает его. Она отказывает ему в близости супружеской, и дальше производит серию всяких неприятных моментов, при всем том, что друг друга они очень любят. Но, кроме этой ситуации, пьеса многословна, она очень длинна, многие ее шутки, коллизии остались в 17-м веке, и поэтому ее сделать практически очень сложно. Но мы отважились, пустились в авантюру, конечно, но вобщем, мы выплыли оттуда.

К. ЛАРИНА А шутки отдельно дописывали?

Р. САМГИН Шутки дописывали, вообще все переписывали, сюжет меняли.

К. ЛАРИНА Кто шутил?

Р. САМГИН Все вместе. И практически получилась оригинальная пьеса, эксклюзивная, поэтому те, кто захотят тоже повторить наш успех, открыть книжку, и поставить пьесу "Укрощение укротителя", у них не получится.

М. МИРОНОВА Не получится!

Р. САМГИН У них не получится, потому что только если будут записывать на фонограмму, платить нашему радисту. И чтобы этот текст переписать, потому что это практически оригинальная пьеса.

К. ЛАРИНА Вот актеры часто говорят про работы про свои, что роль замечательная, здесь есть что играть. Вот, что вкладывается в смысл этой фразы, Маш, для вас? Что вам здесь играть как актрисе?

М. МИРОНОВА Ну, когда есть что играть, это на мой взгляд, когда есть характер в первую очередь. Потому что лирической героиней я себя как бы не причисляю к лирическим героиням. И все-таки, это более такой, одно-плановый образ. А здесь есть характер, здесь есть судьба, здесь есть любовь, здесь есть много разных интересных поворотов у этой любви. Здесь есть даже ребенок, в конце концов! Поэтому здесь есть что играть.

К. ЛАРИНА Как партнер?

М. МИРОНОВА Партнер, вы знаете, вот я уже говорила это не раз, но еще раз скажу. Мы с Димой Певцовым вобщем, я пришла в этот театр 5 лет назад. И мы как-то с ним всегда здоровались на вахте, привет, привет.

К. ЛАРИНА На сцене не встречались, да?

М. МИРОНОВА Нет, мы встречались, почему, у меня был ввод в "Фигаро", он мне даже помогал что-то, я помню, когда я только пришла в театр после института, потом у него был ввод в спектакль "Две женщины", и тоже как-то мы так особо близко не соприкоснулись. И я как-то так, ну, коллега, здравствуйте, здравствуйте, вначале на вы, потом на ты. А вот это был первый такой вот, достаточно длительный период, что мы провели все вместе, работая над этим спектаклем. И в первый раз, вобщем, я могу сказать, что я его для себя и как артиста, и как человека для себя открыла. Потому что это человек безумно трудолюбивый, абсолютно не страдающий звездными болезнями, хотя уже является большой звездой. Человек, который очень тонкий партнер замечательный, с которым приятно и легко репетировать и играть. И для меня это была очень большая радость, работа и с Ромой, и с нашими молодыми ребятами, пришедшими вот с Олесей Железняк, с Фроловым Сережей. Такая теплая у нас очень и хорошая была команда.

К. ЛАРИНА Я, кстати, не смотрела еще спектакль, но читала много рецензий на этот спектакль, хороших, и там очень часто упоминаются актрисы, которые играют небольшие роли, но мне кажется, что имеет это для спектакля колоссальное значение, потому что там вот такие звездные эпизоды. Каким образом актеры там подбирались на роль, Роман? Или то, что есть? Как дается обычно спектакль, я знаю, режиссеру не главному, вот у нас свободен в это время Пупкин, Васькин, Тютькин, забирай их и работай!

Р. САМГИН Нет, ну, во-первых, как то, что есть? Этот театр Ленком, где замечательная труппа.

К. ЛАРИНА Там такое есть!

Р. САМГИН Там такое есть, что в других театрах и не снилось, поэтому, это во-первых. Во-вторых, да, но не так, не так. Дело в том, что редко ставятся спектакли в театре, поэтому вобщем, когда еще принимается только к постановке, свободны все, поэтому я предложил свой список художественному руководителю, он как-то им был скорректирован, утвержден, предложены замены. Потом производил я замены по ходу работы. Ну, что касается исполнителей, ну, не суперролей

К. ЛАРИНА Роль второго плана.

Р. САМГИН Нет, у Олеси Железняк написано "главная роль". У Маши Мироновой написано "суперроль", еще раз повторю, навязчиво это. А у Олеси "главная роль". Олеся уже может считаться моей ученицей, потому что я начал уже на последнем курсе преподавать в ГИТИСе, доучиваясь. И сейчас уже являюсь, месяц назад я уже стал доцентом ГИТИСа.

К. ЛАРИНА Молодой доцент.

Р. САМГИН Да, я молодой доцент, поэтому со мной поуважительней разговаривайте. Вот, стал доцентом Российской театральной академии искусств. Вот Олеся Железняк, Фролов, это вот тот курс, первый, на котором я уже стал преподавать, уже заканчивая обучение на курсе Марка Анатольевича Захарова, в его мастерской, в которой он является профессором, к сведению. Да?

К. ЛАРИНА Угу, все правильно.

Р. САМГИН Все правильно. Поэтому и на роли на другие, тоже на большие, сейчас я, с разрешения, с радостного, Марка Анатольевича, приглашена была Ира Денисова, которая играет тоже большую роль, студентка она наша сейчас третьего курса. И Батар Калаев, это студент тоже третьего курса. Так что, недостатка в хороших артистах не было, и пока нет у нас.

К. ЛАРИНА Что сказали коллеги, когда вот посмотрели прогон, на который обычно приглашается вся труппа театра?

Р. САМГИН Вы знаете, у нас были такие сложности с этим прогоном, со сдачей. Всякие были трудности, у нас было мало времени, как всегда.

М. МИРОНОВА Но как сказал Шейнцис, что чем тяжелее выпуск, тем потом лучше все принимается залом.

Р. САМГИН Да, так скажем, в подробности вдаваться, может быть, и не хочется.

К. ЛАРИНА А что, были какие-то там неприятности?

Р. САМГИН Ну, были, были, разные были мнения, были высказаны мнения, что это не Ленком, некоторыми людьми, ну а некоторыми людьми, и в частности, Марком Анатольевичем, который сказал, что он поддерживает, и считает, что это хорошая работа. Ну, короче говоря, был такой некоторый трудный этап, который был, к счастью, успешно преодолен.

К. ЛАРИНА Не переделывал ничего Марк Анатольевич?

Р. САМГИН Он предложил мне что-то сократить, небольшие изменения, и вобщем, я на это пошел.

К. ЛАРИНА Ну, так, в репетиционный процесс не вмешивался?

Р. САМГИН Нет, нет, нет.

К. ЛАРИНА Не приходил на репетицию?

Р. САМГИН Он приходил иногда в качестве наблюдателя. Садился в уголок, и говорил, вы репетируйте, а я не мешаю. Это мне сейчас рассказали один случай в одном театре московском, известного одного артиста ставит молодой режиссер спектакль, и этот артист попросился к нему вторым режиссером на спектакль. Говорит, слушай, я тебя прошу, можно я буду у тебя второй режиссер? Ты репетируй, а я буду приходить и сидеть тихонечко. Потом расскажу Маше, в чьем театре это.

К. ЛАРИНА Вы волновались, скажите?

Р. САМГИН Да, я очень волновался, но меня очень сейчас Маша про Диму наговорила

К. ЛАРИНА А вы про Машу скажите.

Р. САМГИН Да, я скажу про Машу, естественно. Я хочу подтвердить, подписаться насчет Димы, потому что он, конечно, его поддержка очень для меня значила, как человека уже имеющего вес, бывалого. И то, что он после некоторого начального периода он с удовольствием репетировал, это тоже имело значение и для спектакля, и так далее. И насчет Маши я хочу сказать, что естественно, она для меня ну, так, мы встречались, здоровались. Но она оказалась замечательной артисткой, замечательной актрисой, своеобразной, цельной

К. ЛАРИНА Ну, еще, скажите, скажите!

Р. САМГИН Ну, еще даже я не знаю помимо колоссального таланта, заразительности, женского обаяния, еще думаю, что бы еще сказать

К. ЛАРИНА Умная, красивая.

Р. САМГИН Умная! Вы знаете, кстати, она действительно умная.

К. ЛАРИНА Это большая редкость умная актриса.

Р. САМГИН Да, вот вы видите, что она умная.

К. ЛАРИНА Конечно.

Р. САМГИН Потому что вот так послушаешь артистку иногда уши завянут. А Машу можно слушать с наслаждением действительно. У нее есть еще здравый смысл.

К. ЛАРИНА Ну, вот давайте мы после новостей будем продолжать слушать Машу и Романа.

-

К. ЛАРИНА Давайте немножечко поговорим о театре, тем более, там сегодня такой, юбилейный вечер, "Юнона и Авось", культовый спектакль, как мы любим сейчас говорить. С чего начинался театр Ленком для вас, Маш?

М. МИРОНОВА С чего?

К. ЛАРИНА С чего. Не как актриса, а вообще ваши впечатления вы помните?

М. МИРОНОВА Вы знаете, вот мое впечатление первое, это был как раз вот этот спектакль культовый, "Юнона и Авось". Во-первых, моя мама обожала этот театр, когда я еще была совсем ребенком. Но поскольку, постольку в этом театре всегда ставились такие яркие постановки на тот период времени, даже где-то на грани вот еще чуть-чуть, и их запретят уже, вот какая-то такая была грань. И всегда затрагивались темы мужчины и женщины, мама этот театр обожала. Она каждый раз на каждую премьеру сама ходила. И как-то раз, я помню, она взяла меня. Это была премьера, не первый, но один из премьерных спектаклей "Юноны и Авось". Ну, не премьерных, наверное, это уже позже было, в 73-м году он вышел. Да, значит, ну, года 2-3 спустя после премьеры. И играла еще Лена Шанина, и я помню, что мы с ней сидели в зале. Первое ощущение, что начался дым вот этот вот, пустили дым, зазвучала громко музыка, чего тогда вообще в театре не было, это какое-то такое удивление у меня с этим связано. И такое, на всю жизнь запоминающееся впечатление. А потом, в тот момент, когда там начинались какие-то любовные перипетии на сцене, мне мама постоянно закрывала глаза. И я это очень хорошо запомнила, потому что это было связано с такой детской обидой, которая въелась в память надолго. Потом я ей сказала, мама, зачем ты меня взяла на этот спектакль, если ты мне в самых интересных местах мне закрывала глаза?! Вот это у меня было первое ощущение. Потом мы смотрели "Тиля", потом мы смотрели "Звезда и смерть", потом мы смотрели очень много других спектаклей. И потом, уже когда я выросла, и училась, будучи во ВГИКе, я уже стала ходить на "Фигаро", я посмотрела "Фигаро", "Королевские игры" и так далее. То есть, я как бы чувствовала атмосферу этого театра, и могу сказать честно, что единственный театр, куда я мечтала попасть с детства, с такого уже, более или менее сознательного детства, это был вот этот театр.

К. ЛАРИНА А вы поете?

М. МИРОНОВА Вы знаете, у меня как-то с пением, так сказать, я пробовала, я занималась, и говорили, что у меня даже есть голос, достаточно низкий, правда, контральто.

К. ЛАРИНА Красивый голос.

М. МИРОНОВА Но как бы пока что у меня не получилось так, чтобы я на сцене спела. Может быть, когда-нибудь, я думаю, что у меня это может получиться в перспективе. Пока на данный час и момент, я играю драматические роли, не певческие.

К. ЛАРИНА То есть, Ленком это ваша первая и единственная театральная любовь, или были какие-то еще увлечения?

М. МИРОНОВА Нет, вы знаете, мне нравятся, я хожу, мне нравится и Някрошюс, к примеру, очень. Мне нравится Гинкас, мне нравится такого рода искусство. Мне нравится сейчас Андрей Жолдак, то, что делает. Хотя это очень своеобразное искусство, вот мы сейчас играем "Чайка", независимый проект, Андрей Жолдак поставил, "Опыт освоения пьесы "Чайка". Но как бы это не то, что вот есть то, что я люблю по жизни, то, что это мое, это Ленком. А это все мне, может быть, нравится, мне это может быть интересно, так сказать, меня это может втягивать. Но это все равно как бы, со стороны я на это смотрю, вот как зритель. А как артист, больше всего, конечно, я вот душой и сердцем там, где я служу.

К. ЛАРИНА А вы хотели, в принципе, в театре работать? Когда поступали? Вы же ВГИК заканчивали.

М. МИРОНОВА Я заканчивала ВГИК. Вначале я училась в Щукинском, потом я закончила ВГИК. Но так получилось, что на данный час и момент могу сказать, что театр и сцена для меня это очень важно, потому как кино это не постоянная профессия, а здесь это твой вот как есть роман, а, вот роман и прошел. А есть семья. Вот это вот как дом, семья, что-то такое.

К. ЛАРИНА Ну, этот роман, я надеюсь, не пройдет с Романом Самгиным. Роман, а для вас Ленком с чего начинался? Вы москвич?

Р. САМГИН Нет, я не москвич, я вам расскажу. Я из Ростова-на-Дону родом, и для меня Ленком начался, когда я перед армией приехал и попал на спектакль "Мудрец".

К. ЛАРИНА А сколько вам лет, простите?

Р. САМГИН Мне 32 года.

К. ЛАРИНА Молодой человек! Вы еще очень молодой доцент.

Р. САМГИН Да, молодой совсем. И я помню ощущение свое. Тогда как раз было время перестроечное, и как у зала у всего от каких-то реплик замирал дух. И зал так делал: "А!" От того, что это так совпадало с настроениями. И вот ощущение это от театра, оно у меня очень сильно осталось. И в принципе, я мечтаю о чем-то таком, хотя я понимаю, что сейчас это очень трудно делать. Но вот то, чтобы весь зал, чтобы тема обсуждаемая так касалась всего зала, это настоящий театр, на мой взгляд. Помимо других всяких, эстетических, стилистических достоинств. И вот первое ощущение у меня тоже восторженное было. От того, что я, когда там Броневой говорил про журналы, про редакторов. Ну, я понимаю, мне 18 лет исполнилось, я должен был уходить в армию, но это на меня очень сильно как-то повлияло, я помню, тогда. И как-то у меня дыхание перехватывало от того, что интересно, как же это, не скучный какой-то театр, а вот касается действительно того, о чем говорят. Вот такое у меня ощущение было.

К. ЛАРИНА Не кажется ли вам, что вот с уходом того самого эзопова языка, финал которого вы застали, это был уже как бы уходящая немножечко манера жизни, вот этот восторг узнавания, понимания намеков о чем мы говорим, собственно говоря, то, что делали, допустим, Машины родители, они играли в таких спектаклях, что театр потерял что-то с уходом этого удивительного ощущения единения?

Р. САМГИН Я надеюсь, что он не потерял, потому что единение может быть не только на политических темах, не только. Все равно всегда есть главные, базовые темы, отношение мужчины и женщины, и на самом деле, об отношениям мужчины и женщины тоже можно говорить так, что это будет зал объединять, и у него будет также перехватывать дух. Все дело в степени таланта, умения это сделать так. но театр настоящий в этом, люди для этого собираются в большую комнату, грубо говоря, чтобы ощутить единение и понимание того, что они вместе, что не то, что они одиноки, каждый думает о чем-то своем, а что у них есть нечто общее. Понимаете? Как я это дело понимаю.

К. ЛАРИНА А как вы относитесь к экспериментам в театральном искусстве? Ну, вот Маша сейчас подробно рассказала о своих ощущениях от Жолдака, мне интересно

Р. САМГИН Я очень хорошо отношусь к экспериментам, сам тоже хочу что-нибудь поэкспериментировать. Каждый спектакль, каждая новая работа, она должна быть экспериментом.

К. ЛАРИНА Ну, это в широком смысле вы говорите. Понятно, что экспериментом.

Р. САМГИН Ну, "Укрощение укротителя", наш спектакль, это колоссальный эксперимент, потому что мы начали репетировать, не имея пьесы удобоваримой.

К. ЛАРИНА И что, вы все переписывали? Но все равно, у вас там есть роли, суперроли, главные роли, артисты произносят слова.

Р. САМГИН Да, но они возникли в процессе работы.

К. ЛАРИНА А вы видели Машин спектакль "Чайка"?

Р. САМГИН Да, видел.

К. ЛАРИНА Ну-ка, скажите что-нибудь! Скажите, скажите!

Р. САМГИН Вы знаете, что, я вам скажу. Я отношусь к этому с уважением. Я таких радостных эмоций не испытываю по этому поводу, и еще я знаете что

К. ЛАРИНА Ну, это театр, скажите?

Р. САМГИН Да, это театр.

К. ЛАРИНА С натяжкой сказал.

Р. САМГИН Нет, вы знаете, что, Ксения? Я вам за пределами передачи, если вам интересно, я могу с вами поделиться. Но просто есть все равно правила. И хвалить коллег, и ругать их тоже публично вроде нескладно. Так мне кажется. У меня замечательный был пример, я по телевидению, спросили режиссера Виктюка, какие вам спектакли в Москве нравятся. И он ответил фразой, которая мне очень запомнилась. Он сказал: мне в Москве все спектакли нравятся.

К. ЛАРИНА Маш, ну тогда, вот вы все-таки, по ту сторону баррикад, что называется. Изнутри ощущение странное, наверное. Трудно было привыкнуть?

М. МИРОНОВА Вы знаете, мое ощущение изначально от этого проекта, почему я согласилась на него, потому что я понимала, что в основном антрепризные проекты, у них одна-единственная цель преследуемая, это два, ну максимум 4 стула, и как можно больше заработать денег на зале. И имена. Вот что преследует, по большей части, я не хочу опять-таки, обидеть антрепризу.

К. ЛАРИНА Но это правда, что теперь делать!

М. МИРОНОВА Но такова ситуация. Здесь, в этом проекте, этого не было, здесь были изначально единственно, как сказать? Команда людей, которая собралась под добрым своим желанием. И это совершенно был артовый проект, то есть, это попытка совместить какое-то искусство и арт, совместить это с антрепризой, потому что это вобщем очень большой риск, потому что понимали, что не все люди это примут, далеко не все. Далеко не все люди это поймут, и выйдут из зала, и будут думать, что нас как бы считают, кто не понял этого, считают за дураков, что вот мы должны что-то понимать, а мы не понимаем. Поэтому здесь было очень много рисков, но тем не менее, что для меня было очень важно, то, что я на этот проект шла честно, потому что хотела играть эту роль. И потому, что мне интересен был режиссер, потому что режиссер этот неоднозначный, Андрей Жолдак, он может нравится, его могут понимать, могут не понимать. Он тиран, он имеет абсолютно точную свою, выдержанную представление о том, что он хочет ставить.

К. ЛАРИНА То есть, вопрос типа "что я здесь делаю?" ему задавать нельзя?

М. МИРОНОВА Нет! Он абсолютно все точно знает, что он хочет от артиста, у него такая палочка дирижерская, которой он как симфонию это все репетирует. И что мне в нем нравилось, то, что каждый, казалось бы, какие-то яйца у нас, палки какие-то возникают, еще что-то, какие-то символы, так сказать, каждый символ внутри него оправдан. То есть, это не просто он решил для того, чтобы выпендриться, решил разложить яйца на стол, или сделать камни посыпались, или еще что-то. У него каждая мелочь в спектакле, имеет какой-то символ. И мысль, заложенная в пьесе таким образом он как бы не через игру артиста, как делают у нас, в Ленкоме, не через артиста, а через вот такой символизм.

К. ЛАРИНА Внешние образы, да?

М. МИРОНОВА Да, внешние образы, атмосфера, и так далее. Через это он пытается как бы что-то вскрыть. Но он это очень четко знает, и поэтому все, кто с ним работал, там были замечательные артисты, Саша Балуев, Юля Рутберг, Таня Друбич, и так далее, Саша Усов, я могу перечислять, их много было, Наташа Коляканова, Володя Симонов, хорошие артисты из разных театров собрались, достаточно сильная команда собралась. И все они ему верили, и делали абсолютно вот как он тиран ужасный, опять-таки, повторю, - и делали все под его вот эту палочку, которой он дирижировал, и говорил, быстро сейчас

К. ЛАРИНА А не все ли равно, какие артисты заняты в таком спектакле, какого уровня?

М. МИРОНОВА Вы знаете, я думаю, что ему не все равно, потому как все-таки артист, который артист, он может вот в эту дирижерскую палочку, и вот в эти яйца, стулья, палки и так далее, еще вложить душу. Потому что без этого все равно спектакль любой, какой бы ты гениальный режиссер ни был, если артист туда не вкладывает свою страсть, желание, душу, вот все, тогда он как бы мертвый, он не подключит ни одного зрителя. Я думаю, поэтому это было важно для него, именно чтобы был сильный состав актерский и плюс его четкое видение, и режиссерское, и художественное, оно уж было с самого начала это видение.

К. ЛАРИНА Еще раз бы пошли на такого рода эксперимент, на такой риск?

М. МИРОНОВА Вы знаете, я не знаю, я не буду загадывать, потому как, слава богу, на данный час и момент я не могу пожаловаться свободным временем.

К. ЛАРИНА Тьфу-тьфу-тьфу.

М. МИРОНОВА Да, дай бог, чтоб так было и дальше. Вот, свободным временем не могу пожаловаться. А для того, чтобы вот, на "Чайку" у нас ушло чуть больше месяца, но это было с утра до ночи. "Укрощение укротителя" мы репетировали больше года, и все равно это были каждый день утренние репетиции, и потом уж утро, вечер. То есть, это забирает, театр забирает очень много сил. И вот реально я могу сказать, что его надо очень сильно любить, чтобы этим делом заниматься, потому что это не кино, которое все-таки приносит какую-то материальную поддержку, известность, и так далее. Театр все равно, по большей части, это вот такая бескорыстная любовь. Вот это мое мнение.

К. ЛАРИНА Давайте немножечко поговорим о творческих амбициях, как, наверное, об одной из главных составляющих сотрудников театра. Скажите мне, пожалуйста, Роман, вот вы молодой режиссер, вы ставите свой первый спектакль в театре ярком, интересном, ну, театре номер 1 в Москве, можно так назвать его.

Р. САМГИН В России.

К. ЛАРИНА Этого уж я не могу сказать, не знаю, так хорошо не знаю российские театры. Но, тем не менее, не боитесь ли вы так и остаться режиссером при Марке Захарове? Или у вас все-таки есть какие-то в этом смысле мечты и планы вырваться?

Р. САМГИН Нет, у меня много планов, мечт. И у меня есть ряд планов, которые я сейчас начинаю, приступаю к каким-то работам, о которых из суеверия не хочу говорить. Но разумеется, какое-то такое опасение у меня бродит, что Марк Анатольевич это слишком высокое дерево, в тени которого легко можно зачахнуть. Я говорил ему неоднократно о своих опасениях такого рода, которые он, значит, всегда развеивает, но, тем не менее, я понимаю, что я опасаюсь не напрасно, и естественно, что я понимаю и стремлюсь к каким-то работам за пределами театра. Другое дело, что есть здесь сложность такая, что это не приносит денег, понимаете. К счастью, я избавлен, у меня есть какие-то другие работы, литературные, я там получаю какие-то проценты от каких-то пьес. У меня нет необходимости ставить напропалую в каких-то разных театрах, к счастью. И меня такая комфортная работа в Ленкоме какое-то время устраивала, потому что прекрасные артисты, Марк Анатольевич, защита, и так далее, и так далее, весь комплекс отлично налаженного театра, в котором очень приятно работать и репетировать. Но, тем не менее, надо выходить, конечно, в другие пространства, чем мы и будем заниматься. Вот так я сказал.

К. ЛАРИНА Маш, а у вас? Ведь когда идут в актеры, в актрисы, все время думаешь о том, что нужно быть только первой, что актриса не может быть как инженер там, нормальным средним инженером. Тут может быть только первым номером. Насколько вы в себе уверены?

М. МИРОНОВА Вы знаете, я уверена в том, что я люблю свою работу, вот в этом я уверена.

К. ЛАРИНА Этого достаточно?

М. МИРОНОВА Нужно быть уверенным в своем деле, а не в себе. Потому что, если ты уверен в себе, а тебя что-то обламывает, тебе очень плохо становится. А если ты уверен в своем деле, и что ты до конца хочешь ему служить, тогда тебя вряд ли что-то сможет обломать. Ну, обломало один раз, значит, будет что-то другое. Но я как бы склонна так больше верить, в дело, так скажем.

К. ЛАРИНА Ну, бывают у вас моменты, когда вы смотрите чью-то работу, какой-то актрисы, и думаете про себя: я так никогда не смогу? Или такие мысли вас не посещают?

М. МИРОНОВА Вы знаете, мне так великолепно повезло, что вообще я могу назвать свою самую любимую артистку, причем это всегда было так, это была Инна Михайловна Чурикова. И моя бабушка, Мария Владимировна, у меня их было две. Вот, Мария Владимировна Миронова была замечательна в одном, а Инна Михайловна Чурикова, меня бог так свел, что я работаю с ней в одном театре, и кроме всего прочего, я такой человек как сказать я учусь, и я не считаю это зазорным, и даже если мне будет 40 лет и я увижу что-то гениальное хорошее, я всегда все равно буду учиться. А не ставить точку, и думать, что я что-то умею. Я думаю, что я мало что пока умею, и все равно мне хочется куда-то все время расти, и с каждой ролью набирать что-то. А для этого у меня есть все возможности. Я встречаюсь с ней на сцене, я смотрю хорошие фильмы. Вижу Мерил Стрип, к примеру, у которой тоже есть чему поучиться, и многих других актрис. Для меня это позитивно, у меня нет такого, чтобы я увидела кого-то и подумала, о, я так никогда не смогу, и все, и я померла и уже больше в театр не пришла. Нет, у меня такого нет. Для меня каждый момент творчества, если я вижу, он меня вдохновляет, мне наоборот хочется, вот, боже мой, как это здорово! То есть, для меня это идет позитивно очень. И я наоборот смотрю какие-то фильмы, с той же Мерил Стрип, для того, чтобы набрать что-то, не для того, чтобы подумать, ой, как она играет, я так никогда не смогу. Не для этого, а для того, чтобы набрать то, что из нее идет, какого-то вот такого света, так скажем. И потом чтобы это можно было бы где-то использовать. Поэтому в этом смысле я не думаю, что мне грозит какое-то разочарование. Тьфу-тьфу-тьфу, дай бог. Нельзя никогда так говорить, но я надеюсь, что этого не будет.

К. ЛАРИНА Вы не боитесь на сцену выходить на репетициях?

М. МИРОНОВА На репетициях?!

К. ЛАРИНА Я знаю, есть такие актеры, которые очень боятся выйти из-за стола на площадку.

Р. САМГИН На ноги.

К. ЛАРИНА На ноги, да.

М. МИРОНОВА Вы знаете, я могу сказать одну вещь. Я сейчас поняла ее уже. Вот это есть у меня в характере, раньше я этого не понимала. Я люблю скорее играть. Вот у нас сейчас идут съемки, идут репетиции. Я понимаю, что я уже текст знаю, я не хочу репетировать, я хочу в кадр. Вот у меня есть такое своего рода нетерпение. И поэтому, как бы, когда репетируется одно и то же, одно и то же, одно и то же А Андрею Жолдаку я просто говорила, Андрюш, я знаю, что ты хочешь, я поняла. Ты мне дай, когда будет премьера, я это все сыграю. А он мне не верил, говорил, как это так, что ты сыграешь, это надо все под палочку, под мою, быстро, быстро, кричи, давай, репетируй и выкладывайся. Я говорю, я сейчас выложусь на всех этих репетициях, мне будет потом на сцене нечем играть. И потом, первый спектакль прошел, и подошел ко мне Андрей Жолдак и говорит, а ты действительно была права, наверное, тебя не надо гонять, ты потом выйдешь, ты все поняла, как бы, себе там отметила, и вот, молодец, вроде правильно все сделала. Поэтому для меня, я в этом нетерпеливый человек, мне хочется уже скорее выйти и играть, пока оно свежо, так скажем.

К. ЛАРИНА Ну, в конце, наверное, вопрос задам такой. Поскольку мы знаем, что Роман Самгин учился у Марка Захарова, Маш, а кто ваш учитель, кого бы вы называли своим учителем в актерской профессии?

М. МИРОНОВА Вы знаете, у меня первый учитель был я поступила на курс к Юрию Петровичу Любимову, видела его на двух занятиях, потом я ушла во ВГИК, и училась на курсе Михаила Андреевича Глузского.

К. ЛАРИНА Ой, замечательный актер!

М. МИРОНОВА Да, царствие ему небесное, я его очень любила, и все мы его очень любили и уважали, студенты. Можно назвать его, наверное, первым учителем. Могу назвать своим учителем бабушку мою, Марью Владимировну Миронову, потому что тоже давала мне дельные советы.

К. ЛАРИНА Она хотела, чтобы вы были актрисой?

М. МИРОНОВА Ну, вы знаете, это неоднозначный вопрос. Она, наверное, и боялась с одной стороны. Думаю, что, скорее всего, боялась больше за меня, так, чтобы я нашла себя, а не потеряла в этой профессии. Основным своим учителем, уже непосредственно во взрослой, серьезной профессии я считаю Марка Анатольевича Захарова. И следующим своим учителем в профессии кино я считаю Павла Семеновича Лунгина. Вот это два учителя, которые как бы и научили, и вобщем, сделали из меня актрису.

К. ЛАРИНА Ну, что ж, остается только пожелать вам успеха, спросить, когда ближайшие спектакли. Роман, может быть, скажите?

Р. САМГИН Да, 8-9-го февраля спектакль "Укрощение укротителя" в театре Ленком.

К. ЛАРИНА Ну, что, большой привет всей вашей команде, поздравляю вас с сегодняшним праздником и с премьерой, и удачи.

М. МИРОНОВА Спасибо большое, до свиданья.

Р. САМГИН Спасибо, до свиданья.

К. ЛАРИНА Спасибо.