Условия проживания вынужденных переселенцев; - возможность возвращения беженцев на места постоянного проживания; - работа судебных и прав - Владимир Каламанов - Интервью - 2002-01-17

17 января 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Владимир Каламанов, спецпредставитель президента РФ по правам человека и гражданина в Чечне.

Ведущая эфира Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Здравствуйте, Владимир Авдашевич!

В. КАЛАМАНОВ - Добрый день!

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И конечно, вопрос, с которого мы начнем это ситуация, с вашей точки зрения, с точки зрения прав и свобод, какова она сегодня?

В. КАЛАМАНОВ - Хотелось бы сказать, что можно отметить, что она стабильна. Несомненно, существует большое количество эпизодов с нарушениями прав человека. К нам обращается много жителей. И к настоящему времени 23 тыс. заявлений и жалоб были к нам, в наше бюро. Кстати, хотел бы отметить, что во всех районах сейчас наши представительства открыты. Вместе с тем, хотел бы отметить изменение структуры вопросов. Они в настоящее время имеют уклон в гражданскую составляющую, нежели в военную.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вот известно, что правозащитники не оставляют в покое вас

В. КАЛАМАНОВ - Но это прекрасно!

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И был недавно задан вам вопрос о проведении операции, в частности, в Аргуне, в селении Курчалой и в ряде других сел. Понятно так, чисто по-человечески, без всяких юридических тонкостей, что когда проводятся такого рода операции, это, в любом случае, нарушает права гражданского населения. Как и каковы меры для того, чтобы минимизировать этот ущерб?

В. КАЛАМАНОВ - Самое главное достижение этого года и конца прошлого состоит в том, что во время проведения данных проверок, данных операций постоянно присутствует прокуратура, представитель прокуратуры, главы администрации и ряд других официальных лиц. Мы настаиваем на этом, и только сейчас, вот последние несколько месяцев, армия прислушалась, и самое главное, представители МВД. Операции в Аргуне, Курчалое, в ряде других мест проводились с присутствием прокуратуры. Хотел бы отметить, что 12 числа состоялась встреча, продолжение Гражданского форума у меня в Знаменке, это Чеченская республика, где представители "Мемориала" задавали открыто вопросы командующему, прокурору. И по всем этим вопросам, в том числе, и по операциям были даны соответствующие ответы. Да, были нарушения, но они имели эпизодический характер, не было таких массовых нарушений. И жалобы, с которыми обратилось население, действительно были приняты во внимание. Существуют даже открытые уголовные дела.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Когда было дело Буданова, многие юристы, в том числе в прямом эфире "Эха Москвы", говорили, что сложности с полковником Будановым происходят из-за того, что никак не могут решить власти, по законам какого времени судить этого человека.

В. КАЛАМАНОВ - Мне трудно, я сам юрист по образованию, трудно квалифицировать данный ответ. Мне кажется, самое главное это должно быть достигнуто отсутствие присутствия власти во время судебного процесса. Т.е. только суд может сделать свои выводы, а все остальное это от лукавого. Необходимо дождаться решения суда, независимо от того, к чему прибегают обе стороны, как сторона обвинения, так и сторона защиты.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Известно, вами же сказано, что в ближайшее время за правило будет взята норма, когда военнослужащие, осуществляя осмотр того или иного дома в населенном пункте, будут обязаны показывать свои документы.

В. КАЛАМАНОВ - Это слово нам дал командующий объединенной группировкой войск Молтенской 12 числа. При этом получил поддержку со стороны прокурора Чечни. Я надеюсь, что в ближайшее время будет объявлен соответствующий указ по войскам.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Можно ли говорить сегодня о том, что выстроена стратегия защиты граждан РФ? Потому что ни для кого не секрет, и об этом много говорят, что люди иногда просто боятся обращаться в какие-то надзирающие органы, потому что боятся, как бы хуже не было.

В. КАЛАМАНОВ - Этот вопрос уже годичной давности. Он давно решен. Создана такая мощная структура правозащитного порядка. Она совершенствуется, она дает эффективные результаты. И самое главное, чего мы добились мы добились понимания и власти в этом вопросе. Как только появляются какие-то отклонения, незамедлительно общественные организации, да и мое бюро не дает успокоиться ни на секунду. Я думаю, вот такой мониторинг и оказание давления на бюрократию, на силовые структуры, оно должно присутствовать до конца проведения антитеррористической операции.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Как обстоят дела у дома престарелых в Грозном, о котором много говорила и писала "Новая газета"?

В. КАЛАМАНОВ - Вы знаете, мне сейчас трудно ответить сразу на этот вопрос. Я знаю только одно, что этому вопросу придавалось большое значение со стороны правительства Чечни. Все вопросы, что касается, прежде всего, престарелых и детей, к этому вопросу они относятся очень серьезно. Ну, и я хотел бы отметить сейчас, отвечая на вопрос, что большое количество гуманитарных организаций повернулись лицом к Чечне. К Чечне конкретно, а не к Ингушетии или другим частям Северного Кавказа. Я бы хотел поблагодарить, пользуясь случаем, ОБСЕ, Датский совет и даже Межцерковный совет Венгрии, которые сейчас оказали существенную помощь в теплой одежде для центров временного размещения на территории Чечни.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А как обстоят дела с теми центрами, в которых находятся вынужденные переселенцы?

В. КАЛАМАНОВ - Мы подвергали резкой критике ситуацию, которая была в ноябре-декабре. Сейчас я впервые, может быть, за последние 1,5-2 года приезжаю с хорошим настроением. МВД начали, приступили к работе прекрасно. В палаточных городках заменены или подготовлены к замене все палатки, их в достаточном количестве. Санитарная обстановка резко улучшена. Нет перебоев с продуктами питания. И, что самое главное, усилился надзор над медикаментами и другими вопросами. Я хотел бы отметить и правительство Чечни, которое уже говорит о введении общежитий квартирного типа не в будущем, а в настоящем. 2 таких дома введено в Серноводске, 3 дома в ближайшее время будут введены в Грозном, всего будет введено 15 общежитий квартирного типа. В первые 2-3 недели, сейчас, 1,5 тыс. переселятся в Грозный. И я хотел бы отметить, всего их будет 6 тыс. И хотел бы отметить, что в Чечне до конца февраля исчезнут палаточные лагеря. Вот это уже существенный реальный результат. Это свет, газ, тепло и контроль.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вчера вы говорили, РИА "Новости" сообщают, что наиболее серьезной на данный момент в лагерях переселенцев является проблема с лекарственными препаратами. Сегодня вы говорите, что ситуация с лекарствами удовлетворительная. Что-то изменилось?

В. КАЛАМАНОВ - Да. Сегодня утром мне сообщили, что 25 наиболее важных видов медикаментов поступили в пункты. Но трагедия ситуации состоит в том, что медикаментов достаточно на складах, склады забиты сейчас в Грозном. Это неудовлетворительная, по моему мнению, работа министра здравоохранения Чечни. Это неумение организовать работу. И мы обратились в Минздрав, а также к председателю правительства Чечни с тем, чтобы спросить за эту работу с этого нерадивого министра. Если будут признаны наши аргументы, я буду рад. Так же часть материалов мы передали в прокуратуру.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Скажите, а какова вообще вероятность того, что ваши же слова, что до конца текущего квартала на территории Чечни никто не будет жить в палатках и вагончиках, что все-таки это действительно произойдет? Потому что понятно, что

В. КАЛАМАНОВ - Я понимаю, что столько обещали, но Представьте себе, мы сейчас не говорим о том, чтобы заменить все палатки, и это уже не проблема для нас, мы говорим о том, чтобы не было палаток вообще. У меня такой оптимизм возрос после того, как я побывал в Грозном прошлый раз, был в этих домах, и особенно сейчас, когда увидел людей - полностью все люди, проживавшие в вагонах, переселены в Серноводске в дома. Это конкретные шаги председателя правительства и представителя МВД.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Мы продолжим после новостей.

НОВОСТИ.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - У нас в гостях - Владимир Каламанов, спецпредставитель президента РФ по правам человека и гражданина в Чечне. Вчера "Интерфакс" ссылался на Верховного комиссара ООН по делам беженцев, который выражает опасения в связи с распространяемыми слухами о том, что беженцев могут насильно вернуть в Чечню.

В. КАЛАМАНОВ - Я хотел бы опровергнуть эти слухи, но уже в другом варианте, не в традиционном. Теперь я предлагаю представителям центров временных размещений в Ингушетии поспешить, потому что общежития строятся, отлично все понимают, что в обязательном порядке им когда-нибудь придется возвращаться. Очень многие сейчас с узелками сидят в палатках. У нас сейчас нет проблемы упрашивать оттуда переезжать, проблема в одном многие, кто там находятся, к сожалению, могут вообще не вернуться в Чечню по собственной инициативе. Но там уже ряд других причин. Такие, например, которые не позволяют многим, или нет желания у многих регистрироваться в МВД для того, чтобы получать те же паспорта. Видимо, есть какие-то причины. Но это не моя работа. Единственное, я могу гарантировать - то, что никого насильно перемещать из Ингушетии в Чечню не будут.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Одна из причин, по которой люди не хотят возвращаться это безработица. Какова сейчас обстановка?

В. КАЛАМАНОВ - Вы знаете, это правильно сказано. И лично мое мнение сейчас выдаются и пособия, и пенсии, но что самое главное, стали выдавать и пособия по безработице. Знаете, это существенная помощь. И я благодарю и Госдуму, и правительство, что пошли навстречу. Т.е. в настоящее время минимум есть. Но это иногда и развращает население. Т.е. необходимо, чтобы они работали. И в этом плане все силы надо бросать на этот момент. Но когда мне говорят, что в Чечне нет безопасности, и поэтому мы не возвращаемся много от лукавого. Да, той безопасности, которая есть в Москве, нет. Но я бы хотел отметить, что безопасность сразу не наступает. Наступает планомерно, опять же, это дело людей.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Все так, но согласитесь, люди, которые просят дать гарантии безопасности, их тоже можно понять.

В. КАЛАМАНОВ - Я когда прошу расшифровать слово "гарантии"

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А вы как думаете?

В. КАЛАМАНОВ - Мое личное мнение: гарантия безопасности это тогда, когда ты уверен, что к тебе, не нарушая закона, не войдут в дом, не накажут и т.д. Да, ну, это есть ряд населенных пунктов, которые могут не подойти под данные требования. Но 90% территории, таких проблем на территории Чечни нет. А то, что останавливают на улице, проверяют документы и могут для доследования попросить пройти, это сплошь и рядом и в Москве. И здесь главное, чтобы не нарушали законов.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Да, но в Москве человек, так или иначе, может добиться звонка родственникам, а на территории государства, где несколько лет уже дестабилизирована обстановка, человек может просто пропасть без вести, правда?

В. КАЛАМАНОВ - Может. Иногда бывает. К сожалению, это иногда повторяется и до сегодняшнего дня. Но я еще раз говорю, все в руках человека. Есть желание возвращается, нет он остается на месте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Иногда это происходит вплоть до сегодняшнего дня. Есть ли статистика дел, которые расследованы в этом плане, и дел, по которым уже вынесены судебные решения?

В. КАЛАМАНОВ - Я могу сказать, что об этом уже многократно говорил и прокурор. Я сейчас точных цифр не имею, но я знаю, что дела, которые уже прошли через суды, их выше 100, около 120-130 я имею в виду реальных, конкретных и очень серьезных. Всего по военнослужащим там тысячи дел просмотрены, но то, что касается местного населения, именно в таком количестве. Из них до 45-50% уже рассмотрены судами, т.е. уже вынесены, в том числе, и тяжелые приговоры военнослужащим разного порядка. Рекламировать это мы не можем, но количественные показатели мы имеем, и имеем в тот же день. Почему я так говорю уверенно дело в том, что у нас совместная группа с прокуратурой, мы имеем полную информацию по каждому делу, я бы сказал, аннотацию дел. И даже тех, которые расследуются. Всего у меня 3,5 тыс. папок заведенных, в том числе и на всех без вести пропавших. Ни одно дело не закрыто, не прекращено, есть дела приостановленные. Но это не имеется в виду, что они прекращены, просто требующие дополнительной информации. И много из приостановленных дел дальше имели хорошую перспективу раскрытия в связи с тем, что находились свидетели по другим делам. Т.е. все это перемешено, но мы ведем полный контроль. Хотел бы даже коротко ответить так: ту информацию, которая есть у нас, которой мы владеем, не имеет ни одна силовая структура в то объеме, в котором есть она у нас. Поэтому с ней познакомили мы и "Мемориал", и международные организации, на электронных носителях, и в том числе на бумажном варианте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А какова сравнительная обстановка, скажем, в лагерях вынужденных переселенцев в Ингушетии и в других регионах?

В. КАЛАМАНОВ - Трудно мне сейчас судить. Дело в том, что я в Ингушетии не был уже 1,5 года, потому что мой мандат распространяется исключительно на Чечню. Я хотел бы сказать, что в настоящее время в Чечне намного спокойнее в лагерях и в центрах временного размещения, нежели в Ингушетии. С точки зрения продуктов питания, палаточных городков примерно все то же самое. Т.е. изменений таких больших нет, разницы, вернее. Но через 2 месяца будет колоссальная разница. Дело в том, что все переходит в кирпичные дома, комнаты, общежития квартирного типа. И конечно, это несравнимо будет с жизнью в Чечне, нежели в Ингушетии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я думаю, что можно сделать выводы из сказанного вами, что идет некое такое поступательное движение по стабилизации обстановки.

В. КАЛАМАНОВ - Вот на эту минуту, в это время я счастлив, что на протяжении 2 лет мы мечтали об этой ситуации, а эта ситуация возникла. И это меня очень радует.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А что, с вашей точки зрения, может препятствовать дальнейшей стабилизации обстановки?

В. КАЛАМАНОВ - Скажем так: интенсивность антитеррористической операции, которая проходит там. Дело в том, что я надеюсь, что с террористами и бандитами будет покончено как можно быстрее. Понимаете, народ в постоянно подвешенном состоянии. Нет ни одного человека, который был бы против этой борьбы. Сейчас уже, до 90%, с кем мы беседовали, приходят к нам, жалуются, они жалуются не на проведение террористической операции, а на

Н. БОЛТЯНСКАЯ - На террористов.

В. КАЛАМАНОВ - Ну, прежде всего, на террористов, но в том числе и на те издержки тех операций, который происходят иногда со стороны федеральных сил. И мне представляется, что как только будут найдены вот эти самые главные фигуранты по делу, т.е. главные террористы, надо будет уже сворачивать и антитеррористическую операцию. Народ очень-очень устал.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Тут сразу несколько вопросов возникает. Вопрос первый: приходится ли вам со своей стороны, если угодно, сдерживать какие-то действия в рамках антитеррористических операций? Именно в плане нарушений?

В. КАЛАМАНОВ - Нет, сдерживающих нет, так же, как и подталкивающих. Дело в том, что самое главное сдерживание только в одном: для нас критерий нарушение закона. Ничто нас не остановит, никаких оправданий нет ни одному офицеру, солдату, командующему, кому угодно, если они нарушили закон или не издали вовремя приказ, отвечать придется либо в суде, либо перед нами, либо перед президентом.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но помилуйте, если идет перестрелка, то для тех, кто живет в этом самом районе, на этой самой улице весьма велика вероятность попасть под случайную пулю.

В. КАЛАМАНОВ - Вы совершенно правы. Но вы забываете, и кстати, об этом забывают и многие международные общественные организации перед перестрелкой в течение нескольких часов умоляют выйти всему гражданскому населению и оставить тех, кто сидит в подвалах. Но ведь не оставляют некоторые! Ведь это тоже есть причина. Это уже пускай рассматривает следствие. И я еще раз хочу сказать, в этом плане претензий нет. Некоторые не оставляют, просто боятся оставить квартиру, боясь разграблений, исчезновения своих вещей. Все очень сложно. Но главное одно то, что людям предоставляется возможность. Операцию производить, когда в квартире находится гражданское население, вместе с тем оттуда идет автоматная очередь вы понимаете, все не просто так. И смотреть только с одной стороны на эту проблему ни в коем случае нельзя. И вот для этого есть прокуратура, следствие. Потом проверяются все вот эти эпизоды.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - С вашей точки зрения, каковы возможности, как ни грустно это говорить, о возможностях, которые дает статус вынужденного переселенца?

В. КАЛАМАНОВ - Ну, он избыточен на территории Чечни. Дело в том, что есть ли, нет ли статуса, во-первых, все люди будут получать компенсацию, и им выплачивается все, что им положено. Во-вторых, статус вынужденных переселенцев дается людям, которые вышли за пределы Чечни. И в-третьих, лично мое мнение, эти постановления, эти законы выхолощены были тем опытом, который был несколько лет тому назад. Надо либо создавать единый стандарт оказания помощи пострадавшим и передавать это региональным структурам, т.е. непосредственно правительству Чечни, или правительству Ингушетии, правительству Ставропольского края и навести порядок, скажем так, с инвентаризацией количества людей. Невозможно, когда вместо уменьшения идет увеличение людей, которым необходимо оказать помощь. Т.е. понятно, откуда это дело происходит. Т.е. бюрократия тоже не дремлет. Они получают какие-то дивиденды от этого. Чтобы остановить эти приписки, я приведу один пример, кстати, это не секрет уже, 390 тыс. пособий выдается там, около этой цифры, на детей. Сейчас проживает там, на территории Чечни, не более 600-700 тыс., даже меньше, а 220 тыс. выдавалось, когда в Чечне был 1 млн. 200 тыс. Я задаю вопрос: когда же было больше детей?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но вас это удивляет все?

В. КАЛАМАНОВ - Это меня не просто удивляет. Но эта удивила ситуация и председателя правительства Чечни. Это не проходит мимо. И я надеюсь, что любая ближайшая перепись населения в Чечне, она наведет порядок.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вы сказали, что 1,5 года не были в Ингушетии. Скажите, а нет ли у вас опасений, что коль скоро производится такая утюжка, извините, со всех сторон происходящего в Чечне, то очаги напряженности будут усиливаться по границам?

В. КАЛАМАНОВ - Нет, у меня такого ощущение нет. Во-первых, в Ставропольском крае, в Дагестане, в Северной Осетии, в Алании, Кабардино-Балкарии ситуация спокойная совершенно, никакой там утюжки нет. Кстати, во всех этих регионах присутствует достаточное количество и представителей чеченской национальности. У нас проблема другая у нас проблема с русскоязычным населением. Дело в том, что 280-300 тыс. нечеченцев, скажем так, что с ними делать? Они же многие не попали ни под постановление, ни подо что. Живут в нищенских условиях в Ставропольском крае, Астрахани, по всей стране. Если бы мы сделали какую-то программу, я вот хотел бы обратиться опять же к депутатам сейчас, программу по содействию возвращению русскоязычного населения на свои дома, подворья, конечно, при финансировании, при компенсации, мы были бы самими счастливыми людьми. В этом нуждается и сам чеченский народ.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Владимир Каламанов, спецпредставитель президента РФ по правам человека и гражданина в Чечне наш гость. Мы продолжим после новостей

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ - В нашей студии - Владимир Каламанов, спецпредставитель президента РФ по правам человека и гражданина в Чечне. До новостей вы начали говорить о том, что желательно вернуть нечеченцев, проживавших на территории Чечни, туда. Вы действительно рассматриваете такую возможность?

В. КАЛАМАНОВ - Я не просто рассматриваю неоднократно уже возвращался. Надеюсь, этот вопрос станет предметом обсуждения, прежде всего, в Госдуме. Существуют соответствующие комитеты и комиссии. Дело в том, что именно для чеченского народа очень важно, чтобы вернуть ситуацию к той, которая была в середине 80-х годов. Это была территория, населенная большим количеством национальных групп, и прежде всего русскими. Грозный был самым многонациональным городом на Северном Кавказе. И безопасным, кстати. Поэтому для нас очень важно, чтобы и цивилизационный процесс на прекратился, и обогащение культурами, народами друг друга не останавливался.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Извините за резкость вопроса. Ситуация, когда за последние несколько лет о безопасности можно было только мечтать, в ситуации, когда в основном разрушены дома, имущество уничтожено, чем заманить людей?

В. КАЛАМАНОВ - Заманивать не надо, и никто не будет. Это опять же вопрос желания людей. Я разговаривал со многими многие бы вернулись, но необходимо решить конкретные вопросы. Это компенсации, это подъемные, чтобы люди могли приехать не на голое место и создать себе что-то, это отработанные методики по созданию режима безопасности для людей. Все это можно сделать, но нужно желание, нужны люди. И мое личное мнение, что при желании таком, которое должно в конце концов уже проснуться, 10 лет эти люди находятся за кадром. Мне это очень понятно, обидно, я беседовал со многими чеченцами, они грустят, некоторые даже переписываются со своими соседями.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но знаете, все-таки, согласитесь, картинка пасторальная. Скажите, есть ли данные, вот что дешевле или дороже, подъемные и компенсации, о которых вы говорили, или возможность даль людям шанс адаптироваться в других регионах России?

В. КАЛАМАНОВ - Нет проблем, этот шанс тоже должен рассматриваться самими людьми. Но надо на них обратить внимание. Для меня главное не возвращение только в Чечню, а обратить на них внимание. Невозможно, когда сотни тысяч людей находятся вообще без всякого присмотра со стороны соответствующих служб. Не по вине, возможно, даже этих служб, а по вине тех законов и постановлений, которые принимались в середине 90-х.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вы человек, которому проблемы Кавказа не чужие. Знаете, есть такая восточная поговорка: сколько не говори "халва", во рту слаще не станет. С одной стороны, вы сейчас выступаете с большим оптимизмом. С другой стороны, я не склонна полагать, что когда мы видим по ТВ или читаем сообщения от людей, которые говорят дайте нам гарантии безопасности, дайте шанс вернуться к нормальной жизни, тоже не хочется верить, что это подставные лица, которым дали 5 рублей и сказали, что надо сказать. Где центр тяжести?

В. КАЛАМАНОВ - Баланс, несомненно, я уже отвечал на этот вопрос о том, что до тех пор, пока будет продолжаться интенсивная вот эта часть антитеррористической операции, ну, хотя бы не решены главные вопросы это руководители этих бандформирований не будут ликвидированы, конечно, говорить о полной безопасности невозможно. Вместе с тем, дожидаться, когда наступит 100%-ное такое, по наитию каждого пострадавшего, это тоже, я считаю, не совсем умно, потому что те же рабочие места, те же возвращения, получения участков, каких-то непосредственно возможностей для того, чтобы получить рабочие места все это уже сейчас началось. И поэтому человеку приходится выбирать, либо-либо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Хотя вы уже сказали, что ваш мандат действителен только на территории Чечни, но наверное, для вас не секрет, что в связи в том числе с событиями последних лет на Северном Кавказе в крупных городах России сильно такое явление как кавказофобия. Я не буду цитировать, понятно, что я имею в виду. Как вы считаете, как с этим бороться?

В. КАЛАМАНОВ - Не надо бороться.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Пусть выплеснут и успокоятся?

В. КАЛАМАНОВ - Я поясню. Это самая большая ошибка, ошибочный подход бороться с этим. Во-первых, не надо создавать такой обстановки. Если и создается она иногда с помощью тех же СМИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ой!

В. КАЛАМАНОВ - Нет, поясню. Создается она и с помощью школ, с помощью семьи даже. Мы же должны для себя ответить один раз на вопрос. Я иногда, год тому назад, полтора даже, я задал вопрос на передаче Сванидзе кто эти люди, чьи они? Это граждане России. Это наши братья и сестры. Все, плохой или хороший это наши люди. И никому мы их не отдадим. И мы будем и опекать, и спрашивать. И мы будем давать им права, но и будет и ответственность. То, что происходит здесь, я считаю, это все от лукавого. И есть происходят такие вещи в суд, и прекратить уговаривать. Это надо делать, начинать. И, кстати, между прочим, в Чечне 128 исков наших приняты были через судебные инстанции. Блестящий результат! У нас нет теперь проблем, кстати, с созданием судебной системы, как бороться с бюрократами. Мы уже не пишем в министерство жалобы на это министерство мы им просто звоним. Если не решают задачу, мы обращаемся в суд. И в судебном порядке взыщут с того или иного ведомства. То же самое и с семьями. Если его ребенок приходит в школу и обзывает или называет нехорошими словами человека, который пострадал и сбежал от этой жизни из Чечни, значит, надо привлечь его родителей в судебном порядке! А мы дискутируем эту проблему.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но пойдите, докажите, что к этом причастны родители!

В. КАЛАМАНОВ - Я могу объяснить. Родители в соответствии с российским законодательством несут ответственность за деятельность своих детей. Все, вопрос закрыт!

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Хорошо. Тогда иная немного ситуация - в сегодняшней "Новой газете" была статья про воинскую часть, в которую поступили из Чечни принявшие присягу чеченцы. И описана ситуация, когда к ним относятся с таким пиететом, что они дозволяют себе действия, абсолютно неадекватные.

В. КАЛАМАНОВ - Я отвечу на этот вопрос покороче, постараюсь, но все очень сложно. Опять надо рассматривать в балансе. Имеется случай как неадекватного поведения и самих молодых чеченцев, так и по отношению к ним. Вопрос возникает другой. Должны работать великолепные психологи, хорошие психологи, не просто, и они должны работать во время распределения людей. Мое личное мнение чеченцы должны распределяться по войсковым частям, отбирать их должны не в больших количествах. Когда их много, возникает определенная проблема. Мы их знаем. Мы знаем районы, где обстановка более спокойная, и люди относятся к тому, что происходит в Чечне по иному, нежели в горных районах. Все это работа Минобороны, военкоматов, поштучная. А у нас люди еще не привыкли так работать. Поэтому иногда получается а как бы доложить, что мы набрали людей, а вот какие результаты уже, во что это выплескивается это уже как бы вторично. Нет, надо нести ответственность за все то, что делается.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Среди тех, с кем вы работаете в Чечне, много высокопрофессиональных психологов?

В. КАЛАМАНОВ - Вне Минобороны, с ними я не знаком, есть. И вы знаете, работали. Особенно работали 2 года назад, когда только военная операция заканчивалась, мы туда въехали, и со мной они сотрудничали. И мы привлекали не только психологов, но и хороших сильных юристов, которые не брали за это деньги в связи с тем, что они работали по программе Сороса. Мы привлекли этих ребят, и они создали прецеденты защиты чувства собственного достоинства людей через суды. Знаете, не автоматом, а через судебную систему. Люди некоторые были просто, когда первый раз возвращали свою собственность через суды, в том числе и возвращенные от армии, они не верили в том, что можно все сделать не через силу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Владимир Каламанов, спецпредставитель президента РФ по правам человека и гражданина в Чечне был в нашем эфире. Спасибо большое!