Премьера во МХАТе им. Чехова "Священный огонь". - Сергей Безруков, Светлана Врагова - Интервью - 2001-12-30

30 декабря 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" главный режиссер театра "Модерн" Светлана Врагова и актер Сергей Безруков.

Ведущая эфира Ксения Ларина

К.ЛАРИНА В это ранее время, до начала всех репетиций, когда многие артисты еще спят, у нас в гостях главный режиссер театра "Модерн" Светлана Врагова, и актер Сергей Безруков. Судя по авралу, я так понимаю, что в у вас премьера 1 января - когда, с утра?

С.ВРАГОВА: Нет, что вы. Это называется страшный сон. Говорят, 15-го - говорят, но мы пока не уверены, там посмотрим.

К.ЛАРИНА: Расскажите немножечко о спектакле. Я знаю, что Светлана впервые выступает на сцене МХАТа в качестве режиссера ваши впечатления от такого огромного театра, да еще находящегося на таком переломном моменте?

С.ВРАГОВА: Страшно, не потому, что актеры какие-то не такие, - просто сама ситуация страшная: во МХАТе ставить вообще страшно, потому что это легендарная сцена, и мы все трепещем. Даже если там откроется просто ресторан МХАТ с "чайкой" как эмблемой, все равно будет страшно входить в это здание правда, я надеюсь, такого никогда не будет, - просто святые сцены. И пьеса называется "Священный огонь" как-то все совпало. Спектакль должен пойти на большой сцене, и состав замечательный в главной роли обожаемый нами Сергей Безруков, он вообще мне достался по наследству, потому что я работала с Виталием Безруковым, замечательным артистом в театре Пушкина, он был чуть старше, чем Сергей мы там ставили "Ждем человека", Виталик был в главной роли, и играл блестяще, замечательно, - тогда было столько прессы много! И поэтому у меня к Сереже нежные и родственные чувства, и кроме всего прочего все знают он выдающийся артист, надеюсь, что он это и сам знает, но он не пользуется этим он скромен.

К.ЛАРИНА: Да?

С.ВРАГОВА: Да. Что касается других актеров в главной роли Ольга Барнет, и для нее это очень серьезное испытание, потому что центральная партия очень трудная, сложная, Сомерсет Моэм очень сложный автор. Там же играет и Андрей Ильин, замечательный артист, Дима Брусникин, Екатерина Семенова и Евгения Добровольская я считаю, что состав хороший.

К.ЛАРИНА: Насколько я знаю, Андрей Ильин тоже не так давно во МХАТе работает?

С.ВРАГОВА: Да, это все "новобранцы", и я в том числе, и в этом смысле очень большая сложность, потому что нужно как-то договориться до единого языка. И художник Левенталь.

К.ЛАРИНА: А что это за вещь, - расскажите, пожалуйста?

С.ВРАГОВА: Это детектив. Но в силу того, что мы все принадлежим к школе МХАТа, мы стараемся этот детектив перевести в некое психологическое, и может быть, даже эзотерическое, философское действие, хотя внешний сюжет очень здорово держит, но во внутренние глубины мы все-таки стараемся нырнуть и вся проблема в том, что главное вынырнуть. Там речь идет о летчике, который потерпел аварию - такой наш Чкалов, - Сергей же не может играть простого и заурядного летчика естественно, он играет английского выдающегося он играет только таких

К.ЛАРИНА: Моцарт, например?

С.БЕЗРУКОВ: Мне действительно повезло, я действительно во всех своих ролях играю людей незаурядных мне пока везет. Может быть с возрастом и годами я буду играть людей заурядных, но пока мне везет. И в данном случае это опять же великий летчик, асс, который летал, как говорится в пьесе у него было особое чувство полета, - а это, говорят, не у многих летчиках. Это был действительно супер-летчик это человек, который жил в небе, это его жизнь. То есть то, что на земле , - это было для него прозой, к которой он никогда не возвращался. Он полюбил девушку, женился на ней, но в том и вся катастрофа, - мы не будем рассказывать весь сюжет, - но летчик, который летал и оказался на земле.

С.ВРАГОВА: Чувство полета у людей тоже бывает - и у Моцарта, которого играет Сергей. У Андреева есть такой текст он спрашивает жену в "Екатерине Ивановне" "ты по-прежнему играешь во сне?" - он говорит "Нет, мало". Ну, в общем, полет имеет философский смысл. И его судьба на земле пьеса об этом. Она детективного характера, сюжет я боюсь говорить, потому что будет неинтересно.

С.БЕЗРУКОВ: То, что мне предстоит преодолеть, то, что мой летчик, попавший в катастрофу, очутился в инвалидном кресле, и это ощущение полета, которое он пытается сохранить здесь, на земле, и у него это в различной степени получается или не получается. На самом деле философский смысл заложен в том, насколько мы себе понимаем, что такое плоть и что такое дух. Вот сила духа и плоть плотское и духовное это два понятия, которые я пытаюсь себе, действительно, разобрать для своего героя он жил духовно, и даже на земле был в полете и вот это то самое земное, плотское, что может погубить человека летающего. Этот философский смысл мы пытаемся заложить в спектакль Моэма, хотя у него это есть, в принципе.

К.ЛАРИНА: Тоже хотела спросить может быть это вы все придумали, а там этого нет?

С.БЕЗРУКОВ: У Моэма очень много закодированных вещей.

С.ВРАГОВА: Эта пьеса имела очень огромный успех в Англии она прошла около 400 раз, или 300 что для Англии очень серьезно. Перевел пьесу Виталий Вульф, специалист по английской драматургии, и мы пытаемся пьесу сделать объемной, как и все, - это вообще наш стиль сделать пьесу объемней. Мы иногда понимаем, что в самой пьесе это есть. Но главное все-таки сроки у Сергея первые слова "скорость, скорость - вот смысл этой игры, старина", - думаю, что это эмблема.

К.ЛАРИНА: Сколько вам дали времени?

С.ВРАГОВА: Ну, октябрь был неполный.. потому что там у всех были долги кто снимался, у кого антреприза все артисты приглашенные. И ноябрь и декабрь это ничто, практически, я в два месяца никогда не выпускаю спектакль за это время можно выпустить комедию или капустник, но серьезную пьесу мне самой нужно понять, что я делаю, осознать, что-то поправить посмотрим, как там сложится.

К.ЛАРИНА: А идея была ваша, или вам ее предложили?

С.ВРАГОВА: С Олегом Павловичем у меня давние отношения, я его очень люблю, может быть при жизни так не говорят, - но великий артист.

К.ЛАРИНА: Вы уже сказали про Безрукова что он выдающийся.

С.ВРАГОВА: Ну а тут великий. Значит, выдающийся ученик великого - у нас борьба хорошего с еще лучшим.

С.БЕЗРУКОВ: Я постараюсь дорасти, впереди у меня масса времени.

С.ВРАГОВА: Ну а как иначе? С другими и не общаемся, не интересно. И у нас с Олегом Павловичем давно шел такой разговор еще когда он мне дал премию за строительство театра, что редко бывает чтобы один худрук поощрил другого, тем более два театра, которые в одно и то же время практически заработали. Ну у нас такой диалог идет что-то ему близко у меня, что-то нравится, и сейчас мы пытаемся сойтись в творчестве.

К.ЛАРИНА: Сережа, а вы себя хорошо чувствуете на любой сцене? Вам все равно, на какой площадке работать, или в какой труппе вы работаете?

С.БЕЗРУКОВ: Действительно я чувствую себя свободным везде может быть из-за того, что я умею находить общий язык и контакты. И потом я действительно не только вырос в "Табакерке", ибо сама "Табакерка" уже играла на больших площадках. "Табакерка" была только в Москве подвальчиком, а если вы заметили по афишам и рекламе мы играем на разных площадках будь то это сцена МХАТа, Таганки где мы только не играли мы похожи на кочующий цыганский табор, и это правильно, потому что замыкаться в зальчике на сто мест нельзя. Поэтому мы в какой-то степени привыкли работать на больших площадках. И потом во МХАТе я уже два с половиной года играю Моцарта, я там играл и Психа, и Глумова - поэтому сцена родная. И еще я выпускник Школы-студии МХАТ это вообще для меня родные пенаты, и относятся ко мне там уважительно. Партнерски, безусловно, бывает сложно, то есть по-разному. Допустим, Моцарт мне был удобен потому что я был тем самым новичком в этом деле, то есть состоявшийся крепкий спектакль, "Амадей", и новичок, который только что туда попал. В ощущениях самой роли Моцарта мне это даже помогало ощущение нового глаза, что происходит. Ощущение ученика, который попал на старую сцену и в старый спектакль, уже состоявшийся действительно ощущения Вольфганга Амадея, когда он попадает в незнакомую обстановку и пытается в ней разобраться что вы делаете, как вы здесь живете? Мне это даже помогало

К.ЛАРИНА: Все равно есть немало людей, которые и приход Светланы, и ваш, Сережа, и Сережиных друзей по театру Табакова во МХАТ воспринимают как нашествие варягов? Мне кажется, вы не можете этого не чувствовать каково в этой атмосфере настроить себя на позитивный, созидательный труд?

С.БЕЗРУКОВ: Не знаю, может быть у варягов все-таки было меньше культуры, чем у нас? Я надеюсь. Что мы отличаемся умом и сообразительностью мы не совсем варяги. Мы артисты, и мы ничего не завоевываем. Олег Павлович с самого начала сказал, что мы должны подставить плечо МХАТу, и это его великие слова. Это не слияние, но это возможность поработать с мхатовскими мастерами, и они и плюс наша молодость и азарт, - все это вместе. Что из этого получится в дальнейшем мы увидим это будет понятно, наверное через два, три года

К.ЛАРИНА: И тем не менее вы начинали в театре, в котором не было старшего поколения. У Светланы, я знаю, тоже сильной разницы в поколениях в ее театре не существует.

С.ВРАГОВА: Если говорить о двух театрах Табакова и моем, есть общая тенденция может быть она режиссерски разная, но актерски школа и техника, - она, в сущности, очень сходна. Начнем с того, что я вообще выросла на "Современнике", и мы учились там, это считалось для меня очень мощной актерской школой это был очень сильный актерский театр там были выдающиеся, крупные актеры такие, как Сережа, - это были самородки. И Олег Николаевич, царствие ему небесное, - он собрал самородков. Но что касается Художественного театра могу сказать, что мне, конечно, сложно, потому что есть понятие современного театра, современной технологии и техники, которые надо каким-то образом еще и принести в этот МХАТ, чтобы актеры поняли они способны, но много не понимают из-за того, что уже скорость другая.. уже скорость восприятия другая, изменились актерские технологии, подвинулась вперед техника, и, наконец, Константина Сергеевича Станиславского они еще на четверть не освоили, потому что он был новатор. В этом смысле МХАТ был всегда новаторским театром. И когда он перестал быть таким, он перестал быть в той степени МХАТом, каким его затевали наши великие ученики, наши предки. Я не знаю, кому это удастся, но когда МХАТ станет снова экспериментальным театром, в том хорошем смысле, культурным экспериментом тогда, я думаю, мы вернем себе эти стены. А пока задача Олега Павловича, как правильно сказал Сергей каким-то образом вливание свежей крови в театр обязательно, так надо всегда, - иначе он заболачивается. Это как у Леонида Леонова "когда река идет, ни одна капля не должна стоять, иначе она гниет". Я должна сказать, что я, Сергей, еще несколько актеров занимаемся, конечно, штурмом в этом спектакле. Но до этого Машков еще поставил "Номер 13" кому-то нравится, кому-то нет, - но я полагаю, что это тоже из области штурма и натиска.

К.ЛАРИНА: Ну это все равно был запланированный коммерческий успех, как бы мы к этому не относились это все равно удача, это понятно. Но это - другое.

С.ВРАГОВА: Это другое, да. Но это хотя бы какая-то первая капля того, чтобы люди шли, ломились в театр. Что касается истинного то оно еще прекрасное далеко. Я надеюсь и очень нервничаю, - у меня никогда не было такого состояния, честно говоря, но я надеюсь на свой характер, который меня часто спасал именно в стрессовых ситуациях, и надеюсь, что все-таки мне хватит воли и железной руки все это сцепить и сделать.

К.ЛАРИНА: Каким образом этот спектакль вписывается в ту репертуарную афишу, которая сегодня существует во МХАТе?

С.ВРАГОВА: Сегодня, наверное, вписывается, но моя мечта, - я правда, не имею права мечтать по поводу МХАТа, я мечтаю по поводу театра "Модерн" но хотите верьте, хотите нет, - "Модерн" это мхатовское ответвление, потому что и репертуар идет тот "Екатерина Ивановна", и так далее и что, как не "Модерн" сам МХАТ? И стиль шехтелевский, - этот особняк, и репертуар Ибсен, Гауптман, - все, что там ни шло, Андреев, - это стиль "Модерна" чистой воды. Но только не освоенный, как бы брошенный в советское время. Короче говоря, магический реализм, как я уже говорила, сменился идеологическим реализмом. И когда МХАТ на своем новом витке вернется к магическому реализму, думаю, что МХАТ себе вернет былую славу Но есть и мемориальный репертуар там в музее лежат огромные пласты того, что можно взять и использовать и это будет новое. Новое это хорошо забытое старое. Надеюсь, что это все вернется в МХАТ, а на сегодняшний день я думаю, что афиша МХАТа известна только Олегу Павловичу я не могу вмешиваться в его пространство, творческое, и мое дело - прилично поставить "Священный огонь".

К.ЛАРИНА: То есть вы все-таки пришли как главный режиссер театра "Модерн", со своей эстетикой, которую вы чувствуется.

С.ВРАГОВА: Только. В чем и заключается проблема моя эстетика, эстетика театра "Модерн" иногда смущает актеров. Только Сергей, и еще несколько человек могут ее понять. А в принципе я буду наверное сейчас не особо нажимать на свою эстетику, потому что она требует времени.

К.ЛАРИНА: Что такое мхатовские традиции это ведь тоже большой вопрос, и что это такое, на самом м деле никто не знает. Сейчас вы говорили про эстетику вашего театра, построенного вашими руками, а что такое традиции МХАТа, если соединить это с вашим театром культурологического эксперимента?

С.ВРАГОВА: В основе истории создания МХАТа есть такая формула жизнь человеческого духа. Из чего она складывается.

К.ЛАРИНА: Из таланта.

С.ВРАГОВА: И из технологий. Станиславский написал целую систему как это выявить. Он писал о действенном анализе, и это техника, технология. Он актер-техник. Немирович сказал "у меня в труппе есть только один актер-техник Станиславский". И он это умел. Это как Рихтер, который все время тренировал пальцы несмотря на то, что он был гений, Башмет - техника должна быть, пальцы должны "промазывать" клавиши. Нельзя просто играть и чувствовать, если ты внутренне не техничен. Но с другой стороны, голая техника, как раньше играла Сара Бернар это не наше, не русское. Так что духовное, душевное сопереживание - первое, жизнь человеческого духа, сострадание, истинность страстей предполагаемых обстоятельств и правдоподобие чувств в предлагаемых обстоятельствах вот эта формула, по сути дела и есть система Станиславского. Жизнь человеческого духа, не души, бессмертия, человеческого бессмертия, жизнь бессмертия вот формула МХАТа. Звучит парадоксально, но этому посвятили жизнь оба гения Немирович-Данченко и Станиславский. И это крайне интересно жизнь человеческого бессмертия.

К.ЛАРИНА: А для Сережи что такое мхатовские традиции?

С.БЕЗРУКОВ: Сложно сказать что-либо конкретное, потому что на сцене так или иначе за свою небольшую трудовую деятельность, - а уже получается около 8 лет, - этим традициям я следую регулярно. А что касается всех моих работ в принципе, это та самая система Станиславского. Все мои роли это не просто роли, это мироощущение, это частичка моей боли во всех ролях . Даже если не брать театр Табакова Есенин мой, Моцарт, - все мои роли. В "Психе" Александр все это как раз то самое сопереживание моим героям, и заставить переживать и что-то переосмыслить зрителя. Я пытаюсь вносить смысл в свои роли - чтобы зритель помимо развлечений сейчас, а у него сейчас очень много развлечений, очень много, но русскому зрителю нельзя давать просто развлечения это противопоказано. Наш русский зритель привык чувствовать, так или иначе что бы ни делали с Россией, как бы ее ни унижали, возносили , а потом опять унижали все равно, русский человек, зритель - должен почувствовать ему нужно давать сопереживать. Почему я обожаю жанр трагифарса для меня это самый потрясающе чистый жанр, - когда с самого начала зритель смеется, а в определенный момент он понимает, что его смех становится немножко кривым.. он понимает, что его смех идет сквозь слезы. Нужно ему дать чуть-чуть задуматься, подумать о душе.. немножко, хотя бы в самом финале спектакля дать что-то осмыслить, про себя понять. Вы заметили, насколько люди сейчас не сочувствуют и не сопереживают? У нас вообще пошла такая тенденция среди людей не сопереживать если упал кто-то на улице, вряд ли кто-то подойдет.

К.ЛАРИНА: Зато все рыдают на бразильских сериалах.

С.БЕЗРУКОВ: Да, но это все иллюзия, в том-то все и дело. И театр тут играет огромную роль первый раз может быть зритель пришел в театр так случилось, жена сказала пойдем, - и пришел в театр, посмотреть.. ему по фигу все.. Он пришел,. Может быть такой зритель вообще не ходит в театр, но тем не менее..

К.ЛАРИНА: Ходит, ходит..

С.БЕЗУРКОВ: Так вдруг в какой-то момент заставить такого зрителя вдруг сопереживать казалось бы, что ему герой на сцене? Ничего. Но вдруг он почувствовал что же они там делают? В том же "Психе" что вы с ним делаете, - отпустите его! То есть у него возникает реальное желание помочь выйти на сцену, дать кому-то в морду, - вот этот момент сопереживания очень важен для зрителя внедрение очень мягкое, тонкое, когда люди начинают плакать, и им становится жалко героя, или они вдруг что-то понимают для себя, перекладывают на себя и свою ситуацию. Это не просто развлекаловка, когда человек пришел, посмеялся, и забыл, нет он вдруг начинает сопереживать. И с этого все и начинается если зритель начинает сопереживать, то и в жизни он начинает сопереживать.

К.ЛАРИНА: Этому можно научить, вы считаете?

С.БЕЗРУКОВ: Этому можно и нужно научить, в любом возрасте.

С.ВРАГОВА: Вы помните "Балладу о солдате"? Как работал Чухрай, Герасимов, Ромм, Швейцер, Райзман какие громады актерские возникали в России? Именно в этом смысле надо работать надо это продолжать, потому что Россия огромная страна с великой литературой куда мы денем Толстого и Чехова? Когда мы гастролируем за границей - я помню, как в Марселе нам говорили - вот мы поняли, что вы страна Тургенева и Чехова, и нас так и понимают мы страна Тургенева и Чехова, а не политики, не Советского Союза, не демократии и ничего другого мы страна Тургенева, Чехова и Достоевского, и надо не забывать, что мы эта страна, такая страна. Мы вчера как раз говорили с очень умными людьми настрой есть и у правительства, и у государства, и у министра, - есть настрой каким-то образом поворачивать..

К.ЛАРИНА: Какого министра?

С.ВРАГОВА: Нашего, культурного, культуры. Но он тоже видимо, не все может из того, что может так тоже бывает. Деньги делают сегодня многое, и плохие деньги делают тоже многое. Вот когда эти бешеные деньги закончат свое триумфальное шествие по России, наверное, мы вернемся..

К.ЛАРИНА: Без денег тоже нельзя.

С.ВРАГОВА: Да, но они не должны быть бешеные.

К.ЛАРИНА: Я понимаю, что мне уже нужно отпускать вас на работу, но хотелось бы услышать 30 декабря от вас какие-то итоги. Светлана, начнем с Вас.

С.ВРАГОВА: Должна сказать, что уходящий год дал мне много подарков. Я выпустила "Петлю" Рустама Ибрагимбекова, премьеру, там играет Лена Стародуб. Это пьеса о судьбах России, судьбе Поручика С., который участвовал в убийстве Распутина так он полковник Субботин, и этот спектакль приглашен уже во многие страны мира на гастроли, и первая поездка будет в Марсель нас пригласили второй раз. Кроме того, я ставлю во МХАТе я встретилась с замечательными актерами, в том числе и с Сереженькой Безруковым, которого люблю и буду всегда следить за его творчеством. Если могу помогу, хотя думаю, что это он мне поможет в моем творчестве.

К.ЛАРИНА: Вы лучше Виталия пригласите.

С.ВРАГОВА: Виталий это святое, обязательно.. замечательный актер, я знаю его очень хорошо. Хочу пожелать Виталию, пользуясь случаем счастья в новом году, и еще раз поздравить его с таким сыном и просто с тем, что он творит он остался творцом, это никуда не делось. И еще в этом году было кое-что, о чем я не могу сказать, потому что это до конца не прошло высшую инстанцию, вот прошла Коллегия в министерстве культуры по поводу звания вроде бы там мое звание, "Народная артистка России" прошло если следующий этап будет благополучным, стало быть, в следующем году, это может случиться.. И хотя там штурмовали 11 сентября башни, и мы вошли в новый этап, я бы хотела, чтобы он закончился в этом году 31 декабря я бы очень просила Бога, и умоляла небеса, чтобы самое ужасное, вот это страшное, осталось в 2001 году. Не дай Бог, если это будет иметь продолжение.

К.ЛАРИНА: Сережа, а для вас что был за уходящий год?

С.БЕЗРУКОВ: Позапрошлый, прошлый, этот год и будущий, безусловно огромное количество работы, и как я это все выдерживаю, потом поделюсь секретом, - слава Богу, все в порядке, было очень много работы, и это будет и в следующем году это и съемки в "Бригаде", "Азазеле", мы работали тандемом с моим отцом, наконец-то поставили спектакль, отец как режиссер в спектакле "Ведьма", антрепризе, "Арт-партнер 21 века" у Леонида Робермана, инсценировка по чеховским рассказам замечательный получился спектакль, интересный спектакль, православный я там запел впервые со сцены пять песен замечательных. Много работы, опять же связываю с будущим годом - думаю, что мне отец подарит на Новый год , а он мне подарил пьесу "И жизнь, и слезы, и любовь", где в будущем году я сыграю А.С.Пушкина. Отец автор пьесы, плюс он будет постановщиком этого спектакля. Это интересная пьеса, интересная роль, - это А.С.Пушкин.

К.ЛАРИНА: Мне остается лишь пожелать исполнения всех ваших планов и прожектов, Сереже - сыграть Пушкина, Светлане получить звание "народной артистки России", но самое главное чтобы 15 января состоялась премьера спектакля "Священный огонь" во МХАТе имени Чехова. С наступающим Новым годом. У нас в гостях были Светлана Врагова, главный режиссер театра "Модерн", и актер Сергей Безруков.