Судебно - правовая реформа в РФ; закон "О статусе судей"; привлечение судей к уголовной и административной ответственности - Владимир Радченко - Интервью - 2001-11-12

12 ноября 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Владимир Радченко, 1-й зам. председателя Верховного Суда РФ.

Ведущий эфира Александр Андреев.

А. АНДРЕЕВ Добрый день!

В. РАДЧЕНКО - Здравствуйте!

А. АНДРЕЕВ Мы будем говорить о судебной реформе в России и о том, как оставить судей независимыми. Прежде всего, пакет законопроектов, посвященный судебной реформе, должен быть рассмотрен Думой. Есть предварительная дата 21 ноября. Скажите, ходят слухи, что какие-то поправки удалось согласовать между членами Верховного суда, фракцией КПРФ, без которой эти поправки нельзя принять, там не хватает квалифицированного большинства. Так ли это? И если так, то какие поправки согласованы?

В. РАДЧЕНКО - Я могу сказать только одно. Что согласовано с фракцией КПРФ мне неизвестно. Но я знаю, что наметился между нами и разработчиками законопроекта определенный компромисс по вопросам привлечения судей к уголовной ответственности. Похоже, что удастся сохранить участие квалификационных коллегий на даче согласия в возбуждении уголовного дела и, самое главное, в даче согласия в заключение судей под стражу.

А. АНДРЕЕВ Давайте поясним нашим слушателям. Дело в том, что сейчас любое привлечение судьи к уголовной ответственности рассматривает квалификационная коллегия. И она дает согласие свое или несогласие.

В. РАДЧЕНКО - Да.

А. АНДРЕЕВ А что предлагалось в новом законопроекте?

В. РАДЧЕНКО - Предлагалось заменить квалификационную коллегию судей, которая избирается самими судьями, как правило, тайным голосованием, в регионах или здесь, на съезде судей, Высшая квалификационная коллегия избирается. Заменить ее просто на 3 судей вышестоящего суда по отношению к тому, кого привлекают к уголовной ответственности. Они должны были сесть и дать согласие на возбуждение уголовного дела. Что же касается ареста, то предполагалось, что дальше прокурор может решить эти вопросы, не спрашивая вообще согласия ни 3 судей, ни квалификационной коллегии. И вот это нас категорически не устроило, и вот достигнут такой компромисс.

А. АНДРЕЕВ А сколько судей входят в квалификационную коллегию?

В. РАДЧЕНКО - По-разному, зависит от численности судей в регионе. Где-то порядка 20. высшая коллегия там, по-моему, около 40 человек.

А. АНДРЕЕВ Легко сравнить цифры: 20 и 3.

В. РАДЧЕНКО - Да. Но самое главное, что это не служебные обязанности, это, понимаете, своеобразная форма контроля судейского сообщества за обоснованностью привлечения судей к уголовной ответственности. Ну, такие же ограничения есть у президента там надо согласие 2 палат, такие же ограничения существуют у депутатов там надо согласие либо Думы, либо Совета Федерации. Это, кстати, гарантия нормального функционирования различных ветвей власти.

А. АНДРЕЕВ Вы знаете, что касается административной ответственности, ведь со стороны судей здесь тоже много возражений. С другой стороны, для простого обывателя, скажем, едет судья, нарушает правила дорожного движения, его привлекают за это к ответственности, он платит штраф. Казалось бы, что в этом страшного?

В. РАДЧЕНКО - Давайте мы начнем вот с чего. Прежде всего, исторически. Административная ответственность была отменена еще в СССР для судей, и не потому, что очень возлюбили судей, а потому, что были представлены факты, когда институт административной ответственности цинично использовался для давления на судей для того, чтобы они выносили те решения, которые нужны органам, обладающим правом возбуждать административное преследование. Сегодня в РФ по нашим подсчетам 57 органов есть, каждый из которых, начиная от охотничьей и санитарной инспекции, кончая органами внутренних дел и таможенниками, имеют право накладывать на граждан административное взыскание. По закону все их решения могут быть обжалованы в суде. И если мы вводим административную ответственность судей, то следовательно, у органов, чьи решения обжалуются, открывается канал в той или иной форме повлиять на самого судью. Вплоть до того, что просто-напросто, и такие случаи были, выдумать административное правонарушение.

А. АНДРЕЕВ Ну, а какое можно выдумать, так, чтобы действительно повлиять на человека?

В. РАДЧЕНКО - Ну, например, вот, возник конфликт с таможенниками, взяли, написали анонимку, что якобы судья во время поездки за границу провез нелегально 1000 долларов. Вот, пожалуйста. Начинай проверку, поднимай шум, дискредитируй судью. Вот, возможный вариант. Ну, я надеюсь на порядочность людей, работающих, но непорядочный работник может использовать такой метод для того, чтобы дискредитировать судью за решение, которое он вынес по такому-то делу. Тем более, что иногда ведь рассмотрение жалоб кончается, жалоб судом на решение органов, наложивших административное взыскание, заканчивается тем, что должностных лиц административных органов привлекают к дисциплинарной ответственности, а то и хуже. Поэтому в свое время в СССР, по-моему, правильно рассудили

А. АНДРЕЕВ Но вы считаете, что вообще не надо привлекать к административной?..

В. РАДЧЕНКО - Нет, я вообще считаю, что этого института не нужно. Лучше, извините, 1-2 судьи, которые нарушат действительно правила дорожного движения и останутся безнаказанными, чем весь 16-тысячный корпус судей окажется, так сказать, в своеобразной форме зависимости от этих 57 органов, о которых мы говорим.

А. АНДРЕЕВ - А скажите, в том, что касается других форм зависимости, например, оплата судей? Ведь человек, который зарабатывает мало, он не может принимать объективные решение. Я не хочу обижать судей, но его можно купить. Как здесь быть? Или здесь судебная реформа, этой стороны, вообще не коснется?

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, предложение есть о повышении материального уровня жизни судей. Но к сожалению, одновременно с этим есть предложения, которые могут в значительной степени обесценить т.н. повышение зарплаты судей. Сегодня судья получает не очень маленькую вроде бы зарплату по сравнению с другими госслужащими. Но эта значительно ниже, чем, допустим, получают юристы в других структурах, в том числе и государственных, кстати. Но зарплата судьи в районе 5-6 тыс. рублей. Как говорится, концы с концами сводить можно, с учетом того, что определенные льготы предоставляются. Был поставлен вопрос о том, что надо выводить зарплату судей в среднем где-то на 1000 долларов. Но мы, в принципе, здесь относимся к этому вопросу таким образом, что если есть такие предложения, мы их поддержим.

А. АНДРЕЕВ Они реальные?

В. РАДЧЕНКО - Это предложение рассчитано, это 5-летная программа, короче говоря. Поэтому посмотрим, как будет верстаться бюджет, как будут реализовываться эти предложения. Но в конце концов, надо понять простую вещь. Если мы хотим, чтобы корпус судей был укомплектован надлежащими юристами, т.е. надлежащего качества, ведь за судьей окончательное решение, то мы должны добиться такого положения, чтобы престижно был переход в суды лучших юристов.

А. АНДРЕЕВ Наверное, это общая проблема

В. РАДЧЕНКО - Действительно

А. АНДРЕЕВ Не только судей.

В. РАДЧЕНКО - Я вам хочу сказать одно, что моей точки зрения иногда упускают из виду одно обстоятельство. Ведь не зря говорят законная сила, решение суда вступило в законную силу. Это означает вот что, законная сила то, что решение суда приравнивается по своей юридической силе к закону и не требует подтверждения другими нормативными актами. Т.е. оно обязательно для исполнения, и ни президент, ни Верховный суд, если не будет специальной процедуры, обжалования, не может остановить по своей инициативе исполнение судебного решения. Ни один другой юрист в стране, кроме судьи, не пользуется таким правом. И отсюда определенная, понимаете, привилегия и право судей на более гарантированное обеспечение, чем, допустим, у других категорий юристов.

НОВОСТИ.

А. АНДРЕЕВ Мы продолжаем нашу беседу. Скажите, столько сразу поправок, ограничений предлагается на деятельность судей. А с чем это связано? Вообще, чьи это предложения? Не формально, а по сути.

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, тут, наверное, есть определенная, что ли, накопившаяся в обществе неудовлетворенность работой судов, потому что суды у нас перегружены, поэтому не всегда успевают вовремя рассмотреть дела. Я вам скажу простую вещь где-то нагрузка на суды увеличилась по уголовным делам в 2 раза с лишним, по гражданским практически в 5 раз. А численность судей где-то процентов на 30.

А. АНДРЕЕВ Это по сравнению с каким периодом?

В. РАДЧЕНКО - Это по с равнению с дореформенным периодом, с 1990 годом. Сложность категории дел несоизмеримо возросла к тому же. Потому что раньше делили тряпки, делили, извините за выражение, разводили супругов, а сегодня появились обжалования решений правительства, обжалования решений президента, губернаторов. Все эти дела требуют и нервов, и опыта, и стажа, и времени, самое главное. Поэтому, конечно, в условиях дефицита времени, конечно, определенные недостатки проявились. Они, конечно, вызывают определенную общественную критику. Но вообще-то, я должен сказать, главным образом критику мы слышим со стороны части законодателей, со стороны государственных чиновников и со стороны СМИ. Я вот взял с собой небольшую статистику, если посмотреть, как реагируют те, которые становятся объектом судебного разбирательства, то здесь картина немного другая. Вот, в дореформенный период, 1990 год, когда только начинались реформы, обжаловалось 24% судебных приговоров. Кем обжаловалось? Осужденными, потерпевшими, либо опротестовывалось прокурором. Сейчас эта цифра снизилась до 14% от числа рассмотренных дел. По гражданским делам тоже в 1,5 раза снизилось количество обжалованных истцами и ответчиками судебных решений. Но если уголовные дела, ну, человек, что ли, помимо своей воли попадает на скамью подсудимых, то по гражданским делам, вы сами понимаете если человек пришел судиться, то он судится до тех пор, пока, с его точки зрения, не установится справедливость. Откуда процент снижения обжалованных приговоров

А. АНДРЕЕВ Получается, что лучше стали работать?

В. РАДЧЕНКО - Получается, и мой личный опыт, я работаю давно в юстиции, и работал и адвокатом, и прокурором, судьей сейчас работаю. Так вот, мой личный опыт подсказывает, что обжалуется решение не тогда, и приговор, когда он кажется жестким или суровым. Как правило, жалуются тогда, когда считают, что крайне несправедливое решение вынесли. Обжалуется несправедливость, есть вот такая особенность. И видимо, когда суды стали свободными, судьи получили независимость, над ними не довлеют партийные установки, требования госорганов, упразднен был надзор прокуратуры, просто более справедливо стали работать.

А. АНДРЕЕВ Так кому же, собственно, это невыгодно?

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, это для меня есть определенный вопрос. Вот этот общественный фон создан, что судьи погрязли в коррупции, судьи волокита, судьи то, се. Я попробую вам просто прочитать одну цитату, чтобы не говорить своими словами. Один из наших самых последовательных оппонентов, Вячеслав Володин, депутат ГД, сказал так, это опубликовано в газете "Коммерсант" 1 ноября 2001 года: "Почему вы поддерживаете президентскую сторону в споре между Кремлем и судьями? Ответ: потому что судебная система в нашей стране не претерпела изменений с советских времен. Здание судебной системы просто взяли, отштукатурили и создали ему внешне демократический облик. На деле же получилось, что суды волокитят рассмотрение дел, не борются с коррупцией" - между прочим, это не наше дело, это дело милиции, когда к нам поступило дело, вот тогда мы должны вступать, мы не следователи, - "и вообще, вот это самое главное, постепенно превращается в самостоятельную ветвь власти". Вот позиция оппонента. Опасность в том, что суды постепенно превращаются в самостоятельную ветвь власти. А между прочим, требование Конституции это разделение власти на 3 самостоятельные ветви: законодательную, исполнительную, судебную. Поэтому здесь вот, самостоятельность суда строится на независимости судей. А независимость судей стоит на 2 китах. Первый кит это несменяемость, второй неприкосновенность. Вот, почему мы спорим по уголовной ответственности, по административной? Потому что мы опасаемся, что снижение уровня неприкосновенности судьи может повлечь за собой снижение независимости судьи. А это болезненно скажется уже не интересах граждан.

А. АНДРЕЕВ В том, что касается несменяемости. Ведь есть возможность запрета на переизбрание председателя судов. Как вы к этому относитесь?

В. РАДЧЕНКО - Я отношусь к этому крайне отрицательно. По одной простой причине: трудно себе представить себе серьезного, уважающего себя судью, который придет и согласится стать председателем, кстати, там разрыв по зарплате совсем мизерный, в условиях нынешнего недофинансирования, а помимо рассмотрения дел еще приходится крутиться, выбивать то свет, то электричество, обеспечивать, то отопление, то бумагу. Вот, который пойдет, согласится занять место председателя суда с гарантией еще, что через 6 лет его там не будет. Это и по самолюбию ударяет, и создаст дополнительную нервозность. Я думаю, что это породит дополнительные трудности. Да и вообще, по-моему, таких ограничений нигде нет, кроме как у президента. Никто же не говорит, что давайте депутата избирать только на 1 или на 2 срока. Что давайте мы, давайте, будем только на 1 срок назначать прокурора района. Я думаю, что это крайне ошибочное решение, которое не пойдет на пользу делу. И дальше, значит, и степень независимости судьи сразу же меняется, если председатель, самолюбивый человек, не согласен будет вернуться в рядовые судьи, то по логике вещей, у многих из них появляется соблазн обеспечить себе, пока он работает председателем, место, куда будет можно уйти и достойно устроится после ухода с работы. А здесь открываются совершенно новый для сегодняшнего дня фактор влияния на судью. Поэтому здесь вот, считаем, что это было бы серьезной ошибкой, ограничиться одним сроком.

А. АНДРЕЕВ Вы знаете, мы пока говорим, и все, что касается судебной реформы вам не нравится. Есть какие-то моменты положительные все-таки?

В. РАДЧЕНКО - Нет, там есть, в документе, есть целый ряд моментов, с которыми мы согласны, которым мы поддерживаем, полагаем, что эти вопросы созрели. В частности, в контексте судебной реформы предлагается реализовать целый ряд конституционных принципов. В частности, арест с согласия судьи. Предлагается, с нашей точки зрения, можно подумать и над тем, чтобы разумно ограничить предельный возраст пребывания в должности судьи. Здесь, видимо, надо думать и о том, что и дорогу надо молодым давать судьям. Ну, полагаем, что правильно в целом поставлен вопрос о том, что все-таки надо нам повсеместно вводить суд присяжных. Мы надеемся на то, что мы начнем работать по введению специализированных судов, например, административной юстиции, идут разговоры и о ювенальной юстиции. Правда, это не столь просто, как я вчера по телевизору смотрел передачу, по третьему каналу, но тем не менее, это проблема, заслуживающая внимания. Административные суды и расширение географии судов присяжных это вот уже, на пороге, как говорится, стоит. Поэтому нельзя сказать, что в целом, понимаете, мы отвергали те положения, которые заложены в основу судебной реформы.

А. АНДРЕЕВ Т.е. речь идет только об ограничении прав, независимости?..

В. РАДЧЕНКО - Да, независимость и несменяемость судей.

А. АНДРЕЕВ Последний вопрос. Скажите, а вообще вот, сейчас судья, средний судья в России, насколько он независим?

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, нормативно он достаточно независим. Вот если с точки зрения взять, что ли, правового обеспечения, он достаточно независим. Проблема другая проблема менталитета. Мы все выросли, извините, из того времени, когда человек оглядывался а кто выше меня? Мы ведь в свое время отменяли дисциплинарную ответственность, вот когда принимали закон о статусе судей. Это был 1992 год. Почему мы ее отменили? Мы ее отменили для того, чтобы у председателя суда не было рычага давления на судью. Сейчас, кстати, предлагают ее восстановить, дисциплинарную ответственность. Вот, прошло 8 лет, что показала жизнь? Что эта норма себя оправдала. Вот то снижение процента обжалованных решений, которые я вам говорил это тоже один из результатов того, что судья стал более свободен, стал принимать решения так, как он считает нужным по обстоятельствам дела. Ему-то виднее всего, когда он сидит в процессе, а не тем, кто потом начинают исправлять, смотреть или возмущаться по какому-то поводу, что вот мягко дал или наоборот, много дал. Поэтому, мы полагаем, что независимость судьи надо защищать всеми способами. Это, кстати, не наша привилегия это потребность общества.

А. АНДРЕЕВ А вы знаете, не могу не попросить у вас комментария сегодняшнего заявления председателя комитета ГД по безопасности Александра Гурова, вот в том, что касается борьбы с терроризмом по всему миру. Сейчас какие-то принимаются меры, усиливается контроль. И вот Гуров, в частности, предлагает, что людей, которые задержаны и подозреваются в причастности к терактам, и задержаны, в первые сутки после задержания к ним не допускать адвокатов. Насколько вообще это возможно?

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, я, честно говоря, не видел этих предложений, и в принципе, только что услышал о том, что такие предложения есть. Но надо прочитать, как это все там подано, но с моей точки зрения, все-таки от требований Конституции отступать нельзя. Адвокат должен быть обеспечен с момента задержания.

А. АНДРЕЕВ И еще один вопрос, тоже о предложении Гурова. Он предлагает людей, задержанный по подозрению к причастности к терроризму, задерживать не на 3, а на 30 суток. Просто, коротко, вообще это возможно или нет?

В. РАДЧЕНКО - Вы знаете, мне трудно сказать, еще раз, не видя законопроекта, о чем идет речь. Ну, допустимы варианты, когда это, наверное, возможно в условиях объявленного чрезвычайного положения с соблюдением определенных правовых гарантий. Либо когда такое задержание происходит с санкции судьи, мало ли какие варианты. Т.е. это даже уже не задержание будет тогда, а предварительный арест, более удлиненный. Но на все это надо нормативное решение. И так, чтобы оно соответствовало требованию Конституции. Мне представляется, что вот такое простое огульное разрешение оперативным работникам, когда им что-то показалось, задерживать на 30 суток, было бы неправильным.

А. АНДРЕЕВ И последний вопрос. Скажите, сейчас много говорят об унификации законодательства в области борьбы с терроризмом. Сколько может уйти на это времени в России? Для того, чтобы привести к каким-то нормам международным. Или просто таких норм не существует?

В. РАДЧЕНКО - Нет, я скажу спросите лучше законодателей. Я все-таки судья, я применяю закон. Я их не пишу.

А. АНДРЕЕВ Спасибо! Гостем нашей студии был Владимир Радченко, 1-й зам. председателя Верховного Суда РФ.