Вячеслав Гришичкин - Интервью - 2001-10-28

28 октября 2001

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Вячеслав Гришечкин, заслуженный артист России.

Эфир ведут Матвей Ганапольский, Елена Кандарицкая, Николай Тамразов

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Я думаю, что наши слушатели, наверно, еще знают Вячеслава по телевизионным его работам. Слава, мы очень давно знакомы, поэтому я могу спросить тебя, чтобы люди знали, что, помимо того, что он театральный актер, он еще и на телевидении. Ты вел какие программы на телевидении?

В.ГРИШЕЧКИН: Во-первых, извините за традиционность, спасибо за то, что вы меня пригласили, мне очень приятно. Во-вторых, Леночка, дорогая, здравствуй, надо начать с того, что мы с тобой и в институте еще пересекались, чему я безумно рад, и память моя свежа.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Он книги не вернул в библиотеку?

В.ГРИШЕЧКИН: Нет, все вернул. Здравствуйте, дорогие радиослушатели. И по поводу тех передач, которые были на телевидении. Их было достаточно много, но знаковая передача для меня - это, конечно же, встреча с прекрасным, это с Игорем Угольниковым, с которым мы начинали "Оба-на Угол шоу" и потом продолжали. Слава богу, спустя 5 лет у него все-таки в мозжечке щелкнуло, и он опять возобновил съемки программы, будет опять десятилетие программы "Оба-на".

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Ты играл ведь в спектакле Театра на Юго-Западе "Дракон".

В.ГРИШЕЧКИН: Да, был такой спектакль, он и есть сейчас в репертуаре, просто он претерпел большие изменения.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: В каком году был поставлен спектакль?

В.ГРИШЕЧКИН: Дай бог памяти, в 1979-м году или 78-м.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: То есть уже 20 лет с лишним.

В.ГРИШЕЧКИН: Даже более будет.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А ты играл в первом спектакле или был ввод?

В.ГРИШЕЧКИН: Я даже могу похвалиться, хоть это и нехорошо и нескромно. Когда мы поставили спектакль, изначально я играл Бургомистра в этом спектакле. А потом я ушел в армию после ГИТИСа в 83-м году, и Валерий Романович Белякович, главный режиссер нашего Театра на Юго-Западе, сказал, что спектакль "Дракон" не будет идти полтора года, пока Вячеслав не вернется из армии, потому что замены ему в этом спектакле нет.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Он так дорожил тобой.

В.ГРИШЕЧКИН: Он и сейчас дорожит.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: И действительно, полтора года не шел спектакль?

В.ГРИШЕЧКИН: И действительно, полтора года спектакль не шел на сцене нашего театра, и с моим возвращением из армии он опять стал играться.

Н.ТАМРАЗОВ: Это по другой причине, наверно, было все-таки. Спектакль был плохой, в это время он нашел какие-то хорошие замены, вводы.

В.ГРИШЕЧКИН: И не смог ввести никого.

Н.ТАМРАЗОВ: Каждому артисту хочется потянуть на себя одеяло.

В.ГРИШЕЧКИН: Нет, я не буду тянуть, потому что были другие спектакли, в которых меня заменили. А здесь я играл Бургомистра, и здесь

Н.ТАМРАЗОВ: Ну, заменили же все-таки.

В.ГРИШЕЧКИН: Какой вы все-таки язвительный человек.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы не обращайте внимания. Самоутверждаться на гостях - это черта моего коллеги.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Тогда признайся, что ты тоже знаком.

Н.ТАМРАЗОВ: Знаком со Славочкой, и очень хорошо знаком, и всегда трепетно, когда смотрю Славины работы на телевидении, потому что приходить на них времени не хватает. И я с гордостью говорю, потому что мне никогда за Славу не стыдно вот я со Славочкой когда-то сотрудничал.

В.ГРИШЕЧКИН: Получается такой междусобойчик, нехорошо, давайте соберемся. Единственное, я с Матвеем не знаком был до сегодняшнего эфира лично.

Н.ТАМРАЗОВ: Я тебе скажу: 11 лет я знаком, и толку никакого. Поэтому слава богу, что ты с ним незнаком.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да и актер бездарный. Кто пригласил его? Давайте все-таки

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Когда ты через полтора года вернулся в театр, восстанавливался спектакль? Поменялись актеры?

В.ГРИШЕЧКИН: Нет, я могу сказать, изначально Виктор Вавилов играл этого рыцаря странствующего, кота Машеньку играл Володя Копалов всю свою сознательную жизнь, и перемен там было не особенно-то много. Сейчас сделали другой совершенно спектакль, сейчас играет молодежь, молодежный состав там, и спектакль совершенно противоположный даже по смыслу получился. Потому что он сейчас превратился больше в сказку, нежели, как тогда, в философскую. А сейчас немножечко сказка такая Но это ничего страшного.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мы пытаемся все эти передачи понять один вопрос. У режиссеров мы спрашиваем, что такое ставить Шварца, а вот расскажите, что такое играть Шварца? Чем это отличается от того, как вы играете в других пьесах?

В.ГРИШЕЧКИН: Наверно, особенно ничем не отличается, потому что профессия едина для любой постановки. Это совершенно понятные вещи. Другое дело, мы недавно с Валерием Беляковичем разговаривали недавно по поводу нашего 25-летия Потому что Театру на Юго-Западе исполняется в этом году 25 лет, представьте себе, и в рядах этого театра изначально стоят такие столпы, как Виктор Авилов, Сергей Белякович, Валерий Белякович, Вячеслав Гришечкин, Олег Задорин, Тамара Кудряшова, я должен перечислить их всех обязательно, Галина Галкина - потому что это люди с основания театра, которые не изменили ему, не предали его. Поэтому, возвращаясь к тому, о чем мы говорили с Беляковичем, мы говорили о том, как может устареть Шварц. Посмотрите, что произошло 11 сентября. Что это? Это не "Дракон"? Настоящий "Дракон", только в другой уже форме выражения. Разрушить памятники искусства это не вандализм? Конечно, вандализм. Это "Дракон"? "Дракон" - в другом проявлении. И так далее. Я могу сказать, что я посмотрел фильм по Шварцу "Дракон", захаровский фильм, и там играл мой любимейший актер Леонов. Я должен сказать, что у нас это принципиально другой спектакль, и мой Бургомистр совершенно другой. У Леонова все-таки не злой он совсем, не страшный - он совсем потерянный человек, который не понимает, чего вообще от него хотят, и поэтому он прикрывается этой личиной раздвоения личности и т.д. У нас все-таки это было по-другому, поэтому играть Шварца, конечно же, в этой ситуации тяжелее. Потому что, играя Гамлета, ты знаешь, что самое главное - во втором периоде не забыть сказать "Быть или не быть". А у нас все-таки надо выносить, наверно, как мне кажется философию этого и спектакля, и пьесы, и, конечно же, этого образа, потому что этот Бургомистр страшный человек, и таких Бургомистров столько было в правительстве коммунистической партии нашей любимой горячо. Поэтому, наверно, есть какая-то все-таки специфика, но она рождается не потому, что мы ставим Шварца, а потому, что театр такой, потому, что все-таки Белякович делает так, что он вытягивает самое, может быть, потаенное, что, кажется, в 37-м когда была написана пьеса, называлось сказочкой, поэтому, собственно, она и прошла в то время А он все-таки вытаскивает из уголков и тайников такие вещи, о которых, может быть, другой старался бы и молчать - не потому что страшно, а потому, что не знал как бы.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А сегодня ты бы так же играл, если бы играл сегодня эту же роль?

В.ГРИШЕЧКИН: Наверно, все-таки по-другому. Я патриот России, но мне безумно жалко, что произошло в Америке, и, наверно, по-другому. Наверно, появились бы какие-то более жестокие и жесткие нотки, особенно во втором акте. Думаю, что все-таки что-то изменилось бы. Да и вообще на все наложил свой другой уже немножко оттенок, уже по-другому на все смотришь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мы все время пытаемся понять, как его сказки ставить. Выяснили опросом многих, кто у нас был, что это абсолютно бытовые истории, тем он и прекрасен, и что никакого сказочного флера там нет. Что это драматург жесткий, в чем-то даже черное, что-то темное в этом всем. Нет?

В.ГРИШЕЧКИН: Я не согласен с вами, потому что - что значит черное, темное? Если мы будем брать на примере "Дракона", о котором мы уже говорили и продолжаем говорить, то, конечно же, это черное и темное, безусловно, все, что касается позиции этого дракона. А с другой стороны, понимаете, чем прекрасен Шварц? Еще издревле говорили наши учителя, наши театральные деятели: "Кричи сердцем, а не голосом, играй злого, а ищи в нем доброго", - и вот этим Шварц и прекрасен, по-моему. Потому что посмотрите, что говорят про "Дракона". Он же замечательное существо, человек, потому что он меняется: три головы, и в разных ипостасях появляется перед зрителями. Он замечательный человек: он дохнул на озеро огнем, и весь город пил чистую воду и был спасен от холеры, он сделал еще какие-то подвиги, которые, в принципе, хороши для города. Потом он истребил цыган, это страшные люди. Для их философии, для их понятия это замечательно, и они так привыкли жить. И этим-то и гениален Шварц, что он дает такую вроде бы сторону. В принципе, можно, если абстрагироваться, сказать ребята, а чего вы хотите, у вас все есть. Подумаешь, в год по одной девушке забирает к себе - что за проблемы. Вы живете хорошо, вы довольны этой жизнью. И один только человек, Шарлемань, который бунтует. Поэтому я думаю, что этим-то он и велик, что во всем, даже в юморе, есть какая-то оборотная сторона медали, есть всегда какая-то недосказанность, которая является для зрителей очень хорошей почвой для размышления. А люди с юмором, коих большинство, надеюсь, очевидно, задумываются и не смеются, как в цирке, допустим, над какой-нибудь прекрасной клоунадой, а посмеиваются где-то в уголках губ, а в сознании очень серьезно задумываются. Вот так бы я ответил.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Слава, а ты где-нибудь еще видел спектакли, именно спектакли, а не фильмы, по Шварцу?

В.ГРИШЕЧКИН: Нет, я видел единственный раз спектакль "Дракон", опять же, привезли прибалты. Ей-богу, давно это было, не вспомню, кто это и кто режиссер к стыду своему, не могу вспомнить, это было очень давно. Был вечер ВТО, и мы ходили туда смотрели. Я просто был потрясен, что в этом спектакле. Кстати, спектакль был на два года позже поставлен, чем у нас. И в этом спектакле была использована музыка, которая была у нас в спектакле. Вот этим мы были настолько потрясены, и настолько мы городились, потому что - ну вот, есть плагиаты.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Но эта музыка была из подбора, или у вас специально была написана?

В.ГРИШЕЧКИН: Конечно, это была из подбора. Это известная очень цирковая музыка, очевидно, это совпадение. Но как факт мы это приняли к сведению. Это был спектакль этого прибалтийского театра, единственное, что я видел - именно "Дракон". А другие нет, я не вспомню.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А вы в театре не собираетесь ставить что-то Шварца?

В.ГРИШЕЧКИН: Нет, таких у нас сейчас мыслей нет.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: У вас же молодежная есть еще группа сейчас в театре?

В.ГРИШЕЧКИН: Да, Белякович набрал 6 человек, все с периферии, 5 молодых людей, и одна девушка. И они сейчас ввелись, кстати, говоря, в спектакль "Трехгрошовая опера", это наша премьера. И очень неплохо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне кажется, сыграть Шварца - это хорошая школа для самого себя.

В.ГРИШЕЧКИН: Замечательная.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сыграть грань между сказочностью Меня только один вопрос здесь все время интересует, потому что, черт побери, гений писал сказки таким образом, что нужно еще найти свою манеру играть. Нужно убрать котурны, но это ведь сказка, значит, найти какие-то другие котурны, что-то постановочное Понятно, что здесь необязательно Марк Анатольевич Захаров - там, наверно, включились бы привычные лазерные лучи. То есть можно это сделать, можно "Норд-ост" сделать, вложить какие-то безумные деньги "Норд-ост" по Шварцу, к Шварцу. Но мне всегда интересна эта лаборатория: как и сказу не потерять, бытовуху не сыграть, и в то же время не уйти в этот странный пафос, выбросив суть этой пьесы. Вот это самое сложное.

В.ГРИШЕЧКИН: Да, это действительно серьезный вопрос, но он может быть более доступен для людей, которые занимаются непосредственно творчеством Шварца и пишут какие-то огромные публицистические статьи и т.д. Потому что это вопрос более, что ли, профессиональный. В принципе, играя, опять-таки, Бургомистра, (а Бургомистр - одно из главных действующих лиц в пьесе "Дракон"), никогда нельзя уподобляться игранию по-настоящему сумасшедшего. Мало того, что он придумывает в основном себе. Но чем легче и чем веселее это будет происходить в первом акте, тем страшнее будет происходить перелом этой личности во втором акте. И поэтому относиться можно как к сказке: нарисовать грибочки на заднике, лес, бор нарисовать, выйти с корзиночкой и что-то такое рассказывать так она как сказка и пройдет. А если мы хотим добиться эффекта серьезной какой-то философской вещи, тогда мы не должны опускаться до этого, а, напротив, парить над образом всегда. Все равно личность побеждает.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А кто оформлял, кстати, у вас спектакли? И какое было оформление?

В.ГРИШЕЧКИН: Угадайте с трех раз, дорогие радиослушатели.

Н.ТАМРАЗОВ: Три примера - мы угадаем из трех.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Белякович.

В.ГРИШЕЧКИН: Зачем Вы ответили на мой вопрос? Что за манера лезть?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дело в том, что 16 часов 29 минут - у нас формат. Очень интересно. Спасибо большое, что Вы пришли.

В.ГРИШЕЧКИН: Спасибо большое, что пригласили, а всех радиослушателей я приглашаю в Театр на Юго-западе, которому исполняется в этом году 25 лет, у нас будет замечательный праздник.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не наскучило?

В.ГРИШЕЧКИН: Работать в театре?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Работать в одном театре так долго.

В.ГРИШЕЧКИН: Нет. Личность Валерия Романовича пользуясь случаем, передаю привет любимому режиссеру настолько интересна, что

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Он был у нас в гостях.

В.ГРИШЕЧКИН: Рассказывал. Сейчас он поставил Эрдмана "Самоубийцу", где я играю главную роль. Для меня это просто уникальная встреча с моим режиссером, которого я знаю 27 лет своей жизни, совершенно по-новому для меня он открылся, и совершенно по-новому он открыл для меня этого Подсекальникова.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вот сообщение. "В этом году, - пишет Александр, - я видел "Дракона" в исполнении студентов Щепкинского училища". Очень интересно, спасибо за наводку, может быть, мы воспользуемся и пригласим, это очень интересно.