Тамара Дегтярева - Интервью - 2001-10-21

21 октября 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Тамара Дегтярева, актриса театра "Современник".

Эфир ведет Матвей Ганапольский

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы в коридоре были и не слышали, хотя, может быть, фрагменты слышали.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Слышали.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мы взяли и решили, и Борис Беленький, может быть, знаете такого продюсера он решил для "Эха Москвы" оригинально с актерами записать шварцевскую "Тень". А мы делаем что мы приглашаем в студию людей, которые, так или иначе, имели отношение к постановкам Шварца. И поэтому нам Ваше присутствие ой как хорошо.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Здравствуйте еще раз. А мне страшно. Потому что это было очень давно, как мне кажется.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну и что. Что-то же помнится Мне говорили, что это была одна из первых Ваших работ. Так?

Т.ДЕГТЯРЕВА: В общем-то, не из самых первых, но из таких больших работ

Н.ТАМРАЗОВ: Наша гостья говорит мне страшно, потому что это было давно. Лена подходит ко мне в коридоре и говорит - зашла наша гостья, увидела тебя первого, и ей стало страшно. Так это же разные вещи, Лена.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: У нас видите Колю - он всегда снимает все. Давайте я вопрос задам. Итак, внимание, в начале 90-х годов артист и режиссер Михаил Казаков снял музыкальный телефильм по пьесе Евгения Шварца "Тень". Вы, кстати, об этом знали?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я забыл на секунду.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Так вот, пожалуйста, назовите композитора, который написал музыку к этому фильму. Вообще как много ставили "Тень": в 72-м году тоже с Далем был фильм.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вообще, если не ошибаюсь, то в передаче "Ну и денек!" было упомянуто, что именно сегодня день рождения Шварца, и мы друг друга поздравляем, что наша передача пришлась на такой день. Ну так давайте обратимся к нашей гостье.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Мы сейчас сидели и вспоминали, когда это было, и Вы не помнили. А я посмотрела: это был 69-й год, октябрь. И спектакль "Тень" в московском ТЮЗе ставил Павел Хомский, теперешний главный режиссер Театра Моссовета. Я постаралась посмотреть, что писали об этом спектакле. Написано не очень много, но была очень интересная одна рецензия Юрия Смелкова, был такой, я не знаю, жив ли он или нет, но был такой критик, он достаточно много писал, и он написал в этой статье больше всего о Вас. Вы помните спектакль вообще, помните, как это было?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Я помню спектакль, конечно, но не так подробно. Но я его очень любила, этот спектакль, он мне казался и интересным, и красивым. Там была такая декорация сделана художником Талалаевым, в середине винтовая лестница большая, как бы уходящая в никуда, и несколько площадок игровых, как бы три этажа. И если помните пьесу, там второй акт заканчивался тем, что разбитый Тенью ученый кричал: "Аннунциата!" И по репликам у Шварца сразу было: "Да, я здесь, сударь". А нужно было мне бежать с самой верхней площадки. И вот это топанье ногами никак, ни тапочки, ни босиком, все равно там что-то гремело и не получалось. А как я чувствовала, что нужно было через вздох. "Аннунциата!" - он вздохнул, и я ответила: "Да". В этом был характер этой девочки.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И что Вы сделали?

Т.ДЕГТЯРЕВА: И я научилась перепрыгивать с этажа на этаж, такой акробатический трюк себе придумала.

Н.ТАМРАЗОВ: На эти игровые площадки?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да. То есть я хваталась за перила, прыгала на одну площадку, на вторую, на пол, и у меня получилось три только удара - раз, два, три.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Боже, эти актеры сумасшедшие. Что они только не делают

Т.ДЕГТЯРЕВА: Но мне это нравилось. Я сама это придумала и гордилась этим, что вот как я могу прыгать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Лена, а в той статье, о которой ты говоришь, хвалят нашу гостью?

Н.ТАМРАЗОВ: За эти прыжки нет.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Там упоминается много актеров, которые играют. И, по-моему, тень играл Ушаков.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да, Александр. Он не тень он ученого играл.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А тень играл второй актер какой-то.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Зубарев.

Н.ТАМРАЗОВ: Виктор Зубарев?

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Но там было написано про нашу гостью, что Тамара Дегтярева внесла в спектакль больше всех взрослого и серьезного, он ее отмечает в сравнении со всеми другими актерами больше. А Вы не помните эту статью, которая была напечатана?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, не помню.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Он очень хорошо о Вас пишет, он пишет о декорациях. Кстати про музыку, это музыкальный был спектакль?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Музыку писал Юрий Саульский.

-

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте еще про спектакль.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Тамара, а Вы помните, как Хомский репетировал с Вами?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Опять же, не только этот спектакль, потому что я с ним выпускала еще несколько спектаклей.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: "Ромео и Джульетту" по-моему.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, "Ромео и Джульетта" - это был мой увод, это был спектакль Голубовского. Голубовский уходил в Театр Гоголя и уводил с собой нескольких актеров, поэтому у меня была моя первая роль в спектакле. А потом были "Эй, ты, здравствуй!", и "Тень", и Забыла, потом вспомню.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Важную вещь Вы сказали. Важные гости к нам приходят, и, в частности, кто бы ни пришел, мы, вспоминая спектакль, говорим, как он был поставлен, и находим во всем шварцевское. Какая мощная фигура абсолютно в хорошем смысле, довлеющая на тот коллектив, который делает спектакль! Я сейчас ничего не знал про этот спектакль, я его, естественно, не видел. И Вы сейчас сказали, что там была лестница, которая уходила в небо, в никуда. Как это по-сказочному, как это по-шварцевски. Даже неважно, кто это ставил, кто там играл, но это шварцевский спектакль.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, там еще была какая-то определенная атмосфера.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Какая? Страшная? Он же страшный. Даже сказка страшная

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, она не была страшная она была какой-то атмосферой азарта, выдумки, скорее вот так, то, что я помню.

Н.ТАМРАЗОВ: Вы сказку играли или вы играли все-таки спектакль философский?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, мы не играли сказку.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть реалистичное все было?

Н.ТАМРАЗОВ: А атрибутика внешняя все-таки была сказочная? Маска существовала внешняя сказочная?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, здесь были очень реальные персонажи.

Н.ТАМРАЗОВ: То есть играли всю его философию?

Т.ДЕГТЯРЕВА: То есть пытались, каждый на своем уровне.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: И, кстати, критика это отмечала, что сказка

Т.ДЕГТЯРЕВА: Не было никаких масок - нет, это были реальные люди человеческие.

Н.ТАМРАЗОВ: Я имел в виду слово "маска" костюм сказочный.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, и там и там это были совершенно реальные персонажи, реальные человеческие судьбы. Там было, насколько я хорошо могу определить по тем задачам (но тогда я только четвертый год работала, поэтому я еще больше интуицией работала, чем умом ставя себе задачи), что это добро и зло, как грубо все говорят о Шварце, и вот эта степень преданности одного человека другому человеку, степень открытости одного человека перед другим человеком Вот Аннунциата, ее любовь - через преданность. Может быть любовь через обожание, через самоутверждение, а здесь было - через преданность, вот эта преданность, которая не может быть нарушена, потому что закончится жизнь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как интересно Вы сказали любовь через самоутверждение Еще через что?

Н.ТАМРАЗОВ: Через преданность.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Еще что-то было, Вы сказали.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Забыла уже все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Любовь через самоутверждение есть такое.

Н.ТАМРАЗОВ: А можно глупый поворот?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Обычный для тебя поворот.

Н.ТАМРАЗОВ: Присущий мне поворот. Я знаю, что такое театр, слава тебе господи, не один год проработал, Вы прекрасно знаете, что такое театр, что такое закулисная жизнь. Играем оптимистическую трагедию не верим, играем что-то, гибель эскадры играем хорошо, но во все это тоже не верим, анекдоты за кулисами рассказываем, которые все противоположны тому, что сами играем Так ведь, что греха таить?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Бывает по-всякому.

Н.ТАМРАЗОВ: Играем Шварца. Внутренний мир тот закулисный, актерский чище становится? Или все-таки Шварц работает только на зрителя, а на нас не работает?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, работает на нас.

Н.ТАМРАЗОВ: Вот в чем... Вот если этого добивается драматург, художник.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Обязательно. Я успела "Тень" за эти несколько дней перечитать я была потрясена тем, что оно как бы не изменилось, то время, когда он писал. Все те же акценты работают, все те же акценты о предательстве, о людоедстве: "Человека лучше всего съесть, когда он болен или когда он уехал отдыхать - и тогда никто не узнает, кто его съел, и с ним можно сохранить замечательные отношения". Может быть, не совсем точно, но эта идея до сих пор существует.

Н.ТАМРАЗОВ: Ой, Никита Сергеевич Хрущев не читал Шварца!

Е.КАНДАРИЦКАЯ: И сегодня это то же самое.

Н.ТАМРАЗОВ: И Горбачев Шварца не читал тоже и поехал отдыхать

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Тамара, ведь Вы достаточно много преподаете и преподавали. Вам никогда не хотелось самой поставить с ребятами, со студентами что-нибудь шварцевское?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Я боюсь, что я до того еще не доросла. Если у меня дальше продлится это мое педагогическое дело, может быть, я попробую. Он очень непростой, там столько колодцев в нем внутри. Там у него все люди ходят под землей, в принципе.

Н.ТАМРАЗОВ: Вы вообще или ненормальные, или святые. Я смотрю на наше поколениеВ Виннице был такой выдающийся администратор, когда-то остался после разделения страны, когда кусок Румынии отпал сюда, Фалек был такой, а у него жена была знаменитая великая еврейская актриса Сильвия Львовна Таль. Так вот, он был заместителем директора всего лишь, отдав свое помещение государству, которое ему принадлежало. И чтобы его не выбросить на улицу, его сделали заместителем директора. Один директор приходит и получает звание заслуженного работника культуры, его увольняют, приходит второй звание заслуженного работника И ему говорят: "Пинхас Абрамович, а вам когда-нибудь дадут?" А он уже был старенький очень почтенный старичок, он говорит: "Нет, мне еще нельзя давать, я еще очень молодой" Так вот, Вы говорите - я еще не созрела Но только человек высочайшей культуры может такое себе позволить говорить. Спасибо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сообщения на пейджер интересные: "Я видела спектакль "Тень" в ТЮЗе в 74 году. Это был изумительный спектакль, на него было очень трудно попасть, это одно из самых светлых и радостных воспоминаний моей юности", - говорит Белла Борисовна. А вот Ольга, спасибо, я это даже перепишу. Она сказала, что Тамара Васильевна Дегтярева сказала: "любовь через обожание, любовь через самоутверждение, любовь через преданность" Это очень интересно. Я никогда не думал, что может быть любовь "через", и через это

Н.ТАМРАЗОВ: А еще и через мучения.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, мучения это типичная картина

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Тамара, а долго шел спектакль в репертуаре театра?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да, долго.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: То есть Вы уходили на Вашу роль кого-то вводили? Или закончился спектакль?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет, вводили. На все мои роли были введены актрисы.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: То есть он еще продолжался?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да, конечно.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Вы перешли в театр "Современник" это уже 70-е годы?

Т.ДЕГТЯРЕВА: В 70-м году, в тот год, когда Олег Николаевич уходил во МХАТ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Есть спектакли, которые артисты не любят играть. А это был спектакль, в котором Вам нравилось играть?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Да. И этот спектакль был любимый, потому что в нем было какое-то шаманство Не знаю, боюсь соврать, напридумывать. Я пыталась эти дни так вспомнить, чтобы не придумать ничего, какие-то отголоски того времени воскресить, восстановить.

Н.ТАМРАЗОВ: Вы готовились к нашей передаче?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Страшно готовилась, но совершенно не понимала, как это будет происходить.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: У нас очень много бывает актеров здесь, но так, как волнуетесь Вы, честное слово, я не видела никогда. Вы настолько ответственный человек, я Вас прошу не волнуйтесь, нам так приятно с Вами общаться, просто очень. А больше Вам не приходилось играть в драматургии Шварца?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет

Е.КАНДАРИЦКАЯ: И не приглашали на съемки, может быть, потом не состоялись?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Нет.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: То есть со Шварцем больше не случилось?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Не случилось больше.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А хочется?

Т.ДЕГТЯРЕВА: А хочется Я сейчас почитала это такой живой и такой откликающийся с сегодняшним временем текст, что это, наверно, было бы сейчас очень здорово играть. То есть я играла в "Голом короле", когда пришла в театр "Современник", этих дам, вот эту массовочку я играла в "Голом короле" старом.

Н.ТАМРАЗОВ: А Вы где преподаете сейчас?

Т.ДЕГТЯРЕВА: Во ВГИКе.

Н.ТАМРАЗОВ: У Вас же курс большой, интересный. Возьмите и рваните

Т.ДЕГТЯРЕВА: Они уже заканчивают.

Н.ТАМРАЗОВ: Наберете же новый курс, этих отпустите. Будет первый.

Т.ДЕГТЯРЕВА: Этого я не знаю, я так далеко не заглядываю. Сначала с этими нужно как-то разобраться, довести до ума, чтобы они смогли где-то работать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Время нашей беседы подходит к концу. Я очень благодарен, что Вы пришли.