Сказки Шварца на сцене театра. - Геннадий Чихачев - Интервью - 2001-09-30

30 сентября 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Геннадий Чихачев, художественный руководитель Московского Государственного Драматического театра.

Эфир ведет Матвей Ганапольский, Елена Кандарицкая.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сколько на вашей совести спектаклей?

Г.ЧИХАЧЕВ: Два "Золушка" и "Красная шапочка".

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Задаю вопрос слушателям: в 20-х годах Евгений Шварц принимал участие в редактировании широко известных детских журналов. Пожалуйста, назовите эти журналы. Их было не так много, всего два.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Шварц это благодатный материал?

Г.ЧИХАЧЕВ: Бесспорно. Думаю, что у всех и на слуху и "на глазу" знаменитая Фаина Георгиевна Раневская, игравшая в нашем классическом фильме "Золушка", и как только мы говорим "Раневская", то тут же вспоминаем Мачеху, и автора всего этого Шварца.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Но у вас "Золушка" мюзикл?

Г.ЧИХАЧЕВ: Да, у меня театр вообще необычный. Такого в России больше нет мы детский музыкальный драматический театр. На таком "синклите" жанров мы работаем. И специально для театра нам написали вариант мюзикла. Композитор Александр Павлович Кулагин. Мы с ним уже сделали пять спектаклей, и сейчас заказали шестой, после трехлетнего перерыва. Он очень любопытный композитор - у спектаклей приличная мелодика, российская, даже сказала бы так "российская", то есть необычная такая напевность. Когда мы с ним сделали "Каменный Цветок", то получился спектакль-хор.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Тем самым вы не облегчили текст Шварца приблизив к детям? Не получилось похоже на Андерсена?

Г.ЧИХАЧЕВ: Нет, не получилось. Конечно, когда мы делали мюзикл, мы из киносценария Шварца сделали либретто, и конечно же, какие-то листы текста не вошли в спектакль, но вместо них звучат музыкальные номера. То есть то, о чем говорилось в этих листах, это переложено у нас на стихи.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А вам не мешал прекрасно сделанный фильм?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы, наверное, его совершенно забыли, на фиг?

Г.ЧИХАЧЕВ: Совершенно точно. Правда, "на фиг" забыть нельзя, потому что Фаина Георгиевна актриса яркая. Когда мы делали этот спектакль, то мне хотелось, чтобы чисто драматический материал был переложен на язык, который, мне кажется, сегодня наиболее интересен зрителю. Смотрите, что у нас в Москве делается один мюзикл, второй мюзикл, третий все говорят, что они первые в этом жанре.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так в чем ваша специфика?

Г.ЧИХАЧЕВ: Мюзикл всегда был американским. У нас же был жанр музыкальной комедии. В принципе, это то же самое, только там это называется мюзикл. Но там обязательная громадная техническая насыщенность, актерская выхолощенность, когда шаг в сторону расстрел, и, как мне кажется, американский мюзикл он безэмоционален. Вот Уэббер у него все красиво, грандиозно, иногда мурашки по коже, но это от того, как сочетаются музыкальные звуки, а не от игры актеров. А то, что я хотел, чтобы было в российском театре и то, чего мы пытаемся добиваться это взять шикарный классический американский мюзикл, посадить его на русскую почву. Мы, живущие в России, обязательно озадачены "самокопанием", нам поплакать удовольствие. Мы собираемся на кухне, "раздавим" бутылку водки, и начинаем плакаться друг другу. Но самое интересное, что тот, кому я плачусь он сочувствует мне. Вот этот момент сопереживания, что полностью отсутствует в американском мюзикле, - я бы хотел, чтобы в нашем варианте, варианте русского мюзикла, это произошло. Мы в прошлом году сделали подобный спектакль.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Первая постановка у вас была "Золушка", и вторая "Красная шапочка" спектакли были сделаны на таком благодатном материале, какова же была реакция зрителей? Вы давно сделали эти спектакли?

Г.ЧИХАЧЕВ: "Золушка" идет с 1995 года, а "Красная шапочка" идет два года.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо принимают?

Г.ЧИХАЧЕВ: Должен сказать, что мы не страдаем от отсутствия зрителей. У нас на очень многих спектаклях зрители висят на потолке, потому что мест нет. Недавно к нам пришел заместитель председателя Комитета по культуре, неожиданно, мы об этом даже не знали, - так он пришел, его и посадить было некуда, он сидел около двери, с краю. Рядом сидел мальчик, который повернулся к нему, и спросил "У вас дети есть?", - чиновник ответил "Да, есть". "Так вот я вам должен сказать, что вы непременно своего ребенка должны водить в наш театр".

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Наверное, мальчик-то подсадной был?

Г.ЧИХАЧЕВ: Нет, уверяю вас. Кстати, после этого чиновники к нам начали относиться еще лучше.

В.ШАХИДЖАНЯН: Нет законов, как играть сказку ее можно играть, как хочешь, как вздумается. Вот Шварц как-то вас связывает таким образом, что вы ставите себе какие-то рамки?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Действительно, насколько вам мешал Шварц? И сколько его осталось?

Г.ЧИХАЧЕВ: Мне кажется, что Шварц остался весь, целиком. У Шварца ведь все просто - у него есть очень много мест, которые как у Карло Гоцци просто названо: "артист идет, и говорит про это" и следующая ремарка: "они собрались и рассуждают про это" текста нет. Так написана "Золушка", а "Красной Шапочки" вообще существуют три варианта, и все три разные, с разными героями, и все три варианта, в общем, не закончены. То есть простора для того, чтобы из этого делать материал полно.

Е.КАНДАРИЦКАЯ: А философские вещи остались в спектакле, или музыка все заглушила?

Г. ЧИХАЧЕВ: Дело в том, что ребенка в театр обязательно приводят взрослые. И для того, чтобы взрослый в следующий раз привел своего ребенка ко мне в театр, взрослому должно быть интересно. Поэтому когда я делаю спектакли для детей, я непременно выделяю несколько пластов - чтобы было понятно и интересно не только ребенку, но и взрослому.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Фильм "Золушка" тоже непонятно, для кого был снят для детей или для взрослых?

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Наоборот, этот фильм понятен и детям и взрослым.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Есть ли у вас какие-то еще планы? Потому что два Шварца для одного театра это очень много.

Г.ЧИХАЧЕВ: Да, думаю, что пока достаточно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо все-таки, что вы выбрали веселые вещи Шварца, потому что он немножко страшен, как Гофман.

Г.ЧИХАЧЕВ: Да, спектакли для взрослых Шварца, - конечно. Но и детские тоже Волк, съевший Бабушка тоже довольно страшно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И как он у вас ее съедает?

Г.ЧИХАЧЕВ: Наш художник придумал такой трюк: Волк влезает в кровать, и у актера под одеялом сделан живот, который надувается. И актер начинает им "дышать", а бабушка начинает оттуда разговаривать. Бабушка живая, и Волк знает, что она живая, и он себя ведет не как объевшийся и сытый, а немножко иронично, и дети не пугаются, и не плачут. Когда приходит Красная Шапочка, Волк спит, а Бабушка разговаривает с Красной Шапочкой из живота Волка.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хороший ход, и главное детям не страшно. И пришли ответы на вопросы Елены смотрите, журналы назывались "Чиж" и "Еж". Верно?

Е.КАНДАРИЦКАЯ: Совершенно верно. Спасибо Олесе. Действительно, детские журналы назывались "Чиж" и "Еж".

В.ШАХИДЖАНЯН: Горький говорил для детей нужно делать так же как для взрослых только еще лучше но мы только об этом болтаем.

Г.ЧИХАЧЕВ: Нет, вы ошибаетесь, я это исповедую.

В.ШАХИДЖАНЯН: Так вы выбрали для себя такую казнь. И за это вам огромное спасибо. Все мечтают ставить "Гамлета", и только некоторые дарят детям добро. Успеха вам и вашему театру.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо вам большое. Я напоминаю, что у нас в гостях был художественный руководитель Московского Государственного Музыкального драматического театра Геннадий Чихачев.