Итоги сессии ПАСЕ - Леонид Слуцкий - Интервью - 2001-09-28

28 сентября 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Леонид Слуцкий, заместитель председателя комитета ГД по международным делам, заместитель главы российской делегации на сессии ПАСЕ.

Ведущий эфира Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН - Добрый день!

Л. СЛУЦКИЙ Здравствуйте!

С. БУНТМАН - Сессия ПАСЕ: насколько эффективна была российская делегация, насколько она добилась того, что намечала? Кстати, что намечала и чего добилась?

Л. СЛУЦКИЙ Мое мнение, возможно, будет субъективным, тем не менее, мне кажется, что добилась она достаточно многого. На сессии обсуждался вопрос в качестве срочной дискуссии по международному терроризму в виду произошедших 11 сентября событий в США. Представители российской делегации приняли участие в дискуссии и выработке окончательного доклада. Я думаю, что нам подробнее надо остановиться на обсуждении ситуации в Чечне, точнее, обсуждался вопрос о деятельности совместной рабочей группы ГД-ПАСЕ, сопредседателями которой являются Дмитрий Рогозин и лорд Джадд. Было 2 содоклада представлены ими. Но в начале надо упомянуть о том, что за 2 дня до работы сессии, 21-22 сентября, там же в Страсбурге состоялся консультативный семинар с представителями чеченской общественности. Мы, члены совместной рабочей группы от России, привезли с собой в Страсбург достаточно известных представителей чеченского общества это Гантамиров, Газимеев, еще несколько действующих глав, в частности, Ножай-Юртовского, Шалинского районов Чечни, Леча Магомадов, председатель совета "Единства" по Чечне. Кроме того, присутствовали в Страсбурге всегда находящиеся там представители, скажем, условно оппозиции, т.е. представители Масхадова и неправительственных объединений, которые нельзя назвать напрямую управляемыми, например, Масхадовым, но которые стоят, безусловно, на промасхадовских позициях. К нашему удивлению, мы ожидали другого представители Масхадова в консультациях отказались участвовать.

С. БУНТМАН - Мы слышали об этом, и здесь были совершенно разные оценки. Отказались участвовать, потому что не верят в это, потому что испугались, потому что изменилось отношение ПАСЕ, обстановка в мире. Как вы считаете, это не сорвало ли именно работу семинара, работу этой совместной комиссии, чеченской общественности?

Л. СЛУЦКИЙ Никоим образом не сорвало. Более того, события развивались на сессии достаточно стремительно. И то, что сейчас мы с вами обсуждаем, уже некоторым образом отошло в историю. Действительно, представители Масхадова отказались участвовать в семинаре, и затем появилась телеграмма Масхадова, которая была вручена лорду Джадду, где он заявлял о замораживании любых отношений с Советом Европы до фактически изменения отношения Совета Европы к РФ. На тот момент я склонен был, да и, пожалуй, сейчас дам такую же оценку, Масхадов сделал это в виду постоянно меняющегося в положительную сторону отношения Совета Европы, ПАСЕ к российской позиции, к российским аргументам. Вы помните, год с небольшим назад, когда российская делегация была лишена права голоса, существенной части полномочий в ПАСЕ, представители Масхадова, безусловно, торжествовали, т.е. было ясно, что они предстают обездоленными, притесняемыми федеральным центром. Федеральный центр ничего не делает, чтобы поправить ситуацию, как гуманитарную, по части беженцев, например, их положения, так и по части политического регулирования, которое тогда не просматривалось в Страсбурге. Чем дальше мы работали с нашими коллегами по ПАСЕ, тем больше удавалось убедить их в том, что для урегулирования немало делается, в том числе, и в ГД. Мы неоднократно, около 10 раз побывали в Чечне, и в лагерях беженцев, и в бюро спецпредставителя президента по правам и свободам человека и гражданина Каламанова в Знаменском. И я должен сказать, что на сегодня можно говорить об отлаженной, конструктивно работе, взаимодействии с европейскими коллегами по ситуации в Чечне. И вот сегодня перед Масхадовым стоял вопрос, это было еще до заявления Путина 24 сентября, семинар был 21-22. Вот, предположим, Масхадов выходит на переговоры, немного попытаемся проанализировать. Допустим, ему предъявляются требования, пожелания прекратить боевые действия. А насколько ему удастся это сделать, насколько выполнят полевые командиры подобное условие Масхадова, это серьезный вопрос. Я не хотел бы сейчас обсуждать это в эфире, тем более, когда идут переговоры между полномочным представителем президента в ЮФО Казанцевым и Закаевым, представителем Масхадова. Но на тот момент, думаю, что переговоры для Масхадова не просматривались как ближайшая перспектива, и, соответственно, он ушел и от консультаций в ПАСЕ. Однако представители промасхадовских кругов в консультациях приняли участие. Это Союз женщин Чечни, Чеченский комитет национального спасения т.н., некоторые другие. И как нам кажется, нам удалось нащупать те ниточки, ведущие к какому-то конструктивному знаменателю, общему знаменателю в этом обсуждении. Была принята единая позиция по созданию в ближайшее время инициативной группы по формированию общественно-консультативного органа Чечни, который мы рассматриваем как своего рода предвестник будущего парламента республики.

НОВОСТИ.

С. БУНТМАН - Итак, позиция Масхадова. Как ее восприняли в ПАСЕ? Как что?

Л. СЛУЦКИЙ Позицию Масхадова, думаю, особенно воспринять не успели. Прошел консультативный семинар, прошел с нормальным результатом. И я повторю, удалось достигнуть некоторое, хотя и не очень прочное еще на сегодня, понимание по возможности формирования в Чечне некоторого общественного консультативного органа, совета, который объединит представителей всех слоев чеченского общества, внеправительственных объединений и т.д., депутатов чеченских парламентов последних лет, в том числе и парламента т.н. масхадовского 1997 года. И здесь можно попытаться найти подходы к урегулированию, можно вырабатывать рекомендации для исполнительной власти и вполне, с нашей точки зрения, реально в ближайший месяц такой орган в Чечне сформировать. Вот такой парламентский взгляд в содружестве с Советом Европы на возможность политического урегулирования. А затем, как вы знаете, прозвучало заявление президента. На следующий день был ответ Масхадова, который уполномочил Закаева для ведения переговоров с Казанцевым. Я думаю, что вне зависимости от того, будет конструктив на этих переговорах уже в самое ближайшее время, на что мы весьма надеемся, или чуть позднее, проведенная нами в ПАСЕ консультация и последующие содоклады 2 сопредседателей рабочей группы ГД-ПАСЕ, безусловно, внесли свою лепту в то, как видится политическое урегулирование из Страсбурга, откуда на нас в течение последнего года сваливался огромный вал, мягко выразимся, критики за происходящее в Чечне. Причем крайней здесь часто оказывалась именно делегация федерального собрания в ПАСЕ. Думаю, что свой парламентский вклад мы, безусловно, внесли и в формирование подходов к урегулированию, и в ситуацию, связанную с обустройством беженцев. Мы ведем постоянный мониторинг этой ситуации в содружестве с Минфедерации РФ, и последний вагонный лагерь ликвидируется в октябре в Серноводске. А что касается собственно докладов Рогозина и Джадда, наверняка это наших слушателей интересует, на удивление мало парламентариев записалось в дискуссию, обычно записывались десятки депутатов. В данном случае записалось 15 человек, весьма поляризованных по своим взглядам. Те, кто хотели нас горячо поддержать, и наоборот, как я называю, заклятые оппоненты. Что примечательно, открывался список Сергеем Адамовичем Ковалевым, который в своем ключе обрушился с резкой критикой на Россию за то, что она творит, с его точки зрения, в Чечне. Кроме того, он попросил время для краткого сообщения и сообщил, что, несмотря на 72 часа, обозначенных в заявлении президента РФ, которые еще не истекли, ведутся массированные бомбардировки Ножай-Юртовского, Веденского районов. Мы немедленно связались с Каламановым, мы немедленно также связались с Генштабом, и в своем выступлении я, затем и Рогозин в своем заключительном слове, эту информацию опровергли. Надо сказать, что информация, в общем, и не была как-либо воспринята ПАСЕ, которая к таким демаршам Ковалева давно привыкла.

С. БУНТМАН - Хорошо, если позиция ПАСЕ изменяется именно из-за того, что работает комиссия и выясняет обстоятельства, и действительно улучшается обстановка в Чечне, появляется перспектива переговоров. Было бы обидно, если бы позиция ПАСЕ изменилась в связи с тем, что сейчас новые задачи у мирового сообщества, и то, что Россия решила принять участие в антитеррористической коалиции. Была бы такая купля-продажа. Вот эта опасность существует? Скажем, ситуация: России прощают все существующее и несуществующее по отношению к мирному населению, и тем дают карт-бланш всем остальным государствам, что угодно делать в Афганистане, в Ираке, Иране и т.д. Это нехорошая была бы ситуация купли-продажи. У вас не закралось такое сомнение?

Л. СЛУЦКИЙ Я не применил бы подобную формулировку, купля-продажа. России, к сожалению, если бы даже не было никаких объективных причин придраться, никогда бы наши оппоненты не простили каких-либо действий военных или тех, к которым как-то можно подойти с критическим углом зрения. Я считаю, сегодня мы в ПАСЕ решили за последние 1,5 года главную задачу: мы убедили ПАСЕ в том, по крайней мере, ее большинство, можно сегодня смело утверждать, почти подавляющее, в том, что Россия предпринимает все усилия и для политического урегулирования, свидетельство тому последнее заявление Путина, и безусловно, на парламентском уровне, чего не было раньше, для улучшения ситуации в любом аспекте, политическом, гуманитарном, экономическом, социальном, каком угодно. Совместная группа будет продолжать работу, это однозначное решение ПАСЕ. Ее деятельность за полгода существования получила безусловную поддержку европейских парламентариев. И думаю, что в самое ближайшее время мы будем информировать наших слушателей о дальнейших действиях совместной рабочей группы, возглавляемой Рогозиным и Джаддом, по содействию политическому урегулированию в Чечне и по всем тем прочим вопросам, которые в рамках рабочей группы будут обсуждаться. Думаю, в ближайший месяц-два пройдет заседание совместной рабочей группы на территории Чечни, и надеюсь, что нам удастся, парламентариям, российским и из ПАСЕ, действительно добиться значимых успехов и в формировании парламентской ветви власти в республике, но это уже дело, наверное, будущего года, и в формировании подходов к тому, что действительно и всерьез можно будет называть политическим урегулированием в Чечне. Сегодня выработан уникальный политический механизм взаимодействия между ПАСЕ и национальным парламентом, в данном случае, ГД, по подходу к путям политического урегулирования, скажем, в горячей зоне.

С. БУНТМАН - Скажите, вот когда было заявление президента РФ, его интерпретировали по-разному. И как ультиматум, и как то, что через 72 часа будут предприняты действия гораздо более решительные. Причем в таком же духе высказывался, например, министр обороны РФ. И потом приходилось это объяснять, рассказывать, что это все совсем не так, чем занимались и Казанцев, и Ястржембский. Такие резкие заявления и министра обороны, и интерпретация как ультиматум, они были известны в ПАСЕ?

Л. СЛУЦКИЙ Желающих интерпретировать что-либо конструктивное, скажем, не совсем позитивным образом, всегда это должно быть. Всегда есть силы, которые хотят помешать конструктивному процессу. И в ПАСЕ, безусловно, совместную рабочую группу обвиняли в том, что она полностью подпала под влияние российской делегации. Это просто антироссийски настроенные люди, они есть, безусловно, и в ПАСЕ, они есть, как мы знаем, к сожалению, даже в ГД, взять того же Ковалева. Но я должен сказать, большинство парламентариев в Страсбурге восприняли заявление как здоровый призыв к переговорам и как ключевой шаг на пути к урегулированию. Думаю, что сейчас именно та стадия наших отношений между Страсбургом и Москвой по чеченскому сюжету, когда отношения полностью в рабочей фазе, когда мы взвешенно, без взаимных упреков и оскорблений работаем. И в данном случае, и в Страсбурге, и в Москве мы ждем итогов переговоров. И вне зависимости от того, будут какие-то конструктивные итоги сегодня или чуть позднее, мы не сомневаемся, что здесь удастся достигнуть позитивного результата. Мы будем осуществлять свою парламентскую дипломатию, свое взаимодействие с недавними заклятыми оппонентами из Страсбурга к тому, чтобы искать пути политического урегулирования и на эти пути приводить как можно больше представителей чеченского общества, тех, которые действительно хотят урегулирования, мира на своей многострадальной земле. И несмотря на пафос того, что я только что сказал, по сути это абсолютно верно. Нам удается по крупицам собрать здравый смысл, собрать какие-то звенья рационального подхода к формированию, может, будущего парламента Чечни. Оппоненты признают сегодня действующий масхадовский парламент, сформированный в январе 1997 года. Но скоро его полномочия истекают, и, безусловно, вопрос о конституции Чечни, о парламентских выборах, думаю, будут главными вопросами следующего года. И все это будет происходить уже на фоне реального сложения оружия противоборствующими сторонами. Мы со своей точки зрения, и наши коллеги из Страсбурга, уверен также, сделаем для этого все максимально возможное.

С. БУНТМАН - Россия готова принять на себя тоже в этих переговорах, федеральный центр, определенные обязательства по отношению к устройству Чечни после урегулирования? Потому что не только обязательства по сложению оружия, но федеральные войска и федеральный центр тоже принимают на себя обязательства. Т.е. это взаимная работа, вот что я хотел выяснить?

Л. СЛУЦКИЙ Безусловно, и на переговорах, думаю, в эти дни будет определено, какие это должны быть обязательства. Я сейчас не хотел бы экстраполировать и моделировать итоги переговоров, и то, что возьмет на себя Россия, но, безусловно, думаю, будут обсуждаться масштабы военного присутствия России в Чечне.

С. БУНТМАН - Формы его, наверное, тоже?

Л. СЛУЦКИЙ Формы, работа по правам человека и многое другое. Причем здесь я вижу много серьезных возможностей и для работы парламентариев. Но у нас осталось совсем мало времени, а мне хотелось бы рассказать еще слушателям об одном вопросе, имевшим место на завершившейся сессии ПАСЕ. Это вопрос с положением православных верующих в Эстонии. Мы вносили соответствующее предложение для рекомендации на предыдущей сессии. Сейчас это находится в комиссиях ПАСЕ. И российская делегация обратилась также с запросом к комитету министров Совета Европы. Ситуация достаточно сложная. Подвижки, безусловно, есть, в частности, правительство Эстонии заявило о готовности зарегистрировать нашу церковь в Эстонии под должным называнием Эстонская православная церковь Московского патриархата. Однако ряд вопросов, в том числе и о правовом статусе, собственности церкви остаются открытыми. Будем надеяться, что это удастся отрегулировать и в рамках церковной, и в рамках парламентской дипломатии, не применяя, например, экономические рычаги, как нам предлагают некоторые горячие головы. Но если в течение ближайших месяцев, тем не менее, общего знаменателя в позициях Москвы и Таллинна достигнуть не удастся, то думается, что эта ситуация будет более, чем вопиющая. У нас 100 тыс. с лишним православных верующих в Эстонии, прихожан эстонской православной церкви. И, безусловно, мы должны позаботиться о возможности для наших соотечественников в Эстонии, для русскоязычного населения. Думаю, это будет темой и открывающего в Москве Конгресса соотечественников, возможности

С. БУНТМАН - Т.е. осуществление права на свободу совести.

Л. СЛУЦКИЙ Вне всякого сомнения, точно. Думаю, что этот вопрос, который будет также активно обсуждаться со своими коллегами из эстонского парламента, будем заниматься в ближайшие месяцы. Вот, пожалуй, самое интересное, что имело место на завершившейся сессии ПАСЕ.

С. БУНТМАН - Спасибо! Леонид Слуцкий, заместитель председателя комитета ГД по международным делам, заместитель главы российской делегации на сессии ПАСЕ.