Перспективы экономического развития 2002 г. Возможные изменения налогового законодательства. - Александр Крутов - Интервью - 2001-07-27

27 июля 2001 года.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Александр Крутов - заместитель председателя Мосгордумы, член бюджетно-финансовой комиссии Мосгордумы.

Эфир ведет Ольга Бычкова.

О. БЫЧКОВА - Добрый день, Александр Николаевич. Об экономическом развитии Москвы мы будем говорить в ближайшие полчаса. Вот вопрос, который всегда задают нам наши радиослушатели. Все ожидают все время всевозможных катаклизмов в экономике, в финансах. Вот опять август настает, а в августе мы всегда чего-нибудь ждем. Чего ждут в связи с этим в Москве, в этом августе и в следующем году?

А. КРУТОВ - Такое перманентное ожидание какой-то катастрофы, экономической или кризиса, стало особенно актуальным и модным после августа 98 года, когда действительно приходится слышать, что через две недели доллар упадет в 8 раз. Или "все знают, что в октябре снова будет кризис". Но если мы знаем, что кризис будет в октябре, то кризиса в октябре не будет. Кризис - это явление, которое происходит так же неожиданно, как неожиданно возник московский ураган два дня назад. Понятно, что это может случиться. Понятно, что его можно спрогнозировать. Но прогнозы подобного рода похожи больше на астрологические предсказания. Они серьезно в расчет приниматься не могут. Поэтому при проектировании бюджета 2002 года, а экономика города это, прежде всего, для нас бюджет города, мы исходили из двух прогнозов Минэкономики, оптимистического и пессимистического, причем ни тот, ни другой, первый естественно, а второй, может быть, не естественно, не предусматривает кризисного развития российской и московской экономики. Предусматривается умеренный рост в одних отраслях, стагнация в других отраслях. Это по пессимистическому сценарию. Но так, если в среднем говорить, ориентируемся на рост внутреннего валового продукта нашего региона где-то на уровне 6% по отношению к 2001 году. И полагаем, что так оно, наверное, и будет. Во всяком случае, никакой катастрофы мы не ощущаем, предчувствие грозящей катастрофы не наблюдается.

О. БЫЧКОВА - Мы проверим Ваши предчувствия уже в ближайшее время. Но если говорить о бюджете московском на 2002 год, то могли бы Вы назвать факторы, которые способствуют росту и которые способствуют снижению?

А. КРУТОВ - Там факторы такие, они одновременно и тому, и другому способствуют. У нас этот рост на уровне 106% по всему региону неравномерен. В одних отраслях мы предполагаем больший рост, скажем, в пищевой промышленности, в других меньший. В энергетике на уровне 3%. При этом будет продолжаться и инфляция с замедлением, как мы надеемся, и мы прогнозируем инфляцию на уровне 15% на 2002 год. Насколько мне известно, федеральные показатели ниже. Но мы всегда полагали, что федеральные показатели всегда несколько ниже реальных. И нам надо здесь немножко

О. БЫЧКОВА - Федеральные показатели, Вы имеете в виду те показатели, которые запланированы?

А. КРУТОВ - Нет, они не планируются, они прогнозируются. Прогноз на 2001 год по инфляции по России 14%. Мы уже находимся на этом уровне. Говорят так: "у нас впереди еще 5 месяцев, а за эти 5 месяцев у нас будет дефляция, то есть у нас будет обратное изменение этого индекса, и тогда у нас будет еще меньше". Это маловероятно. В это время, летом активность всегда падает, и всегда несколько снижается темп инфляции. Потом, появляются сезонные продукты, овощи в основном, цены на них летом ниже, и общий уровень цен падает всегда. К осени и зиме начинается рост. Поэтому я не верю в то, что мы получим по этому году 14%. По этому году мы ожидаем 22%. Это наши оценки. А что касается проверки моего прогноза, я хочу сказать следующее. Катастрофы приятно предсказывать, потому что если вдруг они случаются, вы оказываетесь замечательным совершенно оракулом.

О. БЫЧКОВА - Нострадамусом практически.

А. КРУТОВ - Если же нет, то о том, что Вы говорили, никто не вспоминает. В отличие от оптимистических прогнозов, за пессимистические не бьют. Поэтому так много людей нас и огорошивают пессимистическими прогнозами.

О. БЫЧКОВА - Я прошу прощения, Александр Николаевич, но как всегда, может быть, несколько традиционно, мы должны сделать некоторое пояснение для наших слушателей. Людмила спрашивает, тот ли это самый Крутов, который ведет на телевидении передачу "Русский дом".

А. КРУТОВ - Как говорит один мой знакомый, даже не однофамилец. Мы совершенно разные люди.

О. БЫЧКОВА - Мы говорили о факторах, которые могут повлиять на исполнение бюджета и на развитие московской экономики в ту или другую сторону. Изменения в налоговом законодательстве в этом смысле как Вы рассматриваете?

А. КРУТОВ - Как говорят наши заокеанские друзья, спасибо за вопрос. Вопрос действительно очень важный для нас. Поскольку мы приняли за основу бюджет города на 2002 год в июле, мы сделали это впервые в июле, значительно раньше, чем сделает Госдума. Мы сделали это совершенно сознательно, поскольку мы считаем, что чем раньше мы начинаем эту работу, тем качественнее будет конечный документ. И мы ориентируемся на действующее налоговое законодательство. У нас в прогнозе заложено 30% ставки налога на прибыль, и действующий налог с продаж, его нынешняя редакция. Но Госдума уже приняла изменения ставки налога на прибыль на 2002 год, ставка снижена на 6%. И будет иная редакция налога с продаж. Конечно, нам придется корректировать наш проект закона о бюджете. Но при этом надо иметь в виду, что эти потери по налогу на прибыль, вроде бы которые могут возникнуть, довольно существенные, по нашим предположениям, будут компенсированы полным отсутствием налоговых льгот по налогу на прибыль в 2002 году, как федеральных, так и наших региональных, довольно значительных. Мы в 2001 году, по оценкам, можем полагать, что у нас около 20-30 млрд. рублей, по основаниям, установленным законом, уйдет на эти самые льготы, то есть 1 млрд. долларов будет выведен из-под контроля законодательной и исполнительной власти. Это плохо.

О. БЫЧКОВА - Это много для московского бюджета?

А. КРУТОВ - Весь бюджет 230 млрд. Считайте, что существенная часть, это седьмая часть бюджета.

О. БЫЧКОВА - Если подробнее, это то, что касается налога на прибыль?

А. КРУТОВ - Да, речь идет только о налоговых льготах по налогу на прибыль. Речь идет о тех деньгах, которые вместо того, чтобы быть уплаченными в бюджет города, идут на т.н. наши программы. Эти программы утверждает Московская дума. Это программы развития образования, спорта, здравоохранения, молодежной политики. И предприниматели туда эти деньги непосредственно перечисляют исполнителям этой программы. Здесь все не так прозрачно, как при рассмотрении бюджета. Поэтому мы старательно от этого уходим, и надеюсь, в 2002 году уйдем.

О. БЫЧКОВА - Если этих денег не будет, что будет с программами?

А. КРУТОВ - Программы останутся, но они станут частью наших инвестиционных программ. У нас в бюджете запланировано на инвестиционные программы 29 млрд. Плюс 10 млрд. мы привлекаем в качестве заемных средств за счет кредитов и размещения облигаций. То есть 39 млрд. - это контролируемые городом инвестиции. А 30 млрд. - это не контролируемые городом инвестиции. Тогда будем контролировать не 39 млрд., а 69. Я думаю, что от этого ситуация только улучшится. По крайней мере, будем знать, куда уйдет каждый бюджетный рубль.

О. БЫЧКОВА - Это то, что касается налога на прибыль по другим статьям?

А. КРУТОВ - Это то, что касается только налога на прибыль. Что касается налога с продаж, тут ситуация такая. Я напомню, Конституционный суд вынес определение, в соответствии с которым в нынешней своей редакции этот налог не соответствует Конституции РФ. Сейчас Госдума приняла в первом чтении законопроект, внесенный Г.В. Боссом о налоге с продаж, соответствующая глава части второй налогового кодекса. И там наконец-то будут сделаны существенные уточнения. Потому что сейчас у нас налог с продаж - это не тот налог с продаж, который придумывали. У нас налог с продаж платят все, кто вводит в оборот наличность, в том числе и предприниматели. А налог с продаж - это налог на коечного потребителя, то есть на того, кто должен его уплачивать через цену покупки, тот, кто покупает товар для личных нужд, а не для перепродажи. Сейчас. К сожалению, если идет перепродажа, то на каждом этапе он взимается. Простой пример из сферы распространения прессы. Не секрет, как у нас это делается. Приезжают организации, забирают тираж непосредственно в типографии, несколько десятков тысяч экземпляров, между ними есть более мелкое звено, которое забирает несколько тысяч экземпляров. Потом есть совсем мелкое звено, несколько сотен экземпляров. На каждом этапе идет оплата наличными, на каждом этапе должен быть налог с продаж, 5%. Конечную цену это увеличивает процентов на 30-40. Этого в новой редакции закона быть не должно, я надеюсь, что Госдума его примет. Конечно, мы потеряем кое-что оттого, что этого взимания не будет по данной цепочке, но зато ситуация станет более ясной, чистой и честной.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬНИЦА ОЛЬГА - Я хотела бы уточнить, я не поняла, это относится к компетенции московского правительства или федерального, насчет 5% налога с продаж? Будет он снят или нет?

А. КРУТОВ - Нет, налог с продаж установлен федеральным законодательством, это региональный налог. Он будет существовать с этой ставкой до тех пор, пока не будут внесены изменения в налоговый кодекс. Потому что кто же из субъектов федерации добровольно откажется от законного источника дохода. Другое дело, что перечень товаров и услуг, который не подпадает под налогообложение, это дело субъекта федерации, но мы это дело сейчас и контролируем. А так, налог с продаж, наверное, еще 2-3 года будет жить. До тех пор, пока не будет изменен налоговый кодекс.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬНИЦА СВЕТЛАНА - Сегодня прошла информация о том, что на приватизированные квартиры будет теперь большой налог. Я правильно поняла? Я как-то слышала вскользь.

А. КРУТОВ - Налог на приватизированные квартиры у нас существует очень давно. По крайней мере, я плачу его последние 6-7 лет. Взимается он по ставке 0,1% от инвентаризационной стоимости БТИ (бюро технической инвентаризации). Средняя инвентаризационная стоимость сейчас по городу 14 тыс. рублей. Я не оговорился, рублей. Это не та стоимость, за которую вы можете продать или купить квартиру. это та стоимость, которой оценивает ее БТИ. Нужно умножить 0,1% на эту величину, и получится чудовищный налог, 14 рублей в год. Это, согласитесь, необременительно.

-

О. БЫЧКОВА - Много вопросов на нашем эфирном пейджере. Александр спрашивает: "Что за новое чиновничье образование (я читаю, как здесь написано) придумал мэр? Называется совет мудрейших старейшин". Что это?

А. КРУТОВ - Распоряжением мэра создан совет старейшин. Это консультативный общественный орган при мэре Москвы. Мэр вправе создать себе экспертный совет.

Этот экспертный совет под названием "совет старейшин" создан. Туда будут входить люди, имеющие большой опыт работы в системе жилищно-коммунального хозяйства города, органов социального обеспечения, вообще в системе городского управления. Приходят новые молодые руководители, старые уходят на пенсию. Чтобы этот опыт не терялся, мэр решил создать совет старейшин. По-моему, это правильно. Никакого у этого совета старейшин исключительного права на блокирование решений нет. мэр решил посоветоваться с опытными людьми в организованном виде. Это не бюрократический орган. Это, скорее, консультативный совет.

О. БЫЧКОВА - Еще два вопроса от двух Александров. На самом деле вопрос один. "Почему не исчезли зеленые человечки, которые взимают плату за парковку?" Это раз. "Плата за парковку, - считают слушатели, - это откровенный грабеж водителей. Когда он будет прекращен?"

А. КРУТОВ - Плата за парковку в Москве прекращена никогда не будет. Другое дело, что мы должны это дело ввести в цивилизованные рамки и придать этому тот смысл, который должен быть придан. А смысл вот в чем состоит. Обратите внимание, многие слушатели "Эха" бывали за границей и не раз, сколько времени может стоять припаркованный автомобиль около этого счетчика? Отвечаю: два часа. Через два часа приедет инспектор, выпишет квитанцию, положит ее под щеточку. Если вы не уплатите, то через 2-3 дня вас остановит патрульная служба на дороге, выпишет вам еще одну квитанцию. В Америке это кончается обычно судом, тюремным заключением до 7 дней, неуплата. В чем смысл этого действия? В том, чтобы машины не стояли долго на проезжей части. Приехать на время, на час-полтора и уехать, - это одно. Приезжать на работу и ставить машину у офиса на тротуар на 12 часов, сокращая проезжую часть с четырех полос до двух, - это совсем другое. Другое дело, что мы параллельно с этим должны решать другую задачу, а именно строительство паркингов длительного хранения, что, в общем-то, сейчас в программе правительства Москвы есть. Поэтому цивилизованные формы это должно принять. Зеленые человечки должны исчезнуть, на их место должны встать желтенькие автоматы и симпатичные барышни, которые будут выписывать квитанции, а дальше дорога понятна. Это не фискальная мера. Дело не в том, чтобы получить за это деньги городу, мы на это и не рассчитываем. Это для того, чтобы сделать возможным просто движение по городу.

О. БЫЧКОВА - Тем не менее, судя по количеству платных парковок, автомобилей, которым не хватает места даже на платных парковках, наверное, деньги это немаленькие.

А. КРУТОВ - С учетом того всего промежуточного, это не очень большие деньги, которые в конце концов оказываются в бюджете.

О. БЫЧКОВА - А промежуточные, извините, Вы так выразились деликатно... промежуточные - это что такое? Это когда деньги идут в карман зеленому человеку?

А. КРУТОВ - В карман зеленому человечку - это одно. Даже если они идут не в карман зеленому человечку, а поступают в кассу государственного инвентарного предприятия, дальше начинается. Надо платить арендную плату за землю, потому что эта земля у них в аренде. Надо заплатить налог на добавленную стоимость, то есть это деньги, идущие в федеральный бюджет. Надо заплатить налог на прибыль, надо заплатить зарплату персоналу, надо выплатить деньги в социальные фонды. И прибыли у них, той самой, которую мы потом можем изъять в бюджет, не остается. Те деньги поступают не в бюджет, а на счет предприятия. Поэтому для нас как источник это неинтересно, больше хлопот. Но хлопоты эти надо приводить к нормальному виду. Мы об этом много говорим в Думе, и кажется, уже эти службы начинают прогибаться под этим массированным давлением, и Дума, и правительство.

О. БЫЧКОВА - Еще один вопрос о налогах от Алексея. "Будет ли в Москве принят закон об уплате вмененного налога, и когда?"

А. КРУТОВ - Правительство Москвы два раза, последний раз в прошлом году, выходило в Думу с двумя проектами этого закона. Первый закон о налоге на вмененный доход касался индивидуальных предпринимателей, работающих без образования юридического лица. Второй касался обложения этим налогом торговли на оптовых рынках. Оба раза Дума не согласилась с предложением правительства, мы просто не приняли эти документы, внесенные мэром в частности. И полагаю, что причина здесь одна. Причина состоит в том, что определение вмененного дохода - это одна из самых сложных экономических задач, это оценка бизнеса. Те методики, которые предлагает федеральное правительство, для Москвы грубы. И мы не готовы сейчас эти методики предложить москвичам.

О. БЫЧКОВА - Почему грубы?

А. КРУТОВ - У нас доходность двух одинаковых торговых мест, расположенных на расстоянии 100 метров, может отличаться в 5 раз. Люди привыкли ходить по этой стороне улицы, на другой стороне улицы они ходить не привыкли. Поэтому, если у вас магазин на другой стороне улицы, у вас будет в 5 раз меньше дохода, чем на этой. Это все не подпадает под общие методологии. Наверное, все-таки будет сделана еще одна попытка. Я знаю, что готовится законопроект о налогообложении вмененного дохода автозаправочных станций. Посмотрим, что будет в этот раз, сумеет ли нас убедить правительство.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ ИГОРЬ - Скажите пожалуйста, известно, что московское правительство участвует в уставных капиталах коммерческих предприятий. Не могли ли Вы раскрыть цифры по доходу от этого участия и по расходам? Пускай предприятия социально значимые, как АЗЛК, но я знаю, что московское правительство оказывает им поддержку. Какие цифры? И второй вопрос. Есть ли в собственности московского правительства доли от прибыльных предприятий, и почему оно эти доли не продает? Потому что в результате продажи появился бы дополнительный источник, а недостающие средства можно было бы собрать за счет налогов.

А. КРУТОВ - Вопрос понятен. Сначала несколько уточнений. Московское правительство, вообще говоря, не владеет ничем, потому что это орган управления. А речь идет о тех структурах московской администрации, которые управляют московским имуществом. Это то, что я по старинке называю Москомимущество, Комитет государственного муниципального имущества города Москвы. Оно является представителем собственника. А это собственность города, это не собственность правительства. Да, каждый год город вкладывает средства в уставные капиталы вновь создаваемых предприятий и приобретает доли акций в тех случаях, когда это законом допускается. Скажем, когда мы предоставляем бюджетные средства в не бюджетные организации в соответствии с бюджетным кодексом, мы должны взамен этого получить или товары и услуги в обмене бюджетных вложений, или долю собственности, то есть соответствующую часть пакета акций. Такие данные у нас есть, более того, вы сами можете их найти, они опубликованы. Когда мы размещали наш первый заем, тогда в проспекте эмиссии было у нас приложение с указанием всех долей, всех размеров, где что у нас есть. Доходы от этого в виде дивидендов не очень значительные, но делается это не для того чтобы получать доходы в виде дивидендов, а для того чтобы развивать те отрасли городского хозяйства, которые мы считаем для нас приоритетными. Что касается АЗЛК, то, с моей точки зрения, это было в тот момент дело достаточно нужное, но, к сожалению, менеджмент АЗЛК оказался не готов к поддержке города.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Александр Крутов - заместитель председателя Мосгордумы, член бюджетно-финансовой комиссии Мосгордумы.