(ПО ТЕЛЕФОНУ) Политическая ситуация в России - Борис Березовский - Интервью - 2001-06-22

22 июня 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Борис Березовский, предприниматель, бывший депутат Государственной Думы Российской Федерации

Эфир ведет Владимир Варфоломеев.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сегодня в газете "Коммерсантъ" опубликовано большое интервью. Как говорят журналисты, это полный вариант интервью, которое дал Борис Березовский. Известный предприниматель говорит: "Я буду бороться за власть в России", - эти слова вынесены в заголовок. Борис Березовский сейчас у нас на прямой линии телефонной связи. Борис Абрамович, добрый вечер. Что означают Ваши слова "я буду бороться за власть в России"?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Они означают следующее. Я считаю, что в течение последних 10 лет, начиная с начала 90-х до конца предыдущего столетия, в России произошла революция. И с 94-го года я очень активно участвовал в этом процессе, и я считал, что в течение всего этого времени я боролся за страну вместе со многими другими, теми, кто причисляет себя к реформаторам. С моей точки зрения, эта борьба полностью выиграна. Россия, безусловно, развернулась на 180 градусов и, в принципе, движется в правильном направлении. И, в общем, я не предполагал своего участия в дальнейшей политической жизни России после парламентских выборов 99 года, поскольку считал, что теперь все очевидно. К большому сожалению, я ошибся, и то, что делает новый президент России Путин, кардинально не соответствует моим представлениям о том, каким образом должна Россия развиваться дальше. И поэтому я принял для себя очень тяжелое решение, видя, что происходит с Россией, видя, что, по существу, большинство людей испугалось власти, даже тех, кто не согласен кардинально с тем, что она делает. Я принял тяжелое для себя решение бороться за власть в России не как идею бороться за власть, а как идею продолжить те реформы, которыми Россия шла последние 10 лет. Безусловно, с ошибками было это продвижение, безусловно, ошибки в основном понятны, но нельзя сворачивать с того главного курса, который Россия наметила. И поскольку я вижу, что сил, которые реально готовы это сделать открыто, недостаточно, в частности, большое разочарование в том, что делают лидеры правых или лидеры либеральных сил России, я и принял такое тяжелое непростое решение впрямую бороться за власть в России.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Давайте о форме этой борьбы поговорим чуть позже, вначале о главном, о сути. Вернемся к тому, что Вы сказали. В итоге Владимир Путин оказался не таким, как Вы это первоначально представляли. Но Вы его поддерживали на основе ведь каких-то представлений. Получается, что он тогда Вас обманывал?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Да, я считаю, что Путин обманывал - не меня лично, а обманывал в тех идеях, которые мы с ним обсуждали. Вот в том-то все и дело, что я считаю, что действительно Путин изменил тем идеям, под флагом которых он приходил к власти и которые реально не только я, но и многие другие обсуждали с ним. И в этом смысле я считаю, безусловно, Путин обманул.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Но, по-моему, тогда уже раздавались голоса, в 99-м году, в 2000-м, когда Вы еще продолжали поддерживать Владимира Путина, голоса с других сторон - от правой оппозиции либо от левой оппозиции. Можно было посмотреть некоторые телеканалы, которые тогда существовали в несколько ином виде, и уже тогда многие предсказывали, что будет при этом президенте. А Вы как-то попались на эту удочку

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я не разделяю ваших оценок. Более того, как вы знаете, ваш пример с правыми, может быть, наименее удачный, поскольку вы знаете, что именно правые шли под прикрытием Путина и это прикрытие приветствовали. Правые реально считали Путина кандидатом прежде всего либеральных сил, и правые активно поддерживали Путина, и Путин действительно поддерживал правых, и поэтому очень трудно было распознать в том раннем Путине то, что произошло позже. И я не смущаясь говорю да, я ошибся в Путине. Но другой вопрос - а сделал бы я другой выбор в то время? Я точно отвечаю, что нет, другого выбора в то время я бы не сделал, поскольку выбор был чрезвычайно ограничен.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: В интервью, которое публикует и "Коммерсантъ", и газета "Известия", Вы делаете выбор возможный только между Путиным с одной стороны, а Примаков и Лужков - с другой стороны. Вы считаете, что только они были проходными фигурами? Но ведь кандидатов было гораздо больше.

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я считаю, что, я всегда это говорил, избираемый или не избираемый. Считаю, что все остальные были не избираемые. И более того, я хочу сказать, что в отличие от Как вы знаете, Ельцин перепробовал много кандидатов, поскольку он понимал прекрасно, что тот премьер-министр, который на время выборов останется премьер-министром, тот человек, который останется в кресле премьер-министра и станет президентом, Ельцин это очень хорошо понимал И вы помните, как много кандидатур было перепробовано, в частности, последняя Степашин. И конечно, Степашин человек, с моей точки зрения, либеральных взглядов, но Степашин не проявил той воли и той смелости, хочу подчеркнуть, которую проявил Путин. Путин действительно очень многим рисковал, вступая в очень жесткую борьбу против Примакова и против Лужкова, а они казались безусловными лидерами в этой гонке. А вот Степашин, напротив, испугался, стал бесконечно бегать между Кремлем, Примаковым и Лужковым и другими политическими силами, в отличие от Путина, который занял очень жесткую позицию, и это одна из причин того, почему он добился победы.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Еще две фамилии, я хотел бы, чтобы Вы их прокомментировали, как возможных кандидатов в президенты. Один из них тогда выдвигался, это Григорий Явлинский, и второго называли в числе возможных, потенциальных кандидатов, это Анатолий Чубайс.

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Что касается Явлинского, я, конечно, во многом, в огромной степени разделяю те взгляды, которые он очень последовательно в течение долгого времени высказывает как политик. Другое дело, я считаю, что он достаточно непоследователен тем не менее, но, конечно, по взглядам я ближе к Явлинскому, чем к Путину, даже того времени, когда он говорил, как оказывается, совсем не то, что думал. Но я считаю, что никаких шансов реально стать президентом на выборах 2000 года Явлинский, конечно же, не имел. Не говоря уже о Чубайсе. Кстати, в этом смысле он значительно адекватнее Явлинского: он хорошо это понимал и поэтому сам не выдвигал свою кандидатуру.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: С прошлым мы понемногу разобрались, давайте теперь посмотрим в будущее. Какую форму борьбы за власть в России Вы выбрали уже или собираетесь выбрать?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Форма борьбы за власть легально существует только одна - это создание оппозиции, оформленной в виде партии. Именно эту форму я полагаю единственной для борьбы за власть в России.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Помните, несколько месяцев назад был создан некий оргкомитет похожей партии, куда вошел целый ряд известных и уважаемых людей. Ну и где сейчас все это?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Можно сколько угодно приводить примеров неудачных тех или иных политических решений, а можно приводить удачные примеры тех или иных политических решений. И поэтому когда я говорю о необходимости создания партии и о возможности именно с помощью этой партии добиться власти в России, я думаю, что я достаточно реалистично оцениваю не только свои возможности, прежде всего не свои возможности, а прежде всего ту реальную социальную базу, на которую можно рассчитывать, для того чтобы получить власть. И в этом смысле если вы намекаете на "Единство" или на "Отечество", то, безусловно, эти организации абсолютно искусственные. А по крайней мере в создании одной из них я принимал непосредственное участие, это "Единство", и она и задумывалась как группа или объединение одноразового пользования, пригодное только для того чтобы победить на парламентских выборах. И поэтому превращать это в реальную партию, которая должна выражать интересы какого-то социального слоя, абсолютно бессмысленно, поскольку и "Отечество", и "Единство" создавались по одному и тому же образцу близость к власти, использование ресурса власти, а не попытка осознать, на кого реально можно опереться, чьи интересы следует выражать.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Можно предположить, что партия, о которой Вы говорите, новая партия расположится в правом углу российского политического спектра. Однако не считаете ли Вы, что все места там, что называется, уже заняты есть Союз правых сил, который довольно успешно, по крайней мере внешне, развивается, и есть "Яблоко". Где может встать новая партия?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я, к сожалению, вынужден повторить то, что я уже сделал в интервью газете "Известия" и то, что опубликовано в полном виде. Я считаю, что в России сегодня существует 5 такая у меня классификация, допустима, естественно, другая, но я так классифицирую социальных групп. Первая социальная группа то, что я называю пофигисты. Они не являются политически активной группой, и поэтому они в принципе для нормального политика сегодня неинтересны. Они не очень хотят идти на выборы, они, тем не менее, идут на выборы, и, в общем, они не особенно разбираются, за кого голосовать. Вторая группа - это приверженцы власти. Яркий пример выразителей этой идеи (я хочу подчеркнуть - идеи) это "Единство" и "Отечество". Эти люди тоже не имеют никакой реальной политической ориентации, вся их политическая ориентация состоит в ориентации на силу. Тот, кто сильный или кто потенциально может стать сильным, - с тем и они. Они тоже, в общем, неинтересны: ты будешь сильным они с тобой, будешь слабым они будут с другим, с тем, кто сильнее, поэтому ты тоже на их поддержку не можешь сегодня рассчитывать, и это бессмысленно. Они не имеют реального понимания того, как нужно устраивать страну, в каком направлении страна должна двигаться они просто хотят быть с тем, кто сильный, чтобы с этого получить дивиденды. Третья группа социальная это левые, и идеология этой группы выражает КПРФ. Я хочу сказать, что выражает далеко уже не полно, поскольку эта социальная группа сильно изменилась, по крайней мере активная ее часть. Активная ее часть это не пенсионеры, а это люди реальные, которые считают, что Россия не может быть либеральной страной, что Россия действительно должна управляться сверху, что есть приоритет государства над личностью, и, в общем, это имеет право на жизнь. И интересы этой группы пытается выражать КПРФ уже достаточно плохо, потому что молодая часть этих левых, люди с этой идеологией молодые их КПРФ интересы уже не выражает и не подчиняет себе. И четвертая группа - это правые. И вот здесь произошло, мне кажется, достаточно печальное событие, поскольку и СПС, и ряд других правых партий, которые, безусловно, являются надстройкой над социальными группами, которые так думают, они думают, что Россия может быть либеральной страной, так вот, - эти партии совершили трагическую ошибку, с моей точки зрения. Они стали подыгрывать власти, а поскольку либералы в России традиционно наиболее интеллектуальная часть общества, конечно, эта часть общества не потерпела этого, этой измены по существу. И уже сегодня очевидно, что эта партия, то, что называется Союз правых сил, уже не является выразителем реальным интересов либеральной части общества, они как бы сдвинулись в сторону власти, тем самым потеряли, по существу, свой электорат. И, наконец, пятая группа, с моей точки зрения, самая значимая сегодня для России, самая активная это патриоты. Вот тут самая сложная вещь. Все дело в том, что патриоты, с моей точки зрения, разделятся на две группы. Одни станут проповедовать нацистские, по существу фашистские идеи, а другие будут проповедовать и сторонниками будут либеральных идей развития России. При этом слово "патриот" для меня сильно исковеркано советской властью или моей жизнью в то время, поскольку оно носит в значительной степени тоталитарный оттенок, хотя я считаю, что патриотизм это абсолютно достойное чувство любого гражданина, который думает о будущем России.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Я читал Ваше сегодняшнее интервью, которое полностью опубликовано в газете "Коммерсантъ". Перечислив эти 5 основных социальных групп, Вы делаете упор на объединение части патриотов и либералов. Но Вам не кажется, что в наших современных российских условиях проще скрестить ужа с ежом, чем либералов с патриотами?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Нет, мне совершенно так не кажется. Более того, я хочу сказать, что я не пытаюсь скрестить. Я считаю, что среди патриотов есть те, которые разделяют либеральные убеждения, и среди патриотов есть те, которые разделяют нацистские, фашистские убеждения. Более того, я хочу просто вспомнить одно принципиальное замечание, которое в свое время сделал президент США Кеннеди, который сказал, обращаясь к нации: "Не спрашивай, что Америка должна сделать для тебя, спроси, что ты можешь сделать для Америки". Чисто патриотический лозунг, тем не менее, рассчитанный на либеральную часть общества, безусловно, потому что спросить, что я могу сделать для страны, может только человек самодостаточный, тот, который реально свободен, тот, который независим. И напротив, человек, который зависим, который не уверен в себе, спрашивает, что государство должно сделать для меня. И вот здесь я вижу, что сегодня огромное число молодых людей, особенно молодых людей, миллионы, которые выжили в сложнейшей ситуации, стали самостоятельными, независимыми, готовы спросить, что они могут сделать для России. И я считаю, что совершенно очевидно, что огромная часть этих людей может проповедовать либеральную идеологию.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: К началу нашей беседы мы получили более 2 десятков страниц вопросов, Вам адресованных, которые направили наши слушатели через интернетовский сайт радио "Эхо Москвы", и сейчас я обращусь к некоторым из этих вопросов, тем более что они продолжают тему, начатую нами. Лев Гилман из Москвы: "Какую альтернативу Путину Вы видите с современной России? И считаете ли Вы, что так же, как Путина, можно было тогда раскрутить в президенты любого другого?"

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я бы говорил так. Я не вижу, точно так же, как я действительно не лицемеря говорю, что я не видел конкретного человека в начале даже 99 года, кто мог бы стать следующим президентом России. Другое дело, что я понимал, что и Лужков, и Примаков, тем не менее проиграют эту битву, я понимал, что Зюганов проиграет эту битву. Но я не понимал, кто конкретно, просто считал, что достаточно уже потенциала свободы в России, чтобы избрать человека, который будет проповедовать либеральные идеи, что Путин, собственно, и делал и от чего он отступил, когда стал президентом. Так вот, я не могу говорить теперь, кто мог бы заменить Путина. Я могу сказать, какие силы реально будут бороться за то, чтобы поставить следующего президента России. К сожалению, этих сил сегодня реально Если бы, например, такой вопрос встал сегодня, не хочу прогнозировать на долгое время - я считаю, что таких сил в России две реальных и они не являются политическими партиями. Это прежде всего региональные элиты, региональные лидеры, и вторая это представители спецслужб или силовых структур. Вот между кем развернется борьба, развернулась бы борьба за власть, если бы, например, сегодня Путин потерял власть. И с моей точки зрения, преимущество сегодня за региональными элитами, за региональными лидерами. Они реально, с моей точки зрения, недовольны тем, что делает Путин, и, с моей точки зрения, действительно Путин разрушает основы демократического государства, где власть должна быть распределена по территории и по функциям. А Путин, наоборот, концентрирует власть, и губернаторы и региональные элиты, которые привыкли брать на себя ответственность и готовы брать на себя ответственность, не смирятся с тем, что делает Путин.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вы говорите, что они расстроены или недовольны тем, что делает Кремль. Но разве за последний год, после того как были приняты все законы так называемой вертикали власти, все эти региональные лидеры не оказались безнадежно подмяты под федеральный центр?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Это абсолютная видимость, вынужденная необходимость казаться глупее своего начальства. Они делают вид, безусловно, что они подчиняются, но, с моей точки зрения, они никогда не смирятся с тем унизительным положением, в которое их поставил Путин своими законами, которые он провел через Думу, и указами о создании 7 федеральных округов. Более того, сегодня очевидно, что это не работает. Я вам хочу просто сказать, что несмотря на этот высочайший авторитет, который имеет Путин, с моей точки зрения, он абсолютно дутый, абсолютно мыльный пузырь, поскольку выборы в регионах показывают, что, оказывается, решения, которые принимаются в Кремле, нереализуемы в регионах. И в регионах выбираются лидеры новые уже, которые противоречат идеям Кремля: последние результаты в Приморье, перед этим другие примеры, вы их тоже прекрасно знаете И это демонстрирует, что это лишь эфемерная сила, она нереальная. И прежде всего она эфемерна потому, что в регионах не смирились региональные лидеры, которые, по существу, продолжают рулить процессом в регионах, с той концентрацией власти, которую осуществляет Путин.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: В этой связи наш слушатель из Воронежа Вадим Чернышев спрашивает Вас, как будет, на Ваш взгляд, в перспективе меняться роль губернаторов в структуре политической власти.

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Все зависит, конечно, от того, как долог век Путина как президента России. И безусловно, когда я говорил об этих двух силах, которые бы сегодня сражались за то, кто будет президентом, время смещает силу в сторону силовых структур, и мы все дальше и дальше уходим от структуры либерального демократического государства. И поэтому я считаю, что время работает не на то, чтобы Россия продолжала оставаться на пути либеральных реформ.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Региональная элита с одной стороны, спецслужбы - с другой. Вы бы какую из этих сторон скорее бы поддержали?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я могу сказать, что у меня нет такого вопроса - скорее бы Безусловно, только одну ту, которая выражает интересы регионов. И до сих пор в большинстве регионов это выборные лидеры, это выборная власть. И несмотря на то, что Путин антиконституционно присвоил себе право снимать законно избранных губернаторов, вообще вопрос, а зачем идти на выборы и голосовать за губернатора, если потом кто-то другой, кто за него не голосует, может его снять я вообще не понимаю этого. Тем не менее, большинство лидеров сегодня в регионах, большинство структур властных в регионах - это избранные народом, и поэтому, безусловно, все мои аргументы в пользу именно этой силы.

-

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Сейчас мы в новостях слышали о новом сильном взрыве в Грозном. Есть жертвы, большое число раненых. Вы занимались в свое время вплотную чеченской проблемой, Вас потом многие обвиняли в том, что Вы все делали не так, потворствовали, дескать, чеченским боевикам, участвовали в каких-то сомнительных операциях и т.д. Сейчас, на Ваш взгляд, в Чечне к чему мы идем на самом деле?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Во-первых, совсем короткий комментарий. Я действительно был заместителем секретаря Совета Безопасности в 97-м году, занимался исключительно Чечней. И хочу сказать, что 97-й год действительно был очень успешный год в мирном продвижении решения этой сложнейшей для России проблемы, и именно в 97-м году был подписан мирный договор, именно в 97-м году удалось провести выборы в Чечне президентские и парламентские, которые были признаны Россией и всем миром И если бы мы продолжали так же, конечно, не было бы этого ужаса, который происходит сегодня, и этой трагедии, которая происходит, вообще говоря, с огромной страной Россией и прежде всего той ее частью, которая есть Чечня. Я всегда считал и сегодня считаю, что Чечня - составная часть Российской Федерации, но решение этой проблемы совершенно не в той плоскости, в которой пытается делать власть. И все, что сегодня происходит, абсолютно логично, абсолютно предсказуемо

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Так что надо делать-то, Борис Абрамович?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Делать простые вещи по формулировке и сложные по решению. Первое. Нужно разделить на две части решение проблемы, одна тактическая, другая стратегическая. Тактическая это есть немедленное прекращение всех военных действий, и это должно быть результатом переговоров с законно избранным президентом Чеченской республики Масхадовым, ни с кем другим на эту тему договориться не удастся, и самое главное неправильно по существу. Поэтому немедленное, без всяких предварительных условий прекращение военных действий. И чеченская сторона полностью продемонстрировала свою готовность к такому именно развитию событий, и наш президент, к сожалению, продемонстрировал полную неспособность понять, что там происходит, и неготовность, как следствие этого, сделать наконец-то разумный шаг. Вторая часть решения проблемы стратегическая. Не существует изолированной чеченской проблемы, есть проблема в целом устройства Российской Федерации, которое вошло в кардинальное противоречие с либеральными реформами, которые были проведены в России. Россия не может существовать больше, эта огромная территория, как унитарное государство. По существу, Россия должна стать государством другого типа не когда центр делегирует функции регионам, а когда регионы делегируют функции центру, все ровно наоборот, чем происходит сейчас, иначе Россия распадется, развалится на куски. Это абсолютно гарантировано, абсолютно предсказуемо. И только действительно недальновидные люди, которые ничему не учатся даже на ближайшей истории, могут продолжать то, в чем покаялся предыдущий президент, осознав свою ошибку, покаялся не один раз. И это, безусловно, приводит к огромной трагедии для конкретных людей и к трагедии для всей страны. Я хочу сказать еще одну вещь. Это настолько больная тема, мне кажется, прежде всего для тех, чьи дети там, и больная тема для тех, чьих дети могут там оказаться, больная тема для всех нас. И в этой связи я хочу одно замечание сделать. Я действительно очень много общался с чеченцами во время той войны, продолжаю общаться с чеченцами сейчас, в том числе с теми, кого называют боевиками, поскольку договариваться нужно не с теми, кто лоялен - с ними уже договорились, - а с теми, кто нелоялен. И я вам хочу сказать и те, кто лоялен, и те, кто не лоялен, абсолютно по-разному относятся к Ельцину и к Путину. Чеченцы по-разному относятся. К Ельцину Они, конечно, не любили его за то, что он начал эту войну и что он делал ее жестоко, но они считали, что Ельцин боролся за Россию, за ее целостность. А что касается Путина, они считали, что Путин воюет против чеченцев. Это совершенно разные вещи воевать за Россию и воевать против чеченцев, и поэтому если Ельцина она не любили, то Путина они просто ненавидят, и это еще один пример уже, результат, отраженный в менталитете того, что делает сегодняшний президент России.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: По отношению не к президенту, а в целом к России Ваша позиция не выглядит предательской? Многие сейчас проводят сравнение между тем, что происходит в Чечне, вокруг Чечни и, скажем, Великой Отечественной войной, когда весь народ как один поднялся на борьбу с врагом, тем более сегодня мы отмечаем 60 лет с начала Великой Отечественной войны

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Очень много ярлыков мне приклеивали: и предателем называли, и кем только не называли. Я хочу сказать, что я глубоко убежден в том, что я делаю, и поэтому действительно не отвлекаюсь и считаю это единственно в возможным, правильным в жесткой политической борьбе бороться с теми ярлыками, которые приклеивают те, кто не имеет аргументов. Вот если мне приведут аргументы доказательные того, что я хоть раз предал интересы России, когда занимал государственную позицию или когда просто являюсь частным гражданином России, - вот тогда это разговор. А когда это говорится огульно, напротив, вопреки тому, что происходило на самом деле, - это уже другое измерение и я не пытаюсь и не хочу ни оправдываться, ни обсуждать, ни дискутировать в таком ключе. Теперь что касается Второй мировой войны. Я родился на следующий год после Второй мировой войны, и, конечно, мое детство и я сформировался как последствие этой трагедии, которая произошла с огромной страной. Я сегодня прочитал то, что говорит президент, и он часто говорит, что горько слышать, когда Вторая мировая война объявляется только войной за мировое господство между двумя тоталитарными идеологиями. Я к этому могу только добавить: не "только", но прежде всего. А дальше Путин рассказывает, что это вовсе другая война, оказывается, это война за освобождение всего человечества от нацизма. Я категорически с этим не согласен. Я как раз считаю, что первопричиной этой войны, конечно, была война двух нелюдей, которые являлись лидерами двух тоталитарных государств, за мировое господство - именно так, именно в этом основная причина того, что Вторая мировая война вообще началась. И сегодня у меня было странное чувство. Я помню, Киев бомбили и нам объявили, что началась война. И я подумал, что я сегодня живу в другой стране уже, я сегодня живу в стране России, в которой война не началась 22 июня. Вообще это ужасное чувство. С одной стороны, я не могу себя разорвать. Я действительно родился в стране, которая называлась Советский Союз, а с другой стороны, Украина и Россия, Белоруссия и Россия это разные сегодня государства. Вот когда формулируешь в таких терминах, что оказывается, война-то началась не в России в той, в которой она сегодня, 22 июня, а началась в другой стране сегодня Украина, Белоруссия какие-то странные чувства я сегодня испытал.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Очень много вопросов, пришедших от наших слушателей. Вопросы многие типичны, я не буду упоминать имен их авторов. Что будет с телеканалом ТВ-6 и командой Киселева?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я очень надеюсь, что телеканал ТВ-6 станет одним из ведущих общенациональных каналов России и сделает его таким команда во главе с Киселевым.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Что будет с "Независимой газетой"?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я считаю, что "Независимая газета" будет работать на эту наиболее активную часть тех, кого сегодня называют "новые средние русские", и будет строить этот мост между либералами и патриотами.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Неожиданный вопрос. Сколько, на Ваш взгляд, Владимир Путин останется у власти?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я уже отвечал на этот вопрос. Я считаю, что политический век Путина очень недолог, и я уже говорил, я считаю, что он не пробудет как президент до конца даже первого конституционного срока.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Вопрос от меня. Каким образом это произойдет?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я считаю, что то, что делает власть и прежде всего президент, категорически противоречит историческому процессу и тому пути, который для России является единственно разумным, и этот процесс сметет любого, кто будет против него. Поэтому я не хочу сейчас говорить о технологиях, которые появятся сами собой, но тем не менее они возникнут. И я уже приводил пример: никто не подозревал, что может развалиться великая страна Советский Союз, тем не менее развалилась как карточный домик.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Возвращаемся к ТВ-6. Прокомментируйте, пожалуйста, вызов на допрос в Генпрокуратуру гендиректора ТВ-6 Аркадия Патаркацишвили.

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я считаю, что этот вопрос, безусловно, нужно задавать Бадри Патаркацишвили, моему близкому другу. Он действительно считает, что это реальная провокация из серии тех провокаций, которые власть последовательно проводит со всеми теми, кто не согласен с ее политикой, и в частности со мной и с ним, поскольку он возглавляет канал ТВ-6, он является председателем совета директоров канала ТВ-6, власти это не нравится, а по существу - реальным представителем собственников.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Будете ли Вы дальше судиться с журналом "Форбс", который назвал Вас крестным отцом Кремля?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Вы знаете, что первый этап суда с "Форбс" я выиграл, и "Форбс" заплатил компенсацию 250 тысяч долларов, суд продолжается, и я от своих намерений не отступлю, чтобы "Форбс" признал, что его утверждения есть неправда.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Возвращаясь к либеральной партии, которую Вы считаете необходимым создать. Будет ли ее лидером Сергей Юшенков?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Нет, с Юшенковым мы никогда не обсуждали создание единой политической партии. Более того, та партия, которую я создаю, - не предполагается, что в этой партии каким-либо образом будет участвовать и Юшенков или его сегодняшние сотоварищи.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Предпоследний политический вопрос. Вы планируете возвращаться в Россию в ближайшее время?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Безусловно, я планирую возвращаться в Россию в ближайшее время, естественно, условием является то, что я не приеду и с аэродрома меня не заберут в тюрьму.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: А что может быть гарантией этого?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Гарантия совершенно понятна. Гарантия когда власть теряет возможность творить произвол.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Последний вопрос - от Юлии Романовой из Москвы. "Что в жизни доставляет Вам удовольствие, в чем вы черпаете силы, есть ли у Вас друзья?"

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: Я уже говорил, у меня жизнь так сложилась, что я всю жизнь наслаждаюсь тем, что я делаю. Я очень много времени в своей жизни учился, и я считаю, что главный смысл образования как раз состоит в том, что прошли сферу получения удовольствия от жизни. Друзей у меня очень много, врагов еще больше.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: За последнее время друзей или врагов стало больше?

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: За последнее время стало больше друзей, поскольку количество врагов таково, что практически исчерпан потенциал, откуда их число может еще множиться.

В.ВАРФОЛОМЕЕВ: Большое спасибо. Борис Березовский был сегодня в прямом эфире на радио "Эхо Москвы", пока по телефону, мы надеемся, что когда Вы вернетесь в Россию, мы встретимся в прямом эфире в нашей студии, впрочем, безусловно, возможны и контакты в тот период, пока по-прежнему Вы находитесь за рубежом.

Б.БЕРЕЗОВСКИЙ: В отличие от вас я считаю, что последней умирает не надежда, а последней умирает вера, и поэтому я считаю, что действительно скоро увидимся.