Деятельность благотворительных фондов в России; финансирование Фондом Сороса программ в области образования, здравоохранения, права, кул - Джордж Сорос - Интервью - 2001-05-31
31 мая 2001 года
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Джордж Сорос, американский финансист.
Эфир ведет Алексей Венедиктов.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. Мы приветствуем в нашей студии Джорджа Сороса. Добрый вечер.
Д.СОРОС: Добрый вечер.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Я сразу же хочу сказать нашим слушателям, что основные вопросы будут от вас. Вопросы из Интернета я уже снял. Теперь тот, кто не имеет доступ к Интернету, может в ходе передачи присылать вопросы нам прямо на пейджер напомню его номер 974-22-22 для абонента "Эхо Москвы". В ходе передачи я буду обращаться к пейджеру, особенно во второй части нашей передачи. Мой вопрос только один, господин Сорос. Сегодня разгорелся скандал по поводу новой инструкции, разъяснении Академии наук о контактах российских ученых с иностранными учеными. Что Вы думаете по поводу этой проблемы? У нас есть соображения в Интернете о том, что таким образом пострадает российская наука, прежде всего, и перестанет быть конкурентноспособной. А какая Ваша точка зрения по этому поводу?
Д.СОРОС: Сначала я даже не хотел в это верить. А потом, когда я поехал встречаться с заместителем премьер-министра госпожой Матвиенко, ей по пути сказали об этом, и она даже не поверила, она сказала, что этого не может быть. Но я боюсь, что это правда, и если это так, то это очень меня расстраивает. Это очень вредно, это опасно, и, безусловно, это повредит российской науке, и ей будет очень сложно продолжать выполнять свои функции. Я даже не представляю, каким образом академики среагируют на эту проблему, те люди, которые работают в этих институтах, какова будет их реакция.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Несколько вопросов, которые пришли по Интернету, в частности от Георгия Венуса из Санкт-Петербурга, который благодарит Вас за то, что Вы сделали для российских ученых. Он задает вопрос: "После прихода Путина в Кремль проще или сложнее стало работать Вашему фонду в России?" И был еще один вопрос от Леонида Бекяна из Москвы: "Если бы Путин пригласил Вас на встречу, какие вопросы Вы бы хотели обсудить с президентом?"
Д.СОРОС: Фактически, изменений не произошло. Я думаю, что у нас очень хорошее сотрудничество с самыми различными министерствами, с местными властями, поэтому наш фонд работает точно таким же образом, как он работал всегда, и приход Путина никак не повлиял на то, как мы работаем. Конечно, если бы я встретился с господином Путиным сегодня или завтра, я, естественно, бы спросил его про эту инструкцию, про этот приказ, который выпустила Академия наук. Но я не думаю, что по этому поводу мне удастся с ним встретиться.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Я знаю, что бы Вам ответил президент Путин он бы сказал, что это дело общественной организации, и не дело президента в это вникать. Или это, действительно, не дело президента?
Д.СОРОС: Это очень уж напоминает советский режим, и такой приказ уж очень похож на тот приказ, который мог бы возникнуть в недрах ФСБ. Поэтому я не думаю, что господин Путин так бы мог ответить на этот вопрос.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Юрий Куперин из Санкт-Петербурга спрашивает Джорджа Сороса: "Почему Вы прекратили финансирование естественнонаучных программ в России?"
Д.СОРОС: Я думаю, что смешно задавать именно сейчас этот вопрос. Это был ограниченный период, который мы дали для развития программы. Мы сделали то, что мы хотели осуществить, и задача выполнена. Наши лучшие программы это те программы, которые заканчиваются. Сегодня вечером мы как раз закончили программу "Интернет". Это 33 Интернет-центра, которые были созданы в университетах. Мы передали эту программу ассоциации Интернет-центров. Я думаю, что значительно лучше будет, если они будут заниматься это программой и заботиться о ней. Мы не хотим, чтобы они постоянно были зависимы от нашего фонда.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Еще один вопрос, связанный с естественнонаучными программами. Виктор Хохлов из Москвы спрашивает: "Чем бы Вы объяснили тот факт, что многие даже благополучные россияне видят в Вас агента западного влияния?"
Д.СОРОС: Я, честно говоря, не понимаю этого. Это обвинение было сделано в Думе. Было проведено расследование, и это расследование, фактически, закончилось тем, что Дума поблагодарила меня за то, что было осуществлено. После того, как я истратил более ста миллионов долларов, мне больно оттого, что вышел этот новый приказ по Академии наук.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Михаил Ковшов из Самары: "Не продиктован ли Ваш интерес к сфере развития образования в мире чисто меркантильным и прагматическим интересом? Не является ли Ваша деятельность просто куплей-продажей мозгов?"
Д.СОРОС: Исследование, которое проводилось в рамках Международной ассоциации нашего фонда, присутствовало в качестве общественного достояния, и поэтому мы не получали никаких прав на интеллектуальную собственность, не покупали и не продавали их. Поэтому нет просто оснований для подобного обвинения.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Это был вопрос не обвинение. Иван Иванов из Москвы спрашивает: "Вы когда-нибудь считали, сколько денег заработали за всю жизнь? И если подсчитали, то не задумывались, зачем Вам столько надо?"
Д.СОРОС: Во-первых, я всегда считал, сколько я заработал, и, фактически, каждый день считал. И второе: я, действительно, задавал себе такой вопрос, и именно в тот момент, когда я задал себе этот вопрос, я принял решение создать наш фонд. И именно создание этого фонда дало мне мотивацию для того, чтобы продолжать свою деятельность. Это было в 1979 году.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос от Михаила Гончарова из Москвы. Вас благодарят за деятельность в области поддержки библиотек, но Михаил задает вопрос: "Ходят слухи о резком сокращении этой программы по поддержке библиотек. Не могли бы Вы прокомментировать это?"
Д.СОРОС: Эта ситуация подобна той, какая была и с другими программами. Это была 4-летняя программа. Сейчас мы уже подходим к концу, мы на 4-м году этой программы. В течение первого года мы заплатили 75 % всех затрат, второй год платили 50 % всех затрат, третий год 25 % всех предназначенных затрат, и четвертый год мы платим только за распространение книг и других печатных изданий. Теперь эта организация будет продолжать свое существование, но мы уже не будем платить за книги.
А.ВЕНЕДИКТОВ: И перед рекламой один короткий вопрос от Натальи Ковалевой из Москвы: "Джордж, что будет с фондом после смерти Сороса?"
Д.СОРОС: Он будет продолжать свое существование, но, конечно, он не может существовать бесконечно долго.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, что у нас в эфире Джордж Сорос, и во второй части беседы мы перейдем к пейджеру, к тем, кто слушает сейчас наше "Эхо" и прямо в ходе беседы задает вопросы.
-
А.ВЕНЕДИКТОВ: У нас в гостях Джордж Сорос. Я напомню, что я принципиально не читаю неподписанные вопросы. Наш пейджер 974-22-22 для абонента "Эхо Москвы". "Господин Сорос, в своей книге в главе "Кто проиграл России" Вы даете очень жесткую оценку деятельности Чубайса. Какое сейчас у Вас отношение к нашим реформаторам?" спрашивает Наталья.
Д.СОРОС: Честно говоря, я не очень критично отношусь к деятельности Чубайса. Я критикую тот факт, что существует недостаток поддержки с Запада, потому что любая реформа, которая могла бы осуществиться, часто не может осуществиться, потому что отсутствует необходимая поддержка. Я думаю, что Чубайс особенно в самом начале своей работы был прекрасным профессионалом, и он очень агрессивно двигался вперед. И я думаю, что он правильно сделал, когда он решил двигаться быстро. Это было подобно проходу через "долину смерти". Через эту "долину смерти" нужно было пройти как можно быстрее. И, честно говоря, я не критически отношусь к господину Чубайсу.
А.ВЕНЕДИКТОВ: "Господин Сорос, хотелось бы знать, какое отношение Вы имеете к кризису 1998 года?" спрашивает Саша.
Д.СОРОС: Я выдвинул идею создания валютного совета, который бы помог осуществить 15-процентную девальвацию рубля, и многие обвиняли меня в том, что я спровоцировал падение российского рубля. Я не думаю, что это справедливое обвинение, но, безусловно, я предложил сделать это, и, безусловно, последствия были таковы, что рынок обрушился. Я просто надеялся, что мое предложение могло бы спасти обрушивание российского рубля.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Два вопроса: один из Нью-Йорка от Влада Лыгина, а другой из Москвы от Кирилла. "Как Вы относитесь к нашему предпринимателю Борису Березовскому как к человеку и как к политику?"
Д.СОРОС: Я думаю, что я очень четко описал свое отношение к нему в своей книге, подчеркнул свою позицию однозначно. Нужно просто затратить денежные средства, чтобы купить копию этой книги.
А.ВЕНЕДИКТОВ: В своей книге Вы написали, что в России построен бандитский капитализм. Возможен ли в России цивилизованный путь при нынешней власти?
Д.СОРОС: Да, и я думаю, что уже определенный прогресс был осуществлен в этом отношении. Уже существуют определенные правила, определенные принципы, и система начинает работать, в определенной степени, лучше, чем она работала раньше. И есть колоссальные возможности по дальнейшему усовершенствованию этой системы.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос от Виктора Андреевича Конева: "Я пожилой человек, много в этой жизни понимаю. Не понимаю одного: зачем Вам, господин Сорос, нужна эта головная боль помощь России? С уважением, Виктор Конев"
Д.СОРОС: Да, я себе задал такой же вопрос. Я думаю, что это естественная человеческая черта - если вы можете помочь, вы хотите помочь. Я думаю, более непонятны для окружающих объемы моей помощи. Это происходит благодаря тому, что мне удалось накопить достаточные объемы богатств.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Павел из Санкт-Петербурга спрашивает: "На чьей стороне Ваши симпатии в повсеместном противостоянии властей и интернетчиков?"
Д.СОРОС: Если он имеет в виду ограничения по Интернету, есть правила, и ФСБ увеличивает свое влияние и давление в этом отношении. В Туле, например, вся электронная почта попадает на компьютеры только через день после ее отправления, и я думаю, что эти шаги очень вредны для России.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос от Лилии Ивановой: "Я мама школьницы 9-го класса. Моя дочь в прошлом году участвовала в соросовской олимпиаде школьников по математике. В этом году олимпиады не было. Что случилось?"
Д.СОРОС: Это опять программа, по которой мы работали в течение нескольких лет, и я надеялся, что правительство возьмет на себя продолжение этой программы, поэтому я ее продлил. Но, в конечном итоге, я вынужден был ее остановить. Мне жалко, что так произошло, потому что это была очень хорошая и интересная программа.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Олег Шубин из Магадана спрашивает: "Сколько денег Вы потеряли на инвестициях в России?"
Д.СОРОС: Я не уверен, что мне стоит раскрывать эту информацию. Я думаю, что это можно найти в общественной информации я вложил миллиард долларов в "Связьинвест", и эта информация существует публично. Сейчас они стоят около 150 миллионов долларов. Это, конечно, для меня было самой крупной потерей денежных инвестиций в России.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Михаил задает интересный вопрос: "Является ли для Вас принципиальным помогать России или какой-нибудь другой стране, например, Буркина-Фасо?"
Д.СОРОС: Россия проходит через эволюционные изменения, поэтому у меня была возможность повлиять на события в большей степени, чем если бы Россия жила нормальной жизнью. И по этой причине я сейчас снижаю объемы своей поддержки, несмотря на то, что еще очень существенное наше присутствие остается в России, но мы уже не тратим сотни миллионов долларов, как мы это делали раньше. Одновременно мы теперь начинаем участвовать в деятельности и в работе в Буркина-Фасо.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Александр Валерьевич спрашивает: "Как Вы оцениваете первые признаки начала кризиса экономики США и вероятность обвала доллара США?" Николай иронично добавляет: "Не пора ли в США создать валютный комитет для 15-процентной девальвации доллара?"
Д.СОРОС: Я не думаю, что присутствуют какие-либо признаки того, что доллар может упасть. Я думаю, что он останется в очень сильной позиции, и главным образом потому, что нет никаких привлекательных альтернатив доллару.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Вопрос из Интернета от Павла Милютина из Москвы: "Как Вы относитесь к высказыванию, что любой крупный капитал может быть нажит только преступным путем?"
Д.СОРОС: Это правильное заявление в отношении России во время развития бандитского периода капитализма в России. Но, безусловно, это несправедливое заявление в отношении Соединенных Штатов, потому что были заработаны колоссальные деньги в области технологических достижений, когда технологии быстро развивались. Много из этих денежных средств и активов, конечно, исчезло сейчас, но, безусловно, эти деньги не были заработаны преступным путем.
А.ВЕНЕДИКТОВ: И один вопрос, который мне кажется очень принципиальным к очень богатому человеку. Его задает Борис Еникеев из Москвы. Суть такая: во время конфликта вокруг НТВ очень многие противопоставляли священность частной собственности и свободы слова. Именно противопоставляли. И шел спор, что раньше курица или яйцо? Частная собственность порождает свободу слова, или свобода слова порождает частную собственность? Интересна Ваша точка зрения на эту проблему, если она, действительно, существует.
Д.СОРОС: С моей точки зрения, свобода слова и свобода жизни значительно важнее, чем собственность, но это моя личная точка зрения, моя личная ценность.
А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему?
Д.СОРОС: Потому что вы как человек значите значительно больше, чем то богатство, которое вы имеете, чем те деньги, которые вы заработали. Ваша ценность как человеческой личности значительно более высока. Это как раз та истина, которую я получил от своего отца. Если бы во время Второй мировой войны он беспокоился о нашем богатстве, о нашей собственности, мы бы потеряли свои жизни. Поэтому сначала жизнь, сначала вы как личность, а потом уже материальные блага.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Джордж Сорос, я хочу Вам сказать, что на пейджер пришло очень много слов и конкретной благодарности за конкретные программы от конкретных людей, и очень много критики. Я это распечатаю и передам Вашим представителям в Москве. Может быть, Вам будет интересно это изучить, потому что я смог задать не более десятой части тех вопросов, которые пришли на пейджер. Спасибо большое. Я напоминаю, в прямом эфире был Джордж Сорос.