Мода и менеджмент - Никита Покровский, Елена Ильичева - Интервью - 2001-05-15

15 мая 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Елена Ильичева, художник-модельер, кандидат технических наук в области теории моделирования одежды, генеральный директор медиа-ресурса о моде "Fashion-look", и Никита Покровский, доктор социологических наук, профессор Государственного университета Высшей школы экономики

Эфир ведет Нателла Болтянская

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Говорим мы на тему "Мода и менеджмент". Собственно, сама постановка проблемы позволяет нам начать с обсуждения темы, насколько искусство моды является искусством, или это "не прихоть полубога, но хищный глазомер простого столяра", как сказал Осип Эмильевич Мандельштам.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мне представляется, что мода гораздо более серьезная вещь, чем можно подумать вначале. Мода это фактически язык, на котором говорят люди, есть язык слов, есть язык жестов, есть язык нашей одежды, и это очень многозначный язык. Глядя на людей, которые едут в метро, мы видим, что они из себя представляют: откуда они, каков их материальный достаток, какого их происхождение и многое другое. Мы кричим о себе, не говоря ни одного слова.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сразу секунду. В Штатах были?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Бывал.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: В подземке ездили?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Много раз.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хоть одну девушку в норковой шубе видели в штатовской подземке?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Чернокожих американок видел.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Понятно. Вопрос снимается. Лен, прошу вас.

Е. ИЛЬИЧЕВА:

Н. БОЛТЯНСКАЯ: В каком смысле? просто нет слов, да?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Тут просто нет слов, действительно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Все-таки до какой степени язык одежды говорит о человеке?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я думаю, что человек через одежду выражает просто все, что он может: свое настроение, свой характер, сегодняшнее положение, может быть, социальный статус. Это закономерно, это происходило всегда, в этом нет ничего нового, буквально, на сегодняшний день.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но есть люди, которые, скажем, на службе вынуждены одевать на себя военную форму. Поэтому когда у них есть возможность надеть на себя что-то другое, они, что называется, отрываются по полной программе.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Бывает. Но это проблема униформы и психологическая проблема, то есть они таким образом выражают свое психологическое состояние, свой характер, может быть.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо. Каким образом с помощью менеджмента, с помощью организации процесса выпуска модных вещей можно помочь человеку самовыразиться?

Н. ПОКРОВСКИЙ: С помощью менеджмента можно помочь выразить любые чувства человека, любые цели человека на работе, в искусстве, в жизни, в том числе и в моде. То есть менеджмент это осмысленная, осознанная программа улучшения и управления тем, что есть. И мне кажется, что внешний вид человека просто замечательно может быть предметом этой программы. Это целая наука, я бы сказал.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ой ли? Месяц назад в эфире "Эха Москвы" одна из коллег Елены Ильичевой говорила о том, что, на самом деле, уже сегодня можно сказать, какие ткани будут модны в следующем сезоне, какая отделка, потому как это все индустрия, и это все диктуется исключительно коммерческими интересами, а вовсе не интересами самовыражения кого бы то ни было.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Прогнозы прогнозами, но люди-то выбирают сами то, что они надевают. Они же сами решают для себя, что из предложений, которые делают модельеры, какие-то конкретные фирмы, даже если им навязывать это мнение, они не всегда этому следуют, они готовы выбирать, если это личности, если это люди, не подверженные стадному чувству.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Я согласен с Еленой, потому что самый высокий судья и эксперт это публика, которая выбирает то или иное. Навязать можно, но только в известных границах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Помилуйте. Не кажется ли вам, что вы немножечко преувеличиваете степень личностных характеристик многих особей человеческой породы? Потому что если вспомнить триумфальное шествие по белу свету стрижки "сэссун", то такую прическу делали и те, кому они шла, и те, кому она не шла, только потому что это было модно. И полпланеты ходило совершенно одинаково постриженной.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Это было тогда. Сейчас все изменилось.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Мы, что, поумнели?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Нет, просто отношение к моде изменилось, оно стало более предвзятым, что ли. Потому что появилось такое разнообразие предложений, что человеку есть, что выбрать. Даже, может быть, модно отказаться от предложения сейчас. Сейчас модно не следовать моде, а просто следовать некоему стилю, который подходит человеку. Это сам принцип моды.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Человек это стиль. И мы выражаем себя через свой стиль, даже если не следуем моде, в конце концов, не правда ли?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо. Существует хрестоматийный пример американских миллионеров, которые прогуливаются в свободное от зарабатывания денег время в неброских джинсиках. Другое дело, что знающий человек, посмотрев даже не на джинсики, а на отпечаток туфель, поймет, что все не так просто. А существует ли, на ваш взгляд, некое сознательное управление модой в России? Потому что можно говорить о том, что сейчас, наверное, 80 % рынка, то, что они на себя надевают, то, как они выглядят, диктуют вопросы экономии, а не вопросы того, как это выглядит. Разве я не права?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Диктует оптовый рынок в "Лужниках". Вы это имели в виду?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Совершенно верно. И не так плохо, между прочим, диктует.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Спора нет. Это тоже определенный законодатель мод, вне всякого сомнения. Тем не менее, я думаю, что в жестком смысле слова управления модой нет, как и другими институтами общества жесткого управления нет. Развивается, в известной степени, в качестве свободного полета в историческом пространстве.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я думаю, что это просто проблема России, что у нас "Лужники" диктуют какую-то моду. Просто должен быть грамотный промоушен каких-то марок, которые действительно стоят того, чтобы прислушиваться к их предложением, присматриваться к тому, что они привозят на наш рынок. Это действительно проблема России, которую нужно решать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А почему это проблема России? Может, извините за резкость, это ваша корпоративная проблема?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Корпоративная для всех модельеров, что мы не можем предложить то, что хочется надеть?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То, что дешево, красиво и хочется.

Е. ИЛЬИЧЕВА: А мода не должна быть дешева. Мода должна быть соизмерима с возможностями людей, которые хотят быть модными. Дешевой моды не бывает вообще, потому что это определенные интеллектуальные вложения, это новые технологии, которые сейчас развиваются, и она не может быть дешевой по определению просто.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Не будем называть марки из всемирно известных моделей. Когда известнейший модельер, условно говоря, разрабатывает новую концепцию чего бы то ни было, тут же все возможные люди с Малой Арнаутской начинают это дело тиражировать подделками с разной степенью качества. Это не секрет ни для кого. И с точки зрения рекламы, это хорошо. С точки зрения торговой марки, это плохо. С точки зрения интересов модельера, это плохо. С точки зрения интересов потребителя, это хорошо. Нет?

Е. ИЛЬИЧЕВА: С точки зрения потребителя, что ему доступны становятся модели, которые реально стоят в несколько раз больше и по дизайну превосходят все то, что производится, например, другими марками, да, наверное, это хорошая идея.

Н. ПОКРОВСКИЙ: И мне кажется, все-таки, в порядке того, что по сценарию передачи мы должны возражать друг другу, я все-таки хотел бы возразить. Дело в том, что даже в такой довольно тупой моде, которая навязывается людям, каждый человек стремится проявить индивидуальность. И в этом великая сила и закономерность моды. Через следование моде и, как говорил, Пикассо, мода это то, что выходит из моды. И люди даже в рамках "лужниковской" моды стараются как-то выделить свою индивидуальность. Это замечательно. И потом, дальше больше, и приходят к каким-то новым высотам, я бы сказал, в выражении своей личности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Лен, ответьте только честно на вопрос. При наличии хорошего вкуса у человека, допустим, у москвича, может он на уже упомянутом рынке в "Лужниках" классно одеться? Ну, нет денег, а вкус есть, море.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Одеться может. Но как это на нем может сидеть, это другой вопрос.

Н. ПОКРОВСКИЙ: А мне кажется, очень даже может, если у человека есть вкус, и можно даже не на "лужниковском" рынке, а на домашней машинке сделать то, что нужно, и человек будет выглядеть очень разумно, красиво, и в этом смысле я всегда вспоминаю свои поездки не в США, а в Польшу. Каждый человек в Варшаве, и мужчина, и женщина, ну, большинство из них, по крайней мере, на Маршалковской, выглядят очень индивидуально, так, как будто все это сделано исключительно для этого человека. Мне так хотелось, чтобы так и у нас было, в России.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Модельеры же работают осознанно, совершенно четко просчитывая для себя рынок потенциального покупателя, для кого они это делают, какие технологии они могут использовать в этом сезоне, какие нет. Некое планирование модного рынка существует. И для них не меньшей задачей, чем придумать какой-то новый дизайн или очень интересную модель, является продвижение своей марки и своей функционирование на рынке.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Но тут вы вступаете в конфликт сама с собой, извините, пожалуйста. С одной стороны, если вспомнить классику отечественной литературы, то в период товарно-денежного дефицита, частная портниха, если говорить об одежде, всегда с хорошим запасом клиентов, всегда с некой хамоватостью, потому что она понимает, что она эксклюзивна, уникальна и, вроде бы как, должна ориентироваться на конкретного заказчика или заказчицу. Что касается модельера как создателя технологии, то этот человек должен ориентироваться именно на технологию, на создание некой индустрии, то есть индивидуальное и массовое тут вступает в некий конфликт между собой. Нет, не так?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Каждый дизайнер рассчитывает на то, что его модели будут отобраны человеком, у которого есть свой индивидуальный подход, и для него одной из задач является ровно то, чтобы его коллекция обеспечивала полностью весь гардероб этого человека, чтобы индивидуальные потребности его покупателя были удовлетворены полностью в одной коллекции, чтобы он не мог или сознательно не хотел пробегать или заимствовать какие-то вещи из других коллекций других модельеров. Это задача, которую должен решать для себя каждый модельер в каждой коллекции каждый сезон.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мне кажется, что ассортимент, который доступен в магазинах, даже стандартизированный, позволяет человеку создать такую коллекцию, даже не думая об этом, просто покупая, одеваясь во что-то, согласно ситуации, согласно времени, возрасту, чему-то другому, которая будет составлена из стандартных кирпичиков, но выражать определенную индивидуальную комбинацию. По-моему, ничего плохого в этом нет. Есть люди, одевающиеся в самых богатых магазинах

Н. БОЛТЯНСКАЯ: с редким безвкусием.

Н. ПОКРОВСКИЙ: С исключительным безвкусием, я хотел бы сказать. А есть люди, одевающиеся в простых местах и выглядящие очень элегантно. И в этом, по-моему, самое интересное, что культура общества эстетика вы знаете, я в одну сторону направляю все время нашу дискуссию, потому что мне это наиболее близкая сторона, - создает очень интересные образы.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Не кажется ли вам, что в известной степени тиражирование моды, тиражирование модных изделий нас всех, что называется, стрижет под одну гребенку?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Да вы знаете, нет, не кажется. Потому что, если у человека заложен ген к послушанию и повиновению, он проявляется какими-то другими способами. А если у человека есть ген индивидуальности, он проявится и в стандартной одежде. Я даже думаю, что офицеры, одевая униформу, многие выглядят по-разному даже в униформе. Согласитесь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я бы хотела, чтобы профессионал сказал.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Тут проблема в том, что мы сейчас обсуждаем либо модную одежду, либо как одеться человеку вообще. Одеться можно по-разному где угодно и как угодно, можно выглядеть элегантно, но при этом не выглядеть модно. А мы с вами говорим о моде. Мода это всегда передовые идеи, передовые технологии, это самые известные бренды. Может быть, даже не самые известные бренды, но это самый передовой дизайн в любом случае.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Я согласен с Еленой. Это, действительно, темы очень близкие, отчасти совпадающие, но не полностью. Действительно, передовой рубеж в эстетике и в технологиях, который потом распространяется, тиражируется на общество. И, вы знаете, что, я просто хотел бы такой небольшой пример привести. Когда мы говорим "индустриальная мода", то непонятно, что мы имеем в виду: что-то похожее на завод Лихачева или "Серп и молот"? Индустрия. Вспоминая опять же о США, мне однажды довелось быть в таком небольшом городке на Гудзоне Сикокус, напротив Манхеттена, это практически Нью-Джерси, напротив Нью-Йорка. И там сосредоточены склады той самой модной индустрии США. Это на протяжении нескольких миль идут огромные складские помещения, напоминающие многоэтажные дома без окон и дверей. И там находятся склады всего Манхеттена, то есть когда идешь по этим коридорам современной моды, ощущаешь себя, действительно, в царстве индустрии, так же как в Детройте, где производятся автомобили или что-то такое. То есть это огромная социальная сила, стоящая, казалось бы, за такой пустопорожней вещью как "красивые тряпки".

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Как бы вы начали отвечать на вопрос, какова специфика индустрии моды в России?

Е. ИЛЬИЧЕВА: В России, к сожалению, самого термина "индустрия моды" нет как такового, потому что у нас всю нашу историю советскую не было производства, оно было планируемо, было заведомо известно, что будет произведено большими тиражами. И как таковой индустрии моды у нас не было. Она только сейчас появляется. И наша задача поддержать это развитие, чтобы мы, действительно, грамотно и быстро вошли в рынок моды, который есть в Европе, в Америке. И хотелось бы, чтобы в России индустрия развивалась по тем же законам, что и в других странах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, который мы предлагаем вам обсудить с помощью интерактивного голосования: Стремитесь ли вы следовать моде? Для тех, кто стремится, телефон для голосования 995-81-21, для тех, кто не стремится, - 995-81-22. Лена, а существуют хотя бы зачатки образования модной индустрии в России?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Да, у нас есть замечательные посылы для этого, у нас развивается постепенно производство. А индустрия моды подразумевает комплекс от производства до продажи. Постепенно налаживаются связи, развивается СМИ, посвященные моде, и все, что связано с продвижением марок, с созданием собственных имен и с созданием рынка модной продукции, что самое главное.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То есть посыл есть. Никита Евгеньевич, а существуют ли посылы образовывать, структурировать эту модную индустрию? С точки зрения образования? Как вы считаете?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Насчет посылов я не знаю. Но жесткая потребность, мне кажется, существует, вне всякого сомнения.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Потребность это одно. Речь идет о подготовке тех, кто завтра будет делать модную индустрию.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Вы знаете, Высшая школа экономики с помощью молодых специалистов в области менеджмента моды пришла к такой достаточно устойчивой точке зрения, что для этого образовалось большое поле в России.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Елена, а вы, как человек, который уже работает в этой сфере, как вы рассматриваете то, что происходит в образовательной сфере в области моды в России?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я довольно хорошо знаю образовательную систему в области моды. Я хочу сказать, что у нас вполне качественных специалистов готовят по дизайну, по проектированию самих моделей, но у нас совершенно отсутствует образование в области менеджмента

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То есть организации процесса.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Вообще ни одни вуз, кроме хорошего начинания Высшей школы экономики, не готовит таких специалистов. У нас даже слов таких нет, которые существуют в индустрии моды Европы, то есть даже названий этих специальностей не существовало раньше, они все заимствованы из других языков.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну, вот, модная (извините за слово "модная") теория о том, что на чужой манер российский хлеб не родится. Как вы считаете, можно ли в организации модного менеджмента искать какой-то собственный путь России?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Вы знаете, на общий вопрос может быть и общий ответ. Можно, но при одном условии. А условие это таково.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Оглядываться на опыт зарубежных стран.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Нет. Освоить его как следует, почувствовать себя, как дома, в системе западной моды, и на этом основании уже думать о проявлении наших национальных традиций, но ни в коем случае, как мне видится, это не стоит делать через отрицание.

Е. ИЛЬИЧЕВА: В России просто нет специалистов, которые могли бы грамотно обучить людей, которые хотят заниматься индустрией моды. Поэтому неминуемо нужно освоить тот опыт, который есть в других странах и приглашать специалистов оттуда, чтобы они рассказали о том, что они уже сделали, и о том, какие ошибки они совершили.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Не раз и не два в эфире "Эха Москвы" специалисты Высшей школы экономики говорили о том, что специфика бизнеса в России такова, что не всегда человек, получающий образование за рубежом, может грамотно оценить ситуацию в стране. Относится ли вышеуказанное к индустрии и менеджменту в области моды?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Я думаю, что человек, который полностью оторвался от корней своей нации, конечно, едва ли может. Но тот человек, который знает и запад, и Россию, и имеет хорошие контакты там, и работает здесь, - этот человек вполне может освоить этот массив.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Теперь, Лена, адресую вам этот же вопрос о том, что специфика России такова, что западные специалисты не смогут здесь найти себе применение в области моды? Нет?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Главное не совершать тех ошибок, которые они уже сделали, у России, действительно, есть некая своя специфика, но ее нужно просто учитывать, чтобы не терять время, имеет смысл познакомиться со всем тем опытом, который существует, и

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Изобрести собственные грабли.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Конечно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: на которые мы будем наступать. Никита Евгеньевич, вижу, вам есть, что сказать.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мне, конечно, всегда есть, что сказать, поскольку я читаю лекции. Я хотел бы сказать следующее. Вновь рассуждая о моде, я думаю, что нужно сказать следующее. Во-первых, я хочу думать о тех людях, которые гуляют по центру Москвы и заходят в ГУМ, и в наш подземный храм потребления на Манежной, и видят совершенно недоступные для себя витрины и цены, и изделия. Это один мир. Это, конечно, мир, который отражает в моде контрасты нашего современного положения в стране. И мы, социологи, конечно, это отмечаем. И другая проблема состоит в том, что этот рынок в "Лужниках" и подобные ему, которые по всей стране, множат, может быть, неплохие вещи, но весьма далекие от лучших образцов. Как это соединить? И вообще, возможно ли это объединить? Или всегда будет существовать какая-то мода элитарная и мода вульгарная для "народа"? Это очень серьезная социологическая проблема. Я думаю, что в ближайшие годы определится, по какому пути пойдет мода, сможет ли она выжить как элитарная или вульгарно-массовая, или найдется какое-то среднее положение, кстати сказать, отвечающее традициям русской эстетики и русской культуры, а не разделяющее нацию на два враждующих лагеря: супербогатых и нищих.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пока мы с вами обсуждали специфики моды в России, наш опрос закончился. Нам позвонило за несколько минут 324 человека. Каких вы ждете результатов?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Положительных.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давайте хотя бы ориентировочно: половина на половину, или три четверти четверть.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я думаю, что 60 и 40.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Я думаю, что 60 и 40, но в обратном соотношении: 40 % следуют моде.

Е. ИЛЬИЧЕВА: А некоторые люди просто переоценивают иногда свои возможности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: 31 % позвонивших следуют моде, и 69 % моде не следуют.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Вы оказались ближе.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Чуть-чуть ближе. Но, увы, такова планида социологов: более реалистичны.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Теперь в вопросе, кто виноват, мы разобрались. Давайте перейдем ко второму извечному российскому вопросу: что ж делать-то будем?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я думаю, что развивать рынок модной продукции в России.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Желательно еще предоставить возможность потребителям этого рынка обеспечивать свои потребности. Тоже неплохая идея. Нет, не согласны?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Конечно. Дело в том, что в России есть возможности потреблять модные товары. Россия не самая бедная страна, и надо сказать, что оп всем статистическим данным у нас спрос гораздо превышает предложение, которое существует на сегодняшний день.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мне кажется, что решение наметилось уже в нашем с Еленой диалоге. Прежде всего, развивать образовательные программы и множить число грамотных людей в этой области, и превращать эту область в прозрачную, просветленную с точки зрения каких-то мировых стандартов, вне всякого сомнения, это первое. И вы не представляете себе, насколько действенным оказывается образование в этой области. Дело в том, что, хотя потребности в дизайнерах моды и в специалистах очень велики, но, будем так говорить, все-таки и не столь велики, как в других областях. Поэтому насытить грамотным людьми, образованными, в принципе, возможно, это обозримая задача. Но это первое. Второе снять с моды в меру возможности налет вульгарности, который иногда, к сожалению, через СМИ, телевидение приходит, на СМИ пустить большей людей, прошедших очень серьезную подготовку. Я не знаю, насколько Елена со мной согласится, но иногда я, наблюдая некоторые телевизионные передачи в области моды, испытываю некоторое неудобство от того, что анализ не очень глубок. Вы согласны со мной?

Е. ИЛЬИЧЕВА: Конечно. У нас нет проблем с дизайном, у нас проблемы с обеспечивающими специальностями.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тут возникает вот еще какой аспект. Не кажется ли вам, уважаемые гости, что одна из достаточно важных задач это, извините за социалистический лозунг, повышение культуры потребителя? Потому как символ безвкусицы по-советски тетка с халой в люрексе. Можете себе представить человека, на котором это все классно выглядит? Вполне, правда?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Вы знаете, у вас, на "Эхо Москвы" есть передача "Говорите грамотно".

Н. БОЛТЯНСКАЯ: "Говорим по-русски".

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мне кажется, что в области моды у вас тоже есть интересные передачи. Но аналогичный поворот темы мне кажется очень полезным тоже. Извините, я даю совет, не спрашивая у вас. Передача о том, как грамотно одеваться, исходя из возможностей. Это тоже было бы интересно. И очень мало таких вещей можно услышать и прочитать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я думаю, что Елена мне не даст соврать, но опять же есть такая теория, что человек, которому, условно говоря, исполнилось 25 лет, в дальнейшем его облик зависит в большей степени от его мозгов даже, чем кошелька. Потому что человек с нормально развитыми мозгами к этому моменту начинает понимать, что ему хорошо, а что ему плохо.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Я не знаю насчет теории 25 лет, может быть, вы и правы. Мне кажется, человек в известной мере развивается всю свою жизнь, если у него есть мозги, как вы сказали. Поэтому и совершенствуется. Мы видим, скажем, люди очень почтенного возраста мне приходит на ум Сергей Васильевич Комаров, профессор ВГИКа известнейший, уже давно отпраздновал свое 90-летие, по-прежнему читает лекции, выступает по телевидению как историк кино. Как он прекрасно одевается. Хотя я не знаю, следует ли он последней моде. Но его облик это облик модного человека. Что с этим сделаешь? Это природное. Мне кажется, чем больше было бы таких людей, тем было бы лучше, 25 лет им или гораздо больше.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Дело в том, что до некоторых наших потребителей просто не доходит информация о наших новых тенденциях, а не все то, что представлено в магазинах, имеет смысл воспринимать как моду сегодняшнего дня. Тут просто нужно грамотно построить промоушен марок, которые, действительно, достойны того, чтобы воспитывать вкус потребителя.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Опять же, в каждом направлении есть свою степень абсурда. Если посмотреть, скажем, работы театрального художника Севрюковой, то там корсет. Красиво до одурения. Насчет удобства, гигиеничности, целесообразности этого предмета можно спорить еще одну такую передачу. Где найти такую золотую середину между красотой и целесообразностью? Понятно, что в сегодняшней жизни хочется успеть на оба поезда.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Между красотой и целесообразностью? Тогда нужно обсуждать, что такое мода.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Мода это же игра, извините. Правда же? Это же важнейшая вещь.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Конечно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Была же история, когда наши солдаты привозили из Германии после войны нижнее белье, а их жены надевали это нижнее белье как праздничное платье.

Н. ПОКРОВСКИЙ: Это известная такая то ли правда, то ни неправда.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Я думаю, что вполне.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Итак, образование, менеджмент, перенимание зарубежного опыта. Что еще я забыла?

Н. ПОКРОВСКИЙ: Культура.

Е. ИЛЬИЧЕВА: Развитие индустрии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: На этом месте вынуждены поставить многоточие.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" были Е.лена Ильичева, художник-модельер, кандидат технических наук в области теории моделирования одежды, генеральный директор медиа-ресурса о моде "Fashion-look", и Никита Покровский, доктор социологических наук, профессор Государственного университета Высшей школы экономики.