Окончание сезона паводков в Центральной части России; прогноз паводковой ситуации в Сибири и на Дальнем Востоке; программы помощи чернобы - Сергей Шойгу - Интервью - 2001-05-10

10 мая 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Сергей Шойгу - министр РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, лидер партии "Единство".

Эфир ведет Алексей Венедиктов.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Добрый день, Сергей. Я думаю, сначала Вы хотели бы, могли бы поздравить, правда, с прошедшими праздниками. Такая возможность у Вас сейчас есть. Тем более, что и Ваши родственники воевали, и мои.

С. ШОЙГУ - Да. Я это делаю с удовольствием, и, безусловно, поздравляю всех тех, кто воевал, кто обеспечивал эту победу в тылу, своих родственников, которые, к сожалению, сегодня находятся за рубежом, это на Украине. Часть могил погибших родственников там и осталась. Я думаю, что у нас будет возможность побывать и там. В любом случае с праздником всех. Я считаю, это самый светлый, самый чистый праздник. И абсолютно согласен с президентом, мало какой народ и мало какая страна может иметь такие праздники и гордиться ими.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Напомню, наш пейджер 974-22-22 для "Эхо Москвы". Напомню, что там, где есть некие затопления, есть тоже пейджер. Из Тюмени 46-68-08 для "Эхо Москвы" и в Челябинске 97-20-20 для "Эхо Москвы". В СПБ еще нет затопления, но там тоже есть свой пейджер, 118-33-33. Начнем мы все-таки сегодня с другого события. Сегодня ночью пришла информация о том, что загорелся Центр управления космической связи, уже потеряна связь с четырьмя военными спутниками, осуществляющими некие военные функции. Что Вы, как министр по чрезвычайным ситуациям, можете про это сказать, и какова сейчас ситуация?

С. ШОЙГУ - То, что касается оценки работы самой группировки, я думаю, об этом лучше скажут специалисты. А то, что сейчас происходит в настоящее время там открытого огня нет. Идет нечто подобное тому, что было на Останкино, тление кабеля, медленное горение. Работает 16 пожарных расчетов, 4 отряда спасателей, 50 человек. Пока мы не можем говорить о локализации, туда подтягиваются дополнительные средства. Вышли сейчас две большие цистерны из Москвы с пенообразователем плюс одна цистерна вышла из Калуги. То есть принимаются все необходимые меры для локализации этого пожара.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Это что, настолько серьезный пожар? Может быть, там нет таких ступеней? Вы говорите, как на Останкинской башне, я аж содрогнулся.

С. ШОЙГУ - То, что касается серьезности, тут речь не о серьезности пожара, а о серьезности объекта, скорее. Если бы аналогичное происходило в каком-нибудь ларьке на остановке автобусной, это один разговор. Когда пожар происходит на таких объектах, это всегда серьезно.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Теперь МЧС придется и космической связью заниматься? Чем вы еще не занимались?

С. ШОЙГУ - То, что касается космической связи, я считаю, что в нашей стране прекрасные специалисты, и в том числе в космической отрасли. Я не думаю, что это может стать сферой нашей деятельности.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Командующий космическими войсками недавно заявил, что потеряна связь с четырьмя спутниками. Наверное, есть запасные пункты, наверное, должно быть переключение?

С. ШОЙГУ - Насколько я знаю, в этом же заявлении он сказал и о том, что в данный момент идет работа по переключению управления группировкой на другие пункты управления.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Сергей, за время Вашего министерства, за 10 лет, это первый такой серьезный случай на связи с космосом?

С. ШОЙГУ - Нет, если говорить о самом пожаре, то он, конечно, не первый. А что касается связи с космосом, первый.

А. ВЕНЕДИКТОВ - После того как случился пожар на Останкинской башне, и Вы, и другие специалисты, и президент, если мне не изменяет память, говорили о том, что это не конец техногенных катастроф. Нужно ли делать вывод из того, что может быть обычный пожар, может быть обычная причина пожара, самовозгорание, что-то еще, что нужно просто все обновлять, все менять? Какие выводы из того, что на таких объектах идет пожар, который до сих пор не локализован?

С. ШОЙГУ - Безусловно, выводы надо делать, это касается и в том числе безопасности страны, безопасности соседей, и не только соседей. И я абсолютно уверен в том, что такие выводы будут сделаны. А то, что касается наших предложений, направлений, если говорить о такой категории объектов, то те, кто делал и создавал подобные вещи до нас, были далеко неглупыми людьми, и создавались помимо этого дополнительные системы блокировки, замены, то есть дублирующие системы создавались. Естественно, я не думаю, что тут какая-то серьезная угроза у нас есть. Другое дело, что сегодня при создании уже по новым технологиям новых объектов нам, безусловно, надо учитывать и сегодняшние события, и тот опыт, который был приобретен до нас. Им нельзя пренебрегать, что, кстати сказать, во многих областях, краях делается зачастую.

А. ВЕНЕДИКТОВ - И последний вопрос, может быть, по этой теме, поскольку пока новая информация не поступает. Я сразу должен сказать нашим слушателям, что Сергей Кожугетович буквально за 10 минут до эфира связывался, получал последнюю информацию оттуда. Сложнейший объект сложнейшей электронной связи, там все, что угодно, и уж извините, вульгарный пожар, который приостанавливает действие этого объекта, как бы разноуровневые явления. Можно ли предусмотреть защиту подобных сложнейших объектов от случайностей?

С. ШОЙГУ - В общем, да. Я абсолютно уверен в том, что сегодня то отставание, которое у нас накопилось за это время в части предупредительных мероприятий, конечно, должно быть в самые короткие сроки наверстано.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вторая проблема, ради которой мы не подгадывали, естественно, к этому пожару. Но вторая проблема, о которой мы, может быть, слишком мало говорим - это то, что происходит, прежде всего, на Урале. Я знаю, что недавно, в начале мая, Вы встречались с полпредом в Уральском округе. Видимо, проблемы наводнения, паводков продолжают быть?

С. ШОЙГУ - Нам удалось, к счастью, начиная с 97 года, перевести эту работу в плановый режим. Сегодня мы начали готовиться к паводкам заранее. Такая подготовка началась в правительстве еще в феврале. Был проведен ряд совещаний у премьер-министра, приняты постановления правительства, были образованы, организованы на самых сложных направлениях оперативные группы, были сосредоточены силы, топливо, взрывчатка, люди, спасатели, военная авиация. Были привлечены все те, кто необходим для того, чтобы нам наиболее безболезненно пропустить этот паводок.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Пропустили?

С. ШОЙГУ - Я просто несколько слов скажу о тех силах, которые привлечены к этой работе. Это по всей стране примерно 220 тыс. человек, более 15 тыс. единиц техники, это почти 100 воздушных судов разного класса, начиная от вертолетов и заканчивая авиацией для бомбометания.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Бомбометания?

С. ШОЙГУ - Да. Это 16 ледокольных судов, которые занимались предварительным расколом льдов у мостов и других инженерных сооружений. Такая огромная работа, которую мы начали проводить в начале апреля, пилили лед, взрывали. На сегодняшний день только взрывчатки истрачено по европейской части, по северам и по Уралу почти 80 тонн. Применялись и минометы, и авиационные бомбы. Вся эта работа продолжается и двигается на северо-восток, в том направлении. В Курганской области было отсыпано 180 тыс. кубометров грунта на дамбы, что помогло избежать возможных паводков. А сама ситуация, естественно, предполагала довольно существенные изменения в паводковой обстановке в стране.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Это была чрезвычайная ситуация?

С. ШОЙГУ - Это как раз пример того, что и в таких сложных условиях, при повторяемости таких событий, какие были у нас в эту зиму (раз в 70 лет бывает), можно спроектировать и провести все превентивные мероприятия. Естественно, если они не помогут, тогда она уже перейдет в разряд чрезвычайных. Сегодня у нас подтопленными остаются... подтопленными, не затопленными. Это не катастрофично.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Подтопленными?

С. ШОЙГУ - Да. Скажем, находится частично в воде в целом по стране 4300 домов, в которых проживает порядка 16 тыс. человек. Естественно, всем им предоставлена возможность по эвакуации. Желание эвакуироваться изъявили около 1000 человек и все они эвакуированы. Большая работа по выводу из зон затопления сельскохозяйственных животных, по вывозу оттуда кормов. То есть это большой комплекс работ, в котором принимали участие 17 министерств и ведомств. Это та работа, которую проводит правительство.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы довольны этой работой?

С. ШОЙГУ - Все, что касается нашей работы, тут слово "доволен" неприменимо. Я бы сказал, удовлетворен.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Еще один вопрос. Этот вопрос к нам приходил на пейджер. Вы министр по чрезвычайным ситуациям, Вы знаете, сейчас в Думе идет проект по ввозу и переработке отработанных ядерных отходов. И наши язвительные слушатели вопрошали, не станет ли это объектом пристального внимания, (если в том виде, в каком закон идет), вашего министерства. Как Вы вообще относитесь к этому проекту закона и к этой проблеме?

С. ШОЙГУ - Что касается того, будет закон, или не будет закона, - это всегда было, есть и будет зоной нашего внимания. Всегда. Потому что все, что касается отходов, у нас эти хранилища были, они у нас есть. Еще с учетом долгоживучести всего того, что туда сливается, это, естественно, я думаю, на долгие-долгие годы. Это то, что касается наших, безусловно. То, что касается занятия этим, - да, мы занимались этими объектами. Был ряд случаев достаточно серьезных. Но это все связано с хранилищами отходов на территории Чеченской республики. Мы проводили там 4 крупных больших операции по локализации этих источников, по их захоронению. Более того, семеро граждан в 96 году предпринимали очень отчаянную попытку продать один из источников за 25 тыс. долларов, кажется. И результат этого - четверо погибли, а троих мы вывезли оттуда, и они были госпитализированы. К сожалению, все они остались инвалидами.

А. ВЕНЕДИКТОВ - А сейчас (я не могу пройти мимо этого) на территории Чеченской республики есть ли проблема с бывшими или нынешними хранилищами ядерных отходов? Есть ли там вообще хранилища?

С. ШОЙГУ - Вы знаете, ну

А. ВЕНЕДИКТОВ - Ну, если правду?

С. ШОЙГУ - Я думаю, что проблем особых нет, потому что все эти объекты, безусловно, охраняются. В прошлом году мы провели большую работу по сбору и может быть, уже в третий раз захоронению всего этого. Но это обустроенные хранилища, которые были сделаны еще в 70-е годы, туда свозились источники из промышленности. И все, что менялось, свозилось туда. Конечно, эту работу надо делать.

-

А. ВЕНЕДИКТОВ - На пейджер пришел вопрос, на который нет ответа у меня. Вопрос от Ирины Петровны: "Слышала, что организуется молодежное МЧС. Если это так, то это здорово". Вопрос Сергею Шойгу: так ли это, и здорово ли это?

С. ШОЙГУ - Во-первых, так, но называется это не "молодежное МЧС", а студенческие спасательные отряды. И они сегодня организованы практически по всей стране. Точнее, мы их начали организовывать по всей стране, есть уже такие отряды во многих университетах, институтах, академиях. И это, безусловно, нас радует, и мы будем продолжать это делать. Все это происходит на абсолютно добровольной основе. Обязательным, естественно, становится обучение, аттестация и после обучения допуск к ликвидации чрезвычайных ситуаций, допуск в зону чрезвычайных ситуаций.

А. ВЕНЕДИКТОВ - То есть это некий стажер? Учебный центр, что ли?

С. ШОЙГУ - Учиться в учебных центрах, да. А организация таких отрядов - это идея студенчества, и мы поддержали эту идею как таковую. И мы провели не так давно учредительный съезд этого молодежного движения студенческих спасательных отрядов. И там, естественно, возник вопрос, как помните старое: "партия, дай порулить?" И тут, "а когда мы сможем?" Оттуда возникла эта необходимость обучать их. Это мы будем делать без всякой платы. И обучать будем, и помогать в оснащении. Это, мы считаем, очень серьезное подспорье для наших спасательных отрядов.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Еще было несколько вопросов, и от Марины, и от Вики. Эта история в Белом море, где гибнут 200 тысяч белых тюленей. Вопрос такой: "Вы не можете принять участие в их спасении?"

С. ШОЙГУ - Мы сейчас рассматриваем этот вопрос. У нас в первую очередь... что мы рассматриваем, чтобы понятно было, потому что я сам, когда являюсь радиослушателем, когда говорят "рассматривается вопрос" или "взял на контроль". Что значит "рассматривается"? Это мы смотрим, каким образом и по какой технологии мы сможем заняться этим. Потому что это надо задействовать авиацию или флот, но в любом случае, если у нас есть на то технологии и возможности, мы этим будем заниматься.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вопрос от Виктора Анатольевича Телегина. "Скажите пожалуйста " Кстати, Вы недавно говорили про три федеральные программы помощи чернобыльцам. Виктор Анатольевич спрашивает: "Когда чернобыльцам-инвалидам как военнослужащим выдадут вторую пенсию? Указом президента должны дать вторую пенсию, до сих пор нет пенсии. Где и у кого искать?" Указом президента 15.02, 15 февраля, наверное.

С. ШОЙГУ - Вторую пенсию?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Так написано, я Вам читаю просто.

С. ШОЙГУ - Что касается вообще законодательства по Чернобылю, если говорить точнее, то законодательства, касающегося участников всех радиационных катастроф, то это законодательство постоянно совершенствуется, над ним идет постоянная работа. То, что касается трех программ, они действительно есть, они действительно работают. Первая - это сам по себе основной закон по всем, не только ликвидаторам-чернобыльцам, но и тем, кто попал в эту зону в семи областях. Вторая - это программа, которая касается непосредственно ликвидаторов, "Жилье ликвидаторам". Третья программа - это программа "Дети Чернобыля", большая программа, где речь идет о ранней диагностике, в случае выявления каких-то заболеваний своевременное вмешательство. То, что касается второй пенсии, наверное, речь идет о выплате компенсации за утрату здоровья, скорее всего. Такой закон принят. И он начнет действовать в соответствии с указом президента в самое ближайшее время.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы не могли бы сказать, если Вы знаете, где чернобыльцы могут узнать о своих правах? В конкретном случае о конкретных правах? Есть ли какой-то центр?

С. ШОЙГУ - Безусловно. В каждой области и каждом городе есть наши подразделения, наши службы. Главное управление, управления. Они могут все справки получить там.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Еще один вопрос от Алексея Константиновича из Москвы. "В настоящее время в мире активно используются машины с дистанционным управлением для разминирования. Планирует ли МЧС закупку подобных машин для ликвидации минных полей в Чечне?" Кстати, недавно была информация о том, что огромное число людей калечится в Чечне именно на минных полях, которых остались там.

С. ШОЙГУ - Во-первых, машины с дистанционным управлением в нашем ведомстве применяются с 95 года. Второе, мы создаем большую группу инженерных машин с дистанционным управлением для химических радиационных катастроф, чтобы минимизировать участие человека в этих вещах. Третье направление: мы, естественно, внимательно смотрим за развитием подобного рода техники в мире, и предполагаем в самое ближайшее время последние образцы техники для площадного разминирования. Чтобы было понятно, что речь идет не об индивидуальных минах, а о площадном разминировании. Конечно, нам хотелось бы, чтобы такая техника была создана у нас, техника с минимальным воздействием на человека, дистанционным управлением. И этим занимаемся. В дополнение должен сказать, что мы уже в течение трех лет занимаемся разминированием в Хорватии, Боснии, Герцеговине, в настоящий момент наши отряды работают на разминированием в Косово.

А. ВЕНЕДИКТОВ - И все-таки я вернулся бы сейчас к Чечне. Насколько действительно сейчас разминирование и наличие минных полей - это проблема для Чечни?

С. ШОЙГУ - В любом случае любое минное поле в любом месте, в Чечне или в каком-то другом регионе - это всегда проблема. То, что касается Чеченской республики, там есть две категории минных полей. Первая - это те поля, на которых есть и карты минных полей, то есть про них все известно, и там можно нормально и спокойно работать. Есть минные поля, о которых ничего и никому неизвестно. Или уже нет тех людей, которые устраивали эти минные поля, или они есть, но они уже не помнят, в каком порядке и до какого места все это делалось. Такие поля как раз представляют очень серьезную угрозу. И тут, конечно, еще и еще раз приходится вспомнить о конвенции запрещения противопехотных мин.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы лично поддерживаете эту конвенцию?

С. ШОЙГУ - Я как министр по чрезвычайным ситуациям, который занимается подобными вещами, - да, конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я просто знаю, что есть и другие точки зрения в российском правительстве, потому что это очень выгодная продажа, пехотных мин, производство...

С. ШОЙГУ - Вы спросили меня лично, я ответил Вам лично. Не как министр, как человек, который считает, что не только противопехотные мины надо ликвидировать, но и многие другие вещи, которые угрожают жизни человека, которые, так или иначе, несут в себе угрозу не только сегодняшнего дня. Ведь огромное количество территорий в мире, на которых уже десятки лет мины, никаких вопросов не возникает, но минная опасность остается. Последний такой случай - это вывод войск с территории Ливана и оставшиеся минные поля.

А. ВЕНЕДИКТОВ - И там остались минные поля?

С. ШОЙГУ - Безусловно. И сейчас мы ведем подготовку вместе с нашими испанскими коллегами саперов из Ливана, которые займутся этим делом.

А. ВЕНЕДИКТОВ - На сегодняшний день какая главная проблема у вашего министерства, какое первое досье наверху на Вашем столе, кроме оперативного, сегодняшней истории с пожаром?

С. ШОЙГУ - Первое - это паводки сейчас.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Все-таки остаются?

С. ШОЙГУ - Да, безусловно. Мы идем на северо-восток, у нас еще не вскрылась Лена, у нас еще Камчатка, весь север Сахалина, Хабаровский край, еще на Амуре не все прошло. То есть это довольно большая работа. На втором месте сейчас лесные пожары, их довольно много уже появилось. И такая накладка у нас на Дальнем Востоке. Там еще не все вскрылись, и одновременно с этим уже пошли площадные пожары. Третья работа, которая лежит наверху постоянно - это работа в Чеченской республике по оказанию помощи и по многим другим направлениям. А четвертое - это наше реагирование за рубежом, тендеры, которые мы выиграли. Это и тендер по тушению лесных пожаров в Греции. И большая работа сейчас идет в Монголии, очень большая работа. Мы с учетом огромного падежа скота, с учетом появления там заболеваний животных...

А. ВЕНЕДИКТОВ - Ящура?

С. ШОЙГУ - Да.

А. ВЕНЕДИКТОВ - В Монголии уже?

С. ШОЙГУ - В Монголии. Буквально послезавтра у нас отбывает туда борт с вакцинами против ящура. Туда уже ушло три конвоя с кормами из Иркутской и Читинской областей.

А. ВЕНЕДИКТОВ - То есть от космоса и до ящура?

С. ШОЙГУ - В общем, почти да.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Спасибо, успеха Вам в этих работах.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Сергей Шойгу - министр РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, лидер партии "Единство".