Социальная реклама - Валентина Присяжнюк, Борис Грачевский - Интервью - 2001-04-12

12 апреля 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Валентина Присяжнюк, депутат Мосгордумы, координатор межведомственного и межрегионального взаимодействия в области охраны здоровья, и Борис Грачевский, режиссер, автор социальных роликов.

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сегодня в нашей дискуссии принимают участие Валентина Присяжнюк, депутат Московской городской думы, координатор межведомственного и межрегионального взаимодействия в области охраны здоровья. Добрый вечер.

В.ПРИСЯЖНЮК: Добрый вечер.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И Борис Грачевский, режиссер. И я бы не хотела следующую характеристику давать через запятую автор серии социальных роликов.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Давайте все-таки вспомним, что я художественный руководитель журнала "Ералаш". Но будем говорить о другом, поэтому здравствуйте я Борис Грачевский.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Добрый вечер, уважаемые гости. И тема, которую нам предстоит сегодня с вами обсудить это тема социальной рекламы. Скажите, пожалуйста, насколько человеческие взаимоотношения нуждаются в некоем рекламировании? Все микрофоны включены, перебивать друг друга можно.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Давайте, во-первых, поясним зрителям, что меня сюда позвали, потому что я сделал вместе со своим коллективом и, в первую очередь, со своим соавтором Валентином Хавенко большой блок социальной рекламы, который прошел по всем каналам и потихонечку показывается еще и сейчас. Если позволите, сразу же отвечу. Наверняка нужно по двум причинам. Первая причина: зрители начинают злиться на рекламу на прокладки, жвачки. У меня это все в голове уже соединяется вместе перхоть на деснах и катышки на бровях. Не хорошо все-таки социальные клипы, ролики, коротенькие фильмы называть рекламой, они дают небольшой дух. Как правило, они призывают только к хорошему. Они могут быть сделаны хорошо, талантливо, могут быть сделаны неталантливо, плохо, грубо и неинтересно, но если вас с экрана призывают перестать ругаться и подумать о детях, что в этом плохого? Например, тема предостережения о поведении детей. Этой темы вообще не касались у нас в стране. Всякие маньяки, которые появляются Мы сделали ролик, и в это время в Барнауле произошли неприятности со взрослыми девочками и так далее. Поэтому мне кажется, что это нужно людям. Если вы видели, у меня есть такой клип панорама по вчерашней пьянке. В конце стола сидит крохотный ребенок. Я лично его изобрел, и этот ролик стоил огромных энергетических сил и затрат. Но я знаю, что он очень сильно "бьет". Хоть меня и обвиняют, что я пугаю, но чтобы достучаться, надо делать или смешно, или очень жестко.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Очень много вопросов, но я бы хотела сначала предоставить слово Валентине Ивановне.

В.ПРИСЯЖНЮК: Во-первых, я думала, что у меня сегодня будет оппонент, но когда я шла сейчас на этот эфир и внизу увидела Бориса Грачевского Я такая поклонница, я преклоняюсь перед его талантом! "Ералаш" мои любимые фильмы, и я должна сказать, что некоторые сюжеты "Ералаша" могут служить

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Готовыми законопроектами.

В.ПРИСЯЖНЮК: Это само собой, конечно, без законотворчества невозможно. Это готовые социальные клипы. Ведь реклама необязательно должна идти как реклама, которую мы сейчас видим. Реклама это информация, и она может быть подана в любой форме, в любом виде, в том числе, и как сюжет любимого нашего юмористического журнала.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Я должен сказать, что за 26 лет мы всегда призывали только к хорошему. Мы никогда в жизни ничему плохому не учили, никогда слово "блин" не звучало с экрана "Ералаша" и никогда не будет. Я даже придумал сюжет, где этот "блин" мы специально разыграли.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Кстати, Вы обещали рассказать неприличный анекдот, но это попозже.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Наоборот, приличный. Я как раз с него и начну. Два грузина. Один второму говорит: "Вот ты идешь, и на тебя медведь. Что делать будешь?" Второй говорит: "Беру ружье, стреляю. Бах! И убиваю". Первый говорит: "Нет ружья". "Как нет ружья?" Первый отвечает: "Не взял. Что делать будешь?" - "Беру кинжал. Бах!". "Нет кинжала". "Как нет кинжала? У джигита нет кинжала?" "Жена не дала". "Тогда беру корягу. Бах!" "Нет коряги". Тот говорит: "Слушай, ты за кого - за меня или за медведя?" Так вот, вы за кого?

В.ПРИСЯЖНЮК: Поэтому нужна социальная реклама. Социальная реклама должна быть востребована обществом и государством, потому что социальная реклама отражает интересы общества и государства. Это, кстати, прописано и в федеральном законе о рекламе, это имеется и в распоряжении мэра Москвы.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Валентина Ивановна, я бы тогда присоединилась к Борису Грачевскому и слово "реклама" убрала бы.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Оно действительно нехорошее.

В.ПРИСЯЖНЮК: Я полностью с этим согласна.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте их обозначим "социальные ролики". Сразу возникает несколько вопросов. Вопрос первый: в такой ситуации должны ли социальные ролики выходить в эфир, скажем, на телевидении вне блоков рекламы или они должны оставаться в блоках рекламы?

В.ПРИСЯЖНЮК: Нателла, вообще по любой рекламе можно судить о политике государства. Посмотрел рекламу и видишь главные цели государства. Например, повышение авторитета отечественного производителя задача, которая сегодня стоит. Есть у нас в этом плане социальные ролики, социальные клипы? Что заложено в этих клипах? Что сегодня волнует наше общество? Демографический кризис. То есть, две проблемы повышение экономики и демографический кризис. Ничего не выйдет с повышением экономики, если будет некому поднимать эту экономику. Это две насущные основные задачи. И, конечно, главное - отношение общества к детям, старикам и инвалидам то, что вообще является приоритетным в любом цивилизованном обществе.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я возвращаюсь к вопросу: отдельно или вместе с рекламой пускать социальные ролики?

В.ПРИСЯЖНЮК: Здесь совсем не обязательно, чтобы они были в противовесе к той рекламе, которая идет. Важно, чтобы эти социальные ролики имели прайм-тайм. Что толку, когда показывают после двенадцати, когда воспитывать некого?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Я согласен. Я еще бы хотел сказать, что факт присутствия этих роликов в блоках рекламы только упрощает им задачу. Они становятся более доступными.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Еще вопрос. Я как-то беседовала с директором одного из рекламных институтов, и она объясняла, что существуют некие технические приемы, которые позволяют эти рекламные ролики сделать максимально эффективными. Думаю, не мне вам объяснять, о чем идет речь. Как вы полагаете, снимая социальные ролики, можно ли использовать наработки рекламы коммерческой, или это разные вещи, и имеет смысл как-то дистанцироваться от этого?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Должен сказать, что в этой работе нам очень помог многолетний опыт работы с детьми, работы именно внутри журнала. Ведь наши работы совсем не похожи на рекламу, у нас маленькое кино, которое требует колоссального внимания и колоссальной заботы. Как миниатюра, как камея там все видно мгновенно. Вот я сегодня просидел и два часа никак не мог поймать, что мне бьет по глазу - потом поймал. Это очень сложный вопрос. Как раз какой-то части рекламного опыта помогла именно эта работа. Но я всегда против так называемых рекламных штампов. Они идут от двух вещей. Во-первых, они чаще всего идут от беспомощности людей, которые в этой профессии. Они монтируют не бог весть как, и это потом село за стиль. А я стараюсь делать ролики кинематографичнее. Но, тем не менее, такая увеличительная форма нестандартных ракурсов, которыми мы здесь мало пользовались, она помогает встряхнуть людей.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Тогда такой вопрос. Опять же из рекламного прошлого этот эпизод я наблюдала собственными глазами. К рекламисту приходит человек и говорит: "Мне надо продать (условно говоря) 10 ящиков пива". Тот отвечает: "Пожалуйста. С Вас столько-то". На что тот говорит: "А сколько нужно заплатить, чтобы продать все?" Положа руку на сердце, скажите, пожалуйста, верите ли вы в то, что человек, скажем, сильно пьющий, посмотрев социальный ролик, именно благодаря этому ролику начнет задумываться и изменится?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Должен сказать, что есть несколько клипов, которые не могут оставить равнодушными никого. Собственно говоря, мы вместе с Валентином Хавенко для этого их и делали. Вряд ли мы сможем нездорового человека, маньяка, изменить, но это другое предостережение. По поводу пьянства и наркомании, я думаю, что какая-то часть. Как говорят: одного вытащим, и это уже плюс.

В.ПРИСЯЖНЮК: Я думаю, здесь проблема в том, что социальные ролики делать тяжелее, чем коммерческие. Во-первых, материально любая политика, а социальные ролики это политика государственная. В социальных роликах всегда есть элемент воспитания, и эти ролики не должны быть направлены только на маньяков и преступников.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Валентина Ивановна, простите великодушно. С моей зрительской точки зрения сюжет "Ералаша" может воспитать больше, чем декларирующий социальный ролик.

В.ПРИСЯЖНЮК: Я согласна. Именно так и должна подаваться социальная информация.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: А если это делает один и тот же человек, может быть, мы их соединим? Когда на нас неожиданно налетели, я вдруг понял беспомощность любого произведения искусства. Один скажет: "Это ужасно и чудовищно", и все начнут говорить "да". Если бы я поставил какой-нибудь спортивный рекорд, никто бы не смог сказать, что это не рекорд. А любой предмет искусства, а реклама тоже является предметом искусства Одни говорят одно, другие другое. Но должен сказать, что большая часть людей, когда узнавала, что эти клипы делали мы, всегда благодарили нас за них. Мы работали почти полгода, сочиняя, вылизывая, собирая. Я переслушал огромное количество классической музыки, чтобы все соответствовало, но никто не понимает, что там звучит Гуно-Бах Ave Maria, и что это играет лучший скрипач в мире. Но это музыка такой красоты, поэтому даже самый простой клип, где на белой стене в окне два ребенка, не может не затронуть. Вчера, например, у журналистки из "Учительской газеты" просто полились слезы, и мне, честно говоря, это было приятно, потому что я этого и добивался. Мне на НТВ говорили, что все время звонят и говорят: "Отдайте нам этого ребенка. Мы его берем". Это было два образа, созданных артистами-детьми. Мы их долго отбирали.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Уважаемые радиослушатели, ответьте, пожалуйста, как вы считаете, результативны ли социальные ролики, результативна ли социальная реклама? Для тех, кто считает "да, результаты есть", телефон для голосования 995-81-21. Для тех, кто полагает, что результата нет, телефон 995-81-22. А существуют ли тайные законодательные тропы, Валентина Ивановна, которыми государство должно социальные ролики поддерживать? Видите, я не произносила слово "реклама".

В.ПРИСЯЖНЮК: Тропы есть и весьма серьезные. Нужна только политическая воля власть предержащих.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А она есть?

В.ПРИСЯЖНЮК: К счастью, у нас талантливый постановщик этих социальных клипов. Он создает шедевры, которые, действительно, обществом востребованы.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Перестаньте меня хвалить в моем присутствии.

В.ПРИСЯЖНЮК: Но вся беда в том, что их мало. А деньги? Если не будет этой воли дать деньги для социальной рекламы и купить время

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я о социальном заказе. Однажды очень известный советский поэт получил социальный заказ. Знаете, о ком я говорю - "нигде кроме, как в Моссельпроме". Скажите, пожалуйста, как на ваш взгляд, власть должна формулировать этот самый заказ? А, может быть, не власть, а кто-то другой?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Это две разные вещи. Есть социальный заказ, и мы его делаем. На самом деле, их много выходит, разных. Мы сделали четыре сверх, потому что нас распирало. Вы бы видели глаза наших сотрудников как они работали!

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Может быть, я привела неточный пример. Ведь бывают ситуации, когда социальный заказ режима не соответствует реальности. Бывает такое, правда?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Вполне может быть.

В.ПРИСЯЖНЮК: Вполне, и даже есть примеры. Вы помните, как только развалился Союз, вдруг пошла реклама в виде лубочных картинок колхозница, рабочий и так далее. Но не для этого разваливали Союз, чтобы вернуть колхозницу и рабочего на свое место. Нужна была другая реклама, которая, конечно, определенные ценности должна была сохранить, потому что это основной массой общества отвергалось, и эти социальные ролики и клипы не работали. Об этом тоже надо думать.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вам заказывалась идея или конкретное выражение?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Вы знаете, у нас был очень свободный заказ. Нам сказали, что мы должны сделать и все. Частично они предлагали, но совсем мало подразделы все уже работали мы, и все сценарии были нашими. Некоторые сценарии были, о которых они даже не подозревали, и они были приняты с интересом. Например, по поводу истории каждого человека, истории семьи, по поводу того, что мы страна, непомнящая родства. Мы все время ломаем памятники: сначала мы ломали царей, потом мы ломали этих, теперь мы бьем то. Но так жили люди они жили, они влюблялись, обнимались, целовались - и у них были настоящие чувства. Я смотрю старорежимные фильмы и думаю: какие же гениальные люди, которые в таких узких шорах создавали просто шедевры. Какая была музыка, какие стихи! В одном из роликов как раз звучит музыка Мокроусова я дружил с его сынам, и видел этого великого человека "Снова замерло все до рассвета". Она звучит как память, когда ребенок из грамоты своей бабушки делает голубя, пускает его, и этот голубь падает в лужу. Для меня это является очень мощным образом.

В.ПРИСЯЖНЮК: То есть, этот социальный ролик высвечивает проблему общества и государства. И социальный заказ государства на такие социальные ролики просто обязан был быть, но это все должно было быть правильно сформулировано. Должен быть заказ, и эти социальные ролики должны обязательно идти по государственным каналам.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: У нас закончился опрос. За несколько минут нам позвонило 327 человек. Каких вы ждете результатов?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Я совершенно в растерянности.

В.ПРИСЯЖНЮК: Я, как всегда, оптимист. Мне очень хочется услышать "да".

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Сколько в процентном соотношении?

В.ПРИСЯЖНЮК: Я думаю, 60 на 40.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: 52 процента считают, что эта реклама результативна. А теперь о творческом процессе.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Нет, я хочу сказать не о творческом процессе. Как же каналам не хочется показывать эти ролики! Ведь они же бесплатные. Пока январь был полупустой, они их показывали теперь все. Они показывают ролики для детей в такую глухую ночь, что это просто глупая затея. Зимой показывали, что не надо купаться в неположенных местах, хотя ролик явно сделан специально для лета, и так далее. Некоторые каналы вообще ничего не показали я не хочу тыкать пальцем, но всяко было. Я это к тому, что вы не думайте, что все каналы спят и видят: "Господи, как хорошо!" И я их понимаю.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть, можно ли говорить о том, что должен быть закон о том, что на каждом вещающем канале какой-то процент времени должен быть отведен под эти социальные ролики?

В.ПРИСЯЖНЮК: Да, пока общество к этому не готово, особенно власть, должен быть этот закон. Я понимаю частные каналы. Но, по крайней мере, государственный канал должен это делать. Он обязан это делать, это государственная политика. Вот мы сейчас говорим о рекламе пива и табака, и все они жалуются на то, что чиновники вымогатели. Но ведь они своей безудержной рекламой и невложением денег в социальную рекламу сами формируют общество, в котором они же, товаропроизводители, живут. Пока они сами не научатся формировать общество и цивилизованно жить в этом обществе

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А не очень ли Вы оптимистичны? Стоит ли такая задача, в формировании общества? "Жаль только жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе".

В.ПРИСЯЖНЮК: Будем, если мы все вместе постараемся. "Возьмемся за руки друзья, чтобы не пропасть поодиночке". Мне в свое время преподаватель русского языка в школе говорила: "Валентина как всегда: "да здравствует солнце, да скроется тьма!" Я до сих пор оптимист.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: А я злобный оптимист. Я даже придумал про себя девиз: "я хожу по солнечной стороне жизни".

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Давайте вернемся к нашим проблемам. Скажите, пожалуйста, как вы считаете, какие проблемы можно решить с помощью социальных роликов?

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Социальные ролики, как и искусство вообще, не могут ничего и никак. Это же невозможно. Даже, если человека сажают в тюрьму, нет гарантии, что он выйдет исправленным. Но возбуждать тему в разговоре очень важно. Раньше у нас кинематограф практически был социальной рекламой. Много было фильмов о правильных рабочих, и так далее. И было и настоящее искусство среди этого.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И бегущий герой всегда успевал на поезд, который уходил. Спасибо за это советскому кинематографу от меня лично.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Это во всем мире, должен Вам сказать. Это как раз их формула, они вообще делали счастливое кино это потом уже началась всякая гадость у них, в американском кинематографе. А вообще их знаменитое клише "Ты сделал это!"

В.ПРИСЯЖНЮК: Отвечая на Ваш вопрос, Нателла, я бы сказала, что социальная реклама формирует общественные ценности. Вот сейчас мы говорим о престиже армии - краткий пример. Мы говорим о контрактной армии, но кто пойдет, когда нет авторитета у армии. Жириновский совсем недавно внес закон в Госдуму (правда, проект не был принят к рассмотрению) о том, что должны военнослужащие в армии иметь время для свидания со своими любимыми с девушками, со своими молодыми женами и так далее. Даже преступнику гарантировано свидание по определенной норме: раз в год, раз в полгода, раз в полтора, два года. Мы говорим сегодня о демографическом кризисе, о том, что надо этот вопрос как-то решать. Так почему же не предоставить такую возможность людям, служащим в армии? Должна быть социальная реклама.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Считайте это социальным заказом.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Я готов.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я так понимаю, что сейчас Ваш собеседник пулей помчится снимать ролики на эту тему.

В.ПРИСЯЖНЮК: Я думаю, что это будет красивый ролик.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Меня, как инвалида войны второй группы это был достаточно известный 1968 год... Но я не об этом. Меня всегда потрясало, насколько в армии унижают личность вообще, как таковую. Это меня всегда огорчало. Речь идет даже не о дедовщине, она только начиналась, а об унижении личности вообще, как факта. И школа меня тоже всегда огорчает. Я считаю, что надо прислушиваться к каждому ребенку. Например, если он лихо кидает на шестой этаж камень и разбивает стекло, в этом что-то есть.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А судьи кто? Но это тема для отдельной передачи.

Б.ГРАЧЕВСКИЙ: Я буду всегда рад поговорить.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Борис Грачевский, художественный руководитель "Ералаша", автор серии социальных роликов, и депутат Московской городской думы Валентина Присяжнюк в прямом эфире "Эха Москвы".