Арест С. Милошевича, перспектива его выдачи Гаагскому трибуналу; взаимоотношения Югославии и Запада. - Борислав Милошевич - Интервью - 2001-04-03

3 апреля 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Борислав Милошевич, брат Слободана Милошевича, бывший посол Югославии в Москве.

Эфир ведет Владимир Варфоломеев

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Арест Вашего брата, бывшего президента СРЮ, стал главной политической международной новостью последних дней. Для членов семьи Милошевича, судя по тем событиям, которые развивались в его резиденции в Белграде, план нынешних властей Югославии арестовать бывшего президента оказался полной неожиданностью. Судя по тому, что Слободан Милошевич никуда не уезжал из республики, продолжал активную деятельность, он не ожидал такого развития событий, такого поворота, что он может быть арестован. Это действительно так?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я точно не ожидал и думаю, что и он не ожидал. Вообще, события начали ускоряться в конце марта по возвращении премьер-министра Сербии из Вашингтона и после всяких известных американских ультиматумов о выдаче в трибунал, аресте до 31 марта. И все происшедшие события именно указывают на такую связь, очень прочную связь этого давления извне с ходами югославских властей. Во-первых, очень скоростным способом 30-31 марта сформулировано это обвинение, издан ордер и попытка задержать президента. Первая не удалась, там была какая-то перестрелка, были какие-то насильственные методы. Но западные агентства, BBC, допустим, уже сообщали в пятницу вечером, что он арестован. А он только на следующее утро.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Действительно ли Слободан Милошевич был готов сопротивляться аресту, что называется, до последнего? В некоторых сообщениях печати рассказывалось, что он якобы сказал: "Живым я не сдамся".

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я видел эти сообщения. Я не могу сказать. Я не думаю, чтобы он так эмоционально говорил. Это не похоже на него, он человек рациональный и держит себя в руках. Но я об этом не могу судить компетентно. Только сам факт его сдачи после нормального разговора, переговоров с компетентными людьми или человеком, я не знаю, он спокойно поехал в тюрьму.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Может быть, тот факт, что Слободан Милошевич сдался властям, свидетельствует о том, что он не чувствует никакой поддержки в югославском обществе и что все те люди, которые, скажем, еще полгода назад его поддерживали, - а таких людей было еще больше год назад, когда Слободан Милошевич был полноправным правителем Югославии? Сейчас такой поддержки уже нет, ему не на кого опереться в республике, и поэтому какое-либо сопротивление он счел абсолютно бесполезным?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Не думаю, что он чувствует, что не на кого опереться. Там есть. Недавно за него голосовало почти 70 % избирателей, они не пропали. И если этот корпус уменьшился, то он не исчез. Сама партия, конечно, здорово ослабла, и были даже попытки ее как-то изолировать и уничтожить, Социалистическую партию Сербии, лидером которой он является. Но я думаю, что все-таки в стране Милошевич пользуется большой поддержкой. И этот арест, я думаю, только укрепит его авторитет и его позиции. Во-первых, от ареста народу лучше и легче не станет. Во-вторых, эта связь, которая видна невооруженным глазом между диктатом внешних факторов и арестом Слободана Милошевича, разъедает суверенитет страны, и это показывает плохое лицо правящих там людей, потому что повиноваться приказам и получать за это какие-то деньги Во-первых, г-н Пауэлл дал отсрочку 2 дня до понедельника, потом американцы дали обещанные 50 миллионов и теперь, судя по серьезной прессе, кредит 260 миллионов Международного валютного фонда. Ну, пожалуйста, суди сами, это знают в Югославии. И если какой-то краткосрочный интерес, чтобы жизненный уровень, который опускается, деградируется экономическая и социальная ситуация в стране это тоже видно невооруженным глазом, - ожидается новый скачок цен. И так далее. Может быть, эти деньги временно помогут. Но, долгосрочно говоря, я думаю, что власти сделали проигрышный шаг. От этого такую занозу они будут чувствовать долго. Я думаю, что и личность Милошевича, и поддержка ему и в стране, и за рубежом, будет возрастать. Видите, в России уже некоторые лидеры, партии приглашают, апеллируют, обращаются к международной поддержке. Я бы сказал, официальная реакция невмешательство во внутренние дела, я ее полностью понимаю. Россия имеет интерес сотрудничать с Югославией, с новой властью. Но помимо некоторых политиков, которые клеймят Милошевича, что от них ожидается, очень маститые, авторитетные люди, как, скажем, Селезнев, Гуров, это фракция "Единство", Райков, это лидер фракции "Народный депутат", Зюганов также, его обращение. И я вижу, что и на местах, и в части газет. Даже мне один там процитировал такую симпатичную эпиграмму. Интересует вас?

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Да.

Б. МИЛОШЕВИЧ: Милошевич взят под арест,

Но этот позорнейший жест

Предпринял судебный чинуша

По злому велению Буша.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Насколько мы знаем из сообщений прессы, сейчас практически все обвинения, которые выдвигаются в адрес Слободана Милошевича, касаются неких финансовых злоупотреблений в те годы, когда он руководил страной. Вам что-нибудь известно, может быть, о каких-то фактах, или Вы считаете, что, по Вашим данным, никаких криминальных действий Слободан Милошевич не совершал?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я уверен, что он не совершал криминальные действия. Я не там нахожусь и могу просто процитировать его адвоката, это очень известный юрист и адвокат югославский, г-н Тома Фила, который говорит, что это обвинение очень липовое, скажем.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть, никаких доказательств у властей нет?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Там говорят, что он якобы созвал собрание одного заместителя премьер-министра, другого премьер-министра, директора таможни, чтобы деньги таможни не попадали в бюджет, а шли на какие-то другие действия, на помощь Социалистической партии, на помощь службе безопасности, на содействие по квартирам для некоторых людей и т. д. Это пусть разбираются. Я не думаю, что там есть что-то серьезное.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Наш слушатель Николай Николаевич, который воспользовался эфирным пейджером, спрашивает: "Были ли какие-либо угрозы в адрес семьи бывшего президента Югославии? Не угрожает ли ей какая-либо опасность?" Насколько мы знаем, жена Слободана Милошевича, а также его дочь по-прежнему находятся в Белграде, правда, неизвестна судьба сына Марко, который, по некоторым данным находится где-то здесь, в России.

Б. МИЛОШЕВИЧ: Да, они находятся в Белграде, моя невестка и дочка Слободана Милошевича Мария. Я думаю, что им не грозит непосредственная опасность, хотя все это можно организовать. И вообще, опасность Милошевичу грозила. Там была охрана, и его защищали его охрана и военные отчасти, с тех пор, когда он не был больше президентом. Что касается сына, я уверен, что он не в России.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Почему, как Вы думаете, Слободан Милошевич вместе с членами семьи не покинул Югославию? Вы сказали в начале беседы, что, наверное, он не знал, что готовится его арест, но общее настроение ведь можно было почувствовать.

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я, честно говоря, не могу это сказать. Знаете, сейчас этот арест мотивируется, объясняется, чтобы ему не позволить защищаться из собственного дома, со свободы, говорят, что есть две причины, и первая из них, что он может покинуть страну. Я думаю, что это прост нонсенс, что просто такая причина, которая совершенно несерьезная. Он не будет, естественно, покидать страну. Это очень просто проконтролировать. Как он? Бороду, усы приклеит? Или какой-то фальшивый паспорт? Как он может покинуть страну? Это вообще несерьезный довод. Поэтому я считаю, что он человек, который все-таки в возрасте, не скажу, что старый, но ему 60 лет, и ему можно позволить защищаться со свободы, как это и делается в цивилизованных условиях.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Накануне некоторые югославские издания, в частности, "Политика", сообщили о том, что Слободан Милошевич готовил чуть ли не военный переворот, намеченный на середину апреля, и именно для этого накапливал силы сторонников, мог опираться, например, на начальника генерального штаба вооруженных сил Югославии, который, как пишет пресса, является его ставленником, человеком, которого он назначил. На Ваш взгляд, насколько реальны эти предположения, насколько соответствует действительности, что Слободан Милошевич мог готовить в Югославии переворот?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Это все смехотворно вообще. Это теперь додумываются некоторые, поскольку нашли там какое-то оружие в его резиденции после обыска. Там была военная часть, там были Я не знаю, что было, но говорят, что целый арсенал. И еще какой-то человек из Соцпартии грозил, что он будет готовить какой-то путч или восстание, я не знаю. Все это несерьезно. Что касается начальника Генштаба, то он же после 5 октября почти 6 месяцев оставался начальником Генштаба. Почему не убрали раньше, если это ставленник Милошевича? Он стал начальником Генштаба при Милошевиче, это верно. Но он и сейчас действующий начальник Генерального штаба. Если его не уважает власть и нынешний президент, он бы им давно не был. Я не знаю вообще.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Но в целом, Вы напомнили, что на последних выборах за Слободана Милошевича проголосовала подавляющая часть населения страны. В этой связи, на Ваш взгляд, сейчас, весной 2001 года, в Югославии есть реальные условия для того, чтобы сменить власть, чтобы вместо Коштуницы республикой руководил кто-то совсем другой?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я об этом судить не могу, тем более, в прессе. Но я уверен, что, если недавно за Милошевича голосовало 70 % избирательного корпуса, то они точно все не за то, чтобы его арестовать. Это первое. Я думаю, что Социалистическая партия как оппозиционная сила в данный момент не может брать власть. Там есть и другие партии: радикальная партия, партия "Народное единство" и т. д., тоже оппозиционные. Они тоже не без поддержки, это довольно сильные партии. Но по сравнению с правящими, по числу депутатов, по местам в правительстве нового демократического блока, они прочно сидят у власти, как я понимаю, но сами они между собой могут передраться.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Вопрос нашего слушателя Григория обращен к Вам лично и касается Вашей судьбы как ближайшего родственника Слободана Милошевича: "А по какой причине Вы продолжаете находиться в Москве? Срок вашей работы на посту чрезвычайного полномочного посла Югославии закончился несколько месяцев назад".

Б. МИЛОШЕВИЧ: Да, я это несколько раз говорил. Мой сын студент МГУ, он на 5-м курсе, он сдал уже свою дипломную работу, допущен к защите, потом будет у него государственный экзамен. Пока это все не пройдет, мы останемся здесь. Нельзя ломать молодому человеку судьбу из-за ничего.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть, речь не о том, что Вы боитесь вернуться в Югославию?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Нет, не об этом речь идет.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: И когда закончатся экзамены у Вашего сына, вы вернетесь на родину?

Б. МИЛОШЕВИЧ: По всей вероятности. Но знаете, там еще возможность работы мне закрыта в государственной службе.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Почему?

Б. МИЛОШЕВИЧ: А что я могу работать в государственной службе? Пойти на пенсию. А в хозяйстве, в каком-то предприятии лучше здесь работать, потому что я и до того, как был назначен послом, уже 4 года здесь работал главой представительства крупной фирмы, у меня здесь есть и деловые связи. И некоторый опыт, и некоторые знания и об этом рынке, и о других. Я должен тоже жить еще.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Скажите, а Вас что, на родине внесли в некий "черный список"?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Нет.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Почему Вы сказали, что не сможете найти работу?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я не сказал, что я не могу найти работу вообще, а именно на государственной службе. Что я буду делать? Этой власти я абсолютно не нужен. Что я могу делать?

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Как бы Вы оценили позицию Москвы в связи с теми последними событиями, которые произошли в Югославии? Официальный Кремль, МИД заявляют, что арест Слободана Милошевича это исключительно внутреннее дело Югославии, и Москва не собирается его комментировать. Это многим представляется несколько странным, учитывая, что на протяжении долгих лет именно Слободан Милошевич считался одним из наиболее близких друзей, если можно употребить это слово относительно к "большой" политике, или, скажем, одним из самых близких союзников России?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Видите ли, Владимир, Россия всегда неоднозначна. Вы сказали об официальной позиции. Я ее понимаю. Я даже вначале сказал, чем это мотивировано. Правда, когда Драшкович был арестован несколько лет назад, тогда не было заявлений, что это внутреннее дело Югославии, а все европейские государственные мужи, которые сегодня аплодируют аресту Милошевича, тогда гневно протестовали, требуя освобождения г-на Драшковича, даже супруга французского президента, г-жа Даниэль Миттеран, поехала в Белград добиваться его освобождения. Но это другой вопрос. Я вообще, честно говоря, доволен реагированием России. Очень ответственные, крупные, авторитетные в России личности я о некоторых упоминал: Геннадий Иванович Райков, Геннадий Николаевич Селезнев, Геннадий Андреевич Зюганов, г-н Гуров и пр. они поддерживают это. Даже пресса. Есть некоторая пресса, которая злорадствует, но она не в большинстве. Я уверен, что даже те правые силы, они тоже сторонники невыдачи Слободана Милошевича в Гаагу.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Кстати, как Вы считаете, Коштуница все-таки выдаст его международному трибуналу или нет?

Б. МИЛОШЕВИЧ: Я не думаю. Г-н Коштуница, по его заявлениям до сих пор, по его реагированию, - был схвачен один боснийский военный, который жил в Югославии, и в наручниках он быстро был экспедирован, экстрадирован в Гаагу, - президент принял дистанцию, он даже осудил этот акт, если можно так говорить, я не хочу его толковать. Но он вел себя принципиально, вообще, задал вопрос, кто это решает, человеку не дали возможность защититься и т. д. Значит, есть там разные центры влияния, я это знаю, и это всем известно, что в Югославии есть те политики и те государственные мужи, которые хотят выдать Милошевича Карле дель Понте, и знаю, что есть те, кто этому противится. Я уверен, что среди таких и президент Коштуница.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: В заключение беседы такое небольшое пожелание от нашей слушательницы Елены: "Русские люди желают Вам и вашей семье благополучия и доброго разрешения всех проблем. Того же мы желаем и для югославского народа". Спасибо Вам за участие в нашей программе.

Б. МИЛОШЕВИЧ: Спасибо, Владимир, спасибо Елене. Спасибо.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Борислав Милошевич, брат Слободана Милошевича, бывший посол Югославии в Москве.