Частная собственность на землю - Василий Узун, Евгения Серова - Интервью - 2001-02-13

13 февраля 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Евгения Серова, доктор экономических наук, профессор, завкафедры прикладной микроэкономики ГУ-ВШЭ, и Василий Узун, доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института аграрных проблем и информатики.

Ведущая эфира Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Добрый вечер!

Е. СЕРОВА - Добрый вечер!

В. УЗУН - Здравствуйте!

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И тема, которую мы сегодня обсуждаем, тема болезненная, актуальная - это частная собственность на землю. Кто из вас - за, кто из вас - против? Или вы все - за?

Е. СЕРОВА - Трудно найти противников частной собственности на землю в стране.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А вы в Госдуму заходить не пробовали?

Е. СЕРОВА - Ну, это заповедник в этом смысле. И то в Госдуме меньшинство тех, кто против.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но есть?

Е. СЕРОВА - Есть.

В. УЗУН - В стране много людей, которые против частной собственности. Вопрос дискутируется уже 300 лет. Особенно последние 100 лет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Понимаете, какая штука? Дело в том, что ведь если вспомнить нашу историю 20 века, то вовремя и элегантно сформулированный лозунг "Фабрики, заводы - крестьянам", он, получается, сослужил в этом плане весьма скверную службу. Как бы никто так и не понял, что имели ввиду товарищи большевики, да, но вот все, противники, во всяком случае, крутятся именно вокруг этого лозунга, да?

Е. СЕРОВА - Ну, как бы землю крестьянам так не отдали большевики в любом случае, даже в 1917 году, даже в декрете о земле земля крестьянам не попала, она была продекларирована божьей и ничьей. Ну, а уж в коллективизацию отобрали и все оставшиеся права на землю, какие были.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ну, так и что делать с ней сейчас?

В. УЗУН - С 1990 года процесс передачи государственных земель в частную собственность идет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Был ельцинский указ...

В. УЗУН - Ну, почему? Было сначала еще решение Верховного совета РСФСР, поправки к конституции еще в 1990 году. Потом был закон о земельной реформе, закон о крестьянском хозяйстве, земельный кодекс, которые продекларировали и даже определили порядок, как передавать землю. Указы только организовывали этот процесс, т.е. ставились рамки, кто, что должен конкретно делать, а законодательство было принято, в котором предусматривалась передача земли в собственность крестьянам.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Хорошо, давайте попробуем сформулировать вопрос так: что, на ваш взгляд, профессионалов, сегодня можно сделать с целью удовлетворить максимальное число граждан России?

Е. СЕРОВА - Ну, а так, по-моему, вопрос не стоит. Что значит - удовлетворить максимальное число граждан России? Вы имеете ввиду, в смысле земли?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Да.

Е. СЕРОВА - В смысле земли, каждый будет удовлетворен по окончанию земной жизни, в этом смысле максимальное количество, 100% будет удовлетворено. Вопрос стоит-то совсем по-другому сегодня. Сегодня в сельском хозяйстве процентов 70 земель приватизировано, вот то, что Василий Кимович сказал. Вопрос в том, что плохо прописан механизм оборота этой земли. Земля должна уходить от плохого хозяина и приходить к хорошему. Для того, чтобы это происходило, должен быть нормальный закон. Государство должно это отслеживать, должно контролировать. Вот, мы уже перед эфиром обсудили вопрос, вот, квартиры продаются и покупаются, но случаются такие неприятности, когда ребенка без квартиры оставили или стариков на улицу выбросили. Чтобы такого не случалось с землей, нужно, чтобы это все государство... Отсюда не следует, что нужно запретить куплю-продажу квартир, надо просто хорошо регулировать. Вот, в сельском хозяйстве пока с этим плохо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Да, но скажите, каким образом законодательно сегодня можно отличить зерна от плевел в том плане, что существует, там, Х, который является добросовестным хозяйственником, который сам обрабатывает землю и на ней работает и, вроде как, имеет моральное право на собственность, а существует еще и У, который, не знаю, дает землю в рост и как-то с ее помощью осуществляет не самые кристально честные с точки зрения закона сделки. Так вот, существует ли сегодня возможность как-то законодательно отличить одного от другого?

Е. СЕРОВА - Ну, законодательно, по-моему, вообще вопрос не стоит, определять хорошего хозяина. Хорошего хозяина определяет экономика. Т.е. если вы получаете с этой земли прибыль, вы уже хороший хозяин. И мне кажется, что тоже вот немножко у нас замифологизировано сознание, я не знаю, Василий Кимович, возможно, не согласится в этой связи со мной, но я считаю, что не обязательно быть хорошим хозяином и самому работать на этой земле. Вы работаете на хозяина, не на хозяина - на компанию, я работаю на государственный университет. Мы все работаем на кого-то, и почему-то в городе это не считается зазорным. А в деревне почему-то считается. Это сразу называется батрачество.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И все-таки, как же с вашей точки зрения должен выглядеть закон о земле?

В. УЗУН - Нужно принять земельный кодекс и определить общие правила игры в стране. Дело в том, что сейчас за эти 10 лет дискуссий, 20 регионов решили, что у них будет частная собственность на землю, приняли свои региональные законы, разрешили куплю-продажу, 15 регионов решили, что у нас не будет частной собственности на землю, и там через референдумы, через другие решения установлено, что люди не могут получить землю в собственность. Остальные - в колебаниях, в какую сторону податься. Вот нужно людям ясно сказать: либо будет федеральный закон, который определит порядок по всей стране, любо будет федеральный закон, который определит, что единого порядка нет. Вот, есть какие-то вопросы, которые решаются на федеральном уровне, дальше регионы решают сами. Там люди тоже знают условия, они могут сорентироваться, пусть они решают. Но это нужно сделать. До тех пор, пока это не сделано, все в сомнениях, в раздумьях. Даже вот, крестьянам надо было выдать свидетельство на их земельные доли - некоторые до сих пор держат эти свидетельства в шкафах, не отдают, потому что они не знают, чем кончится спор, то ли разрешат, то ли не разрешат.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Сказу вопрос на пейджер: "Я покупаю жилье, городскую квартиру, я уверен, что через мой дом не пройдет в следующем году автомагистраль. Как с этим вопросом будет с землей, купленной в частную собственность?"

Е. СЕРОВА - Во-первых, хочу сказать, что такой уверенности ни у кого из нас нет. Да, еще можно позавидовать гражданину, который так уверен в том, что... Завтра этот дом будут сносить, потому что, к примеру, что-то случилось на этой территории, нужно строить какие-то общегородские службы или что-то. Компенсируют. Вот, при строительстве Дмитровского шоссе в Подмосковье, помните, была громкая история, когда гражданин не разрешал, т.е. ему не могли предоставить нормальную замену тому дому, который он имеет, и вот строительство было заморожено на год.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но с точки зрения закона, это ведь правильно.

Е. СЕРОВА - Да, так должно быть, но сейчас это не регулируется. Вот, с квартирой регулируется, а с землей регулируется плохо. Я бы хотела, если можно, с Василием Кимовичем поспорить в одном вопросе. Я все-таки считаю, что не должно быть такого, что разрешено каким-то регионам запрещать частную собственность на землю.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Т.е. закон должен быть един?

Е. СЕРОВА - Я считаю, что должен быть един. Другое дело, что у нас есть особые условия, здесь спорить трудно, в каждом регионе - свои условия. Ну, допустим, мораторий на сделки с землей. Пусть будет частная собственность, но мы, допустим, в регионах, которые не готовы к введению сегодня частной собственности, мы все знаем, какие это регионы, пусть они докажут перед федеральным законодательным собранием о том, что действительно у них такие условия, и будет введен мораторий. Есть не регионы, а территории народов Севера, которые ведут там общинное оленеводство, там в принципе невозможна частная собственность - это будет как бы подрыв базы существования этих народов. Значит, на этих территориях просто вводится особый режим. Но покуда мы - единая страна, мы должны иметь единый общий закон. С какими-то отдельными условиями земельного режима в разных регионах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Хорошо, ваши аргументы понятны. Василий Кимович, а ваши аргументы каковы? Вы что предпочитаете в это время суток - единый федеральный закон или возможность регионов самим решать свою судьбу в плане собственности на землю?

В. УЗУН - Я думаю, что в едином законе все прописать совершенно невозможно. Все равно придется оставлять часть вопросов на усмотрение регионов. Да и предыдущее законодательство тоже предусматривало то же самое. Ну, например, ограничена площадь земли, которую крестьянское хозяйство может иметь в собственности. Но сколько можно иметь, каждый регион решил сам. В Московской области - 30 га, там, в Волгоградской - 50 га, где-то 80, где-то даже 200 есть. Сами решили. И это разумно, потому что это зависит от каких-то местных условий. Поэтому все равно придется уступать или разрешать, по каким-то вопросам принимать местные решения. Другой вопрос, насколько кардинальны будут эти вопросы. Можно ли отдавать на откуп регионам сам вопрос о частной собственности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но сразу возникает такой вопрос. Ведь исходя из сказанного вами, исходя из сказанного вашей собеседницей, получается, что не может быть такой ситуации, чтобы, скажем, какой-то постулат, не знаю, уголовно-процессуального кодекса трактуется, условно говоря, в Рязани одним способом, а в Туле - другим способом. Что же касается ситуации, о которой говорите вы, то получается, что в зависимости от идеологических воззрений, к примеру, губернатора или от голосования на последних выборах людей, что само по себе является гражданским правом, но не законом, от этого зависит, как будет строится законодательство в той или иной области. И в данной ситуации получится, что это даст достаточно широкий простор для манипуляций. Я не права?

Е. СЕРОВА - Я думаю, что мы все говорим об одном и том же, просто надо как бы разделить. Есть вопросы принципиальные, т.е. разрешена частная собственность или нет - вот этот вопрос, мне кажется, не должен быть отдан на откуп регионального законодательства.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но тогда почему в Рязани, условно говоря, я имею право, а в Туле не имею?

Е. СЕРОВА - Да, т.е. вот этого не должно быть на территории одной страны. Но есть вопросы...В Туле, допустим, надо решить вопрос: есть природно-культурный заповедник - это вот Ясная Поляна. Вот, решите режим земель Ясной Поляны, к примеру. Это не вопрос федерального законодательства. Хотя, может быть, и федерального, Ясная Поляна. Но есть режимы земельного пользования, которые региональные. Кстати, сегодняшние те 20 законов, о которых Василий Кимович упоминал, в них ничего нет вот о таких вещах, т.е. они не детализируют это до такого уровня, чтобы они должны делать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А не кажется ли вам, что коль скоро законы не детализируют вот до такой степени правила пользования...

Е. СЕРОВА - Региональные, вы имеете ввиду?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Да, то в такой ситуации, опять же, возникает широкий простор для манипуляций на частном, на местном уровне?

В. УЗУН - Мы живем в федеративном государстве. Каждый субъект - это самостоятельное, да, образование, поэтому если им ничего не разрешено, то зачем мы назвали их субъектами федерации? И в уголовно-процессуальном кодексе, кстати сказать, я не специалист, не разбираюсь, но в советские времена, допустим, перечень преступлений и мера наказаний по каждой республике были свои, уточнения по каждому вопросу. Поэтому и в этом вопросе возможны в субъектах федерации какие-то отклонения. А тем более, вопроса о земле.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ведь существует такая вещь как конституционные права граждан. И коль скоро одним из такого рода прав гипотетически может являться право собственности на землю, то опять-таки возникает правовое неравенство в регионах одного и того же государства, правильно? Что вы, в Рязани, можете, а я в Туле не могу. Это неправильно.

В. УЗУН - Я - за то, чтобы разрешить частную собственность на всей территории. Вопрос не обо мне. Вопрос в том, что земельные проблемы по конституции в совместном ведении находятся федерации и субъекта.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Т.о., надо регламентировать степень совместной деятельности федерации и субъекта?

В. УЗУН - Да, да. Надо разделить полномочия, разделить землю еще, что в федеральной собственности, что в региональной, что в муниципальной. Т.е. это некоторый круг проблем. Мы как бы уходим от основного вопроса, который сейчас есть - это вопрос о том, как сделать, чтобы земля использовалась рационально.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я предлагаю этот вопрос обсудить после новостей.

НОВОСТИ.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Напомню, что продолжается дискуссия по поводу частной собственности на землю. Вопрос, который мы сегодня будем обсуждать с помощью компьютера, звучит так: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22. Напомню, что для москвичей это голосование бесплатно. Василий Кимович, мы вам прервали буквально на полуслове в вопросе регламентации наших порядков. Только очень коротко, пожалуйста, вот эти несколько минут, пока мы голосуем.

В. УЗУН - В старые времена землю давали в вечное пользование, при социализме. Предполагалось, что предприятия, все будет существовать вечно. Вот, в рыночной экономике ничего вечного нет. Все меняется. Одни работают хорошо и расширяются, другие плохо, должны сокращаться. И в соответствии с этим должен меняться пользователь или собственник земли. А сейчас половина сельхозпредприятий работают плохо, но землю держат. От них она не уходит, она просто зарастает, она просто не используется. И нужны механизмы, как она будет переходить к тем, кто работает хорошо, у кого есть деньги, у кого есть трактора, удобрения, кто может ее использовать, дать людям работу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Напомню вопрос, который мы обсуждаем: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22. Евгения Викторовна, ваш комментарий?

Е. СЕРОВА - Ну, здесь комментировать трудно, т.е. действительно, мы просто сделали из этой частной собственности фетиш. Вот, частная собственность! Она не является ни пропуском в клуб цивилизованный стран, ни что-то еще. Это именно механизм, который позволяет перейти земле в эффективные руки. Этот процесс, кстати, идет, особенно после кризиса, когда сельское хозяйство стало эффективным, процесс пошел. Но т.к. он регулируется плохо, то всякие злоупотребления здесь возможны. И государство этого просто не видит. Когда мы говорим, что надо запретить этот оборот, он все равно будет идти, потому что жизнь толкает к нему. Но мы, запретив, встаем в позицию страуса, который воткнул голову в песок. Жизнь идет, а мы на нее смотрим хвостом.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Напомню вопрос, который мы обсуждаем: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22. Скажите, как вы считаете, на нашей с вами памяти этот вопрос будет решен или надежды мало?

Е. СЕРОВА - Я абсолютно уверена, что вопрос этот нескольких лет, т.е. он будет уже решен. С моей точки зрения, политэкономия вопросов здесь очень проста: если есть экономические силы в обществе, которым это нужно, то вопрос будет решен. Сегодня такие силы есть. Поэтому никакие партии, выступающие против или отдельные личности, выступающие против, остановить этот процесс уже не смогут.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Напомню вопрос, который мы обсуждаем: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22. Василий Кимович, ваши аргументы на счет того, при чьей жизни будет решен?

В. УЗУН - Есть давление предпринимателей, эффективных хозяев. Допустим, птицефабрика работает хорошо. У нее нет земли. Она хочет иметь эту землю, она может ее обработать. И она берет, обращается к соседним крестьянам, просит их отдать в аренду свои земельные доли. И набирает 10-15 тысяч га земли, вкладывает деньги, использует эту землю. По-моему, это нормальный процесс. Но в последний год активно пошел в аграрный сектор предприниматель за пределами сельского хозяйства, те, которые накопили деньги в нефтяном бизнесе, в других видах деятельности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Напомню вопрос, который мы обсуждаем: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22.

В. УЗУН - Поэтому в любом случае этот переход будет осуществляться. Другой вопрос, что если мы протянем еще 5 лет, то зарастет еще там несколько миллионов га земли, не будет пахаться, использоваться эта земля. Если законодатель примет свое решение быстрее, то этот оборот отрегулируется и станет легальным, будет идти нормально, и переход этот будет осуществляться быстрее. Но надо еще иметь ввиду, сейчас, когда все запрещено или все не ясно, идет нелегальный оборот, идет распродажа земли теми, кому она даже не принадлежит, или государственной земли - чиновниками, руководители хозяйств отдельных продают ту землю, которая принадлежит его работникам - это явление тоже имеет место в стране. И чем дальше, чем больше этих процессов, тем упорнее сопротивление тому, чтобы признать законные права крестьян, чтобы они могли своей землей распоряжаться так, как они считают нужным.

Н. БОЛТЯНСКАЯ -Завершается голосование на наших волнах. Напомню вопрос, который мы обсуждаем: вы за или против частной собственности на землю? Если - за, звоните 995-81-21, если против - 995-81-22. Но ведь сколько времени не могу сформулировать вопрос для референдума по земле?

Е. СЕРОВА - Впервые на моей памяти, с Василием Кимовичем мы вместе в команде были, Горбачев к нам обратился, в академию сельскохозяйственных наук в 1988 году с просьбой сформулировать вопрос.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Тринадцатый год идет, да?

Е. СЕРОВА - Да. И этот вопрос сформулировать нельзя.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Не то, что решить - сформулировать не можем, да?

Е. СЕРОВА - Ну, он из неформулируемых вопросов.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ну вот, пока мы тут с вами так мило беседовали, наше голосование завершено. И могу вам сообщить, что за несколько минут нам позвонило 1025 человек. Каких вы ждете результатов в процентном соотношении? Кого больше, за или против?

Е. СЕРОВА - Ну, т.к. я думаю, что основная ваша аудитория - городская, то я думаю, что процентов 70 за.

В. УЗУН - Я согласен.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - 66% позвонивших за частную собственность на землю и 34% против. Давайте попробуем аргументировать за тех, кто против.

Е. СЕРОВА - Есть набор стандартных аргументов, я бы даже назвала их не аргументов, а страхи, стандартные страхи. Вообще Россия - это нация, мыслящая символами. Вот, первый аргумент, который обычно приводят: земля - мать родная, мать не продают. На это всегда хочется сказать - а пашут? Мать можно пахать? Второе - придут богатые денежные мешки, купят землю, и мы будем на них батрачить. Я уже в начале говорила, что батрачить - это какое-то вот слово, негативный почему-то оттенок несет. Третье, что может быть еще, тоже идеологический аргумент: земля - божья и ничья, не торгуют этим как бы. И последний аргумент, но я думаю, что эти люди не звонят на радио - те, кто торгует землей, как сказал Василий Кимович, чужой землей торгует получает сегодня доходы...

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но в данной ситуации это не то, чтобы оценка излишняя - мы с вами не можем оценить людей, которые анонимно звонят.

Е. СЕРОВА - Естественно, но эти люди не заинтересованы в легальном обороте земли, потому что они как бы получают сейчас ренту из своего положения.

В. УЗУН - Ну, я думаю, что если у человека есть земля, и спросить его - ты за то, чтобы государство тебе запретило распоряжаться ею, в том числе и продавать или за то, чтобы государство разрешило, то подавляющее большинство людей, конечно, ответили бы, что да, я не хочу, чтобы государство мне запрещало. Опасение политическое как раз состоит в том, что вот крестьяне не смогут распорядится своей землей, вот они недостаточно грамотны, недостаточно умны для того, чтобы распорядится. Ну, как пример - в начале эпохи приватизации квартир было такое предложение, чтобы запретить продавать квартиры, потому что жулики скупают, кого-то обманывают. Ну, примерно такое же отношение к крестьянству. И кстати, когда сейчас говорят о том, что все вопросы с землей решим в земельном кодексе, а вопрос крестьянский, касающейся сельхозугодий, оставим на потом - это та же аргументация, что вот они не могут, не смогут распорядится своей землей, принять правильное решение. Я думаю, что на самом деле, народу нужно доверять. Если ему доверили, выдали эту землю, то надо дать ему возможность распорядиться, и он найдет решение. Другое дело, когда мы говорим о покупателях, то там, да, может придти толстосум и скупить, есть примеры - 25 тысяч га земли один скупил. Вот здесь - дело законодателя отрегулировать, что можно делать, что нельзя, если купил, как ее использовать. Я полагаю, что на первых порах, пока ясности полной нет, земельный рынок еще не устоялся, можно ввести просто ограничения, так, как для крестьянских хозяйств: сказали не больше 50 в собственности - все, есть ограничение. Можно для всех ввести такие же ограничения, что не больше, и разрешить, пусть оборот идет. Ведь главный оборот будет не через куплю-продажу, главный оборот - переход земли, через аренду, наследование, другие механизмы. Купля-продажа обычно в странах, где это разрешено, 1% в год, т.е. 100 лет нужно, чтобы все обернулось. Это не главный способ, есть другие способы, которые надо задействовать.

Е. СЕРОВА - Вот я хотела просто напомнить. В советское время собственности на землю не было вообще, в СССР, как мы помним, и любые сделки с землей признавались ничтожным. Но даже те, кто сегодня выступает против частной собственности на землю, тогда покупали и продавали садовые участки, и мы помним, как это делалось. Это был развитый рынок с устойчивой ценой. Т.е. я все время продолжаю проводить ту мысль, что юридический запрет на куплю не сдерживает экономически необходимого процесса. Он, единственное, растет как трава из под асфальта, кривым, и народ приучается наплевательски относится к закону. Вот, запрет есть, а мы все равно продаем. И надо подумать, что это вот еще одно обстоятельство, по которому мы должны разрешить то, что уже идет, т.е. не запрещать. Просто воспитание правовой культуры должно быть, в том числе, и таким способом.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вот, пришел вопрос на пейджер: "Составлен ли земельный кадастр в России к настоящему времени?" - смеются! Грустно смеются.

Е. СЕРОВА - Как говорят земельные органы, составлен. Вот, мы со студентами все хотим сделать, со студентами ВШЭ хотим провести маленький опрос, надеюсь, г-н Исаев нас сейчас не слышит, чтобы он просто потом удивился.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Не надейтесь!

Е. СЕРОВА - Говорят, из кадастра можно получить без обозначения цели получения информации, просто можно получить справку о любом участке земли. Это и есть, собственно, цель кадастра. Вот мы хотим в нескольких регионах просто запросить справку, ну, о двух десятков участков. Если это окажется хотя бы в 80% случаев нормально, тогда мы сможем сказать, сто кадастр действительно работает. Если этого нет...Ну, и вообще, еще в советское время кадастр, говорили, был. Т.е. я, еще будучи студенткой, отвечала на вопрос, что у нас вот кадастр есть, он у нас как бы был.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но ведь если говорить об изменении качества и как бы квалификации той или иной земли, существуют, и об этом говорят, там, Фонд дикой природы, российское представительство, о том, что меняется статус земель. Но, наверное, нельзя говорить о том, что меняется значительно? Т.е. о каком количестве земель с меняющимся статусом с советских времен можно сегодня говорить?

Е. СЕРОВА - Но ведь кадастр, это надо понимать... Кадастр в самом простом виде - это просто земельные книги, вот, в Германии средневековой существовали, ну, не средневековой, чуть позднее, в которых записано, что вот участок от Марьина леса до Волкова логова, там, принадлежит Марье. Вот, Марья продала его в таком-то году Ивану. Иван заложил...Понимаете, там нет ничего от лукавого. А в советское время по традиции...

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вот было поле, заросло лесом. Насколько я знаю, это чуть ли не уголовное дело, нет?

В. УЗУН - Нет, в нынешних условиях...Вот если есть сельскохозяйственные угодия в пользовании или в собственности у человека, для того, чтобы поменять назначение, нужно решение аж областного руководства, там областные власти решают. Если исходить из предположения, что там сидят честные люди, то в таком случае, никто на сельскохозяйственной земле коттеджи построить не может, потому что там не разрешат это. Смена назначения земель, ну, за 10 лет мы видим, было 222 миллиона сельхозугодий, чуть сократилось, т.е. поменяли сельхозугодия в другие угодия. Но это вот с решения областных органов власти. Так, на месте, это сделать совсем непросто. Хотя - одно из опасений.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - К сожалению, на этом месте мы ставим многоточие. Напомню, что в нашей студии Евгения Серова, доктор экономических наук, профессор, завкафедры прикладной микроэкономики ГУ-ВШЭ, и Василий Узун, доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник института аграрных проблем и информатики. Спасибо вам большое!