Современная медицина - диагностические и лечебные возможности - Александр Авшалумов - Интервью - 2001-02-07

7 февраля 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" генеральный директор института кибернетической медицины Александр Авшалумов

Эфир ведет П. Журавлев

П. ЖУРАВЛЕВ: Вы знаете, Александр, честно вам скажу, с кибернетикой в жизни сталкиваться не приходилось. Единственные ассоциации это "продажная девка империализма" по истории и тост за кибернетику в фильме "Кавказская пленница". Почему в названии института, в названии клиники появилось именно это слово?

А. АВШАЛУМОВ: В прошлый раз в прямом эфире мы как раз говорили радиослушателям о том, почему именно клиника называется клиникой Московского института кибернетической медицины. Дело в том, что мы рассматриваем информационные процесс в организме человека. Не просто так, сейчас в самом авангарде идут генная терапия, терапия клонирования человека. Ведь если взять все гены человека, мы как раз получим А что такое ген? Ген это и есть заложенная в нем информация. Если взять все гены человека, то мы получим общую информацию, характерную для структуры каждого конкретного человека. Поэтому кибернетическая медицина изучает процессы приема, хранения, передачи и обработки информации и управление организмом человека.

П. ЖУРАВЛЕВ: Александр, насколько я понимаю, клиника при институте занимается, прежде всего, диагностикой.

А. АВШАЛУМОВ: Не только.

П. ЖУРАВЛЕВ: Давайте сначала начнем именно с диагностики, поскольку всем давно известно, что важно поставить правильный диагноз и выбрать правильно направление лечения, чтобы добиться успеха.

А. АВШАЛУМОВ: Безусловно. Вы задали совершенно верный вопрос. Как раз-таки именно диагностика является одной из наших самых сильнейших сторон. Российскими учеными создана принципиально новая диагностическая система. Я повторяю, она компьютеризирована, автоматизирована, при помощи аппаратного комплекса. Это не какие-то взмахи рук или что-то подобное. А новая диагностика, которая позволяет исследовать все органы организма человека на предмет функциональной активности этих органов, на предмет внутренних метаболических процессов, то есть, попросту говоря, процессов обмена веществ в данном органе. И именно этой информации как раз и не хватало медицине, чтобы сделать очень много разных открытий для того, чтобы лечить самые различные заболевания. Ведь если сравнивать эту диагностику с такими известными, как ультразвуковое исследование, компьютерная томография, магниторезонансная томография, тот там, в отличие от диагностики клеточного метаболизма, рассматривается структура: вот, смотрят и говорят форма печени, размеры печени, структура самой печени, - но никак не отвечается на вопрос, как же функционирует печень, она имеет выраженную тенденцию к снижению функциональной активности или повышению функциональной активности, или, наоборот, здесь дисфункция, то есть функция-то есть, но она неправильная. И вот как раз диагностика клеточного метаболизма именно и позволяет определить функциональный статус организма человека.

П. ЖУРАВЛЕВ: Александр, извините за такой совсем уж дилетантский вопрос. Хорошо, я приблизительно представляю себе, что такое томография, ЭКГ, анализ крови. А что в данном случае происходит в вашей системе?

А. АВШАЛУМОВ: Хороший вопрос. Это, как вы понимаете, самые высокие технологии, при помощи специального сканера, антенны, которые подносятся к тому или иному органу А мы исследуем, давайте сразу я хочу подчеркнуть это, и состояние сосудов головного мозга, и работу гипофиза, гипоталамуса, щитовидную железу, перешеек, левую, правую долю, молочные железы у женщин, сердце, желудок, поджелудочную, печень, желчный, толстый, тонкий кишечник, оба яичника и матка у женщин, предстательная железа у мужчин, мочевой пузырь, почки, надпочечник, селезенка, легкие

П. ЖУРАВЛЕВ: Ну, все основные функциональные органы.

А. АВШАЛУМОВ: Совершенно верно, то есть абсолютно все органы. И поэтому именно такое комплексное исследование позволяет нам системно посмотреть на человека как на единую открытую биологическую систему, то есть выявить те патологические взаимосвязи, выявить, в каком органе происходит сбой функциональный, насколько он выражен, степень выраженности этого сбоя, как связаны между собой те органы, в которых происходит сбой, есть ли между ними связь или нет, то есть это то, что мы и называем патологическими взаимосвязями. И очень важно нашим всем людям понять, что структура, которую исследуют все перечисленные предыдущие методы, и функция это принципиально разные вещи, и болезнь начинается с нарушения функций, а не структуры. Тогда, когда уже изменяется структура органа, когда уже идет, например, диффузное увеличение печени или диффузное изменение в щитовидной железе это уже поздняя стадия.

П. ЖУРАВЛЕВ: Да, конец процесса.

А. АВШАЛУМОВ: Ну, не конец процесса, но это уже более поздняя стадия, к которой привели как раз именно функциональные изменения. Поэтому эта диагностика, прежде всего, позволяет диагностировать заболевания на более ранних стадиях. Во-вторых, она абсолютно безопасна, она не дает никаких излучений, не надо прокладывать никаких шлангов для исследования, скажем, состояния желудочно-кишечного тракта. И, самое главное, обращаясь к самому началу вашего заболевания, при помощи сканера-антенны, который примерно устанавливается в проекции органа, этот приборный аппарат, ничего не изучая, улавливает метаболические, то есть обменные процессы в данном органе. И все выдается на компьютере, где врач анализирует и выдает уже соответствующие выводы.

П. ЖУРАВЛЕВ: Я сейчас скажу контактный телефон: 429-89-01. Александр, и, тем не менее, я хотел бы конкретизировать этот вопрос. Вы изучаете поля, химию? Что является носителем информации для этой диагностики?

А. АВШАЛУМОВ: Давайте мы еще раз остановимся на этом вопросе. Метаболические процессы в любим органе (возьмем, скажем, такой большой и важный орган, как печень) не могут исчезнуть бесследно. То есть во время метаболических процессов происходит выделение определенной энергии, а энергия выделяется, как известно, электромагнитными волнами, и, соответственно, эти электромагнитные волны и улавливает тот сканер-приемник, о котором я вам говорил. А дальше уже происходит процесс математического анализа этих волн, выделения полезного сигнала и т. д. то, что уже, думаю, не интересно нашим слушателям и относится к технической части. Но самое главное, при помощи этой диагностики удалось совершенно по-новому взглянуть на новые заболевания с совершенно новой точки зрения: на патогенез заболевания, на развитие этого заболевания. Возьмем, например, заболевания костно-мышечной системы: артриты, артрозы, полиартриты, особняком немножко стоит ревматоидный артрит, но, тем не менее. Нашими врачами выяснилось, что в основе всех этих заболеваний лежит нарушение регуляции кальция, а за кальций отвечают паращитовидные железы, которые находятся в щитовидной железе. То есть, прежде всего, у всех этих пациентов мы определяем дисфункцию щитовидной железы. И, прежде чем давать кальций, а я знаю, что все наши пациенты с костно-мышечной системой принимают кальций, - надо сначала стабилизировать и отрегулировать и прекратить потерю кальция из организма, иначе смысла большого в этом не будет. Надо обязательно выяснить, какова функциональная активность печени, потому что печень выделяет определенные ферменты, при которых кальций усваивается клетками. Надо обязательно выяснить половые стероидные гормоны, потому что эти гормоны у женщин также позволяют кальцию именно сохраниться в клетке. И если не будет сделано такой комплексной диагностики, то, соответственно, не будет и такого комплексного лечения.

П. ЖУРАВЛЕВ: Александр, правильно ли я понял, что вы говорите о некоем перевороте в медицине, что собственно одна какая-то болезнь, одно какое-то заболевание охватывает весь организм?

А. АВШАЛУМОВ: С точки зрения последнего вашего утверждения, это совершенно верно. Что касается переворота, то, конечно, об этом говорить еще рано, это очень сильные слова. Но я бы хотел сказать, что мы на своей диагностике при любых заболеваниях человека смотрим все органы в обязательном порядке, даже если у человека язва желудка, которую мы, кстати говоря, очень хорошо лечим, мы смотрим и сосуды головного мозга, и всю эндокринную систему, и непосредственно желудочно-кишечный тракт, потому что в основе этого заболевания лежат и нарушения в центральной неровной системе, и это уже доказано. И как раз-таки не только эта палочка, которая считается ответственной за язвы желудка, и американцы идут по этому пути и ставят перед собой задачу уничтожить эту палочку и нет язвы, как они утверждают. Да ничего подобного. Возникнет опять нервная ситуация, стресс, и возникнут условия, и опять вынырнет, и опять поселится в наших желудках в двенадцатиперстной кишке. Это неправильный подход. Мы за комплексную терапию.

П. ЖУРАВЛЕВ: Безусловно, комплексный подход всегда выгоден, поскольку можно определить сразу несколько направлений. И, тем не менее, скажите. Для того, чтобы выявлять какие-то патологические изменения электромагнитного поля, которое вы, грубо говоря, меряете у пациента, нужно обладать неким сравнительным эталоном. Иными словами, нужен опыт какой-то

А. АВШАЛУМОВ: Я понял ваш вопрос. Дело в том, что диагностика эта появилась не вчера, и даже не три года назад и не пять, а уже много лет назад. Идут исследования, Раньше нам эти тонкие поля не позволяла аппаратура, сейчас появилась такая аппаратура, которая относится к очень высокотехнологичной технике. И, безусловно, первым шагом было исследование пациентов с нормальной физиологией, с нормальными функциями, то есть людей, у которых все в порядке. И только после этого, когда были составлены некие эталоны, нормы и представления о норме, мы специально стали исследовать случаи с верифицированными заболеваниями, как говорят на медицинском языке, а в простонародье с уже установленным диагнозом, и поняли, в чем отличие многих коэффициентов у здорового человека и больного.

П. ЖУРАВЛЕВ: Александр, вы сказали о высоких технологиях, о колоссальных научных достижениях. Но это все довольно недешево, по идее, как мы знаем. Доступны ли ваши услуги?

А. АВШАЛУМОВ: Я думаю, что наши услуги доступны москвичам, посколькуКак вы считаете, Петр, комплексное исследование всех органов стоит в размере 3000 рублей. Если взять, скажем, магниторезонансную томографию, которая исследует один орган, и стоит это около 2000 рублей. А тут все органы, по всем органам дается письменное заключение, дается письменное заключение по всему состоянию организма, предоставляется консультация врача, а также врач дает консультации по лечению, я думаю, что эта цена вполне приемлемая.

П. ЖУРАВЛЕВ: Да, и при том, я думаю, многие люди готовы заплатить очень большие деньги за то, чтобы быть здоровыми, правда ведь?

А. АВШАЛУМОВ: Дело не в больших деньгах, а в том, что люди хотят именно попасть к тому врачу, который реально может рассказать им про их заболевание и реально может помочь. Эти вещи исключительно важны. И, на самом деле, люди прекрасно чувствуют. Я думаю, что любая аудитория изначально умна, и люди прекрасно чувствуют, кто действительно, им говорит правду, а кто

П. ЖУРАВЛЕВ: Шарлатан.

А. АВШАЛУМОВ: Я не беру уж такие сильные слова.

П. ЖУРАВЛЕВ: Несколько таких общечеловеческих вопросов. Кто к вам может прийти?

А. АВШАЛУМОВ: К нам могут обратиться любые взрослые люди и дети старше 10 лет. Меньше 10 лет мы не занимаемся. Практически со всеми заболеваниями, за исключением наркомании и психиатрии.

П. ЖУРАВЛЕВ: Сейчас мы перейдем собственно к самим заболеваниям. Но что нужно с собой приносить? Нужно приносить свою историю болезни или нет?

А. АВШАЛУМОВ: Вы знаете, по-разному происходит. Иногда люди, не доверяя, берут с собой по нашему настоянию обязательно все свои медицинские документы: анализы крови, ультразвук и все прочее. Но зачастую мы им говорим: оставьте все это у себя, мы вас попробуем установить диагноз и рассказать о состоянии вашего организма без всех этих исследований, а уж потом, когда возникнет доверие, вы сами достанете эти исследования. Потому что в медицине все-таки мелочей не бывает. Поэтому даже если когда-то, много лет назад, были сделаны какие-то анализы крови или проведен ультразвук, это довольно-таки важные вещи, и я думаю, что все этот необходимо иметь. И вообще, у наших людей должна быть культура иметь собственную папку своего здоровья, куда все исследования должны складываться.

П. ЖУРАВЛЕВ: И получается такая вещь, что человек имеет возможность и сравнить тоже?

А. АВШАЛУМОВ: Что сравнить?

П. ЖУРАВЛЕВ: Вот, он получил от вас бумажку

А. АВШАЛУМОВ: Безусловно. У нас, кстати, в 20-30 % случаев бывает, когда люди недоговаривают, приходят и говорят: сердечко побаливает, голова немножко болит. Мы понимаем, что они просто не хотят сейчас рассказывать, а хотят услышать сначала от наших врачей причины их заболеваний. Но через очень короткое время они понимают, видимо, чувствуют, что им говорят реальную ситуацию, и начинают быстро рассказывать и делиться с нами своим анамнезом, как мы говорим.

П. ЖУРАВЛЕВ: По всем вопросам приема можно обращаться по телефону 429-89-01. Теперь давайте, собственно, перейдем к главному.

А. АВШАЛУМОВ: Я не знаю, что значит главное.

П. ЖУРАВЛЕВ: Что диагностируете? С какими болезнями к вам можно обращаться?

А. АВШАЛУМОВ: Это, прежде всего, скажем, заболевания сердечно-сосудистой системы, это заболевания костно-мышечной системы, как я уже говорил, артриты, артрозы, полиартриты, ревматоидные артриты, это все заболевания, связанные со снижением иммунитета, причем, как первичном так и вторичном, когда постоянные и частые рецидивирующие воспаления, и человек вроде бы здоров, и в то же время постоянно заболевает, это любые мочеполовые инфекции, это заболевания легких, бронхиты, это бронхиальная астма, головные боли неясной этиологии, это эндокринные патологии, различные примеры эндокринной патологии с заболеваниями молочных желез у женщин, с заболеваниями головного мозга, с депрессиями, с неврозами, с заболеванием мочеполовых систем, как у мужчин, так и у женщин. Поскольку мы рассматриваем все эти вопросы в комплексе, то у нас сразу, если это женщина, то вся ее репродуктивная система, то есть мочеполовая, зависит от эндокринной системы, поэтому сразу смотрит врач-нейроэндокринолог, который является одновременно и гинекологом, и нейроэндокринологом. Если речь идет о заболеваниях печени, это очень частый, кстати, случай, когда на ультразвуке на выявляют увеличение размеров печени или каких-то других патологий, когда классические печеночные лабораторные анализы не показывают, что они выше нормы (это, скажем, билерубин), а у нас показывает выраженное нарушение метаболической активности печени, то есть нарушение клеточного обмена. И в этих случаях печень ведет за собой плохой сон, в этих случаях часто бывает ослабленный организм, ослабленный инфекцией, болит горло, в этих случаях очень часто у людей бывают частые респираторные заболевания.

П. ЖУРАВЛЕВ: Все в комплексе, разумеется. Мы же замкнутая в значительно мере система.

А. АВШАЛУМОВ: Со всеми этими заболеваниями вы можете обратиться. И я думаю, что наши врачи, во всяком случае, окажут очень грамотную консультацию и проведут очень информативную диагностику.

П. ЖУРАВЛЕВ: Александр, скажите, пожалуйста, ваша клиника, ваш институт занимается собственно лечением?

А. АВШАЛУМОВ: Да.

П. ЖУРАВЛЕВ: То есть вы не ограничиваетесь только постановкой диагноза?

А. АВШАЛУМОВ: Безусловно. Человек, получивший диагноз, может принять решение лечиться у нас, либо лечиться где-то в другом месте, либо ограничиться приемом каких-то лекарственных препаратов. У нас есть лицензия, выданная Комитетом здравоохранения Москвы. Я могу рассказать, скажем, про какую-то одну

П. ЖУРАВЛЕВ: Давайте попробуем.

А. АВШАЛУМОВ: Например, сердечно-сосудистая система. Очень частый пример, когда у человека ноет сердце, он обращается к врачу-кардиологу, ему снимают ЭКГ и на ЭКГ не обнаруживается каких-то патологических изменений. Если даже после этого назначается эхокардиограмма, то есть ультразвуковая, когда становится виден миокард, то тоже не обнаруживается никаких отклонений. Тем не менее, сердце продолжает ныть. И как же быть? И когда такие люди попадают к нам, и мы им говорим: посмотрите, у вас выраженное функциональное снижение надпочечников, выраженное функциональное снижение щитовидной железы, печени и ряда других органов, и все это дополнительной нагрузкой ложится на ваше сердце, ведь сердце единственный орган, который не может, в отличие от всех других органов, сказать: разрешите, я немножко отдохну. Сердце должно выдавать 60 сокращений в минуту во что бы то ни стало. И вот об этой дополнительной нагрузке почему-то до этого не шла речь. Видимо, не было просто таких Это не значит, что наши врачи плохие, наши врачи-то замечательные, просто до этого не было таких диагностических возможностей систем.

П. ЖУРАВЛЕВ: Они есть в институте кибернетической медицины. Но согласитесь, все-таки, что элемент недоверия остается. Ведь так не бывает: сколько лет лечатся люди, столько лет, сколько они существуют, они болеют, и вдруг

А. АВШАЛУМОВ: Я могу привести не один пример, на самом деле, когда люди приходили к нам Скажем, заболевание костно-мышечной системы. Мама привела свою дочку, которой 39 лет, у которой была удалена матка по определенным показаниям. Соответственно, начал вымываться кальций. Мама привела ее за ручку. Ушла она от нас через 20 дней лечения не просто самостоятельно, а в буквальном смысле убежала. И когда наша врач через 2 месяца примерно увидела ее на станции метро, кстати, "Белорусская", то та так проскочила мимо нее, что она не успела даже поздороваться. Такие случаи есть. Просто я не люблю рассказывать какие-то чудеса, а лучше говорить о каких-то реальных вещах, которые позволяют сделать это: и новый системный подход, и новая диагностика, и, соответственно, эта диагностика позволяет нам выработать новые методики и подходы к различным болезням, которые до этого не поддавались терапии.

А. АВШАЛУМОВ: Спасибо вам большое, Александр.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был А. Авшалумов, гендиректор института кибернетической медицины