Владимир Рыжков, Владимир Жириновский - Интервью - 2001-02-02
А. ВЕНЕДИКТОВ: Мы начинаем нашу программу "Ищем выход". У нас с Ириной Меркуловой в гостях два Владимира, третьего мы звали, Владимир Вольфович, но не пришел. Владимир Жириновский и Владимир Рыжков. Вы помните, что вчера исполнилось 70 лет Борису Ельцину. И мы, просто пользуясь этой датой, как любые журналисты, хотели бы, во-первых, подвести итоги его десятилетия и с политиками, и, прежде всего, со слушателями "Эха Москвы". А, во-вторых, нам хотелось бы, безусловно Как известно, история не учительница, она надзирательница, она ничему не учит, а лишь наказывает за незнание уроков. Мы попытаемся из этого десятилетия извлечь какие-то уроки на будущее, отсюда "Ищем выход". Прежде, чем Ирина начнет наш эфир, я напомню, что у нас сегодня работают все средства связи. Во-первых, наш пейджер уже работает: 7880088 для абонента "Эхо Москвы". Иногда он будет прерываться, потому что у нас будет три электронных голосования на тот же самый пейджер. Первое голосование у нас будет в 20.55, не упустите главного. Во-вторых, у нас будет работать телефон во второй части нашей беседы, после 21 часа: 203-19-22. Пока уже звонят телефоны, вы видите, но пока мы не будем вызывать звонки, только после 21 часа. Я думаю, у нас есть вопросы по Интернету, которые уже пришли заранее, я их приготовил. Есть кое-что и Владимиру Рыжкову, и Владимиру Жириновскому. Мы ответим на эти. Собственно говоря, и все. Владимир Рыжков, Владимир Жириновский, добрый вечер.
И. МЕРКУЛОВА: Добрый вечер. Я бы так начала наш разговор. Вы бы какую оценку Ельцину поставили за то, что он сделал?
В. РЫЖКОВ: По какой шкале? По пятибалльной?
И. МЕРКУЛОВА: По пятибалльной, конечно.
В. РЫЖКОВ: Я бы поставил тройку с плюсом.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, а вы?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Двойку с минусом.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Разрыв в полтора балла. Придется объяснять.
В. РЫЖКОВ: Не так мало для пятибалльной системы. Я что хочу сказать. Конечно, было сделано очень много драматических ошибок, очень много. В том числе, и судьба Советского Союза могла бы быть, как мне кажется, несколько иной, при более умелом подходе нашего первого президента. И, может быть, судьба парламента была бы иной, и меньше было бы коррупции в нашей стране. И, может быть, приватизация не была бы столь криминальной. Но все-таки, в главном, Ельцин провозгласил некоторые стратегические ценности, которые, на мой взгляд, делают его правление положительным. Это - свобода личности, правовое государство, демократическое устройство государства, федерализм, местное самоуправление, свобода слова. Поэтому, мне кажется, он вполне может быть в одном ряду с такими реформаторами, как Александр Второй, как Николай Второй, он продолжал дело Горбачева. Мне кажется, это все-таки было положительное правление, несмотря на все ошибки.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Полностью несогласен, потому что нужно оценивать по гражданам. Миллионы людей погибли. Как можно положительно оценивать деятельность человека?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Где миллионы погибли?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В нашей стране, начиная с 90-го года, каждый год миллион человек преждевременно уходит из жизни. Каждый день 100 человек погибают от фальшивой водки, каждый день 100 человек расстреливают в подъездах, каждый день 100 человек гибнут на дорогах. Поэтому, самое главное, - отрицательная статистика бывает в каждом государстве, - но 100 миллионов лишены родины. Почему?
А. ВЕНЕДИКТОВ: В результате распада Советского Союза, Вы это имеете в виду?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Владимир Александрович из России.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Алтайский край.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Он так и остался в России. Я, скажем, из Казахстана, я знаю, как там издеваются над русскими. Я в Грузии служил. Сделали хуже, чем немцы. При немцах, при оккупации можно было уйти в лес, создать партизанский отряд и бороться с немцами, с агрессорами. А сегодня 100 миллионов русских, над ними издеваются: школы закрыты, по-русски не говорят, не лечим, не учим, ни отдыхаем. И что делать этим людям? Поэтому самая большой беда Ельцина это разрушение государства, это был политический бандитизм в полном смысле слова. Даже сделали ночью, как бандиты это делают, и сделали в лесу, сделали далеко от столицы, в Беловежской Пуще. Вот за ту страшную ночь на 8 декабря 91-го года зачеркивается вся его положительная деятельность, которая могла бы быть как-то оценена.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, Владимир Рыжков сравнил Ельцина (коль пошли у нас исторические даты из российской истории) с Александром II. Вы бы с кем из российской истории сравнили Ельцина?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Попробую.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Попробуйте.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ни один царь столько не сделал, сколько сделал Ельцин, ни один.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, не царь.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Если взять, как завоевателя, то поляки захватывали Москву, он тоже самое сделал: захватило Москву вместе со всеми демократами. Чингисхан, Орда, Батый они жгли. Но даже с ними было лучше. Чингисхан, татары были лучше. Они в города не входили, приезжали собирать налог, 10 % брали с доходов. Они были лучше. Российское государство развивалось. Но за 9 лет лучшие люди уехали, лучших людей расстреляли.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но мы-то с вами остались.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Согласен. Сколько болеют сегодня! Сегодня показали репортаж . Уроды рождаются. Вот, что мы сделали со страной.
И. МЕРКУЛОВА: Это все вина Ельцина?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Полностью. Он, один человек, - это история России. Если взять закон о партии, какой бы закон ни принимай, историю делают личности, всегда личности делают. И самое страшное, что, чем больше жертв, тем больше уважения. Настолько народ туп, что до сих пор уважают Наполеона, Гитлера, Сталина, а у нас до сих пор Ельцина будут уважать.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот, кстати, вопрос к вам, Владимир Вольфович (я буду тогда через пейджер переходить), от Николая. Напоминаю, что наш пейджер: 7880088 для "Эха Москвы". Только подписанные сообщения буду читать, анонимные даже не найдетесь. "Почему Жириновский поставил двойку, ведь Ельцин 10 лет боролся с ненавистными коммунистами?" спрашивает Николай.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Николай, Коля, если бы он их запретил, то я бы сейчас ему поставил четыре с плюсом. Да, погибло миллион человек каждый год, да, нет Советского Союза, но мы бы избавились от коммунизма. Это самое страшное. До сих пор у нас коммунисты везде, Николай. Это самое обидное, что он пришел под флагом антикоммунизма, разгромить чиновников, а сделал еще хуже: чиновников еще больше, а коммунисты сидят еще наглее в нашей Государственной Думе. Вот, в чем самое страшное.
В. РЫЖКОВ: Я поражаюсь. Сказать, что у нас при Батые было лучше, это сильно сказано, Владимир Вольфович, вы побойтесь Бога! Что же вы такое говорите?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: При Батые церковь была.
В. РЫЖКОВ: Вы забываете, и как русских девушек насиловали, и как десятками тысяч уводили в полон, и как жгли наши города. Ну, вы тоже не перехлестывайте.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я беру под ключ.
В. РЫЖКОВ: Да, под ключ.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ельцинская эпоха под ключ. Не меньше изнасилований, в полон. На панели весь народ стоит, вы об этом подумайте. При Батые на панели русские женщины Их силой уводили в плен, и там они рожали, их не насиловали, там их кормили и одевали. А сегодня все женщины России с 16 лет стоят на панели.
В. РЫЖКОВ: Ну да.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В Европе стоят, здесь стоят.
И. МЕРКУЛОВА: Далеко не все.
В. РЫЖКОВ: Не забывайте, что у нас две дамы в студии присутствуют.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И что теперь делать?
В. РЫЖКОВ: Я думаю, что как раз нет логики в ваших рассуждениях, действительно, когда вы говорите, что Ельцин ничего не сделал. Вы порождение ельцинской эпохи в чистом виде, вы были бы невозможны ни в какую другую эпоху.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А ты был бы возможен, Володь?
В. РЫЖКОВ: И я не был бы возможен, и "Эхо Москвы" было бы невозможно, и вопрос Николая был бы невозможен. И вообще, это плевать в колодец. Вы плюете в колодец, из которого вы все эти годы пили
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Заблуждаетесь.
В. РЫЖКОВ: причем, пили чистую прозрачную ключевую воду, целебную.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Отрава. До Ельцина я имел квартиру, работу, я отдыхал в Крыму, нигде русских не обижали.
В. РЫЖКОВ: Сейчас вы имеете 100 квартир и 200 машин.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не надо. Ничего мы не имеем. Вы не можете понять, за пределами Москвы люди Сегодня нам сказали: большая радость, - Починок объявил 600 рублей пенсия, наконец в России. Это что значит, 600 рублей? Это значит, в день 20 рулей получается? Сколько?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Двадцать.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это ему пообедать даже не хватит денег. И это объявляют, как радость, что сегодня, оказывается, наши граждане будут минимум получать одну похлебку. Это вы называете прогрессом? Я еще раз повторяю, при Гитлере было лучше, в оккупационной России народ жил лучше. Немцы давали работу, немцы давали лекарства и никого не убивали в подъезде, кроме партизан и коммунистов этих можно.
В. РЫЖКОВ: Я надеюсь, что нам сейчас позвонит кто-нибудь из тех, кто был в плену, и скажет свое мнение.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В концлагерях были люди, я не говорю, были газовые камеры. Я говорю про оккупацию. Был оккупирован город Смоленск, там при оккупации жили лучше, чем живут сегодня при эпохе Ельцина. Вот об этом я говорю. И тот, и тот режим оккупационный, и тот, и тот враждебный. Я всю страну объехал, я же не просто так от фонаря говорю. Сегодня люди ненавидят нашу власть, нас с вами, Москву и власть ненавидят, потому что они голодают, над ними издеваются.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, Владимир Рыжков и Владимир Жириновский. Здесь абсолютно пополам тоже делится ваше мнение. Вопросы Владимиру Вольфовичу в основном: "Почему вы тогда не голосовали за импичмент Ельцину?" - спрашивает Василий.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Объясняю, Василий. Еще была бы кровь. Потому что, если бы 13 мая 1999 года прошел импичмент, уже на столе лежало два указа: о роспуске Государственной Думы (все ребята были бы на улице) и о запрете КПРФ. Это было бы хорошо, но Ельцин бы остался. Я был бы рад, если бы он подписал указ о запрете КПРФ, но не было бы парламента, и практически была бы диктатура, ОМОН бы гулял по нашим улицам. И сегодня, действительно, тогда вообще ничего бы не было. Поэтому то, что мы провалили импичмент, - это лучше. Посмотрите, как мягко сменилась власть. Я боюсь, если бы импичмент удался, то Ельцин бы остался у власти, а премьер-министром сейчас был бы Березовский. Тогда бы нам был конец всем, а так все-таки пришел Путин и пока Касьянов, а скоро будет другой премьер-министр, потому что это тоже человек Березовского. То есть мы спасли ситуацию. Это как в октябре 1993 года. Я тоже мог бы пойти к Белому дому, меня бы расстреляли, пойти в Кремль, дали бы пистолет, чтобы я убивал бы патриотов, защищающих Белый дом. Нельзя было в этом участвовать. Нам не нужен был ни 1993 год, ни импичмент. И забудьте об этом. В нашей стране импичмент невозможен. Где он был, когда? Вспомните! Вот, историк сидит рядом со мной.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Павла Первого шнурком.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это все чушь. Никогда человек, находящийся у власти, тем более, в нашей стране, ее не отдаст, никогда.
И. МЕРКУЛОВА: Но Ельцин же отдал.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не отдал.
И. МЕРКУЛОВА: Как, не отдал?!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Он отдал своему человеку, своему преемнику. Кому он отдал?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, отдал.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Опять же
В. РЫЖКОВ: А ведь многие говорили, что мог бы пойти на третий срок, как сейчас губернаторы.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да ради Бога! Но все равно это не та демократия, о которой мы все говорим. Все это не та демократия.
И. МЕРКУЛОВА: Что значит, не та?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте все-таки к ельцинской эпохе, Ир.
И. МЕРКУЛОВА: Я хотела спросить: что значит, не та демократия? Это, как осетрина, да, которая либо свежая
А. ВЕНЕДИКТОВ: Не той свежести, Владимир Вольфович?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Отсутствие демократии. Мы никого не выбираем. Мы опаздываем. Демократия уже пришла в тупик вообще. Народ не может избирать руководителя страны. Как он может избирать, если не знает всей правды? Когда избрал, потом начинают весь этот компромат вытаскивать и объяснять, кто, какой, куда и т. д. Бесполезно выбирать, и выборов реальных не было. Никогда мы не выбираем, чиновники решают, за кого сколько голосов. На одних из выборов президента я говорю: почему мне не 4-е место, а 5-е? За 4-е нужно было заплатить. Вот наши выборы!
А. ВЕНЕДИКТОВ: Сильное решение.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вот наши выборы, когда за 4-е место, чтобы не быть на 5-м, я должен был заплатить. Я копейки не дам никогда за это дело.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте мы все-таки попробуем сейчас сделать, все-таки, мы сейчас. В первой части
В. РЫЖКОВ: Можно я про демократию скажу два слова? Владимир Вольфович, это абсолютно не соответствует тому, что вы говорите. Давайте попробуем реально посмотреть. Когда была реальная борьба на президентских выборах? 1996 год.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это игра была, профанация.
В. РЫЖКОВ: Почему профанация?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Победил Зюганов. Вы знаете об этом?
В. РЫЖКОВ: Подождите.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы реально боролись?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я боролся реально.
В. РЫЖКОВ: Это была реальная борьба и в первом, и во втором туре. Второе.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Результаты не реальные.
В. РЫЖКОВ: 1993 год. Ваша партия феноменальная победа была 23 %.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это потому, что они устали от крови. Они испугались.
В. РЫЖКОВ: И Ельцин не вмешивался, он не диктовал. В 1993 году Ельцин не диктовал. А вот уже в 1999 году Кремль диктовал. Поэтому можно как угодно относиться к Ельцину, но то, что выборы были, была реальная борьба, что была реальная борьба в регионах за посты мэров, губернаторов. Это было реально при нем. Это плохо, может быть, это незрелая, мафиозная демократия, но все-таки у людей был выбор. А в 2000 году уже не было выбора.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Согласен. Но лучше мы стали жить? Ведь нам вот этого хочется. Вы поймите. Разве люди требуют
В. РЫЖКОВ: А вы хотите, чтобы демократия сразу дала все. Так не бывает.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вы, как коммунист, говорите. Коммунисты, когда власть захватили, 70 лет обещали, что все построят.
В. РЫЖКОВ: Я говорю не как коммунист, а как историк. Я знаю, что за 10 лет ни одна страна не преуспевала.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я вам говорю, что и через 50 у нас ничего хорошего не будет, и через 50 лет мы будем жить, как последний скот в Европе, вот, в чем проблема. Какие бы выборы мы ни вводили, мы будем жить от года в год все хуже, хуже и хуже. Нам нужна как раз страна с авторитарным режимом, чтобы сохранить территорию и людей. Если мы хотим демократии, Россия погибнет. Я ведь об этом говорю.
В. РЫЖКОВ: Что же у нас был такой режим, и она развалилась, страна, и не могла прокормить своих граждан, армию?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Только потому, что они решили пойти по демократическому пути, в этом была их беда.
В. РЫЖКОВ: Они решили, потому что их подперло. Неужели вы этого не понимаете?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего не подперло!
В. РЫЖКОВ: Как это, не подперло? Когда уже не было продуктов, невозможно было одевать ни армию, ни народ
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Все было. Я был сам, я видел эти полные магазины.
В. РЫЖКОВ: Где это вы были? В Москве, наверное, были.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Все было. Главное, что деньги были. Люди 300 миллиардов держали на сберкнижке.
В. РЫЖКОВ: Только купить ничего не могли.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет. Они копили. Им хотелось иметь на "черный день", все. В том-то и дело. И в магазинах я не говорю, что было много хороших товаров, но товары были. Не было пустых магазинов: мебель стояла, одежда висела, развлечения были, путевки.
В. РЫЖКОВ: А какая именно одежда, помните?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Очень дешевая.
В. РЫЖКОВ: Я имею в виду качество.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Очень дешевая.
И. МЕРКУЛОВА: И очень плохая.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я хотел бы вернуться все-таки к десятилетию Ельцина, а не к десятилетию до него. У меня вопрос такой к вам, потому что у нас скоро приблизится время голосования для людей. Я хотел бы задать вопрос. А если Я попытаюсь сейчас сформулировать. Попробуйте, и Владимир Вольфович, и Владимир Александрович, найти самое, с вашей точки зрения, позитивное в деятельности Ельцина и самое негативное. Давайте мы попробуем сделать такую рамку, чтобы было понятно.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я сразу даю. Самое негативное это резкий удар по стране и народу. Нас подвели
А. ВЕНЕДИКТОВ: Когда?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: С момента распада СССР. Когда он ударил по государству и по русскому народу, он практически подвел нас к уничтожению, мы гибнем до сих пор.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А самое позитивное?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А самое позитивное это то, что он все-таки убрал этот "железный занавес", народ может ехать, куда хочет, он разрешил быть собственникам, я согласен с вами, он дал право, но он не убрал режим, который мешает. То есть Ельцин сказал: берите, - а коммунисты сказали: не возьмешь. Вот в этом-то и его ошибка. Коммунисты - плохо, но не запретил; запретил но снова запрет свой снял. То есть он не был последовательным. Если бы он нам дал, действительно, собственность, всем, все, что мы могли бы взять, если бы эти не помешали, и не было бы сейчас коммунистов, я бы поставил пять с плюсом и горло бы рвал на всех перекрестках за Ельцина, если бы он сделал две вещи: что мы стали собственниками и что нет коммунистов. Но коммунисты есть, собственниками не стали. А голодными ехать в богатую Европу нам противно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Понятно, спасибо. Владимир?
В. РЫЖКОВ: Главный плюс Ельцина это свобода.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы совпали с Жириновским!
В. РЫЖКОВ: Что делать? Видимо, это правда, раз мы совпали. Главное это свобода, свобода думать, свобода говорить, свобода перемешаться, свобода заниматься своим делом, свобода читать любые книги, смотреть любые фильмы, музыку. Главное, что было негативно, - это непоследовательность его реформ. Это, как Николай Второй: он делал шаг, отступал, делал шаг, отступал.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы совпали! Чего тогда вы так горячитесь? О чем спорили в течение?
В. РЫЖКОВ: Нет, он же двойку ставит, а я ставлю три с плюсом, потому что для меня главное позитив, а для него главное негатив. Он делает упор на негативе, а я делаю упор на позитиве.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я объясню, почему я делаю упор на негатив. Если, Владимир Александрович, то, что сделал Ельцин, и то, с чем мы сегодня сталкиваемся, если бы сегодня это заморозить, я бы с вами был согласен. Но мы дальше деградируем, страна дальше продолжает катиться в пропасть.
В. РЫЖКОВ: Но мы же без Ельцина деградируем.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Но это же заложенный механизм.
В. РЫЖКОВ: Почему? У нас, слава Богу, год уже новый президент. Чего же мы деградируем?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Но команда-то ельцинская везде: его министры, его чиновники, губернаторы, его даже расклад в Госдуме все пока его. То, что он нам оставил.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте будущее мы в следующей части.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Хорошо.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Скажите, пожалуйста, вы оба депутаты, Владимир историк, вы юрист. Это очень важно понять. Вы, наверное, согласитесь со мной, что Ельцин уже личность историческая, он и в учебниках школьных по истории будет сейчас не будем говорить, с каким знаком. Он в учебниках истории 100 лет все равно будет, все равно его эпоха будет. Вопрос. Сначала не о Ельцине. Вот вы лично оцениваете любую историческую личность: Петра, Чингисхана, Наполеона, - по каким параметрам "плюс"-"минус"? Как человек обычный должен оценить деятельность Ивана Грозного, Рабле, Бомарше, Робеспьера?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Объясняю. Количество трупов. Если за этот режим, за эти идеи погибло огромное количество людей, пропади пропадом этот режим. Например, если я три года болел, а потом мне говорят: вот, все, а теперь путевка в санаторий, вы больше не болеете, -я не хочу, не хочу такого доктора, не хочу таких лекарств, я не хочу эти три года болеть. А мне говорят: нет, ты терпи-терпи, а вот теперь лечись, теперь мы разрешаем. Такого режима мы не хотим. Потому что при коммунистах, как бы ни было плохо, но люди смирились, и они меньше погибали.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но количество трупов уж, слава Богу
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, я не имею в виду эпоху расцвета Сталина, я имею в виду 65-85, до начала ельцинской эпохи.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть для вас показатель количество трупов.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Количество трупов. Все. Если сегодня у нас количество самоубийств возросло в несколько раз, значит, режим хуже, Владимир Александрович, хуже, чем при коммунистах. Я их ненавижу, коммунистов, но я жил при них, и я знаю, что 65-85 и 85-2005 это страшные годы 85-2005-й, хотя свобод много, но свобода умирать и болеть. Это тоже большая разница. Количество трупов вот параметр.
В. РЫЖКОВ: Хорошо. Допустим даже, по количеству трупов. Я прошу прощения, не надо забывать про Афган. Это первое, что касается 65-85-го.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: 13 000.
В. РЫЖКОВ: И не только Афган, там еще были другие конфликты, где мы ввязывались по всей планете. Что касается критериев, у меня они очень простые: конкурентоспособна страна или нет. Объясняю. Люди живут не хуже, чем в Португалии или Испании, или хуже. Я на 100 % убежден, что в условиях авторитаризма наши люди всегда будут жить в нищете, бесправии или унижении. Ельцин, плохо ли, хорошо ли, дал шанс. Как мы им воспользовались - это второй вопрос. Сейчас у меня есть опасения, что мы опять вернемся в стойло. В этом стойле, я вас уверяю, мы будем есть баланду, спать на соломе и никогда не будет процветать страна. Поэтому для меня главный критерий это возможность человека построить достойную жизнь.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот, сейчас, я думаю, мы спросим у наших слушателей. Мы зададим вам вопрос. Я прошу всех подойти к телефонам
В. РЫЖКОВ: и оборвать провода.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И оборвать провода. Я напомню, что звонки из Москвы бесплатные, а звонки из других городов (нас слушает 167 городов) это только стоимость соединения
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Видите, зажравшейся Москве бесплатно, а голодающая и умирающая провинция, вдобавок к тому, что они плохо живут, и то плати деньги.
И. МЕРКУЛОВА: Это потому, что мы находимся в Москве.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И, тем не менее, скажем так, в зажравшейся Москве "Эхо Москвы" берет на себя оплату этих звонков, да? Итак, еще раз говорю. У нас два телефона, два варианта ответа. Для тех, кто слушает нас первый раз. Вы слушали нашу дискуссию. Наш первый вопрос: За 9-10 ельцинских лет вы лично (я обращаюсь к каждому слушателю) стали жить лучше или хуже? Вы лично, не вообще страна, не вообще ваш сосед по клетке, не вообще, Венедиктов, Жириновский или Меркулова, а вы лично, себя оцените, за эти 10 лет. Если вы стали жить лучше, звоните 995-81-21.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Никто не будет звонить.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас посмотрим. Если вы стали жить хуже, звоните 995-81-22. Голосование пошло. Я сразу хочу сказать, что понятие "лучше" или "хуже" определяете вы сами, что вы называете "лучше", что вы называете "хуже". Пошло голосование. Вы видите, Владимир Вольфович, у вас есть это самое Вот, перед нами экран, мы видим, что нам за минуту позвонило 300 с лишним человек. И я хотел бы вам задать этот же вопрос, вот вам лично, и объяснить, почему. Напомню, что голосование будет идти еще две с половиной минуты. Нам уже позвонила 100 человек, мы взяли барьер 1000. Там идет расклад, такой-сякой. Я хочу задать вам вопрос, Владимир Вольфович, Владимир Александрович. Не вообще страна, а вот у вас семья, у вас дети Вот вы стали жить лучше или хуже? И что вы вкладываете? У вас у каждого по минуте. Пожалуйста.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, если даже я отвечу положительно, что да, лучше, но мне противно. Понимаете что? Мне это противно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Понимаю. Проаргументируйте.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Мне противно, потому что все, что я имею сегодня в материальном и в моральном, это за счет обмана, лжи и издевательств над оставшимися. То есть 10 стали жить плохо, я стал лучше, 100 стали бесправными, я получил права, 1000 стали бедными, я стал богатым. Мне это противно. За счет других я стал. Если бы мне дали возможность самому, лично, все это заработать
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы же сами это делаете.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, это я получил кусок, украденный у остальных. Вот, в чем проблема. Вот этого вы не хотите понять. То же самое Владимир Александрович. Он вырывает одно: да, больше свобод, больше компьютеров. Ситуация с Ельциным точно такая же
А. ВЕНЕДИКТОВ: Володя, вы стали жить лучше или хуже?
В. РЫЖКОВ: Я стал жить лучше, потому что для меня главный критерий это свобода, это творчество, это инициатива. Я думаю, что, если бы у нас все 100 миллионов человек использовали возможность свободно работать, трудиться и быть гражданами, то все стали бы жить гораздо лучше.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, что у нас одновременно электронное голосование, у вас есть еще одна минута позвонить. Напомню, что в Москве бесплатное соединение, провинция вынуждена платить за соединение: такова у нас междугородняя связь. Я хочу обратить внимание, что нам позвонило уже 3 400 человек.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Хуже стали жить, хуже.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, но вы же сами сказали, что лучше.
В. РЫЖКОВ: Вы видите экран, я не вижу, мы с Ириной сидим сбоку и не знаем.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, люди слушают, люди набирают номер телефона, они свободны дома набрать
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Но не может такого быть, чтобы люди стали жить лучше.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы же сами сказали: лучше, Владимир Вольфович, вы лучше, вам противно. Вы бы как назвали? Какой телефон вы бы выбрали?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я выбрал бы "лучше", но я бы сказал, что это не
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы так и сказали.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Давайте я выпью стакан гноя. Это, что, хорошо?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Плохо.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Гной мы пили. А я хочу стакан водки или шампанского выпить.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Понятно, это после эфира, а сейчас новости, а после новостей мы подведем итоги нашего голосования.
НОВОСТИ
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, что мы сегодня обсуждаем ельцинскую эпоху, ельцинское десятилетие. У нас в гостях депутаты Государственной Думы Владимир Жириновский и Владимир Рыжков. Мы с Ириной Меркуловой ведем эфир. Только что прошло голосование. Был задан вопрос: "За 10 ельцинских лет вы лично стали жить лучше или хуже?" За пять минут нам позвонило 5081 человек. 51 % считают, что хуже, 49 % - что лучше. Ваш комментарий, очень краткий? И мы пойдем дальше.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я считаю, что по стране это резко изменится: 80 % скажут "хуже", 20 "лучше". Я рад, что даже сытая Москва поддержала мой тезис о том, что мы стали жить хуже, и это правда, потому что Я сравниваю эпоху Ельцина - это войти в публичный дом. Голодные мужчины будут рады, но, выйдя оттуда, скажут: противно, хочу с красивой, честной своей женщиной. Тебе разрешили: свобода, ребята, заходи. Это отвратительно, такая свобода, когда ты можешь заняться развратом и голодный выйти потом, чтобы кого-то еще ограбить, чтобы тебе на утро было, что покушать. Это противно, издевательство такое: полные магазины, и ты не можешь купить. Это издевательство над человеком. Даже я, богатый человек, зашел в магазин: пальто 18 000 рублей. Зашел в другой 11 000, говорят. Я говорю: чего? Долларов! Вы что, ребята? Три машин стоят одно пальто! Вы на кого рассчитали вообще? Я с машинами сравниваю. Одеть мне пальто и и три машины
А. ВЕНЕДИКТОВ: Для себя три машины.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Так нельзя. Поэтому миллионы людей ничего купить не могут, ничего поесть не могут и живут в плохих условиях, даже не отдыхают.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы считаете, это Москва?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это Москва победила, она дала эти проценты 49, по всей стране это 80 % поддержат меня.
И. МЕРКУЛОВА: Владимир, вы согласны?
В. РЫЖКОВ: Мне ельцинская эпоха напоминает не публичный дом, а пермскую тайгу. 70 лет народ жил в казарме или в бараке или где-то еще, три раза в день по склянке ел баланду, ложился по отбою, вставал в 6 утра и трудился на стройках народного хозяйства. И вдруг стены поломали, своровали колючую проволоку и его выпустили в тайгу. Естественно, народ ломанулся в тайгу, естественно, кто-то провалился, кто-то с голоду ходит с подтянутым животом, а кто-то, наоборот, срубил избушку, кооператив устроил, шишками торгует в Финляндию и т. д. И вот выбор: между тремя склянками, плошками баланды по сигналу, или тайга, да, с дикими порой нравами, но, по крайней мере, люди там увидели звездное небо, запах хвои, росу утреннюю в лесу, грибы и свободу, и закат, и рассвет. И в этом смысле, да, в лесу страшнее, чем в бараке с охраной. Это выбор, вот, 50 на 50.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это по Москве, по стране это 80.
В. РЫЖКОВ: Я думаю, это прекрасный результат, с учетом того, что, действительно, годы были очень тяжелые, годы были во многом провальные, и результаты тоже ужасные по многим направлениям. Но все-таки 49, пусть даже с учетом того, что это в Москве, по моим взглядам, это достойный результат.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Мы на 20 лет живем меньше. Это что, радость? Я не говорю об убитых, но мы с вами на 20 лет живем меньше.
В. РЫЖКОВ: Это уже началось с конца 70-х.
И. МЕРКУЛОВА: Владимир Вольфович, можно спросить? Вы говорите, что при коммунистах все было в магазинах, все было хорошо. За что же вы тогда их так ненавидите?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: За то, что это был обман.
И. МЕРКУЛОВА: Как, опять обман?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Они обещали, что будет лучше, что мы строим, что это временные трудности. Мне тут анекдот рассказали. Брежневу задают вопрос, что не хватает питания, что мы строим коммунизм, и когда же будет? Мы все голодные и т. д. А он говорит: ну, так мы вас не обещали кормить по дороге, когда построим, тогда будет все хорошо. А в дороге мы вас не обещали питать. Вот это страшно.
В. РЫЖКОВ: Не кормили, значит, по дороге?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет.
В. РЫЖКОВ: А вы же сами говорили.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Люди имели питание. Я сам прожил при коммунистах 40 лет. Я питался в диетической столовой в университете. Нормально было.
В. РЫЖКОВ: Где? В Москве?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В МГУ.
В. РЫЖКОВ: А вы не пробовали куда-нибудь в Тулу, в Калугу?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да я родился в Казахстане
В. РЫЖКОВ: То, что вы родились, мы знаем. А где-нибудь, скажем, в Челябинске не бывали?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Согласен. Но там были столовые
В. РЫЖКОВ: У нас на Новый год выдавали 200 грамм бутербродного масла передовикам производства.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: За это мы не любим коммунистов.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Понятно.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: За это мы их ненавидим, я с вами согласен. Но, если бы Ельцин это все поломал бы, действительно, и сегодня мы бы все имели право купить все, что есть в магазинах Вот, рядом "Новоарбатский" гастроном, давайте зайдем.
В. РЫЖКОВ: Давайте зайдем, сейчас кончится передача.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Единицы стоят, даже москвичи многие не могут купить этого. То есть жизнь изменилась, стала красивее, но стала еще тяжелее тем, что он не может Возьмите при коммунистах. Жилье ждешь 20 лет, но комнату получишь через неделю, комнату, то есть крышу над головой получишь. Сейчас купить самую дешевую квартиры в Москве 30 000 долларов. Это 30 лет ему копить. 30 лет копить он не сможет вообще. А комнату он не получит, она вся исчезла. Ее вообще нет. Вот, в чем дело. Были везде столовые в Москве, сейчас нет ни одной столовой. Шикарные рестораны, великолепные, но бедному человеку, среднему, негде поесть. Блинная, пельменная где?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я вам могу сказать, где пельменная хорошая осталась. В бывшем ЦК ВЛКСМ.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я хочу сказать, что мы дали хорошо какой-то категории лиц, но средний человек и очень бедный вообще ничего не имеет сегодня.
А. ВЕНЕДИКТОВ: У меня все-таки вопрос Я бы ко второй теме, все-таки вернулся. В конце этого получаса мы зададим вопрос, случайно ли это все или закономерно ельцинская фигура. В связи с этим, Владимир Вольфович и Владимир Александрович, это что, воля одного человека, или там пяти заговорщиков, десятка людей? Пришел Горбачев, разрушил это, пришел Ельцин с Шушкевичем, Кравчуком, разрушил это? Или все-таки эта эпоха (не только развал СССР) то, что говорил Владимир, то, что говорили вы, - либеральные реформы, открытость на Запад, и при этом развал Советского Союза, дефолт, - это же все в одном как бы, - создание вашей партии, вашего движения, Володь, с котором вы сейчас, - все это случайно в истории России (вот так, пришли люди случайно), или это закономерный какой-то итог? И тогда чего мы жалуемся? Чем Ельцин-то виноват тогда, если это закономерно? Или же это воля одного-двух-трех человек?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Конечно, это воля личности. Ельцин мог все по-другому делать, и сегодня это было бы процветающее государство. Нужно было не трогать армию. Не трогать КГБ и вызвать в Москву Назарбаевых, Акаевых и сказать: "Ребята, я дам вам свободу, вот небольшие территории, но вы сейчас при мне подписываете новый договор о признании Российского государства 21 миллион квадратных километров, 280 миллионов населения, и вам 500 000 эстонцев, 500 000 литовцы". Все, дать им их исконные территории, Казахстану исконные, и избавиться от них, наконец. Но он им отдал наши земли. Миллионы людей, наши заводы, армию разварганили. Ведь сегодня нам диктуют условия, понимаете? Да, мы жили, может быть, не очень хорошо при коммунистах, но весь мир дрожал: Советский Союз, в Европе стояли наши войска. Кто бы Бородина бы арестовал? Да в жизни бы никто не притронулся! Арестовать высшего чиновника Советского Союза?! Да вы что, ребята?!
В. РЫЖКОВ: Но у него и карточки бы не было швейцарской.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В том-то и дело. Но даже если
А. ВЕНЕДИКТОВ: Не за что было бы и арестовывать.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Повод могли бы найти, придраться. Но такое было уважение, как нас любили, как нас уважали! Я сам поступал, как Бородин.
И. МЕРКУЛОВА: Да никто нас не любил, нас просто боялись.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И это хорошо. А американцев, вы думаете, любят? Ненавидят. Но везде их флоты, армия, они оккупировали всю Европу, их грязный доллар, ничем не обеспеченный. Это жестокие очень люди, они хамят, у них культуры никакой.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это все понятно. Случайно это произошло? Неужели вы думаете?..
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Именно случайно, личность. Ленин случаен, был нам не нужен, был Плеханов, Керенский, медленно шла демократизация. Сталин был нам не нужен, достаточно было Кирова оставить, если уж советский режим. Горбачев, оставьте Горбачева: все, слабенький, жена есть. И все потихонечку, мягкая-мягкая реформация. Нет, пришел уральский медведь: не хочу, давай власть. Властолюбивый, страшно властолюбивый человек. Вы говорите: демократия. Он же сегодня из ЦКБ правит нашей страной, он до сих пор, как зверь, где-то притаился, и страна до сих пор живет в рамках ельцинского режима. Вот, в чем беда. И коммунисты есть, и провальная демократия, они же нам мешают жизнь.
В. РЫЖКОВ: Это хорошая версия для нынешних властей
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Что?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Что Ельцин правит страной.
В. РЫЖКОВ: чего мы можем сделать, если нами Ельцин правит из ЦКБ?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Президент один в Кремле, а вся администрация-то ельцинская, вся.
В. РЫЖКОВ: Ельцин это абсолютно закономерное явление. На самом деле, Советский Союз погубили японские малолитражки.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть?
В. РЫЖКОВ: А очень просто. На чем продержался Советский Союз? В начале 70-х был знаменитый нефтяной кризис, все цены на нефть выросли в два, три, четыре раза. Поперли нефтедоллары в страну. И пока японцы не сделали малолитражки, потребление нефти было колоссальное в мире, цена была высокая и т. д. Где-то с 78-го-79-го года начала падать. Тут у СССР появились трудности. Сливочное масло заменилось бутербродным, исчезли румынские куртки, исчезли
А. ВЕНЕДИКТОВ: А при чем тут развал Союза?
В. РЫЖКОВ: А при том, что надорвалась страна, она не могла одновременно держать флоты и демонстрировать флаг на всех океанах, плавать 300 подводных лодок с ядерными боеголовками, держать дальнюю авиацию с ядерными боеголовками, строить химическое оружие и еще обувать-одевать своих граждан.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть вы считаете, что вначале
В. РЫЖКОВ: На самом деле, вначале закономерным был Горбачев абсолютно, когда начали искать выход. Что-то надо с этим делать. Тогда пошла инициатива разоружения, сокращения одностороннего. Что вы думаете, Горбачев так хотел разоружаться? Да не могли просто содержать уже такую армию. Ельцин пришел уже потом, причем, Ельцин пришел по требованию народа. Вы вспомните, сколько он в Москве набрал тогда?
А. ВЕНЕДИКТОВ: 89 %.
В. РЫЖКОВ: Сколько он набрал в Москве на президентских выборах? Под 90 %. О чем мы говорим? Народ привел, потому что старый режим полностью обанкротился.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ложь, ложь.
В. РЫЖКОВ: На вклады нечего было купить, были пустые полки. Я помню, у нас трехлитровые банки стояли березового сока и калоши, - больше ничего не было в провинции. Полностью обанкротился режим.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Значит, вы считаете, что все равно: был бы Ельцин, не было бы Ельцина
В. РЫЖКОВ: Ельцин закономерность. Народ требовал смены режима, и Ельцин появился, как его
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Заблуждение, страшное заблуждение. Я всю страну объехал, я сам из провинции. Никто ничего не требовал, никто не мечтал о революции.
В. РЫЖКОВ: Да что вы такое говорите?! У меня в Барнауле 80 % проголосовало за Ельцина в 1991 году.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я вам говорю: дайте мне свободное телевидение и завтра вся страна проголосует за меня.
В. РЫЖКОВ: Да не было у него свободного телевидения.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Было. Он был в оппозиции, вот в этом-то и дело. А Горбачев дал свободу ему. Я сам участвовал на равных в выборах с Ельциным. Вы говорите про свободу. Да какая же тут свобода?! Я кандидат в президенты и Ельцин. Он выступает 24 часа за время кампании, я всего 2 часа. Это что, демократия?! Произвол и ложь! В 10 раз меньше мне позволили выступить по телевидению.
И. МЕРКУЛОВА: Ельцин тогда в тех же условиях был, Владимир Вольфович.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Какие условия?
И. МЕРКУЛОВА: В тех же условиях он был во времена Горбачева.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, я говорю еще раз, нет! Так, правильно, это ему дало ему шанс лишний раз иметь еще как бы дополнительную поддержку, но материальные условия на выборах были совершенно не равные. Царил произвол. Он имел весь ресурс: Верховный совет, транспорт, людей, губернаторов, - все он имел. И по телевидению день и ночь его показывали, день и ночь. Поэтому это не были свободные выборы.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но народ же не такой дурак.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А возьмите 1996 год, уже прошло пять лет всего. Народ против Ельцина, ненавидит его. И нам снова объявляют, что Ельцин победил. Победил Зюганов. И Ельцин знал об этом, и Зюганов знал, и нам устроили провокацию. Гор и Буш честнее.
В. РЫЖКОВ: Вы же все признали выборы, и Зюганов признал.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Никто ничего не признал.
В. РЫЖКОВ: Он не оспаривал ни в суде
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В этом-то и беда.
В. РЫЖКОВ: Почему беда, если вы не оспаривали, Зюганов не оспаривал? Сейчас пять лет прошло, вы возмущаетесь. Чего же вы тогда не возмущались?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я возмущался, но не я победил. Если бы я победил, я своих сторонников вывел бы на улицы всей страны. Но Зюганов не коммунист, он не хочет, ему не нужна победа. Это же ложь насаждают.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Можно все-таки вернуться к 90-м годам.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ельцинская ложь и коммунистов сделал такими же лживыми.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, здесь вопрос от Светланы на пейджер. На нашем пейджере есть пополам: поддержка, неподдержка. Я лучше вопросы буду выбирать, потому что поддержка-неподдержка У вас есть свои избиратели, вы знаете. "Страна надорвалась во время коммунизма" Это Светлана говорит. Она считает
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ложь, нормально было все. Работали заводы, конкурентная продукция.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но Афганистан показал Хорошо, дешевое жилье было, но
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Что Афганистан показал? Зачем войска вводить?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Огромная армия не может справиться с
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не давали возможности воевать.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Кто?!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Кремль.
А. ВЕНЕДИКТОВ: В Афганистане?!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да-да, предатели в Генеральном штабе. Как только наши войска брали какой-то район отступить. Как и Чечня. Мы что, в Чечне не можем навести порядок? Как только войска достигают победы, отступить, отступить. Вы что, думаете, Басаева Черномырдин выпустил. Черномырдин премьер-министр ельцинский, бандитов выпускает Это 1995 год.
В. РЫЖКОВ: Да, по ходу дела, он еще людей в больнице спас, выпустил.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не надо, я там был.
В. РЫЖКОВ: А что такого? Людей положить? А что сделать?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я был очевидец. Наша армия могла расстрелять бандитов. Черномырдин не дал.
В. РЫЖКОВ: Вы вспомните, что было у шведского посольства с нашей армией, они даже своего застрелили по ошибке.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Еще раз вам говорю: все можно было сделать: и Баку можно было взять, и Вильнюс можно было взять (Литву), - все. Мешал Горбачев, КГБ мешало. Кто устроил этот псевдопутч? Вы что, думаете, это путч был? Это был спектакль. Танки были приведены для чего?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Для чего?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не в поддержку ГКЧП, а в поддержку Ельцина были танки, потому что они боялись, что народ встанет на защиту Кремля. Это танки-то были не от ГКЧП. Нам до сих пор правду не сказали. Горбачев сказал, что он никогда правду не скажет про ГКЧП.
В. РЫЖКОВ: То есть не надорвались?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не надорвались.
В. РЫЖКОВ: И до сих пор бы все стояло?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И до сих пор бы стояла страна, до сих пор бы ели свое масло, и оно бы дешевое было, свой хлеб.
В. РЫЖКОВ: Владимир Вольфович, да это уж ладно, хлеб-то закупали!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Закупали 20 %, сегодня 70 %.
В. РЫЖКОВ: Какие 20?! 40-50 миллионов тонн каждый год.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я имею в виду, на стол положить. Сегодня Москва закупает 70 %. Завтра прекратить поставку продовольствия сдохнет Москва.
В. РЫЖКОВ: У вас неверные данные, давно уже 70 % своего производства.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Выйдите в магазин.
В. РЫЖКОВ: Да что, выйдите. Вот выйдете и увидите, что 70 % своего производства.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я говорю про продукты питания.
В. РЫЖКОВ: Так и я говорю про продукты питания.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Колбасные изделия!
В. РЫЖКОВ: Ну, колбасные изделия
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это главное колбаса, мясо. За это всю жизнь боролись.
И. МЕРКУЛОВА: Никто уже не покупает импортную колбасу, все покупают отечественную.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Научились. А вот наш костюм найдите. Я не могу найти наш костюм. Не найдешь наш костюм. Мне шьет мастер, мастер шьет. А купить невозможно.
В. РЫЖКОВ: Шьют отличные костюмы.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В "Большевичке" нельзя купить. Там французские лекала и т. д.
В. РЫЖКОВ: Шьют, шьют.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Поэтому в Союзе, конечно, все не так хорошо, я согласен, но страна вполне стояла. И армию можно было сокращать постепенно, и немцы нам предлагали миллиарды, сотни миллиардов марок за постепенный вывод войск. А Ельцин что сделал? Он все войска вывел, оркестром там дирижировал, палочкой. Народу не нужны эти палочки и оркестры.
В. РЫЖКОВ: Вот сейчас мы с немцами мучаемся, чтобы долг отдать, а долг этот за стиральный порошок, да за мыло, потому что не было ни мыла, ни стирального порошка.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не надо.
В. РЫЖКОВ: А что не надо? Брали эшелонами и записывали в наш долг в 88-м, в 89-м, в 90-м годах. Брали эшелонами и записывали нам во внешний долг. Спросите любого экономиста.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это шла реконструкция Так же с табаком были трудности, с чайниками были.
В. РЫЖКОВ: С трусами были трудности. Со стаканами были трудности. С табуретками были трудности.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это трудности российского государства. Мы холодная большая страна. Посели сюда японцев, немцев, французов сдохнут через три месяца, никого не останется.
В. РЫЖКОВ: А канадцы?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: То же самое.
В. РЫЖКОВ: А чего же они не дохнут при такой же температуре?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Они живут на уровне Оттавы, Монреаля.
В. РЫЖКОВ: А средняя полоса?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Там Сочи. Там, где у нас Архангельск, там никто не живет, там такие же чукчи.
В. РЫЖКОВ: Они бы сильно удивились, если бы услышали.
И. МЕРКУЛОВА: Я бы согласилась с Владимиром Рыжковым. Долг-то советский откуда взялся, львиная доля?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: 30 миллиардов всего.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Какие 30?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Все ельцинские. Сегодня 130
И. МЕРКУЛОВА: Долг Советского Союза львиная доля внешней задолженности России.
А. ВЕНЕДИКТОВ: 48 миллиардов долларов сейчас долг Советского Союза.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я имею общий долг сегодня у нас 160. Это ельцинские. На 1 августа 1991 года общий долг был 30 миллиардов всего. 130 сделал Ельцин за свою эпоху. Он не правил страной. Он просто брал деньги и кормил свою камарилью.
В. РЫЖКОВ: Это неправильная цифра.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Меня просят вести программу и не превращаться в Селезнева. Извините, никого не хотел обидеть. Я хотел бы сказать, что через пять минут у нас следующее голосование. Мне хотелось бы уяснить такой вопрос. Владимир Вольфович, представьте себе, что Борис Николаевич не приехал бы в Москву, ну, не привез бы его Лигачев.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Как было бы хорошо.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И ничего бы не случилось, и не было бы реформ, и не было бы открытости на Запад
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Было бы. Уже с 1985-го года без всякого Ельцина потихонечку шло размягчение: и демократия (я участвовал сам в митингах и сам их организовывал), и кооперативы появились, - все было. И Горбачев все правильно делал, все потихонечку, по капельке, все уже было нормально. Но именно Ельцин, им нужно был он, потому что он был нужен как разрушитель страны.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Откуда знали, что какой-то секретарь
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Зная его характер, изучив его. Вспомните 88-й год. Он на партконференции говорит: восстановите, реабилитацию. Он хотел быть Он был фанатик коммунист, и он вскрывает себе вены, когда его отстранили от первого секретаря московского горкома. Его изучили и поняли, вот, на кого нужно сделать ставку. Сперва демократы хотели сделать ставку на Сахарова, он академик, ученый, мягкий. В конце концов, даже умер, не дожив до года первых выборов президента. Именно Ельцина и подобрали, который, как медведь, все разрушил.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Кто подобрал-то?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Демократы: Старовойтова, Бурбулис, Шахрай.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Кто такие демократы тогда, Владимир Вольфович?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Есть люди, которые этим занимались. Они искали, на кого сделать ставку. То же самое Попов говорил, Афанасьев, вся эта группа
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но их было 20 % на съезде.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Копейки было, их мизер был. Им нужно было знамя: кого? Поэтому причем здесь народ? Могли бы любого другого выставить против
А. ВЕНЕДИКТОВ: Почему вас не выставили?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Потому что знали, что патриот. Нужно было страну разрушать. Я бы, наоборот, полностью бы сохранил ее, и армию бы сохранил, и КГБ. Они искали, кто против КГБ, против армии, против коммунистов. И вот, они подобрали его, подобрали этого человека.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть Ельцин случаен? Вот, случайно попали.
В. РЫЖКОВ: То он говорит, что это случайность, то он говорит, что это заговор. Что-то тут явно не клеится.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это не заговор. При чем тут заговор?
В. РЫЖКОВ: Ну как же. Подобрали специальные люди, они там что-то выбирали, сильного
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Шел процесс: КПСС и демократы.
В. РЫЖКОВ: Одновременно говорит: случайно, - одновременно говорит: заговор. Тот есть результат заговора, но случайность. Или, наоборот, случайный результат заговора. Или заговор, но случайно Так не бывает. Вы за своими словами следите.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я сказал, что это неслучайно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Он сказал, что Ельцин фигура случайная.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Мог быть другой. Могли другого подобрать.
В. РЫЖКОВ: То есть заговор, а он фигура случайная.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Искали, кого вместо Горбачева. Горбачев не хотел разрушать страну, как это делал Ельцин.
В. РЫЖКОВ: А кто искал? Фамилии.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Демократы, перечислю вам фамилии? Попов, Афанасьев, Старовойтова, Шахрай, Бурбулис, Пономарев. Рыбаков, Юшенков, - человек 20, не больше. А у большевиков в 1917 году сколько было? Такое же было количество. Эти 10-15 человек все делают, все делают
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы все-таки считаете, что эти личности
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Они не случайные.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы не марксист: не народные массы, а личности.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Какой народ? Завтра дай мою фамилию через две недели все проголосуют за меня. Завтра давайте Германию через три месяца все голосуют за Гитлера. Давайте Муссолини восстановим и Италия будет голосовать за Муссолини. Сегодня манипуляция общественным мнением 100 %. Завтра начни процесс против Буша, ему объяви импичмент - и будет Гор уже через год президентом.
И. МЕРКУЛОВА: 10 лет назад эти технологии не были так развиты в России.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да, вот именно сейчас. Сейчас воздействие на сознание, на подсознание элементарно. Можно в любой стране любого человека привести к власти.
И. МЕРКУЛОВА: Но мы говорим о том, что 10 лет назад было.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: 10 лет назад страна устала от обещаний Горбачева. Наш народ хочет всегда революцию, праздник нужен. То есть уже был мир, плохо, застой. Им казалось, что можно еще лучше сделать. Если бы ему объяснили, что будет после прихода Ельцина, они бы за Ельцина никогда бы не проголосовали. Люди не знали. Вот сегодня, бери 91-й год, никто за Ельцина голосовать не будет. Сегодня. Нужно было пережить эти страшные 10 лет.
А. ВЕНЕДИКТОВ: У меня к вам один вопрос. У каждого по 30 секунд. Есть две картинки Ельцина: Ельцин - разрушитель СССР и Ельцин создатель новой России (со всеми плюсами и минусами СССР, со всеми плюсами и минусами новой России). Вот вопрос. Для вас что важнее: то, что Ельцин разрушитель СССР (больше в его личности, в его историческом наследии), или больше то, что он создатель новой России (новой со всеми плюсами и минусами)? Владимир Вольфович?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я отрицательно оцениваю его как разрушителя Советского Союза, ибо эта новая Россия мне не нужна и нашему народу. Сегодня поставьте на голосование. 90 % скажут: да, Советский Союз. СНГ все сметут к чертовой матери. Сегодня проведите свободный референдум, и 90 % жителей скажут: немедленно восстановите Советский Союз, немедленно, даже с КПСС, с КГБ, с лагерями. Я вас уверяю, там будет сидеть 20 000 узников совести, и 90 % народа в условиях демократии скажут: даешь Советский Союз. Вот, как гимн прошел отлично.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это референдум был, да? Володь? 40 секунд.
В. РЫЖКОВ: Я за второй вариант. Я считаю, что главное, что сделал Ельцин, - он дал третий в нашей истории шанс на то, чтобы изменить российское государство, сделать его более открытым. Более свободным. Как уж вышло мы видим. Но, безусловно, он попытался создать новую Россию.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот, давайте. Есть две картинки Ельцина. Понятно, что в нем, как в любом человеке, и то, и другое. Правда ведь? Вот, для Владимира Вольфовича важнее, что он разрушитель, для Владимира Александровича важнее, что он созидатель. Итак, вопрос нашим слушателям: Как вы считаете, кто для вас Ельцин в большей степени разрушитель Советского Союза или созидатель новой России? Если разрушитель СССР, в течение 5 минут вы можете звонить 995-81-22. Если для вас он, скорее, создатель новой России, звоните 995-81-22. У нас уже проголосовало, пока вы писали реплики Смотрите, идет голосование, сейчас я к вам поверну.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я прав, все равно я прав.
В. РЫЖКОВ: Сам имидж непредсказуемого, разрушителя он, конечно, доминирует. Я бы просто чуть по-другому Ну да ладно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я подменил вопрос по ходу беседы.
В. РЫЖКОВ: Мы не можем менять.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Напомню, что еще 3 минуты можно голосовать. Звонки из Москвы бесплатны, из провинции, к сожалению, стоимость соединения. 1000 позвонила уже.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Если выиграю я, что он разрушитель, арестовать немедленно, он сейчас в ЦКБ лежит.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы же закон приняли! Вы же за него голосовали!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Арестовать! Я лично поеду!
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нельзя нарушить закон, депутат.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Патрушев поможет, Рушайло.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы же не будете закон нарушать.
И. МЕРКУЛОВА: Они сейчас другим заняты.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Закон не вступил в силу.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Значит, действует указ президента: арестовать до вступления в силу.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И сегодня обе палаты проголосуют.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Обе палаты ЦКБ? Понятно, я думаю, что вряд ли. Нам позвонило уже полторы тысячи человек. Еще 2 минуты голосования по телефону. Лично для тех, кто сейчас голосует, мы задаем этот вопрос (Ирина Меркулова, Владимир Жириновский, Владимир Рыжков, Алексей Венедиктов).
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Страшнее Ельцина не было в истории
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, ну, ладно.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Любой царь лучше, любой.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы же либерал-демократ.
В. РЫЖКОВ: Вас бы монархисты Если бы вы дожили до эфира, вы бы так уже не говорили.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Троцкий бы дожил. Зачем нужен свободный эфир, если народ страдает. Да, тюрьмы пустые, но больницы переполнены.
В. РЫЖКОВ: Какие тюрьмы? Если бы они были пустые
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да они, кстати, не пустые.
В. РЫЖКОВ: Тюрьмы переполнены, да.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Тогда в чем же свобода, если тюрьмы снова переполнены. Опять же
А. ВЕНЕДИКТОВ: Смотрите, в начале нашей беседы мы пытались определить, что в новой России в плюс или минус, правильно? Что мы связываем с именем Ельцина? Вы, Владимир Вольфович, связывали разрушение, обнищание, но свободы. А Володя говорил: свободы, но разрешение Понимаете, что вперед, что важнее.
В. РЫЖКОВ: Приоритет, конечно.
А. ВЕНЕДИКТОВ: В этом вопрос для каждого человека свой.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Разница такая. Я говорю: остановите преступника. А он говорит: нет, пускай он тебя ограбит, а потом мы его посадим в тюрьму. Вот и разговор.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А если он не ограбил, откуда вы взяли, что он преступник?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Мы знаем, что он преступник.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Откуда вы знаете?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Он продолжает это делать: он там грабит, здесь грабит, приближается ко мне. Вот в советский режим задержали до того, как он меня ограбил, а в свободу пусть грабит, тогда мы посадим его в тюрьму. Вот разница.
В. РЫЖКОВ: Разница между нами в том, что вы 10 лет грабили и при этом ругаете ту власть, при которой вам позволено было грабить. А я как раз считаю, что грабить нехорошо, и это была основная ошибка этой власти, но свобода это правильно. И я готов защищать вашу свободу, хотя вы грабили эти 10 лет, потому что вы уж точно выиграли от ельцинской эпохи больше, чем любой другой политик.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет.
В. РЫЖКОВ: Вы в начале ельцинской эпохи были кем? Научным работником.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да это же не важно!
В. РЫЖКОВ: Как это, не важно?! Только благодаря свободе вы стали российским политиком.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Получается, я один?
В. РЫЖКОВ: Что значит, один?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А кто еще стал?
В. РЫЖКОВ: Миллионы людей выиграли от свободы.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Но где они?
В. РЫЖКОВ: Миллионы, которые имеют свое дело, которые имеют возможность думать, что хотят, и говорить
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да все уехали уже из Москвы, посмотрите, 200 000 лучших ученых, все лучшие ученые уже уехали из России, молодежь, дипломаты
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я прошу прощения. Еще минута голосования осталась. После новостей мы прокомментируем результаты. У нас будет еще третье голосование.
НОВОСТИ
А. ВЕНЕДИКТОВ: Программа "Ищем выход". И мы с Ириной Меркуловой переходим сейчас к третьей части, именно ищем выход, потому что мы говорили о Ельцине Я сразу хочу сказать, что у нас проголосовало 5668 человек, отвечая на наш вопрос. Ельцин скорее разрушитель СССР 62 % проголосовавших Еще раз напомню, никакого социологического опроса Кто захотел тот проголосовал. 38 % считают, что он создатель новой России. Зависали телефоны, вы уж извините, и с той, и с другой стороны. Столько звонило одновременно за пять минут. У нас будет еще третье голосование: уже наследники или не наследники? О Путине. И вот, наследие, мы переходим к третьей теме. Ира.
В. РЫЖКОВ: А результаты?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я сказал: 62
В. РЫЖКОВ: А, уже сказали.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да. Поехали.
И. МЕРКУЛОВА: Ельцин назвал преемником Путина. Насколько можно говорить о преемственности в политике?
А. ВЕНЕДИКТОВ: О преемнике в политике. И вот, прошел год.
В. РЫЖКОВ: Тут надо четко разделить: преемник как преемник и преемственность в политике. То, что он преемник Ельцина это однозначно. Все помнят, и я помню, Алексей мне позвонил 31-го и говорит: ты знаешь о том, что Ельцин ушел? Я говорю: не может быть! Первая реакция: не может быть.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я могу сказать, что я позвонил тогда твоему вождю Чего-то не так, вру.
В. РЫЖКОВ: Виктору Степановичу.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, значит, звонок: тебя Черномырдин. Прямо сюда, из машины. Он говорит: ты что там трам-там-там по радио порешь?! Я говорю: Виктор Степанович, вот он сказал. Он говорит: ты что, над президентом издеваешься? Да, вот он сказал. Я подношу трубку к радио. Он говорит: я слышал. Так, поворачивай! это он шоферу. Бросает трубку. Это было ровно вот так.
В. РЫЖКОВ: Конечно, в этом смысле преемник Ельцина. Ельцин ему создал все условия, ушел на пике популярности, срубил все, включая Владимира Вольфовича, реальную возможность сопротивления.
И. МЕРКУЛОВА: На пике популярности?! Там же процента
В. РЫЖКОВ: На пике популярности Путина, я имею в виду. Потому что война была популярна, пенсии платили Самый пик декабрь. То есть Ельцин создал ему все условия. Но вот то, что касается политики, мне кажется, что Путин - это другая политика, чем Ельцин. Да, люди старыеТот же Волошин
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давай говорить о наследии.
В. РЫЖКОВ: Ельцинское наследие
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но не Волошин же ельцинское наследие.
В. РЫЖКОВ: Ельцинское наследие, конечно, во многом изуродованное, искореженное, но какой-то федерализм, то есть самостоятельность регионов, какое-то, пусть и дохлое, местное самоуправление, какая-то, пусть и полудохлая, свобода слова, какая-то, пусть и не очень хорошая, но система взаимоотношений с той же Западной Европой, с миром и т. д. То есть что-то недоделанное, недокрашенное, недоштопанное, недошлепанное, но все же что-то осталось. Что делает Путин в течение первого года? Сносит Совет федерации, централизует бюджет, ограничивает местное самоуправление.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Другая политика?
В. РЫЖКОВ: Другая политика. Я думаю, что все-таки это политика традиционного российского государства.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Что такое традиционное российское государство?
В. РЫЖКОВ: А очень просто. Как 200 лет назад, как 300 лет назад: верховная власть решает все, человек не значит ничего, суда нет, есть только расправа, свободы слова нет, есть только пропаганда, децентрализации федерализма нет, есть только вертикаль, оппозиции нет, есть только те, кто сидят в тюрьме или иммигрируют. Мне кажется, это уже не тренд, это, конечно, не ельцинская тенденция, это тенденция уже новой власти.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Мы сейчас не говорим, хорошо это или плохо, мы еще скажем об этом. Но все-таки, Владимир Вольфович, Путин это продолжатель дела Ельцина? Вы начали уже говорить Собственно, вопрос-то на голосование от вас-то идет.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Пока продолжатель, потому что, если бы это был совершенно новый президент, уже была бы другая администрация на местах, другие министры. Но пока все администраторы на местах остались прежние, даже эта фигура Наздратенко, и тот перенял уже стиль Ельцина чуть что, в местную больницу, и он будет оттуда руководить краем. То есть пока нельзя сказать, что это совершенно особый
А. ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо. Курс? Люди ладно.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А в этом и заключается.
В. РЫЖКОВ: Люди же и политика это разные вопросы
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Если люди эти будут оставаться, значит, курс будет прежним.
В. РЫЖКОВ: Да ну?!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это как с армией. Вы знаете, если идет на восток и идет на запад, люди одни и те же, но это армия, они чиновники, они исполнители.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Если судить по фактам.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте по АКТАМ.
В. РЫЖКОВ: Давайте по фактам.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Жизнь улучшается? Нет. Люди недовольны? Недовольны. Пресса шумит? Шумит.
В. РЫЖКОВ: Почему недовольны? 76 % - рейтинг у Путина.
А. ВЕНЕДИКТОВ: 38.
В. РЫЖКОВ: 76 последний ВЦИОМ по России. Вопрос доверия.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А мои данные вообще не публикуют. На ВЦИОМ не надо ссылаться. Они так же врут, как врали при советском режиме. Вообще не дают данных.
В. РЫЖКОВ: А какие у вас данные?
А. ВЕНЕДИКТОВ: ВЦИОМ один из самый солидных, ладно.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Солидная ложь.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да ладно!
В. РЫЖКОВ: А у вас какие данные?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я сейчас не буду цифры вспоминать. Мне не дают вообще, не хотят давать. Есть цифры мои. Допустим, последние цифры были 9 % или 8. Не дают. Явлинский да, 6-7, там, Примаков. Вообще не дают.
В. РЫЖКОВ: Понятно. Это Жириновского рейтинг.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Хотя он выше, я там на третьем месте вообще не дают. Так что не надо ссылаться на данные, на газеты, на все прочее.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Можно задать другой вопрос. Я попробую переформулировать, чтобы было понятно слушателям, потому что вы-то многое знаете. Смотрите, если собирать то, что вы сказали в первых двух частях беседы, чем характеризовался так называемый курс Ельцина? Вы оба согласились на то, что он водил эти либеральные свободы, то, что децентрализация государства, суверенитет, правильно? Рыночные реформы. Я не говорю удачно или неудачно. Направление. Правильно? Частная собственная, появился собственник. И открытость миру. Вот, четыре как бы позиции, как мне представляется, из того, что вы сказали. Идем к Путину. Он следует этим? Забыли про людей. Сегодня Волошин, завтра Галошин, извините. Эти четыре тенденции, четыре направления. У Путина есть движение в этом направлении? Вот и все.
В. РЫЖКОВ: Алексей, здесь, на самом деле, и то, и то.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ты недавно говорил Вот, прошел год.
В. РЫЖКОВ: Секунду. Ельцин, можно сказать так, политические свободы и экономические свободы
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы сказали: рынок и либеральность.
В. РЫЖКОВ: У Путина рынок остается, на мой взгляд.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Делаем плюс.
В. РЫЖКОВ: А вот что касается свобод, на мой взгляд
А. ВЕНЕДИКТОВ: Сжимает, минус.
В. РЫЖКОВ: сжимает. Это главное отличие.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Децентрализация.
В. РЫЖКОВ: Децентрализация явно разная политика.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Минус. А Запад?
В. РЫЖКОВ: Я бы тут не стал однозначно говорить, потому что и "большая восьмерка" Путин там очень активно участвует, и, в то же время, Куба и Иран, Ливия
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, давайте ваш вариант.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Опять дезинформация.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Почему дезинформация?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Все же продолжается, как при Ельцине, продолжается разрушение страны.
А. ВЕНЕДИКТОВ: По этим-то можно судить?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: По факту судим. Вы понимаете, если больному дали другое лекарство, а он продолжает умирать, он продолжает умирать. И мне наплевать, что врач в другом халате и другое лекарство. Мы должны судить по факту. Если люди не могут купить жилье, если не имеют работы, не могут отдыхать, не могут учиться, если умирают Мы налоги сделали самые низкие. Ну и что? Резко улучшилась жизнь? Ничего же не меняется.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Еще нет этих данных.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В лучшую сторону ничего в стране не меняется. Самое главное, не будет меняться. Вы подождите, на следующих год что будет в стране.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Что будет?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Еще хуже будет.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да ладно вам!
В. РЫЖКОВ: Как людей-то запугал!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: С 15-го, в ближайшие дни Москва повышает на 25 % плату за электроэнергию и за тепло. Богатые москвичи уже будут замерзать, потому что нечем уже будет платить. Понимаете, что ситуация все хуже и хуже в стране? Армия слабеет. Почему ФСБ отдали руководство Чечней? Потому что армия уже ничего не может сделать. Голодные солдаты стоят. Что им, мародерством заниматься?
А. ВЕНЕДИКТОВ: А ФСБ не голодное?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: ФСБ хотя бы может ночью что-то делать, у нее есть какие-то специфические функции. И сколько можно армию
В. РЫЖКОВ: А что ночью делает ФСБ? Какие специфические функции?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ночью они какие-то операции проводят, отдельные, индивидуальные, какое-то у них есть свое прослушивание. Армия впустую: автоматы, пулеметы, ракеты, то есть
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, все-таки Путин все продолжает?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Все продолжается, как при Ельцине.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть и открыт А вот как же Куба, Иран? Давайте то, что Володя говорил.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Это нюансы. Что Куба?
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, вы же сами ездили
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А что дальше? Что изменилось?
А. ВЕНЕДИКТОВ: И чего?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего же не меняется. Ирак мы продолжаем предавать.
В. РЫЖКОВ: То есть не патриот, вы считаете?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Он патриот. Но ничего не делается.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А почему?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нужно резко менять курс.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А он не меняет?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А он не меняет его.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть вы считаете, что Путин не меняет внешнеполитический курс?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Конечно. Все остается: Запад, НАТО. Пускай, все отдадим, мы открыты, демократия, НТВ, коммерческие вопросы. Ведь Гусинский будет сидеть в Испании и отдыхать 20 лет.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, не надо там
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Бородин будет 20 лет, как Монте-Кристо, сидеть в Америке.
А. ВЕНЕДИКТОВ: На гамбургерах, чизбургерах.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Там хорошее питание. Но в стране-то, в стране ничего не изменилось. То есть отличие? Уехали Гусинский, Березовский. Нам что, лучше стало? Все же осталось. Посмотрите, передел собственности, бандитский передел продолжается. Что у нас, алюминий вернулся в Россию? Ушел из России. Газ уходит из России. Что, нефтяные компании зарабатывают деньги в нашей стране? Ничего не зарабатывают. Завтра-послезавтра резкое повышение цен на нефть и мы опять в самом тяжелом положении.
В. РЫЖКОВ: Это правда.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего же не меняется. Где монополия на транспорт? Продолжают транспорт мучить наш.
В. РЫЖКОВ: Это правда.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Электричество Ничего не происходит. Все, как было при Ельцине, это продолжается.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, что вы сказали? Можно я повторю для слушателей, впереди же голосование. Ваша позиция. Как была внешняя политика так она и осталась. Правильно ли я понимаю, что рыночные реформы остались?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Продолжаются, еще в худшем варианте, потому что Чубайс, Гайдар соображали немножко лучше, чем Греф, Греф вообще ничего не соображает. Еще хуже стало. Чего-то Гайдар и Чубайс могли сформулировать, была хоть какая-то концепция, Греф вообще ничего не понимает, его нужно немедленно убрать из правительства, его и уберут скоро. Но нам-то с вами не легче. На его место поставят Грефа номер два. Нам что с вами останется.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ваша точка зрения понятна. С точки зрения децентрализации. Ельцин проводил, а Путин - так называемую вертикаль власти: Совет Федерации усиливается
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я по факту опять. Ничего же не произошло.
А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть не взял под контроль регионы?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего не произошло. Если раньше можно взять напрямую ответственность на губернатора, то теперь эта ответственность растеклась на область.
В. РЫЖКОВ: Он, кстати, абсолютно прав. Теперь губернаторы говорят: а мы при чем? У вас в Новосибирске сидит начальник, у нас президент. Это плохо.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А окружной начальник приезжает, ничего не понимает, он впервые в этой должности, он генерал. Или дипломат Драчевский. Откуда он знает Сибирь? Он в Сибири не был никогда. Поэтому это опять по внешним факторам положительно, но по факту-то отрицательно. Страна-то не укрепляется, ничего реально в укреплении не происходит. Как сидели в феодальном государстве, так и сидим.
В. РЫЖКОВ: Я согласен с Владимиром Вольфовичем вот в чем. В плохом ничего не меняется. Как были супермонополисты, близкие к власти, которые нефть, газ распихивали, так они и остались. Как была чудовищная коррупция, так они и осталась. Как не было независимого сильного суда, так никто об этом и не говорит. Как не было нормальной местной власти, которая бы могла топить Но есть изменения к худшему при этом.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Что
В. РЫЖКОВ: Вот, пример с вертикалью. Абсолютно правильно Владимир Вольфович говорит.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но вы сами голосовали за эти законы!
В. РЫЖКОВ: Я не голосовал, я против голосовал.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Закон хорош. Исполнение! Я говорю, что врача нужно, я не говорю, чтобы он это лекарство давал.
В. РЫЖКОВ: И исполнение плохо, а закон еще хуже, потому что вы представляете (и люди уже привыкли), что губернатор отвечает за свет, за тепло. Теперь они говорят: а при чем здесь мы? Вот есть федеральный округ.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Лужков скажет, а при чем здесь я? Идите к Полтавченко.
В. РЫЖКОВ: Конечно, занимайтесь, у нас сейчас вертикаль. Изымают деньги у людей.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Лужкова убирать или Полтавченко?
В. РЫЖКОВ: Алексей, поэтому мне кажется, что, если и есть изменения, то к худшему по очень многим направлениям. К сожалению.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И все-таки ощущение?
В. РЫЖКОВ: Новый курс.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Считаете ли вы, Владимир Вольфович Володю я понял новый курс. Вы говорите, что курс пока старый. Считаете ли вы, что Путин способен проводить свой отдельный курс? Или нет?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Считаю, и он будет проводить. Но после Варфоломеевской ночи. Он должен издать указ и провести в стране кадровую революцию, убрать всю ельцинскую администрацию.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но даже после коммунистов так не было.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Именно. Поэтому Ельцин ничего не мог сделать, поэтому коммунисты провалили все реформы, а виноват Чубайс, Гайдар и все остальные. А на местах коммунисты заглушили все реформы. Только в Москве что делалось!
А. ВЕНЕДИКТОВ: Надо регистрацию провести, как в Чехии.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ни в коем случае никого не сажать в тюрьмы, не арестовывать.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, нет, просто не выпускать.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Немедленно провести декоммунизацию страны и убрать те кадры
В. РЫЖКОВ: Это было у нас. При Грозном опричнина. Вырезали половину страны.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не вырезать. Я говорю еще раз.
В. РЫЖКОВ: Отлично. Всех вырезать. Классика.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Только кадры. Иначе мы будем топтаться на месте, нам будет еще хуже.
В. РЫЖКОВ: Только что сказал, что Чубайс с Гайдаром хоть что-то соображали в экономике, и тут же говорит: всех добить, всю ельцинскую убрать. Кто ж тогда будет управлять?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Правильно. Так это же были ошибочные. Они же ничего не делали.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А где людей-то взять?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Люди есть.
В. РЫЖКОВ: В ЛДПР, например.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Подготовленных специалистов полно, их никто не берет к власти.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А чего же он их не берет?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Потому что сидят саботажники на местах.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но он-то видит.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Видит. Говорю главное. Пока он не отрежет пуповину от Ельцина, его него не отречется окончательно, самое лучшее это было бы арест Ельцина, его высылка, у Маркеса "Переписка президента", выслать его в Германию.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Его жалко. 70 лет человеку.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да, больного. На самолет, как Солженицына, и из страны убрать. Тогда бы Путин стал героем. Все, конец ельцинскому режиму и всех его министров к черту.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Может, поэтому Бородина отдали?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Начало.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы считаете, что этот начало?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Это начало. Но делается очень корректно. Делаться всуе будет тихо, спокойно, чужими руками и за рубежом. Наши тюрьмы не пострадают. Но медленно. Вот почему я оказываюсь неправым. То есть Путин все делает правильно, но слишком медленно.
В. РЫЖКОВ: Да, сейчас американские налогоплательщики оплачивают Бородина.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Пускай он и их кормит. Смена курса нужна.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы все время, Владимир Вольфович, говорите, что Мне показалось, что Владимир мы пропустили в дебатах горячих очень хорошо, что пропустили вернее, хорошо, что дебаты горячие одну очень важную вещь. Что люди могут быть теми же, а армия - идти в другую сторону. Чиновнику приказали - он развернулся и пошел.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Чиновники погубили царский режим, советский и ельцинский. Путин должен покончить с ними, их половину нужно убрать вообще.
В. РЫЖКОВ: Правильно. А он строит вертикаль административной бюрократии.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Их полтора миллиона на улицу выкинуть.
В. РЫЖКОВ: Он строит чиновничье государство, без парламента, без оппозиции, без свободы слова.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Полтора миллиона будут сидеть дома, никуда не выйдут, они слабые, трусливые чиновники, никто никуда не выйдет, боятся, что будет протест против чиновников. Ничего не будет никогда.
В. РЫЖКОВ: Не будет. Но, с другой стороны, он же делает
А. ВЕНЕДИКТОВ: С семьями это значит не полтора миллиона, а 9 миллионов человек. Куда? На корабли и
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет. Заниматься бизнесом.
В. РЫЖКОВ: Они образованные люди, пусть займутся бизнесом. Но он-то строит как раз чиновничье государство. Парламент ослаблен
А. ВЕНЕДИКТОВ: Он увеличивает количество чиновников.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И это последствие ельцинского режима.
В. РЫЖКОВ: Опять ельцинского режима!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ельцин был без партии, без команды, набирал случайных людей. И Владимиру Владимировичу ничего не остается, как продолжить ту же линию кадров. Ему не хватает, он задыхается
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте спросим слушателей. Я просто не буду переформулировать вопрос. Мы вместе с нашими гостями, Владимиром Вольфовичем Жириновским и Владимиром Александровичем Рыжковым, этот вопрос как бы сформулировали. Вопрос очень простой. Считаете ли вы, что Путин продолжает курс или дело Ельцина, как вы понимаете, или считаете, что проводит свой собственный курс. Уже смена курса произошла? То есть, произошла смена курса или нет? В этом суть вопроса. Итак, если вы считаете, что Путин продолжает курс Ельцина, звоните 995-81-21. Если вы считаете, что Путин проводит свой собственный курс, уже сменил курс, звоните 995-81-22. Напомню, что голосование идет в течение 5 минут, что звонок из Москвы бесплатный, а звонок из других городов только стоимость соединения. Идет последний интерактивный опрос. Авторы вопроса совместно, как законопроект, Владимир Рыжков и Владимир Жириновский. Вы, может быть, законопроекты будете писать вместе.
В. РЫЖКОВ: Запросто.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нам позвонило сейчас 860 человек. Пусть пока люди голосуют.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я доказываю продолжение курса Ельцина только на одном факте Чечня. Чечня будет продолжаться еще 20 лет. Какая нам разница от того, что сегодня там затихло? Но убивают каждый день наших солдат.
В. РЫЖКОВ: Это продолжение курса еще Александра Второго, Александра Третьего. Чечня у нас уже продолжается 100 с лишним лет.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не надо. При советском режиме все закончилось. Это было обострение.
В. РЫЖКОВ: Или он продолжает курс Сталина, который тоже решал эту проблему и известно, каким образом.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Бедных уменьшается? Не уменьшается. Больных уменьшается? Не уменьшается. Наркоманов растет количество.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но можно сменить курс, а положение все равно остается
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Армия продолжает слабеть. КГБ не усиливается, МВД не усиливается.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Как же не усиливается? Вы же закон приняли. Уже деньги пошли.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Повторяю еще раз. Тысячу законов приняла Госдума и все ненужные законы. Тысяча законов за 8 лет, и жизнь не улучшилась. Это все ненужные и фальшивые законы.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но курс президента может быть только через
В. ЖИРИНОВСКИЙ: По факту люди продолжают жить плохо, люди не живут в безопасности, их убивают, уничтожают, они продолжают уезжать. Семьи разрушают. По семье судим. Продолжается разрушение семьи. Не хотят рожать, больных все больше и больше.
В. РЫЖКОВ: Вот этот текст можно взять любую газету 19-го века, один в один: не рожают, болеют, нищета. Взять любой памфлет 18-го века: не рожают, болеют, нищета. Любой памфлет 16-го века: не рожают, болеют, нищета. Менять надо жизнь.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да подождите же. Людям-то дать Глас народа же! Е-мое, как говорила кукла Куликова, подождите, дайте вопрос повторить.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Народ будет сегодня голосовать за якобы меняющийся курс, потому что обидно: как же, мы голосовали за Путина, а курс ельцинский.
В. РЫЖКОВ: Я думаю, что народ не глупее нас.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Вы это прокомментируете. Я хочу напомнить, еще 1,5 минуты голосования.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Народ не сможет выразить свою волю никогда.
В. РЫЖКОВ: Здесь он сможет.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нам позвонило уже 2600 человек. Еще одна минута голосования. Напомню, звонок из Москвы бесплатный. У нас, я думаю, что будет тысячи три все-таки, потому что народ немного растерялся, как видите, голосуют меньше, потому что это же довольно сложно.
В. РЫЖКОВ: Устали за день.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да ладно, устали! Наши люди никогда не устают.
В. РЫЖКОВ: Профессиональные политологи многие не знают, как ответить на этот вопрос.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А у нас люди все знают.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: По одному году тяжело судить.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Слушайте, но во всем мире первые 100 дней, ну, ладно
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Там ситуация другая, не надо с чужим миром сравнивать. Вот через 10 лет мы увидим.
В. РЫЖКОВ: У них президенты, у нас выборные цари, у нас дольше запрягают.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Поэтому за один год тяжело.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, указ номер один какой должен был подписать Путин, кроме как всех уволить? Это я понял. Что для того, чтобы простые люди, как вы говорите, почувствовали? Потому что пока уволят чиновников, пока наймут чиновников, пока будут приняты решения, пока пойдут деньги
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Смена всех силовых структур.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Не понял.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не способны сегодня они обеспечивать безопасность.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, извините! Люди получают по 600 рублей пенсию. Ну, сменят там этого
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Смена внешнеполитического курса.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Пенсия не увеличится от этого.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Увеличится.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Увеличится.
А. ВЕНЕДИКТОВ: За счет чего?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Мы получим все деньги за счет со всех государств, которые нам готовы эти деньги отдать, мы не берем, мы не берем у них деньги.
И. МЕРКУЛОВА: Кто сказал, что они готовы?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Я сказал, потому что сегодня утром я вернулся из Ирана. Иран 10 лет нам предлагает проекты по два миллиарда долларов ежегодно. 20 миллиардов мы не получили с Ирана, 20 миллионов долларов не получили с Ирака, с Ливии. Мы не получаем с тех, кто нам хочет давать. Нас привязали к западной деснице.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Почему Иран не возвращает деньги? Причем тут Запад?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Готов.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Так отдай.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не берем, я вам говорю.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Кто не берет?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: С Белоруссией чего мы не соединяемся? Это же профанация, это ельцинский курс, имитация. С Белоруссией ничего не будет делаться, никто не будет с ней соединяться. То есть все время имитация всего.
А. ВЕНЕДИКТОВ: А, может, рано?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да не рано! Я говорю еще раз: это тот же самый курс. Через пять лет вы скажете, что он был прав. А мне не нужно того, что Рыжков скажет, Жириновский и еще
В. РЫЖКОВ: Я бы, на месте Путина, первый указ подписал: сокращение госаппарата на 25 %. Это то, что сделал Мори, японский премьер. Вы посмотрите, любой город
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это подняло бы пенсии?
В. РЫЖКОВ: Однозначно. Это раскрепостило бы экономическую жизнь и подняло бы пенсии. Посмотрите, у нас сейчас в городах кто строит офисы? Налоговая инспекция, налоговая полиция, Сбербанк, таможня. Кто самые шикарные офисы строит? Чиновники. Вот, что надо было сделать. А что касается Ирана, Ирака, Владимир Вольфович, Индия в прошлом году экспортировала на 40 миллиардов долларов программного обеспечения. Нам надо не с Ирана и Ирака деньги тянуть, надо развивать новую экономику, которую невозможно развить. Вот это и будет новый курс. Без открытых условий экономической жизни, без хорошего образования невозможен новый курс.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А для этого нужна срочно монополия, монополия на транспорт.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Это и есть новый курс, вы считаете?
В. РЫЖКОВ: Какая монополия? Получите деньги Ирака, а дальше что? Зубы на полку? Развивать надо свободу, предпринимательство, новую экономику.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Так не развиваем.
В. РЫЖКОВ: Правильно, чиновников плодим.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: А кто ее развивает? Сегодня что ли развиваем?
В. РЫЖКОВ: Вот в этом-то и вопрос.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вопрос-то в том, продолжается или не продолжается. Продолжают убивать наших бизнесменов. Чиновников-то не увольняют.
В. РЫЖКОВ: Я и говорю, что по многим позициям новый курс хуже, чем прежний.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте, как люди. У нас есть ответ. У нас проголосовало 3922 человека за пять минут. Меньше, но, тем не менее, очень большой результат, почти 4000. 43 % согласны с Владимиром Вольфовичем, считают, что продолжатель дела Ельцина, 57 % - проводит свой курс, новый курс уже. Я просто думаю, что такое вот разделение
В. РЫЖКОВ: Это правда. Это, на самом деле, трудно определить. Я считаю, что все-таки это новый курс, хотя много
А. ВЕНЕДИКТОВ: Мы не будем повторяться, у нас осталось до конца передачи ровно одна минута. И я хотел бы в последние 30 секунд у каждого из вас спросить, если Борис Николаевич Ельцин войдет в историю (он вошел в историю), как вы считаете, будет совместный памятник Ельцину и Путину как эпохе?
В. РЫЖКОВ: Никогда.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Минин и Пожарский.
В. РЫЖКОВ: Никогда, никогда не будет.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Им вообще памятники ставить не надо.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Но потом.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Потом пожалуйста. Можно поставить. Ленин со Сталиным на скамеечке сидят, а сзади них Ельцин Можно все сделать. Издевательство.
В. РЫЖКОВ: С Ельциным будет, как с Николаем Вторым: к нем очень плохо относились в 17-м году, очень плохо в советское время. Сейчас все опросы показывают, за 70 лет его рейтинг (если так можно выразиться о бывшем царе), растет, потому что, когда проходит время, люди ценят, прежде всего, тех, кто дает им свободу
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да никакой свободы нет у нас, 100 лет никакой свободы.
В. РЫЖКОВ: Я уверен, что Ельцин все-таки будет оценен потомками обязательно. А памятника вместе им точно не будет, потому что
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Не нужна нам оценка потомков. Мы сегодня хотим жить, Владимир Александрович. Сколько можно, как коммунист: оценим прошлое. Так и Ленина сегодня ценят, до сих пор несут цветы к нему. А он главный террорист. Басаев сегодня герой в Чечне. Это что, тоже хорошо?
В. РЫЖКОВ: Рейтинг Ленина подает, рейтинг Басаева очень низкий.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего, и Басаев будет, как Шамиль, который был в том веке, и была война 300 лет.
В. РЫЖКОВ: Это зависит от российской политики, а не от Басаева.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И когда-нибудь скажут, что НАТО спасло мир от ядерной угрозы. Кто-нибудь так оценит. Нам уже сегодня говорят, что спасибо Гитлеру, он уничтожил Советский Союз.
В. РЫЖКОВ: Кто такое говорит?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В Западной Европе.
В. РЫЖКОВ: В Западной Европе дураков хватает. Но серьезные люди этого никогда не скажут.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Там считают, что Америка спасла демократию, что не мы разбили немцев, а они разгромили немцев. Вы знаете их учебники истории? Откройте учебники истории, там все написано, что американцы разгромили немцев. И одна строчка: "А в это время русские на востоке перешли в наступление".
А. ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Вольфович, последний вопрос. Тем не менее, Борису Николаевичу 70 лет. Я бы хотел, чтобы вы ему пожелали от себя уже
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Арестуйте старика, арестуйте его!
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да не политику, а человеку!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: В Лефортово и все. Самый лучший исход жизни. И тогда ему памятник поставим: погиб в Лефортово.
В. РЫЖКОВ: Борис Николаевич, выздоровления вам, с днем рождения вас.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да он не болеет никогда, он прикидывается.
В. РЫЖКОВ: Вы уже в истории.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Дед Мороз, праздник нам устроил.
В. РЫЖКОВ: И ваша третья либеральная революция будет еще оценена.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, вам все революция нужна. Горы трупов из-за его революции, Кавказ горит из-за его революции.
В. РЫЖКОВ: Горы трупов это ваш милитаризм.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И все войска в степи, в тайге.
В. РЫЖКОВ: Там такие горы трупов, что не снились никакой либеральной революции.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Его жизнь он оркестром чужим дирижировал. Вот ему такая ситуация нужна. В Германии ему этот оркестр подарить, пускай там дирижирует.
В. РЫЖКОВ: Коль приедет там дирижировать.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, вместе с Колем в один интернат.
В. РЫЖКОВ: В одну баню.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я все-таки считаю, что, как мы в самом начале беседы сказали, все равно историческая личность, все равно огромный масштаб.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Бандитизм это тоже история, и Гитлер история, и Наполеон история, и Троцкий история.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте подождем, как через сто лет
В. РЫЖКОВ: И даже Венедиктов с "Эхо Москвы" и Жириновский это тоже история.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: И мы были не правы, когда в августе 1991 года его поддерживали.
А. ВЕНЕДИКТОВ: И мы, тем не менее, тоже часть этой истории, Владимир Вольфович, и вы часть истории.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Но с какой стороны? Правильно, могила: один в могиле, а другой закапывает. Вот, Ельцин закапывает, а народ лежит в могиле.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Да он на пенсии уже.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Сейчас да, на пенсии, но пока еще, к сожалению, влияет на нашу родину.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Последний вопрос. Если, действительно, Борис Николаевич влияет, вы тоже скажете "к сожалению"?
В. РЫЖКОВ: Рейган тоже влияет, хотя Рейган уже недееспособен, но он влияет. Нынешняя администрация это ремейк, если говорить молодежным словом, старой администрации. Любая крупная историческая личность влияет, и не обязательно в больнице, не в больнице, он будет влиять, потому что это целая эпоха.
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я думаю, мы увидим результат этого влияния или невлияния. Спасибо вам, мы продолжаем искать выход. Спасибо всем тем, кто принимал участие в наших голосованиях.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" были Владимир Жириновский и Владимир Рыжков.