по телефону - Валентина Колестратова - Интервью - 2001-01-09

9 декабря 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Валентина Колестратова, доктор биологических наук, зав лаборатории токсикологии радиоактивных веществ Института биофизики РАН (по телефону)

Эфир ведет Владимир Варфоломеев

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Самый громкий скандал последнего времени так называемый балканский синдром: солдаты, которые служили на территории Косово и в целом бывшей Югославии, после возвращения домой некоторые из них обнаруживали у себя заболевания, связанные с раком, в том числе лейкемия, это малокровие или белокровие. Насколько это может быть связано с тем, что США использовали во время военной операции на Балканах снаряды с так называемым малообогащенным ураном? Есть ли связь между этим веществом и тяжелыми болезнями человека? Действительно ли ученые могут сказать о том, что существует такая связь?

В. КОЛЕСТРАТОВА: Сейчас очень трудно это сказать, потому что отсутствует очень много данных, которые бы могли пролить на это свет. Во-первых, неизвестен объем территории загрязнения, неизвестны локальные величины загрязнения и нет связи с теми дозами, которые могут вызывать поражение.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Но теоретически этот малообогащенный или обедненный уран представляет опасность для человека?

В. КОЛЕСТРАТОВА: В принципе, в зависимости от того, в каких дозах он поступает, он может проявлять себя совершенно различно. Существуют три естественных изотопа урана: 234-й, 235-й и 238-й уран. Пропорция содержания изотопов 235-го урана различная. Наиболее распространен уран 238-й, а уран 235-й, который входит совместно с 238-м в эти боевые снаряды, может там содержаться в разном количестве. И в зависимости от этого, может работать или химический фактор, или радиоактивный.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Действительно ли частицы этого урана могут находиться в своем нормальном состоянии и в воздухе, и в почве длительный срок времени.

В. КОЛЕСТРАТОВА: Да, они могут длительно находиться, потому что у них очень большой период полураспада. Например, для урана 235-го, который содержится вместе с ураном 238-м и который обеспечивает традиционный фактор, период полураспада составляет 4,4 на 10 в девятой степени лет, поэтому они могут находиться очень долго.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть, если эти американские бомбы нанесли вред природе и в целом всей окружающей обстановке в Югославии, то эти территории могут быть заражены долгие-долгие годы?

В. КОЛЕСТРАТОВА: Поскольку я все-таки экспериментатор и занимаюсь токсикологией радиоактивных веществ, я вам хотела бы сделать некоторые выкладки. Безопасная зона от всех техногенных источников, согласно нормам радиационной безопасности, составляет приблизительно 1 миллизиверт дополнительно к природному фонду, который, как известно, составляет 1 миллизиверт в год. Для урана это эквивалентная доза, которая создается поступлением 15 миллиграмм химического фактора. Чтобы обнаружить биологический эффект, нужна доза, равная 1 зиверту, это будет соответствовать уже 15 г урана. Представляете, какая это большая доза, которая непосредственно должна поступить в организм, чтобы вызвать какие-то эффекты. Сейчас возник вопрос о лейкозах. В этом плане мне бы хотелось привести цифры. Ну, скажем, мы говорим о пороговых цифрах, которые не вызывают эффект, которые были рассчитаны по данным ситуации в японской когорте после взрыва атомной бомбы. Пороговая доза, которая не вызывает эффекта, составляет приблизительно 0,3 зиверта, то есть она значительно ниже той дозы, которая нужна для того, чтобы был вызван эффект.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Но использование или, скажем, соприкосновение человека с этим малообогащенным, или необогащенным, ураном может вызвать возникновение таких болезней, о появлении которых сообщалось в прессе? В частности, лейкемия.

В. КОЛЕСТРАТОВА: Я вам рассказала, что это должна быть поглощенная доза от радиоактивного фактора, равная 1 зиверту.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Здесь важно понять, что сама теоретическая возможность такого вообще существует.

В. КОЛЕСТРАТОВА: Насчет теоретической возможности я вам сказать не могу. Скорее всего, такая возможность не существует. Я могу сослаться на ряд монографий, написанный в Институте биофизики, руководимом академиком Ильиным, около десятка монографий о действии разных произведений урана, которые в общем подтвердили не то, чтобы подтвердили Нет таких данных, ни в одной монографии не указано о том, что возникали лейкозы в отдаленные сроки воздействия.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть все зависит от периода развития тех или иных болезней? В течение малого срока времени их проявления и летальных исходов быть не может.

В. КОЛЕСТРАТОВА: Опять, если мы вернемся к радиационному фактору, то здесь первое значение имеют дозы.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Еще один вопрос, который, я думаю, сейчас надо обязательно объяснить. В России не в военных, а в гражданских целях где-то используется подобный малообогащенный уран? Где-то может человек с ним соприкоснуться?

В. КОЛЕСТРАТОВА: Я думаю, только на производствах.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: То есть на каких-то заводах, предприятиях это может использоваться?

В. КОЛЕСТРАТОВА: Может использоваться, потому что вначале используется обогащенный уран, который в атомных реакторах используется, - это смесь 4% урана 235-го и 96% урана 238-го. В процессе обогащения урана содержание радиоактивного изотопа урана 235-го съедается до 0,2 %. Такое низкое содержание урана 235-го делает обедненный уран бесполезным в качестве энергоносителя. Поэтому применение его очень ограничено.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Может быть, Вы знаете, приходилось с этим сталкиваться: этот обедненный уран в российских вооружениях используется?

В. КОЛЕСТРАТОВА: Вы знаете, это вопрос не ко мне, поскольку я занимаюсь биологическими вопросами.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Естественно, но вдруг были случаи, связанные с этим, в нашей стране?

В. КОЛЕСТРАТОВА: В нашей стране таких случаев не было.

В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Спасибо, что Вы ответили на наши вопросы.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" была Валентина КОЛЕСТРАТОВА, доктор биологических наук, заведующая лабораторией токсикологии радиоактивных веществ Института биофизики РАН.