Пир - праздник или традиция? - Ада Сванидзе - Интервью - 2001-01-01

1 января 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" программа "Не так!"

В гостях - историк Ада Сванидзе.

Эфир ведет Сергей Бунтман.

С. БУНТМАН - Сегодня мы говорим о пирах. Мы иногда считаем, что в пирах проводили большую часть времени знатные товарищи средних веков. Так это или не так? Руководители министерств, ведомств или просто территориальных объединений

А. СВАНИДЗЕ - Во-первых, с Новым Годом, дорогие радиослушатели, счастья вам, успехов, удовольствия, радости. Я желаю вам от всей души, чтобы вы получали удовольствие от жизни. Это, в конечном счете, самое главное. И очень рада, что мы снова встречаемся с вами 1-го числа. В тот раз мы говорили о любви, и сейчас мы тоже будем говорить о совершенно аполитичных вещах, на первый взгляд. Потому что, как выяснилось, и в цикле лекций о любви присутствовала политика, и в пирах ее тоже предостаточно. Но поговорим сначала о пирах. Пир - это трапеза, казалось бы. Трапеза, только когда народу много, и когда не только одни родственники, но еще и чужие люди приходят, и когда все очень роскошно и очень шикарно. А вообще такой обычай совместной трапезы уходит своими корнями в глубокую древность. Человек свое тело противопоставлял всему окружающему. Он свою телесную оболочку считал своей защитой. И принимать что-то в себя, внутрь, он предпочитал с большой аккуратностью, считая, что вместе с этим в него могут зайти какие-то темные силы, или какая-то нехорошая пища, вражда и т.д. Поэтому все, что было связано с приемом внутрь, сакрализовалось, это всегда было обставлено, и попить, и поесть. Такие обычаи, как совместная трапеза или когда все по очереди курят трубку мира, вдыхая дым из одной и той же трубки, или круговая чаша идет по кругу, и все пьют из одной чаши... То есть некому совместному поглощению чего-то внутрь всегда придавалось очень большое значение, обрядовое. Мы знаем, что, как правило, (например, по Библии с кем-то преломить хлеб), у очень многих народов, если человек отказывается выкушать у него в доме, то это рассматривается как глубочайшее оскорбление, как акт недоверия, презрения и бог знает еще чего. Поэтому этот порядок совместной еды очень старый, и сегодня мы знаем, что легче всего бывает договориться, как иногда в народе говорят, "сквозь рюмочку". То есть сесть рядком, поговорить ладком, по рюмочке выпить, немножко закусить, и появляется какое-то взаимное доверие, расположение, это бывает очень приятно. Житейски это очень понятно, это как символ мира, особого доверия, желания договориться. В процессе моих разных социологических разговоров некоторые люди жаловались мне на то, что они не пьют, и им иногда бывает очень трудно договариваться.

С. БУНТМАН - То есть они просто физически не выпивают?

А. СВАНИДЗЕ - Не выпивает человек, вообще никогда не пьет. Его приглашает партнер или будущий партнер: "Пойдем, зайдем в ресторан, посидим, выпьем, поговорим", и человек говорит: "Я не пью". Партнер сразу замыкается, вроде бы "ах, ты такой, ты скрытный", и договориться уже трудно. Поэтому совершенно ясно для всех, с кем ни поговори, с современным человеком, что, конечно, совместная трапеза очень сближает. Сидение за общим столом, совместное пение песен, танцы, разговоры, еда очень сближает. Но и очень хорошо, когда бывает очень много вкусной еды, потому что обычно люди не имеют возможности, нет времени очень много, вкусно, обильно наготовить. Поэтому такого рода обильная трапеза - это просто возможность вкусно и много покушать.

С. БУНТМАН - И кто не знает, что несколько дней после Нового Года мы еще едим все салаты, питаемся нашим новогодним пиром

А. СВАНИДЗЕ - И с удовольствием. Все это правильно. Такая обычная человеческая задача общения, объединения, дружелюбия, и просто вкусно покушать - это все очень понятно. И все это относится как к трапезе рядовых людей, так и к пирам элиты. Я сегодня хочу немножко рассказать вам о том, как это выглядело у элиты, в эпоху цивилизованности. Средние века - это цивилизованная эпоха. Ведь когда, например, убивали мамонта, и все дружно его ели, - это была очень большая радость, совместный пир. Это было счастье, набитые животы - это было прекрасно, это был праздник. Но в средние века, для того чтобы устроить такой праздник, было необязательно забивать тут же мамонта, а все-таки праздник получался. Что же это было? Это был праздник, какой-то пир обжорства? Что это было такое, такой пир? Если мы разберемся в том, что представлял из себя пир, например, в элитарных кругах, то мы увидим, что пир - это не только обычай, ритуал, способ хорошо покушать, повеселиться (что любили и короли, и кто угодно), но это было средство социального регулирования межчеловеческих отношений.

С. БУНТМАН - А каким образом? Именно регулирование?

А. СВАНИДЗЕ - Именно регулирование. Это очень интересный момент. Это лучше всего видно по литературным источникам, где описываются пиры. Возьмем хронику Эрика, на которую я многократно ссылалась. Это написано в начале 14 века, описываются эпизоды большей частью 13 века, где-то с 20-х годов. Речь идет о борьбе за власть между потомками Биргера-Ярла, Биргерсонами, которые при не устоявшемся престолонаследии все сыновья в этой семье, как правило, претендовали на власть. И поэтому, когда кто-то из них эту власть получал, то его братья, которые становились герцогами, получали герцогскую корону, начинали с ним воевать открытым образом. Какое тут братство.

С. БУНТМАН - Это вообще одна из жутких историй.

А. СВАНИДЗЕ - Она ведь не единственная, просто хорошо расписана. Они начинали воевать с ним за эту корону. И несколько поколений выбивали друг друга, так воюя. А, между прочим, они пировали. В этой работе, в этой рыцарской поэме описано почти 20 пиров. Одни более подробно, другие менее подробно. По какому же поводу они происходили? Помолвка, свадьба, мирный договор с соседним государем или между королем и герцогами. Дипломатическое событие такого рода, как приезд соседнего короля, который, к тому же, был еще и свояк, потому что был женат, скажем, на сестре короля. Его надо было принять, устраивается пир. Выборы крупного должностного лица, где, предположим, аристократия выбрала того дроца, верховного судью, которого она хотела, а король не хотел. Они взяли и устроили пир по этому поводу, чтобы королю соли на хвост насыпать. Прием в рыцари, например, сына короля, когда он достигает 14 лет. Прием в рыцари целого круга людей по какому-то поводу: коронации, свадьбы, победы. Целую группу людей принимают в рыцари, и по этому поводу устраивается пир. Или свадьба, не только короля, но и его любимого рыцаря. По этому поводу он устраивает пир.

С. БУНТМАН - Но это устраивает король.

А. СВАНИДЗЕ - Король устраивает пир такого рода. Все пиры, как правило, отличаются тем, что туда зовут определенный круг людей. И как говорится в Библии, "много званных, да мало призванных". Понимаете, что получается? Если человека зовут на пир к королю, это знак его социального положения. Если его не зовут к королю, то это либо понижение его социального положения, либо повод для вражды. Тогда его оскорбили, ибо он по своему положению должен быть зван к королю на пир. И если его не позвали, он отходит, нарушает вассальную присягу. Это предлог для того, чтобы враждовать с королем и уходить к другому сеньору.

С. БУНТМАН - Это особенность, которая появилась именно в средние века?

А. СВАНИДЗЕ - Да.

С. БУНТМАН - То есть никакой античный пир такой жесткой регулировкой не занимался?

А. СВАНИДЗЕ - Нет, на античный пир могли позвать и куртизанок, и крупных, известных актеров, и ростовщика, и купца, что было совершенно невозможно

С. БУНТМАН - Что его, скорее, роднит с нынешними приемами?

А. СВАНИДЗЕ - Да, но тогда пир был немножко другой. Эти пиры, трапезы были немножко другие. Они были более чувственными. А пиры Средневековья всегда были более обрядные, хотя чувственности там хватало. Теперь, позвали где посадили? Посадили ближе к центральному столу, который стоял на возвышении, или дальше? Посадили среди ровни или отправили туда, где сидит неровня? Опять - либо хорошо, либо еще ближе посадили - возвышение, либо еще дальше - обида, оскорбление, запомнит это дело, и всем показано: этот в немилости. Понимаете, какая знаковость? Дальше. Удостоился беседы с королем или нет? Послал ему король чашу? Он говорит прислуживающему: "Отнеси этому чашу" - все поздравляют, это знак монаршей милости. И чашу не послал, и во время перерыва не поговорил, и не обратился, и не похвалил, и не попросил скальда, поэта, который там выступает: "Упомяни такого-то, тот же тоже был героем, был в этой битве", тот не упоминает, и король ему не напоминает, - обида. Показывает всем: в немилости этот человек. И, как это всегда бывает, толпа придворных, жужжа, отходит от этого человека. Прислуживание государю за столом - большая честь. И маршал - этот тот, который следил за его лошадьми, и виночерпий, который ему подавал вино, пробуя предварительно, и стольник, который носил ему угощение, и спальник, который смотрел за его постелью, - это, казалось бы, слуги, но ведь эти люди вырастали в высшие придворные чины. Тот, кто смотрел за лошадьми, стал маршалом. Марск - это же начальник конюшни. Стольник - это уже чин. И так далее. То есть люди, которые прислуживают королю во время пира, на виду. Сегодня этот: смотрите, он подает королю чашу. Таким образом, пир - это такой ритуал, который приобретал огромное социальное значение. Кто приглашен, как обласкан, куда посажен. Здесь, с одной стороны, обнаруживаются какие-то моменты престижности и социального положения. Они здесь либо подтверждаются, либо отменяются. Кто-то поднимается, кто-то опускается. Здесь происходит очень серьезная социальная динамика.

С. БУНТМАН - Ада Анатольевна, насколько осознанна со стороны короля такая регулировка?

А. СВАНИДЗЕ - Абсолютно осознанна.

С. БУНТМАН - Насколько это продуманно, насколько это спонтанно?

А. СВАНИДЗЕ - Конечно, были разные короли. Были придурки, которые делали это иногда под влиянием минуты злобы, мгновенной ревности и т.д.

С. БУНТМАН - Или наоборот?

А. СВАНИДЗЕ - Или наоборот.

С. БУНТМАН - Видит: где-то там сидит

А. СВАНИДЗЕ - Да, "иди, я тебя обниму". Это, конечно, бывало, особенно выпивши, а напивались они сильно. Но в принципе известно, что это ритуал, это политика. Поэтому, даже если он в каких-то случаях совершал это под воздействием винных паров, ревности или еще чего-то, все равно это имело очень большие последствия. Это было принято, известно. Это был способ социального регулирования. Это очень интересная штука. Например, так. Торжественный пир, большой. Его готовили загодя, нередко даже строили т.н. зал. Если в маленькой крепости, в которой все это собиралось, не хватало места для большого числа людей, строили специальный зал. Украшали тканями, гобеленами, застилали лавки. Строили один здоровенный дом, который состоял из одной комнаты.

С. БУНТМАН - Это временная конструкция, скорее всего, деревянная?

А. СВАНИДЗЕ - Я не знаю, по этому поводу у меня нет никаких сведений. Возможно, она стояла какое-то время, а потом ее разбирали. Это было что-то вроде манежа, что-то однокомнатное, огромное. И балки, которые укрепляли ее, украшали все это свечами. И иногда свечи под козырьком ставили еще наверху. Зимой темнеет рано, и чтобы путник, который едет на пир, не сбился с дороги, ставили огромную свечу еще наверху под колпаком, как маячок.

С. БУНТМАН - Это, в основном, Север?

А. СВАНИДЗЕ - Да, конечно, Швеция. Приглашали музыкантов. Их обычно называют шутами. Приглашали артистов с флейтами, барабанами, дудками, трещотками, которые создавали жуткий шум, но одновременно плясали, пели, рассказывали всякие басни. И в зал потом все входили чинно, как бы выстраивались по рангу. Король ведет королеву, и т.д., в сопровождении факельщиков. И эти факелы потом втыкались в специальные приспособления по стенам этого зала, прелестно дымили и освещали всех. Поэтому женщины тогда красились очень грубо. Мужчины не красились, они помадились и завивали голову. А женщины красились очень грубо, потому что свет тусклый.

С. БУНТМАН - И от этого лица становились мертвенными?

А. СВАНИДЗЕ - Да. И неслучайно, когда ввели электричество, и когда на первый бал, освещенный лампочками, наши русские дамы пришли с привычным макияжем, это было жуткое зрелище. Они выглядели как площадные матрешки. Бал был, по существу, сорван.

С. БУНТМАН - Вот, пожалуйста, перелом в косметике.

А. СВАНИДЗЕ - Да, потому что электрический свет потребовал совершенно другой, более тонкой окраски, чем та грубая штукатурка, которую делали в средние века. Все без исключения всегда должны были много и вкусно есть. И во всех описаниях пира подчеркивается, что еда была обильная, щедрая, изысканная, что ее было очень много, что все были сыты, довольны, что вино и мед лились рекой, что были заморские вина, белые и красные. Это все время подчеркивает хронист. То есть вопрос того, что хорошо поесть, не был последним на пиру. Король должен был "если угощаешь, так угощай щедро". И это ставится ему в заслугу. То есть возможность широко покушать - это тоже принималось во внимание для приглашенных. "За столом, - подчеркивает автор, - соблюдалась пристойность, царят чинность, воспитанность, мир, покой и порядок". Можно себе представить, что на самом деле было совсем не так и далеко не так. Но то, что хронист это подчеркивает, означало, что уже существовали известные правила общественного поведения во время пира, застолья, которые было принято соблюдать, и если ты хочешь похвалить короля за то, какой у него был чудный пир, то надо сказать о том, что гости, которых он пригласил, поняли, где они находятся, и вели себя соответственно. "Царят благовоспитанность, - он пишет, - беседа" Подчеркивается умение вести благовоспитанную беседу за столом соседу с соседкой или соседям между собой. Конечно, там велись и деловые разговоры. Это совершенно ясно. Это не говорится, но подразумевается. Конечно, во время пира о многом договаривались. Многое выяснялось. Король, наблюдая за сидящими, за тем, как они расселись, мог видеть, как сгруппированы люди, какие группы они составляют между собой.

С. БУНТМАН - Но ведь рассадка на приемах исходит от хозяев, то есть от короля. В каком смысле "как группируются"?

А. СВАНИДЗЕ - Например, рассадка. Людям высшего ранга, элите было положено сидеть за столом, следующим за королевским, который был на возвышении. Следующие два стола, с двух сторон, ножки, занимаются элитой. А как сядет элита? Эти все сели за этот стол, а эти - за этот стол. Там же не было бумажек, как сейчас.

С. БУНТМАН - То есть не было табличек "господин такой-то", "граф такой-то"?

А. СВАНИДЗЕ - Нет.

С. БУНТМАН - То есть это не жестко, по местам?

А. СВАНИДЗЕ - Нет. И поэтому король смотрит, кто с кем уселся, за какой стол уселась эта группа, за какой эта.

С. БУНТМАН - За какую часть стола

А. СВАНИДЗЕ - Да, потому что к чужим не сядут, враждебно встретят. Родня и те, кто группировались вместе, сядут вместе, за один стол, и будут там сидеть. И это очень важно. Дальше. Обязательно отмечаются туалеты кавалеров и дам: что они были богатые, что их было много, и что некоторые привезли с собой по две пары. То есть если пир длился несколько дней, то они два раза меняли туалеты. Танцы. Тоже благопристойно и чинно, там говорится. Танцы входят в ритуал. Дальше, шутки. Много шуток, много веселья. Подчеркивается: "вовсю веселились". Так что это был еще и праздник души. Эти люди умели веселиться. Очень важно, что короли и герцоги использовали эти пиры, где умели веселиться, еще и для привлечения к себе своих сторонников. Выявляются две формы того, как они это делали путем пира. Первое. Когда они во время пира посвящали в рыцари своих верных, как они называли, "наших верных". Например, устраивается пир по поводу помолвки, свадьбы или возведения в рыцарское достоинство старшего сына короля. И он тут же возводит в рыцари еще 10, 20, 30, 40 человек. Они все как побратимы, они одновременно возводятся в рыцари. При этом им даются богатые подарки, и устраивается пир. Все счастливы, он их облагодетельствовал, это его верные люди. Он с ними расплатился за что-то. Так же точно после какой-то победы герцоги (например, разбили в каком-то сражении короля) устраивают пир, и тех, кто отличился, тут же возводят в рыцари, иногда десятками. Это награда, способ привязать к себе этого человека. А также пышные подарки. И особенно интересно, когда король устраивал своим верным свадьбы. У него верные, его какая-то группа, он устраивает им всем коллективную свадьбу, пиршество на 2-3 дня, и дарит им всем свадебную одежду, на свои средства устраивает эту коллективную свадьбу.

С. БУНТМАН - Вообще дарение одежды - это отдельный средневековый номер, один из номеров?

А. СВАНИДЗЕ - Да.

С. БУНТМАН - То есть это может совмещаться и с пиром, со свадьбой?

А. СВАНИДЗЕ - Безусловно.

-

С. БУНТМАН - Мы остановились посреди пира, когда устраивались коллективные свадьбы и раздавали одежду.

А. СВАНИДЗЕ - И одежду, и всевозможные предметы, даже серебро, украшения раздавали не только гостям, но и артистам. Я ни разу не встретила, чтобы артисту заплатили деньгами. У меня таких сведений не было. Наверняка это имело место быть, но в хронике Эрика артистам всегда давали дорогую одежду, иногда хороших лошадей, расшитые попоны.

С. БУНТМАН - Это уже народные артисты.

А. СВАНИДЗЕ - Да. Если были довольны тем шумом и гамом, который поднимали артисты, их очень хорошо награждали, и хронист добавляет: "они уезжали богатыми". Еще была одна составная часть больших балов, которые устраивались по крупным случаям, например, по случаям свадеб. Это турнир. Были просто турнирные встречи, но хронист описывает турниры как составную часть бала. Поели, потом рыцари пошли и подрались. На турнире, как правило, были две формы боя. Одна - это строем, когда группа против группы, рыцари шли строем, линией друг на друга. И индивидуальные битвы: там определялся победитель, каким-то образом награждался, после этого снова шли за стол, кушали, потом танцевали. То есть пир включал в себя турнир как известную часть. Это и развлечение, и зрелище, и смотр воинских сил.

С. БУНТМАН - Все-таки пир главнее?

А. СВАНИДЗЕ - Да. Но турнир был как воинская забава, которая входила в число пиршественных забав. И это тоже очень важно, потому что это тоже фактор социального отбора, тоже способ отбора. Сидят все знатные господа и смотрят, кто как дерется в трезвом виде, в пьяном виде и т.д. Таким образом, пир вообще был очень важный социальный ритуал, который решал очень важные задачи высшего круга, самого элитарного. Как престижные задачи, задачи социальной позиции, так и этические. Потому что это смотр манер, воинских сил, способности к плодотворному общению, достойному поведению. Это было очень важно. Конечно, на пиру приглядывали себе женихов и невест, но браки заключались обычно другим способом но это другой разговор. Но у пира были ведь и другие задачи, были и другие пиры. Мы сейчас говорим о благополучных, радостных пирах. Но ведь были и т.н. "коварные" пиры, которые устраивались для того, чтобы свести счеты с кем-то, заманить и свести счеты. В книге описано три таких случая. Первый случай, когда король заманивает герцогов на пир и заставляет их подписать договор о том, что они больше против него воевать не будут. Он их отпустил, они уехали, и против него воевали. Но такой факт имел место. Был другой случай, когда рыцари-герцоги заманили своего брата, короля, на пир, продержали его какое-то время в плену, отпустив всю его охрану, и взяли от него подписку, что он больше не будет вмешиваться в их дела, что он поделится с ними властью. Он не забыл этого, этой т.н. хатынской забавы (забава в Хатыни), и пригласил однажды братьев на пир, чтобы с ними помириться. Они прекрасно попировали и лобзали друг друга. После этого он сказал, что "рыцарям спать-то здесь негде", маленький замок, и рыцарей, и всю охрану отправили спать по домам, а братьев, которые были безоружные и сильно выпили, пленили спящих, и в одних рубашках бросили в крепостную башню, где их и оставил король, и уехал. И как говорит легенда, в результате они там умерли с голоду, потому что были всеми брошены. За это коварство король потерял корону, все выступили против него. И очень интересный момент был связан с тем, как король предварительно договаривался об этом коварстве. Он призвал к себе ближайшего рыцаря и говорит: "Ты должен их захватить". Тот говорит: "Нет, король, я этого не сделаю, это бесчестно". "Но ты мой вассал!" - "В вассальные обязанности не входят бесчестные действия. Если ты хочешь меня заставить это сделать, я не твой вассал", разворачивается и уходит. Он приглашает к себе еще каких-то дворян, шведов. Те говорят: "Я позориться не буду, я не могу совершить коварный поступок. Это не входит в обязанности вассала. Вассал обязан защищать своего сеньора" Они разворачиваются и уходят. И, наконец, он находит немецкого рыцаря. Это характерный момент. Потому что если автор хроники хочет показать, что кто-то что-то плохо сделал, так это никогда не швед, особенно высшего круга. Это или финн, или датчанин, или немец. Как правило, немцы, потому что там было очень много немцев, рыцарей и простых ландскнехтов на наемной службе. Он вызвал немца, рыцаря, который спокойно все это проделал. За это король поплатился короной. Он вынужден был бежать и окончил свои дни у своего родственника в Дании. Таким образом, пир - это не просто покушать. Это очень многосложное, функциональное явление эпохи. Я думаю, что если мы возьмем какие-то другие эпохи и рассмотрим, что тогда показывала собою какая-то коллективная трапеза на любом уровне... если у нас останется время, я расскажу вам, как пировали ремесленники. Это тоже очень интересно. Между прочим, известнейший русский историк Черепнин, ныне покойный, писал в свое время, характеризуя в Великом Новгороде формы объединений ремесленников, что у них была какая-то форма объединения, которая называлась "обчина" или "братчина" (братство) или "пир".

С. БУНТМАН - Просто "пир"?

А. СВАНИДЗЕ - Да.

С. БУНТМАН - Значит, или просто объединение понимали таким же образом, или заимствовал кто-то у кого-то.

А. СВАНИДЗЕ - Это и есть братство. Это те, кто вместе

С. БУНТМАН - Не зря "братиной" называется

А. СВАНИДЗЕ - "Братина", совершенно верно.

С. БУНТМАН - в которой передают друг другу чашу. Ремесленники. Когда мы сейчас видим приемы и пиры 17, 18, 19, 20 веков с их рассадкой, раскладкой, кого позвали... Прием по случаю Нового Года в Кремле, любой, или по случаю Дня российской независимости. Кого позвали

А. СВАНИДЗЕ - По списочку.

С. БУНТМАН - а кого в этот раз не позвали, кого приветили, кого не приветили

А. СВАНИДЗЕ - Кого пригласили петь, а кого не пригласили петь для избранной публики.

С. БУНТМАН - Да, между прочим. И чем наградили после этого, звание народного артиста

А. СВАНИДЗЕ - или просто отпустили с богом, хотя бы

С. БУНТМАН - Да, все-таки это идет от средних веков.

А. СВАНИДЗЕ - Это еще глубже.

С. БУНТМАН - Но Вы мне сказали, что такие разряды и такая регулировка - это все-таки средневековое...

А. СВАНИДЗЕ - Конечно.

С. БУНТМАН - все-таки упорядочилось тогда, а потом уже стало видоизменяться?

А. СВАНИДЗЕ - Конечно, потому что мы вообще упираемся в Средневековье. Античность - это не собственно Европа. Античность - это Евразия, Средиземноморский мир, юг Европы, Ближний Восток и Северная Африка. Поэтому очень многие античные порядки вошли в европейскую культуру, невероятно ее обогатив, но по-настоящему Европа стала историческим континентом с тех пор, когда произошел синтез с т.н. варварами, с теми, кто пришел не из античного мира и принес свое. Эта братчина, этот пир, это братство, побратимство, когда люди объединялись, надрезали руку, соединяли кровавые раны, они соединялись кровью, становились побратимами.

С. БУНТМАН - Все-таки это от германцев идет?

А. СВАНИДЗЕ - Да, это все от германцев. И так же точно они могли стать побратимами. Например, у некоторых народов было так. Кормящая женщина сцеживает туда немного грудного молока, те, кто хотят быть побратимами, разрезают руку, туда немного крови, грудное молоко, как будто их вскормила одна мать, и их кровь соединяется. Они это выпивают, становятся побратимами, они в себя это берут опять. Каждый обычай такого рода, как правило, связан на Руси побратимы иногда менялись крестами, в походно-боевых условиях, но, в сущности, побратимство всегда подразумевало рискованное совместное действие. То есть сесть за стол безоружные, Вы понимаете?

С. БУНТМАН - Да.

А. СВАНИДЗЕ - Это же протягивают правую руку.

С. БУНТМАН - Ту, в которой должно быть оружие?

А. СВАНИДЗЕ - Да.

С. БУНТМАН - То есть показать, что она пустая?

А. СВАНИДЗЕ - Для рукопожатия, конечно. Это очень важные вещи.

С. БУНТМАН - А когда ты себя вверяешь, ты вкладываешь обе руки.

А. СВАНИДЗЕ - Да, это как собака, которая вас уже полюбила и поверила, под мышку вам сует голову. То есть она становится совершенно беспомощной, показывает вам, что она вам отдается.

С. БУНТМАН - Единственное свое оружие, зубатую пасть?

А. СВАНИДЗЕ - Совершенно верно.

С. БУНТМАН - Два слова о том, как пировали в других слоях.

А. СВАНИДЗЕ - Посмотрите другой слой, возьмите цех ремесленников, например. У них пир происходил гораздо реже. Прежде всего, у них обязательно был пир на день святого покровителя. Например, у ювелиров святой покровитель Людовик. На день Святого Людовика ювелиры (у них в определенной церкви есть свой алтарь или даже церковь Святого Людовика, если они богатые) собираются, они помолятся, после этого садятся пировать. Пир был по случаю крупных церковных праздников. Это Рождество, Пасха. Они пойдут, помолятся и снова идут пировать. Наконец, пир был по случаю принятия в цех нового мастера, ибо условием принятия было следующее. Он должен был сделать шедевр, что буквально означает образец, своего мастерства. Этот образец проверялся старейшинами цеха, и если он удовлетворял требованиям, то человек должен был устроить пир для своих. Все пиры были в складчину, но новичок страивал пир за свои деньги. И обычно в цеховых уставах сказано, сколько бочек пива, сколько мяса, птицы, сколько всего должен он поставить на этот пир. И самое интересное здесь - это предписания о том, как они должны вести себя во время пира. Это изумительные страницы цеховых уставов. Нельзя приводить с собой женщин легкого поведения. Жену можно привести, но за нее нужно заплатить, (или дочь), так же, как внести свою долю.

С. БУНТМАН - Другие отношения уже

А. СВАНИДЗЕ - Да. Нельзя привести женщину легкого поведения, а кто приведет, лишается права участвовать в пире, и может быть внутрицеховое разбирательство. Дальше. Ни в коем случае нельзя громко кричать. Если произносит речь старейшина и кто-нибудь перебивает его, за это его выгоняют из зала. Нельзя напиваться. И кто напился так, что упал головой на стол или свалился под стол, то он должен отделаться огромным штрафом, и если второй раз, его могут выгнать. Если он проливает пиво, так стучит кружкой по столу, что из кружки выливается пиво, или так неаккуратно, напившись, пьет, что пиво разливается по столу, то старейшина измеряет: если рукой можно покрыть эту лужицу, если она закрывается ладонью, один штраф. А если уж рукой нельзя покрыть, такая большая лужа, то это другой штраф. Ни в коем случае нельзя сквернословить, нельзя кричать, и не петь песни, пока все не запоют.

С. БУНТМАН - Насколько, интересно, больше правил - меньше произвола, больше писаных правил, чем неписаных...

А. СВАНИДЗЕ - Да, из этого вы можете сделать вывод о том, как пили, как разливали, как пели, как орали. Это же ясно.

С. БУНТМАН - Да, каждый закон писан

А. СВАНИДЗЕ - Он же писан по известному прецеденту. Значит, вы примерно понимаете, как было весело на этом пиру, как они там наедались, напивались и как себя вели. Но в то же время, очевидно, что эти правила все-таки нормализуют межчеловеческие отношения. И эти уставы вводят известные нормы поведения, хотя бы в виде модели, идеала. Поэтому пир в данном случае тоже служит не только средством единения, нового члена приняли, братства, дружбы они могли собраться на общую тризну, например. Похоронили брата. Брат был небогат, сообща похоронили, и потом сообща его помянули. Но при этом они еще и следят за поведением. Так вырабатываются нормы общественного поведения. Это очень интересно, между прочим.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" была Ада Сванидзе.