Обеспечит ли информационную безопасность в России новый закон "О СМИ" - Михаил Федотов, Алексей Подберезкин - Интервью - 2000-12-28

28 декабря 2000 года.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Михаил Федотов, вице-президент фонда "Индем", секретарь Союза журналистов, и Алексей Подберезкин, лидер движения "Духовное наследие".

Ведущая эфира Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Добрый вечер, дорогие гости! С наступающим вас Новым годом!

М. ФЕДОТОВ - Добрый вечер!

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Добрый вечер! С наступающим тысячелетием!

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Веком, тысячелетием - тут можно с разными приятными событиями начинать поздравлять, хотя китайцы считают, что жить во время перемен - занятие такое нерадостное. И тема, которую мы сегодня обсуждаем в связи с временем перемен - это новый закон о СМИ. Обеспечит ли он информационную безопасность в России? Я думаю, что когда мы говорим "информационная безопасность", ну, как-то так складывается наша жизнь, что мы слышим главное слово "безопасность", да?

М. ФЕДОТОВ - Ну, почему? Я лично здесь в первую очередь слышу слово "информационная". И больше того, мне очень интересно, как сочетаются 2 документа, подписанные одним и тем же человеком, я имею ввиду Путина - это Окинавская хартия глобального информационного общества, которую он подписал как участник большой восьмерки, и доктрина информационной безопасности, которую он подписал как президент РФ. Это документы немножко как бы противоречат друг другу.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Я не думаю, что эти документы противоречат друг другу хотя бы потому, что есть проблема отстаивания национальных интересов, а информация в настоящее время является средством воздействия, более, может быть, эффективным, чем военная сила. Если посмотреть на мировые информационные ресурсы, то, к сожалению, Россия сегодня занимает, наверное, одно из последних мест среди великих держав, может быть, 5%, может быть, меньше всех информационных мировых ресурсов принадлежит России. Поэтому заведомо политический результат достигается просто превосходством мировых информационных ресурсов. Я приведу один пример. Скажем, было очевидно, что агрессия НАТО в Югославии состоится, да, а вот решение об этом где-то за полгода было принято. И я как раз находится в штаб-квартире НАТО, когда этот план подготовки информационной агрессии за 6 месяцев начал реализовываться. За 6 месяцев всю Европу подготовили к очевидному совершенно вмешательству, т.е. к использованию военной силы в качестве внешнеполитического инструмента. Вот вам информационный ресурс. Когда он активно используется, когда он используется целенаправленно, то выигрывается не просто информационная война - достигается политическая цель, может быть, даже без применения военной силы. Когда мы говорим об информационной безопасности, то я, прежде всего, наверное, имею ввиду, что среди других инструментов внешнеполитического и внутриполитического воздействия, информация приобретает в условиях глобального изменения решающую роль.

М. ФЕДОТОВ - Я не могу с этим все-таки согласиться, потому что здесь трудно понять, что первично, а что вторично. Ведь в Западной Европе отношение к югославскому кризису изначально было очень острым, и связано это в первую очередь с чисто эгоистическими соображениями, т.к. беженцы из Косово заполонили Западную Европу. Ну, это естественно, кому нравится, когда на твоей улице появляются беженцы? Это и лишние претенденты на рабочее место, ну, и много с ними связано проблем. Они требуют забот, ухода, они требуют больших расходов. Все это ложиться на плечи налогоплательщика, живущего в этом городе, в этой стране. Поэтому жители западноевропейских городов были заинтересованы в том, чтобы эту проблему как-то решить. В том числе, я думаю, что для многих из них был вполне нормальным и военный метод решения. Хотя я лично считаю, что это была с точки зрения международного права безобразие, а с точки зрения здравого смысла - это была глупость, потому что с помощью бомб невозможно наладить отношения между народами. Вот если бы они на те же деньги построили там школу, натовцы, если бы они на те же деньги построили там театры, библиотеки, снабдили их книгами - это было бы другое дело. Но я все-таки далек от того, чтобы говорить о том, что НАТО в состоянии, используя независимые СМИ, не государственные, способно создавать некие информационные кампании. Другое дело, что это просто бытует в обществе, такое мнение.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Категорически не соглашусь. Я могу привести пример о том, что британского журналиста, как известно, ВВС, выслали за то, что он не освещал события в Косово так, как хотелось руководству компании. Мог бы другие примеры привести, но дело-то не в этом. Совершенно очевидно, что есть политическая цель, и есть инструменты ее достижения. Одним из важнейших инструментов является СМИ. Наравне, может быть, более эффективное, повторю, как военная сила. Так вот, в нынешнюю эпоху, эпоху Интернета, глобализации, СМИ становятся важнейшими средствами политического воздействия. Они и раньше имели огромное значение. Извините, но я в свое время проходил переподготовку как специалист по контр-пропаганде, это еще было в далекие-далекие годы. Так вот время войны, вы знаете, существовали передвижные радиоустановки. Вы вспомните здесь 1993 год, октябрьские события в Москве, как вещали радиоустановки здесь. Ну, и т.д., и т.п. Но вы понимаете, мне даже как-то не хотелось бы это особенно объяснять, но у американцев, например, есть служба, которая координирует эту деятельность и она действует очень эффективно. У Великобритании есть государственная по сути дела телекомпания ВВС - громаднейшая компания, работающая профессионально, которая отражает национальные интересы и защищает национальные интересы Великобритании в той манере, как это нужно Великобритании. Поэтому говорить о том, что население складывает какое-то представление, а СМИ послушно за этим настроением идут, я с вами не соглашусь. Вспомните хотя бы конфликт, предположим, ирако-американский. Ведь американцы сумели создать такую информационную среду вокруг этого военного конфликта, когда никто из нас не узнал о том, что, например, были уничтожены больницы, дети сотнями погибали при бомбардировках - об этом мало кто знает. И наоборот - прошла бескровная блестящая операция. Вот такую как бы виртуальную реальность нам преподнесли.

М. ФЕДОТОВ - Но это с одной стороны. Понимаете, нельзя путать информацию и пропаганду. Да, вот эти звукоусиливающие установки на войне, на линии фронта - это средства пропаганды. Точно так же и американское агентство "UCR" - это тоже средство пропаганды. Но у Америки есть 2 государственных СМИ, всего 2: это "Голос Америки" и "Свободная Европа". Но этим радиостанциям запрещено вещать на территории Америки! Они могут вещать только на иностранные государства, потому что нельзя распространять пропаганду на собственное население, потому что пропаганда - это манипулирование общественным мнением, это манипулирование мозгами людей. Люди должны иметь возможность знать правду, а через пропаганду никогда правду не узнаешь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но возникает вопрос, связанный именно с информационной безопасностью: информационная безопасность и пропаганда, да?

М. ФЕДОТОВ - Так вот, я за пропаганду, так сказать, за пределами наших национальных границ. Да, я очень хочу, чтобы другие страны знали больше о том, что происходит в моей стране, чтобы они знали лучшее о том, что есть у нас. И чтобы, ну, я против того, чтобы сообщать им о наших бедах и проблемах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Т.е. могу я обобщить сказанное вами, что пропаганда есть некий способ государственного манипулирования сознанием, направленное вовне?

М. ФЕДОТОВ - Да, только вовне, потому что если вовнутрь, то тогда давайте забудем и о демократии, и о правовом государстве, о правах человека. Тогда все мы становимся винтиками, и государство нами манипулирует. Они может манипулировать с помощью штыков, тюрем, а может с помощью пропаганды.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Но извините, это наивный взгляд на вещи. А зачем тогда нужны все эти пресс-секретари, все эти пиаровские службы? Конечно, пресс-секретарь манипулирует по определению, пресс-служба Белого дома манипулирует по определению сознанием. Почему Клинтон, вы помните, насколько он от уловок уходил, чтобы отойти от вопроса о Монике Левински, вот, пресловутая эта кампания была, да? Он откровенно врал, и пресс-служба его откровенно врала, манипулировала, занималась пропагандой. Поэтому не надо, мне кажется, быть наивным, тем более как бы наших слушателей в этом смысле дезориентировать. Пропаганда присутствует в своих элементах всегда. Вот мне что нравится в западной прессе - там есть определенный кодекс, когда все-таки на первом месте стараются подать информацию новостную, безоценочную, вот это мне нравится. В нашей прессе, к сожалению, такого реже встретишь, потому что безоценочной информации практически нет, всегда идет с каким-то комментарием, с каким-то подтекстом на каком-то фоне, обязательно какая-то картинка. Я не хочу сказать, что там это идеально, но там достаточно жесткие критерии все-таки есть, они действуют тоньше гораздо. А у нас очень часто в лоб. Но везде всегда есть информация, которая превращается в средство массового воздействия и внутри страны, и за рубежом.

М. ФЕДОТОВ - Я с Вами согласен, конечно, пресс-секретари Клинтона осуществляли манипулирование общественным мнением, осуществляли пропаганду, препарирование фактов. Конечно, они пропагандировали и защищали своего патрона. Естественно, но именно потому, что существуют независимые СМИ, Клинтона все-таки заставили сказать правду и прижали его очень и очень крепко, именно потому, что есть независимые СМИ, которые не осуществляли пропаганду, а задача СМИ как раз дать людям возможность узнать правду. Иначе мы будем жить исключительно в условиях пропаганды. Ну, представьте себе, как можно жить, если вы пользуетесь только рекламой? Вот пропаганда - это реклама. Вот вы можете себе представить, вот вы мужа посылаете купить продукты к обеду, а он ничего кроме рекламы не видел. Ну, что он купит? Он купит, извините меня, эти самые прокладки, зубные пасты, лосьоны против перхоти.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я прошу, конечно, извинения, но не кажется ли вам, что если мы говорим о воздействии на сознание, то правд, на самом деле, может быть очень много, потому что если вспомнить старый анекдот про Ходжу Насреддина: кто прав, ты или ты - и ты прав, дорогой, и ты прав, дорогой, а не прав тот дурак, который сделал меня судьей, конец цитаты. И на самом деле, любая информация может быть средством воздействия. В этом плане мне кажется, что Алексей Иванович как-то вот прав. И любая информация может быть подана в той форме, которая, ну, теоретически...

М. ФЕДОТОВ - Да, конечно, может быть, но в том-то все и дело, тем-то и отличается журналистика честная и порядочная от пропаганды, тем, что журналист сообщает то, что есть на самом деле. Существуют правила, кодексы, международные кодексы поведения журналистов, они утверждены, в частности, Международной федерацией журналистов. И там сказано, что журналистом может считаться только тот, кто распространяет информацию, которая добыта лично им, т.е. он сообщает о том, чему он свидетелем был сам. А если он ошибается, то он обязан принять меры к тому, чтобы исправить свою ошибку и загладить свою вину. Но у нас эти кодексы тоже существуют, только, к сожалению, их не очень хотят соблюдать.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Вы знаете, здесь, наверное, проблема вкуса. Вот хороший, профессиональный журналист не допускает безвкусицы, для него важно профессионально максимально быть ближе к истине. Непрофессиональный журналист занимается заказухой, пропагандой, он как можно дальше стоит от истины, от информации. Хотите пример, кстати, текущий, вчерашний пример - я смотрел, как раз была годовщина ввода советских войск в Афганистан. Вот сколько лет мы жуем эту цифру - 14 тысяч погибших в Афганистане. Это много, я с вами согласен, это много, но просто для примера - это за 10 лет погибло 14 тысяч. От водки в России гибнет ежегодно, не за 10 лет, от плохой водки, от того, что водку разрешили в свое время производить кому ни попадя, каждый год гибнет не по 2 тысячи, как во время афганской войны, а по 50 тысяч. Вот, в сравнение с такими цифрами становится все понятно, а когда говориться о другом.. Понимаете, здесь уже некое препарирование информации. Вот когда журналист занимается препарированием информации, подачей, комментариями не аналитическими, а очень часто бывает, что это пропагандистские комментарии. От этого теряет все общество.

М. ФЕДОТОВ - Т.е. вы хотите сказать, что если бы не было войны в Афганистане, то эти 14 тысяч погибли бы от плохой водки?

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Я хочу сказать, что любая политическая задача решается с какими-то издержками. Это издержки надо оценивать трезво. Трезво - это значит объективно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Тема, которую мы обсуждаем сегодня с помощью нашего компьютера звучит так: считаете ли вы себя жертвой воздействия политических технологий? Для тех, кто считает, телефон 995-81-21, для тех, кто не считает, телефон 995-81-22. Кстати говоря, а вы сами-то себя считаете таковыми?

М. ФЕДОТОВ - Ну, я нет, хотя за последнее время в особенности на нас было вылито очень много вот этих самых политтехнологий. Более того, вы знаете, я пришел к выводу, что у нас сейчас пиар стал заменять и информацию, и политику. У нас нет политики в каком-то вопросе - ее заменяют пиаром. Это очень опасно!

А. ПОДБЕРЕЗКИН - А вот я не был бы так категоричен, потому что, конечно, я, потому что я профессионал, повторяю, и вынужден пользоваться различными источниками, по определению, скажем, все газеты смотреть, по Интернету лазить, слушать, смотреть все новостные каналы, анализировать их, и опыт, конечно, есть. И при всем при том я очень часто себя ловлю на мысли, что я, бывает, кушаю то, что мне преподносят. И только потом, когда уже перевариваю, замечаю, что я съел не то. К сожалению, это происходит, и нередко.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Как вы считаете, возможно ли законодательным путем защитить человека от такого рода воздействия?

М. ФЕДОТОВ - Конечно возможно. И вот тот проект, о котором мы сегодня с Алексеем Ивановичем разговаривали, как раз призван это сделать. Может быть, у него есть недостатки, даже наверняка у него есть недостатки, но главная задача заключается как раз в том, чтобы разделить журналистику и пиар, разделить журналистику как свободную профессию и служение обществу, отделить от пиара как формы пропаганды и навязывания нам то ли товара, то ли политического деятеля, то ли политической программы, чего бы то ни было - манипулирование нашими мозгами.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Вот новый закон, о котором говорить Михаил Александрович, ну, или новая редакция, так скажем, существенно дополненная предыдущего закона, наверное, нужна. Но я вот здесь не скажу, пожалуй, что законодательно это можно гарантировать, т.е. свободу информации гарантировать может только экономическая свобода. Я сам издатель, издаю 9-тый год журнал, много очень книг издала наша организация - более 250 книг. И вот сейчас мы выходим на очень важную проблему: информация как таковая сейчас и образование - это стали не просто прихотью или частью культуры общей, это стали наиболее эффективными производствами. Вот та нация, то государство, которое понимает, осознает это и развивает наиболее передовыми темпами, то оно начинает, и государство, и государственное благополучие, и благополучие нации начинает стремительно расти. Так вот поэтому здесь как раз и встает вопрос о государственной политике в области информации, образования и культуры. Если государство понимает, что это надо делать, значит, оно должно создать максимально благоприятные условия для развития СМИ, экономические, прежде всего. Значит, освободить, конкретно отвечаю на ваш вопрос, от налогов, от всяких таможенных пошлин, т.е. создать максимально благоприятные условия. Чтобы школы не платили налоги или институты, даже частные. Законодательно можно создать более-менее благоприятные условия для этого, но не решить эту проблему, а вот если вы, например, как радиостанция, не платите налога, не платите пошлины за ввозимую аппаратуру, вот тогда вы можете существовать.

М. ФЕДОТОВ - Нателла, здесь у нас с Алексеем Ивановичем дискуссия не получится, потому что я буду полностью с ним согласен! Боле того, я хочу напомнить, на недавнем съезде лейбористской партии в Великобритании нынешний премьер-министр г-н Блэр выступал со словами, он фактически цитировал Ленина, потому что он говорил - образование, образование и еще раз образование, вот магистральная линия политики британского правительства. Они правильно делают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - На самом деле, если говорить о возможности защиты человека от пропаганды, от политтехнологий, можно ли говорить о том, что возможно, вот на нашем веку, это вычистить окончательно? Ну, наверное, нет.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Нет, исключено. Понимаете, вот сейчас в эпоху Интернета, например, любая тупая пропаганда, заангажированность, она ведет к коммерческому краху любой компании информационной, т.е. люди раз послушают, два послушают, потом смотреть не будут. У нас такое случается с нашими изданиями, кстати, когда ты уже знаешь, какова будет позиция того или иного издания по тому или иному вопросу, или СМИ. Так вот, доверие теряется, значит теряется рынок, теряется покупатель. Лучше гарантия.

М. ФЕДОТОВ - Так вот поэтому, между прочим, во всей Западной Европе уже давно скончались партийные издания - потому что они рассчитаны только на узкий круг своих сторонников, а издания, которые не ограничиваются исключительно партийной принадлежностью, они имеют гораздо более широкий круг, следовательно, они имеют значительно больше доходов от рекламы, следовательно, они могут развиваться, следовательно, они успешны.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Я как-то беседовал недавно с редактором "Вашингтон пост" - знаете, газета очень серьезная, в том числе, известная скандалами, да, и тем, что решила судьбы многих политиков США. Так вот, он сказал - ну, а что, наше благополучие зиждется на местной рекламе, на конкретной региональной рекламе, на рекламодателях. А для того, чтобы эту рекламу они давали и платили, соответственно, за нее деньги, эта газета должна читаться в регионе. Вот и вся взаимосвязь. Поэтому они никого не боятся, на самом деле, даже судов.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - У нас есть результат. Нам позвонило за несколько минут 530 человек.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Ну, на самом деле ответ очевиден, потому что я убежден, что в течение месяца, обладая нынешними СМИ, контролем над кнопкой, можно создать любое общественное мнение по любой проблеме. И лишь очень незначительная часть общества, которая профессионально разбирается, может быть, 3-5%, сможет уйти от навязывания такого пропагандистского присутствия.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Результаты в процентах назовите, пожалуйста.

М. ФЕДОТОВ - 70% - 30%

А. ПОДБЕРЕЗКИН - 90% - 10%

Н. БОЛТЯНСКАЯ - 70% - жертвы, 30% - не жертвы. Алексей Иванович, 90% - жертвы, 10% - не жертвы, так?

М. ФЕДОТОВ - Да.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - 50 на 50!

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Но нет, у людей всегда завышенная самооценка, вы поймите. Каждый человек смотрит и говорит примерно так: уж меня-то не обдурят! А если ему показать новостную программу раз десять, потом в различном преломлении, из разных источников эту новость преподнести соответствующим образом, он постепенно к этой идее так и привыкнет.

М. ФЕДОТОВ - Так в том-то все и дело, что нужно иметь разные источники информации.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - А кто спорит-то, Михаил Александрович!

М. ФЕДОТОВ - Так вот мы с вами уже и не спорим даже, потому что, чтобы предотвратить как раз манипулирование общественным мнением, манипулирование умами, нужно иметь альтернативные источники информации. Будут разные точки зрения, и тогда все эти самые пропагандистские кампании будут значительно менее эффективны.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Но вы меня извините, конечно. Вы подходите к одной и той же проблеме, оба с разных точек зрения, но суть-то одна. Точка зрения Алексей Ивановича, что рычаг должен быть экономическим. Точка зрения Михаила Александровича, что рычаг в известной степени должен быть законодательным. Понятно, что если ввести, скажем, и то, и другое, то в рамках действующего, гипотетически - идеального - закона о СМИ наступает рыночная конкуренция, да?

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Конечно, она уже сегодня существует.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И кто-то выживает, а кто-то нет. И это, извините меня, пожалуйста, но это все-таки не всегда связано с объективными причинами, разве нет?

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Вы знаете, в наших условиях конкуренции быть не может рыночной для СМИ. Вот представьте себе, если себестоимость газет - рубль, а через систему распространения она как минимум утраивается, ее стоимость, то она уже не конкурентоспособна. У нас дикая сейчас экономика. Так вот, в этих условиях дикой экономики государство должно пронимать важность СМИ вообще, и российских в особенности, и сделать для них благоприятные, льготные условия для существования, т.е. это, строго говоря, может быть даже и не столько конкуренция экономическая, сколько поддержка государственная, прямая поддержка государственная всех СМИ, включая и оппозиционные.

М. ФЕДОТОВ - Очень правильно! Опять же не буду спорить.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Это во-первых. Я 2 момента хотел бы подчеркнуть. Во-вторых, я считаю принципиально, огромной ошибкой было в нашей стране, когда мы развалили институты внешнеполитической пропаганды. Я сейчас не говорю об отделе внешнеполитической пропаганды ЦК, а я говорю об АПН, о ТАССе, о Иновещании. Ведь все это на самом деле нам крайне необходимо, хотя бы для того, чтобы как-то компенсировать ту информационную агрессию, которая на нас в общем-то идет, очень серьезная оказывается. И есть еще один момент. Я бы не стал сегодня говорить о том, что мы можем какими-то рыночными методами решить эту проблему. Вот для государства, мне кажется, это и для Думы тоже проблема законодательная, но это больше для правительства - нужно четко обозначить себе приоритеты государственной политики и сказать, что для нас сегодня образование, культура и СМИ находятся на первом месте. Значит, аренда должна быть по условным ценам, по символическим ценам, налоги должны быть практически все отменены, а лучше вообще все отменены, таможенные пошлины должны быть отменены, понимаете, потому что наша экономика сейчас может развиваться не за счет экстенсивного роста, не в тонны-километры, а за счет наукоемких технологий, прежде всего, за счет образования. Доля этих наукоемких технологий во всех других областях экономики должна увеличиваться. Как вы можете инвестировать сюда, если вы сегодня ни во что не инвестируете? Значит, отсюда возникает проблема. Кстати, экономически очень выгодно: рубль, вложенный в образование, американцы давно это просчитали, сейчас или в электронику, предположим, гораздо быстрее и больше дает отдачи, чем в металлургию, предположим. Ну, и вкладывайте вы сюда деньги! У нас на сегодняшний день, насколько я понимаю, вот мы уже 10 лет об этом говорим, но вот пожалуй в этом году впервые пришло осознание на официальном уровне важности. Но ведь решения особенно не было принято, потому что приоритетность и в бюджете, и госполитике должна быть четко очень обозначена.

М. ФЕДОТОВ - Ну, у нас все как раз получается наоборот. Давайте возьмем вот такой пример. Вот вы говорите о налогах, о таможенных сборах. Давайте возьмем такую ситуацию: если вы выпускаете газету или журнал и вы хотите с этим журналом или газетой познакомить читателей в других странах, то если вы вывозите эту газету, например, во Францию, вы не платите таможенные сборы, а если вы вывозите ее на Украину, то вы платите таможенные сборы. Ну где все-таки наших соотечественников с вами больше, на Украине или во Франции?!

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Поэтому я и говорю, что должна быть государственная политика. Я с этим сталкивался много раз. Если вы, извините, везете на себе тюки пропагандистской литературы, скажем так, назовем это так, да, особенно на Украину, а, кстати сказать, вот этот вопрос нешуточный, ведь на Украине, особенно в Молдавии, огромные проблемы с русскими учебниками, вы знаете, катастрофа. Там люди спекулируют по настолько завышенным ценам, в общем-то, страны небогатые, и народ там живет бедно, а цены на учебники повыше, чем в Москве накануне учебного года. Так вот, представьте себе, казалось бы, ну, помогите людям, особенно соотечественникам, так у нас официальная преграда на этом пути стоят.

М. ФЕДОТОВ - Я вам приведу другой пример, из сферы уже радио и телевидения. Вы говорите о государственной политике. Значит, Минпечати регулярно проводит конкурсы на открывающиеся или освобождающиеся частоты вещания радио и телевидения. И каждый раз в объявлении о конкурсе написано, там, цена за частоту, предположим, 10 миллионов рублей или 100 миллионов рублей, а дальше написано - концепция свободная. А дальше что происходит? Приходят 3 конкурента. Один говорит: я на этой частоте открою детский канал. Другой говорит: а я на этой частоте открою спортивный канал. А третий говорит: а я на этой частоте открою канал для пенсионеров и инвалидов. Как их сравнивать? Никаких объективных критериев нет и быть не может. Это просто распродажа частотного ресурса. Это распродажа национального достояния! Причем на годы вперед.

А. ПОДБЕРЕЗКИН - Причем строго ограниченного, кстати сказать, потому что частот очень мало.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вы знаете, вы будете смеяться, не сочтите меня цензором жестоким, но наше время эфирное истекло. На этом месте я напомню, что в студии "Эха Москвы" Михаил Федотов, вице-президент фонда "Индем", секретарь Союза журналистов, и Алексей Подберезкин, лидер движения "Духовное наследие". Спасибо, с наступающим вас!