Расследование покушения на вице-премьера правительства Москвы И.Орджоникидзе. - Владимир Платонов - Интервью - 2000-12-22

22 декабря 2000 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" вице-спикер Совета Федерации и председатель Мосгордумы Владимир Платонов.

Эфир ведет Ольга Бычкова.

О. БЫЧКОВА: Итак, Совет Федерации, верхняя палата российского парламента, завершил свою работу в нынешнем году.

В. ПЛАТОНОВ: В нынешнем году и в нынешнем тысячелетии.

О. БЫЧКОВА: И в нынешнем веке, и в этом месяце. Мы позже поговорим о некоторых эпизодах, которые были самыми громкими в работе Совета Федерации в этом году, не в этом тысячелетии, конечно, там мы охватить не сможем широко. Но в начале такая тема. Несколько дней назад в Москве было совершено покушение на вице-премьера московского правительства Иосифа Орджоникидзе. Вопрос к Вам, как к представителю столичных властей: кому помешал Орджоникидзе?

В. ПЛАТОНОВ: Власти пока не могут ответить на этот вопрос, сперва на него должны ответить правоохранительные органы. Вообще, любое тяжкое преступление а именно покушение на убийство, убийство, - их довольно много происходит в России, и в Москве, и в других крупных городах. И это страшно. Касаясь этого преступления, я не готов высказать какие-то версии, ведь диапазон версий очень широк - от ошибочно (я думаю, и это еще нельзя сбрасывать со счетов) до каких-то мотивов, связанных с выполнением им своих должностных обязанностей. Но окончательно и точно на это могут ответить органы прокуратуры, которые расследуют это тяжкое преступление. Будет ли оно раскрыто? Я верю, что да. Прокуратура может работать. Например, недавно было сообщено об окончании следствия и направлении дела в суд в отношении преступников, которые совершили убийство прокурора Ханты-Мансийского автономного округа. Без шума, без крика, безо всего, без каких-либо политических заявлений было расследовано тяжкое преступление. И, насколько я знаю, с самого начала было несколько десятков версий, почему это произошло. Точно также, в таком же тяжелом положении находится следственная бригада прокуратуры, которая расследует это преступление.

О. БЫЧКОВА: Почему получилось, что вице-премьер столичного правительства, человек весьма заметный, занятый множеством серьезных дел в столице, оказался без охраны?

В. ПЛАТОНОВ: Закон города Москвы позволяет иметь охрану только мэру и вице-мэру города, все остальные чиновники не имеют охраны, на основании закона города Москвы. Это очень дорогое, конечно, удовольствие. И мы принимали этот закон еще 3-4 года назад после покушения на кандидата в вице-мэры. И тогда эти две должности были обеспечены охраной. Для остальных чиновников города Москвы охрана не предусматривается.

О. БЫЧКОВА: Тем не менее, какие версии сейчас рассматриваются в качестве первоочередных? Что Вы предполагаете? Говорили об игорном бизнесе, о том, что он принял какие-то решения

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, наибольшее внимание, наверное, будет направлено на то, что это покушение на убийство связано с выполнением им своих обязанностей. Дело в том, что еще нужно очень много сделать для того, чтобы работа во властных структурах не была столь опасна. Вы понимаете, когда чиновник принимает решение, - это хотя и производится на основе конкурса, как правило, какая фирма будет выполнять какие-то работы, - то кто-то обязательно недоволен. Вот основные деньги бюджета распределяет Московская городская дума. Мы принимаем закон, а дальше уже с этими деньгами работает исполнительная власть. Очень жаль, но мы очень долго работали над законом о городском заказе. Вот, идеальная схема, когда чиновник существует только для того, чтобы скоординировать проведение конкурса, тендера на то, как должны быть выполнены эти работы с использованием бюджетных денег. Пока эта схема неидеальна, и поэтому городские чиновники рискуют, это рискованная работа.

О. БЫЧКОВА: Вам известно что-нибудь о состоянии Иосифа Орджоникидзе на сегодняшний день?

В. ПЛАТОНОВ: Насколько мне известно, говорили, что средней тяжести, что он приходит в сознание. Но я уверен, что врачи сделают все возможное, все необходимое, и он вернется через некоторое время к работе.

О. БЫЧКОВА: В связи с этим преступлением и не только с ним, все чаще стали говорить, что идет новый передел собственности. Вы согласны с такими оценками?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, СМИ начинают говорить об этом после очередного какого-то убийства или покушения на убийство, связанного с какими-то должностными лицами. Но заметьте, это происходит практически регулярно, к нашему несчастью, в череде многих тяжких преступлений, которые совершаются во всей России: и в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в других городах. С чем это связано, здесь надо уже смотреть. Какой здесь может быть передел собственности? Если бы задача, которую ставили перед собой убийцы, была реализована, пришел бы какой-то другой человек, в котором были заинтересованы те, кто заказывали это преступление. Это тоже неверно: такие вещи предугадать просто невозможно. Я не хотел бы гадать на кофейной гуще. Дело в том, что ведется следствие, и лучше не мешать людям работать.

О. БЫЧКОВА: А Вы вообще верите, что это преступление будет раскрыто, ведь сколько их осталось совершенно неясными?

В. ПЛАТОНОВ: Раскрывать заказные преступления, - а это преступление очень похоже на заказное, - всегда очень тяжело: оно совершается именно для того, чтобы никогда не было раскрыто. Много всяких ухищрений есть. Например, исполнитель не знает даже, кто заказывал; исполнителей преступления могут потом уничтожить, чтобы никогда не вышли потом на заказчика преступления. И это очень тяжко расследовать. Но практика показывает, что многие преступления могут раскрываться. Важный фактор вопрос времени. По горячим следам такие преступления не раскрываются. А со временем, с проверкой всех версий, установлением, кому это было выгодно, кто в этом заинтересован, какие были угрозы, - вот это все позволяет надеяться, что преступление будет раскрыто.

О. БЫЧКОВА: Владимир Михайлович, а как Вам вчерашняя история с награждением в Кремле мэра Москвы Юрия Лужкова? Лужков и Путин там обменялись такими интересными репликами.

В. ПЛАТОНОВ: Чьи версии мы будем обсуждать? Многие телеканалы это показали. Самой неприятной была все-таки версия НТВ.

О. БЫЧКОВА: А у Вас есть своя версия?

В. ПЛАТОНОВ: Нет, там были другие телеканалы, каждый по-своему это показывал. Если мы возьмем эту самую такую неприятную, на первый взгляд, версию НТВ, я понял, что Юрия Михайловича наградили за его участие в воссоздании Храма Христа Спасителя. Очень жаль, но получается, что федеральные власти замечают не все хорошее, что делается в городе. Но я уверен, что для любого избранного лица, в том числе и для Юрия Михайловича, не так важна оценка властей. Вы же знаете, мы живем в Советском Союзе, в России, и награда властей и оценка роли человека в жизни приходят иногда очень поздно. Даже порой тогда, когда человек отказывается принять награду от государства. Для человека, избираемого населением, самой высокой наградой, мне кажется, является, сколько человек проголосовали за него. Вот эти люди, москвичи, действительно, знают, что сделал мэр для города. Так что я спокойно отношусь к этому. Очень жаль, что федеральные власти так невнимательны к субъектам Федерации.

О. БЫЧКОВА: Там Владимир Путин сказал как-то странно, что награждается не столько человек, сколько вся Москва и москвичи.

В. ПЛАТОНОВ: Да, и что-то такое типа хвалим себя, награждая вас, мы награждаем сами себя. Я не комментирую то, что я не понял.

О. БЫЧКОВА: Хорошо. Перейдем к другой теме. Совет Федерации, который завершил, как мы выяснили, свою работу не только в этом году, но и в этом тысячелетии. Тоже странная история была два дня назад, когда принимали законы о государственной символике. Проголосовали за все, проголосовали, в том числе, и за будущий новый гимн Российской Федерации. Кстати, Вы как голосовали?

В. ПЛАТОНОВ: Я и на комитете выступал, и Я воздержался при голосовании за этот закон. Я согласен с мотивировкой Федорова, но я не совсем согласен, что это предмет обсуждения в Конституционном суде. Дело в том, что чисто по-человечески мне очень жаль. Когда этот законопроект а мы говорим о гимне проходил через Государственную Думу, то этот вопрос докладывал Лукьянов, и он процитировал одного из исследователей истории создания этого очень трудного жанра искусства написания гимнов. Цитата такова: "Национальные гимны вернее всего отражают характер нации". Мне очень неприятно, что долгие годы наш характер отражают гимны без слов только музыка. У нас появился новый гимн. Дай Бог, чтобы он существовал недолго и как можно быстрее появился бы текст, который был бы любим, понятен всем и самое главное исполняем. Но я уверен, что, приняв в рамках конституционного федерального закона только музыку, мы существенно ограничили возможность для написания понятного и удобного всем текста.

О. БЫЧКОВА: А Вы считаете, что написать текст в нынешних обстоятельствах, когда было много текстов, и все они не принимались на ура, их может быть еще сколько угодно тысяч, быть может, эта проблема нерешаема сегодня?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, я в детстве занимался рифмоплетством. Я знаю, что это адский труд. И написать что-то на заказ очень сложно. Любое хорошее произведение должно появиться от души. А здесь уже задана программа, и кто бы ни писал, кто бы ни слушал эту музыку, у многих поколений еще в памяти будут те слова, которые были когда-то написаны и когда-то с перерывом звучали в разной интерпретации. Я думаю, что у нас богаче музыкальная культура.

О. БЫЧКОВА: Собственно, я задавала этот вопрос и говорила, что это странная ситуация, не потому, что проголосовали в Совете Федерации за этот гимн и вообще за государственную символику. А странно, как мне показалось, было то, что произошло после голосования, когда Егор Строев предложил теперь исполнить этот гимн, чтобы все вспомнили, что это такое, прослушать его в качестве ознакомления. И самое интересное, что все сенаторы встали, и все три минуты, пока звучал гимн, они слушали его стоя, как будто этот гимн уже действующий гимн Российской Федерации, хотя это не так на самом деле. Сенаторы не знают Конституции и законов, на Ваш взгляд?

В. ПЛАТОНОВ: Это не было исполнение гимна, потому что гимн на заседаниях Совета Федерации исполняется только при открытии и закрытии заседания. Кассеты с различными мелодиями звучали, насколько мне известно, в стенах Государственной Думы, там было предложено несколько вариантов. Один вариант попал в Совет Федерации уже как документ, одобренный Государственной думой. Я могу сказать, что это было, наверное, какой-то привычкой, ведь, действительно, люди под эту музыку десятки, сотни, кто-то тысячи раз вставал. Может быть, для многих это была дань истории и новейшей истории. Теперь эта мелодия, после того как закон будет подписан президентом и обнародован, станет гимном Российской Федерации.

О. БЫЧКОВА: Встали все, кроме одного человека, Николая Федорова, президента Чувашии.

В. ПЛАТОНОВ: Да, он тоже и выступил один, и один не вставал.

О. БЫЧКОВА: Еще один вопрос. В Государственной думе член комитета по делам федерации и региональной политике Виктор Алкснис подготовил конституционный законопроект о порядке образования в составе России новых субъектов Федерации. Согласно этому законопроекту, новым субъектом может быть иностранное государство или часть его территории. причем, наличие общей границы не является обязательным условием этого приема. Вы готовы принимать новых членов-субъектов Российской Федерации?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, до внесения документа и даже принятия его в первом чтении существует дистанция, которую законопроект может никогда не пройти. Предусмотрено Конституцией Российской Федерации появление новых членов, это уже идет детализация в развитии Конституции, и я рад, что коллеги в Государственной думе не приняли этот документ сразу в трех чтениях. Над ним будет тяжелая, кропотливая работа.

О. БЫЧКОВА: А на каких новых членов Российской Федерации, собственно, рассчитывают?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, когда пишется закон, ни на кого не надо рассчитывать, не надо как-то персонифицировать этот закон. Есть Конституция, там сказано, что могут появляться новые члены-субъекты Федерации России. Вот и все. Надо прописать этот документ, чтобы он был универсальный, независимо от того, кто захочет вступить в наш союз.

О. БЫЧКОВА: Вопрос, который пришел к нам на пейджер, честно говоря. поставил меня несколько в тупик. А Вы являетесь президентом федерации дзюдо Москвы?

В. ПЛАТОНОВ: Да.

О. БЫЧКОВА: Тогда Вас спрашивает тренер самбо, как Вы будете решать вопрос о поощрении резерва первенства мира и Европы среди юниоров?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, мои взаимоотношения с борьбой очень старые, они не связаны с выборами в России президента. Я в 1965 году входил в секцию самбо, и с 1994 года я, являясь депутатом, помогаю в проведении всех соревнований по борьбе: дзюдо, карате, самбо. Завтра я буду открывать и присутствовать на чемпионате карате. И, независимо от той должности, которую я сейчас занимаю, я буду по-прежнему оказывать помощь этим видам спорта. Я прошел через этот вид спорта, и я знаю, какую огромную помощь он оказывает, чтобы появилось новое сильное, смелое поколение, чтобы оно не боялось невзгод и умело преодолевать трудности.

О. БЫЧКОВА: А Вы сейчас продолжаете сами тренировки лично?

В. ПЛАТОНОВ: Нет. Мне давно врачи запретили заниматься этим видом спорта, поэтому я наблюдаю со стороны и помогаю, насколько это возможно.

О. БЫЧКОВА: Еще о Совете Федерации. Важная тема, которая сопровождала этот год работы Совета Федерации, - это новый порядок его формирования. В соответствии с новым законом, сейчас Совет Федерации уже меняет свой состав: появляются новые члены, уходят старые. Как это все происходит в ваших рядах? Как люди уходят? Они устраивают прощальные банкеты?

В. ПЛАТОНОВ: Все происходит, согласно регламенту, то, что официально. А то, что неофициально, это зависит от фантазии и возможностей каждого члена Совета Федерации. Пишется заявление о сложении полномочий в Совете Федерации, рассматривается сначала на комиссии, а потом происходит голосование. Оно в основе своей формально, потому что, если есть пожелание человека уйти, его никто не вправе заставить остаться работать. Что касается закона о новом порядке формирования Совета Федерации, то с самого начала я всегда выступал против этого документа, что он всегда неудачен, и на последнем заседании это проявилось. По закону, любой россиянин может стать членом Совета Федерации, вне зависимости от того, где он проживает. И вот, на двух членов Совета Федерации из шести, наверное, где-то с шестого или седьмого голосования только эта кандидатура прошла голосование в Совете Федерации. Кому-то не понравилось, что эти люди имеют регистрацию в Москве, кому-то не понравилось, что военные, кому-то не понравилось, что другой возглавляет акционерное общество, но путем разъяснения, что наши вкусовые ощущения не должны отражаться на деятельности Совета Федерации, удалось убедить и собрать необходимое количество голосов, чтобы эти люди стали членами Совета Федерации, чтобы не уходить в судебную процедуру и чтобы им не прошлось доказывать, что Совет Федерации неправильно поступил, не подтвердив волю региона. Регионы решают, кто будет представлять их интересы в Совете Федерации.

О. БЫЧКОВА: А Вы все-таки полагаете, что здесь может быть заложена какая-то проблема в будущем?

В. ПЛАТОНОВ: Ну, конечно, есть проблема. Дело в том, что это будут представители власти. Представьте, как лучше - власти напрямую представлять свои интересы в верхней палате, которая решает важнейшие вопросы - войны и мира, назначения на высшие судебные должности, назначения Генерального прокурора, освобождения от должности, отклонения и утверждения важнейших законов, введения чрезвычайного и военного положения. Одно дело, когда это осуществляют сами руководители исполнительной и законодательной власти, а другое дело, когда их представители. Работа усложнится, это бесспорно. Кстати, это понимают все больше и больше людей. В принципе, если вопрос только внесен, то этот человек не имеет права принимать какое-то решение, не согласовав с регионом. А согласование с законодательной властью региона это не значит созвониться с председателем, а это получить коллегиальное решение. Так что здесь усложнится работа Совета Федерации.

-

О. БЫЧКОВА: Сразу после новостей возник вопрос в связи с тем, что в двух столичных салонах люди покупали иномарки. И теперь выясняется, что после проверки таможенного комитета придется доплачивать существенные суммы, поскольку несколько иномарок были привезены из Белоруссии с нарушением таможенных правил. Это справедливо?

В. ПЛАТОНОВ: Я не совсем уверен, что это придется делать гражданам. Это может произойти только в том случае, если у них был преступный умысел, и они были в каком-то сговоре с этим магазином: по заведомо пониженным ценам, они знали, что это будет контрабандой доставлено. А во всех других случаях вы, когда купили батон хлеба, с вас же никто не потребует доплатить еще, если кто-то что-то неправильно посчитал, вам спокойно и достойно ответят: "Больше так не поступайте". Точно так же и с автомобилями. Человек совершил сделку, он приобрел. Если в его действиях нет никакого состава преступления, он никому ничего не должен.

О. БЫЧКОВА: То есть это проблема продавцов, а не покупателей?

В. ПЛАТОНОВ: Продавцов. Но я пока вижу в этом проблему.

О. БЫЧКОВА: Понятно. Еще одна реплика, которая пришла на наш эфирный пейджер от Бориса Григорьевича: "Когда награждает правительство, то награду не выбирают". Это к вопросу о награждении Лужкова.

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, у нас награждает президент. И я с ним полностью согласен. Я не слышал о том, чтобы награды кто-то себе выбирал, поэтому президент сам решает, как кого оценить. Поэтому я и высказал свое мнение, что это, наверное, такая награда за храм Христа Спасителя.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Владимир Михайлович, во-первых, Вас с наступающим Новым годом!

В. ПЛАТОНОВ: Спасибо. Взаимно.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня такой вопрос. Не надо ли было вынести вопрос о гимне на референдум? Спасибо.

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, это конституционный федеральный закон, и нет обязательного правила о выносе его на референдум, поэтому таких обязанностей властей не было. Но, мне кажется, не испортило бы ничего Все-таки людям вставать под этот гимн, людям разучивать мелодию, некоторым потом слова писать, и их мнение было бы, конечно, интересно. Но я не согласен с теми людьми, которые говорят: "Нам гимн не нравится, и мы не будем вставать и делать то, что положено при исполнении гимна". Я считаю, что это несправедливо, это человек покажет уровень своей культуры. По предусмотренной процедуре, в государстве есть гимн, и все обязаны при исполнении гимна, конечно, вставать, если же знают слова, если слова появятся, то и исполнять. Заметьте, компартия очень долго выступала против гимна на музыку Глинки, которая была утверждена еще Верховным Советом РСФСР, однако, при исполнении этого гимна все фракции в Думе вставали. Я считаю, что это чисто эмоциональное, это все пройдет.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. У меня личный вопрос. Можно?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, что ваш личный вопрос услышат все?

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

В. ПЛАТОНОВ: Если личный, вы можете обратиться ко мне на Петровку, 22 с письмом.

СЛУШАТЕЛЬ: Петровка, 22?

В. ПЛАТОНОВ: Да. Я бы не хотел, чтобы ваш личный вопрос узнали все.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо.

О. БЫЧКОВА: Очень личный был вопрос. Алексей Венедиктов вошел сейчас в нашу студию.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Добрый день. Просто только что пришла информация о том, что на днях состоялась встреча Юрия Михайловича Лужкова с министром внутренних дел Рушайло, где снова обсуждался вопрос, в связи с покушением на вице-премьера правительства Москвы Орджоникидзе, о назначении начальника главного управления внутренних дел столицы, ведь известно, что начальника ГУВД до сих пор нет, есть исполняющий обязанности. И снова, по этой информации, Юрий Михайлович Лужков не дал согласия на назначение нынешнего исполняющего обязанности. Это покушение на Орджоникидзе подвинет, с Вашей точки зрения, этот вопрос в ту или иную сторону? Что Вы думаете? Насколько я знаю, Московская городская дума тоже должна утверждать, как я понимаю, начальника ГУВД или давать согласие?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, я уверен, что нет прямой причинно-следственной связи в связи с тем, что ГУВД возглавляет исполняющий обязанности. Если бы там было первое лицо, тогда бы этого преступления не произошло. Это совершенно не так. Мосгордума решает этот вопрос голосованием: согласовывает или не согласовывает. Точно также мы решаем вопрос о назначении прокурора города, председателя Мосгорсуда и даем согласие на назначение всех федеральных судей, работающих в Москве.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Иными словами, кто должен вносить эту кандидатуру на голосование Московской городской думы?

В. ПЛАТОНОВ: Кандидатура уже внесена.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это г-н Швыдкин?

В. ПЛАТОНОВ: Да, это Швыдкин. А внес ее министр внутренних дел г-н Рушайло.

А. ВЕНЕДИКТОВ: И именно эту единственную кандидатуру в январе будет рассматривать Московская городская дума?

В. ПЛАТОНОВ: Да, эту единственную кандидатуру мы будем рассматривать.

А. ВЕНЕДИКТОВ: А не считаете ли Вы (и здесь я уже апеллирую к Вам, как к заместителю председателя Совета Федерации), что надо каким-то образом разрешать подобные ситуации? Это же не только в Москве такие бывают проблемы, когда глава администрации субъекта Федерации и федеральный министр не могут договориться по согласованию?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, это предусмотрено действующим законодательством. Очень жаль, что министерство внутренних дел, чтобы решить эту проблему, идет немного другим путем: они хотят в закон внести изменение, чтобы ни с кем эта кандидатура не согласовывалась при освобождении, а, может быть, даже и при назначении. Но это не совсем правильно, потому что охрана общественного порядка относится к вопросам совместного ведения, и мы отвечаем перед москвичами за тот правопорядок, который существует в городе, и с нас спрашивают. И мы очень много помогаем милиции. Я думаю, что здесь должны быть все-таки компромиссные договоренности. Я с Рушайло тоже обсуждал эту проблему, что, если вдруг эта кандидатура не пройдет, обсудить удобную кандидатуру для всех. Он сказал, что это не обязательно, пусть исполняет обязанности дальше. Посмотрим, что будет фактически.

А. ВЕНЕДИКТОВ: И, возвращаясь к покушению на Орджоникидзе, я хотел бы понять, будет ли Мосгордума Мы знаем, что в подобных случаях во многих парламентах стран создаются комиссии если не по расследованию (это не правильно), но по изучению причин. Собирается ли Московская городская дума обсуждать что-то, связанное с покушением на г-на Орджоникидзе?

В. ПЛАТОНОВ: Вы понимаете, в чем дело. Мы занимаемся вопросами заслушивания правоохранительных органов, вообще, по предотвращению борьбы с такими тяжкими преступлениями как убийство, ну, с любыми тяжкими преступлениями. И вот только из-за того, что это преступление совершено в отношении министра правительства, - это не основание. Конечно, мы активизируем эту работу. Ведь там погиб водитель, это страшное преступление. Мы встречаемся, у нас много встреч, заслушиваний, выясняем, какие еще нужны законы для того, чтобы возможно было бороться с такими вот тяжкими преступлениями.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Может быть, поскольку чиновник принимает решение во многих вопросах неколлегиально, тем самым он ставит под угрозу свою жизнь?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, мы об этом говорили в начале эфира. Да, это, действительно, так. Но у нас многие важнейшие финансовые вопросы все же решаются коллегиально. И есть закон о городском заказе: бюджетные деньги могут тратиться, использоваться только после проведения тендера, когда будут предложены лучшие условия

А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть надо перестрелять 35 депутатов Мосгордумы для того, чтобы решить свой вопрос криминальному элементу?

В. ПЛАТОНОВ: Нет. Вы знаете, к этому никто не призывает и, наверное, это не нужно.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это вопрос.

В. ПЛАТОНОВ: Нет, вопроса в этом нет. Создаются правила, которые защищают чиновника, не делают его плохим в глазах тех лиц, в пользу которых не решен положительно вопрос. Вот и все.

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Владимир Платонов, вице-спикер Совета Федерации, председатель Московской городской думы.